Содержание

Св. апостол Лука, евангелист и дееписатель — профессор Николай Никанорович Глубоковский

Содержание

Профессор Николай Никанорович Глубоковский (1863–1937)

Внутренняя историографическая связь третьего Евангелия и книги Деяний

Писатель третьего Евангелия и книги Деяний по указаниям их

Св. Лука – писатель третьего Евангелия и книги Деяний

Евангелие св. Апостола Луки.

Источники и условия происхождения третьего Евангелия

Задача и характер третьего Евангелия

Объем источников и способ пользования ими у третьего Евангелиста

Литературные достоинства историографических трудов св. Луки

Цель третьего Евангелия

Ближайшее предназначение третьего Евангелия

Время издания третьего Евангелия

Место написания третьего Евангелия

Подлинность третьего Евангелия

Текст третьего Евангелия в теперешней редакции

Анализ содержания третьего Евангелия

План третьего Евангелия

Общий характер повествовательной изобразительности,

Книга Деяний св. апостолов

Положение и Значение в новозаветном каноне

Наименование книги «Деяний Апостолов» адекватно ее содержанию

Цель и характер апостольской историографии

Содержание книги Деяний

Фактически-художественный объективизм изображения и законченность книги Деяний

Язык книги деяний

Историческую достоверность,

Фактическая достоверности книги Деяний Апостольских

Дееписатель был спутник св. Павла

Дееписатель – это Евангелист Лука

Подлинность книги Деяний

Время издания книги Деяний

Вопрос о месте издания книги Деяний

Достоверность сообщаемых в ней речей

I) Речи Апостола Павла

II) речи Апостола Петра

III) речь архидиакона Стефана

Фактическая достоверность книги Деяний

Историко – литературная ценность книги Деяний

Священно-догматическое значение книги Деяний

 
 

Профессор Николай Никанорович Глубоковский (1863–1937)

Николай Никанорович Глубоковский родился 6 (19 по новому стилю) декабря 1863 года в селе Кичменгский городок Никольского уезда Вологодской губернии в семье бедного сельского священника Никанора Петровича Глубоковского. Фамилия Глубоковский происходила от названия озера Глубокое, на берегу которого стояла Глубоковская Спасо-Преображенская церковь – в ней более 70 лет дед и прадед Николая Никаноровича служили дьячками.

В большой семье, насчитывавшей пять братьев и две сестры, Николай был седьмым, самым младшим ребенком. В 1866 году, когда ему было два года, отец умер, и семья оказалась в трудном положении: старший брат Петр учился на 5 курсе семинарии, сестры были не пристроены. К счастью, вскоре старшая сестра Анна вышла замуж; новый зять, священник Василий Михайлович Попов, проявил сострадание, и вся семья переехала к нему.

Мать Николая Никаноровича понимала, что учеба является единственным средством для сына найти дорогу в жизни и старалась способствовать этому. Первоначальное образование он получил под руководством сестры и зятя, посещал занятия в местной церковноприходской школе. Подготовка оказалась достаточно слабой, поэтому в 1873 году, по поступлению в Никольское духовное училище, его определили в подготовительный класс. В училище он занимался усердно и окончил его в 1878 году первым учеником, а в 1884 году – с отличием Вологодскую духовную семинарию, после чего был направлен за казенный счет в Московскую духовную академию. В академии он проучился пять лет, поскольку на четвертом курсе из-за досадного недоразумения с руководством он был уволен, но на следующий год восстановился. В июне 1889 года Н. Н. Глубоковский окончил МДА первым в своем выпуске, имея отличные оценки по всем предметам, со званием кандидата богословия, и оставлен стипендиатом для подготовки к профессуре на кафедре общецерковной истории.

С 16 августа 1889 года по 15 августа 1890 года под руководством известного церковного историка профессора Алексея Петровича Лебедева (1845–1908) молодой ученый работал над магистерской диссертацией о блаженном Феодорите, епископе Киррском [12]. Она принесла автору известность: сочинение вызвало широкий отклик и высокую оценку российских и зарубежных патрологов и историков Церкви.

Осенью 1890 года в судьбе Н. Н. Глубоковского произошел неприятный поворот: из-за случившегося при его обучении на четвертом курсе МДА инцидента, он не был удостоен профессуры и был направлен, в соответствии с общепринятой практикой того времени, преподавателем провинциальной духовной семинарии – Воронежской. Это было нелегким испытанием для молодого ученого. Пережив на собственном опыте трагедию временного расставания с академической средой, Николай Никанорович впоследствии много сил потратил на то, чтобы исключить ситуацию, когда молодые ученые, окончившие академию и полностью построившие свою жизнь в видах дальнейших научных исследований, вдруг оказывались выброшенными за борт духовных академий всего лишь по причине отсутствия свободных преподавательских мест. В позднейшей записке «К вопросу о нуждах духовно-академического образования» [89] он предлагал вводить в расписание академий специальные дополнительные часы, дабы удержать подготовленные перспективные молодые кадры в рамках академических структур путем удобной для них возможности приобретать преподавательский опыт, читая спецкурсы.

Целый год (с 18 октября 1890 по 21 октября 1891) провел Николай Никанорович в Воронежской духовной семинарии в качестве преподавателя Священного Писания. Здесь на него обратил внимание правящий Воронежский епископ Анастасий (Добрадин, †1913), посещавший его занятия в семинарии, и летом 1891 года порекомендовал молодого ученого ректору Санкт-Петербургской духовной академии епископу Выбогскому Антонию (Вадковскому).

В результате осенью того же года Николай Никанорович был приглашен на кафедру Священного Писания Нового Завета в СПбДА, на которой трудился сначала в должности доцента, далее с 1894 по 1898 год – экстраординарного профессора, а затем – в качестве ординарного профессора вплоть до 1919 г., когда ему пришлось перейти в Петроградский богословский институт в связи с закрытием академии.

Момент занятия им кафедры Нового Завета в СПбДА в 1891 году был не лишен драматизма: в качестве претендента на эту кафедру влиятельный профессор Василий Васильевич Болотов рекомендовал Александра Петровича Рождественского (1854 – 1930), который и был избран большинством голосов Ученого совета (9 против 4). Но на том же заседании ректор епископ Антоний (Вадковский) предложил кандидатуру Н. Н. Глубоковского, и через 10 дней митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский и Финляндский Исидор (Никольский, 1799–1892) утвердил его своей резолюцией.

Возможные шероховатости первоначального вхождения Н.Н Глубоковского в профессорско-преподавательскую корпорацию СПбДА были изглажены блестящей деятельностью ученого на ниве библеистики. Это подтверждает и то, насколько высоко ценил Николай Никанорович свое положение профессора в СПбДА, не допуская никаких служебных совмещений и отказываясь от многократных приглашений в его адрес на профессорские кафедры в Санкт-Петербургском и Московском университетах.

К петербургскому периоду деятельности относится не только интенсивная научная деятельность, но и последовавшее признание

Николая Никаноровича как ученого. В 1897 году Московской духовной академией Николаю Никаноровичу была присуждена степень доктора богословия за его сочинение «Благовестие св. Апостола Павла по его происхождению и существу» [6]-[8], которое было удостоены Св. Синодом полной Макарьевской премии. В 1909 году он был избран членом-корреспондентом Императорской Академии наук по отделению русского языка и словесности. Он становится также почетным членом Киевской, Казанской и Московской духовных академий, Московского и Петроградского археологических институтов, действительным членом Императорского православного палестинского общества и ряда других научных обществ и братств. В 1904 году ему (после скончавшегося профессора СПбДА А. П. Лопухина) было доверено руководство Православной богословской энциклопедией.

Николай Никанорович постоянно привлекался высшей церковной властью к работе в различных комиссиях, создаваемых при Св. Синоде. Он готовил материалы, посвященные вопросам поводов к разводу (1895) [48], права евреев именоваться христианскими именами (1911) [96], исправления славянского перевода богослужебных книг, устройства русского богословского института в Париже и другие. Он принял активное участие в Предсоборном присутствии 1906 года, где обсуждались разнообразные вопросы преобразования церковной жизни.

Непросто складывалась семейная жизнь Николая Никаноровича. С 1890 года «спутницей его земного странствования», как выражался он сам [74], была Анастасия Васильевна, урожденная Николо-Толмачевская, но их церковный брак был оформлен лишь 27 ноября 1920 года, поскольку с 1877 по 1890 год она была замужем за учителем Николая Никаноровича – профессором МДА Алексеем Петровичем Лебедевым (†1908)…

После закрытия в 1918 году большевиками всех богословских школ, в том числе – Санкт-Петербургской духовной академии, Николай Никанорович был одним из тех, кто пытался спасти академию путем ее объединения с университетом. Несмотря на положительное решение Совета университета этому не суждено было сбыться из-за противодействия большевистского режима. И вот тогда «жить стало физически невозможно, – вспоминал Н. Н. Глубоковский, – просто нечего было есть и негде взять» [74]. В сентябре-декабре 1918 года он был приглашен читать лекции, посвященные проблемам объединения церквей, в Упсале (Швеция). [34] После возвращения из Швеции Николай Никанорович преподавал на восточном факультете Петроградского университета и в Петроградском богословском институте, а также состоял архивариусом Четвертой секции Второго отделения Единого государственного архивного фонда (бывший Архив и библиотека Св. Синода). В это время был убит его родной брат, а племянник пропал без вести. Бедствия Николая Никаноровича увеличивались: «от ежедневного физического изнеможения меня самого стали оставлять последние силы, а у жены их уже совсем не было, и она выглядела погибающей былинкой. Кругом буйствовал террор, и каждый звук автомобиля мог предвещать конец». [74]

В этих условиях 16 (29) августа 1921 году Н. Н. Глубоковский вместе с женой был вынужден эмигрировать в Финляндию, оттуда в Германию, некоторое время занимал кафедру Священного Писания Нового Завета в Праге, в 1922–1923 годах читал лекции в Белградском университете.

В мае 1923 года он принял предложение занять кафедру Священного Писания Нового Завета и должность ординарного профессора богословского факультета Софийского университете. Николай Никанорович прибыл в столицу Болгарского Царства 11 июля и остался там до самой кончины, получив возможность продолжить научную работу. Вместе с ним в Софии работали и многие его бывшие ученики. В 1929 году он стал дописным членом Болгарской академии наук. Он читал также лекции в Свято-Сергиевском православном богословском институте в Париже, являлся куратором Русского христианского студенческого движения в Болгарии.

Всего за свою жизнь Н. Н. Глубоковский написал около сорока крупных работ и множество статей. Великий русский библеист скоропостижно скончался 18 марта 1937 года от болезни почек. Отпевавший его в Софийском кафедральном соборе митрополит Софийский Стефан в прощальном слове назвал Н. Н. Глубоковского «величайшим экзегетом, любящим и верным сыном Церкви, могучим столпом Православия».

К концу XIX – началу XX века русская библеистика достигла наивысшего развития. Изучение Священного Писания было направлено на органичное сочетание церковной и святоотеческой методологии в исследовании библейского текста, с одной стороны, и в привлечении в русле этой методологии новейших западных фактологических разработок. Однако наряду с положительным раскрытием библейско-богословского учения русским ученым пришлось решать проблему апологетического плана, выражая свое отношение к ставшему популярным к концу XIX столетия на Западе «историко-критическому методу». Этот метод получил в русской науке название «отрицательной библейской критики», поскольку предполагал изучение Священного Писания на основе ряда нецерковных предпосылок, первой из которых было отрицание богодухновенности библейского текста и изучение Библии как обыкновенного человеческого литературного произведения. Задачей метода было выделение «подлинных» и «неподлинных» текстов Писания, их датировка и оценка. Аргументируя свои построения, отрицательные библейские критики выдвигали смелые (хотя зачастую – нелепые) гипотезы и предположения, но при этом делали попытку досконально рассмотреть библейский текст в историческом, филологическом, археологическом и других контекстах, что выставляло их исследования привлекательными в научном плане. К концу XIX века «историко-критический метод» пополнился еще одним априорным постулатом – что библейская история как Ветхого, так и Нового Завета развивается по гегелевской схеме: «тезис – антитезис – синтез».

В области Ветхого Завета появилась теория Графа-Велльгаузена, утверждавшая, что «истинная» история израильского народа была эволюцией от язычества, как и у прочих народов («тезис»), через выступление пророков, учивших о Господе (Ягве) как Едином Боге («антитезис»), до появления в период вавилонского плена священников, предложивших монотеистический культ Господа-Ягве («синтез»). Во второй половине XIX – начале XX века в русской библейской науке появились серьезные аналитические труды профессоров епископа Михаила (Лузина; 1830–1887), протоиерея Николая Елеонского (1843–1910), Владимира Петровича Рыбинского (1867–1944), Павла Александровича Юнгерова (1856–1921), а также Дмитрия Сергеевича Леонардова (1871–1915), в которых выявлялись как ложные предпосылки, так и несостоятельные выводы этой и подобных теорий.

В области Нового Завета отрицательную критическую теорию предложила новотюбингенская (баурова) богословская школа в лице Ф. Х. Баура (1792–1860), Д. Ф. Штрауса (1808–1874), А. Ричля (1822–1889) и А. фон Гарнака (1851–1930), которые попытались перенести гегелевскую схему на почву истории ранней церкви. В результате их построений представлялось, что изначальному органическому христианству, видевшему в Иисусе из Назарета только Мессию («петринизму»), стало противостоять движение, возглавляемое св. апостолом Павлом («паулизм»), исповедавшее Христа как Сына Божия. Результатом «борьбы» стал синтез этих учений в лице св. ап. Иоанна Богослова. В данной схеме св. ап. Павел представлялся не верным учеником Христовым, а исказителем Его учения, сделавшим крайние выводы из Его проповеди под влиянием разного рода иудейских и эллинистических воззрений.

Деятельность Н. Н. Глубоковского по изучению богословия св. ап. Павла была направлена как на положительное раскрытие павлова учения по существу, так и на апологетическое выявление несостоятельности указанных отрицательных воззрений.

