Идеология Белого движения — Студопедия

В идеологии Белого движения существовали расхождения, однако превалировало стремление восстановления в России демократического, парламентского политического устройства, частной собственности и рыночных отношений.

 Целью Белого движения провозглашалось — после ликвидации советской власти, окончания гражданской войны и наступления мира, и стабильности в стране — определение будущего политического устройства и формы правления России через созыв Национального учредительного собрания (Принцип непредрешения).

На время Гражданской войны Белые правительства ставили перед собой задачу свержения советской власти и установления на удерживаемых территориях режима военной диктатуры.

При этом вновь вводилось в силу законодательство, действовавшее в Российской империи до революции, скорректированное с учётом приемлемых для Белого движения законодательных норм Временного правительства и законов новых «государственных образований» на территории бывшей Империи после Октября 1917 г.

Политическая программа Белого движения в области внешней политики провозглашала необходимость соблюдения всех обязательств по договорам с союзными государствами. Казачеству было обещано сохранение самостоятельности при формировании собственных органов власти и вооружённых формирований. При сохранении территориальной целостности страны для Украины, Кавказа и Закавказья рассматривалась возможность «областной автономии».



По мнению предпринявшего попытку научной оценки Белого движения историка генерала Н. Н. Головина, одна из причин неудачи Белого движения состояла в том, что в отличие от его первого этапа (весна 1917 — октябрь 1917 г.) с его позитивной идеей, ради служения которой Белое движение и появилось — исключительно для целей спасения разрушающейся государственности и армии, после октябрьских событий 1917 г. и разгона большевиками Учредительного собрания, которое было призвано мирно решить вопрос о государственном устройстве России после Февральской революции 1917 года, контрреволюция утратила позитивную идею, понимаемую как общий политический и/или социальный идеал. Теперь с подобной функцией уже могла выступать лишь идея негативного характера — борьба против разрушительных сил революции.

Белое движение в общем тяготело к кадетским общественно-политическим ценностям и именно взаимодействие кадетов с офицерской средой определило как стратегические, так и тактические установки Белого движения. Монархисты и черносотенцы составляли лишь небольшую часть Белого движения и правом решающего голоса не пользовались.


Историк С. Волков пишет, что «в целом дух белых армий был умеренно-монархическим», при этом Белое движение не выдвигало монархических лозунгов.

А. И. Деникин отмечал, что громадное большинство командного состава и офицерства его армии были монархистами, при этом он же пишет, что собственно офицерство политикой и классовой борьбой интересовалось мало, а в основной своей массе оно являлось элементом чисто служилым, типичным «интеллигентным пролетариатом».

Историк Слободин предостерегает рассматривать Белое движение в качестве партийного монархического течения, так как никакая монархическая партия не возглавляла Белое движение.

Белое движение составляли силы разнородные по своему политическому составу, но единые в идее неприятия большевизма.

Белые использовали лозунг «Законность и порядок!» и рассчитывали дискредитировать этим власть своих противников, одновременно укрепляя восприятие себя народом как спасителей Отечества. Усиление беспорядков и накала политической борьбы делало аргументы белых вождей более убедительными и приводило к автоматическому восприятию белых как союзников той частью населения, что психологически не принимала беспорядки. Однако вскоре этот лозунг о законности и правопорядке проявился в отношении населения к белым с совершенно неожиданной для них стороны и, к удивлению многих, сыграл на руку большевикам.

Участник Белого сопротивления, а впоследствии — его исследователь — генерал А. А. фон Лампе свидетельствовал, что лозунги большевистских лидеров, игравших на низменных инстинктах толпы, вроде «Бей буржуев, грабь награбленное», и говоривших населению, что каждый может взять всё, что угодно, были бесконечно более притягательны для пережившего катастрофическое падение нравов в результате 4-летней войны народа, нежели лозунги белых вождей, говоривших, что каждому причитается лишь то, что положено по закону.

Большой проблемой для Деникина и Колчака был сепаратизм казачества, особенно Кубанского. Хотя, казаки были самыми организованными и злейшими врагами большевиков, но они стремились прежде всего к освобождению от большевиков своих казачьих территорий, с трудом подчинялись центральной власти и неохотно воевали за пределами своих земель.

Белые вожди мыслили будущее устройство России как демократического государства в его западноевропейских традициях, адаптированное к реалиям российского политического процесса. Российская демократия должна была базироваться на народовластии, ликвидации сословного и классового неравенства, равенства всех перед законом, зависимости политического положения отдельных национальностей от их культуры и их исторических традиций.

Говоря о политических программах белых вождей, следует отметить, что политика «непредрешенчества» и стремление к созыву Учредительного собрания не было, всё же, общепризнанной тактикой. Белая оппозиция в лице крайних правых — в первую очередь верхов офицерства — требовала монархических знамён, осенённых призывом «За Веру, Царя и Отечество!». Эта часть Белого движения смотрела на борьбу против большевиков, опозорившими Россию Брест-Литовским миром, как на продолжение Великой войны. Такие взгляды высказывали, в частности М. В. Родзянко и В. М. Пуришкевич.

По мнению И. Л. Солоневича и некоторых других авторов, основные причины поражения Белого дела заключались в отсутствии у белых монархического лозунга. Солоневич также приводит информацию, что с таким объяснением причин неудачи белых и победы большевиков солидаризировался один из лидеров большевиков — организатор Красной армии Лев Троцкий.

Если рассматривать борьбу идей и лозунгов белых и красных по время Гражданской войны, то следует констатировать, что в идеологическом авангарде шли большевики, сделавшие первыми шаг в сторону народа установками на прекращение Первой мировой войны и развёртывание мировой революции, заставляя белых защищаться с их главным лозунгом «Великой и Единой России», понимаемым как обязательность восстановления и соблюдения территориальной целостности России и довоенных границ 1914 года.

При этом «целостность» воспринималась как тождество понятию «Великороссия». Отойти от общепризнанного курса на «Единую и неделимую Россию» пробовал в 1920 году барон Врангель, чей руководитель Управления внешних сношений П. Б. Струве заявлял, что «Россия должна будет соорганизоваться на федеративных началах путём свободного соглашения создавшихся на её территорий государственных образований».

Уже находясь в эмиграции, белые сожалели и каялись, что не смогли сформулировать более чётких политических лозунгов, учитывавших изменения российских реалий, — об этом свидетельствовал генерал А. С. Лукомский.

 

Цветков В. Ж. Белое движение в России. 1917-1922 годы — История России


Цветков В. Ж. Белое движение в России. 1917-1922 годы // Вопросы истории. — 2000. — № 7. — С. 56-73.



Историография советского периода, оценивая события гражданской войны в России, весьма узко, ограниченно представляла Белое движение всего лишь как составную часть «агрессивных планов Антанты», направленных на свержение советской власти, ликвидацию «завоеваний Октября» и «реставрацию буржуазно-помещичьего строя». Реакционный характер, «стремление к восстановлению старых порядков», «полная зависимость от иностранного империализма, его военной, материальной и политической поддержки» и как следствие этого «оторванность от народа», «крайняя узость социальной базы»1 — таковы были принципиальные «точки отсчета» в оценке Белого движения, утверждавшиеся в советской литературе. Догматическое принятие бесперспективности и обреченности Белого движения делало ненужным углубленное изучение и объективный анализ его возникновения и развития, его социальной структуры и идеологии, политических и экономических программ, его специфических особенностей в различных регионах России и на различных этапах гражданской войны. Недооценка или незнание этих и многих других аспектов истории Белого движения, грубое и подчас намеренное, в угоду политической конъюнктуре искажение фактов способствовали образованию своего рода «белого пятна» в истории России XX века. В настоящее время оно постепенно заполняется новыми исследованиями отечественных ученых и переизданием эмигрантской литературы, включающей труды руководителей и непосредственных участников Белого движения2.



Вместе с тем части изданной за последние годы литературы присущ описательный, публицистический подход к освещению Белого движения, нередко проявляются его идеализация, субъективность суждений и оценок, гражданская война рассматривается порой только как противоборство двух сил — «красных» и «белых» — при пассивном отношении к этой борьбе населения и т. д.3. Нет недостатка в различных версиях, трактовках и суждениях, касающихся событий гражданской войны и Белого движения. Однако фрагментарность, мозаичность являются характерными именно для современного, по сути — поискового и дискуссионного, периода отечественной историографии.



Целью данной статьи является попытка конкретно рассмотреть отдельные наиболее значимые проблемы Белого движения в период гражданской войны в России: основные программные установки белых правительств, идеологию и социальную базу, отношения с «союзниками» (Антантой), особенности Белого движения в различные периоды гражданской войны. Основные направления будущих исследований, а также обстоятельный анализ историографии Белого движения были даны в опубликованных за последние годы монографиях Г. А. Бордюгова, А. И. Ушакова и В. Ю. Чуракова, В. Т. Тормазова.



В истории Белого движения в России можно условно выделить три периода: 1. Период становления (1917-1918 гг.). Первые походы Добровольческой армии на Юге России, организация антибольшевистского сопротивления в Сибири и Поволжье, восстания в казачьих областях. 2. Период наибольших успехов (1919г.). Наступление армий адмирала А. В. Колчака на Урал и в Поволжье, «поход на Москву» Вооруженных Сил Юга России (далее — ВСЮР) генерала А. И. Деникина и «поход на Петроград» Северо-Западной армии генерала Н. Н. Юденича. 3. Период «последних могикан» Белого дела (1920-1922гг.). Попытки сохранения движения на окраинах бывшей Российской империи- в Крыму, Забайкалье, на Дальнем Востоке. Каждый из этих периодов отличался своеобразием политических программ, социальной базы Белого движения, его идеологии и т. д.



