Содержание

БРЕСТСКАЯ УНИЯ 1596 г. — информация на портале Энциклопедия Всемирная история

         Окончательное решение церковных соборов Киевской митрополии, проходивших в разных городах Речи Посполитой и утвержденным в октябре 1596 г. в Бресте. Можно выделить две основные составляющие содержания решений: подчинение Киевской митрополии верховной власти папы римского и принятие католического вероучения, а также сохранение восточнохристианской византийской обрядности. Брестская уния стала причиной острого кризиса межэтнических и межконфессиональных взаимоотношений в Речи Посполитой.

Среди основных причин можно выделить следующие: активная прозелитская деятельность католического духовенства Речи Посполитой и внутренний кризис Киевской митрополии.

Причины и предпосылки: В XV в. происходит кризис Константинопольского патриархата, формальной частью которого была Киевская митрополия. В 1439 г. византийский император Иоанн VIII утвердил решения Флорентийского собора, объединившего под властью папы римского все восточные церкви (кроме московской митрополии, грузинской церкви и некоторых других). Несмотря на то, что к 1470-м гг. Флорентийская уния была фактически денонсирована со стороны восточных церквей, тем не менее, это сильно отразилось на взаимоотношениях восточнохристианских церквей, а также стало воплощением идеи унии как таковой. Взятие Константинополя турками в 1453 г. также сильно ослабило позиции Вселенского патриархата.

                С другой стороны, Московская митрополия (с 1589 г. – патриархат) не поддерживала активных отношений с православными Речи Посполитой и придерживалась изоляционистской политики. Все это ослабляло позиции Киевской митрополии. В этих условиях уже начиная с XV в. наблюдается процесс прозелитской деятельности католиков Речи Посполитой, направленной на обращение православных. Так во второй половине XV в. в западнорусских землях был основан ряд бернардинских монастырей.

          Прозелитской деятельности католиков способствовала соответствующая политика польских властей, желавших сплотить поликонфессиональное сочинение. Во многом это достигалось за счет того, что у католической аристократии и духовенства был во многом более высокий статус, чем у православных.

              В связи с началом Реформации в Речи Посполитой, прозелитская политика по отношениям к православным несколько ослабла. Тогда проявляются две важных составляющих в идеологии будущей унии: разрешение сохранения обрядной стороны и образа жизни духовенства как условия привлечения православных для спасения их душ в лоне католической церкви. Так же для католиков важным было представление о том, что православное население Речи Посполитой вступило в схизму «автоматически», то есть не по собственному заблуждению, а из-за слепого подчинения Константинопольскому патриархату. Все эти аргументы были изложены в трактате известного католического проповедника Петра Скарги «О единстве Церкви Божией под единым пастырем» 1577 г. Известны и другие издания этой книги до конца XVI в., что говорит о ее популярности. Идеи Петра Скарги легли в основу идеологии будущей церковной унии. Также во второй половине XVI в. в польской публицистике высказывались мысли о подчинении Киевской митрополии на условиях Флорентийской унии. Важным было то, что при таких более смягченных условиях, идея унии стала привлекать высшее православное духовенство, желавшее укрепить свой статус.

          Первое крупное проявление кризиса было во многом спровоцировано появлением в Киевской митрополии константинопольского патриарха Иеремии II, возвращавшегося в Константинополь из Москвы, где он поставил первого московского патриарха Иова. По просьбе крупного православного магната Константина Острожского Иеремия стал заниматься упорядочиванием дел в митрополии и вмешался в уже возникший конфликт между киевскими архиереями и православными братствами, желавшими поставить под свой контроль предстоятелей и финансы митрополии. Особой статьей обвинений со стороны братств был моральный облик некоторых архиереев, поставленных из светских лиц и обвиняемых в двое- и троеженстве. Иеремия лишил наиболее одиозных епископов хиротонии, снял с митрополичье кафедры митрополита Онисифора (Девочку) и поставил вместо него Михаила Рогозу. Отдельно он поддержал львовских братчиков в споре с епископом Гедеоном Балабаном.

               Все это побудило часть православных епископов искать поддержки у польского короля и, в конечном итоге, от папы римского. Сильным стимулом стал собор 1590 г., на котором присутствовали не только представители высшего духовенства, но и настоятели монастырей, протопопы и представители православных братств. Под их давлением и при поддержке митрополита Михаила львовский епископ Гедеон Балабан был осужден. Недовольные решениями Собора, епископы Луцкий, Холмский, Турово-Пинский и Львовский 24 июня 1590 г. обратились к королю Сигизмунду III с посланием, в котором выразили желание подчиниться власти папы как «единого верховного пастыря и истинного наместника св. Петра» при условии гарантии прав духовенства, изложенных в специальных «артикулах». В ответе, полученном спустя более полутора лет, король Сигизмунд гарантировал сохранить за епископами их кафедры.