В 1897 Н. Н. Глубоковским была защищена докторская диссертация «Благовестие святого апостола Павла по его происхождению и существу» [5], которая стала ядром громадного одноименного исследования в трех книгах общим объемом 2350 страниц [6]-[8]. В этом капитальном труде Н. Н. Глубоковский, полемизируя с бауровой школой, показывает, что учение ап. Павла, расщепленное отрицательными критиками на множество якобы различных идей, на самом деле представляет собой целостную систему и имеет своим источником учение Господа Иисуса Христа. По каждому спорному пункту русский ученый излагает точку зрения отрицательной критики, и демонстрирует, что для объяснения учения апостола Павла как «исключительно человеческого» критике приходится или преувеличивать смысл и значение тех текстов и выражений из иудаизма или эллинизма, которые приводятся как основа Павловых писаний, или преуменьшать достоинство и содержание посланий апостола. Путем всесторонней экзегезы Н. Н. Глубоковский доказывает, что в большинстве случаев приводимые в качестве «исходных» тексты поняты в источниках неправильно и имеют иной смысл. Систематизировав учение апостола Павла, он показывает, что между богословием апостола и его мнимыми «источниками» лежит глубокая пропасть. Однако основная ценность этого труда – не в его полемической части. На каждой странице труда автор раскрывает перед читателем тонкости и нюансы богословия св. ап. Павла, показывает исторический, религиозный и философский контекст не только деятельности святого апостола, но и жизни ранней Церкви. По обилию фактического материала этот труд представляет собой богатейшую сокровищницу и до сих пор остается актуальным и востребованным.

В последующие годы Н. Н. Глубоковский продолжил изучение богословия св. ап. Павла в рамках христианской трилогии: «Благовестие христианской свободы в Послании св. ап. Павла к Галатам» [10], «Благовестие христианской святости в Послании св. ап. Павла к Евреям» (рукопись объемом 3000 стр., до сих пор не издана) и «Благовестие христианской славы в Апокалипсисе» [11].

Н. Н. Глубоковский занимался также исследованиями Евангелий и книги Деяний. Кроме дореволюционных лекций по Новому Завету в СПбДА (они сейчас готовятся к публикации в Издательстве Свято-Владимирского братства в Москве), его перу принадлежат две работы, написанные в эмиграции: «Евангелия и их благовестие о Христе-Спасителе и Его искупительном деле» (1932) [23], где он решает синоптическую проблему, и «Святой Лука, евангелист и дееписатель» (1932) [32], в которой он видит в спутнике апостола Павла Луке автора Евангелия и книги Деяний.

Другим направлением деятельности ученого было составление подробного текстологического комментария на церковно-славянский и русский переводы Евангелий. Поводом к этому послужило обращение в 1892 году обер-прокурора Святейшего Синода К. П. Победоносцева к ректорам духовных академий с просьбой дать анализ неточностей славянского и русского переводов Нового Завета; в СПбДА это было поручено сделать Н. Н. Глубоковскому. С 1892 по 1897 год он подавал замечания и поправки на тексты всех четырех евангелий. Рукописный объем труда составил более тысячи страниц, причем в особом экземпляре Нового Завета с широкими полями поправки были сделаны почти к каждому стиху Евангелий.

Уважительное отношение Н. Н. Глубоковского к Славянской Библии выражено в одноименной статье, написанной в 1932 в эмиграции в Софии [56]. Он особо останавливается на достоинстве древнегреческого текста Септуагинты, с которого был сделан перевод на церковнославянский язык. Ученый высказывает смелую по тем временам мысль о том, что разночтения греческого перевода Семидесяти и традиционного масоретского текста обусловлены не переводческими проблемами первого и не текстологическими погрешностями второго, а могут быть объяснены тем, что они восходят к двум различным редакциям древнееврейского текста. Поэтому-то в Септуагинте находит явное выражение «персоналистический универсальный мессианизм», столь хорошо соответствовавший проповеди об Иисусе Христе в ранней Церкви, тогда как в масоретском тексте ученый видит уже «националистически-мессианскую» окраску. Отсюда Н. Н. Глубоковский делает вывод об «особой религиозно-научной важности» Славянской Библии как «почтенного свидетеля византийско-греческого оригинала» текста Ветхого Завета. Предположение Н. Н. Глубоковского о разных «текстуальных типах» подтвердилось текстологическим анализом кумранских библейских рукописей (найденных в 1947–1952 годах и датируемых III-I веками до Р. Х.). Указанный анализ позволил Ф. М. Кроссу и еще ряду исследователей выделить, по крайней мере, три редакции древнееврейского текста (палестинскую, александрийскую, вавилонскую), существовавших до Рождества Христова.

Кроме трудов исследовательского характера Н. Н. Глубоковскому принадлежит целый ряд обзоров русской и иностранной богословской литературы [110]-[116]. Ему же принадлежит интереснейший труд «Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии» [49], в котором он описывает основные тенденции развития, а также вопросы и проблемы русской богословской науки XIX-начала XX века.

Особой сферой деятельности ученого была забота об улучшениях в сфере духовного образования. В 1895 году он разработал новую программу по Священному Писанию Нового Завета для семинарий и направил в Учебный комитет при Св. Синоде записку [88], которая стала основой для пересмотра Учебным комитетом семинарской программы по Священному Писанию. В ней он отмечал необходимость для преподавателя «говорить не столько о фактах во всех их подробностях, <…> сколько извлекать мысли из фактов». В следующем году он пишет в записке в Комиссию по внесению изменений в Устав академий при СПбДА, что богословские дисциплины сильно взаимосвязаны между собой, поэтому введение специализации, понимаемой в привычном для светских наук смысле, невозможно. Первые несколько лет занятий в богословских школах необходимо изучать систему богословских дисциплин в целом. Однако позже, при занятиях в академии, необходима, по выражению Н. Н. Глубоковского, «сосредоточенность» студента на одной конкретной сфере богословских дисциплин. Такая сосредоточенность «ничуть не мешает основательному знанию, а только объединяет его и потому созидается на нем. Она заботится только о том, чтобы свои научные занятия каждый студент мог свести к одному знаменателю и располагал их с осмысленной и понятной для него систематичностью» [88]. В противном случае творческие силы студента гибнут, задавленные потоком разнопрофильной информации. Достичь сосредоточенности можно путем самостоятельного написания студентами специальных работ, прежде всего – кандидатских диссертаций. Полезна будет, с точки зрения, ученого, и возможность выбора студентом интересующих его предметов из ряда альтернативных.

Труды профессора Н. Н. Глубоковского до сих пор практически не утратили свой научной значимости; поднятые и рассмотренные в них библейские вопросы остаются в большинстве своем актуальными. Некоторые работы ученого переизданы или переиздаются в бумажном варианте, но большая часть его научного наследия по-прежнему недоступна для широких кругов библейских исследователей. Учитывая это, Кафедра библеистики Московской духовной академии совместно с Региональным фондом поддержки православного образования и просвещения «Серафим» подготовили более 30 работ Н. Н. Глубоковского в электронном варианте в рамках проекта по созданию электронных книг по библеистике, включая основной труд профессора – «Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу» (объемом 2350 страниц).

Священник Димитрий Юревич

Библиография основных трудов проф. Н. Н. Глубоковского (полужирным выделены книги, электронные издания которых подготовлены Кафедрой библеистики МДА совместно с Региональным фондом поддержки православного образования и просвещения «Серафим»)

I.             Библейско-богословские сочинения

1.            Библейский греческий язык в Писаниях Ветхого и Нового Завета. К.,

1914,    76 с. Отт. из: Труды КДА, 1914. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

2.            Благовестие св. Апостола Павла и иудейско-раввинское богословие // ХЧ, 1897, февр., с. 277–316; № 3, с. 323–372; № 4, с. 566–611.

3.            Благовестие св. апостола Павла и иудейско-эллинистическое богословие // ХЧ, 1901, февр., с. 266–287.

4.            Благовестие св. апостола Павла и мистерии // ХЧ, 1909, апр., июнь- июль. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

5.            Благовестие св. апостола Павла и теософия Филона Александрийского // ХЧ, 1901, март, с. 402–438; апр., с. 566–603; май, с. 720–759; июнь, с. 902–936.

6.            Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу: библейско-богословское исследование. Кн. 1: Введение. Обращение Савла и «Евангелие» св. апостола Павла. «Евангелие» Павлово и иудейско-раввинское богословие, апокрифы и апокалиптика. СПб., 1905, LXX†890 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

7.            Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу: библейско-богословское исследование. Кн. 2: «Евангелие» св. апостола Павла и теософия Филона, Книга Премудрости Соломоновой, эллинизм и римское право. Заключение. СПб., 1910, 4†1307 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

8.            Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу: библейско-богословское исследование. Кн. 3: Божественность «Евангелия» Павлова и метод обоснования сего в исследовании о нем. Дополнения и указатель содержания первых двух книг. СПб., 1912, 80 с. Эл. вариант: М.: Изд. Кб МДА и Фонда «Серафим», 2005.

9.            Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу: библейско-богословское исследование, СПб., 1897, XII†290 с.

10.          Благовестие христианской свободы в послании св. апостола Павла к Галатам: сжатый обзор апостольского послания со стороны его первоначальных читателей, условий происхождения, по содержанию и догматически-историческому значению. СПб., 1902, 156 с. То же: София, 1935. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

11.          Благовестие христианской славы в Апокалипсисе св. апостола

Иоанна Богослова: сжатый обзор. Джорданвиль, 1966, 115 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

12.          Блаженный Феодорит, епископ Киррский: Его жизнь и литературная деятельность: Церковно-историческое исследование. Т. 1–2. М., 1890.

•              Т. 1: Жизнь блаженного Феодорита, епископa Киррского. 349 с.

•              Т. 2: Литературная деятельность блаженного Феодорита, епископa Киррского. 510 с.

13.          Бог-Слово: экзегетический эскиз пролога Иоаннова Евангелия (1:118) // Православная мысль, 1928, 1, с. 29–121. Эл. вариант: М.:

Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

14.          Был ли допущен Иуда предатель к соучастию в самом Таинстве Евхаристии при установлении его Господом Спасителем на Тайной вечере // ХЧ, 1897, май, с. 812–813.

15.          Вера по учению св. апостола Павла: по поводу сочинения протоиерея И. Беляева «Учение апостола Павла о вере» (М., 1900) // ХЧ, 1902, май, с. 686–715.

16.          Ветхозаветный закон по его происхождению, предназначению и достоинству // Путь, 1928, № 10, с. 43–52. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

17.          Вновь найденный пурпуровый список Евангелия // ХЧ, 1897, кн. 2.

18.          Греческий рукописный Евангелистарий из собрания проф. И. Е. Троицкого. СПб., 1897, 256 с. Эл. вариант: М.:

Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

19.          Греческий язык Библии – особенно в Новом Завете, по современному состоянию науки. СПб., 1902, 34 с. Отт. из: ХЧ, 1902.

20.          Греческий язык Нового Завета в свете современного языкознания. Пг., 1915, 36 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим»,

2005.

21.          Дидаскалия и Апостольские постановления по их происхождению, взаимоотношению и значению // ХЧ, 1916, март, с. 339–360; апр., с. 434–456. То же: София, 1935, 127 с.

22.          Евангелие и Евангелия // ВР, 1896, № 7, с. 417–424. То же: Харьков, 1896.

23.          Евангелия и их благовестие о Христе-Спасителе и Его искупительном деле. София, 1932, 160 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

24.          Замечания о 1-м Послании св. апостола Иоанна Богослова // ХЧ, 1904, июнь, с. 857–877.

25.          Из лекций по Священному Писанию Нового Завета, читанных студентам СПбДА в 1896–1897 уч. году. СПб., 1897, 493 с.

26.          Искупление и Искупитель (по Евр., гл. 2). Пг., 1917, 100 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

27.          Историческое положение и значение личности Феодорита, епископа Кир- рского: речь и библиографический указатель новейшей литературы о блаженном Феодорите. СПб., 1911, 30 с.

28.                                                             К вопросу о пасхальной вечере Христовой// ХЧ, 1897, март, с. 508–511.

29.                                                             К вопросу о пасхальной вечере Христовой и об отношениях к Господу современного Ему еврейства: по поводу исследования

проф. Д. А. Хвольсона // ХЧ, 1893, июль-авг., с. 84–121; сент.-окт., с. 289–320. То же: СПб., 1893, 70 с.

30.          Католический Index и римско-католическая цензура // Странник, 1906, № 4, с. 630–634.

31.          Конспект по предмету Священного Писания Нового Завета для переходных испытаний гг. студентов 1–2 курсов СПбДА:

•              в 1900 году. СПб., 1900, 5 с.;

•              в 1902 году. СПб., 1902.

•              в 1904 году. СПб., 1904, 8 с.

32.          Лекции по Священному Писанию Нового Завета, читанные студентам СПбДА:

• в 1891–1892 уч.году.СПб.,1892,365 с.

• в 1892–1893 уч.году.СПб.,1892,432 с.,литогр.

• в 1893–1894 уч.году.СПб.,1893,530†VI с., литогр.

• в 1894–1895 уч.году.СПб.,1895,415, XVI с., литогр.

• в 1897–1898 уч.году.СПб.,1897,576 с.,литогр.

• в 1898–1899 уч.году.СПб.,1899,608 с.,литогр.

• в 1899–1900 уч.году.СПб.,1900,592 с.,литогр.

• в 1900–1901 уч.году.СПб.,1901,720 с.,литогр.

• в 1901–1902 уч.году.СПб.,1902,592 с.,литогр..

• в 1902–1903 уч.году.СПб.,1902,722 с.,литогр.

• в 1903–1904 уч.году.СПб.,1904,365 с.,литогр.

• в 1905–1906 уч.году.СПб.,1906,411 с.,литогр.

• в 1906–1907 уч.году.СПб.,1907,663 с.,литогр.

• в 1911–1912 уч.году.СПб.,1912,415 с.,литогр.

• в 1914–1915 уч.году.Пг., 1915, 512 с., литогр.

33.          Лекции по Священному Писанию Нового Завета. М., 2005 [в печати].

34.          Лекции, читанные в Упсальском университете в сентябре и октябре 1918 года. Стокгольм-Упсала, 1921.

1915,    О Втором послании св. апостола Павла к фессалоникийцам // Пг.,1915, 118 с. Из: ХЧ, 1915. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Сера¬фим», 2005.

35.          О значении надписания Псалмов // ЧОЛДП, 1889, № 12, с. 567–601. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005

36.          О Квириневой переписи по связи ее с Рождеством Христовым. К., 1913, 59 с. Отт. из: Труды КДА, 1913. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

37.          Обращение Савла и Евангелие св. апостола Павла: речь, произнесенная на торжественном годичном акте СПбДА 17 февраля 1896 г. СПб., 1896, 150 с. Из: ХЧ, 1896. То же: Харьков, 1896, 121 с. То же: ВР, 1896, № 4–7. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

38.          О пасхальной вечери Христовой и об отношениях к Господу современного Ему еврейства. СПб., 1893. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

39.          Опыт русской обработки материала для жизнеописания св. ап. Павла // ХЧ, 1894, 11. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

40.          Послание к Евреям и историческое предание о нем // Годишник на Софийский университет, кн. 14, 1936–1937. София, 1937, 62 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

41.          Православие по его существу. СПб., 1914, 23 с. Из: ХЧ, 1914. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

42.          Православная пасхалия и общедоступные пособия и руководства по хронологии. СПб., 1892, 22 с. Из: ХЧ, 1892.