Революционные события 1917 г., завершившиеся Октябрьским переворотом и захватом власти большевиками, остановили процессы демократизации российского общества, происходившие в период конца XIX- начале XX в., в период, когда наряду с ростом и обострением социально-политических противоречий, поражений на фронтах первой мировой войны и ошибок государственной политики прогрессивные тенденции в развитии общества привели к заметным достижениям и на пути реформирования государственного устройства, и в решении важнейших задач экономического развития и подъема культуры.



Разрушение российской государственности, рост политического радикализма, экономический хаос, «развал фронта» и гибельная в условиях войны «демократизация» армии- все эти катастрофические процессы встречали противодействие со стороны многих общественных кругов и, в первую очередь, военных. Это противодействие впервые выразилось в так называемом мятеже генерала Л. Г. Корнилова (август 1917 г.). По мере усиления борьбы большевиков за удержание власти и по мере эскалации гражданской войны в России оно переросло в организованное военно-политическое сопротивление советской власти, исторически определяемое как «Белое движение». Белое движение создавало свои государственные структуры — правительства, парламенты, местные органы самоуправления, искало пути решения экономических, национальных и других проблем, поставленных как текущей борьбой с «большевизмом», так и определяющих будущее страны.



Белогвардейские правительства отличало признание единой общероссийской власти в лице Верховного правителя России адмирала А. В. Колчака и сходство основных положений политических программ. Поэтому вряд ли оправданно относить к Белому движению региональные антибольшевистские режимы, сложившиеся на территории России в 1918 — начале 1919 г., такие, как режим гетмана П. Скоропадского, декларировавшего создание «державной», независимой Украины, Временное сибирское правительство или крымское правительство Соломона Крыма. Комитет Членов Учредительного собрания (Комуч), Уфимская директория хотя и провозглашали себя носителями «общероссийской власти», в своих политических и экономических программах исходили из иных установок в сравнении с лидерами Белого движения. В отношении к этим правительствам более правомерно понятие «демократическая контрреволюция». В то же время казачьи государственные структуры (казачьи правительства. Донской войсковой круг, Кубанская краевая рада и др.), признававшие власть белых правительств и основные положения их программы, можно отнести к белому лагерю.



Говоря о социальном составе белых армий, отражающем в определенной степени и социальную базу всего движения в целом, следует отметить, что первые полки Добровольческой армии в начале 1918 г. почти полностью состояли из офицеров, учащейся молодежи, интеллигенции. Тогда, по словам русского военного историка генерала Н. Н. Головина, «в Добровольческую армию поступали офицеры, юнкера, кадеты, студенты, гимназисты и почти не приходило солдат… Добровольческая армия с самого начала приобрела характер «офицерской» части, то есть являлась ополчением «патриотически настроенной интеллигентной молодежи», морально оторванным от народных масс… Здесь приходится сталкиваться с характерным для России явлением,.. с резким психическим разделением между русской интеллигенцией и темными народными массами». Сходный характер носило Белое движение в период своего зарождения и в Сибири, где ядром белой армии стали подпольные офицерские организации Томска, Омска, Иркутска, Красноярска, Владивостока4.



Но уже в 1919 г., с началом крупных операций и расширением территории военных действий, социальный состав белых армий существенно изменился. Теперь они пополнялись мобилизованными и пленными. Деникин отмечал, что «с конца 1918 года институт добровольчества окончательно уходит в область истории, и добровольческие армии Юга становятся народными, поскольку интеллектуальное преобладание казачьего и служилого офицерского элемента не наложило на них внешне классового отпечатка». Рядовые казаки и офицеры составляли основу белоказачьих армий, зачастую полностью повторявших организацию казачьих частей императорской армии. Местными крестьянами-добровольцами и мобилизованными — постоянно пополнялись войска Северной области. И если в деникинской армии не редкость были офицерские роты при полках, то в армиях Колчака, сформированных из мобилизованных крестьян-сибиряков, наоборот, весьма остро ощущался недостаток профессиональных офицерских кадров5.



Настроения и убеждения, с которыми многие оказывались в рядах белой армии, были далеко не одинаковы. У представителей каждого из сословий распавшейся империи имелись свои собственные, вполне определенные причины недовольства советской властью. Офицерство вступало в борьбу, оскорбленное развалом армии, последствиями «позорного» Брестского мира. Представители «демократической общественности» руководствовались стремлением восстановить Учредительное собрание, свободу слова, печати, собраний и т. д. Крестьянство, хотя и было удовлетворено прекращением войны и декретом о земле, яростно сопротивлялось политике продразверстки, насаждению комбедов, запрету свободной торговли. Рабочие выступали против натурализации заработной платы, роста цен, падения производства, принижения роли профсоюзов. Представители «торгово-промышленного» сословия лишались советской властью своего материального и социального статуса. Наконец, казачество, помимо недовольства политикой «расказачивания», надеялось на возрождение собственной государственности», традиций местного самоуправления6.



Максимально обобщенная, надклассовая идея «борьбы с большевизмом» и формула «непредрешения» основных вопросов государственной жизни до окончания междоусобной войны и созыва всероссийского национального собрания могла бы, как казалось, объединить и, действительно, объединяла, представителей различных сословий — от русского дворянства и крестьянства, казачества до буржуазии и рабочих.



Однако подобное объединение оказалось весьма непрочным. «Народный характер» белой армии 1919 — начала 1920 г. с точки зрения ее социального состава не означал еще единого, «общенародного» характера ее идеологии. Социальные интересы, политические амбиции, привносимые в армию «пестрым» пополнением, ставились нередко выше «общенародных» лозунгов и программ, что, в свою очередь, являлось причиной целого ряда внутренних разногласий и серьезных конфликтов, например, между казачьими и регулярными частями ВСЮР. При таком положении белый «фронт» постепенно разлагался изнутри и распадался, недостижимой становилась скороожидаемая победа над советской властью. Характерно свидетельство генерала А. А. фон Лампе о том, что пополнения мобилизованных «развращали белые ряды», «масса выжидавших, не примыкавших добровольно ни к одной из сторон, вливались в ряды победителей и, превращая полки их в дивизии, а дивизии в корпуса, на самом деле не давала никакой реальной силы, потому что при первых же неуспехах покидала боевые ряды», дезертировала, переходила на сторону красных7.



Важным объектом исследования является белая идеология, ее истоки и развитие, организация и методы пропаганды, значение «идеологического фактора» в формировании социальной базы движения. Изначальной идеологической основой Белого движения в 1917-1918 гг. была патриотическая идея спасения Российской империи от развала и гибели, представлявшихся белым лидерам как результаты действий Временного правительства и, затем, «немецких агентов» — большевиков как последствия революционных потрясений, расколовших страну на враждующие лагери.



Белое движение развивалось как «отрицание» большевистского переворота и строило свою идеологию, по существу, только на вооруженной борьбе с советской властью. Стремление на этом этапе объединить в антибольшевистский фронт различные по идеологической направленности группировки и, в то же время, политика «непредрешения» не могли не повлиять отрицательно на конкретность и своевременность выражения целей белой борьбы. После выхода белых на обширные пространства России в 1919 г. появилась потребность не только в идеологии «отрицания» и «ликвидации», но и в идеологии «созидания» новой, «Белой России». Эта идеология основывалась на необходимости возврата к традиционным ценностям русской истории одновременно с осуществлением широких политических и социально- экономических преобразований.



Для проведения идеологической работы при белых правительствах создавались специальные отделы и издательства: Отдел агитации и пропаганды при Совете министров Северо-западной области России, Отдел пропаганды Особого совещания при Главкоме ВСЮР (Осведомительное агентство — ОСВАГ), Русское бюро печати в Омске, Северное (Архангельское) бюро печати Временного правительства Северной области (Арбюр).



Основное внимание при издании листовок, брошюр, плакатов уделялось пропаганде отдельных положений программы белых в плане будущего государственного устройства, аграрной и рабочей политики, отношения к школе, семье, поддержки национальной культуры. Немалая часть изданий была занята показом «зверств большевиков», «ужасов чрезвычаек» и т. п.



Недостатка в разнообразии пропагандистской литературы у белых не было, но ее распространение велось беспорядочно. Во многих селах и городах месяцами висели одни и те же портреты «вождей и героев Добровольческой армии», в то время как простых, популярных листовок с разъяснением сущности аграрной или рабочей программы, вопросов национальной политики или не было вовсе, или они доставлялись в ничтожно малом количестве. Несмотря на обилие литературы большая часть ее оставалась на складах в Омске, Екатеринбурге, Ростове-на-Дону, Харькове, а до деревни доходили лишь лубочные картинки и «сказки про коммуну», из которых очень трудно было получить представление о целях и задачах Белого движения8. Малочисленность пропагандистов, их слабая профессиональная подготовка (в основном это были люди, не имевшие опыта работы с массовой крестьянской или рабочей аудиторией), нежелание и боязнь ехать во взбудораженные войной деревни, расстройство связи, транспорта, — все эти факторы отрицательно сказывались на результатах белой пропаганды.



