Византия

Мы начинаем цикл бесед, посвященных Византии, ее
истории, ее урокам.


Как и когда появилось название «Византийская
империя»? Как ученые разных стран оценивают роль и
значение Византии в мировой истории? И почему в советское
время византинистика была объявлена «опасной
наукой»? Что связывает Россию и Византию, и зачем
нам знать об этой отделенной от нас веками державе? Об
этом — первая беседа цикла. Рассказывает историк
Павел
Кузенков.


Константинополь


Имя империи


Византия получила такое именование от древнего названия
своей столицы: Константинополь прежде звался Византием. И
это старинное имя столицы Восточной Римской империи еще
долгое время употреблялось в литературных и риторических
текстах. Нам такая ситуация хорошо знакома: все мы помним,
как в советскую эпоху принято было Ленинград неофициально
называть Питером. Использовать старинное название вместо
современного — это так романтично, от этого веет
древностью, историей… Но иногда имя столицы
применялось и ко всей державе — вот как сегодня
говорят: «Москва поставила ультиматум перед
Вашингтоном».


Официально государство называлось Римской империей. А со
времени правления императора Ираклия (610-641) все
чаще стали говорить уже не об империи, а о царстве -
о том самом государстве, которое может считаться
преемником ветхозаветного царства. И не только
ветхозаветного, но и древних великих царств, таких как
Персидское, греко-македонское, Вавилонское царства.
Библейские аллюзии диктовали и название государства. И его
глава именовался царем — василевсом.


С какого времени мы можем говорить о Византии как об
особом государстве? Ученые дают разные ответы на этот
вопрос


Название этого государства в исторической науке прочно
связано с вопросом: а что такое собственно Византия? С
какого времени мы можем говорить о Византии как об особом
государстве? Есть разные ответы на эти вопросы, и разные
ученые под Византией понимают совершенно разные феномены.
Одни говорят о Византии как об исключительно средневековом
государстве, начиная его историю с VIII века, а до VIII
века, по их мнению, это еще поздняя Римская империя. Вот
когда последние следы латинской традиции умирают и
начинается исключительно восточно-христианская
православная греческая держава — это и есть
Византия. А когда встречаются хоть малейшие следы Древнего
Рима — это еще Римская империя. Такая концепция
господствовала в английской исторической традиции. В
немецкой и русской историографии начало Византии
определялось 395 годом — годом окончательного
разделения Римской империи между сыновьями императора
Феодосия I на восточную часть и западную. И считалось, что
восточная часть — это Византия, а западная в 476
году прекратила свое существование. Такая концепция
закреплена в наших учебниках, в них мы прочтем: 395 год
— год основания Византии. Хотя, конечно, никакого
«основания Византии» не было.


Французская наука довольно долго вообще считала Византию
Римской империей, но называла ее «Bas-Empir
romain» — «Нижней римской
империей» — и здесь слово «bas»
— «нижний, низкий» — не столько
определяет положение государства внизу географической
карты, сколько на более низкой ступени цивилизации и
противопоставлено понятию «высокий». Высокое
— то, что высокоразвито, низкое — это уже
упадок. «Нижней» во французской исторической
литературе называется вся история христианской Римской
империи, фактически начиная с принятия христианства
— IV века. Эта концепция впервые совершенно четко
была проговорена Эдуардом Гиббоном в его знаменитой книге
«История упадка и разрушения Римской империи»,
где он последовательно описывает историю Византии именно
как упадка, причиной которого он, как протестант,
симпатизировавший антиклерикальной традиции XVIII века,
настойчиво называет христианство. По его мнению,
христианство подточило корень Римской державы, и
государство последовательно и постепенно приходило в
упадок. Называть его Римом в этой концепции логично и
можно, но это Рим уже такой разлагающийся. Для времени,
когда Гиббоном писался его труд, это была аллюзия на
Францию, страдающую от разлагающего влияния клерикализма и
монархизма. По мере научного изучения Византии стало ясно,
что эта концепция не выдерживает никакой критики, но, тем
не менее, название «Нижняя римская империя» во
французской историографии осталось.


И действительно, это проблема: как называть Римскую
империю, которая существенным образом отличается от той
Римской империи, которая мгновенно всплывает в нашем
сознании, как только мы произносим это именование, -
от империи Цезаря и Августа? И мне кажется, что главная
причина введения такого термина, как «Византийская
империя», именно эта: чтобы не было путаницы, чтобы
было четкое противопоставление той Римской империи, в
основе которой — милитаризм и язычество.


Одним из самоназваний византийцев было
«христианин»


А в Византии всё по-другому. Основа ее — это, прежде
всего, мир, и понятие «миролюбивый», или даже
поэтичнее — «тишайший»,
«мирнейший», «галинотатос»,
— становится едва ли не самым знаковым, самым важным
эпитетом в титулатуре римских императоров византийского
времени. И, конечно, христианство. Византия немыслима без
христианства. Именно поэтому еще одним самоназванием
византийцев было «христианин», и даже в
международных документах, таких как договоры с русскими, с
болгарами, с другими народами, мы читаем: это договор
между, допустим, русинами и христианами. И эта оппозиция
«работала» именно потому, что понятие
«ромей» — римлянин — неотделимо
было от веры Христовой и варвары воспринимались как люди,
чуждые христианству. Но, конечно, по мере приобщения
варваров к христианству, по мере крещения соседних народов
эта модель стала давать сбои. Так, уже с крещением болгар
выяснялось, что христиане воюют с христианами. И эту новую
проблему самосознания нужно было как-то решать.


Между прочим, слово «христианин» для
самообозначения позднее было усвоено и русским народом.
«Крестьянский люд» — это кто такие? Это
русские люди. И когда-то цари обращались «ко всем
православным крестьянам» — название
«христиане», «крестьяне» было
самоназванием русских людей в течение XVI-XVII
веков.


Термин «Византия» был введен впервые, скорее
всего, итальянцами и уже после падения Константинополя. С
конца XV — начала XVI века понятие
«бизантио» начинает встречаться в научных
трудах. Но в византинистике отцом этого термина считается
немецкий ученый Иероним Вольф (1516-1580), который
последовательно применял определение «Byzanz»
к христианской Римской империи.


Византийская диалектика как эталон для
Европы


Карта Константинополя


Для Франции XVII века Византия была образцом идеального
государства


В XVI веке на фоне успехов турок Византия вошла в моду в
Европе. Государи, прежде всего немецкие — Габсбурги,
имевшие непосредственные столкновения с турками, хотели
узнать, как возможно в течение 1000 лет сопротивляться
этому натиску с Востока, и поэтому был своего рода
социальный заказ на изучение Византии. Стали издавать
рукописи историков. Потом эту эстафету приняла Франция,
где интерес к Византии носил несколько иной характер: для
французских королей, выстраивавших в XVII веке, начиная с
Людовика XIV — знаменитого
Короля-«Солнце», свою блистательную монархию,
Византия была образцом идеального государства -
такой правоверной, успешной и в культурном отношении
эталонной для всего мира державой, которая имела долгую
стабильную историю. Именно французская наука, собственно
говоря, закладывает фундамент современной византинистики:
было издано огромное количество текстов, и, кстати, тогда
впервые появились греческие шрифты. Позже французы резко
потеряли интерес к Византии, и эстафету приняла Англия. И
до сих пор английские ученые очень любят Византию и ею
очень интересуются. Как и американские — Америка в
каком-то смысле может считаться правопреемницей этой
английской традиции. Для англичан и американцев Византия
интересна, прежде всего, как очень успешное государство,
эффективно боровшееся с кризисными явлениями. И понятие
«византийской стратагемы» -
византийского искусства во всех сферах жизни -
сейчас является объектом пристальнейшего внимания и
советников американских президентов, и английских
специалистов. Англичане, как и американцы, народ
практический: если уж они историей интересуются, они этим
занимаются, чтобы делать выводы и ими пользоваться. И
Византия для них очень богатый источник всякого рода
искусства, в том числе и политического. Они особенно ценят
умение византийцев сопрягать две, казалось бы, такие
несовместимые вещи, как демократия и монархия. Ведь,
собственно говоря, англичане занимаются этим тоже. И
вообще секрет выживаемости Византии они видят как раз в
применении диалектического подхода к решению, казалось бы,
неразрешимых вопросов.


Диалектический подход предполагает некий синтез различных
традиций, направлений, выработку нового на фундаменте
старого. Не слом старой традиции и попытку создать что-то
новое, не узколобое и негибкое цепляние за старину, не
традиционализм, а именно умение найти в традиции дух и
этот дух облечь в новые формы. Творческий подход к
сохранению подлинно ценного, но в то же время умение это
духовное ядро облекать в самые разнообразные формы, не
теряя его. Это то, что в Англии называется консерватизм.
Консерватизм в Англии — это же самое главное
реформаторское направление, все консерваторы в Англии
— инициаторы самых смелых реформ. Нам бывает иногда
непонятно: как же так? ведь консерватор — это
«не пущать», это ретроград! И тут корень
нашего недопонимания собственного исторического
фундамента. Потому что Византия для нас, для русских,
имеет гораздо большее значение, чем для тех же англичан.


Византия и Россия


Государственный герб Российской Империи. XIX в.


Наша проблема в том, что все мы носим Византию в себе,
но никак ее не чувствуем


Византия не просто наша учительница, какой-то исторический
пример, который можно изучать и на который можно как-то
опираться, а это наша, можно сказать, мать-кормилица,
потому что от Византии мы впитали те духовные соки,
которыми, собственно, и живем уже вторую тысячу лет. Но
сделали мы это по-детски, без рефлексии, и особенность как
раз русского восприятия Византии в том, что мы все носим
ее в себе, но никак ее не чувствуем. В этом, с одной
стороны, наш великий плюс, потому что Византия для нас
органична, но, с другой стороны, это и наша проблема
— причем постоянная на протяжении всей нашей
истории. И проблема главная! Потому что, не понимая, что
мы вскормлены Византией, мы очень часто попадаем в
ситуации внутреннего расщепления, когда наше естество
входит в противоречие с некими идеями, которые мы получаем
извне и которые нас привлекают. А потом мы понимаем, что
что-то не то происходит, что-то не уживается наша почва с
этими новонасаженными культурами. И эта духовная
расщепленность России, особенно ощутимая со времен Петра,
и в ХХ веке тоже, и определила в большой степени наше
неутомимое метание по историческим дорогам. Об этом,
кстати, говорят и западные критики России, которые считают
это нашей болезнью. И наиболее проницательные наши
исследователи говорят, что это совершенно ясная реакция
нашего организма, воспитанного византийской
мировоззренческой традицией — Православием прежде
всего, — на европейскую культуру, которая, будучи
родственной Византии в формальном смысле слова, восходящей
к той же самой Римской империи Цезаря и Августа, тем не
менее имеет все-таки другую мировоззренческую основу.
Основу, сформировавшуюся в Средневековье на Западе в эпоху
уже варварских королевств и деформировавшую в определенном
смысле даже и христианскую традицию.


То, что возникло в восточно-христианском мире, всё-таки
— со всех точек зрения, в том числе и с формальной
— наиболее близко к периоду IV, V, VI веков, когда
формировалась основа нормативного христианства -
христианства, которое мы называем каноническим и
святоотеческим.


Формула устойчивости


Итак, с одной стороны, Византия — это символ некоей
инерции, это символ очень серьезной, глубокой традиции, и
эту традицию старались беречь, к ней относились как к
сокровищу, которое имеет абсолютную ценность; а с другой
стороны — это государство, необычайно успешно
отвечавшее на самые разнообразные вызовы. И если Гиббон
считал, что традиция мешала Римской империи, мешала ее
успехам, развитию, триумфу, военным победам, тормозила,
более того — приближала конец, то сейчас
исследователи уже понимают, что, наоборот, именно умение
держать традицию и было главным «ноу-хау»
византийцев, который привел к успехам — и
политическим, и военным, и экономическим, и социальным,
потому что это давало такую, можно сказать, устойчивость.
Это как киль у корабля, не дающий ему перевернуться. Может
сильно штормить, можно потерять практически все паруса и
мачты, но пока у тебя есть этот киль, есть эта надежная
— духовная прежде всего — опора, за которую ты
можешь в критический момент зацепиться, тебе ничто не
страшно. И ты сам можешь стать своего рода ядром для
спасения окружающих. Вот Православие и выступало в истории
Византии именно таким стабилизирующим фактором, и гибель
Византии непосредственно обусловлена попытками этот фактор
расшатать, а то и просто ликвидировать.


Проект «Константинополь»

Константинополь


Как видим, византинистика во многих странах и до сих пор
одно из успешно развивающихся направлений исторической
науки. А что же в России?