 

             Заключение унии. В 1593 г. на соборе в Сокале епископ Гедеон, отказавшийся туда приехать, был отлучен от церкви. Одновременно с этим шла агитация среди прочих епископов, теперь к сторонникам унии примкнул епископ перемышльский Михаил Копыстенский. Крайне двузначно вел себя сам митрополит Михаил Рогоза, который, оставаясь формально ярым защитником православия, одновременно вел активную переписку с владимирским епископом Ипатием Потеем, ставшим новым главным идеологом унии.

             Обеспечив себе таким образом поддержку большинства епископата, сторонники унии в конце 1594 г. собрадись на совещание в Сокале. Там  были составлены адресованные папе Клименту VIII «артикулы» — условия, на которых епископы соглашались на подчинение Киевской митрополии его власти. Текст документа, по-видимому, дополнялся и переделывался, после того как в кон. 1594 г. к вышеназванным епископам присоединились митрополит Михаил и Владимиро-Волынский епископ Ипатий Потей, которые ранее в переговорах о заключении унии не участвовали. Решения совещания до сих пор вызывают сомнения, так как большинство епископов совещание игнорировало, а митрополит подписал послание, находясь под давлением со стороны Кирилла Терлецкого.

                Окончательно сформулированные условия унии были изданы 1 июня 1595 г. в обстановке тайны от всей остальной паствы и представляли из себя следующее: неприкосновенность православных догматов и обрядов, признание верховной церковной власти папы, охрана прав иерархов от притязаний панов и братств, сохранение церковных имений, приобретение для высшего духовенства сенаторских званий. Киевский митрополит должен был сохранить право ставить епископов западнорусской митрополии без вмешательства Рима, а польский король должен был способствовать утверждению власти епископов над паствой: подчинить им приходское духовенство, школы, типографии и братства, монастыри, назначать епископов по рекомендации Собора епископов митрополии и добиться уравнения в правах католического и униатского духовенства. Таким образом, западнорусские епископы стремились заручиться поддержкой Римско-католической церкви в своих конфликтах с паствой, надеясь, однако, получить автономию как по отношению к Риму, так и по отношению к светским властям.

                Ряд статей предусматривал запрет перехода из унии в католицизм, превращения православных храмов в костёлы, принуждения «русских» к переходу в католичество при заключении смешанных браков. Западнорусские архиереи рассчитывали, что отношения с Римом будут строиться по образцу отношений с Константинопольскими патриархами, которые не вмешивались во внутреннюю жизнь Киевской митрополии. По всей видимости католиков западнорусские архиереи, даже приняв решение подчиниться Риму, продолжали смотреть как на приверженцев иного исповедания.

               «Артикулы» были составлены в обстановке секретности и подписаны, помимо митрополита еще только двумя епископами архимандритом. Однако условия стали известны и благодаря Константину Острожскому преданы огласке, что вызвало волну возмущения во всех слоях православного общества Речи Посполитой. Началась острая полемическая борьба, в результате которой Гедеон Балабан и Михаил Копыстенский отказались участвовать в работе по утверждению унии и заявили о своей приверженности православию. Тогда же экхарх константинопольского патриарха Никифор призвал православных Речи Посполитой не подчиняться воле епископов униатов. Несмотря на то, что «артикулы» пока еще подразумевали лишь формальное подчинение папе, сам факт признания власти Рима означал в глазах широких слоев населения процесс окатоличивания.

           Все это поставило ярых сторонников унии в щекотливое положение – сохранить свои кафедры они могли только в результате заключения унии, которую необходимо было утвердить в Риме, что и произошло во время длительной поездки Кирилла Терлецкого и Ипатея Потея в ноябре 1595 – 1596 гг. в Рим. Папа Климент VIII согласился только на сохранение восточных обрядов (при условии, что «если только эти обряды не противоречат истине и учению католической веры и не препятствуют общению с Римской Церковью»). Папа гарантировал сохранение епископских кафедр, но не уравнение с правами католического духовенства. Митрополит киевский должен был утверждаться папой, все вероучение Киевской митрополии должно было соответствовать догматам католической церкви.

              В декабре 1595 г. епископы принесли присягу папе  «по форме, предписанной для греков, возвращающихся к единству Римской Церкви», таким образом окончательно было подчеркнуто, что Киевская митрополия – не равноправный партнер, а епархия «схизматиков», которых надо снова принимать в лоно Римской церкви.

               Результаты пребывания епископов в Риме оттолкнули от них часть сторонников унии, которые соглашались на объединие с Римом на условиях, выработанных летом 1595 г., но, однако обеспечили полную поддержку короля. Сигизмунд III предписал подавлять выступления противников унии. На Собор, созванный митрополитом Михаилом (Рогозой) в Бресте 6 окт. 1596 г., король направил своих представителей во главе с троцким воеводой Михаилом Радзивиллом, которого сопровождал военный отряд, таким образом, собор в Бресте происходил в атмосфере жесткого давления со стороны королевской власти. 9 окт. 1596 г. Собор, созванный митрополитом, провозгласил присоединение Киевской митрополии к Римской Церкви. В этот же день на православном соборе экзарх Никифор объявил о низложении заключивших унию епископов (через год Никифора арестовали по обвинению в шпионаже в пользу Москвы и заключили в тюрьму, где он и умер). Таким образом, состоялся раскол Киевской митрополии.