Ценным для Белого движения являлось участие в нем Русской Православной Церкви, многие иерархи которой произносили проповеди, публиковали свои выступления в белогвардейских изданиях, ходатайствовали о направлении в воинские части подготовленных пропагандистов и священников. Важную роль в организации военного духовенства сыграла деятельность бывшего протопресвитера императорской армии и флота Георгия Шавельского. По его инициативе в Ставрополе в мае 1919 г. прошли заседания Юго-Восточного Собора Русской Православной Церкви, было создано Временное высшее церковное управление на Юге России. Аналогичное управление было основано в ноябре 1918 г. в Сибири. В полномочия управлений входило руководство православными епархиями белого Юга и Сибири. Управление признавалось временным, до момента «установления постоянной связи со Святейшим Патриархом и восстановления церковного единства»9.



Патриарх Тихон не благословил Белое движение и в своих посланиях от 8 июля и 25 сентября 1919 г. призывал священнослужителей воздерживаться от поддержки белой власти. Тем не менее многие иерархи Русской Православной Церкви (архиепископ Омский Сильвестр, епископ Камчатский Нестор, митрополит Киевский Антоний, архиепископ таврический Дмитрий, архиепископ Полтавский Феофан, архиепископ Донской и Новочеркасский Митрофан и др.) оставались верными Белому движению. Сами белые вожди неоднократно заявляли о поддержке Русского Православия, полагая, что оно станет одной из главных опор идеологии Белого движения, выразителем идеи борьбы «За Веру и Отечество» против «безбожной советской власти»10.



Стержнем программы Белого движения являлась «непримиримая борьба с советской властью». Эта борьба должна была стать ведущим стимулом к сплочению в единый фронт самых различных социальных и политических групп. Все приоритеты отдавались вооруженной борьбе, поэтому с самого начала принципом Белого движения стало «непредрешение» политических, экономических, социальных и других вопросов государственного устройства и внутренней жизни России до «окончательной победы над большевизмом». Отсутствие четких «предрешающих» лозунгов, подобных большевистским — «Власть — Советам», «Земля — крестьянам», «Мир — народам» и т.п., — считалось, по мнению ряда участников Белого движения, одной из основных причин его поражения. Вполне правомерной представляется и другая оценка «непредрешения», высказанная проф. А. Карташевым, утверждавшим, что именно «отсутствие официального лозунга дало силу жизни движению на целых три года!» Эта же оценка дополнялась Н. Н. Львовым: «В наших рядах люди разных партий могут идти вместе,.. но в наших рядах нет места тем, кто Престол ставит выше Отечества, свою партию выше России, нет места и тем, кто окончательно скомпрометировал себя в революции»11.



Было бы неверно говорить о полном «непредрешении» в Белом движении. Сознательная «отсрочка» разработки основательной всесторонней программы была обусловлена как остротой положения на фронтах гражданской войны и неустойчивостью белых режимов, так и просто отсутствием достаточного для этого времени. Тем не менее идея создания района с собственным устойчивым экономическим и политическим порядком, собственной военной силой, поддерживаемого союзниками, с последующим его расширением («как от масляной капли») на все сопредельные части бывшей Российской империи — эта идея, выраженная основателем Добровольческой армии генералом М. В. Алексеевым еще в ноябре 1917 г., в том или ином виде проявлялась на всех этапах Белого движения12. Однако в течение 1918 г. развернутая программа в развитие этой идеи сформулирована не была. Так называемая конституция командующего Добровольческой армией генерала Корнилова (январь 1918 г.) содержала лишь краткое изложение целей южнорусского Белого движения13. Аналогичный характер кратких деклараций носили и последующие официальные документы, исходящие из штаба Добровольческой армии в период 1-го и 2-го Кубанских походов. Попутно следует отметить, что антибольшевистские (не белые) правительства этого периода на Украине, на Дону и в Сибири строили свое законодательство, исходя главным образом из региональных интересов.



В 1919 г., после крупных военных успехов, в преддверии казавшейся близкой победы над большевиками, определилась потребность в выработке общероссийской официальной программы. Но к концу года фронты белых были прорваны и отброшены Красной армией, а их планы и намерения рухнули. Попытки разработок конкретных программ и их реализации белыми правительствами состоялись, по существу, лишь на последнем этапе Белого движения — в 1920-1922 годах. В противоположность лидерам «демократической контрреволюции» (Уфимская директория. Комитет членов Учредительного собрания. Временное сибирское правительство), принципиально отрицавшим любую форму единоличного правления как «возврат к старому режиму» и допускавшим только власть «олигархии», лидеры Белого движения основой режима считали военную диктатуру.



Главком ВСЮР генерал Деникин так определял цели диктатуры: «Свергнуть большевиков, восстановить основы государственности и социального мира, чтобы создать… необходимые условия для строительства земли соборною волею народа». Аналогично оценивал значение диктатуры В. В. Шульгин: «Добровольческая армия, взявшая на себя задачу очищения России от анархии, выдвинула как непреложный принцип твердого управления диктаторскую власть. Только неограниченная, сильная и твердая власть может спасти народ и восстановить развалившуюся храмину государственности». Колчак не без патетики утверждал, что в условиях гражданской войны приоритет исполнительной власти неизбежен: «Меня называют диктатором, пусть так, я не боюсь этого слова… Как Сенат Древнего Рима в тяжкие минуты государства назначал диктатора, так Совет Министров Российского государства в тягчайшую минуту нашей государственной жизни… назначил меня Верховным Правителем». От политиков власть переходила к военным: «Военная диктатура. Всякое давление политических партий отметать. Всякое противодействие власти справа и слева карать»,- отмечалось в приказе Деникина от 14 декабря 1919 г. (здесь и далее даты даны по старому стилю)14.



В действительности принцип военной диктатуры воплощался далеко не повсеместно и не в полной мере, даже назначение Колчака Верховным правителем России произошло фактически с санкции Омского Совета министров. В казачьих областях единоличное правление не было безусловным — казачьи парламенты, войсковые круги и рады ограничивали власть своих атаманов. Это особенно проявилось на Кубани и привело в ноябре 1919 г. к «кубанскому действу», своеобразному «мини-перевороту», после которого наиболее радикальная часть депутатов была арестована, а краевая конституция была изменена в сторону усиления власти атамана и правительства15.



На белом Юге принцип диктатуры проводился более жестко — здесь отсутствовали какие-либо законодательные структуры, а работа Особого совещания при Главкоме ВСЮР систематически контролировалась Деникиным. Номинальной была власть Юд

Белое движение — Мегаэнциклопедия Кирилла и Мефодия — статья

Гражданская война в России явилась закономерным итогом революционного кризиса, поразившего страну в начале 20 века. Цепь событий — первая русская революция, незавершенные реформы, мировая война, падение монархии, распад страны и власти, большевистский переворот — привела российское общество к глубокому социальному, национальному, политическому и идейно-нравственному расколу. Апогеем этого раскола стала ожесточенная борьба в масштабах всей страны между вооруженными силами большевистской диктатуры и антибольшевистских государственных образований с лета 1918 по осень 1920.Со стороны большевиков максимальное использование всех карательных инструментов захваченной и реорганизованной государственной власти для подавления сопротивления политических противников было единственной возможностью удержать власть в крестьянской стране с целью превращения ее в базу международной социалистической революции. Исходя из опыта Парижской коммуны, главная ошибка которой, по представлениям Ленина, заключалась в неумении подавить сопротивление свергнутых эксплуататоров, большевики открыто проповедовали необходимость гражданской войны. Отсюда же проистекала и их уверенность в исторической оправданности и справедливости применения беспощадного насилия против своих врагов и «эксплуататоров» вообще, а также принуждения, вплоть до того же насилия, по отношению к колеблющимся средним слоям города и деревни.

Со стороны белых, среди которых наибольшей непримиримостью отличались монархическое офицерство, часть интеллигенции, казачества, помещиков, буржуазии, бюрократии и духовенства, Гражданская война воспринималась как единственное и законное средство борьбы за возвращение утраченной власти и восстановление себя в прежних социально-экономических правах. На протяжении всей Гражданской войны сущность и смысл Белого движения состояли в попытках на части территории бывшей империи воссоздать дофевральскую государственность, прежде всего ее военный аппарат, традиционные социальные отношения и рыночную экономику, опираясь на которые можно было бы развернуть вооруженные силы, достаточные для свержения большевиков. Сила сопротивления лишенных власти и привычного социального статуса слоев и элементов населения оказалась настолько велика, что она в значительной степени компенсировала их численное меньшинство и позволила в течение почти трех лет вести широкомасштабную вооруженную борьбу против большевиков. Источниками этой силы объективно являлись опыт государственного управления, знание военного дела, накопленные материальные ресурсы и тесные связи с западными державами, субъективно — острая жажда реванша и мести.

Политика большевиков и Гражданская война вызвали активное вмешательство во внутренние дела России ведущих западных держав, в результате чего интервенция стала одним из существенных факторов, влиявших на военно-экономический и моральный потенциал белых, динамику войны, способствовавших изменению соотношения сил боровшихся сторон.