43.          Преображение Господне: критико-экзегетический очерк. М., 1888, 91 с. Отт. из: ПО, 1888. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Сера¬фим», 2005.

44.          Происхождение, характер и значение монархианства: по поводу взглядов А. Гарнака на монархианское движение. М., 1889, 73 с. Из: ЧОЛДП, 1889.

45.          Путешествие евреев из Египта в землю Ханаанскую (физико-географический очерк). М., 1889, 75 с. Из: ЧОЛДП, 1889, 1–4. Эл. вариант:

М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

46.          Разбор учения Гартмана об абсолютном начале как бессознательном. Харьков, 1889, 66 с. Отт. из: ВР, 1888.

47.          Развод по прелюбодеянию и его последствия по учению Христа Спасителя. СПб., 1895, 100 с. Из: ХЧ, 1895. Эл. вариант: М.:

Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

48.          Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. Варшава, 1928, 116 с. То же: [М.,] 1992, 184 с. То же:М., 2002, 192 с.

49.          Св. апостол Лука, Евангелист и дееписатель. София, 1932, 200 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

50.          Св. апостол Павел и неканоническая книга Премудрости Соломоновой // ХЧ, 1902, апр., с. 447–503; авг., с. 129–160.

51.          Св. апостол Павел и павлинизм антиохийской школы (в ее экзегетике и догматической деятельности за период I-IV Вселенских Соборов) // Труды V Сезда рус. акад. орг. за границей. Ч. 1 София, 1932, с. 99–132.

52.          Св. апостол Павел и Филон Александрийский // ХЧ, 1901, дек.; 1902, янв., февр., авг., нояб., дек.

53.          Свобода и необходимость: Против детерминистов. Харьков, 1888, 50 с. Отт. из: ВР, 1888.

54.          Священное Писание в духовных академиях на рубеже двух столетий // Церковный вестник, 1909, № 50.

55.          Славянская Библия. София, 1932. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

56.          Смысл 34-го апостольского правила // БВ, 1907, июль, с. 731–751; 1908, февр, с. 396–399.

57.          Теософическое общество и современная теософия // ВР, 1888, № 8, с. 555–574.

58.          Учение книги Премудрости Соломоновой о Божественной Премудрости или Духе по сравнению с апостольским // ХЧ, 1904, май, с. 615–659. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

59.          Учение св. апостола Павла и апокрифическая иудейская литература // ХЧ, 1900, февр.

60.          Учение св. апостола Павла и книги Премудрости Соломоновой о происхождении и характере язычества // ХЧ, 1905, февр.

61.          Учение св. апостола Павла о грехе, искуплении и оправдании //ХЧ, 1898, март, с. 301–343; апр., с. 471–516; май, с. 629–666; июнь, с. 793–840.

62.          Учение св. апостола Павла о добрых и злых духах // ХЧ, 1900, янв.

63.          Учение св. апостола Павла о загробной жизни и воскресении мертвых // ХЧ, 1888, янв.

64.          Учение св. апостола Павла о предопределении по сравнению с воззрениями книги Премудрости Соломоновой // ХЧ, 1904, июль-авг.

Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

65.          Учение св. апостола Павла о христианской жизни в «Духе» и его самобытная независимость // ХЧ, 1904, апр., с. 751–787. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

66.          Хвала ученому мудрецу в Книге Иисуса сына Сирахова // ХЧ, 1910, авг., с. 892–910.

67.          Хвалебная песнь Иисуса, сына Сирахова, Творцу и Промыслителю Вселенной // ХЧ, нояб., с. 1313–1331.

68.          Ходатай Нового Завета: экзегетический анализ Евр. 1:1–15. Сергиев Посад, 1915, 47 с. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

69.          Христово уничижение и наше спасение: библейско-экзегетический анализ Филип. 2:5–11 // ПМ, 1930, 2, с. 86–101. То же: София, 1929.

Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

70.          Христос и Ангелы: экзегетический анализ Евр. 1:6–14. Пг., 1915, 43 с.

Из: ХЧ, 1915. Эл. вариант: М.: Изд. КБ МДА и Фонда «Серафим», 2005.

71.          Экзаменский конспект по предмету Священного Писания Нового Завета для переходных испытаний студентов СПбДА:

•      TOC \o «1–5» \h \z в 1895 году. СПб., 1895,6 с.;

•      в 1896 году. СПб., 1896,5 с.;

•      в 1898 году. СПб., 1898,5 с.

72.          Эллинская образованность апостола Павла // ХЧ, 1906, март-июль;1907, февр.-март.

II.            Исторические, биографические и церковно-публицистические сочинения

73.          Академик Борис Александрович Тураев как христианский учитель и ученый // Рус. Мысль, 1923, кн. 9–12, с. 387–398. То же // Воскрес. чтение (Варшава), 1929, № 11, с. 169–173, 185–187.

74.  Академик Е. Е. Голубинский. Рукопись. РНБ, ф. 194. Эл. текст: http://www.golubinski.ru/golubinski/glubokoeg.htm

75.  Архиепископ Орловский Смарагд (Крыжановский) и алтайский миссионер архимандрит Макарий (Глухарев): два письма первого ко второму // ХЧ, 1913, янв., с. 118–125.

76.          Архиепископ Рязанский Смарагд как педагог и проповедник // ХЧ, 1914, июнь, с. 689–754.

77.          Архиепископ Смарагд в своих административных отношениях, иерархическом правлении и личной жизни // ХЧ, 1914, февр, с. 158–174, 299–327.

78.          Бакалавры С.-Петербургской Духовной Академии: иеромонах Серафим Азбукин и иеромонах Мартирий Горбачевич. СПб., 1909, 29 с. Отт. из: ХЧ, 1909.

79.          «Война и мир» в Финляндской Православной Церкви. София, 1929, 16 с.

80.          Возрождение папства и его настоящее положение по сравнению с прошлым. Воронеж, 1891, 47 с. Из: Воронежские епархиальные ведомости,1891.

81.          Высокопреосвященный архиепископ Смарагд (Крыжановский) на Орловской и Рязанской кафедрах и его кончина // ХЧ, 1913, февр., с. 175191; март, с. 310–324; апр, с. 526–540.

82.          Высокопреосвященный Смарагд (Крыжановский), архиепископ Рязанский: его жизнь и деятельность. СПб., 1914, 558 с.

83.          Дело священника Иоанна Сёмова с Орловским епархиальным начальством при архиепископе Орловском Смарагде (Крыжановском) // ХЧ, 1913, апр, с. 526–540, 650–672.

84.          Дорогой памяти неутомимого искателя правды писателя и изобретателя врача Матфея Никаноровича Глубоковского. СПб., 1904, 15 с. Отт. из: Странник, 1904.

85.          За тридцать лет (1884–1914): к столетнему юбилею Императорской Московской духовной академии (1 окт. 1914 г.). М., 1914, 19 с. Отт. из кн.: У Троицы в Академии. М., 1914.

86.          Из переписки архиепископа Рязанского Смарагда Крыжановского. М.,1913, 46 с.

87.          К вопросу о нуждах духовно-академического образования. СПб., 1897, 24 с. [под псевдонимом Вафинский Н.] Из: Странник, 1897.

88.          Киприан, митрополит всея Руси (1374–1406) как писатель // ЧОЛДП, 1892, № 2, с. 358–424.

89.          На Никейских торжествах в Англии и на Всемирной христианской конференции в Стокгольме летом 1925 года: впечатления и наблюдения участника // Воскресное чтение (Варшава), 1926, № 35–38.

90.          Начало организованной духовной школы: Комитет по усовершенствованию духовных училищ // БВ, 1917, июнь-июль, с. 75–92.

91.          О реформе духовной школы. СПб., 1908, 50 с. [Авт.: М. А. Остроумов и Н. Н. Глубоковский]

92.          Памяти покойного профессора Алексея Петровича Лебедева: под первым впечатлением тяжелой утраты. СПб., 1908, 31 с. Отт. из: Странник, 1908.

93.          Первый настоятель Исаакиевского собора протоиерей А. И. Окунев, бакалавр СПбДА //

ЦВ, 1908, № 23, с. 1049–1053; № 24, с. 1103–1107.

94.          По вопросам духовной школы и об Учебном комитете при Св. Синоде. СПб., 1907, 8, 148 с.

95.          По вопросу о «праве» евреев именоваться христианскими именами: трактат и историческая справка. СПб., 1911, 121 с. Из: ЦВ, 1911, № 24, 25.

96.          По вопросу о реформе Учебного комитета при Св. Синоде. СПб., 1909, 24 с. Из: Странник, 1909.

97.          По поводу письма проф. Н. И. Субботина к К. П. Победоносцеву. М., [1914], 19 с.

98.          Православное русское белое духовенство по его положению и значению в истории: речь, сказанная 30 октября 1916 г. в собрании учредителей Всероссийского общества попечения мирян о нуждах священнослужителей Православной Церкви и их семей. Пг., 1917, 16 с.

99.          Преосвященный Евсевий (Орлинский), архиепископ Могилевский, бывший ректор СПбДА // ХЧ, 1909, окт, с. 1332–1351; нояб, с. 1459–1482.

100.        Преосвященный Иоанн (Кратиров), бывший епископ Саратовский, ректор СПбДА // ХЧ, 1909, март, с. 421–440.

101.        Религиозное образование в английских общественных школах // ЦВ,1907,№ 26, с. 1207–212; № 27, с. 1262–1268

102.     Родословие Смарагда (Крыжановского), архиепископа Рязанского. М., 1910, 46 с.

103.                       Санкт-Петербургская духовная академия во времена студенчества там патриарха Варнавы. Сремски Карловцы, 1936.

104.                       Светлой памяти друга России и русского Православия Ивана Васильевича Биркбека. Киев, 1917, 32 с.

105.       Своеобразная защита Учебного комитета при Св. Синоде: по поводу книги о сем ревизора Д. И. Тихомирова и в связи с вопросом о преобразовании Учебного комитета. СПб., 1908, 40 с.

106.       Свт. Киприан, митрополит всея России (1374–1406) как писатель. М.,1892, 67 с

107.       Священник Михаил Васильевич Попов: некролог. Вологда, 1910, 54 с.

108.        Христианское единение и богословское просвещение в православной перспективе // Путь, 1926, № 4, С. 139–144. Эл. вариант: М.: КБ МДА и Фонд «Серафим», 2005.

III.           Отзывы, обзоры и рецензии

109.        Блаженный Августин в изображении русского светского историка: о книге проф. В. Герье «Блаженный Августин». М., 1910, 38 с.

110. Годичные обзоры русского богословия в газете «Новое время» // Новое время, 1913, 1914, 1915, 1916. № 1.

111.               Достопочтенный Майрон Уинслоу Адаме: словарь св. апостола Павла. Св. апостол Павел как словообразователь // ХЧ, 1897, июнь.

113. Отзыв о сочинении Б. В. Титлинова «Духовная школа в России в XIX столетии». Вып. 1–2. Вильна, 1908. СПб., 1911, 32 с.

114. Отзыв о сочинении В. И. Герье «Блаженный Августин». М., 1910. СПб., 1912, 38 с. Отт. из: Сб. отчетов о премиях и наградах за 1910 г.: Премии им. М.Н. Ахматова.

115. Отзыв об изданной по-болгарски «Проповеднической энциклопедии» о.Гр. Дьяченко // Мир, 1929, 23 июля

116.       Православие в освещении англиканского ученого. [СПб.. 1914,] 7 с. Отт. из: ЦВ, 1914.

IV.          Издания и переводы

117.      Письма архиепископа Рязанского Смарагда (Крыжановского) к архимандриту Иерофею (Добрицкому) из Орла, С.-Петербурга и Рязани (1847 –1863) / Сост. СПб., 1911, 11†120 с.

118.       Творения блаженного Феодорита, епископa Киррского: в 4 т. Письма блаженного Феодорита в русском переводе проф. СПбДА Н. Глубо- ковского. Вып. 1: письма 11–50. Сергиев Посад, 1907, 233 с. Вып. 2: письма 151–268 и введение. Сергиев Посад, 1908, XVI†233–521 с.

119.      Хронология Ветхого и Нового Завета / Пер. с англ. с введ. и в ред. обработке // Труды КДА,1910, № 6, с. 239–279; № 8, с. 375–408; 1911, № 3, с. 365–394; № 6, с. 200–228; № 7, с. 357–377/

Литература о профессоре Н. Н. Глубоковском и его научной деятельности

1.             25-летний юбилей проф. Н. Н. Глубоковского //Странник, 1914, № 6–7.

2.             Андреев И. Д. Николай Никанорович Глубоковский // Гермес, 1914,

№ 13–14.

3.             Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский и В. В. Болотов: к истории взаимоотношения авторов «Феодорита» и «Theodoretian’bi». http://www.mitropolia- spb.ru/rus/conf/bolotov2000/dokladi/bogdanova.html

4.             Богданова Т. А., Клементьев А. К. Н. Н. Глубоковский и неудавшаяся попытка объединения в 1918 году Петроградской духовной академии и Петроградского университета // Журнал Санкт-Петербургский университет, №7 (3663) от 19.03.2004. http://iournal.spbu.ru/2004/07/22.shtml

5.             Глубоковский Н. Н. Автобиографические воспоминания / МДА. Софийский архив Н. Н. Глубоковского.

http://www.bogoslov.ru/bogoslov/publication/glubokovskiy.html

6.             Глубоковский Николай Никанорович / Русские писатели-богословы. Библиографический указатель. 2-е изд. Сост. А. С. Чистякова, О. В. Курочкина, Н. С. Степанова. М., 2001, 462 с., сс. 274–285.

7.             Игнатьев А. Памяти проф. Н. Н. Глубоковского // ЖМП, 1966, № 8, с. 57–76.

8.             Казански Н. Патриарх православного богословия в Болгарии // Русская газета, 2004, №42 (61) от 14.10.2004.

9.             Лаговский И. Заслуженный профессор, д-р богословия Н. Н. Глубоковский. Б/м, 1937. Эл. текст: http://www.golubinski.ru/akademia/lag.htm

10.          Мелихов В. А. Н. Н. Глубоковский – профессор СПбДА. Харьков, 1914.

11.          Мелихов В. А. Николай Никанорович Глубоковский, профессор Императорской Санкт-Петербургской духовной академии (по поводу 25-летия его ученой деятельности). Харьков, 1914, 18 стр. † портрет.

12.          Петр (Еремеев), иером. Софийский архив Н. Н. Глубоковского. http://www.bogoslov.ru/bogoslov/publication/1415.html

13.          Поснов М. Э. Библиография: Н. Н. Глубоковский, ординарный профессор Императорской Санкт-Петербургской духовной академии. «Благовестие святого апостола Павла по его происхождению и существу». [Киев,

] 9 стр.; с. 1.