 

Последствия. По приказу короля оставшихся два православных епископа Гедеон Балабан и Михаил Копыстенский были поставлены вне закона, пастве запрещалось им подчиняться. Таким образом православная иерархия в Речи Посполитой была фактически запрещена. Униатская церковь при поддержке польских властей часто прибегала к захватам православных церквей и монастырей, чем принуждало местное население переходить в унию. Зачастую мещане, исповедовавшие православие не могли участвовать в городском самоуправлении, православные вельможи вытеснялись из сената, а ремесленники – из цехов.

                Такая жесткая религиозная политика во многом оттолкнула православное население Речи Посполитой от польского государства. Очень показательно, что Гедеон Балабан практически сразу после Брестского собора помирился с львовским братством. Он и Михаил Капыстенский долгое время тайно ставили священников и сумели сохранить преемственность православной Киевской митрополии до 1620 г., когда иерусалимский патриарх Феофан поставил киевского митрополита Иова Борецкого и восстановил иерархию в полной мере.

            Уния рассматривалась православным населением как грубое нарушение прав, полученных в предыдущие столетия и во многом стала идеей, объединявшей вокруг себя сторонников борьбы с Речь Посполитой и в т.ч. перехода под власть российских царей, что от части стало причиной трагических событий в Речи Посполитой в середине – второй половине XVII в. и изменению структуры международных отношений в Восточной Европе в последующее время. 

Брестская уния. История Беларуси


Уния церковная (лат. соединение) — слияние исповеданий православного и католического, причем, с одной стороны,
признается главенство папы, чистилище, нахождение Св. Духа и от Сына,
с другой — допускается брак белого духовенство и богослужение на родном языке, с сохранением восточных обрядов.



Религия в 1573 г.



Религия в 1750 г.


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, 1890 :



«
Уния не была случайными явлением; она не была и результатом личных только расчетов и своевольных действий отдельных представителей православной
церковной иерархия. Она была обусловлена исторической жизнью русской православной церкви в
Литве и явилась ее прямым результатом.


Главное препятствие к введению Унии заключалось в том, что западно-русская церковь была подчинена московскому митрополиту,
а последний всегда был ревностным противником не только какого-нибудь соединения, но даже сближения с католической церковью.


Около 1414 г. в Литве были очень недовольны московским митрополитом Фотием. Управлявший в то время Литвой Витовт решил учредить
самостоятельную литовскую митрополию. В 1415 г. в Новогрудке был собран собор западно-русских православных епископов,
и митрополитом был избран болгарин Григорий Цамбалак.


По смерти Витовта мысль об Унии не исчезала в Литве. По поводу соединения церквей входил в сношение с папой митрополит Герасим,
поставленный западно-русским митрополитом в 1433 г. из смоленских епископов.
Когда в 1439 г. была заключена Флорентийская Уния, литовское правительство признало ее и права католического духовенства были уравнены
с правами православного.


При Александре Ягеллоне была сделана новая попытка ввести в Литве Унию. В 1498 на киевскую митрополию был назначен смоленский епископ Иосиф Болгаринович, сразу начавший действовать в пользу Унии с Римом.
Он обратился к папе Александру VI с письмом, в котором исповедовал веру по образцу латинскому, признавал флорентийский собор
и отдавал себя и свою церковь под покровительство папы.


Преемник Александра Сигизмунд I относился к иноверцам, протестантам и православным вполне миролюбиво:
одним из наиболее влиятельных людей при нем был известный защитник православия в Литовской Руси,
князь Константин Иванович Острожский.
»



Религия в Речи Посполитой XVI век, А. Г. Киркор, 1882


1569 Люблинская Уния — создание Речи Посполитой


1573 Акт Варшавской конфедерации — провозглашение равенства всех религий.


1596 Брестская церковная Уния — принята для уменьшения межконфессиональных противоречий и снижения влияния Москвы на внутренние дела государства
— переход православных приходов в греко-католические (униатские). Как и в 1439 году были недовольные. Мученической смертью погиб
св. Иосафат Кунцевич — «апостол единения», архиепископ Полоцкий, проповедник Унии.

Униатство — «белоруская вера»


В московских документах начала XVI века — уже через 30 лет после Брестской униинии — Униатство именуется «белоруской верой». Униаты составляли
~40% населения, католики ~35%, прихожане РПЦ ~6%.


Переход в униатство — «Гэта неправільная фармуліроўка. Праваслаўныя заставаліся праваслаўнымі, проста біскупы дамовіліся, што цяпер яны пераходзяць
(ці вяртаюцца ў каталіцкім разуменні) у еднасць з Рымам.»
— поправил редакцию представитель Рыма-каталіцкага Касцёла ў Беларусі.