Фактором, решающим образом определявшим ход войны, была позиция крестьянства, которое колебалось от пассивного выжидания до активной вооруженной борьбы против «красных» и «белых» в рядах «зеленого» повстанческого движения. Колебания крестьянства, являвшиеся реакцией на политику большевистской и генеральских диктатур, коренным образом меняли соотношение сил внутри страны и в конечном итоге предопределили исход войны.

Значительную роль в динамике гражданской войны и интервенции сыграли и национальные движения. Многие народы в ходе войны восстановили или впервые обрели государственную независимость, вступив на путь демократического развития. Отстаивая национальные интересы, правительства этих государств своей политикой объективно способствовали ослаблению антибольшевистского лагеря, подчас воевали против борцов за «Единую и неделимую Россию», но с другой стороны — существенно ограничили большевикам возможности экспорта революции. Наиболее заметную роль в этом плане сыграли Польша, Финляндия и Грузия.

В 1920-е гг. изучение Гражданской войны как непосредственного логического продолжения революционных событий 1917 (такого взгляда придерживался и Ленин) и многогранного социального перелома, несмотря на узость источниковой базы и деформирующее воздействие большевистской идеологической непримиримости, дало первые положительные результаты. В основных чертах, хотя и фрагментарно, были обрисованы внутренняя и внешняя политика белых, их государственность и вооруженные силы.

В 1930-е гг. в условиях «наступления социализма по всему фронту» первые наработки были перечеркнуты политикой и идеологией сталинского тоталитаризма. Связь между революцией и Гражданской войной была разорвана, что позволило обвинить в ее развязывании исключительно «белобандитов» и интервентов. Многие экономические, социальные, политические и идейно-нравственные процессы были упрощены или выхолощены. Изучение антибольшевистского лагеря практически прекратилось, и история страны в 1918-1920 была сведена к «трем объединенным и комбинированным походам Антанты».

«Холодная война» сфокусировала внимание советских историков на интервенции, стимулировав не столько ее изучение, сколько мифотворчество по сталинской схеме «трех походов». Прочно навешенный на белых ярлык «агентов Антанты» по-прежнему исключал их объективную оценку.

В ходе десталинизации середины 1950-х — середины 1960-х гг. на страницы исторических работ вернулись имена и дела репрессированных военачальников, однако Белого движения эта положительная тенденция не коснулась.

Последующее укрепление тоталитарной системы и острое идеологическое противоборство периода «разрядки» (1970-е гг.) обеспечили исключительную живучесть сталинских стереотипов, мифов и ярлыков в литературе о Гражданской войне. Имена белых генералов оставались символическими знаками, обозначавшими фронты и территории, на которых одерживала победы Красная Армия.

Зарубежные исследователи доказывали, что главным виновником «братоубийственной» войны были большевики, стремившиеся установить свою диктатуру в крестьянской стране и с ее помощью повести Россию и весь мир к социализму, и что именно в ходе войны большевики создали основные элементы будущей тоталитарной системы. При этом западные авторы придирчиво расследовали «ошибки» белых вождей, видя в них главную причину поражения Белого движения.

В 1990-е гг. крах тоталитарной политической системы и идеологии создал необходимые условия для их подлинно научного исследования и свободного творческого осмысления с различных точек зрения. Массовыми тиражами были переизданы мемуарные и исследовательские произведения эмигрантов о Белом движении, что позволило быстро заполнить пагубный вакуум фактов, оценок и идей. На базе ставших общедоступными документов белых правительств и их армий началось конкретное изучение Белого движения, которое охватывает все более широкий круг политических, военных и идейно-нравственных проблем.

Решающий толчок началу Белого движения дал насильственный захват государственной власти большевиками. Дальнейшие победы и поражения воюющих армий на фронтах Гражданской войны (независимо от численности войск и протяженности фронтов) определялись соотношением военно-экономических потенциалов красных и белых, которые прямо зависели от соотношения социальных и политических сил внутри России, от смены масштабов и форм внешнего вмешательства.

На первом этапе Гражданской войны (ноябрь1917 — февраль 1918) антибольшевистские силы (офицеры-добровольцы, казаки тыловых частей, юнкера) не имели какой-либо серьезной социальной опоры, практически отсутствовали финансирование и снабжение, поэтому их попытки организовать сопротивление на фронте и в южных казачьих областях были сравнительно быстро ликвидированы. Однако эта ликвидация стоила большевикам немалых жертв и не была доведена до конца из-за расхлябанности большевистской власти и ее военной организации. В городах Поволжья, Сибири и других регионов формировались подпольные офицерские организации. На Дону и Кубани, пытаясь сохранить себя во враждебном окружении сочувствующих большевикам возвратившихся с фронта войск и местного населения, вели партизанскую войну малочисленные отряды едва сформированных Добровольческой и Донской армий. Белое движение переживало своего рода подпольно-партизанский период становления, когда закладывались идейные и организационные основы будущих белых армий.Первые же месяцы Гражданской войны развеяли дооктябрьские иллюзии большевиков о невозможности активного сопротивления «свергнутых эксплуататоров» и показали суровую необходимость создания централизованного аппарата политической полиции (ВЧК) и регулярной армии на базе малочисленных и необученных отрядов Красной Гвардии и полуразложившихся революционных частей бывшей императорской армии. В январе 1918 СНК принял декрет об образовании Рабоче-крестьянской Красной Армии по строго классовому принципу на добровольных началах.

Второй период (март — ноябрь 1918) характеризуется коренным изменением соотношения социальных сил внутри страны, что явилось результатом внешней и внутренней политики большевистского правительства, вынужденно вступившей в условиях углубления экономического кризиса и «разгула мелкобуржуазной стихии» в противоречие с интересами подавляющего большинства населения, прежде всего крестьянства.

Заключение унизительного Брестского мира и «чрезвычайщина» в продовольственной политике вызвали протест значительной части крестьянства против политики большевиков и позволили Белому движению получить в хлебопроизводящих районах юга и востока страны социально-экономическую опору.

Поднявшееся на вооруженную борьбу против Советской власти донское и кубанское казачество спасло от гибели Донскую и Добровольческую армии, дало им приток живой силы и снабжения.

Восстание Чехословацкого корпуса явилось детонатором вооруженного антибольшевистского движения, развернувшегося летом на востоке. Решающую роль в нем сыграли вышедшие из подполья офицерские организации. Поддержка значительной части сельского и городского населения позволила им в короткий срок сформировать Народную армию «Комуча»в районе Средней Волги и Сибирскую армию Временного Сибирского правительства в районе Новониколаевска (ныне Новосибирск), ликвидировать слабые силы Красной Армии и большевистскую власть от Волги до Тихого океана. Формально подчиняясь демократическим правительствам, созданным социалистами с целью восстановления власти Учредительного собрания, армии эти возглавлялись и формировались офицерством, стремившимся к установлению военной диктатуры.Третий период (ноябрь 1918 — март 1919) стал временем начала реального содействия держав Антанты Белому движению. Неудачная попытка союзников начать собственные операции на юге, а с другой стороны — поражения Донской и Народной армий привели к установлению военных диктатур Колчака и Деникина, вооруженные силы которых контролировали значительные территории на юге и востоке. В Омске и Екатеринодаре были созданы государственные аппараты по дореволюционным образцам. Политическая и материальная поддержка Антанты, хотя и далеко не соответствовала ожидаемым масштабам, сыграла свою роль в консолидации белых и укреплении их военного потенциала.

Конечной целью белых диктатур являлась реставрация (с некоторыми неизбежными демократическими поправками) дофевральской России. Официально провозгласив «непредрешение» будущего государственного устройства и широко используя в своей пропаганде (в расчете на низы, прежде всего крестьянство) лозунги восстановления Учредительного собрания и свободы торговли, они объективно выражали интересы правого крыла антибольшевистского лагеря и, самое главное, являлись единственной силой в этом лагере, которая реально могла свергнуть власть большевиков.

Четвертый период Гражданской войны (март 1919 — март 1920) отличался наибольшим размахом вооруженной борьбы и коренными изменениями в расстановке сил внутри России и за ее пределами, которые предопределили сначала успехи белых диктатур, а затем их гибель.

В течение весны—осени 1919 продразверстка, национализация, свертывание товарно-денежного обращения и другие военно-хозяйственные меры суммировались в политику «военного коммунизма». Разительное отличие от территории «Совдепии» представлял собой тыл Колчака и Деникина, пытавшихся укрепить свою экономическую и социальную базу традиционными и близкими им средствами.

Главным направлением их внутренней политики было восстановление прав частной собственности и свободы торговли, что, на первый взгляд, отвечало интересам как крупных собственников, так и средних слоев города и деревни. Однако на деле эта политика только ускорила ее полный развал.

Буржуазия практически ничего не сделала для восстановления производства, поскольку это не сулило быстрой прибыли, а устремила свои капиталы в спекулятивные махинации в сфере торговли, наживая баснословные капиталы на вывозе за границу русского сырья и поставках для армии. На внутреннем рынке цены стремительно росли, обрекая на жизнь впроголодь и обнищание широкие средние слои городского населения, включая офицерство, чиновничество и интеллигенцию. Спекулянты наводнили деревню, скупая на корню хлеб для экспорта и продавая промышленные товары по ценам, по которым их могла купить только зажиточная верхушка.