Открывалась перспектива — ни много ни мало -
возрождения Византии


В начале XX века интерес к Византии был не столько
научный, сколько политический. В Первую мировую войну
Константинополь был обозначен как одна из главных целей
Российской империи, и с политической точки зрения это был,
конечно, триумф правления Николая II, потому что ему лично
удалось добиться от Англии и Франции признания того, что
Константинополь должен стать русским. Может быть, под
международным контролем, может быть, как-то иначе, но во
всяком случае это сфера интересов России, потому что это
выход из Черного моря и с этим связаны ее и экономические,
и военные, и геополитические интересы. Николай II добился
такого признания в 1916 году, в следующем 1917-м
оставалось только сделать практические шаги в этом
направлении. На таком фоне византийские исследования
приобрели особый смысл: теперь это была уже актуальная
история. Открывалась перспектива — ни много ни мало
— возрождения Византии. И, скорее всего,
рассматривались проекты каких-то начинаний и действий, к
которым нужно будет привлекать и православных греков,
активно работать, конечно, и с местным турецким
населением, потому что никто его депортировать никуда не
собирался — речь шла о развитой миссии. Итак,
Византия становилась актуальной. Но непонимание русским
народом этой цели сыграло очень существенную роль в
событиях 1917 года. С этим связаны, среди прочего, и
требования скорейшего окончания войны.


Да, люди, ставившие геополитические задачи, понимали, что
такое Византия. Уже вышла книга Ф.И. Успенского
«История Византийской империи», которая была
преподнесена самому государю, всем сановникам. Но в
широких массах, не только в народных, но и среди
образованного населения, представление о сути византийства
напрочь отсутствовало. Высшие военные офицеры, люди
высшего света, считавшиеся «сливками
общества», элитой, Византию воспринимали так же, как
и Гиббон. Потому что все были воспитаны на старой
просвещенческой и салонной литературе, в которую эти идеи
Монтескьё, Гиббона — уже более чем столетней
давности к тому времени — было крепко вписаны. Это
была периферия европейской культурной франко-английской
традиции, и отношение к Византии и к византийству было
этаким манерным. Хотя и была популярна в искусстве и
архитектуре псевдовизантийская эстетика, но никакого
подлинного понимания феномена этой цивилизации, никакого
интереса к ее истории вообще не было. Ни одного
византийского императора, кроме, может быть, Константина и
Юстиниана, у нас никто не знал. Занимались знакомством с
византийской историей исключительно в рамках духовного
образования, но тоже занимались, что называется,
«спохватившись».


По сути дела широкая программа переводов греческих
источников, издания каких-то научных трудов начала
реализовываться только во второй половине XIX века. И к
1917 году мы получили только первое поколение начинающих
византинистов. Но, надо отметить, византинистов
высочайшего уровня, людей, труды которых переводились на
языки всего мира. Не случайно именно в России появляется
один из самых авторитетных византийских журналов -
«Византийский временник». Он вместе с немецким
«Byzantinische Zeitschrift» появляется
практически год в год, разница только из-за
бюрократических проволочек. А Германия — это страна
наиболее бурно растущей науки в это время. Как видим,
Россия не отставала. В других странах ничего подобного не
было вообще — нигде больше в это время Византией на
национальном уровне не интересовались.


Но это была высокая академическая наука, и к 1917 году она
не достучалась до умов людей, так что проект
«Константинополь» никем не был ни понят, ни
принят. Он даже был высмеян, он становился объектом
издевательств самых разных политиков и людей культуры
— начиная от Витте и кончая Маяковским, -
которые всячески глумились над ним, понимая очень узко
цель войны — только как достижение контроля над
Босфором. Видели только экономические, в лучшем слу

Византийская церковь — это… Что такое Византийская церковь?



Византийская церковь
– находилась в тесной связи с состоянием государства. Историю ее можно разделить на 4 периода. Первый период – от издания Константином В. миланского эдикта в 313 г., коим христианство было поставлено во главе и выше всех религий. В этот период организуется управление при посредстве митрополитов и поместных соборов и развиваются богослужение и церковная дисциплина. Этот период знаменуется ростом православия и появлением в его среде ересей. Для сохранения чести и спокойствия христианской церкви К. созвал Первый вселенский собор в г. Никее (325 г.). На этом соборе был составлен так называемый никейский символ веры. Кроме того собор занялся решением вопросов о праздновании Пасхи, о безбрачии духовенства, о правах и власти епископов. Собор установил церковный мир, но непрочно. Вообще после Константина и до Феодосия церковь переживали тяжелое время вследствие господства ариан и гонения на православных епископов. Некоторое умиротворение внес 2-й вселенский собор, в 381 г., в Константинополе. Был окончательно составлен символ веры из 12 членов. Феодосий В. прилагал много усилий к прекращению споров. Он издал указы, в которых говорил: «мы желаем, чтобы все, следующие закону вселен. собор., именовались христианами кафолическими, а инакомыслящие назывались еретиками». За арианскими возникли в церкви новые споры – несторианские. Виновником ереси был Несторий, архиепископ константинопольский, учивший, что естества в Христе были разделены, что рождение Христа от Девы, по Несторию, Христородицы, было человеческое. Лжеучение это естественно вызвало волнение и побудило вождя православных, архиепископа александрийского Кирилла, выступить против Нестория. Был созван третий вселенский собор в 431 г. в Эфесе, формулировавший догмат о воплощении Господа Иисуса Христа. Но Эфесский собор, распавшись на 2 части – несторианскую и православную, не примирил церкви. Из несторианства выродилась монофизитская ересь, родоначальником коей был монах Евтихий, осужденный на соборе в Константинополе (448 г.). Однако на соборе следующего года высказались открыто в пользу монофизитства. В 451 г. император Маркиан созвал IV вселенский собор в Халкидоне. Здесь торжественно утверждено вероопределение и составлено несколько канонических правил. Ересь не была еще совершенно истреблена; лжеучения глубоко разрослись в стране, и под их влиянием открыто происходили мятежи, возмущения. Это вызвало неудачное вмешательство гражданской власти в лице императоров Василиска (466 — 477 г.) и Зенона, которые бестактными мерами только способствовали развитию монофизитства. Позднее император Юстиниан по вступлении на престол деятельно занялся церковными делами. Он крестил многих язычников, содействовал постройке храмов и монастырей. Самою его пламенною заботою было умиротворить церковь. В 553 г. император созвал пятый вселенский собор в Константинополе при участии 164 епископов во главе со столичным патриархом Евтихием. Но после этого собора монофизитство проявилась в новом виде, как ересь монофелитская. Она приобрела широкое распространение при императоре Ираклии. Чтобы пресечь возникшие волнения, Ираклий в 638 г. издал указ, провозглашавший учение об одной воле во Христе. Указом Констанса II, преемника Ираклия, в 648 г. под названием «типос» совершенно запрещались споры об одной и двух волях во Христе, причем явное предпочтение было отдано монофелитству. Типос вызвал протест православных, из коих многие поплатились жизнью. Тогда же выдвинулись борцы за православие: иерусалимский патриарх Софроний, св. Максим Исповедник и папа римский Мартин. Император Константин Погонат отказался от гражданского вмешательства и в 680 г. созвал шестой вселенский собор в Константинополе, на котором были признаны «две естественные воли и действие во Христе, согласно сочетавшиеся для спасения рода человеческого». Для церкви наступили мир и покой. В VIII веке появилась совсем новая ересь – иконоборческая. Император Лев Исаврянин, в интересах государства, предпринял гонение на церковь: иконы истреблялись, св. мощи уничтожались, монастыри и богословские школы закрывались. Но ненадолго: седьмой вселенский собор в Никее в 787 г. при императрице Ирине с участием 307 отцов церкви утвердил иконопочитание. При Михаиле I, Льве Армянине, Михаиле II и Феофиле – убежденных иконоборцах – ересь снова боролась с православием. Наконец, 11 марта 843 года, собор при содействии императрицы Феодоры провозгласил иконопочитание, постановил ежегодно в первый воскресный день четыредесятницы совершать особое торжество православия. Во все время Император имел большое влияние на дела церкви, напр., на избрание патриархов и епископов. К концу этого периода особенно широко расцвело монашество. Из келий, в которых жили монахи, составлялись лавры и монастыри, руководствовавшиеся сначала уставом св. Василия В. – в константинопольской – и св. Саввы освященного в иерусалимской церквах. В этот период обращено было много внимания на богослужение. Стали употребляться колокола, свечи, фимиам, появились песнопевцы и творцы, из коих славен св. Иоанн Дамаскин, усовершенствовалась проповедь. Второй период истории виз. церкви простирается до 1054 г. и характеризуется отпадением от единой вселенской церкви западной. Причиной распадения была борьба 2-х партий: игнатианской во главе с патриархом Игнатием и фотианской во главе с Фотием. Император Варда лишил первого в 857 г. престола, Игнатий не хотел признать вновь избранного Фотия. В 859 г. созванный собор стал на сторону Фотия. Начались смуты, которые использовал папа римский Николай I. Он выступил против Фотия, думая показать свою власть, но ошибся в расчетах. Фотий энергично противодействовал и отстоял независимость византийской церкви не только перед Николаем, но и перед папами Адрианом II и Иоанном VIII, а собор (879 — 880) закрепил притязания Фотия. Отсюда начинается история разделения церквей. В X веке папа Сергий III вмешался в дело о бракосочетании императора Льва Философа. Лев недоволен был патриархом Николаем Мистиком, осудившим брак, и заместил кафедру Евфимием. Собор 920 г. при участии папских легатов признал Николая правым. Натянутые отношения между Римом и Константинополем порвались окончательно в середине XI века. Возмущенный притязаниями римского папы Льва IX, патриарх Μ. Керулларий уклонился от переговоров с посольством кардинала Гумберта. 16 июля 1054 г. Гумберт положил во время богослужения в храме св. Софии отлучительную буллу папы. Тогда Керулларий созвал собор, на котором римских легатов предали анафеме. В недрах самой византийской церкви происходили трения. Патриарх Тарасий кротко относился к иконоборцам и попустил незаконный брак Константина VI из принципа так называемой экономии, т. е. ради высших целей церковно-государственной политики нарушил церковные каноны. Противником выступила монашеская партия, порвавшая общение с патриархами Тарасием, Никифором, Мефодием. Борьба между белым духовенством и черным достигла апогея во времена патриарха Арсения (1255 — 1260 — 1261 — 1267 гг.) Раздоры усугублялись неуничтожавшимися ересями, каковы: павликианство, аревурды, или дети солнца, – смесь христианства с почитанием Ормузда, евхиты, или энтузиасты. Из положительных сторон этого периода нужно упомянуть деятельность византийских миссионеров, распространявших в Пелопоннесе, Эпире, Фессалии, а также среди болгар, кроатов, славонцев, далматинцев, буковинов и русских свет христианского учения. Третий период В. церкви длится от 1054 до 1453 г. Блестящий вначале, он ко времени господства латинян и нападения турок являл признаки упадка. В 1099 г. на соборе в Бари были сделаны попытки воссоединить западную и восточную церкви. Со стороны папы выступил знаменитый Анзельм Кентерберийский, но ни он, ни позднее архиепископ Петр Хрисолан не добились церковного союза. Переговоры возобновились в царствование Мануила Комнина (1143 — 80 гг.), когда особенно хлопотал патриарх Фома Морозини. Его попытки продолжал Герман II (1232 г.). Особенно известна лионская уния (1274 г.) Подобные же попытки были при Иоанне Кантакузине, Иоанне V Палеологе, который лично ездил к папе, но дальше слов никто не шел. Наконец в 1439 г. ферраро-флорентийский собор провозгласил формальную унию. Византийцы не сочувствовали унии и предпочитали «лучше видеть в Константинополе турецкую чалму, чем папскую тиару». В этот период возгорелись снова христологические споры, возбужденные еретиками – монахом Нилом, архиепископом Евстратием, митрополитом Львом и другими. Первый спор был из-за слов: «ты еси приносяй и приносимый и приемляй»; второй из-за понимания слов Христа: «Отец мой болий Мене есть» (Иоан. 14, 28), и третий по поводу: «анафема Богу Магометову, о котором Магомет говорит, что он есть Бог». Споры были достойно осуждены византийской церковью. Из крупных религиозно-философских движений известны богомильство, ересь Варлаама, движение исихастов. Каноническое законодательство трудами соборов 861 г. и императоров Василия Македонянина и Льва Мудрого, а также патриарха Фотия обогатилось и значительно расширилось. В XI и XII веках появились известные комментаторы церковного права Иоанн Зонара, Алексей Аристин и Федор Вальсамон, Арсений (1225), Константин Арменопул (1350) и Матфей Властарь. Центром монашества была св. гора Афон; известны также в Константинополе Студийская обитель, Перивлент, монастырь Акимитов, в Пелопоннесе монастырь Великой пещеры, в Аттике – Дафнийский, в Беотии – св. Луки, в Фессалии – Метеорские и на Патмосе – св. Иоанна Богослова. Широкое развитие получило церковное искусство (архитектура, живопись, мозаика, позолота, резьба, миниатюры, музыка, пение). Богослужение дополнилось новыми чинами и праздниками.