14.          Русский биографический словарь. Интернет-версия, подготовленная на основе выборки статей из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890–1907) и Нового энциклопедического словаря (1911–1916).

http://kolibrv.cvberpalm.com

15.   СавичДм., свящ. Ординарный профессор Н. Н. Глубоковский и его «Замечания на славяно-русский текст евангелия Матфея, Марка, Луки и Иоанна» (история рукописи)

http://www.vitebsk.orthodoxv.ru/publicat/030316publicat.shtml.

16.   Черемисов П. Профессор Н. Н. Глубоковский и его его труд «Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу». Сергиев Посад: МДА, 1972 (рукопись).

17.          Юревич Дм., диак. Профессор Н. Н. Глубоковский: библеист, опередивший время (к 140-летию со дня рождения) // Санкт-Петербургский церковный вестник, 2003, № 12, с. 29–33; 2004, № 1, с. 43–48. http://www.sinai.spb.ru/cor/glubok/glubokovskv140.html

18.          Юревич Дм., свящ. Профессор Н. Н. Глубоковский как экзегет Священного Писания / Глубоковский Н. Н. Лекции по Священному Писанию Нового Завета. М., 2005 [в печати].

Список сокращений

БВ – Богословский вестник ВР – Вера и разум

ЖМП – Журнал Московской Патриархии

МДА – Московская духовная академия

ПМ – Православная мысль

ПО – Православное обозрение

СПбДА – Санкт-Петербургская духовная академия

Труды КДА – Труды Киевской духовной академии

ХЧ – Христианское чтение

ЦВ – Церковные ведомости

ЧОЛДП – Чтения в Обществе любителей духовного просвещения

«Явися благодать Божия, спасительная всем человеком.»

Тим. II, 11.

София (Болгария).

1932.

Во славу «святой Академии» С.-Петербургской,

обеспечившей мне научное «служение Слову»,

признательный сочлен.

Внутренняя историографическая связь третьего Евангелия и книги Деяний

Бывают блестящие идеи, которые быстро тускнеют при своем осуществлении и становятся даже мрачными или зловещими. Каждый знает и множество теорий, обещающих обновление, созидание и прогресс, а при своем приложении оказавшихся мертвящими и разрушительными. Еще более таких „практических» проектов, которые манят творческою активностью, на деле же получается, что это – вздорные фантазии, вносящие хаос и ужас. И бесконечно количество этих страшных и мучительных контрастов, терзающих и калечащих всю человеческую историю. Только сама жизнь дает истинную, этически-фактическую ценность нашим замышлениям, которые оправдываются ею и в свою очередь сообщают всякой феноменальной реальности внутреннюю устойчивость и принципиальное достоинство.

Обе эти стороны необходимы объективно, почему обязательно соображать их и при рассмотрении всякого важного исторического явления, чтобы выяснить Его подлинную природу и надлежащее место в преемственном развитии мирового процесса. Именно этим решающим масштабом св. Лука соизмеряет христианство, показывая нам последнее и в собственном исповедании и в фактическом утверждении соответственно своему учению, когда они должны были взаимно гармонировать и друг друга обеспечивать по бытию и влиянию. Это есть безусловно гениальная Концепция, свидетельствующая об исключительной ученой проницательности великого мастера историографии, но она же говорит и о безмерной вере вдохновенного христианина, который не побоялся повергнуть свой идеал на суд истории и в таком виде завещать всем будущим векам, как неугасаемый и спасительный светильник всякой разумной жизни, где он засиял чудотворною зиждительностию с самого начала своего возникновения и практического применения.

В этих отношениях третье Евангелие и книга Деяний эссенциально неразрывны между собою и направляют к совместному рассмотрению, открывая нам все удобства постигнуть историографическую концепцию во всей идейной и реалистической глубине и всецело понять самое явление христианства по его существу и значению.

Но какое фактическое касательство имел к нему автор? С какими особенностями выступает он на страницах своего труда?

Писатель третьего Евангелия и книги Деяний по указаниям их

Здесь имеется несколько опорных пунктов, которые должны обеспечить прочные результаты, если мы не будем наперед отказывать в историческом доверии к наличным каноническим документам. В них, прежде всего с полною решительностью выражается, что третье Евангелие и книга Деяний принадлежат одному автору1. Затем с достаточною убедительностью можно теперь утверждать, что вторая обязана тому же лицу, что и отрывки ее, где выступает сам повествователь под формою „мы“ в качестве непосредственного спутника эллинского благовестника2, а из всех близких сотрудников его наиболее отвечает всем отмеченным условиям Апостол Лука.

Значит, оба писания мы должны относить именно к последнему, причем – кроме тесных связей со св. Павлом – характерным для него будет, что он был врач (Кол. IV, 14) и посему обладал общею культурностью и специальною образованностью тогдашнего интеллигентного человека, в частности и историографическою3.

В результате выходит, что возможным писателем для третьего Евангелия и книги Деяний является св. Лука, но – в случае несомненности этой мысли – самые произведения должны отличаться двумя особенностями: – 1) тесной близостью к Апостолу Павлу и 2) бесспорной „ученой» интеллигентностью автора.

Находят ли эти черты потребное соответствие в теперешнем тексте?

1) По первому признаку мы должны заключать, что, будучи в постоянном общении со своим великим учителем, Лука неизбежно проникался его настроением и воззрениями, носящими Павлинистический характер. Разумеется, это должно было оставить и на писаниях типический след, для которого обязательно прямое влияние или косвенное преломление благовествующей личности св. Павла. Но здесь только псевдо-Дорофей и один Московский манускрипт4 говорят о зависимости Луки от Петра, а все прочие авторитеты древности отсылают к Апостолу языков. Так, уже Мураториев фрагмент констатирует у Луки отражение мнений Павловых (ex opione, sc. ejus – beati Pauli, conscripsit) и Ириней утверждает, что «последователь Павла изложил проповеданное им учение» (Contra haer. Ill, 1: Migne gr. VII, col. 845). Поэтому в опровержение Маркионитов и других лжеучителей, навязывавших эллинскому благовестнику свои доктрины, Лионский епископ – ересеолог смело апеллирует к ограждающему покровительству Луки, ибо он верно сохранил проповедь Павлову (III, 14: Migne gr. VII, 914). Тертуллиан не менее решительно называет Апостола Павла «озарителем Луки» (illuminator Lucae), категорически заявляя, что во всех церквах апостольских Lucae digestum Paulo adscribere solere (Adv. Marc. IV, 2, 5: Migne lat. II, 364, 367). Сходным образом мыслил и Климент ап. (Strom. I, 21: М. gr. VIII, 885), Ориген даже допускал (in Matth. tom. I: M. gr. XIII, 829; cnf. Eus. h. e. VI, 25: 6), что третье Евангелие было одобрено Павлом (
τὸ τρίτον τὸ κατά Λουκᾶν, τὸ ὑπὸ Παύλου, ἐπαινούμενωον εύαγγέλιον), при чем в словах последнего о своем благовествовании (Рим. II, 16, 25. 1Кор. XV, 5. 2Кор. VIII, 18) – вместе с Иоанном Златоустом (in Act. Apost. hom. I, 1: M. gr. LX, 15; cnf. in Matth. hom. IV, 1: M. gr. LVII, 40) – видит (in Luc. hom. I: M. gr. XIII, 1804) ясное указание на письменное произведение своего спутника (ср. Eus. h. е. III, 4 и Hieron. De viris Ill. 7). Амвросий Meдиоланский был не чужд такого понимания (Expos. Evang. sec. Lucam I. 11: denique etiam a sancto apostolo Paulo testimonium meruit diligentiae. Sic etiam laudat Lucam в 2Кор. VIII, 18), которое Евсевий приводит в качестве распространенного предания (h. е. III, 4: 8: полагают – φασί δέ, что о его – Луки – Евангелии упоминает Павел – μνημονεύειν δ Παῦλος εἴωθεν, когда, будто о каком то собственном, говорит: «по благовествованию моему», а блаж. Иероним сообщает это, как догадку других (De viris ill. 7 ар. М.lat. XXIII, 621: quidam suspicantur, quoliescunque in epistolїs suis Paulus dicit «juxta Evangelium meum», de Lucae significare volumine). В «Синопсисе» псевдо Афанасия (n. 76: М. gr. XXVII, 433) выражено с решительностью, что третье Евангелие «продиктовано Апостолом Павлом, записано же и издано блаж. Лукой, Апостолом и врачом».

Бесспорно, что в этих свидетельствах многое преувеличено, а другое и совсем сомнительно5, но для нас важно только основное положение, что вся древность находила у третьего синоптика живые и типические отголоски проповеди Павловой. При этих предварениях непрерывного и твердого исторического предания получают особенную силу пункты сходства между обоими писателями с формальной стороны и по содержанию. В лексическом отношении язык третьего Евангелия и книги Деяний весьма близок к вокабуляру писаний Павловых6 и даже настолько, что Евангелие Луки и подлинные Павловы послания имеют общих между собою 83 слова, каких нет в других Евангелиях; из них 32 встречаются в книге Деяний, где еще около 65 общих с Павлом7. И замечательно, что подобные совпадения не редко захватывают целые выражения, по самому строению фраз, при идейной родственности (см. у Rev. R. Plummer, p. XLIV-XLV, где отмечаются параллели Лк. IV, 32 и 1Кор. II, 4; Лк. VI, 36 и 2Кор. I, 3; Лк. VI, 39 и Рим. II, 19; Лк. VI, 48 и 1Кор. III, 10; Лк. VII, 8 и Рим. XIII, 1; Лк. VIII, 12 и 1Кор. I, 21. Рим. 1, 16; Лк. VIII, 13 и 1 Фесс. I, 8; Лк. X, 7 и 1Тим. V, 18; Лк. 8 и 1Кор. X, 27; Лк. X, 16 и 1 Фесс. IV, 8; Лк. X, 20 и Филипп. IV, 3 = Псал. LXIX, 28; Лк. XI, 7 и Гал. VI, 17; Лк. 29 и 1Кор. I, 22; Лк. XI, 41 и Тит. I, 15; Лк. XII, 33 и Еф. VI, 14 = Иса. XI, 5; Лк.XII, 42 и 1Кор. IV, 2; Лк. ХШ, 27 и 2Тим. II, 19; Лк. ХVIII, 1 и Кол. I, 3. 1 Фесс, I, 11, равно Гал. VI, 9; Лк. XX, 16 и Рим. IX, 14, XI, И. Гал.III , 21; Лк. 22, 25 и Рим. XIII, 7. Лк. XX, 35 и 2 Фесс. I, 5; Лк. XX, 38 и Рим. VI, 11. Гал. И, 19 Лк. XXI, 23 и 1 Фесс. II, 16; Лк. 24 и Рим. XI, 25; Лк. XXI, 34 и 1 Фесс. V, 3 – 5; Лк. XXI, 36 и Еф. VI, 18; Лк. XXII, 53 и Кол. I, 13). В общем, у обоих проглядывает одинаковая заботливость в старательном оттенении всех моментов мысли, чтобы она «рисовалась» читателю с возможною выпуклостью и наглядностью8. Если и не преувеличивать аналогий в рефератах касательно установления таинства евхаристии (Лк. XXII, 19 – 20 и 1Кор. XI, 24 – 25), ибо теперешний текст третьего Евангелия не отличается совершенною прочностью9, то во всяком случае остается факт, что лишь Лука (XXIV, 34 – 36) и св. Павел (1Кор. XV, 3 – 5) упоминают о явлении воскресшего Господа Петру, как они же сохранили изречение Спасителя «достоин (есть) делатель мзды своя» в тожественной редакции (Лк. X, 7: ᾰξιος [γάρ] δ ἐργάτης τοῦ μισθοῦ αύτοῦ [ἐστι] и 1Τим. 5,18: ᾰξ ος ό εργάτης τοῦ μισθοῦ αύτοῦ), между тем у Матфея она читается несколько иначе (X. 10: ᾰξιος (γάρ) δ έργάτης τῆς τροφῆς αύτοῦ [έσ ιv]). Не менее знаменательно, что при сличении с Апостолом языков наиболее удовлетворительно выясняются некоторые особенности концепций и фразеологии третьего синоптика. Напр., из речи Христа против книжников и фарисеев он один приводит (X, 49) выражение «Премудрость Божия рече: послю в них пророки», когда у Матфея читается (XXIII, 34): «се Аз послю к вам пророки». Такое наименование Искупителя понятнее всего со стороны ученика Павлова, поскольку эллинский благовестник всегда проповедовал Христа, как «Божию силу и Божию премудрость» (1Кор. I, 24).

По всем отмеченным данным мы должны согласиться, что совпадения двух писателей достаточно обильны и весьма характерны, а потому и не могут быть случайными. Внушительность этих наблюдений даже послужила основою для гипотезы, будто автором третьего Евангелия и книги Деяний был сам св. Павел10. Эта смелая догадка не оправдывается фактами сродства ни внутреннего или предметного11, ни языкового12, но и отсюда следует, что рассматриваемые произведения предполагают в составители спутника Павлова13, чем хорошо подтверждается всеобщее предание, что это был Лука.