Своекорыстная политика буржуазии, стремившейся восполнить свои материальные потери и смотревшей на армию прежде всего как на сферу выгодного вложения капитала, привела к срыву снабжения армии. В результате фронтовые части вынуждены были обеспечивать себя путем грабежа и насильственных реквизиций продовольствия, фуража, одежды и т. д. главным образом у крестьян, что именовалось «самоснабжением» за счет «благодарного населения».

На территории, занятые деникинскими армиями, возвращались помещики. Пока в правительственных кругах обсуждались проекты земельной реформы, суть которых сводилась к реконструкции помещичьего землевладения с минимальными уступками крестьянам, местная военная и гражданская администрация оказывала содействие вернувшимся в свои имения помещикам в расправе над крестьянами и выколачивании «недоимок».

Надежды избавиться с приходом белых от продразверстки и террора большевистских властей быстро сменялись всеобщей озлобленностью к белым и решимостью силой отстаивать свои права на землю и выращенный хлеб. В течение лета—осени 1919 в настроении основной части деревни произошел перелом в пользу Советской власти, который наиболее ярко проявился в срыве мобилизаций в белые армии, росте дезертирства, стихийных восстаниях и повстанческом движении.

Отнюдь не проникшись социалистической идеологией и оставаясь чуждыми большевизму, крестьяне выбрали Советскую власть как меньшее из зол, как гарантию от возвращения помещиков, как силу, способную установить в стране «мир и порядок».

Массовое дезертирство и повстанческое движение в тылу подорвали боеспособность колчаковских и деникинских армий. Разбавленные мобилизованными крестьянами, добровольческие и офицерские кадры в итоге оказались более слабыми по сравнению с частями регулярной Красной армии, на 90% состоявшими из крестьян и пользовавшихся сочувствием и поддержкой крестьянского населения. Именно это в конечном итоге и предопределило коренной перелом в борьбе на Восточном и Южном фронтах.

Политическая и материальная помощь западных держав не могла компенсировать белым потери экономической и социальной базы, поскольку была далека от необходимой по масштабам и небескорыстна по условиям.

Материальная помощь предоставлялась главным образом в виде товарных кредитов, выделявшихся на оплату поставляемого военного снаряжения под обязательство последующего возвращения этих кредитов с процентами. Такая материальная помощь являлась продолжением политики предоставления займов императорской России с целью закабаления ее экономики. Поскольку этих поставок не хватало для снабжения и вооружения войск, внешнеторговые ведомства белых правительств закупали у иностранных фирм необходимое снаряжение, используя запасы иностранной валюты либо вывозя в обмен на зарубежные рынки русское сырье, прежде всего зерно. Правительство Колчака использовало на нужды снабжения армии часть захваченного золотого запаса, депонировав его в иностранных банках, правительство Деникина стремилось активизировать вывоз зерна, угля и других видов сырья. При этом иностранные и отечественные частные фирмы, привлекавшиеся к поставкам в качестве контрагентов, вздували цены до сверхспекулятивных и наживали на снабжении армий баснословные барыши. Казна же и ведомства снабжения часто несли существенные потери и не справлялись с обеспечением войск.

В результате эффективность материальной помощи западных держав была резко снижена. Потребовав от белых правительств значительных затрат валюты, использования золота и вывоза сырья, она обернулась большими издержками и не позволила снабдить армии даже на половину их реальных потребностей. Оплаченные кровью трофеи зачастую являлись основным источником получения обмундирования и вооружения.

Предоставляя материальную помощь, правительства Антанты и их военно-дипломатические представители в белых «столицах» оказывали сильное давление на военных диктаторов, требуя проведения демократических реформ. Чтобы расширить социальную базу Белого движения и объединить его с вооруженными силами образовавшихся на окраинах национальных государств, они настаивали на передаче земли в собственность крестьян, провозглашении перехода России к парламентской республике, признании самостоятельности Финляндии, Польши, Закавказских и Прибалтийских государств. Колчак и Деникин уклонялись от определенных обязательств и однозначных заявлений по этим вопросам, что послужило причиной их юридического непризнания державами Антанты и отказа от помощи им со стороны образовавшихся на окраинах бывшей империи национальных государств. Последние предпочли уклониться от военной помощи Белому движению, опасаясь, что в случае его победы они потеряют независимость.

Вопреки сталинской схеме Гражданской войны внешние и внутренние противники большевиков не сумели организовать ни одного «объединенного и комбинированного» похода на Москву. Эти глубокие противоречия в сочетании с растущей солидарностью трудящихся за рубежом изменили соотношение сил на международной арене в пользу большевиков. В результате большевики сумели поодиночке ликвидировать белые диктатуры и разгромить их вооруженные силы.

Осознав на опыте поражений Колчака и Деникина невозможность бороться против большевиков без поддержки основной части крестьянского населения, правительство Врангеля разработало и попыталось осуществить в Таврии земельную реформу в 1920. Суть ее состояла в продолжении столыпинского курса на увеличение зажиточной прослойки, для чего часть помещичьих земель, фактически захваченных крестьянами, передавалась им в собственность за выкуп. Однако разоренные и до предела уставшие от войны крестьяне и казаки не верили в прочность врангелевской власти, в то, что «одна губерния может победить всю Россию», и отказывались пополнять и снабжать части Русской Армии. На третьем году Гражданской войны у крестьян желание получить землю отошло на второй план, уступив место жажде «мира и порядка», поскольку и ту землю, что имели, нечем было обрабатывать. В этих условиях вренгелевские части, несмотря на запреты главкома, вернулись к применению насильственных мобилизаций и реквизиций, что привело к росту враждебности южнорусского крестьянства к белым и, соответственно, к росту симпатий к Советской власти, что предрешило окончательную гибель Белого движения на юге России в ноябре 1920.

Белое движение подвело итог дооктябрьской России, в белом тылу получили ускоренное и полное завершение те экономические, социальные, политические и духовные процессы, которые привели Россию к революционному кризису 1917. Попытки Белого движения вдохнуть в дофевральскую Россию новую жизнь закономерно закончились поражением.

Тем не менее, Белое движение, опираясь на неустойчивую поддержку средних слоев и половинчатую помощь союзников, своим отчаянным сопротивлением затянуло Гражданскую войну в России на три года. И в исторической перспективе Белое движение отнюдь не потерпело полного поражения. Ибо, подавляя его вооруженное сопротивление, большевистская власть в России сумела победить и окончательно утвердиться только ценой перерождения из «пролетарской демократии» в тоталитарный режим.

Дайте характеристику Белого движения (цели, участники, методы борьбы). Кто и почему поддержал и не поддержал белых генералов?

Основа «белых» — офицеры российской армии, профессиональные военные. Важное место в среде белогвардейцев занимали крестьяне, из которых происходили некоторые лидеры движения. Были представители духовенства, буржуазии, казачества, интеллигенции. Политический костяк – кадеты, монархисты.

Политические цели «белых»:
Уничтожение большевиков, власть которых «белые» считали незаконной и анархической. Движение боролось за восстановление дореволюционных порядков. Борьба за неделимую Россию. Созыв и начало работы Народного собрания, которое должно базироваться на защите государственности, всеобщем избирательном праве. Борьба за свободу веры. Ликвидация всех экономических проблем, решение аграрного вопроса в пользу народа России. Формирование активных и деятельных местных органов власти и предоставление им широких прав в самоуправлении.

Этапы деятельности «белых»:
На первом этапе (1917 – начало 1918) движение быстро развивалось, ему удалось захватить стратегическую инициативу. В 1917 году еще практически отсутствовала социальная опора и финансирование. Постепенно формируются подпольные белогвардейские организации, ядро которых составили офицеры бывшей царской армии. Этот этап можно назвать периодом становления и формирования структуры движения и главных идей. Первая фаза стала успешной для «белых». Главная причина – высокий уровень подготовки армии, в то время как «красная» армия была неподготовленной, разрозненной.
В 1918 году произошла перемена в расстановке сил. В начале этапа «белые» получили социальную опору в виде крестьян, не довольных экономической политикой большевиков. Некоторые офицерские организации начали выходить из подполья. Примером яркой антибольшевицкой борьбы стало восстание Чехословацкого корпуса.
В конце 1918 – начале 1919 годов – время активной поддержки «белых» государствами Антанты. Военный потенциал «белых» постепенно укреплялся.
С 1919 года «белые» теряют поддержку иностранных интервентов, терпят поражение от Красной Армии. Военные диктатуры, основанные ранее, падали под натиском «красных». Действия «белых» не были успешными в связи с комплексом экономических, политических и социальных причин. С 1920-х термин «белые» применялся по отношению к эмигрантам.

Охарактеризуйте цели Белого движения. Было ли оно единым?

Белая армия, или Белое движение (также используются названия «Белая гвардия» , «Белое дело» ) — собирательное наименование политических движений, организаций и воинских формирований, противостоявших большевикам в годы Гражданской войны.
Участники движения именуются «белогвардейцами» . К белогвардейцам не относят анархистов (Махно) и так называемых «зелёных» , которые воевали и против «красных» , и против «белых» , и националистические вооружённые формирования, создававшиеся на территории бывшей Российской империи с целью завоевания самостоятельности тех или иных национальных территорий.
Происхождение термина «Белая армия» связано с традиционной символикой белого цвета как цвета сторонников законного правопорядка. «Белыми» их стали называть большевики, чтобы связать их в сознании масс с прежней монархистской Россией ([1]) — сами сторонники белого движения называли себя иначе, например, добровольцами или Русской армией. По окончании Гражданской войны разрозненные группы бежавших за границу участников Белого движения, совершавших нападения на приграничные районы Советской России, именовали «белобандитами» . При именовании иностранных вооружённых подразделений, оказывавших поддержку белогвардейским войскам или действовавших самостоятельно против советских войск, также использовался корень «бело-»: «белочехи» , «белофинны» , «белополяки» , «белоэстонцы» .
Основа Белого движения — офицерство старой Русской армии; руководство — представители старого генералитета: Л. Г. Корнилов, М. А. Алексеев, А. И. Деникин, А. В. Колчак, Е. К. Миллер, Н. Н. Юденич, П. Н. Врангель и другие.