Полный православный богословский энциклопедический словарь. В двух томах. — Спб.: Изд-во П. П. Сойкина.
П. П. Сойкин.
1913.

  • Византия
  • Византийская литература

Византийский период в Греции

Византия, Византийская империя — название этого прославленного государства традиционно ассоциируется с греческой культурой, хотя возникло оно, как восточная часть Римской империи и первоначально ее официальным языком была латынь, а этнический состав был более, чем разнообразен — греки, италийцы, копты, сирийцы, персы, евреи, армяне, малоазийские народности. Все они называли свое государство Ромейским, то есть Римским, а себя — ромеями, римлянами.

Несмотря на то, что основателем Византии считается император Константин Великий, государство это начало формироваться через 60 лет после его смерти. Император Константин, прекративший гонения на христиан, положил основание христианской империи, а период ее становления растянулся почти на два века.

Именно Константин перенес столицу империи из Рима в древний город Византий, по названию которого много веков спустя империя стала называться Византийской. Собственно, в течение более, чем тысячи лет своего существования она носила название Восточной Римской империи, а в XV веке историки переименовали ее в Византийскую, чтобы отличать от первой Римской империи, прекратившей свое существование в 480 году. Так название «Византия» возникло и прочно закрепилось, как термин, обозначающий великое христианское государство, просуществовавшее с 395 по 1453 год.

Византия оказала огромное, фундаментальное влияние на формирование европейской культуры, на просвещение славянских народов. Невозможно забыть, что Православные традиции, какими мы их знаем сейчас, с красотой богослужений, великолепием храмов, гармонией песнопений — все это дар Византии. Но религиозным мироощущением византийская культура не ограничена, хотя вся пропитана христианским духом. Одной из ее ярких особенностей было преломление всего богатства знаний, накопленных человечеством в античные времена, через призму Христианства.

Кроме Теологической Школы в Константинополе действовали два Университета и Юридическая Школа. Из стен этих учебных заведений выходили видные философы, писатели, ученые, врачи, астрономы, географы. Значительны открытия и изобретения византийцев в разных прикладных сферах. Например, Лев Философ создал оптический телеграф, с помощью которого можно было обмениваться информацией и предупреждать об опасностях.

Из Византии вышли святые равноапостольные братья Кирилл и Мефодий, благодаря просветительской деятельности которых славянские народы обрели свой алфавит и письменность, получили переводы Священного Писания и богослужебных книг на родной язык. То есть вся славянская, в том числе — русская, культура с ее всемирно известными литературой и искусством, имеет византийские корни.

Попытки решить внутригосударственные проблемы посредством принятия новых законов и правовых норм развило Византийскую юриспруденцию, в основе которой лежало Римское право. Именно этот свод законов до сих пор является основным в большинстве Европейских государств.

Обогатив весь мир своим культурным наследием, достигнув небывалого расцвета, Византия пала, исчезнув, как государство, но оставшись в истории, как неповторимая и незабываемая цивилизация.

Золотой век Византии

Становление Восточной Римской империи началось еще в правление императора Константина Великого, который перенес столицу в маленький город Византий, назвав его «Новый Рим». Константинополем город звал простой народ, а официально он не носил этого названия.

Император Константин, устав от постоянных династийных войн за трон, которые велись в Риме, решил сделать столицу, подвластную только ему. Он выбрал Византий, стоящий на перекрестке важных торговых путей, проходивших из Черного в Средиземное море, который как всякий портовый город был богат, развит и независим. Константин Великий объявил христианство одной из разрешенных государственных религий, чем вписал себя в историю, как христианский император. Но интересен тот факт, что при жизни, собственно, христианином он не был. Император Константин, причисленный Церковью к лику святых, принял крещение только на смертном одре незадолго до кончины.

После смерти Константина Великого, в 337 году, в течение двухсот лет молодое государство было раздираемо войнами, смутами, ересями и расколами. Требовалась сильная рука, чтобы навести порядок и укрепить Византию. Таким сильным правителем оказался Юстиниан I, вступивший на трон в 527 году, но и целое десятилетие до этого он, фактически, стоял у власти, будучи ключевой фигурой при своем дяде императоре Юстине.

Проведя ряд победоносных войн, император Юстиниан увеличил территорию страны почти вдвое, он распространял христианскую веру, умело вел внешнюю и внутреннюю политику, принимая меры к борьбе с экономическим кризисом, возникшим вследствие тотальной коррупции.

Византийский историк Прокопий Кесарийский свидетельствует, что Юстиниан «приняв власть над государством, потрясаемом и доведенным до позорной слабости, увеличил его размеры и привел в блестящее состояние». Примечательно, что супруга императора Юстиниана Феодора, которую историки называют «самой замечательной женщиной византийской эпохи», была ему верным другом, помощником и советчиком, часто брала на себя трудные государственные дела.

Феодора происходила из семьи бедного циркового смотрителя и в юности, отличаясь яркой красотой, была куртизанкой. Раскаявшись в своей греховной жизни, она пережила духовное перерождение и начала проводить строгую подвижническую жизнь. Тогда-то с Феодорой познакомился молодой Юстиниан и, полюбив, вступил с ней в брак. Этот счастливый союз оказал большое влияние на Византийскую империю, начав ее Золотой век.

При Юстиниане и Феодоре Византия становится центром культуры, «палладиумом наук и искусств». Императорская чета строит монастыри и храмы, в том числе Константинопольский собор Святой Софии Премудрости Божией.

Храм Святой Софии до сих пор остается одним из самых величественных произведений зодчества на земле. Поражают сами его размеры: 77 метров в длину и почти 72 — в ширину, высота храма — чуть менее 56 метров, а диаметр купола — около 33 метров. Под куполом по всей окружности расположены сорок окон, проникая через которые солнечный свет как бы отделяет купол, и создается ощущение, что он стоит на солнечных лучах. В связи с этим существовало поверье, что купол Святой Софии на золотых цепях спускается с неба.

Даже превращенный в мечеть, храм Святой Софии поражает своей грандиозной мощью и красотой. «Здесь все приведено в такую дивную гармонию, торжественную, простую, великолепную», — писал русский художник Михаил Нестеров, посетивший Константинополь, или как его называли в России — Царьград — в 1893 году.

Возведение такого здания, уже не говоря о внутреннем убранстве, в оформлении которого использовались мрамор, слоновая кость, золото и драгоценные камни, имело очень высокую стоимость. Все доходы Византийской империи за пять лет строительства не покрыли стоимости Святой Софии.

При этом роль Церкви как таковой рассматривалась Юстинианом больше как инструмент укрепления империи, он вмешивался в церковные дела, назначал и смещал епископов. Таким образом, роль Церкви сводилась к обслуживанию государственных интересов, она теряла свой духовный авторитет среди людей, что вместо укрепления вело к ослаблению государства.

С одной стороны — в Византии процветала святость. Достаточно назвать просиявших на заре Византийской империи трех святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, а также Григория Никомидийского, Марка Эфесского, Иоанна Постника, Филарета Милостивого из сонма прославленных и не столь известных святых Византии, чтобы утверждать — духовная жизнь Византии не угасала и рождала святость. Но святость, как и во все времена, в Византийской империи тоже была явлением исключительным.

Нищета, духовное и культурное убожество большинства населения, утопавшего в грубом разврате и пошлости, проводившего время в праздности — в кабаках и цирках, чрезмерное богатство власть придержащих, утопавших в роскоши и в том же разврате, все это напоминало грубое язычество. В то же время и те, и другие именовали себя христианами, ходили в церковь и богословствовали. Как сказал русский философ Владимир Соловьев, «в Византии было больше богословов, чем христиан». Двуличие, ложь и святотатство, естественно, не могли привести ни к чему хорошему. Византию должна была постигнуть Божия кара.

Падения и взлеты

Преемникам императора Юстиниана I, умершего в 565 году, пришлось вести постоянные войны на Западе и Востоке, чтобы сохранить границы Византийской империи. Германцы, персы, славяне, арабы — это далеко неполный список тех, кто покушался на византийские земли.

К концу VII века Византия занимала около трети своих земель по сравнению с империей Юстиниана. Тем не менее, Константинополь не был сдан, народ за время испытаний стал более сплоченным и этнически определенным. Теперь большинство населения Византийской империи составляли греки, греческий язык стал государственным. Продолжало развиваться право, по-прежнему расцветали науки и искусства.

Лев Исавр, основатель исаврийской династии, который правил под именем Льва III, сделал государство богатым и могущественным. Однако, при нем возникла и развилась ересь иконоборчества, которую поддержал и сам император. Множество святых, жертвенно защищавших святые иконы, просияли в Византии в это время. Знаменитый гимнограф, философ и богослов Иоанн Дамаскин за защиту икон был наказан отсечением руки. Но сама Богородица явилась ему и вернула отсеченную кисть. Таким образом, в православной традиции появилась икона Богородицы Троеручица, на которой изображена и возвращенная Иоанну Дамаскину рука.

Иконопочитание ненадолго восстановилось в конце VIII века при Ирине, первой женщине-императрице. Но впоследствии вновь началось гонение на святые иконы, продолжавшееся до 843 года, когда догмат иконопочитания был окончательно утвержден при императрице Феодоре. Императрица Феодора, чьи мощи ныне почивают на греческом острове Керкира (Корфу), была супругой императора-иконоборца Феофила, но сама тайно чтила святые иконы. Заняв трон после смерти мужа, она покровительствовала созыву VII Вселенского Собора, восстановившего почитание икон. Впервые при Феодоре в храме Софии в Константинополе в первое воскресенье Великого поста был совершен чин Торжества Православия, который и сейчас ежегодно совершается во всех Православных Церквах.

В начале IX века, при продолжавшемся иконоборчестве, вновь начались сокрушительные войны — с арабами и болгарами, которые лишили империю многих земель и чуть не завоевали Константинополь. Но тогда беда миновала, византийцы отстояли свою столицу.

В 867 году к власти в Византии пришла македонская династия, при которой Золотой век империи продлился еще более, чем на полтора столетия. Императоры Василий I, Роман, Никифор Фока, Иоанн Цимисхий, Василий II вернули потерянные земли и расширили границы империи до Тигра и Евфрата.

Именно в период правления македонцев в Константинополь пришли послы князя Владимира, о чем Повесть временных лет рассказывает так: ««Пришли мы в Греческую землю, и ввели нас туда, где служат они Богу своему, и не знали — на небе или на земле мы: ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой, и не знаем, как и рассказать об этом, — знаем мы только, что пребывает там Бог с людьми, и служба их лучше, чем во всех других странах». Сказали же бояре Владимиру князю: «Если бы плох был закон греческий, то не приняла бы его бабка твоя Ольга, а была она мудрейшей из всех людей». И спросил Владимир: «Где примем крещение?» Они же сказали: «Где тебе любо»». Так началась история нового могущественного христианского государства — России, которую впоследствии назовут приемницей Византии или Третьим Римом.

В 1019 году византийский император Василий II завоевал Болгарию. Одновременно он укрепил экономику и дал новый толчок развитию науки и культуры. В период его правления Византийская империя достигла большого расцвета. Известно, что Василий, получивший прозвище Болгаробойца за победы над болгарами, вел аскетическую жизнь. Он не был женат, история не сохранила сведений о каких-либо его любовных похождениях. Он не оставил потомства, и после его смерти началась ожесточенная борьба за трон. Правители, которые один за другим сменяли друг друга, не смогли достойно управлять огромной империей, началась феодальная раздробленность, центральная власть стремительно ослабевала.

В 1057 году, свергнув македонскую династию, на трон взошел Исаак Комнин, но и он не долго продержался во главе государства. Правители продолжали сменять один другого, не пренебрегая подлостями, предательствами, убийствами. Возрастала анархия, государство слабело.

Византийская империя была в критическом состоянии, когда в 1081 году к власти пришел Алексей Комнин. Молодой военачальник силой захватил Константинополь и императорский трон. Он успешно вел внешнюю и внутреннюю политику. На все ключевые государственные посты он назначил либо родственников, либо друзей. Таким образом, власть стала более централизованной, что способствовало укреплению империи.

Правление династии Комниных, которое историки назвали Комниновским возрождением, имело целью захват Рима и низложение Западной империи, существование которой уязвляло самолюбие византийских императоров. При сыне Алексия Комнина Иоанне и, особенно, при внуке Мануиле Константинополь стал центром европейской политики, с которым вынуждены были считаться все остальные государства.