2)Тогда третье Евангелие должно отличаться и несомненными литературными преимуществами, ибо этот сотрудник Павлов характеризуется в качестве нарочито образованного человека14, о котором блаж. Иероним прямо говорит, что «он был весьма сведущ в медицинском искусстве и гораздо лучше владел по-гречески, чем по-еврейски; потому и речь его как в Евангелии, так и в Деяниях Апостольских легче и изящнее и запечатлена светским красноречием». Все это в достаточной мере оправдывается самыми писаниями. По согласному суждению компетентных специалистов, оба рассматриваемые творения отчетливо выделяются среди всех других новозаветных книг высокими литературными качествами, и в этом отношении наряду с ними может быть поставлено разве только послание к Евреям. Язык Луки отличается бесспорными литературными достоинствами15, почему даже по масштабу классической речи многое у него встречает одобрение16. Подмечено17, что он избегает не только арамейских и латинских слов (напр., ῤαββεί, άγγαςεύω, άμήν, заменяемое через ἀληθῶς, и κοδράντης, передаваемое через λεπτόν), но и эллинистических выражений, которые отвергались аттикистами (напр., έσθίω вм. τρώγω άρο τοῦ иῦи вм. άπ᾿ᾰρτι, σῶμα вм.πτῶμα, σπείρω вм. διασκορπίζω) , предпочитая эллинистическим формам более соответствующие аттической грамматике (напр., έκάθισεν по сравнению с κέκαθισεν, τίς по сравнению с είς, έαυτοῦ против ἵδιος, έπί λίθῳ в замену έπί λίθου; ср. в Деян. ἵσασιν вм. эллинистического οἵδασι(ν), βούλομαι вм. θέλω и др). Вокабуляр – очень богатый: в обоих писаниях исключительною их собственностью во всем Новом Завете является от 750 до 851 слов, из коих 26 находим в цитатах из LXX-ти; свойственных только третьему Евангелию имеются до 312 вместе с 11-ю в ветхозаветных выдержках, и здесь немало терминов, встречающихся в классической литературе18. При этом свобода и разнообразие конструкций говорят о господстве автора над языковыми средствами, раз классические сочетания употребляются у него наряду с евраистическими, как ясно, напр., по применению εγένετο (I, 8, 9. VI, 1), иногда прямо евраистическому (Деян. IX, 3. XXI, 1), а «описательные времена», или соединения субстантивного глагола с причастиями praes. или perf. вместо простых глагольных форм давали простор для множества комбинаций. Правда, и вообще у Луки усматривается достаточно качеств и элементов евраистических; но а) все это находится по преимуществу в отделах репродуктивных, воспроизводящих слова и речи других лиц, и потому удостоверяет лишь точность передачи оригиналов (устных или письменных), напр., в начале обоих произведений; б) по современным филологическим разысканиям (Alb. Thumb, Ad. Deissmann и др.), многое в новозаветных книгах (и у LXX-ти) напрасно почитается евраистическим по происхождению у того или другого автора, ибо было принадлежностью всего «эллинистического» языка, и в) даже эти отрывки получают у синоптика – Дееписателя такую литературную обработку, что значительно утрачивают свои евраистические особенности и оказываются несравненно более литературными по сравнению с параллельными редакциями Матвея и Марка19. Мы всюду видим стиль мастера слова (ein Sprachkunstler)20, достигающий иногда классического изящества, какое всеми принимается в евангельском «прологе»21, напоминающем идеи светского историка22.

В общем, всем этим для писателя третьего Евангелия и книги Деяний удостоверяется высокая литературная образованность23 тонкого грека24, а это именно и требуется для признания в нем исторического Луки. Но этот спутник Павлов был еще «врачом», и здесь желательны конкретные подтверждения в данном смысле. По этому предмету имеются поучительные факты, которые изобильно собраны и отчетливо сгруппированы у Dr’a W. К. Hobart’a25. Конечно, тут не обошлось без преувеличений, но авторитетные ученые вполне соглашаются, что медицинская компетентность писателя аргументирована с солидною убедительностью26 и не может быть отрицаема27. Специальная точность и профессиональная окраска терминологии заметны во многом: άχλύς о тьме, поразившей Елиму волхва (Деян.. XIII, 11), не встречающееся нигде более в Н. 3. и у LXX- ти, употребляется у Галена для особой болезни глаз, а столь же единичное κραιπάλη (Лк. XXI, 34) применяется в медицинских трудах для тошноты, сопутствующей опьянению; равно и unicum υδρωττικσς (Лк. XIV, 2), по-видимому, медицинского происхождения. В сообщениях медицинского- характера Лука гораздо обстоятельнее и пунктуальнее: горячку тещи Симоновой, не определяемую другими синоптиками по степени (Мф. VIII, 14 и Мрк. I, 30 πυρέσσουσα), он квалифицирует чрез πυρετῷ μεγάλῳ (Лк. IV, 38), ибо тогда различались горячка большая и малая; в отличие от простого
λεπρός Мрк. I, 30 называется у Лк. V, 12 πλήρης λέπρας; для констатирования высшей степени проказы; в Деян_ XXVIII, 8 терминами πυρετοῖς καί δυσεντερίῳ συνεχόμενος автор ясно описывает страждущего гастрическою лихорадкой. Бросается в глаза и то, что простонародные выражения своих предшественников: κακῶς ἔχοντας (Мф.VIII, 16. Мрк.I, 32) и ίσχύοντας (Мф. IX, 12. Мрк. II, 17) третий синоптик заменяет технически корректными άσθενοῦντας (Лк. IV, 40) и δγιαίνοντας (Лк. V, 31), слишком общие обозначения
άρρώστους (Мф. XIV, 14) и ίαθη δ παῖς (Мф. VIII, 13) поправляет более наглядными χρείαν ἔχοντας θεραπείας

(Лк. IX, 11) и
εύρον τον άσθενούντα δοῦλον υγιαίνοντα
(Лк. VII, 10). Один Лука передает о «врачебном чуде» исцеления уха у Малха (Лк. XXII, 51), отличает демонические одержания от собственно болезней (Лк. VI, 18. XIII, 32. Деян. XIX, 12),. упоминает о продолжительности страданий (Лк. XIII, 11. Деян. IX, 33) и о возраст исцеленных (Лк. VIII, 42. Деян.22) и он же удерживает (Лк. IV, 23) «медицинскую пословицу»: врачу, исцелися с а м ! вопреки прямому ходу речи и – значит – как бы по привычке, а книгу Деяний почти обрывает на цитате Павловой (XXVIII, 26 – 27) из пророка Исайи (VI, 9 – 10), кончающейся словами καί ἰάσоμаι αὐτούς.В других случаях тоже сказывается медик, раз Матфеево δακτύλψ κινῆσ ι(ΧΧIII, 4) изменяется у Луки (XI, 46) в δακτύλψ προσίαύειν
– с глаголом явно медицинского оттенка, вместо Маркова διά τρυμαιλιας τής ῥο φίδος (X, 25) говорится διά τρήματος βελόνης(XVIII, 25) соответсвенно хирургически принятому языку28 ; для ὀθόνην τέσσαρσιν άρχαίς καθίέμενον
(Деян. X, 11 и ср. ст. 5) полезно припомнить Галеновское употребление άρχαίдля концов – „краев» (πέρατα)перевязей (οί έπιδεσμοί, часто и ὀθόνια, ὀθόνη).Существует даже некоторое литературное соприкосновение с разными медицинско-фармацевтическими трудами29,напр., современного Павлу Диоскорида Педакия (1 в.), уроженца города Аназарва, лежавшего верстах в 70 – 80 от Тарса30, и его трактат Περί ὕλης ίατρικῆςсвоим началом (Πολλῶν οὐ μ νον άρχαίων άλλά κα
ί
νέων συνταξαμένων περί της τῶν φαρμάκων σκευασίας τε καί δυνάμεως καί δοκιμασίας, φίλτατε «Αρειε, πειράσομα» σοι παραστῆσαι μὴ κενὴν μηδέ άλογον δρμήν με πρὸς τήνδε τήν πραγματείαν ἐσχηκέναι, διά τὸ τούς μεν αὐτών μή
τετελειωκέναι, τοίύς
δὲ έξ ἱστορίας τά πλεῖστα άναγρά αι)немало сближается по самому строению с Евангельским «прологом», который в этом отношении аналогичен и вступлению (
Ὁ᾿. ιόσοι
έπελεί ησαи περί ίητρικής

λέγειν
ῆ γράκε
ι
и
κτ.) к сочинению Иппократа (между 460 – 350 г. г. до Р. Xр.) Περί

άργαίης
ίητρικης.Созвучие тут бесспорное31, хотя его и нельзя объяснять прямым литературным пользованием32, а тогда это будет опять же отражением профессиональных писательских навыков.

По всему сказанному безспорна некоторая медицинская компетентность синоптика – Дееписателя33, – и с этой стороны он достаточно соответствует личности св. Луки, с которым непринудительно отожествляется по своей образованности и по близости к Апостолу Павлу. В связи с этим приобретает особенную силу голос предания, всегда и согласно34 называвшего третьим Евангелистом именно Луку, сотрудника Павлова. Его прямо указывает Мураториев каталог от 11 в., а Ириней Лионский заявляет (Contra haer. III, 1: М. gr. VII, 845; cnf. Eus. h. e. V. 10: 3), что «Лука, спутник Павла, изложил проповеданное им Евангелие» (cnf. I, 27: 2; III, 14: 1– 3), которое Тертуллиан ограждает авторитетом церквей апостольских против искажений православного его типа (Adv. Marc. IV, 5: Iat. II, 366), Ориген считает в числе четырех Евангелий, безспорно принимаемых повсюду (in Matth. tom. I: M. gr. XIII, 829; cnf. Eus. h. e. VI, 25: 4, 6), и Климент ал. ссылается на него (напр., Strom. I, 21: М. gr. VIII, 885). В этой ассоциации необходимо принять, что Иустин М. знал третье Евангелие в ряду Евангельских воспоминаний одного из учеников апостольских (Dial. с. Tryph. 103). Конечно, Папий совсем не говорит о Луке, но 1) для сего у него не было специально принудительных поводов, какие представлялись в первоначальном языке Евангелия Матвеева и в „неупорядоченности» Маркова изложения, между тем третий синоптик достаточно рекомендует себя в самом своем „прологе»; при том же 2) от Иерапольского епископа теперь мы имеем лишь немногие фрагменты, почему возможно искомое упоминание в целом подлиннике, как по Анастасию Синаиту и действительно выходит, что третье Евангелие было известно Папию35. По контрасту с этим особенно важно, что имя св. Луки в апостольский век не было настолько громким и славным, чтобы фальсификатор мог воспользоваться его авторитетом для своего подлога или для анонимного сочинения, ввести в обман все предание и создать прочное и повсюдное церковное мнение. В этом и Ренан видит большую историко-критическую загадку, не имеющую удовлетворительного разрешения36, а тогда последнее необходимо искать и признавать в фактической несомненности столь твердого и всеобщего убеждения, как основывающегося на подлинной истине. И раз подобное заключение достаточно подкрепляется содержанием рассматриваемых новозаветных писаний, то здесь мы почерпаем законное научное право отправляться в дальнейших разысканиях от того тезиса37, что

Св. Лука – писатель третьего Евангелия и книги Деяний

Личностью автора во многом освещается «природа» и судьба его писаний, но в данном случае наши сведения, к сожалению, весьма не обильны и далеко не вполне отчетливы. Три раза Апостол Павел поименно упоминает в числе своих сотрудников некоего Луку и однажды в такой связи, которая может намекать на его происхождение, ибо о нем и Димасе говорится (в Кол. IV, 14) после предшествующего замечания (IV, 11), что разумеемые прежде лица – «из обрезания», а этим косвенно подчеркивается, что прочие – не таковы. Отсюда позволительно догадываться, что Лука был не еврейской крови, в пользу чего основательно ссылаются38 на Деян. XXVIII, 2,4, где писатель противополагает себя «варварам», а это было возможно лишь в отношении греков и только по контрасту с ними. И уже Ориген, несправедливо сопоставляя третьего Евангелиста с Лукием (Деян. XII, 1), допускал, что Лука – слово не еврейского корня (ad Rom. XVI, 21: М. gr. XIV, 1288). Вероятнее думать, что греч. Λουκᾶς явилось по сокращению из Lucanus, употребляемого в древнелатинских кодексах (напр., Corbejensis и. Verceliensis) а оно было обычно у жителей южной Италии по местности Lucania, между Кампанией, Апулией и Бруттием (Ног. II, 1, 38). Это наблюдение тоже подсказывает мысль о нееврейской национальности Луки, поелику другого – еврейского – имени у него нигде не предполагается. Достаточное подтверждение сему находится и в том, что для Дееписателя еврейская (арамейская) речь оказывается как будто чужою, ибо воззвание Петра при избрании Матфея он передает в такой редакции (1, 19): «земля та (купленная за 30 Иудиных сребреников) на отечественном их (иудеев) наречии (τῇ ίδία διαλέκτῳ αύτῶν) названа Акелдама». Едва ли эта редакция принадлежит оригиналу, поскольку для самого оратора не могло быть подобной взаимной противности с иудейством (даже в Иоанновском смысле), а тогда это мы должны усвоять уже редактору ради читателей по одинаково нееврейскому родству с ними. Наряду с этим припоминают филологическое свидетельство (Lobeck’a Phrynichus), будто в латинских nomina propria окончания на -as чаще всего встречаются между рабами и либертами, служа сокращением более пространных форм на – ius и – ilius, причем среди этих классов констатируется распространенность врачебного искусства (Suet., Cal. 8. Senec., De benef. III, 24. Quint. VII, 2, 26)39. Однако необходимо отметить, что наше Lucas вышло не из Lucilius, и конечное – as, заключаясь в самом Lucanus, не будет сословною характеристикой его носителя.

Но наш Лука, несомненно, был врачом (Кол. IV, 14), и это профессиональное отличие бросает известный свет на его личность. Медицина особенно культивировалась в Риме среди рабов и вольноотпущенников; из второго класса были и лейб-медики Юлия Цезаря и Августа Antistius и Antonius Musa. Тем не менее, эта отрасль знания достаточно развивалась и поддерживалась Римом. Так, уже при императорах здесь существовало высшее медицинское учреждение – Collegium archiatrorum – с медицинско-полицейским персоналом чиновников, обязанных контролировать практикующих врачей, которые начинали свою профессию под руководством старших и в дальнейшей деятельности подлежали официальному надзору и подвергались взысканиям за свои ошибки40. Если, при всем этом поощрении медицинских занятий, преимущественными двигателями их были люди низкого социального состояния, рабы и либерты, то – значит – они доставляли тогда наиболее интеллигентных профессионалов. В силу этого по врачебному достоинству Луки мы заключаем, что он был человек образованный, и уже блаж. Иероним писал: Lucas inter omnes Evangelistas graeci sermonis erudilissimus fuit, quippe ut medicus (ad Damas. epist. XX, 4: M. lat. XXII» 378). Но нам известно, что третий Евангелист обладал чуть ли не специальною осведомленностью в соответствующей литературе, а это говорит о систематич

Апостол от 70-ти Лука́ Евангелист, иконописец

О, святы́й Луко́, Бо́гом избра́нный и Ма́терию Бо́жиею благослове́нный, пропове́дниче по все́й вселе́нней Ева́нгелия Христо́ва, му́чениче и Апо́столе, помо́щниче все́м моли́твенно призыва́ющим тя́, помози́ и на́м, непотре́бным рабо́м Госпо́дним, я́ко мы́ по мно́гим прегреше́ниям на́шим обрета́емся во тьме́ и се́ни сме́ртней, отдале́че от Бо́га отстоя́. Чрез то́ студо́м посра́мленныя не и́мамы дерзнове́ния Го́спода моли́ти о проще́нии, призыва́ем тя́, вели́кий свети́льниче Бо́жий, я́ко пребыва́ющаго в непреходя́щем Его́ све́те, моли́ о на́с Го́спода, да поми́лует на́с.