Цели и идеология

Белое движение зародилось зимой 1918 после разгона большевиками Учредительного собрания, которое было призвано мирно решить вопрос о государственном устройстве России после Февральской революции. Первоначально целью движения был созыв нового Учредительного собрания. Однако, лозунг Учредительного собрания постепенно терял привлекательность в условиях хаоса, охватившего страну, альтернативой ему стала военная диктатура под лозунгом спасения отечества. В противовес распространённому мнению, монархисты составляли лишь небольшую часть Белого движения. Большую роль играли различные правительства, образовавшиеся на местах, разнородные по своему политическому составу, но единые в идее неприятия большевизма. Таким было, например, Самарское правительство, «Комуч», большую роль в котором играли представители левых партий.
Централистским устремлениям Деникина и Колчака противились казаки, которые, хотя и были самыми организованными и злейшими врагами большевиков, но постепенно начали противопоставлять себя русским и неохотно воевали за пределами своих земель

История

Борьба на Юге России
Ядром Белого движения на юге России стала Добровольческая армия, созданная под руководством генералов Алексеева и Корнилова. Районом первоначальных действий Добровольческой армии была Область Войска Донского и Кубань. После гибели генерала Корнилова во время осады Екатеринодара, командование белыми силами перешло к генералу Деникину. К лету 1918 армиям Деникина удалось установить контроль над всем Северным Кавказом и территорией от Волги до Днепра (см. также Гражданская война на Дону) .
В ходе наступления на Москву летом и осенью 1919 1-й корпус Добровольческой армии под командованием ген. Кутепова взял Курск (7 сентября) , Орел (30 сентября) и начал движение на Тулу. 17 сентября части ген. Шкуро заняли Воронеж. Однако сил для развития успеха у белых не хватило. Поскольку основные губернии и промышленные города центральной России находились в руках красных, последние имели преимущество как в численности войск так и в вооружении. Кроме того, в Таврии и Екатеринославской губернии активно действовали отряды крестьян-анархистов («махновцы»), наносивших значительный вред тылам и снабжению белой армии. В результате наступление на Москву провалилось и под натиском конницы Будённого белым пришлось отступить на юг.

3. Программа белого движения.

Программа
белого движения на первом этапе
гражданской войны была сформулирована
в документах Добровольческой армии. Ее
глав­ные цели: объединить разрозненные
элементы белых и привлечь низы (крестьян,
рабочих), чтобы обеспечить выход из
гражданской войны и восстановление
государства. Эта программа представляла
собой аль­тернативу платформе Советской
власти, провозглашенной осенью 1917 г.
Политическая программа белого движения
включала следующее:

1.
Уничтожение большевистской анархии и
водворение в стране пра­вового порядка.

2.
Восстановление могущественной единой
и неделимой России.

3.
Созыв Народного собрания на основах
всеобщего избирательного права.

4.
Проведение децентрализации власти
путем установления областной автономии
и широкого местного самоуправления.

5.
Гарантия полной гражданской свободы и
свободы вероисповедания.

6.
Немедленно приступить к земельной
реформе для устранения зе­мельной
нужды трудящегося населения.

7.
Немедленное проведение рабочего
законодательства, защища­ющего
трудящиеся классы от эксплуатации их
государством и капи­талом.

Программа
носила общий, декларативный характер,
по­скольку слишком разные интересы
надо было учесть. Увлечь такими ло­зунгами
массы, испытывающих симпатии к советской
демократии, было невозможно. Отражены
были важные для масс вопросы: аграрный
и рабочий. Однако постановка этих
вопросов слишком об­щая для того,
чтобы привлечь массы на сторону белых.
Она не могла соперничать, например, с
Декретом о земле. Ничего не говорилось
о ликвидации или других формах мобилизации
помещичьей собствен­ности на землю.
Следовательно, крестьянство не могло
пойти за такой программой.

Белое
движение, которое ориентировалось либо
на прошлое, либо на чисто западный выбор,
не могло длительно противостоять идеалам
Советской власти, которые имели массовую
поддержку, не могло стать базой для
консолидации и восстановления России.
Большинство насе­ления отвергало как
прошлое с его нищетой, неграмотностью,
деспо­тизмом, так и чисто западный
выбор. Белое движение было обречено с
самого начала, поскольку не хотело
всерьез считаться с интересами
большинства. Вопрос был только во
времени. Сколько его будет у бе­лых,
зависело от положения в советском
лагере. Там шли свои слож­ные процессы.
7;317-319

4. Диктатура пролетариата.

В
условиях обвального распада, когда,
казалось, ничего уже не соединить, начала
оформляться система власти, в корне
отличная от того идеала, который
поддержало большинство народа в ходе
революции. Эту систему власти принято
было именовать диктатурой пролетариата.
Поскольку марксизм-ленинизм был
единственной теоретической осно­вой
в категориях которой разрешалось
отражать действительность, другого
обозначения и быть не могло. Ведь выбор
был невелик: либо диктатура буржуазии,
либо диктатура пролетариата. Однако
диктатуры пролетариата в действительности
никогда не было.

Новая
система власти являлась жестко
централизованной, антиде­мократической,
с широким применением диктаторских
методов. Она вносила ярко выраженный
антизападный, антирыночный
(антикапиталистический) характер. Эта
система не была классовой. Она была
направлена против классов, частной
собственности, рынка, всех форм демократии,
включая советскую. Становление жест­кой
организации общества происходило на
базе аппарата в партии большевиков,
имевшей всероссийский характер. Он стал
становым хребтом системы власти,
собирающей рассыпавшееся общество в
силу следующих причин:

1.
В условиях развала партия большевиков
сохранила всероссийскую организацию:
ячейки на фабриках, заводах, на селе, в
массовых ор­ганизациях (профсоюзы,
Советы и т. д.). Благодаря тому, что пар­тия
имела свои организации на фабриках,
заводах, в полках, райо­нах и городах,
она выступила готовой основой для
формирования структур власти.

2.
Партия была воспитана в традициях
жесткой дисциплины, имела централизованный
характер управления, сохранила
работоспособ­ные партийные структуры
на всех уровнях: ЦК, областное бюро,
гу­бернские, городские комитеты.

3.
Партия большевиков имела в своем
распоряжении отряды воору­женных
людей: Красная гвардия, революционные
солдаты и матро­сы. Имела аппарат
управления и организации вооруженных
сил военные организации большевиков в
армии. Совокупность этих условий
позволила партии большевиков пре­вратиться
в несущую конструкцию для властных
структур. Она пе­рестала быть элементом
гражданского общества, политической
орга­низацией.

Власть
по форме оставалась советской, Советы
продолжали функционировать. Однако
власть уже не соответствовала идеалам
револю­ции. Выборные советские органы
потеряли всякое значение и превра­тились
в ширму, контролируемую большевиками.
Возросла роль ис­полнительных органов.
ВЦИК — высший орган власти между съездами
Советов — не играл никакой реальной
роли. Первую скрипку играл Совет Народных
Комиссаров, который был исполнительным
органом. Именно СНК определял политику.
Важнейшие законы (декреты) пер­вых
послереволюционных лет были приняты
СНК или вообще вышли из-под пера одного
человека — В.И. Ленина, главы правительства,
лидера Коммунистической партии. Съезды
Советов собирались лишь для освещения
тех или иных решений, для их легитимации.
Происходило сращивание партийного
(большевистского) и советского аппаратов.
Прерогатива принятия решений очень
скоро перешла к партийным органам.

Партия
большевиков, ее лидеры, придя к власти,
не в состоянии были адекватно оценить
ситуацию, часто неосознанно, ощупью шли
за событиями, пытаясь во что бы то ни
стало удержаться у власти. Искали
теоретическое обоснование диктатуре
и находили. В.И. Ленин писал: «Советский
социалистический демократизм единоличию
и диктатуре нисколько не противоречит…
Волю класса иногда осуществляет диктатор,
который иногда один более сделает и
часто более необходим». Ленин был
предельно откровенен: «Когда нас упрекают
в диктатуре одной партии, мы говорим:
«Да, диктатура одной партии! Мы на ней
стоим и с этой почвы сойти не можем».
Сохранение лозунга Советской власти
позволяло скрывать истинный характер
власти, легитими­ровать ее.

Идеалы
советской демократии, глубоко укорененные
в общественном сознании масс, были
использованы для ликвидации форм
демократии западного типа: многопартийности,
элементов парламентаризм разделения
властей, основ гражданского общества.