Но после смерти Мануила оказалось, что кроме ненависти к Византии никто из соседей, готовых в любой момент напасть на нее, не питает никаких чувств. Глубокий внутренний кризис, вызванный большой бедностью населения, социальной несправедливостью, политикой ущемления собственного народа в угоду иноземным купцам, разразился восстанием и резней.

Менее чем через год после смерти Мануила Комнина, в столице вспыхнуло восстание, залившее город кровью. В 1087 году от Византии отделилась Болгария, а в 1090 — Сербия. Империя ослабела как никогда ранее, и в 1204 году Константинополь захватили крестоносцы, город был разграблен, многие памятники византийской культуры погибли безвозвратно. Под контролем византийцев оставались всего несколько областей — Никея, Трапезунд и Эпир. На всех остальных территориях грубо насаждался католицизм и истреблялась греческая культура.

Никейский император Михаил Палеолог, заключив несколько политических дружественных союзов, сумел собрать силы и вернуть Константинополь. 15 августа 1261 года, на праздник Успения Пресвятой Богородицы, он торжественно вошел в столицу и объявил о возрождении Византийской империи. Два десятилетия правления Михаила стали для государства годами относительного благоденствия, а самого этого императора историки называют последним значительным правителем Византии.

Внешнеполитическая обстановка оставалась неспокойной, и перед лицом постоянной опасности необходимо было укреплять империю изнутри, но эпоха правления династии Палеологов, наоборот, изобиловала смутами, внутренними конфликтами и восстаниями.

Закат и гибель империи

Постоянная борьба за трон, а главное — духовный кризис общества, именовавшего себя христианским и проводившего далекую от христианских идеалов жизнь, окончательно ослабили Византийскую империю.

Мусульмане-османы всего за двенадцать лет завоевали Бурсу, Никею, Никомедию и дошли до Босфора. Падение Галлиполи под натиском османов в 1354 году положил начало их завоеваниям во всей Европе.

Византийским императорам пришлось искать поддержку в Риме, их заискивание перед Западом дошло до того, что они отвергли Православие, подписав с католиками унию, что не только не послужило во благо государству, но только ослабило его, и духовно, и нравственно. Большинство населения не приняло католицизм, и внутренний кризис дошел до предела.

В течение последующих ста лет османы завладели почти всей территорией империи, и Византия теперь была крошечной провинцией на окраине Европы.

В 1453 году, 5 апреля турки подступили к Константинополю и начали его осаду, а уже 30 мая султан Мехмед II победоносно вошел в город. Так закончилось существование первой христианской, некогда могущественной, Византийской империи.

Удивительно, что не только расцвет, но и падение великой Византии, еще раз доказавшее, что земля и все дела на ней сгорят (2 Послание апостола Петра, 3, 10), продолжает учить человечество многому. Попытка построить на грешной земле общество «единства в свободе по закону Любви», как говорил русский философ Алексей Хомяков, до сих пор остается одним из благороднейших начинаний, вдохновивших многих великих людей — политиков, философов, поэтов, писателей, художников. Осуществим ли этот идеал в падшем мире? Скорее всего, нет. Но он продолжает жить в умах, как высокая идея, как вершина духовных устремлений человечества.

А также почитайте:

Платонизм в поздней Византии, между эллинизмом и православием Войтеха Гладкого

  • Домой
  • Мои книги
  • Обзор ▾
    • Рекомендации
    • Награды Choice
    • Жанры
    • Подарки
    • Новые выпуски
    • Списки
    • Изучить
    • Новости и интервью
    • 4

        26 Жанры
      • Бизнес
      • Детский
      • Кристиан
      • Классика
      • Комиксы
      • Поваренные книги
      • Электронные книги
      • Фэнтези
      • Художественная литература
      • Графические романы
      • Историческая фантастика
      • История
      • Музыка ужасов
      • Тайна
      • Документальная литература
      • Поэзия
      • Психология
      • Романтика
      • Наука
      • Научная фантастика
      • Самопомощь
      • Спорт
      • Триллер
      • Путешествия
      • Молодые люди

      1 90 Больше жанров 025

    • Сообщество ▾
      • Группы
      • Обсуждения
      • Цитаты
      • Спросите автора

    Ниш и Византия

    ИЗ-ЗА ВОЗДЕЙСТВИЯ ПАНДЕМИИ COVID-19, НАСТОЯЩЕЕ ГОД !

    Международный симпозиум византологов

    НИШ И ВИЗАНТИЙ XIX

    «Восхваление истины или воскресение Византии»

    С У М М А Р И

    3 июня

    — 17,30 — Церемония открытия (Ведущий церемонии, г-жа А.Ивана Йочич)

    1. dr MIGUEL GALLÉS, Barcelona
      NUNC DIMITTIS, КОГДА СТАРЫЕ СТАЛИ НОВЫМИ
    2. АЛЕКСАНДРА ДАВИДОВ ТЕМЕРИНСКИЙ, Белград
      ПЕРСОНИФИКАЦИИ ВЕТХОГО И НОВОГО ЗАВЕТОВ В ХРАМЕ БОГОРОДИЦЫ ЛЕВИЧКИ
    3. доктор РОЗМЕРИ БЕЙСИК, Университет Оклахомы
      ВОСКРЕСЕНИЕ ВИЗАНТИЙСКОГО СТИЛЯ В ГОРОДЕ 13 ВЕКА ЗАДАР, ХОРВАТИЯ
    4. др ИЛАРИЯ ПАГАНИ, Рома
      КОНСТАНТИН И ЕЛЕН.МОДЕЛИ ХРИСТИАНСКОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ В XV ВЕКЕ ИКОНОГРАФИЯ
    5. ВЛАДИМИР БОЖИНОВИЧ, Стамбульский университет
      ЦЕРКОВЬ БОЖИЕЙ БЕЛГРАДКАПИ (БЕЛГРАДКАПЫ) В СТАМБУЛЕ В СВЕТЕ НЕДАВНИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
    6. др АЛЕНКА ЦЕДИЛЬНИК, Любляна
      ЕВДОКСИЙ КОНСТАНТИНОПЛЬСКИЙ И ПРОАРИЙСКИЕ ЕПИСКОПЫ ИЛЛИРИКУМА. ВКЛАД (III) В ХРИСТИАНСКУЮ ПРОЗОПОГРАФию DIOECESIS THRACIARUM
    7. МАРКО ДАБИЧ, Барселона
      ПНЕВМАТОЛОГИЯ СВЯТОГО НИКИТА РЕМЕЗИАНА
    8. доктор АРИАДНА ВОРОНОВА, Москва
      ПЕРВЫЙ ФОНД В МОСКВЕ — МОНАСТЫРЬ СПАСЕНИЯ И ПРЕОБРАЗОВАНИЯ НА СОСНЕ В КРЕМЛИНЕ И АНАЛОГИЧНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ИЗ РУССКОЙ И БАЛКАНСКОЙ АРХИТЕКТУРЫ XIV ВЕКА
    9. доктор ЯСМИНА С.IRIĆ, Belgrade
      ЭТАЖ В НАРФЕКСЕ ЦЕРКВИ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ: ПУТЬ В ИЕРУСАЛИМ
    10. д-р ЕЛИЗАБЕТА ДИМИТРОВА, ОРИДЕЯ ЗОРОВА, Скопле
      ВЕТХОЗАВЕТНЫЙ АВРААМ И ЕГО ПУТЕШЕСТВИЕ ЧЕРЕЗ ИКОНОГРАФИЮ СРЕДНЕВЕКОВОЙ МАКЕДОНИИ
    11. д-р КОНСТАНТИН ВАФИДЖАДИС, Афины
      КОММЕНТАРИИ К РАСПИСАНИЮ ЖИВОПИСИ В СТАРИННОМ ХРАМЕ МОНАСТЫРЯ ВЕЛИКОГО МЕТЕОРОНА
    12. dr ANĐELA GAVRILOVIĆ, Белград
      ВКЛАД В ИССЛЕДОВАНИЕ СЦЕНЫ ВСТРЕЧИ ХРИСТА В ВИЗАНТИЙСКОМ И СЕРБСКОМ СРЕДНЕВЕКОВОМ ИСКУССТВЕ, С ОСОБЕННО ОТНОСИТЕЛЬНО СЦЕНЫ В СВЯТОЙ ТРОИЦЕ 1265 (ЦЕРКОВЬ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ 12)
    13. dr IOANNIS SISIOU, Касторья
      Η ΚΑΛΛΙΤΕΧΝΙΚΗ ΣΧΟΛΗ ΤΗΣ ΚΑΣΤΟΡΙΑΣ
    14. dr МIША RAKOCIJA, Niš
      ИЗУЧЕНИЕ ВИЗАНТИЙСКИХ И ПОСТВИЗАНТИЙСКИХ ЦЕРКВЕЙ ГОРОДА
    15. НИШ

    16. доктор РОБЕРТ МИХАЙЛОВСКИ, Мельбурн; ЛИЛЬЯНА МАНДИЧ,
      MILOJE MANDI, Ужице

      ЭПИТАФ НА МОГИЛЬНИКЕ В ЦЕРКВИ БЛАГОВЕЩЕНИЯ В КАРАНЕ
    17. ДЕЖАН С.РАДИСАВЛЕВИЧ, Белград
      ПО СЛЕДУ СРЕДНЕВЕКОВОЙ НАДПИСИ НА МОГИЛЬНИКЕ В ЯКОВЛЕ (АЛЕКСИНАЦ)
    18. ИВАН ВАСИЛЕВ, София
      «ОТКРЫТИЕ» ТРИ ПОСРЕДНЕВЕКОВЫХ ЦЕРКВЕЙ ЭКСПЕДИЦИЕЙ ФРЕСКО-ОХОТНИЧЬИ В НИШАВСКОМ РАЙОНЕ, БОЛГАРИЯ
    19. dr LARS RAMSKOLD, Stockholm
      THE AVGVSTVS / CAESAR AND CAESAR / XX СЕРЕБРЯНЫЕ МЕДАЛЬОНЫ ИЗ INRERREGNUM 337 CE
    20. др СВЕТЛА ПЕТРОВА, София
      НА ПУТИ УНИКАЛЬНОГО ДРЕВНЕГО САРКОФАГА
    21. dr HALÛK ETINKAYA, Стамбул
      ЦЕРКВИ НИКАЭИ
    22. др ВАНЯ ПОПОВА, София
      РАННИЕ ХРИСТИАНСКИЕ ПЕРСОНИНИФИКАЦИИ
    23. МАРИНА ПЕРСЕНГ, Варна
      ИКОНОГРАФИЧЕСКОЕ И СТИЛИСТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ЕВХАРИСТИЧЕСКИХ ИЗОБРАЖЕНИЙ НА НАПОЛЬНОЙ МОЗАИКЕ НА БАЛКАНАХ ВО ВРЕМЯ РАННЕГО ХРИСТИАНСТВА
    24. dr VIKTOR LILČIĆ ADAMS, Скопье
      ПРОБЛЕМА НАПРАВЛЕНИЯ СИГНАЛИЗАЦИИ РАННЕВОИЗАНТИЙСКОЙ СИГНАЛИЗАЦИИ В ДОЛИНЕ РЕКИ ВАРДАР (АКСИУС)
    25. др. Грэхэм Джонс, Оксфорд
      СОЛНЦЕ, ЗВЕЗДНЫЙ СВЕТ И ЛУНА: ИКОНОГРАФИЯ И НАРРАТИВ Елены В КОНТЕКСТЕ БОЖЕСТВЕННОЙ КОСМОЛОГИИ
    26. ДУШАН РАШКОВИЧ, Вена
      ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ МОРАВСКОЙ ДОЛИНЫ В РАННЕВИЗАНТИЙСКИЙ ПЕРИОД
    27. dr LJUBIŠA VASILJEVIĆ, Kruševac
      АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ САЙТЫ И НАХОДКИ, СВЯЗАННЫЕ С ЛЕЧЕБНЫМИ ИСТОЧНИКАМИ В ЮЖНОЙ СЕРБИИ
    28. НЕМАНЯ ПЕТРОВИЧ, Белград
      ПРОЦЕССИОННЫЙ КРЕСТ ИЗ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ОБЛАСТИ СВРЛИГА: ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РОЛЬ В РЕЛИГИОЗНЫХ ПРОЦЕССИЯХ
    29. GORAN JANJIIJEVIĆ, Белград
      ПОСЛЕДСТВИЯ ИСТИНЫ И ЕЕ НЕЗАВИСИМОСТИ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТВОРЕНИИ КАК ФОКУС ИКОНОЛОГИЧЕСКИХ, СТРУКТУРНЫХ И ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКИХ ИНТЕРПРЕТАЦИЙ
    30. dr IVICA ČAIROVIĆ, Белград
      ОБЗОР ТЕОЛОГО-ИСТОРИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ КОНСТАНТИНОПОЛЬНЫХ И ФРАНЦИКАНСКИХ ОТЦОВ ЦЕРКВЕЙ В 9 ВЕКЕ
    31. dr EIRINI ARTEMI, Афины
      ТЕОЛОГИЧЕСКОЕ И ДОГМАТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ ГРИГОРИЯ ПАЛАМА НА СВОЕМ НАПИСАНИИ «ДЕСЯТИ ЗАПОВЕДЕЙ ПО ХРИСТУ»
    32. JELENA DABI, Barselona
      ПАЛОМНИЧЕСТВО ЕЛЕНЫ АУГУСТА И НАХОДКА КРЕСТА СВЯТОГО
    33. MILOŠ MIŠKOVIĆ, Белград
      ПРАВОСЛАВНЫЙ ВЗГЛЯД НА АДАПЦИОНИЗМ В ПЕРЕПИСКЕ АЛКУИНА С ФЕЛИКСОМ ОТ УРГЕЛЯ И ЭЛИПАНДА ОТ ТОЛЕДА
    34. МИЛОШ ПАВЛОВИЧ, Ниш
      ПРАВОСЛАВИЕ И ЛАТИНСКАЯ ЕРЕСЬ В ГОСУДАРСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ ФЕОДОСИЯ ИЗ ГИЛАНДАРА
    35. СЛАВИША ТУБИН, Белград
      СОЛДАТЫ-СВЯТЫЕ МУЧЕНИКИ: ПРЕДЫСТОРИЯ ПРОСЬБЫ О КАНОНИЗАЦИИ И КУЛЬТ ПАДШИХ ВОИН В ВЕКЕ НИКЕФОРА II ФОКАС
    36. dr SÁNDOR FÖLDVÁRI, Дебрецен
      «ТЕОТОКОС» (БОЖЬЯ МАТЬ) КАК ПАТРОН ГОСУДАРСТВА В ВИЗАНТИИ И ПОСЛЕДОВАТЕЛИ ВИЗАНТИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ: ВЕНГЕРСКИЕ НАРРАТИВЫ И ПАРТНЕРЫ МАРАНТАРИИ И МАРГИНТАЙН ИГОРЬЯН ИГОМАНТ
    37. DRAGANA FRFULANOVI ŠOMOI, MILENA SAVIĆ, Leskovac
      ГОЛОВНОЙ УБОР НА ПОРТРЕТЕ ДВОРННЫХ ЖЕНЩИН КТЕТОРА XIV ВЕКА: СЕРБИЯ-БОЛГАРИЯ
    38. доктор ИВАНА ЛЕМКУЛ, Белград
      «APUD NAISSUM GENITUS»: КОНСТАНТИН В МАТЕЗИСЕ FIRMICUS MATERNUS
    39. dr ANDIJANA GOLAC, Beograd
      ОБРАЗ ПРАВЕДНОЙ РАБОТЫ В МОНАСТЫРЕ ЗРЗЕ