Униатство было не столько религиозным выбором, сколько выбором цивилизационной модели. Догмы и обряды православных, принявших Унию, остались прежними.
Однако, влияние Московского патриархата, жившего по Соборному уложению (основному закону Московского царства), более не оказывало давления
на внутренние дела ВКЛ.

[
Интересно сравнить первую статью московского Соборного Уложения (действовало с 1649 по 1832) с первой статьей Статута ВКЛ
(действовал с 1566 по 1840). «Вси обыватели Великого князства Литовского тым одным правом писаным
и от нас даным сужоны быти мають»

( арт. 1, разд. 1,: «О персоне нашой Господарской»).
]


О прогрессивном характере Унии говорит жизнеописание Мелетия Смотрицкого (1577-1633) — публициста, филилога, архиепископа Полоцкого, Витебского и Мстиславского,
ярого защитника православия, ярого противника Унии, создателя «Грамматики» — основы церковнославянской грамматической науки на последующие 200 лет.
В 50-летнем возрасте он принимает Униатство.


Наряду с возможностью религиозного примирения, Уния подняла на качественно новый уровень всеобщее образование — по всей стране открывались школы и коллегиумы
иезуитов и базилиан (униатов), принявших иезуитские стандарты обучения. В них принимали к обучению всех, независимо от религиозной принадлежности.
О разнице между Унией и РПЦ много сказано в классическй работе А. Киркора
«Живописная Россия. Белорусское и Литовское Полесье» 1882
и в издании Гроденского Государственного Университета, 2002.


После раздела Речи Посполитой
Белорусские земли вступили в серую полосу своей истории.


В 1839 униатские приходы были переданы в ведение
Московского патриархата РПЦ.
Развитие образования и культуры затормозилось почти на столетие. На смену школам иезуитов и базилиан пришли
церковно-приходские школы РПЦ (открытию типовой такой школы великий А. П. Чехов посвятил свой рассказ «Кошмар»)


be-x-old.wikipedia.org
be.wikipedia.org
pl.wikipedia.org
uk.wikipedia.org
ru.wikipedia.org

Брестская церковная уния (1596 г). Краткий курс истории Беларуси IX-XXI веков

Брестская церковная уния (1596 г)

Проект унии предложили в 1595 году Михаил Рагоза (митрополит Киевско-Галицкий и всея Руси) и семь епископов. Это Гедеон Балабан (епископ Львовский, Галицкий и Каменецкий), Дионисий Збируйский (епископ Холмский и Белзский), Михаил Копыстенский (епископ Перемышльский и Самборский), Ипат Потей (епископ Владимирский и Брестский), Леонтий Пелчицкий (епископ Туровский и Пинский), Константин Терлецкий (епископ Луцкий и Острожский), Герман Хрептович (епископ Полоцкий и Витебский).

Князь Константин-Василь Острожский (1527-1608) поначалу поддержал идею унии, но накануне Собора изменил свою позицию. Таким же образом поступили двое ее инициаторов — Г. Балабан и М. Копыстенский. Их поддержали часть православной шляхты, духовенства и горожан.

С ноября 1595 по февраль 1596 года епископы И. Потей и К. Терлецкий находились в Риме. Они представили проект соглашения Папе римскому Клименту VIII и получили его одобрение.

И вот 6 октября 1596 года в Бресте начался Собор православных церквей Речи Посполитой, который должен был окончательно утвердить союз православных с католиками. С первого дня участники собора разделились на сторонников и противников унии (последних возглавили К. В. Острожский, Г. Балабан и М. Копыстенский). Обе группы заседали отдельно. Яростную агитацию против унии вели Никифор, экзарх патриарха Константинопольского, и Кирилл Лукарис, экзарх патриарха Александрийского. Их поддерживали бывший архимандрит Киево-Печерского монастыря Никифор Тур, его преемник Елисей Плетенецкий, ректор Острожской академии Герасим Смотрицкий.

Однако сторонников унии было намного больше.

На четвертый день Собора, 9 октября, в церкви Св. Николая состоялось торжественное провозглашение единой греко-католической церкви. Одновременно было оглашено пастырское послание о лишении сана Балабана, Копыстенского, Плетенецкого, Тура и Смотрицкого.

Король Жигимонт III Ваза горячо поддержал унию, призванную укрепить идейное единство духовенства и феодалов Речи Посполитой. Он утвердил ее своим универсалом от 15 декабря 1596 года.

Унию приняло большинство православного населения ВКЛ, увидевшее в ней реальный путь к единству в стране. Однако в отдельных регионах ВКЛ (Слуцк, Пинск, Могилёв, Орша) уния утверждалась с трудом. Сопротивление ей иногда принимало активные формы. Пиком такого сопротивления явился бунт в Витебске в ноябре 1623 года, где бунтовщики убили Полоцкого униатского епископа Иосафата Кунцевича[115].