Особенно
ярко процесс разрушения виден на примере
ликвидации многопартийности, важнейшего
достижения в демократизации России,
создании гражданского общества с
середины XIX в. Уничтожение мно­гопартийности
началось сразу же после прихода
большевиков к власти Разгрому подверглись
прежде всего сторонники западного
выбора — партия кадетов и те, кто ее
поддерживал. Уже 27 октября 1917 г. кадеты
были объявлены партией врагов народа,
то есть фактически поставле­ны вне
закона. Запрет касался не только
собственно партии, но и либе­ральных
идей в целом. Определение «кадетская»,
к чему бы это ни от­носилось, влекло
применение жестких мер со стороны
большевиков. Та часть общества, которая
выступала за развитие по европейскому
об­разцу, была лишена лидеров,
возможностей для выражения своей точки
зрения. Под удар попала значительная
часть интеллигенции.

Но
большевики на этом не остановились.
Весной 1918 г., после смерти Г.В. Плеханова,
была разгромлена Всероссийская
социал-демократическая организация
«Единство», резко осуждавшая
больше­виков. Судьба партий меньшевиков
и эсеров резко пошла под уклон с раз­гоном
Учредительного собрания. Уже с весны
1918 г. в советской печа­ти в отношении
меньшевиков использовался термин
«социал-предатели», они обвинялись в
прямом пособничестве внутренней
контрреволюции и интервенции. На самом
деле меньшевики стремились занять
позицию средней силы, осуждали интервенцию
как вмешательство во внутренние дела
России. Эсеры и меньшевики еще пытались
работать в Советах, принимали участие
в заседаниях III и IV съездов Советов,
выступали с резкой критикой большевистской
политики. 14 июня 1918 г. был принят декрет
об исключении из ВЦИК и Советов всех
уровней представителей меньшевиков и
эсеров как контрреволюционных партий.
Это означало, что эти партии объявлены
вне закона. Большевики этим запретом
реши­тельно разрывали с социалистическими
партиями.

Большевики,
строя систему власти, опирались на левых
эсеров, ко­торые поддержали их в момент
взятия власти, имели влияние во ВЦИК и
Советах, входили в правительство.
Сотрудничество левых эсеров с большевиками
проходило не без трений. Наиболее остро
и открыто разногласия между ними
проявились по поводу Брестского мира:
ПЛСР (левые эсеры), как и «левые
коммунисты» в партии большеви­ков,
настаивала на введении революционной
войны. После ратифика­ции IV Чрезвычайным
съездом Советов мирного договора с
Германией левые эсеры вышли из состава
правительства. Так закончилось недол­гое
сотрудничество левых эсеров с большевиками
в правительстве. Си­туация усугубилась
весной и особенно летом 1918г., когда
большеви­ки, вопреки протестам левых
эсеров, провели через ВЦИК декреты о
продовольственной диктатуре и о комитетах
бедноты.

Фракция
левых эсеров на V Всероссийском съезде
Советов, включавшая партийные верхи,
была арестована во время заседания в
Большом театре. Уже 7 июля начались
массовые аресты левых эсеров. Представители
этой партии исключались из местных
Советов. Сразу после июля большевики
формально не отказались от совместной
работы с левыми эсерами. Однако условия,
которые ими при этом выдвигались
(осуждение курса своего ЦК, личная
подписка о лояльности и т.п.) были
неприемлемы для многих, не утративших
понятия о партийной чести. К концу июля
ПЛСР потеряла все свои позиции в
управлении стра­ной. Последняя крупная
партия сходила с политической арены.

В
этих условиях развернулся распад партии.
В сентябре 1918 г. из нее вышли партия
народников-коммунистов и партия
революционного коммунизма.

Некоторые
лидеры левых эсеров в 1918 — 1919 гг. вступили
в РКП(б). Тем не ме­нее, разбитая партия
левых эсеров продолжала существование
в виде небольших групп. Окончательно
они сошли с политической сцены в 1923г.

Таким
образом, уже летом 1918 г. от многопартийной
системы России остались лишь осколки:
слабые группы, некоторые изолированные
ор­ганизации. В ходе гражданской войны
большевики легализовали меньше­виков
(ноябрь 1918 г.), правых эсеров (март 1919
г.). Однако они не смогли восстановиться
в полной мере как партии. А левые эсеры
и такой мило­сти не удостоились.

Новая
общественная система получила правовую
базу для своего существования и
укрепления. На V Всероссийском съезде
Советов (июль 1918 г.) была принята
Конституция РСФСР. Первоначально в
комиссию ВЦИК по подготовке Конституции
входили наряду с боль­шевиками
представители левых эсеров и максималистов,
но они не смогли повлиять на се содержание.
Окончательный текст основного за­кона
Советской России был составлен комиссией
ЦК РКП (б), предсе­дателем которой был
В.И. Ленин. Эта Конституция означала
колос­сальный откат в области
демократии, особенно по сравнению с
1917 г., когда в условиях революции Россия
стала самой свободной страной в мире.
Теперь законодательно закреплялась
диктатура партии больше­виков. Именно
это скрывалось за формулой «диктатура
пролетариата в форме Республики Советов».

Формально
текст Конституции содержал все
общепринятые для де­мократических
стран права. Но на самом деле не только
ликвидирова­лись все достижения в
сфере демократии, но и перекрывались
каналы для легального существования
политического плюрализма, функцио­нирования
гражданского общества. Одно из важнейших
демокра­тических достижений революции
1917 г. — всеобщее избирательное право,
которое выдвинуло Россию вперед даже
по сравнению с запад­ными странами,
было отменено.

Избирательного
права были лишены экономически независимые
классы и слои, так называемые «нетрудящиеся
группы», для которых, очевидно, новая
общественная система была неприемлемой
так же, как и они для нее. Избирательное
право представлялось лишь рабочим,
солдатам, крестьянам и казакам, «не
пользующимся наемным трудом с целью
извлечения прибыли» (по достижении
18 лет).

В
соответствии с Конституцией РСФСР 1918
г. местные власти могли по своему
усмотрению расширять круг людей, лишенных
прав (лишенцев), за счет лиц с «подозрительным»
социальным и политиче­ским происхождением.
Это открывало возможности для безграничного
произвола в условиях жесткой диктатуры.
Выборы в Советы были многостепенными.
Население прямо избирало лишь городские
и сель­ские советы. Все остальные —
через многоступенчатую систему.

Права
и свободы граждан: свобода слова, союзов,
собраний, совести, печати и т.д. —
предоставлялись лишь тем слоям населения,
кото­рые были заинтересованы в новой
общественной системе, поскольку не
могли существовать независимо от нее.
Провозглашен­ные свободы этим гражданам
реализовать было практически невоз­можно.
Что значит свобода печати, слова для
неграмотного или мало­грамотного
населения? Это пустой звук. А те, кто мог
этим правом вос­пользоваться, были
его лишены.

Но
главное — в Конституции провозглашались
переход основных средств производства
в собственность народов в лице государства,
«полное устранение деления общества
на классы, установление социа­листической
организации труда». Это означало: процесс
ликвидации класса собственников,
рыночных структур, всего, что представляло
за­падный тип, а также процесс тотального
огосударствления общества получили
законодательную основу. Таким образом,
в советском лагере оформлялись силы,
которые принято называть, красными.
Вокруг партии большевиков, подчи­нившей
Советы и формировавшей властные
структуры, сплачивались слои, которые
и составили социальную базу этой системы
на первом этапе.

стоковых иллюстраций изометрии мишени — 4636 стоковых иллюстраций, векторов и клипарт цели

Изометрическая мишень и стрела. Стрелка попала в центр целевой изометрической векторной иллюстрации. Бизнес-концепция

Изометрические бизнесмен, стреляющий из лука и стрел. Успех. Стрела попала в центр мишени. Достижение бизнес-цели. Концепт

Изометрическая концепция дизайна в стиле градиента социального маркетинга с целевой целью, баннер веб-сайта бизнес-аналитики.Шаблон

Изометрические бизнесмен, направленный на цель. Бизнес-концепция. Концепция веб-дизайна

Концепция экономии управления временем с людьми в команде, работающими вместе с деньгами, целями больших часов и книгами с современной изометрией. Стиль — векторные иллюстрации

Движение цели через препятствие плоский 3d изометрический вектор.Цель движения цели через препятствие плоская 3d изометрия изометрическая бизнес-концепция веб-вектор

Изометрическая ракета с джойстиком, летящая к красной цели, запуск и бизнес-концепция. Вектор и иллюстрация

Дартс целевой изометрический символ, изолированные в черном и белом. Изометрические символ мишени дартс изолированы, векторные иллюстрации графический дизайн

Дартс целевой изометрический символ изолированы.С листьями на фоне всплеск, векторные иллюстрации графический дизайн

Изометрическая иллюстрация привлечения целевой аудитории. Маркетинг, рекламная кампания, рост трафика, концепция квартиры стратегии SEO. Дартс со стрелками, стрелками вверх

Желтый значок цели, изометрический стиль. Желтый значок цели. Изометрические желтой целевой векторной иконки для веб-дизайна, изолированные на белом фоне

Маркетинг в социальных сетях и концепция целевой аудитории.Изометрическая воронка инфографики удержания клиентов. Стратегия

Попади в цель — современный изометрический векторный веб-баннер. На белом фоне с копией пространства для текста. Композиция высокого качества с бизнесменом, стреляющим стрелами

Мишень с набором иконок со стрелками, изометрический стиль. Цель с установленными значками стрелки. Изометрическая иллюстрация 9 мишеней со стрелками, логотипами для веб-сайтов