    PPT — Презентация PowerPoint для восточного православия, скачать бесплатно

  • Восточное православие Alex Edquist and Michelle Story Period 6

  • Хронология • 589 CE — Оговорка filioque в определенной ритуальной молитве римлян начинается чтобы изгнать римскую церковь от византийской церкви, поскольку это подразумевало, что Иисус был равен Богу, в то время как византийцы думали, что Бог выше Иисуса.• 754 г. н.э. — Папа вынужден обратиться к франкам за помощью, так как он не мог общаться с патриархом (главой церкви) в Византии. • 787 г. н.э. — Седьмой Вселенский Собор разрешает использование икон в церкви и начинает более глубокое разделение Западной (Римской) и Восточной (Греческой / Константинопольской) церквей. • 800 г. н.э. — Папа коронует Карла Великого как императора Священной Римской империи, что не подтверждается Византией. Это еще больше разделяет восточную и западную ветви христианской церкви.

  • Хронология • 988 г. н.э.- Владимир, князь Киевский, крестился и принес христианство в Россию. • 1054 г. н.э. — Великий раскол происходит, когда Папа Лев IX требует, чтобы Керуларий Константинопольский признал превосходное положение Рима, и Керуларий отказывается, в результате оба лидера отлучают друг друга от своих церквей. Римско-католическая и восточно-православная церкви официально разделены. • 1204 г. н.э. — католические крестоносцы завоевывают и разрушают Константинополь.• 1326 г. н.э. — Москва становится важным городом, когда глава Русской Православной церкви переносит туда религиозную столицу. • 1438 г. н.э. — православные лидеры из Константинополя встречаются во Флорентийском соборе, чтобы попытаться разрешить теологические разногласия между двумя церквями, особенно в отношении вопроса о филиокве. Церкви временно воссоединены.

  • Хронология • 1484 г. н.э. — Константинопольский патриарх отвергает Флорентийский собор, что делает окончательным раскол между католической и восточно-православной церквями.• 1453 г. н.э. — Османы захватывают Константинополь, и Москва начинает рассматривать себя в качестве логической замены главы православной церкви или третьего Рима (Константинополь был «вторым Римом»). • 1490 г. н.э. — иудейская ересь, бросающая вызов божественности Иисуса и Святого Духа, жестоко подавляется в России при Иване Великом. • 1556 г. н.э. — в Москве построен собор Василия Блаженного. • 1700 г. н.э. — Петр Великий делает ранее независимую Восточную православную церковь «правительственным ведомством», возглавляемым коллегией высшего духовенства, именуемой Священным Синодом.

  • Важные люди в православной истории Петр Великий Папа Лев IX (вверху) и Михаил Керуларий (внизу) Карл Великий Владимир из Киева

  • Региональное влияние: Восточная Европа

  • Региональное влияние : Восточная Европа

  • Региональное влияние: Евразия

  • Региональное влияние: Евразия

  • Региональное влияние: Ближний Восток

  • 6 Региональное влияние: Ближний Восток Восточно-православное искусство Св.Собор Василия Блаженного Московская фреска «Вознесение Христова» Византия Кафедральный собор Румыния

  • Изменения со временем • До 550 г. н.э. восточное православие и римский католицизм начинались как одна религия. Константинополь заменил Рим в качестве столицы Римской (ныне Византийской) империи, но Рим по-прежнему оставался религиозной столицей христианства. • После 550 г. н.э. разногласия в теологии и споры о том, разделяют ли Константинополь и Рим религиозную власть, или Рим и Папа превосходят, начали разделять христианство двух городов, но они все еще считались одной религией.Большое расстояние между этими двумя городами привело к началу разделения. • Между 600 и 1100 годами нашей эры зарождающийся восточно-православный взгляд на христианство начал распространяться из Константинополя в Грецию, Россию и другие регионы Восточной Европы.

  • Изменения со временем • В 1054 году произошел Великий раскол, после чего Восточная Православная и Католическая церкви считались отдельными. Однако они ненадолго воссоединились в 1439 году после Второго Флорентийского собора, когда католические и православные лидеры встретились во Флоренции, Италия, но это единство продлилось недолго.• В 1453 году Москва сменила Константинополь в качестве главы православной церкви после того, как турки-османы захватили Константинополь, и центр восточного православия переместился из Турции и Греции (которые подпали под турецкое и, следовательно, исламское правление) в Россию. • Церковь была независима от российского правительства до царствования Петра Великого в начале 1700-х годов, когда он сделал ее продолжением своего правительства для поддержки своего правления. Так оставалось до русской революции 1917 года.

  • Распространение восточного православия

  • Сравнение Восточное православие Более духовное Статичное / неохотное изменение доктрин Бог-отец — высшее существо, Иисус — сын и святой дух под ним Обожествление (цель состоит в том, чтобы вы стали подобными богу) Все епископы равны, единого главы церкви нет. Все иконы двухмерны. Римский католицизм. Более практично, рассуждения. Динамика / верования могут со временем меняться. Бог отец, сын Иисус и святой дух — все равны и принадлежат к одному духу Спасение (цель состоит в том, чтобы ваша нечистая душа была спасена богом). Церковь возглавляет Папа, считающийся непогрешимым. Статуи, трехмерные изображения. был беспорядок и умер, чтобы верующие могли попасть в рай. Совершить семь таинств. Главный святой текст — это Библия. Поклонение в церквях.

  • Сравнение Москва Иерусалим Мекка Москва стала известной благодаря религии, подобно Иерусалиму в Израиле и Мекке в Аравии

  • Сравнение Протестантская Реформация Великий раскол Православие отделилось из-за незначительных отличий от исходной религии, подобно суннитскому и шиитскому исламу, а затем и протестантскому и католическому христианству.Эти расколы произошли из-за географических и политических различий в регионах, в которых находились религии. Суннитско-шиитский раскол

  • Сравнение В конечном итоге был географически расположен вдали от места своего основания (перемещен из Константинополя в Россию), как и буддизм (От Индии до Восточной Азии) и христианства в целом (от Ближнего Востока до Европы) из-за принятия лидерами веры (христианство) или постепенного распространения посредством культурного распространения и торговли (православие и буддизм).Средиземное море в Россию Ближний Восток в Европу Индия в Восточную Азию

  • Сравнение Соборы, Базилика Святого Петра Исламское искусство, Купол скалы индуистские храмы Он вдохновил великие произведения искусства и архитектуры в виде красивых мест поклонения. Подобно почти любой другой религии, и Бог никогда не был представлен непосредственно в искусстве, которое похоже на ислам.

  • Сравнение Генрих VIII Петр Великий Измаил Петр Великий сделал российскую государственную религию, чтобы консолидировать свою власть, подобно тому, как Генрих VIII в Англии принял протестантизм для своей выгоды и как Исмаил Сефевидов использовал шиизм обрести власть.

  • Влияние на современный мир • Сегодня Православие — это духовное руководство для людей. • Некоторые люди используют книги, написанные для Православия, как руководство к правильному образу жизни. • Православие помогает объединить людей с одинаковыми убеждениями в одной церкви. • Православие помогает людям получить личный опыт истины, которой они желают в православной религии. • Православие помогает верующим достичь спасения; что является их главной целью в жизни. • Люди, исповедующие православную религию, склонны думать более абстрактно о различных вопросах.• Православные люди также склонны ко мне более образованные в области науки и философии.

  • Выполненные работы • История Мишель: влияние ПИРАТОВ по регионам, современные воздействия • Алекс Эдквист: Хронология, сравнения / изменения во времени, изображения

  • Цитируемые работы • http://www.jewishencyclopedia.com /view.jsp?artid=668&letter=J • http://www.historyworld.net • http://www.ocf.org/OrthodoxPage/reading/filioque.html • http: //www.irondequoitcatholic.org / index.php / St / VladimirOfKiev • http://www.stpaulsirvine.org/html/TheGreatSchism.htm • http://www.iconsexplained.com/iec/iec_idb2g.htm

  • Книги Ирфана Шахида о Византии и арабы

    Dumbarton Oaks предоставил бесплатные для загрузки все работы Ирфана Шахида о Византии и арабах, чрезвычайно ценный ресурс, документирующий византийско-арабские отношения и христианство среди арабов в доисламский период.

    Арабы играли важную роль в контролируемом римлянами Ориенсе в течение четырех
    столетия или около того, что прошло от поселения Помпеи в 64 г. до н. э.С.
    до правления Диоклетиана, 284–305 гг. В Рим и арабы
    Ирфан Шахид исследует эту обширную, но малоизвестную роль и следы
    фазы арабо-римских отношений, особенно в решающий
    третий век, который засвидетельствовал подъем многих могущественных римских арабов
    такие как императрицы династии Северан, император Филипп и
    два правителя Пальмиры, Оденат и Зенобия. Филипп Араб,
    автор утверждает, был первым христианским императором Рима и Авгаром Великим
    (ок.200 г. н.э.) был первым ближневосточным правителем, принявшим христианство.
    Помимо политических и военных вопросов, автор также обсуждает
    Вклад арабов в культуру, указывающий на роль эллинизированных
    и романизированные арабы в урбанизации региона и в
    прогресс христианства, особенно в Эдессе при арабском
    Абгариды.

    Четвертый век, век Константина, стал свидетелем основания
    и рост новых отношений между Римской империей и арабами.Арабские группы воинов на Ориенсе стали foederati , союзниками Византии, христианской Римской империи, и так оставались до арабских завоеваний. В Византия и арабы в четвертом веке ,
    Ирфан Шахид объясняет рождение нового федеративного существования и
    рост его институциональных форм и исследует различные составляющие
    федеративной культурной жизни: филархат, епископат,
    начало арабской церкви, арабской литургии и самых ранних
    заверенное сочинение арабской поэзии.Он обсуждает участие
    арабские foederati в войнах Византии с ее соседями —
    Персы и готы, в течение которых арабские союзники, в первую очередь
    Танухиды, способствовали благополучию imperium и ecclesia .
    Конь арабской федерации скакал в Византию до Ктесифона,
    Константинополь и, возможно, Наджран в Аравии Феликс. В царствование
    Валент, foederati выступили защитниками Никейского
    Православие: за это боролись их воины; их суровый и бескомпромиссный
    святой, Моисей, отстаивал его; и их героическая и романтическая королева Мавиа,
    договорились об этом.