Расследование, проведенное под руководством канцлера Льва Сапеги, показало, что витебский бунт не был «стихийным взрывом возмущения народных масс», как это утверждали царские, а затем советские историки. Его подготовило Виленское православное братство на деньги, полученные из Москвы. Руководитель бунта православный священник Степан Посьера и 77 его сообщников успели сбежать в Московию. Комиссии Л. Сапеги удалось арестовать и казнить только 19 погромщиков.

Переход православных в новую веру растянулся на много лет. Социальную базу униатства составляли крестьяне, мелкая шляхта и часть горожан. К концу XVII века количество униатов превзошло количество православных. А к 1772 году униатство исповедало 3/4 населения беларуских земель, в том числе 80-82 % крестьян.

Советские историки изображали униатскую церковь инструментом полонизации и окатоличивания беларусов. Этот тезис не соответствует историческим фактам. Уния не оправдала надежд польских политиков и Ватикана. Благодаря усилиям местных деятелей она стала барьером на пути окатоличивания беларусов и способствовала сохранению этноса в условиях полонизации, развернувшейся во второй половине XVII столетия — после «Потопа».

Историки-патриоты считают униатскую церковь национальной беларуской.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Брестская церковная уния — Студопедия

Брестская уния 1596 года — объединение католической и православной Церквей на территории Речи Посполитой.

Уния была принята на церковном соборе в Бресте. Согласно Брестской унии, православная церковь Украины и Белоруссии признавала своим главой римского папу, но сохраняла богослужение на славянском языке и обряды православной церкви. Заключение Брестской унии вызвало протесты крестьян, казаков, мещан, части православной шляхты, низшего духовенства, а первоначально — и некоторых крупных украинских феодалов.

Целью Брестской унии являлось обеспечение для высшего православного духовенства на территории Речи Посполитой положения, равного положению католического духовенства, а также ослабление притязаний московских князей на земли Белоруссии и Украины.

Заключение Брестской унии привело в последствии к созданию Украинской Греко-Католической Церкви. Последователи унии, лица, придерживавшиеся греко-католического (униатского) исповедания, именовались «униатами», причём это слово всегда несло в себе негативные коннотации при употреблении иерархами Русской и Украинской Православных Церквей

Для православных епископов основными причинами заключения унии были:

а) недовольство вмешательством в церковные дела организованного в братства мещанства;

б) желание освободиться от своей подчиненности восточным патриархам, которые не имели достаточной власти для защиты состояния православной церкви в Речи Посполитой;



в) необходимость сохранить свое привилегированное положение в новом государстве и добиться равенства с католическими епископами, которые заседали в сенате, имели титулы «князей церкви» и подчинялись только власти Папы и короля;

г) саму унию православные епископы рассматривали как равноправное объединение церквей под руководством Папы Римского, который после захвата турками Константинополя оставался единственным высшим церковным иерархом, который имел реальную власть.

Основные причины заключения унии для католических священников и польской шляхты:

а) необходимость идеологического обоснования захвата польскими магнатами украинских земель;

б) возможность увеличить количество подвластных Ватикана приходов за счет православной церкви при невозможности прямого насаждения католицизма в Украине, которая имела устойчивые долголетние традиции православия.


в) будущая униатская церковь воспринималась ими как второстепенная временная организация для покоренных украинских «мужиков», направленная на укрепление польско-католического влияния на присоединенных украинских землях.

Последствия подписания унии. Польское правительство считало унию обязательным для всех православных на территории Речи Посполитой. Православная религия оказалась на положении незаконной. Уния насаждалась силой. С помощью Брестской церковной унии польские паны и католическое духовенство надеялись денационализировать и ополячить украинский и белорусский народы. Украинские и белорусские крестьяне, мещане, казаки стойко боролись против навязывания католичества и униатства. Это была борьба против феодального и национально-религиозного гнета, против господства шляхетско-католической Польши. Она имела национально-освободительный характер.

48. Великая, Малая и Белая Россия – Великороссия, Малороссия, Белоруссия.