Умоли́ Го́спода, святы́й Луко́, да обнови́т в на́с стра́х Госпо́день, о́ньже любы́ привлека́ет, а гре́х отгоня́ет. Я́ко мы́ та́ко навы́кли греши́ти по вся́к де́нь и ча́с, и во сне́, я́ко не ве́мы сло́в Го́спода: бди́те, я́ко не зна́ете часа́, егда́ хочу́ приити́, О́н же мо́жет на вся́к ча́с призва́ти на́с из сего́ привре́меннаго живота́ в ве́чный. Пробуди́ в на́с, святы́й Луко́, стра́х и прему́дрость, о ни́хже святы́й ца́рь и псалмопе́вец Дави́д рече́. Да твои́ми моли́твами получи́м покая́ния сле́зы, и́миже вси́ на́ши души́ от греха́ очи́стятся. Я́ко мы́ в духо́вной слепоте́ и дебе́лости су́ще не мо́жем пла́катися своего́ мертвеца́, си́речь сами́х себе́, мно́ги же сле́зы, пото́ки сле́з потре́бно да пролие́м за мно́жество соде́янных грехо́в.

Помози́ на́м, неразу́мным, да уразуме́ем Писа́ние, е́же ты́ са́м списа́л еси́, я́ко и́стинным ра́зумом уразуме́ем и́стинная словеса́, да бежи́м от греха́, я́ко от огня́, и вси́ си́лы приложи́м, да прибли́зит ны́ Бо́г. Да уразуме́ем, я́ко гре́х е́сть сме́рть, Бо́г же живо́т. Помози́ на́м, святы́й Луко́, да то́ уразуме́вше, очи́стимся от греха́ и пре́йдем из сме́рти в живо́т. Да бу́дет на́м Бо́г вся́ во все́м. И ны́не и во ве́ки да пребу́дем бли́з Него́. Дабы́ и на́м, я́ко ти́ с Клео́пою, егда́ путешествовали во Еммау́с, се́рдце и душа́ тре́петны бы́ша от прису́тствия Его́. Отню́дуже да сни́дет на ны́ ми́р небе́сный, к Ца́рствию Небе́сному ны́ руководящий и ра́достны ны́ творя́щий, да возмо́жем стре́лы лука́ваго, на вся́к ча́с в на́с испуща́емы, отгна́ти. С те́м же получи́м и любы́ Бо́жия, да руководи́т на́с к ве́чному Оте́честву, иде́же вси́ си́лы небе́сныя, вси́ святи́и, Ма́ти Бо́жия пред ни́ми, Ея́же благо́й ли́к в ико́не тобо́ю напи́санной, увековечен еси́. О́чи серде́ц на́ших да непреста́нно взира́ют на ту́ ле́поту и е́ю наслажда́ются, да цари́т в на́с Ца́рство Небе́сное, в ко́е ча́ем моли́твами твои́ми, святы́й Луко́, пресели́тися, егда́ на́с Госпо́дь призове́т, да та́мо ве́чно сла́вим Бо́га во Святе́й Тро́ице: Безнача́льнаго Отца́, Единоро́днаго Сы́на и Пресвята́го Ду́ха, во все́ безконечные ве́ки. Ами́нь.

Святой апостол Лука | СЕМЬЯ и ВЕРА

Здравствуйте, дорогие братия и сестры!

31 октября совершается память ближайшего ученика Спасителя апостола и евангелиста Луки.

Святой апостол и евангелист Лука

До встречи с Господом Иисусом Христом апостол и евангелист веровал во единого истинного Бога. Но когда до него дошли слухи о чудесах и учении Иисуса Христа, он поспешил в Галилею, чтобы встретиться с Ним. Евангелие Спасителя глубоко и искренне отозвалось в сердце святого Луки. Он воспринял его всем своим существом. Был причислен к семидесяти апостолам и получил дарование слова, чудотворения, исцеления и силу изгонять бесов. Всем делом его дальнейшей жизни стала проповедь о наступлении Царства Божия. Он уготовлял пути Спасителю.

В тяжелые минуты для Господа и его последователей, когда иудеи предали Иисуса на распятие язычникам, апостол Лука находился в Иерусалиме. Трудно было святому Луке переживать известия о мучениях и предательстве Возлюбленного Спасителя. Апостол плакал о своем Господе. Но вскоре печаль сменилась величайшей радостью. Христос в самый день своего Воскресения удостоил Луку своего явления и беседы.

Лука – ученик апостола Павла

Апостол Лука был образованным человеком. Занимался врачеванием, был художником.

После славного Вознесения Иисуса Христа и сошествия Святого Духа на апостолов, Лука отправился, как ученик, вместе с апостолом Павлом проповедовать слово Божие среди языческого народа. Лука много путешествовал со своим наставником. Нередко приходилось ему и вспоминать и использовать свои знания в искусстве врачевания для лечения апостола Павла. Апостол Лука под руководством своего наставника написал Евангелие от Луки и деяния святых апостолов.

По преданию апостол Лука, будучи художником, написал пресветлый лик Божьей Матери со Спасителем на руках. Эту и ещё две иконы он принес Пресвятой Богородице, Которая благословила их словами: «Благодать Родившегося от Меня и Моя милость с сими иконами да будут». Также Лука написал образы первоверховных апостолов Петра и Павла. Много и других икон написал апостол Лука во славу Божию и во спасение верующих, поклоняющихся этим иконам.

Всю свою жизнь, до самой глубокой старости, апостол Лука занимался устроением Церкви Христовой. Как и многие другие апостолы, Лука был казнен язычниками распятием на оливковом дереве.  Христиане тайно погребли святые останки апостола. От его мощей проистекало множество исцелений и чудес. А после окончания гонений на христиан  святые мощи были положены в Константинопольском храме Святых апостолов под престолом вместе с мощами апостолов Андрея и Тимофея. Великие чудеса совершались от них.

Апостол и евангелист Лука — житие

Апостол Лука как историк и писатель

Из всех четырёх евангелистов именно апостола Луку можно назвать историком в строгом смысле этого слова. Его двухчастный труд — Евангелие и Деяния святых апостолов — добросовестный и чёткий рассказ о событиях в их последовательности; он выполнен в соответствии со всеми требованиями исторического жанра. Кроме того, писания Луки — замечательное литературное произведение, написанное на отменном греческом языке.

Апостол Лука

Апостол Лука

Среди современных исследователей и толкователей нет единого мнения: кто из евангелистов написал свой труд раньше — Матфей или Марк? Зато можно с уверенностью сказать, что Лука был по времени третьим. Наверняка ему был хорошо знаком текст Марка, а возможно, и Матфея; пользовался он и другими источниками. Эти три Евангелия часто называют синоптическими; это греческое слово не имеет в данном случае отношения к прогнозу погоды, а означает, что три автора «смотрели вместе». Их тексты гораздо ближе друг к другу, чем к Евангелию от Иоанна, написанному намного позже и совсем по-другому,— он как раз стремился дополнить синоптиков и подробно рассказать о том, о чём они промолчали.

Матфей и Марк были свидетелями многих евангельский событий, а вот о Луке такого не скажешь. Предание называет его одним из 70-ти апостолов, но Евангелия его не упоминают, и уж никак не видно по его собственному тексту, чтобы он говорил как очевидец. Мы встречаем его самого только в книге Деяний, и то не с самого начала, где он сопровождает апостола Павла (который, кстати, тоже никак не участвовал в евангельской истории). Упоминается он и в некоторых посланиях Павла как его самый верный и близкий спутник и даже как личный врач. Из тех же источников мы знаем, что Павел страдал каким-то серьёзным заболеванием, так что помощь Луки была ему необходима. Кстати, взгляд врача виден и на страницах его Евангелия: описывая исцеления больных, Лука уточняет, какой именно болезнью они страдали.

Но, казалось бы, какое право имел такой человек рассказывать об Иисусе, когда ещё были живы и всем известны непосредственные свидетели тех событий? Но и сегодня далеко не всегда мы знаем о случившемся от очевидцев, чаще нам рассказывают об этом историки. Таким историком был и Лука. Как он сам говорит в предисловии к своему Евангелию, о жизни Иисуса тогда повествовали многие (и наверняка не все честно), так что стоило тщательно расспросить очевидцев, сравнить все доступные источники и составить наиболее полное и достоверное повествование. Именно так он и поступил. Видимо, этот текст был создан в Риме в начале 60 х годов, и скорее всего под руководством Павла.

Как и о других синоптиках, мы знаем о Луке довольно мало. Родился он, по преданию, в Антиохии Сирийской, это был один из крупнейших городов того времени, где сразу после Воскресения возникла христианская община. Вероятнее всего, он был не евреем, а греком (единственным среди всех новозаветных авторов!), и уж во всяком случае он получил хорошее образование и прекрасно писал по-гречески. Предание называет его врачом и художником (иконописцем, как принято говорить в церковной традиции), именно он написал первый портрет, или икону, Богородицы. В этом нет ничего необычного: в те времена такой узкой специализации, как сегодня, не было, и человек, сведущий во врачебном искусстве, вполне мог разбираться в живописи и историографии.

Во всяком случае, именно его Евангелие, единственное из четырёх, рассказывает так подробно историю Рождества и даже один эпизод из детства Иисуса: как вместе с семьёй Он отправился на праздник в Иерусалим и как потом задержался в доме Отца Своего, то есть в Храме. Иосиф к тому моменту давно умер, так что рассказать обо всём этом ему могла только Дева Мария — может быть, рассказывала Она как раз в то время, когда он писал Её портрет?

Точность и внимание к деталям характерны для Луки. Например, только он рассказывает о благоразумном разбойнике, обратившемся ко Христу уже на кресте. В этом нет ничего удивительного: ученики Иисуса почти все разбежались, а кто оставался у Креста, едва ли прислушивался к словам разбойников, распятых вместе с Ним. Но Лука нашёл и такого свидетеля, который расслышал и запомнил разговор Иисуса и того самого покаявшегося разбойника, которому была обещана скорая встреча в раю.

Как Матфей приводит в деталях ветхозаветные пророчества, как Марк подчёркивает силу и величие Иисуса, так Лука особенно подробно говорит о Его жертвенной смерти и её спасительном значении для человечества. Именно поэтому его символом был избран телец — жертвенное животное.

Но главное отличие этого Евангелия от остальных — это его литературное изящество. Лука сочетает разные стили (к сожалению, в современных переводах эта черта его книги обычно пропадает): тут мы видим и изысканную греческую прозу, и поэтические гимны (единственные во всём Новом Завете), и торжественное повествование в стиле Ветхого Завета, и афористические изречения. Лука явно писал для взыскательной и образованной эллинистической публики, которую надо было не просто удивить новыми мыслями, но и преподнести им эти мысли в изящной форме, иначе они и слушать не станут.

Вершина его литературного мастерства, пожалуй, притчи. Именно у Луки мы встречаем те истории, которые прекрасно знакомы даже людям, не открывавшим Библии: например, о блудном сыне или о богаче и Лазаре. Притчи вообще занимают существенную часть в этой книге: это небольшие истории, для понимания которых не нужно обладать какими-то глубокими познаниями из истории или палестинской географии, да и вообще почти ничего не нужно знать, чтобы понять общий смысл… а вот проникнуть в глубину бывает уже не так просто. Перед нами проходит череда бытовых сценок, которые легко запомнить, но сделать из них однозначные выводы получается не всегда. Почему, например, Христос похвалил неверного управителя, который списал должникам своего господина часть долга? До сих пор толкователями предлагаются разные ответы.

Лука, как мы видим, не стремится к прямой назидательности (поступай хорошо и не поступай плохо), он, скорее, выражает свою мысль метафорами. Вот притча о блудном сыне… Но разве этот сын — её главный герой? Беспутный юноша, который оскорбил отца, растратил его деньги, а потом к нему вернулся — это очень понятный образ, такое в жизни порой действительно происходит. Тут и говорить особо не о чем. Но притча эта заставляет нас удивиться другому: совершенно нелогичным кажется поведение отца. Он не препятствует своему дерзкому сыну уйти, терпеливо ждёт его возвращения и принимает сразу же, как только видит. Имеет право сурово наказать его, но прощает, не дав даже договорить, и возвращает прежнее достоинство. Не так ли ожидает нашего покаяния Небесный Отец? Вот и выходит, что притча вовсе не о блудном сыне, а о терпеливом и бесконечно любящем отце.

А может быть, она ещё и о старшем брате? Он так старательно выполнял все повеления, он был образцовым сыном — и ему, конечно, совсем не понравилось, что отец проявил милость к этому распутному юноше, которого он и братом своим не хотел теперь называть. Разве это справедливо? Но оказывается, что быть сыном отца можно только в том случае, если твой самый беспутный брат остаётся для тебя братом. Да и о многом другом можно было бы говорить в связи с этой притчей, она не похожа на басню, в которой только одна, всем очевидная мораль. Эта история даёт нам сразу много уроков, раскрывается разными своими гранями в зависимости от того, как мы посмотрим на неё.

А ещё Лука — мастер художественной детали. Вот он описывает, как Иисус исцелил десять прокажённых и они пошли в Храм, чтобы отныне жить среди прочих людей, здоровыми и счастливыми. Только один возвращается поблагодарить Целителя… «И это был самарянин». Презираемый иноплеменник, чужак! Может быть, остальные девять терпели его лишь пока все они были прокажёнными изгоями, а теперь они идут в Храм, куда самарянину хода нет, и ему ничего не остаётся, как отделиться от них? А может быть, он вспомнил о простой человеческой благодарности именно потому, что ему невозможно было исполнить обряд? И как вообще так получилось, что самый дальний, самарянин, вдруг стал самым ближним, как и в другой притче, говорившей о милосердии? Есть над чем задуматься.

Или рассказ о том, как после Тайной Вечери Иуда торопится совершить предательство. Лука завершает этот рассказ всего тремя словами: «Была же ночь». Казалось бы, излишнее напоминание, и так мы уже знаем из всего повествования, что время позднее… и только тут мы понимаем, что речь идёт не просто о времени суток, но о тьме, которая сгустилась над городом Иерусалимом, вошла в душу Иуды и надеется теперь взять верх и над Иисусом. Он и горстка учеников, слабых и непонятливых, — вот единственный свет в этой ночи, но она обязательно сменится рассветом.

Чтобы этот рассвет увидели люди из разных стран и народов, Лука и отправился с Павлом в одно из его миссионерских путешествий, которое он подробно описал в Деяниях, постоянно используя местоимение «мы» и ничего при этом не говоря лично о себе. Тоже яркая черта характера! Насколько детально изображён Павел, его неизменный учитель и спутник с момента их совместного выхода на проповедь, настолько неприметен в этой книге сам автор.