    Подобно тому, как Танухиды поднимались и падали как главные арабские федерации
    Византия в четвертом веке, а также Саликиды в пятом.
    Век, практически terra incognita в истории
    Арабо-византийские отношения исследует Ирфан Шахид, оправившийся от
    источники политические, военные, церковные и культурные
    История арабских федератов на Востоке и на Аравийском полуострове в этот период. В отличие от своих предшественников или преемников, foederati
    пятого века жил в полной гармонии с Византией.Федеративно-имперские отношения были гладкими: арабский конь зашел так далеко
    как Пентаполис на Западе и, возможно, принимал участие в экспедиции Льва
    против вандалов. Они были стойкими ортодоксами и участвовали в
    два Вселенских Собора, Эфесский и Халкидонский, где их голос
    слышно. Но их более продолжительный вклад был культурным и, возможно,
    связан с Давудом (Давидом), царем Салинидов; Петрус, епископ
    Парембол; и, возможно, также Илия, патриарх Иерусалимский
    (494–516), римский араб.Федеративная культура дала толчок к подъему
    арабского письма, арабской поэзии и простой формы арабского
    литургия — фундамент культурных достижений в последующем
    веков.

    Византия и арабы в шестом веке , том 1, часть 1, Политическая и военная история
    посвящен основным арабским племенам, составляющим византийскую федерацию.
    Римская империя. В начале шестого века Константинополь изменил свой арабский
    союз Салахидов с Киндитами и особенно
    Гассаниды, которые стали доминировать в арабо-византийских отношениях через
    правление Ираклия.В хронологическом порядке это исследование, первое
    подробный отчет о Гассанидах с девятнадцатого века, привлекает
    широко из первоисточников на греческом, сирийском и арабском языках. Ирфан Шахид
    подробно прослеживает перипетии отношений между римлянами
    и Гассанидов, и приводит доводы в пользу широкой роли последних в
    защита Византийской империи на востоке.

    Византия и арабы в шестом веке , том 1, часть 2, Церковная история
    предоставляет хронологически упорядоченный отчет об участии
    Гассанидов в церковных делах в восточном регионе
    Византийская империя.Отслеживание роли арабских племен как внутри, так и
    за пределами римского лаймов , Ирфан Шахид документирует, как
    Гассаниды, в частности, пришли, чтобы установить и развить отчетливую
    нехалкидонской церковной иерархии, при этом оставаясь союзниками
    Халкидонские императоры. Гассанидские филархи, такие как Мундир, не появляются.
    просто как верные foederati , но набожные христиане. Шахид
    широко и критически анализирует греческий, сирийский и арабский языки.
    источники, в том числе много неясных или незнакомых текстов, чтобы прояснить
    религиозный пейзаж арабов шестого века.

    Византия и арабы в шестом веке , том 2, часть 1, Топонимия, памятники, историческая география и пограничные исследования — это
    актуальное исследование военных, религиозных и гражданских структур
    Гассаниды. Подробное исследование Ирфаном Шахидом арабских построек
    шестой век показывает, как византийское провинциальное искусство и архитектура
    были приняты и адаптированы федеративными арабами для собственного использования. В качестве
    памятники христианской архитектуры, эти федеративные сооружения
    составляют недостающее звено в развитии арабской архитектуры в
    регион между более ранними языческими (набатейскими и пальмирскими) и более поздними
    Муслим (Омейяд).Опираясь на литературные и материальные свидетельства, Шахид
    утверждает, что Гассаниды не были кочевниками, как традиционно считалось,
    но совершенно оседлый как по своим корням, так и в позднеримском
    пограничная зона они унаследовали. Третий из четырех томов посвящен
    шестого века, эта книга во многом зависит от двух предыдущих
    тома (том 1, часть 1, Политическая и военная история ; том 1, часть 2, Церковная история, ).

    Византия и арабы в шестом веке , том 2, часть 1, Топонимия, памятники, историческая география и пограничные исследования — это
    актуальное исследование военных, религиозных и гражданских структур
    Гассаниды.Подробное исследование Ирфаном Шахидом арабских построек
    шестой век показывает, как византийское провинциальное искусство и архитектура
    были приняты и адаптированы федеративными арабами для собственного использования. В качестве
    памятники христианской архитектуры, эти федеративные сооружения
    составляют недостающее звено в развитии арабской архитектуры в
    регион между более ранними языческими (набатейскими и пальмирскими) и более поздними
    Муслим (Омейяд). Опираясь на литературные и материальные свидетельства, Шахид
    утверждает, что Гассаниды не были кочевниками, как традиционно считалось,
    но совершенно оседлый как по своим корням, так и в позднеримском
    пограничная зона они унаследовали.Третий из четырех томов посвящен
    шестого века, эта книга во многом зависит от двух предыдущих
    тома (том 1, часть 1, Политическая и военная история ; том 1, часть 2, Церковная история, ).

    Глобализация в Византии — Православный мир

    Патристический и византийский обзор

    Глобализация в византийско-православном мире *

    Проф.Д-р Константин Н. Цирпанлис Основатель «\ Президент» Американского института святоотеческих и византийских исследований INC «; редактор-основатель The Patristic And Byzantine Review

    I. РАЗЪЯСНЕНИЕ ТЕРМИНОЛОГИИ

    Во-первых, чтобы полностью понять византийско-православную концепцию ГЛОБАЛИЗАЦИИ, мы должны объяснить, что такое понимание этих терминов в византийском православии.

    политика, общество, теократия, цезаропапизм, папокезаризм, экуменическая (церковная и государственная) власть (?), Евхаристическая экклезиология, симпорефзис, симбиоз и значение policyike arete и искусство в восточно-православном опыте.

    Слово политика в византийском и восточно-православном опыте означает не только. « искусство управления городом или полисом » ( politike techne Аристотеля ), , но также искусство (politike arete ) развития правильного личного, социального и экзистенциальные отношения, основанные на тринитарной межличностной жизни и отношениях. Таким образом, политика — это не просто полезный компромисс в общественной жизни, но Проблема истины , проблема, которая определяет смысл человеческой жизни и существования, духовные и культурные цели, преобразующие время и материю и сделать человечество совершенным человеком как творение Бога.

    Соответственно, православные не делят этот мир на «два царства» или «два города», как это делал святой Августин, поскольку этот мир также является творением Бога и как таковой не может быть разделен на священный и мирской. Эта истина, однако, не игнорирует тот факт, что это онтологическое единство творения Бога было нарушено грехопадением человека, его отчуждением и отделением от своего создателя. Следовательно, восстановление личного и космического единства, гармонии и мира составляет главную цель подлинно гуманитарной политической системы.Противоядием политическому пессимизму Августина и Тертуллиана была, конечно, теократическая «гармония» Евсевия двух властей, божественной и человеческой, церкви и государства. Благодаря политической системе, которая подчеркивает органическое единство, сопоставимое с единством души и тела, и тесному сотрудничеству, но не идентичности между церковью и государством, с общими духовными ценностями и целями, знаменитая Византийская империя процветала и выживала более тысячи лет. лет, уникальное событие в мировой истории. Конечно, византийский образец церковно-государственных отношений не может быть применен к нашим современным политическим системам во всех аспектах. Однако наши политики и церковные лидеры должны быть готовы извлечь важные уроки из византийской политической философии и истории православной церкви.

    * * Этот документ был написан и представлен на Православной Богословской конференции (Бухарест, Румыния, 1 декабря 2004 г.).

    II.ЦЕРКОВЬ — ГОСУДАРСТВО: «ТЕОКРАТИЧЕСКАЯ ДИАРХИЯ» ВИЗАНТИЙСКО-ВОСТОЧНОЕ ПРАВОСЛАВНОЕ ВЗГЛЯД НА ЦЕРКОВНЫЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ

    Византия была прежде всего царством религии, чтобы стать Царством Христа на земле, расширенной монашеской семьей, теократической диархией , симфонией , гармоничным и творческим симбиозом, то есть особой системой отношений между Церковь и государство во главе с православным императором, помазанником Божьим.Византийское законодательство было особенно жестким и выразительным в вопросе о религиозном элементе в происхождении и функции имперской власти.

    Православие и благочестие Императора ( episemotatos en orthodoxia kai efsevia ofeilei eine o Basileus: Epanagoge, II , e, p. 66, Lipsiae 1852) должны быть тщательно проверены и подтверждены; он должен исповедовать истинное учение о Святой Троице и воплощении Божественного Логоса. Конечная функция имперской власти заключалась в том, чтобы делать добро ( Philanthropia ; поэтому титул благодетеля, Evereghetis был дан Императору.

    Уже в пятом веке религиозная церемония коронации стала обязательной для установления его власти.

    Венчание состоялось в соборе Святой Софии , с большим пышностью и торжественным придворным ритуалом, Константинопольский Патриарх исполнял свои обязанности лично. Но перед началом церемонии будущий Император должен был передать Патриарху исповедание Православной веры, написанное собственноручно, за которым последовало обещание всегда оставаться верным сыном Святой Церкви, защищать и поощрять храм.(как « Episkopos ton ektos ») и следовать Ее истинному учению. Интересно, что разнообразие рас и языков в византийском обществе и пестрая этнографическая смесь византийского населения были объединены единством его православной веры, его православного монарха с церковью — главой или патриархом, которая стояла выше всех национальных подразделения.

    Следовательно, уже в шестом веке Константинопольский Патриарх, Святой Иоанн Постник принял титул Вселенского — Ойкуменикский Патриарх или вселенский пастырь Божий или главный отец всех детей Божьих на Земля .То есть вселенское Православие (как исконная христианская вера в первозданной чистоте) было как бы сверхнациональной Византией, являясь основным элементом жизни государства и народа. И это было именно византийско-православное понимание ГЛОБАЛИЗАЦИИ и МЕЖДУНАРОДНЫЙ призыв Византийского содружества.

    Теперь, бок о бок с Византийским государством стояла Церковь как поддерживающая, но независимая организация, целью которой было созидание Царства Божьего и вечное спасение всех их членов в тесном сотрудничестве с государства и в обращении в Православие и в общении с Церковью всех, кто не был связан с ней, и в привлечении неверующих в среду последователей Христа и Его истинной веры.Благодаря этому миссионерскому духу и чудесной деятельности Византийской церкви Восточная Европа, Россия и Балканы были христианизированы — цивилизованы уже в девятом и десятом веках ( святые Фотий Великий, Кирилл и Мефодий ).

    Вселенский Патриарх Константинополя был и до сих пор считается духовным отцом всех народов, назначенным Богом , зачинателем всего добра, проводником всего совершенства, главным пастырем Бога, вселенским учителем во всем вопросы веры и морали, хранитель божественных законов и канонов (первых семи Вселенских соборов, 325 — 787), который смело возвысил свой голос в защиту догм и истины Церкви, даже против Императора.

    Кроме того, Патриарх должен объяснить Императору потребности и условия Церкви, представляющей ее автономное правительство. Он имел право ходатайствовать перед императором за обездоленных, преследуемых и несправедливо обвиняемых, и, таким образом, он был посредником, через которого любовь к ближнему, милосердие и справедливость были широко внедрены в общество Византии. Патриарх даже имел право судить убийц и других преступников , подвергая их только церковным наказаниям, что делало их невосприимчивыми к светскому правосудию.

    Таким образом, Византийское Weltanschauung или Мировоззрение было и остается сегодня верой апостолов, верой. Отцов Церкви, как единственной ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ, поддерживающей мир: веры в истинное учение о Святой Троице. и Воплощение БОЖЕСТВЕННЫХ ЛОГОТИПОВ — ХРИСТОС ВСЕОБЩИЙ ФЕАНТРОПОС И ФИЛАНТРОПОС! Другими словами, это универсальное православие — это жизнь в христианской благодати , таинственное общение и единение с Богом во Христе (ТЕОСИС), обновление и возрождение в благодати через Святого Духа в обществе других верующих (koinonCa, соборность) , ЭКЛЕСИЯ ФАНТРОПОСА, где и когда, соединив свою веру с Сыном Божьим, они также становятся в Нем детьми своего Небесного Отца и братьями между собой.Вот почему филантропия и социальное христианство было и остается высшей добродетелью как государственных, так и церковных лидеров в Восточном Православии.

    Таким образом, Византийцы и Восточная Православная Церковь были первыми, кто построил самые влиятельные больницы, приюты для сирот, старые дома, общежития для путешественников и «реабилитационные центры», корни которых можно проследить в пятом веке. до н. Э. Отец медицинской науки, Великий Коан ГИППОКРАТ! На самом деле византийские законы строго запрещают пытки, филетизм или расизм, эксплуатацию женщин и т. Д.обеспечивая даже личную заботливую заботу и частые посещения заключенных Эрнператором!