Выражения “Малая” Русь начинает появляться лишь в XIV веке, но ни этнографического, ни национального значения не имеет. Зарождается она не на русской территории, а за ее пределами. Возникла в Константинополе, откуда управлялась русская церковь, подчиненная константинопольскому патриарху. Пока татары не разрушили киевского государства, вся его территория значилась в Константинополе под словом “Русь” или “Россиа”. Назначавшиеся оттуда митрополиты именовались митрополитами “всея Руси” и резиденцией имели Киев, столицу русского государства. Так продолжалось три с половиной столетия. В 1300 г. митрополит Максим (родом грек) перенес, после татарского набега, свою резиденцию из разоренного Киева в Великий Владимир на Клязьме. Киев был нейтральным между двумя русскими великими княжениями — владимирским и галицким, так что пока столица митрополитов оставалась на старом месте, они могли быть митрополитами обеих частей всея Руси. Но когда Максим перенес столицу во Владимир, великое княжество галицкое оказалось в церковном отношении уже не равноправным с первой частью митрополии, а только как бы некоторым к ней придатком». Великий князь галицкий Лев Данилович, сын «короля русского», стал добиваться особой митрополии для своих областей. Он умер в 1301 г., и особой галицкой митрополии добился его сын Юрий I в первые же годы своего княжения. Это произошло, согласно греческой записи, в 1305 г. при императоре Андронике II и патриархе Афанасии Глике (1304—1312). Новая митрополия стала официально называться Галицкою, тогда как за митрополитом во Владимире остался титул «Киевского и всея Руси». Однако в просторечии галицкую митрополию стали, вероятно, сейчас же называть «митрополиею Малой Руси», в отличие от «митрополии Великой Руси», сохранившей большее число епархий.

Из другой греческих записей начала XIV века ясно, что «Великою Россиею» в представлении греков была некогда вся огромная Россия как единое целое. Когда же из этого целого выделилась меньшая часть (Галицкая и еще пять епархий из 19), то эта часть получила название «Малой», а за оставшейся, большей частью сохранилось название «Великая».

Как видно, деление это было чисто политическим, а не этнографическим. К Малой России были отнесены епархии юго-западные, подчиненные великому князю галицко-володимирскому. В Великой России остались не только Великий Новгород и Великий Владимир, но и Смоленск, Полоцк, Киев и епархии около Киева: Чернигов, Переяславль, Белгород.

Название «Малая Русь» оставалось преимущественно за галицко-волынскими областями. Но постепенно в течение 14-15 в. под довольно растяжимым названием «Малая Русь» стали понимать вообще русские области, подчиненные Литве и Польше,

Таким образом, понятие «Великая Руссия» появилось уже в XII веке и относилось ко всей Русской земле как единому целому. Затем, на протяжении XII и XIV вв., в период феодальной раздробленности, появляются названия «Малая и Великая Русь» в связи со стремлением к разделению единой русской митрополии на две и даже три части, в зависимости от политических обстоятельств. Термин «Малая Руссия» получил политическое содержание в Галицкой Руси в 1335 г., когда рядом с нею создались и политические понятия «Малая и Великая Польша». В XV в. название «Великая Русь» продолжает держаться, перемежаясь с равнозначащим ему названием «Белая Русь». С конца XVI в. названия «Великая и Малая Русь» становятся все чаще. С 1654 г. они твердо вошли в русский язык и политическую терминологию, причем под влиянием киевской учености приобрели греческую окраску — «Великая и Малая Росия». Эти названия пришли в Москву из Киева, восходя своими корнями к Византии.

Первое упоминание о Белой Руси в письменных источниках приходится на середину XIV в. Поначалу это обозначение относилось к восточной Руси или к землям, принадлежавшим Московскому княжеству. На одной из европейских карт того времени (1507) даже указано: «Россия Белая, или Московия». Судя по всему, происхождение названия связано с древнерусским городом Белоозеро, в котором, согласно «Повести временных лет», правил еще брат Рюрика Синеус.
На территории между Двиной и Днепром в XV—XVI веках образуется ареал нового восточнославянского народа. За этой территорией и закрепляется название Белая Русь. С середины XVI столетия название Белая Русь постепенно распространяется на территории Центрального региона и восток Понеманья, а потом и на земли вплоть до реки Принять. Употребление термина Белая Русь во второй половине XVI столетия обретает значение общебеларуского. В решениях Люблинского сейма 1569 года под Белой Русью подразумевались все вышеобозначенные территории. Земли Белой Руси, согласно документов сейма, начинались от Припяти и далее на север от неё. В XV веке термином Белая Русь все чаще называют северо-восточную Русь. Возможно, что он обозначал “вольную, великую или светлую” державу. Но в разные эпохи термин Белая Русь менял свое содержание. Так, в начале XVII века в Москве под Белой Русью понимали не только Белоруссию, но и украинские Киев и Волынь. Поляки в XVI веке называли всю Белоруссию Черной Русью, а Великороссию — Белой.

49. Красная и Черная Россия («Русь»). Галиция, Волынь, Подолия, Буковина, Дикое поле.

БРЕСТСКАЯ УНИЯ 1596 • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 4. Москва, 2006, стр. 196

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: Б. Н. Флоря

БРЕ́СТСКАЯ У́НИЯ 1596, со­гла­ше­ние, по ко­то­ро­му ду­хо­вен­ст­во пра­во­слав­ной Ки­ев­ской ми­тро­по­лии при­сое­ди­ни­лось к ка­то­лич. церк­ви, – под­чи­ни­лось вер­хов­ной вла­сти па­пы Рим­ско­го и при­ня­ло ка­то­лич. ве­ро­уче­ние.