После смерти апостола Павла Лука продолжил миссионерство в Италии, Галлии, Далмации, Греции, бывал он и в Африке. В этих землях он проповедовал Евангелие, основывал христианские общины и исцелял людей, уже не только как врач, но и как апостол. Он принял мученическую кончину в старости, в греческом городе Фивы, где его распяли на растущей маслине за неимением готового креста. Там же было похоронено его тело, а позднее, в IV веке, оно было перенесено в Константинополь. Там мощи оставались вплоть до турецкого завоевания, после которого они, как и многие другие святыни, попали в руки венецианцев. Сегодня они хранятся в итальянском городе Падуя, а частица этих мощей была в 1990-е годы возвращена в Фивы. Память апостола отмечается 22 апреля и 18 октября (по старому стилю).

Выше было сказано, что в Евангелиях о самом Луке не говорится ничего. Это так, но всё же есть одна зацепка… В самом конце своего Евангелия Лука упоминает некоего безымянного ученика Иисуса, который вместе с другим учеником, Клеопой, вскоре после Воскресения (о котором они ещё ничего не знали) шли из Иерусалима в селение под названием Эммаус. По дороге они беседовали обо всех произошедших в Иерусалиме событиях: их надежды на то, что Иисус установит Своё Царство здесь и сейчас, не оправдались. И вдруг они встретили странного человека, который стал расспрашивать их, чем они так опечалены. А потом он объяснил им, начиная с ветхозаветных пророчеств, что именно так и должен был пострадать Христос ради спасения людей.

Так они вели учёные беседы по пути, а вечером Клеопа и неназванный ученик пригласили своего спутника разделить с ними трапезу. И когда он благословил и преломил хлеб, они узнали Его голос, Его руки, Его лицо — это и был воскресший Учитель! Пока Он беседовал с ними по дороге, у них «горело сердце», но разум был слишком занят сложными богословскими вопросами, чтобы вот так просто узнать Его — для этого потребовалось получить преломлённый Им хлеб, принять участие в одной трапезе с Ним.

Похоже, что эту историю рассказал действительно очевидец — так много он привёл деталей, так увлечён он был своим повествованием. И может быть, второго ученика, чьё имя не названо в рассказе, действительно звали Лука? Во всяком случае, этот рассказ повествует обо всех тех, кто получил хорошее образование, собрал множество исторических фактов, задумался над их интерпретацией… и всё-таки для главного, решающего вывода потребовалась живая и непосредственная встреча с Учителем. И этот урок апостола и евангелиста Луки мне особенно дорог и близок.

Андрей Десницкий

Апостол и евангелист Лука

31 октября — день памяти Апостола и евангелиста Луки

Святой апостол и евангелист Лука, уроженец Антиохии Сирийской, апостол из 70-ти, сподвижник святого апостола Павла, врач из просвещенной греческой среды. Услышав о Христе, Лука прибыл в Палестину и здесь горячо воспринял спасительное учение от Самого Господа. В числе 70-ти учеников святой Лука был послан Господом на первую проповедь о Царствии Небесном еще при жизни Спасителя на земле (Лк. 10, 1 — 3). После Воскресения Господь Иисус Христос явился святым Луке и Клеопе, шедшим в Еммаус.

Апостол Лука принял участие во втором миссионерском путешествии апостола Павла, и с тех пор они были неразлучны. Когда святого Павла оставили все сотрудники, апостол Лука продолжал делить с ним все трудности благовестнического подвига (2 Тим. 4, 10). После мученической кончины первоверховных апостолов святой Лука покинул Рим и с проповедью прошел Ахайю, Ливию, Египет и Фиваиду. В городе Фивы он мученически окончил земной путь.

Предание усваивает ему написание первых икон Божией Матери. «Благодать Рождшегося от Меня и Моя милость с сими иконами да будет», — сказала Пречистая Дева, увидев иконы. Святой Лука написал также иконы святых первоверховных апостолов Петра и Павла.

Евангелие написано им в 62 — 63 годах в Риме, под руководством апостола Павла. Святой Лука в первых стихах (Лк. 1,3) четко выразил цель своего труда: наиболее полно и в хронологической последовательности описал по порядку всё, что известно христианам об Иисусе Христе и Его учении, и тем самым дал твердое историческое обоснование христианского упования (Лк. 1, 4). Он тщательно исследовал факты, широко использовал устное предание Церкви и рассказы Самой Пречистой Девы Марии (Лк.2,19;Лк.2,51).

В богословском содержании Евангелие от Луки отличается прежде всего учением о всеобщности спасения, совершенного Господом Иисусом Христом, о вселенском значении евангельской проповеди. Святой апостол написал также книгу Деяний святых апостолов в 62 — 63 годах в Риме. Книга Деяний, являясь продолжением Четвероевангелия, повествует о трудах и подвигах святых апостолов после Вознесения Спасителя.

В центре повествования — Апостольский Собор (51 год по Рождестве Христовом), как основополагающее церковное событие, послужившее догматическим основанием для отмежевания христианства от иудейства и самостоятельного распространения его в мире (Деян. 15, 6 — 29). Богословским предметом книги Деяний является преимущественно Домостроительство Святого Духа, осуществляемое в основанной Господом Иисусом Христом Церкви от Вознесения и Пятидесятницы.

Святой апостол и евангелист Лука | Православный церковный календарь на каждый день

Святой апостол и евангелист Лука, уроженец Антиохии Сирийской, апостол из 70-ти, сподвижник святого апостола Павла (2 Тим. 4, 10), врач из просвещенной греческой среды. Услышав о Христе, Лука прибыл в Палестину и здесь горячо воспринял спасительное учение от Самого Господа. В числе 70-ти учеников святой Лука был послан Господом на первую проповедь о Царствии Небесном еще при жизни Спасителя на земле (Лк. 10, 1–3). После Воскресения Господь Иисус Христос явился святым Луке и Клеопе, шедшим в Еммаус.

Апостол Лука принял участие во втором миссионерском путешествии апостола Павла, и с тех пор они были неразлучны. Когда святого Павла оставили все сотрудники, апостол Лука продолжал делить с ним все трудности благовестнического подвига (2 Тим. 4, 10). После мученической кончины первоверховных апостолов святой Лука покинул Рим и с проповедью прошел Ахайю, Ливию, Египет и Фиваиду. В городе Фивы он мученически окончил земной путь.

Предание присваевает ему написание первых икон Божией Матери. «Благодать Рождшегося от Меня и Моя милость с сими иконами да будет», – сказала Пречистая Дева, увидев иконы. Святой Лука написал также иконы святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Евангелие написано им в 62–63 годах в Риме, под руководством апостола Павла. Святой Лука в первых стихах (1, 3) четко выразил цель своего труда: наиболее полно и в хронологической последовательности описал по порядку все, что известно христианам об Иисусе Христе и Его учении, и тем самым дал твердое историческое обоснование христианского упования (1, 4). Он тщательно исследовал факты, широко использовал устное предание Церкви и рассказы Самой Пречистой Девы Марии (2–19, 51).

В богословском содержании Евангелие от Луки отличается прежде всего учением о всеобщности спасения, совершенного Господом Иисусом Христом, о вселенском значении евангельской проповеди. Святой апостол написал также книгу Деяний святых апостолов в 62–63 годах в Риме. Книга Деяний, являясь продолжением Четвероевангелия, повествует о трудах и подвигах святых апостолов после Вознесения Спасителя. В центре повествования – Апостольский Собор (51 год по Рождестве Христовом), как основополагающее церковное событие, послужившее догматическим основанием для отмежевания христианства от иудейства и самостоятельного распространения его в мире (Деян. 15, 6–29). Богословским предметом книги Деяний является преимущественно Домостроительство Святого Духа, осуществляемое в основанной Господом Иисусом Христом Церкви от Вознесения и Пятидесятницы до Второго пришествия Христова.

Апостол и евангелист Лука Семидесяти

Святой апостол и евангелист Лука, уроженец Сирийской Антиохии, сподвижник святого апостола Павла (Фил. 1:24, 2 Тим. 4: 10-11) и врач, просвещенный в греческих медицинских искусствах. Услышав о Христе, Лука прибыл в Палестину и горячо принял проповедь спасения от Самого Господа. Как один из Семидесяти Апостолов, святой Лука был послан Господом вместе с другими проповедовать Царство Небесное во время земной жизни Спасителя (Луки 10: 1-3).После Воскресения Господь Иисус Христос явился святым Луке и Клеопе по дороге в Эммаус.

Лука сопровождал Святого Павла в его втором миссионерском путешествии, и с того времени они были неразлучны. Когда сотрудники Павла оставили его, остался только Лука, чтобы помогать ему в его служении (2 Тим. 4: 10-11). После мученической кончины первоклассных апостолов Петра и Павла святой Лука покинул Рим, чтобы проповедовать в Ахайи, Ливии, Египте и Фиваиде. Он закончил свою жизнь мученической смертью в городе Фивы.

Традиция приписывает святому Луке создание первых икон Богородицы. «Да пребудет благодать Рожденного от Меня и милости Моей с этими иконами», — сказала Пречистая Дева, увидев иконы. Святой Лука также писал иконы первоапостолов Петра и Павла. Евангелие от Святого Луки было написано в 62-63 годах в Риме под руководством апостола Павла. В предварительных стихах (1: 1-3) святой Лука четко излагает цель своей работы. Он предлагает записывать в хронологическом порядке все, что христиане знают об Иисусе Христе и Его учениях.Тем самым он обеспечил более прочную историческую основу христианскому учению (1: 4). Он тщательно исследовал факты и щедро использовал устное предание Церкви и то, что рассказывала ему Сама Пречистая Дева Мария (2:19, 51).

В Евангелии от Святого Луки весть о спасении, ставшем возможным благодаря Господу Иисусу Христу, и проповедь Евангелия имеют первостепенное значение.

Святой Лука также написал Деяния Святых Апостолов в Риме около 62-63 гг.Г. Книга Деяний, являющаяся продолжением четырех Евангелий, повествует о делах и плодах святых Апостолов после Вознесения Спасителя. В центре повествования — Собор святых Апостолов в Иерусалиме в 51 году, церковное событие огромного значения, которое привело к отделению христианства от иудаизма и его независимому распространению в мире (Деяния 15: 6-29). ). Богословский фокус книги Деяний — пришествие Святого Духа, Который будет вести Церковь «ко всякой истине» (Иоанна 16:13) до Второго пришествия Христа.

Святые мощи Святого Луки были вывезены из Константинополя и в какой-то момент истории доставлены в Падую, Италия. Возможно, это было во время печально известного крестового похода 1204 года. В 1992 году митрополит Фиванский Иероним (Иероним) попросил римско-католического епископа в Фивах получить часть мощей святого Луки для пустой гробницы святого в православном соборе в Фивах.

Римско-католический епископ Падуанского Антонио Маттиаццо, отметив, что православные паломники приезжали в Падую, чтобы поклониться мощам, в то время как многие католики даже не знали, что мощи находятся там, назначил комитет для исследования мощей в Падуе и черепа святого Лука в католическом соборе Святого Вико в Праге.

Было установлено, что это скелет пожилого человека крепкого телосложения. В 2001 году обнаруженный в гробу зуб был признан совместимым с ДНК сирийцев, живших недалеко от Антиохии и датируемой 72–416 гг. Нашей эры. Череп в Праге идеально подходил к шейной кости скелтона. Зуб, найденный в гробу в Падуе, также соответствовал челюстной кости черепа.

Епископ Маттиаццо послал ребро от мощей митрополиту Иерониму для поклонения в оригинальной гробнице святого Луки в православном соборе в Фивах.

Память святого Луки также отмечается 18 октября.

Знакомство с Лукой | ESV.org

Хронология

Автор, дата и получатели

Лука был врачом (Кол. 4:14) и попутчиком апостола Павла. Он написал это Евангелие и его продолжение, книгу Деяний. Самая ранняя возможная дата от Луки – Деяния — сразу после событий, которые Лука записал в Деяниях 28, которые должны были произойти с. объявление. 62. И Лука, и Деяния обращены к «Феофилу» (Луки 1: 3; Деяния 1: 1), о котором больше ничего не известно.Более широкая аудитория Луки состояла в основном из христиан из язычников, таких как Феофил, которых уже «учили» (Луки 1: 4) об Иисусе.

Тема

Евангелие предназначено для всех, как евреев, так и язычников, поскольку Иисус является обещанным Богом, как предсказано в Ветхом Завете и как видно из спасительной деятельности Бога в жизни, смерти и воскресении Иисуса. Христианские предания, полученные читателями Луки, верны; веря в Иисуса Христа, Сына Божьего, они получат обещанного Святого Духа, Которого Он дает всем, кто следует за ним.

Цель

У Луки, вероятно, было несколько целей в письменной форме: (1) убедить своих читателей в истинности того, чему их учили; (2) помочь им понять, почему отказ Израиля от Иисуса и вход язычников в Царство Божье являются частью плана Бога; (3) пояснить, что Иисус не учил, что его телесное возвращение произойдет немедленно, но что между его воскресением и его возвращением будет период; и (4) подчеркнуть, что им не нужно бояться какой-либо земной силы, такой как Рим.

Ключевые темы

  1. Верховная власть Бога над историей (13:33; 22:22, 42).
  2. Прибытие и фактическое присутствие (хотя еще не завершение) Царства Божьего (11: 2; 17: 20–21; 21: 34–36).
  3. Пришествие и присутствие Святого Духа для Иисуса и его последователей (1: 15–17, 35; 2: 25–27; 3:16, 22; 4: 1, 18; 24:49).
  4. Великий поворот, происходящий в мире, когда первые становятся последними, а последние становятся первыми, гордые унижаются, а смиренные возвышаются (1:48; 6: 20–26; 13: 30; 14:11).
  5. Верующие должны жить молитвенной жизнью и хорошо распоряжаться своим имуществом (6:12; 9: 28–29; 11: 1–4; 12: 33–34; 18: 1; 22:40).
  6. Опасность богатства (6: 20–26; 8:14; 12: 13–21; 16: 10–13, 19–31).

Схема

  1. Пролог (1: 1–4)
  2. Рассказ о младенчестве (1: 5–2: 52)
  3. Подготовка к служению Иисуса (3: 1–4: 15)
  4. Служение Иисуса в Галилее (4: 16–9: 50)
  5. Путешествие в Иерусалим (9: 51–19: 27)
  6. Служение Иисуса в Иерусалиме (19: 28–21: 38)
  7. Страдания и смерть Иисуса (22: 1–23: 56)
  8. Воскресение Иисуса (24: 1–53)

Место действия Луки

События в книге Луки происходят почти полностью в непосредственной близости от Палестина, территория, простирающаяся примерно от Кесарии Филипповой на севере до Беэр-Шевы на юге.В это время им правила Римская империя. В первых главах описываются события, связанные с рождением Иисуса в Иудее, где римляне назначили царем Ирода. Заключительные главы заканчиваются смертью, воскресением и вознесением Иисуса во время правления Понтия Пилата и тетрархов Антипы и Филиппа.