    III. ВИЗАНТИЙСКАЯ «ТЕОКРАТИЯ» ПРОТИВ «ЦЕЗАРОПАПИЗМА» И «ПО-АПОКАЗАРИЗМА»

    Недавняя книга Гилберта Дагрона ( Император и священник: Императорский офис в Византии , Нью-Йорк, Н.Y.: Cambridge University Press, 2004), является очень долгожданным дополнением к византийской исторической библиографии, которое может чрезвычайно помочь современной озабоченной науке и Европе правильно понять политическую и культурную историю средневековой Византии. Дагрон, безусловно, прав, указывая на то, что «из-за своей истории, географии и культуры Европа не могла понять средневековую Византию » (стр. 295). Сам Дагрон, однако, кажется, страдает аналогичной слабостью и недостатком: он не мог понять он полностью (эзотерический или экклезиологический) значение « византийской теократии », но не «цезаропапизм». Кроме того, краткая трактовка Дагрона « Византийская Экклезиология » недостаточна и довольно поверхностна (стр. 306-312). Тем не менее, он справедливо указывает, что «роль императора была неправильно определена в византийской экклезиологии, а роль патриарха. Поэтому было бы ошибкой говорить о цезаропапизме в отношении избрания. патриархальному престолу и отношениям между императором и патриархом, которые по самой своей природе были двусмысленными.Проблема заключалась не в этом »(стр. 310-311). Итак, прав или неправ Дагрон в своем заявлении, что« в структурах, характерных для Востока, император Константинополя занимал почти то же место, что и папа. Рима »(стр. 311), это все еще открытый вопрос. К сожалению, Дагрон не смог понять и объяснить« византийскую теократию »по сравнению с« византийской экклезиологией ». Я думаю, что причиной его неудачи была его озабоченность с влиянием политического августианизма и геласианской теории «двух мечей» или «двух отдельных сил».

    Более того, Дагрон, кажется, игнорирует тот факт, что идея о том, что только церковь была источником имперской власти в Византии ( теократия ), никогда не получила распространения даже в более поздней Византийской империи. Конечно, коронационная клятва давала патриарху конституционное право участвовать в восстании против императора, который не выполнил свой долг, или оказывать огромное влияние на официальное принятие или избрание нового императора. Но сделать обобщение из этого инцидента и охарактеризовать конституционную систему Византии как « теократия » вызывает недоразумение и путаницу.Точно так же вводящим в заблуждение и нереалистичным является термин « цезаропапизм », используемый некоторыми учеными для характеристики правления Юстиниана (527–565). Это правда, что для Диоклетиана, как и для эллинистических монархов, диадема означала обожествление абсолютного правителя, но для его христианских преемников моральное оправдание их абсолютной власти заключалось в том, что они претендовали на то, чтобы считаться избранными Богом и править под его властью. божественное руководство и защита. Следовательно, диадема символизировала силу, исходящую из этого высокого источника, что выделяло его как нечто большее, чем просто номинацию варварских генералов, как это были более поздние западные императоры, и таким образом сдерживало восстание, подчеркивая божественную поддержку имперской власти. .

    Отношения между церковью и государством в Византии, как это показано в частности, в Церемониях коронации Константина VII Porphyrogennitus (которые были проанализированы и критически изучены рецензентом в его книге Исследования по византийской истории и Modern Greek Folklore , New Yark, NY 1980, pp. 89-117), можно определить как своего рода двоевластие , т.е. гармоничное параллельное симпорефзис, сотрудничество и симбиоз , в том смысле, что и император, и патриарх поровну разделяли направление империи.Они были двумя наиболее важными членами общества, согласие и сотрудничество которых были необходимы для мира, единства, благополучия и счастья империи. Здесь я должен еще раз напомнить, что в византийском политическом и церковном сознании не было резкого различия и разделения или разделения (как на Западе) между профанным, светским и священным. Следовательно, и Церковь, и государство в Византии имели одну и ту же общую цель, цель и миссию: сохранять империю и общество в мире, счастье и единстве в чистой христианской православной вере.Только в этом смысле византийский император также является священником и епископом (например, Константин Великий , который назывался эпископос тонный эктос, то есть епископ аутсайдеров ), поскольку оба, империя ( basileia ) и священство (иеросина) имели одно и то же божественное происхождение и миссию, и оба они работали, чтобы установить Царство Христа на земле для счастья, единства и спасения людей ». ( Юстиниан Великий, Романы 6 и 7 )

    Следовательно, попытка обратиться к Церемониям коронации и / или к различным другим источникам, таким как византийские императорские указы, письма, обращения и законы, для поддержки теории либо « теократии » или « цезаропапизм «априори обреченный на неудачу

    IV.ЦЕРКОВЬ КАК БОЖЬЕ ЦАРСТВО НА ЗЕМЛЕ

    | Сейчас Православная Церковь, считая себя свидетелем Царства Божьего и непрерывного духовного события воплощения Бога, непрерывного

    катарсис человека на протяжении веков, а не законнический или иерократический институт, не исключает из своей любящей заботы грешных царей и политиков, еретиков и преступников.У нее нет врагов как у людей. Ее единственный враг — грех как таковой, а не люди. Восточно-православный гуманизм уходит корнями в истину о человеческой личности как о Богоцентричном социальном и любящем существе, в отличие от западного гуманизма, который является антропоцентричным или эгоцентричным и как таковой обречен на отчаяние.

    Православная Церковь как «собрание грешников» (выражение святого Ефрема Сирийского) и как евхаристическая коинония ( Христово общество и общение любви ) рассматривает себя как сообщество любви, » святые », которые стремятся избавиться от соблазнов падшей природы — нарциссизма и себялюбия — в мире, но не в соответствии с мировыми стандартами.Тем не менее, весь мир в глазах и опыте восточного православия — это таинство. Термин причастие не является дидактическим сокращением Слова, verbum visible , как выразился Августин. Греческое слово «тайна», используемое восточными христианами для обозначения Евхаристии, имеет два значения: посвящение в небесный хор, окружающий присутствие Бога, и акт любви между Богом и его вселенной через посредничество человека во Христе. Эти два связаны. Посвящение подразумевает участие, а истинное участие — это любовь, взаимное perichoresi s, в котором Бог и вселенная обнимают и проникают друг в друга.В каком-то смысле брак является таинством или тайной: не потому, что через него дается благодать, а потому, что брачные отношения в лучшем виде являются отражением и таинством этого взаимного самопожертвования, этого взаимного принятия и взаимопроникновения Бога и вселенной. любви.

    Это единение с Богом и друг с другом во Христе также является истинным смыслом Евхаристии. Этот евхаристический союз, в котором мы едины со всем творением в нашем ответном самопожертвовании Богу, является тайной, которая воплощает человеческое существование.И эта таинственная реальность изображена в нашем первоначальном приношении (хлеба и вина) в Евхаристии, приношении не только двух вещей, но также всего нашего мира, всей нашей жизни во всех ее измерениях.

    В первых главах Бытие, мы находим ясное изложение этого сакраментального характера мира. Бог создал мир, а затем человека; и он дал мир человеку есть и пить . Этот мир был нам подарком от Бога, существующим не ради него самого, а для того, чтобы быть преобразованным, чтобы стать жизнью и, таким образом, быть возвращенным в качестве человеческого дара Богу.Следовательно, в нашем отношении к природе мы должны идти опасным путем и жить в трудном ритме между мистерией и мастерством . Примирить нужно не технологию и теологию, науку и теологию. Скорее, эти два отношения — владение природой и тайна поклонения — должны быть сбалансированы. Наше господство над вселенной подобно господству над своим телом; это не для того, чтобы мы могли использовать его для собственных нужд, а для того, чтобы мы могли отдать природу в виде нашего протяженного тела в руки любящего Бога в великой тайне евхаристического самопожертвования.Это тайна креста. Христос отдал Себя вместе с человечеством и природой Богу в самоотверженной любви и тем самым спас человечество и природу. Мы тоже призваны участвовать в этом вечном акте жертвоприношения и любви. Технология — это способ очеловечить материальный мир во времени-пространстве и тем самым расширить человеческое тело, чтобы охватить всю вселенную. Но это очеловечивание и расширение, если оно должно быть спасительным, должно найти свою надлежащую кульминацию в том, что человек с любовью приносит себя и Вселенную Богу.Светская технология господства над природой для себя является «первородным» грехом отказа от нашей позиции посредника между Богом и вселенной, свержения Бога и утверждения власти ради потакания собственной алчности, алчности и жадности.

    Протестанты критикуют как католиков, так и православных за то, что они слишком сильно подчеркивают отличие священника от обычных людей, сверхъестественный характер его функций. В этой критике много правды.Но, как выразился православный богослов русского происхождения:

    В таких вопросах нам, вероятно, следует понимать «сверхъестественное» как нечто необычайно естественное. Человек был создан как священник; мир был создан как предмет причастия. Но пришел грех, нарушив это единство; это было не просто результатом нарушения правил, а скорее потерей видения, отказом от причастия. Падший человек видел мир как одно целое, светское и профанное, а религию — как нечто совершенно отдельное, личное, отдаленное и «духовное».Было потеряно сакраментальное чувство мира. Человек забыл о священстве, которое было смыслом его жизни. Он увидел себя умирающим организмом в холодной, чужеродной вселенной ».

    Христос как новый Адам, совершенный человек, восстановил это священство, простой первоначальный акт, который человек не смог совершить, и вместе с ним материя и природа были восстановлены в своем первоначальном единстве с человечеством.

    Этот момент подчеркивается в молитвах и переживаниях евхаристической литургии, и он провозглашается Святым Павлом в Римлянам 8 .Бог включает всю вселенную в свое творение, а также в искупление во Христе. Это не устраняет всех различий между человечеством и остальным творением. Человечество имеет особое призвание как священник творения, как посредник, через которого Бог проявляет себя к творению и искупает его. Но это не означает, что человечество полностью оторвано от творения, поскольку священник должен быть неотъемлемой частью людей, которых он представляет. Христос стал частью творения и в своем сотворенном теле вознес творение Божье; человечество должно участвовать в этом вечном священстве Христа.Становится возможным участие в литургии, которая является не только вестью о воплощении, смерти и воскресении Христа, но и, в частности, вкусом Царства Божьего, причастием к Его прославленному телу и крови через реальное присутствие Святого Духа, живая реальность, принадлежащая и истории, и эсхатологии. Для православных христиан литургия означает не просто определенный кулинарный акт, но определенный образ жизни (работу людей), который, хотя и укоренен и сосредоточен в евхаристической литургии, также охватывает всю жизнь человека .Для православных верующих литургия в этом смысле означает «привнесение небесного в земное, как предложил Иоанн Златоуст, когда он услышал подпевание небесных хоров и гармонию вечной песни посреди событий времени. . Но в то же время литургия — это вознесение земного в райские места, исполнение всякого имманентного тварного телоса (цели) и преображение его по благодати ».«

    Как выразительный представитель греческого православного епископа и богослова выразительно написал:

    Литургия — это не бегство от жизни, а постоянное преобразование жизни по прототипу Иисусу Христу силой Духа. Каждый из верующих призван продолжить личную «литургию» на собственном тайном алтаре. сердце, чтобы осуществить живое провозглашение благой вести «для всего мира.«Без этого продолжения Литургия остается незавершенной. Поскольку в евхаристическом событии мы включаемся в Того, Кто пришел служить миру и принести в жертву ему, мы должны выразить в конкретной диаконии, в общественной жизни, наше новое существо во Христе, Слуга всех.Жертва Евхаристии должна быть совершена в личных жертвоприношениях нуждающимся людям, братьям, за которых умер Христос. Поскольку Литургия — это участие в великом событии освобождения от демонических сил, то продолжение Литургии в жизни означает постоянное освобождение от силы зла, которое работает внутри нас, постоянную переориентацию и открытость для понимания и усилий, направленных на освобождение человеческих личностей от всех демонических структур несправедливости, эксплуатации, агонии, одиночества и на создание реального единения влюбленные.»