Про­воз­гла­ше­ние Б. у. бы­ло пре­ж­де все­го ре­зуль­та­том ост­ро­го внутр. кри­зи­са пра­во­сла­вия на бе­ло­рус. и укр. зем­лях, свя­зан­но­го в тот мо­мент с ос­лаб­ле­ни­ем ор­га­ни­зац. функ­ций цер­ков­ных ин­сти­ту­тов, «об­мир­ще­ни­ем» зна­читель­ной час­ти ду­хо­вен­ст­ва и его не­спо­соб­но­стью вы­пол­нять пас­тыр­ские обя­зан­но­сти в ус­ло­ви­ях рос­та ду­хов­ных за­про­сов па­ст­вы. Унии не­ма­ло спо­соб­ст­во­ва­ла по­ли­ти­ка польских ко­ро­лей, при­вер­жен­цев гос­под­ство­вав­ше­го в Ре­чи По­спо­ли­той ка­то­ли­циз­ма, за­ин­те­ре­со­ван­ных в ус­та­нов­ле­нии ре­лигиозного един­ст­ва го­су­дар­ст­ва.

По­пыт­ки пре­одо­ле­ния кри­зи­са бы­ли пред­при­ня­ты на цер­ков­ных со­бо­рах, со­зы­вав­ших­ся в Бре­сте в 1590-х гг. Епи­ско­пы Ки­ев­ской ми­тро­по­лии, ру­ко­во­див­шие ра­бо­той со­бо­ров, ис­ка­ли вы­ход в уси­ле­нии сво­ей вла­сти, в бо­лее жё­ст­ком под­чи­не­нии этой вла­сти ду­хо­вен­ст­ва и ми­рян; зна­чи­тель­ная же часть пра­во­слав­но­го дво­рян­ст­ва и объ­еди­не­ния пра­во­слав­ных ме­щан – брат­ст­ва (см. так­же Брат­ские шко­лы) – ви­де­ли ко­рень зла в епи­ско­пах, ве­ду­щих мир­ской об­раз жиз­ни и не­дос­той­ных сво­его са­на. Уже в 1592 Львов­ское брат­ст­во об­ра­ти­лось к пат­ри­ар­ху Кон­стан­ти­но­поль­ско­му Иере­мии II, вер­хов­ной вла­сти ко­то­ро­го под­чи­ня­лась Ки­ев­ская ми­тро­по­лия, с пред­ло­же­ни­ем при­слать сво­его эк­зар­ха (пред­ста­ви­те­ля) для су­да над епи­ско­па­ми. От­ве­том на эти дей­ст­вия ста­ло за­яв­ле­ние епи­ско­пов об их же­ла­нии под­чи­нить­ся вла­сти па­пы Рим­ско­го и прось­ба о за­щи­те, об­ра­щён­ная к Си­гиз­мун­ду III, ко­то­рый взял епи­ско­пов под свою за­щи­ту, со­дей­ст­во­вав ус­та­нов­ле­нию их кон­так­тов с Ри­мом, а так­же вос­пре­пят­ст­во­вал по­пыт­кам пра­во­слав­ных до­бить­ся со­зы­ва со­бо­ра, на ко­то­ром был бы рас­смот­рен во­прос об ини­циа­ти­ве епи­ско­пов. Дей­ст­вия ко­ро­ля по­лу­чи­ли под­держ­ку ка­то­лич. маг­на­тов и епи­ско­пов и встре­ти­ли одоб­ре­ние пап­ст­ва, го­то­во­го уси­лить за счёт пра­во­слав­ной церк­ви свои по­зи­ции, ос­лаб­лен­ные рас­про­стра­не­ни­ем Ре­фор­ма­ции.

Епи­ско­пы Ки­ев­ской ми­тро­по­лии ле­том 1595 раз­ра­бо­та­ли ус­ло­вия, на ко­то­рых они бы­ли го­то­вы под­чи­нить­ся вла­сти па­пы Рим­ско­го, но в Ри­ме их да­же не ста­ли об­су­ж­дать. Ус­ло­вия унии бы­ли оп­ре­де­ле­ны в од­но­сто­рон­нем по­ряд­ке кон­сти­ту­ци­ей па­пы Кли­мен­та VIII (1592–1605) от 23.12.1595. Пра­во­слав­ные Ки­ев­ской ми­тро­по­лии долж­ны бы­ли под­чи­нить­ся вла­сти па­пы и при­нять ка­то­лич. ве­ро­уче­ние; при этом они мог­ли со­хра­нить свои осо­бые об­ря­ды, ес­ли они не про­ти­во­ре­чи­ли уче­нию ка­то­лич. церк­ви.