Владелец банка мульти инвестиционная целевая квартира 3d веб изометрическая концепция.Владелец банка, инвестор, мульти инвестиционная цель плоская 3d веб-изометрическая инфографическая концепция вектор

Изометрическая концепция анализа целевой аудитории. Поиск и анализ целевой аудитории в процессе разработки приложения. Сбор пользовательских данных и исследование рынка

Значок календаря цели, изометрический стиль. Значок целевого календаря. Изометрические иллюстрации целевой вектор значок календаря для Интернета

Целевая аудитория фокус-группы для видеопотока цифрового контента, маркетинга, рекламы, Изометрические плоские векторные иллюстрации концепции.Таргетинг в толпе людей

Мишень и дротик, изометрический бизнес. Иконка

против целевой изометрической значок векторные иллюстрации. Против вектора значка цели. Изометрические против целевой знак. Цвет изолированных символ иллюстрации

Успешный деловой мужчина и женщина нажмите стрелку в целевой стратегии успеха изометрии. Векторная иллюстрация

Целевой флажок изометрические значок векторные иллюстрации.Целевой вектор значка галочки. Изометрические целевой знак галочки. Цвет изолированных символ иллюстрации

Цель на листе изометрической значок векторные иллюстрации. Цель на векторе значка листа. изометрическая цель на листе знака. Цвет изолированных символ иллюстрации

Таргетинг на конкретную папку изометрические значок векторные иллюстрации. Таргетинг на определенный вектор значка папки. изометрическая цель к определенному знаку папки.цвет изолированный

Красный значок цели для стрельбы из лука, изометрический стиль. Красный значок цели стрельбы из лука. Изометрические красной мишени для стрельбы из лука для веб-дизайна на белом фоне

Heart Target изометрические значок векторные иллюстрации. Вектор значок цели сердца. Изометрические сердце целевой знак. Цвет изолированных символ иллюстрации

Бизнесмен бежит к цели.Изометрические векторные иллюстрации. S

Стрелка попала в значок цели, изометрическая 3d стиль. Стрелка попала в иконку цели в изометрической 3d стиле на белом фоне

.

демократов прямо поощряли насилие на улицах. Смотать назад будет нелегко — RT Op-ed

Graham Dockery

Graham Dockery

— ирландский журналист, комментатор и писатель RT. Ранее он работал в Амстердаме, писал статьи для DutchNews и ряда местных и национальных газет.

— ирландский журналист, комментатор и писатель RT. Ранее он работал в Амстердаме, писал статьи для DutchNews и ряда местных и национальных газет.

Протесты и беспорядки в США вышли из-под контроля. Однако это не спонтанные демонстрации. Вместо этого их подстрекают демократы, которые, кажется, одержимы желанием сжечь Америку дотла.

Для тех, кто питается дезинформацией в основных средствах массовой информации, протесты, охватившие США, не более чем протесты. Это обычные дела, выражение недовольства и негодования по поводу существующего положения вещей, которое угнетает афроамериканцев и лишает их прав и привилегий, предоставляемых белым.

Также на rt.com
А теперь последствия … Новые судебные процессы и убийства станут неизбежными последствиями попытки мафии захватить власть в США.

Это могло быть правдой на протяжении всего дня после смерти Джорджа Флойда в мае, и некоторые из протестующих, без сомнения, все еще чувствуют, что ведут добрую борьбу. Но гораздо больше людей вышли на улицы, чтобы совершить наглые акты насилия, грабежа и преступности. Тысячи были ранены и более 32 человек были убиты, в том числе двое из них были застрелены подростком Кайлом Риттенхаусом при очевидной самообороне в Кеноша во вторник вечером.

Беспорядки были спровоцированы лидерами демократов, которые в лучшем случае извиняли, а в худшем — поощряли самые подлые эксцессы толпы.

Последней целью мафии был сенатор от Кентукки Рэнд Пол. К Полу и его жене в четверг вечером обратилась кричащая толпа бунтовщиков у здания Республиканской национальной конвенции в Вашингтоне, округ Колумбия. Объясняя это событие Fox News в пятницу, Пол сказал, что «если бы они напали на нас, они бы повалили нас на землю, мы могли бы не погибнуть, могли бы просто получить травмы в результате удара ногой по голове или ногой. желудок, пока мы не потеряли сознание.”

Также на rt.com
Сенатор-республиканец Рэнд Пол подвергся нападкам и преследованиям со стороны толпы из более 100 человек после выступления Трампа

Если кто-то из демократов и может претендовать на заслугу в подстрекательстве к жестоким уличным преследованиям, то это конгрессмен из Калифорнии Максин Уотерс. Еще в 2018 году Уотерс сказала своим сторонникам, что, если они сталкиваются с союзником президента Дональда Трампа публично, , «вы выходите и создаете толпу, вы давите на них, и говорите им, что они больше не приветствуются, куда угодно.

Когда вы смотрите все видео, на которых сторонники Трампа становятся жертвами нападений и нападений у Белого дома сегодня вечером, напомню, что один из ведущих голосов демократов, Максин Уотерс, буквально поощряла такое поведение. pic.twitter.com/v5o4bxWpKO

— Келб Халл (@CalebJHull) 28 августа 2020 г.

Ее сторонники буквально следовали ее словам, преследуя и угрожая республиканским чиновникам на улицах и в ресторанах все лето. Однако с тех пор насилие усилилось, как и риторика.

Конгрессмен Массачусетса Аянна Прессли — член так называемой «команды» и любимец СМИ — на прошлой неделе призвала к мобилизации «уличных беспорядков» против администрации Трампа. Еще в июне, когда сгорели Миннеаполис и Портленд, Камала Харрис, ставшая теперь кандидатом в президенты Джо Байдена, предупредила общественность, что беспорядки — это «движение» , которое «не прекратится».

«Осторожно, все!» — воскликнул Харрис. «Они не собираются останавливаться до дня выборов в ноябре, и они не собираются останавливаться после дня выборов.Они не собираются сдаваться и не должны ».

Левые истребители

Мой хороший друг однажды назвал американское левое крыло «левыми интерахамве». Учитывая события последних месяцев, сравнение уместно.

Интерахамве были политическим движением хуту в Руанде в начале 1990-х годов, которое способствовало совершению отвратительного геноцида против национального меньшинства тутси. Непосредственно перед началом бойни в 1994 году радиостанция хуту выпустила загадочную передачу: «Срубите высокие деревья. хуту по всей стране взяли в руки винтовки и мачете и за три месяца зарезали примерно от 500 000 до 1 000 000 тутси. Геноцид был беспощадным: сосед убивал соседа в деревнях, школах и церквях.

Эта передача была осуществлена ​​после года радиопередач против тутси, в течение которых представители хуту разжигали ненависть к тутси. Как и хуту в Руанде, американские левые перекрыли все возможности для сближения и примирения.Вы только посмотрите на преследование любого, кто отказывается падать ниц перед проснувшейся толпой. Затем посмотрите на варварство, которое левые глашатаи желают своим врагам.

Также на rt.com
«Ты христианин !?» Активисты BLM преследуют посетителей ресторанов, которые отказываются поднимать кулаки и выкрикивать лозунги (ВИДЕО)

Хотя это правда, что уличное насилие — это мир, далекий от систематических казней, левые американские левые в чем-то похожи.За исключением того, что Демократической партии не нужно скрывать свое послание поэтическими эвфемизмами интерахамве. Вместо этого они просто приказывают своим уличным боевикам выйти и устроить ад.

Ни один видный демократ не выступил с четким и недвусмысленным осуждением насилия. На этой неделе Джо Байден кротко умолял мафию проявить некоторую сдержанность, но это произошло только после того, как число его опросов резко упало.

Также на rt.com
Принимая реплики Дона Лимона? Байден спешит осудить бунты Кеноши после того, как ведущий CNN заявил, что молчание Демократической партии «обнаруживается в опросах».

Вряд ли они все равно послушают.Если бы они были открыты для рассуждений, толпа, выкрикивающая «Breonna Taylor» у Рэнда Пола, поняла бы, что Пол на самом деле пытался принять Закон о справедливости для Breonna Taylor в Сенате ранее этим летом. Закон запретил бы «запрещенных» ордеров на , вроде тех, что выдавало полицейское управление Луисвилля, когда в марте застрелили Тейлора.

Но у толпы есть вкус к насилию и давно забытый разум.

Байден, Харрис и Демократическая партия, вероятно, увидели возможность в движении Black Lives Matter.Они могли восхвалять протестующих на улицах, используя изображения тысяч марширующих демонстрантов, чтобы подчеркнуть недостатки администрации Трампа. Они могли даже закрыть глаза и позволить бунтовщикам вырваться на свободу в качестве своих неофициальных Tonton Macoutes , терроризируя политических оппонентов.

Тем не менее, даже с учетом того, что эти пугающие люди влияют на результаты опросов демократов, маловероятно, что уговоры Байдена их успокоят. Для этого их слишком накормили обнадеживающим агитпропом.Если Байден и Харрис выиграют в ноябре этого года, Харрис может получить именно то, о чем она просила.

Думаете, вашим друзьям будет интересно? Поделись этой историей!

Утверждения, взгляды и мнения, выраженные в этой колонке, принадлежат исключительно автору и не обязательно отражают точку зрения RT.

.