    Православный акцент на евхаристической экклезиологии

    Не случайно, что в последние годы православные богословы в православной экклезиологии уделяют большое внимание евхаристическому пониманию церкви. Есть две основные причины. Во-первых, сегодня наблюдается сильная тенденция к превращению церкви в простой социально-политический институт или в союзника установленного правительства.Поэтому многие православные богословы, миряне, а также священнослужители постоянно призывают церкви с упорством и упорством выполнять назначенную им роль «рабов Богу», поскольку только так они могут сохранить свою свободу против идеологий и политических систем, которые Церковь не может ни при каких обстоятельствах или по соображениям целесообразности вступить в коалицию или хотя бы отождествить себя с ней, но она всегда должна оставаться пророческим «кризисом». Во-вторых, существует современное непонимание природы и миссии церкви, которое первоначально понималось и воспринималось как христианская diakonia , свидетельство и продвижение Царства Божьего на земле, а также вклад в создание братства солидарности. в смысле метаморфозы «естественных» порядков и мировоззрения общества, состоящего из индивидов, в кинонию людей.Конечно, это остается постоянной задачей церкви, но она крайне актуальна сегодня, когда современные концепции и условия жизни навязывают человеческому обществу ужасающие параморфозы (деформации), параморфозы, которые стремятся стереть сам факт того, что человек был создан по образу Бога (моральная и интеллектуальная свобода). Именно этот факт возлагает на нас неотвратимую обязанность защищать человеческое достоинство человека во всех его аспектах. Следовательно, cultura agri (условия жизни), cultura animi (освящение, теозис) и cultura Dei (Евхаристия, доксология) неразрывно связаны.Православные делают упор на человека и его духовные способности действовать нравственно правильным образом. Государство нельзя уважать или уважать, кроме как как агентство, представляющее волю и интересы людей, и, следовательно, люди обязаны давать обществу то, что ему нужно для выполнения своей миссии, чтобы люди могли жить в атмосфере, гарантирующей свободное осуществление духовных сил человека. Основным свидетельством церкви как евхаристической общины, живущей тринитарной жизнью на земле, является создание и поддержание специфики и уникальности людей с тем, чтобы родственники не раскалывали общину, а община не подавляла и не разрушала специфика и уникальность каждого участника.Такие отношения взаимности в любви и свободе устраняют необходимость соревноваться друг с другом или утверждать себя, подавляя друг друга. Он исключает господство, репрессии или эксплуатацию и стремится сохранить достоинство и свободу всех людей. Это также означает, что мы должны уважать и поощрять культурную, расовую, политическую, экономическую или другую групповую идентичность, следя за тем, чтобы никакая групповая идентичность не становилась закрытой или абсолютизированной.

    Согласно православному опыту христианское отношение никогда не является отношением к абстрактной идее добра, не определяется через систему безличных отношений; это всегда внутренность, обращение, призыв к любви, которую Бог испытывает к нам в Иисусе Христе, послушание, которое обновляет нас, чтобы Бог мог открыться через нас нашему ближнему как любящему.Даже православное монашество в своем подлинном духе является сильным свидетелем — мученика и мученика ( мученика ) — для Царства Божьего на земле, поскольку царство обещано бедным. Фактически сделаться бедным из любви и в знак этого Царства, которое является нашим единственным богатством, становится неоспоримым критерием совершенства и евангельской достоверности. Кроме того, это означает, что церковь должна полностью идентифицировать себя с изгоями, с теми, кто страдает и подвергается гонениям из-за своей преданности Божьей справедливости и любви.Это также причина того, что фактическое отсутствие предполагаемой или добровольной бедности среди христиан заставит их потерять сознание своего странствия по земле. Тогда Евангелие потеряет свою силу. Это мученичество, или свидетель, напоминает замечание из Послания к Диогнету второго века: «они проводят свою жизнь на земле, но они граждане небес». И это, возможно, особый дар Православия. «Пусть мертвые хоронят своих мертвецов» обращаются к живым, чтобы напомнить им о воскресении мертвых и ориентировать историю за ее пределы.По словам Павла Евдокимова:

    Традиционное священство созерцает во Христе совершенного епископа и совершенного мирянина и знает, что во Христе нет ни еврея, ни грека, ни мужчины, ни женщины, ни епископа, ни мирянина, ибо каждый находит там свою полноту и свое изобилие (Кол. 3: 9-11). Тело хорошо организовано, иерархично, без каких-либо проблем с равенством. Ни один мирянин не превосходит епископа, но епископ не может превзойти самого себя в своей святости: «мы не хозяева вашей веры, мы слуги вашей радости» (радость окончательного освобождения).Единственная реальная сила епископа состоит в том, что он председательствует с любовью, с даром нежности и просвещенного милосердия. Его единственное силовое убеждение — мученичество.

    Также отмечается, что в глазах Достоевского царь в своем священном призвании благородного революционера превосходит самого себя, и что русский социализм осуществляется во всемирной церкви на земле.

    V. Какую социально-политическую систему поддерживает Православная Церковь?

    Это правда, что Православная Церковь в целом не представила миру безграничное богатство.Православие осталось церковью бедняков, крестьян, ремесленников, большого количества бедных епископов и плохо оплачиваемых священников. Однако, поскольку церковь Запада встала на сторону богатых, весь христианский мир стал объектом социальной критики. Это яркий пример солидарности христианских церквей как во зле, так и в добре.

    Однако в равной степени верно и то, что, во-первых, церковь не должна отождествлять себя ни с одной из структур временного существования, даже если они являются структурами освобождения.Она неусыпно поддерживает свою свободу вступать в свободно выбранные отношения с любой структурой, верная своей истинной личности. В самом интересе отождествления с бедными и угнетенными она не может как церковь полностью привязать себя к какой-либо конкретной структуре. Во-вторых, высшим приоритетом церквей является обновление их собственной тринитарно-евхаристической жизни, чтобы церковь могла поистине выполнить свое призвание как знамение и таинство царства. Это означает наведение порядка в ее собственном доме, устранение контртринитарных элементов в ее собственных структурах и возобновление обучения и сакраментального служения.В-третьих, в самом процессе такого обновления своей собственной жизни она будет обновлять и освобождать своих членов, чтобы они могли стать творческими агентами трансформации общества посредством своего собственного Богом данного призвания. Если члены церкви, индивидуально или в группе, почувствовали себя призванными к участию в освободительной борьбе или борьбе с тиранией, задача церкви — проявить к таким людям ее особую и проницательную пастырскую заботу. Свидетельство церкви обязательно должно быть политическим, поскольку оно делается внутри города и тем самым подрывает авторитет.Абсолютно аполитичная церковь совершенно немыслима; это обязательно в patria . Разве Господь не вынес в высшей степени политического суждения, когда назвал Ирода «лисицей»? 1J Церковь всегда должна выполнять пророческую функцию Христа, иначе она перестанет быть народом Божьим. Более того, в истории восточного православия немало социальных и политических восстаний, и они поддерживались церковью до тех пор, пока они были мотивированы и контролировались духом любви к свободе, выздоровлению, человеческому достоинству и правам, а также цели. Божьего провидения, которое должно « объединить верой и духовным милосердием тех, кого порок расколол разными способами.«Следует также отметить, что Православная Церковь последовательно выступает против всех форм расизма. Типичным примером этого противопоставления является энциклика вселенского патриарха Митрофана III православным христианам Крита в 1568 году. В то время Крит еще находился под властью Венеции. Ссора между критскими евреями и Венецией по поводу выплаты определенных долгов спровоцировала венецианцев на принятие антисемитских мер. Волна антисемитизма, похоже, была инициирована латинским патриархом Венеции Лаврентием Юстинианом.Евреи обратились к вселенскому патриархату, сетуя на то, что даже православные христиане принимали участие в военных действиях по отношению к евреям. После этого патриарх написал, что те, кто каким-либо образом несправедливо обращается с евреями, отлучены и осуждены, поскольку несправедливость и клевета были неправильными, кем бы ни была жертва, и что тот, кто совершил такую ​​несправедливость, возможно, мог считать себя невиновным под предлогом того, что он только обидел кого-то другой веры, а не верного. Ведь даже наш Господь Иисус Христос говорит нам в Евангелии не запугивать или шантажировать кого-либо, «не делая различий и не позволяя христианам поступать несправедливо с людьми другой веры.15 В то время, когда Кобино и Чемберлен всколыхнули Европу расистскими ересями, Константинопольский синод (1872 г.) официально осудил современный расизм с его националистическим подтекстом ( ethnophyletismos ). Это было если не первым, то, безусловно, одним из первых официальных заявлений христианской церкви по этому поводу.

    Но позвольте мне вернуться в более ранние века, к греческим отцам четвертого и пятого веков — Василию Великому, Григорию Богослову и Иоанну Златоусту.Их послание — это послание силы их переживания Бога: «Ибо Царство Божье состоит не в разговоре, но в силе». В их опыте христианский мир становится реально переживаемой социальной реальностью. Базилиаду великого каппадокийского святого и врача, которая была первой христианской больницей для больных, социальной работой определенного масштаба, святой Григорий Назианзин назвал ее «новым городом». Святой Иоанн Златоуст считал справедливым разделение имущества в городе Антиохии, которое устранит нищету; церковь стремилась повлиять на византийское законодательство; монастыри освободили всех христианских рабов; судьи периодически посещали тюрьмы, чтобы лично проверить состояние здоровья осужденных ими заключенных.Универсальная доктрина церкви как на Востоке, так и на Западе состоит в том, что «богатые удерживают имущество бедных, даже если это богатство честно приобретено или унаследовано по закону. Отцы церкви не прославляли бедность как таковую и не делали этого. они осуждают богатство. Они не питают никаких иллюзий. Святой Нейл пишет: «Религиозный человек — это не тот, кто раздает милостыню многим, но тот, кто не обращается ни с кем несправедливо . Точно так же Святой Августин говорит: «Вы даете хлеб голодным, но было бы лучше, чтобы никто не был голодным и чтобы вы никому не давали.»Это не только дрожжи социальной революции, но и надежда на то, что наступит день, когда церковь перестанет говорить о Христе и покажет Его, откроет Его, станет сама собой Христом, разделив Его любовь ко всему человечеству. .20 Старец Зосимус (в примечаниях к Братья Карамазовы ) делает все смелые замечания: «любите людей в их грехах, любите даже их грехи, потому что это любовь Бога». «Любовь» в данном случае означает понять и сострадать.

    Проф.Д-р Константин Н. Цирпанлис Био Нажмите здесь


    (дата публикации 21 июня 2006 г.)

    HC Приглашает читателей просматривать другие статьи и выпуски в наших постоянных обширных архивах по адресу http://www.helleniccomserve.com/contents.html.


    2000 Греческая коммуникационная служба, Л.L.C. Все права защищены.

    http://www.HellenicComServe.com

    На наших глазах создается симулякр мирового Православия: митрополит Антоний

    События на Кипре подтвердили бесспорный факт, что всеправославного единства больше не существует.

    Недавние события на Кипре подтвердили один факт, который, к сожалению, больше не подлежит сомнению.Всеправославного единства больше нет. Более того, православный мир столкнулся с новым и очень опасным расколом. Его основа — жажда личной власти, а главный инструмент — готовность пренебрегать канонами, истиной и совестью в процессе достижения цели.

    Сейчас на наших глазах создается неполная и вредоносная копия мирового Православия. В этой параллельной системе такие аспекты, как извращение канонов, легализация раскольников, сослужение с лицами, не имеющими действительного рукоположения, а также нарушение соборного формата церковного управления считаются естественными и нормальными.Все, что до недавнего времени казалось немыслимым и невозможным.

    Но за этой реальностью уже вырисовываются новые вехи. Речь идет о дальнейшем выхолащивании православной экклезиологии, открытом сослужении с представителями других конфессий, компромиссе с навязыванием ЛГБТ-культуры и т. Д.

    Приводит ли руководство тех Церквей к симулякру мирового Православия. создаваясь, понимаете, что дальнейшего падения избежать просто не удастся? Ведь если вы уже прыгаете в пропасть, то на пути вниз вам точно не удастся остановиться.

    Понимает ли руководство соответствующих Церквей, что участие в великих геополитических и политических играх имеет свою цену? Например, смогут ли они отказаться от определенных внешних сил, если они потребуют церковной поддержки процессов продвижения интересов ЛГБТ? Осмелятся ли они сказать «нет»? Я в этом очень сомневаюсь, учитывая, как некоторые из первоиерархов уже уступили в вопросе признания раскола.

    Следовательно, о кризисе, происходящем в мировом Православии, следует говорить не как о некоем противостоянии «греческого» и «славянского» миров.Или битва за административные церковные границы.

    Все намного сложнее и острее. Фактически, происходит большой раскол, втягивающий все больше и больше Поместных Церквей в воронку системы, параллельной нынешнему Православному миру.

    Поэтому суть нынешнего кризиса можно свести к борьбе тех, кто хочет создать свою, удобную и отвечающую собственным интересам версию Православия, с теми, кто желает остаться верным Православию.

    Это должен понимать каждый священнослужитель и каждый верующий в любой Православной Церкви. И, исходя из этого понимания, сделайте свой выбор — оставаться ли среди верных Богу или пойти на компромисс со своей совестью и стать частью симулякра Православия.

    Митрополит Бориспольский и Броварский Антоний,
    Управляющий Украинской Православной Церковью

    Vesti.