Евангелист Лука | Ресурс святых

Праздник: 18 октября
Канонизированный: предконгрегация

Лука был евангелистом, автором третьего Евангелия.Он никогда не встречался с Христом лично, но в своем Евангелии он говорит, что он узнал об Иисусе, разговаривая с очевидцами событий жизни, смерти и Воскресения Иисуса. Слушание этих историй помогло Луке стать верующим, и он написал свое Евангелие, чтобы другие узнали и полюбили Иисуса.

Лука был врачом и вместе со Святым Павлом отправился в свое второе миссионерское путешествие. Фактически, Павел называет Луку своим «любимым врачом» (Колоссянам 4:14). Поскольку он заботился о телесных нуждах других, Лука является покровителем врачей.Он также является покровителем художников, потому что считается, что он написал знаменитый портрет Марии, нашей Пресвятой Богородицы.

В своем Евангелии Лука помогает нам узнать, насколько Иисус заботился о больных, бедных и всех, кто нуждался в помощи, милосердии и прощении. Лука говорит нам, что Иисус пришел спасти всех людей. Из Евангелия от Луки мы узнаем, насколько милосердным и заботливым был Иисус. Некоторые из самых известных историй, рассказанных Иисусом, можно найти в Евангелии от Луки: Добрый Самарянин (Луки 10: 29-37) и Потерянный Сын (Луки 15: 11-42).

Символом Евангелия от Луки является бык, животное, которое в древности часто приносилось в жертву Богу. В своих произведениях об Иисусе Лука напоминает нам о великой жертве, которую Иисус принес, чтобы спасти всех людей через свою крестную смерть и Воскресение.

Лука также является автором Деяний Апостолов. В Деяниях мы узнаем о сошествии Святого Духа; работа Апостолов, особенно Святого Павла; и как Церковь росла в мире. Он был единственным человеком, который, как говорили, оставался с Святым Павлом во время его заключения и до его смерти.

Ежегодно 18 октября мы празднуем служение Церкви Святым Лукой. Мы помним, что его Евангелие продолжает помогать нам познавать и любить Иисуса. Евангелие от Луки также напоминает нам искать способы подражать Иисусу, помогая нашим братьям и сестрам в нужде.

Подключение к Be My Disciples®
2 класс, глава 7

Подключение к приходу и школе Blest Are We®
История нашей церкви, часть 2

Апостолы сказали Господу: «Умножь нашу веру!»

ЭКСПОЗИТОРИЯ (АНГЛИЙСКАЯ БИБЛИЯ)

(5) Апостолы сказали Господу: «Умножь нашу веру».- Форма, в которой начинается этот фрагмент, предстает перед нами, как было сказано ранее (см. Примечания к Луки 7:13; Луки 10: 1), что это было сравнительно позднее добавление к собранию «слов Господа Иисуса »(Деяния 20:35), и это подтверждается исключительным использованием слова« апостолы »для« учеников ». Возможно, изначально он стоял в совершенно изолированном виде. С другой стороны, его положение здесь указывает на достаточно прослеживаемую последовательность. Эта семикратная команда — я.е., безграничное прощение, казалось, слишком сильно повлияло на их веру. Разве это не означало почти чудесную победу над естественными импульсами, которая могла быть вызвана только сверхъестественной благодатью? Разве вера, способная «свернуть горы», не хотела, если вообще когда-либо, здесь — вера в прощающую любовь Отца и в их собственную силу воспроизвести ее? Итак, осознавая свою слабость, они пришли с молитвой, которая так часто исходила из уст жаждущих, но слабых учеников Христа, напоминая нам о том, кто восклицал: «Господь, я верю; Помоги моему неверию »(см. Примечание к Марка 9:24) -« Укрепляй нашу веру.«Разве мы не можем думать о Петре, как о том, что он изо всех сил старался соблюдать данное им ранее правило (Матфея 18:22) и оказался неспособным справиться с этой задачей?» Луки 17: 5-6. И апостолы сказали: Господи! Умножь нашу веру, дабы мы так прощали и не обижались и не соблазнялись. И он сказал: если бы вы имели веру, как горчичное зерно, — вы смогли бы преодолеть все искушения, даже те, преодоление которых можно сравнить со сбором деревьев и посадкой их в океане, то есть по сравнению с невозможным.Некоторые, взяв этот пример (который иллюстрирует действенность веры) в буквальном смысле, предположили, что апостолы желали, чтобы Иисус укрепил их веру в совершение чудес. Но это выражение, несомненно, является пресловутым, означающим не чудотворение, а совершение чрезвычайно трудных вещей (17: 1-10). Их вина не смягчается тем, кто их совершает, и не смягчает их наказание то, что они причинят вред. приходить. Вера в прощающую милость Божью поможет нам преодолеть величайшие трудности на пути прощения наших братьев.Как у Бога нет ничего невозможного, так и все возможно для того, кто может верить. Наш Господь показал своим ученикам, что они нуждаются в глубоком смирении. Господь имеет такое свойство в каждом творении, какое не может иметь ни один человек в другом; он не может быть в долгу перед ними за их услуги, и они не заслуживают никакой отдачи от него. Укрепляйте нашу веру — Этот долг прощать обиды казался ученикам настолько трудным, что они остро ощущали потребность в увеличении веры. Они чувствовали, что они склонны затаить обиду, и что для того, чтобы они могли выполнять требования Иисуса, требовалось дополнительное усиление истинной религии.Мы можем узнать из этого:

1. Что Иисус имеет «силу» увеличивать веру своего народа. От него исходит сила, особенно сила верить в Евангелие. Следовательно, он назван «Автором и Завершителем» нашей веры, Евреям 12: 2.

2. Обязанность прощать проступки — одна из самых сложных обязанностей христианской религии. Это так противоречит нашим естественным чувствам; оно подразумевает такое возвышение над мелкими чувствами злобы и мести и настолько противоречит общепринятым мирским принципам, которые учат нас «лелеять», а не прощать память о преступлениях, что неудивительно, что наш Спаситель много пребывает выполняет эту обязанность и так настойчиво настаивает на ней, чтобы иметь доказательства того, что наши сердца изменились.

Некоторые думали, что эта молитва о том, чтобы он увеличил их веру, относится к силе творить чудеса, и особенно к случаю, описанному в Матфея 17: 16-20.

5. Господь — (См. На [1683] Лук 10: 1).

укрепляют нашу веру, движимые трудностью избегать и прощать «обиды». Это единственный случай, когда Двенадцать Христа просили Христа о духовном воздействии на их души; но раньше была вознесена родственная и более высокая молитва, у которой было гораздо меньше возможностей.(См. На [1684] Мистер 9:24.)

Хотя нам не следует искать связи всех тех речей нашего Господа, которые записаны евангелистами, они иногда собирают вместе многие из Его золотых изречений, даже не обращая внимания на это. к порядку времени, когда он их говорил, или их зависимости друг от друга; тем не менее тот, кто мудро соблюдает предыдущую беседу о милосердии, легко заметит прекрасную связь этого стиха с первым. Никакая обязанность мужчины и женщины не требует большего воздействия на плоть и кровь, чем прощение обид, ничего, что большинству людей труднее выполнять; так как действительно, где нет корня веры, не будет найдено и этого плода.Это вера, действующая любовью. Пока душа не придет устойчиво и твердо, чтобы согласиться с теми положениями слова, где это требуется, как непременная воля Бога; нет, пока он не будет твердо опираться на те обещания и надежду на них, которые связаны с этим долгом; наконец, пока он не примет Христа и прощение от Него и не станет считать себя обязанным прощать, как простил его Бог ради Христа, Ефесянам 4:32; это вряд ли дойдет до выполнения этой обязанности.Отсюда и то, что невозрожденные люди обычно непримиримы, злобны, всегда изучают месть. Более того, привычки и действия веры у верующих настолько несовершенны, что им часто очень трудно прощать. Поэтому апостолы очень правильно молятся, Господь, укрепи нашу веру, услышав эту проповедь. Другие устанавливают связь таким образом: Господь, теперь мы слышали, как Ты рассуждаешь о нашем долге в отношении любви, теперь укрепляй нашу веру, говори нам что-то для увеличения этого. Но первое кажется наименее напряженным.Между тем, отсюда мы можем заметить, что как начало, так и возрастание нашей веры должно быть от Бога. В делах по-настоящему и духовно хороших без него мы ничего не сможем сделать. И апостолы сказали Господу: … Или из-за того, что теперь сказал Христос о преступлениях и прощении обид; осознавая свою слабость противостоять искушениям; и боясь, чтобы они не споткнулись и не соблазнились тем, с чем им предстоит встретиться; или что они должны оскорблять других: а также осознавать, какого они духа, и о трудностях их завоевания, и обуздывать негодование своих умов, когда они ранены и провоцируются; а также необходимость божественной помощи, свежих запасов благодати и того, чтобы их благодать, и особенно вера, укреплялись и вовлекались в живое упражнение; или из-за того, что они не могли изгнать дьявола из одержимого, Матфея 17:19, когда Христос сказал слова с той же целью, как в следующем стихе; в связи с тем или иным из них, хотя более вероятно, что первое, апостолы обращались ко Христу таким образом,

укрепляя нашу веру; как вера в чудеса, так и в благодать веры в Него: посредством которой они выражают свое чувство слабости и несовершенства своей веры; и их огромное желание увеличить его, что могло бы быть их утешением и Его славой; поэтому они признают его божественную силу, и что он является автором и завершителем веры; и что как начало, так и возрастание этого исходит от него: а потому вера не исходит от человека и не является продуктом его свободной воли и силы, но является даром Бога; и даже там, где она есть, не в человеке увеличивать ее, или прибавлять к ней, или использовать ее в упражнениях; это тоже действие Бога.И если апостолам нужно было обратиться ко Христу с такой просьбой, то у других людей гораздо больше причин.

{3} И сказали Апостолы Господу: укрепляй нашу веру.

(3) Бог никогда не будет полностью лишен благочестивого

(хотя он может быть не так тщателен с ними, как они хотят) даже в тех трудностях, которые не могут быть преодолены человеческим разумом.

Приход Святого Луки — дом

Святой Лука создает женскую группу для связи, участия и значимого общения, которая вооружит нас как любимых дочерей, сестер, жен, матерей и бабушек.

Перед тем, как прочитать и обсудить выбранную ниже книгу, рассмотрите возможность регистрации на (бесплатный) Саммит католических мам, на котором вы найдете:

[БЕСПЛАТНО!] Вдохновляющая практическая мудрость. Более 65 женщин-докладчиков подробно расскажут о проблемах, с которыми мы сталкиваемся, как женщины и мамы, и расскажут о практических занятиях по практическому применению сегодня.

После Саммита католических мам мы будем обсуждать и делиться с вами книгой Сары Кристмайер «Стать Женщиной слова: как ответить на Божий призыв с целью и радостью» .Мы можем узнать из Стать женщинами слова , поскольку автор «исследует жизнь женщин в Библии сегодня, чтобы узнать, как они следовали за Богом в трудные времена». (из Come Into the Word)

Купите свой экземпляр сейчас и начните читать. Обсуждения будут проводиться на встречах с цифровым увеличением, с разбивкой на небольшие группы по каждой главе, начиная с середины ноября, дата и время будут сообщены в ближайшее время.

Взгляд на Come Into the Word

«Каждая глава Стать женщинами слова освещает духовное наследие одной или нескольких женщин в Ветхом Завете.Их мир сильно отличался от нашего, но они столкнулись с теми же вопросами, что и мы: когда мы не чувствуем присутствие Бога, где мы можем найти помощь? Когда наш мир рушится, где находится Бог? Почему мы должны ему доверять? Как мы можем ему доверять? Кристмайер просто и ясно извлекает из жизни этих женщин важные принципы, которые помогают нам доверять, даже если мы боремся с сомнениями. Например:

  • Через Еву мы учимся держаться за обещание Бога, даже когда терпим поражение.
  • Сара напоминает нам ждать того момента, когда Бог сделает нас плодотворными.
  • Мариам, сестра Моисея, показывает, как вести за собой примером.
  • Руфь и Эстер призывают нас рассматривать женственность как дар.
  • Ханна и Джудит вдохновляют нас доверять Богу даже в вопросах жизни и смерти.

Эти незабываемые портреты создают красочную мозаику веры, вдохновляя нас копить Слово Божье для духовного сокровища и передавать дар ». (Обзор Amazon).

Чтобы получить дополнительную информацию или присоединиться к этой новой группе, свяжитесь с Деброй Рикар по адресу debrar @ stlukecp.орг. Также, пожалуйста, поделитесь группой Friday Morning Men’s с мужчинами в вашей жизни, вашими братьями, сыновьями, отцами и мужьями.

В силе и духе Апостола Луки Иоанна Альтсона

  • Домой
  • Мои книги
  • Обзор ▾
    • Рекомендации
    • Choice Awards
    • Жанры
    • Подарки
    • Новые выпуски
    • Списки
    • Изучить
    • Новости и интервью6

    Биография

      208

    • Бизнес
    • Детская
    • Христиан
    • Классика
    • Комиксы
    • Поваренные книги
    • Электронные книги
    • Фэнтези
    • Художественная литература
    • Графические романы
    • Историческая фантастика
    • Ужасы
    • Тайна
    • Документальная
    • Поэзия
    • Психология
    • Романтика
    • Наука
    • Научная фантастика
    • Самопомощь
    • Спорт
    • Триллер
    • Путешествия
    • Молодежь
    • 172
    • Сообщество ▾
      • Группы
      • Обсуждения
      • Цитаты
      • Спросить автора
    • Войти
    • Присоединиться

    Зарегистрироваться

    • 9030 Профиль 9030

    • Друзья
    • Группы
    • Обсуждения
    • Комментарии
    • Задание по чтению
    • Kindle Заметки и основные моменты
    • Цитаты
    • Любимые жанры
    • Рекомендации друзей
    • Настройки учетной записи
    • Помощь
    • Выйти
    • 2 Главная

      • Мои книги
      • Обзор ▾
        • Рекомендации
        • Choice Awards
        • Жанры
        • Подарки
        • Новые выпуски
        • Списки
        • Изучите
        • Новости и интервью

        Жанры

        • Искусство Биография
        • Искусство 44
        • Детская
        • Христиан
        • Классика
        • Комиксы
        • Поваренные книги
        • Электронные книги
        • Фэнтези
        • Художественная литература
        • Графические романы
        • Историческая фантастика
        • История
        • Музыка ужасов