Со­зван­ный в Бре­сте со­бор лишь про­воз­гла­сил и одоб­рил при­ня­тые в Ри­ме ре­ше­ния. Од­но­вре­мен­но с этим со­бо­ром, со­зван­ным епи­ско­па­ми, их про­тив­ни­ки сре­ди пра­во­слав­ных со­зва­ли в Бре­сте свой со­бор во гла­ве с эк­зар­хом пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го. В его ра­бо­те при­ни­ма­ли уча­стие два епи­ско­па, боль­шое ко­ли­че­ст­во ду­хов­ных лиц, пред­ста­ви­те­ли пра­во­слав­но­го дво­рян­ст­ва и братств. Его уча­ст­ни­ки не при­зна­ли ре­ше­ний, при­ня­тых в Ри­ме, и объ­я­ви­ли о низ­ло­же­нии при­няв­ших унию епи­ско­пов. В свою оче­редь, уча­ст­ни­ки со­бо­ра епи­ско­пов ли­ши­ли са­на сво­их про­тив­ни­ков. Речь По­спо­ли­та при­зна­ла за­кон­ны­ми лишь ре­ше­ния со­бо­ра епи­ско­пов и по­тре­бо­ва­ла от пра­во­слав­ных пол­но­го им под­чи­не­ния.

Главным по­след­ст­ви­ем за­клю­че­ния Б. у. стал рас­кол бе­ло­рус. и укр. пра­во­слав­но­го на­се­ле­ния. Сто­рон­ни­ки унии, опи­ра­ясь на под­держ­ку вла­сти, стре­ми­лись под­чи­нить про­тив­ни­ков с по­мо­щью адм. мер, за­кры­вая церк­ви, от­би­рая их си­лой, ли­шая свя­щен­ни­ков при­хо­дов. Это ве­ло ко всё боль­ше­му обо­ст­ре­нию от­но­ше­ний ме­ж­ду пра­во­слав­ны­ми, с од­ной сто­ро­ны, и униа­та­ми и под­дер­жи­вав­шей их гос. вла­стью – с дру­гой. Офи­ци­аль­но Б. у. бы­ла рас­торг­ну­та на цер­ков­ном со­бо­ре 1946 во Льво­ве.

Брест-Литовская Уния 1596 г., Очерки по истории Русской Церкви. Том 1

Бискуп Луцкий, Бернард Мациевский, истинный зачинатель унии, ликовал. Пел в церкви торжественное «Те Deum» и писал: «владыки Луцкий и Владимирский приехали из Рима в добром здравии, осчастливленные и радостные».

На Варшавском сейме (март-май 1596 г.) впервые вопрос об унии поставлен открыто. На сейм стали поступать после местных сеймиков формальные протестации земских послов (депутатов). Кн. Острожский от себя лично протестовал против законности самочинно учиненной унии. Во всех протестах единогласно формулировано ходатайство о низложении епископов-униатов. Ипатий и Кирилл обвинялись в том, что они тайно отправились «в чужую землю и предались чужой власти», в нарушение присяги самого короля в 1573 г. на Варшавской конференции. Земские послы, за подписью кн. Друцкого-Горского, заявляли, что они и весь русский народ не признают за эту измену Ипатия и Кирилла епископами, а паны православные не допустят их в свои владения. Копии этого заявления разосланы во все воеводства. А там по всем городам письменно декларировались подобные же протесты. Особенно обстоятельный протест издали граждане Вильны. Кирилл Терлецкий перепугался. Во власти Виленского муниципалитета находилось на хранении движимое имущество К. Терлецкого. Реестр своего имущества Кирилл вписал в актовые книги Варшавы и просил короля новым декретом утвердить за ним его Луцкую епископию. 21.V.1586 г. король дал ему как бы вновь его кафедру «за заслуги государству и всему христианству полезные» с прибавкой еще материального вознаграждения натурой.

Свободному пользованию конституционным правом общественного и религиозного самоопределения приходил конец. Уния стала государственной программой. Борьба с ней превращалась в политический бунт. Виленское братство было наказано в этом порядке в первую очередь. Универсалом короля от 22-го мая митрополиту приказано судить виленских братчиков, как бунтовщиков, и изгнать их из Троицкого монастыря. А так как митрополит уведомил короля, что Стефан Зизаний и братские попы Василий и Герасим были им еще ранее анафематствованы, то от короля последовал приказ всех троих арестовать.

Хотя борьба, и в государственных формах в частности, за и против унии уже открылась, но еще не было прямого манифеста свыше об унии. Лишь 14-го июня опубликован с этой целью королевский универсал в таких выражениях: «Имея в виду древнее соединение церквей восточной и западной, всегда способствовавшие возвышению и процветанию государства и подражая примеру великих государей… среди других наших государственных забот мы обратили наше внимание на то, чтобы людей греческой религии в нашем государстве привести к прежнему единству с католической церковью римской, под властью одного верховного пастыря. С этой целью… отправлены были в Рим послами к папе владыки Владимирский и Луцкий. Побывав у св. отца, они уже вернулись назад и не принесли оттуда с собой ничего нового и противного вашему спасению, ничего отличного от ваших обычных церковных церемоний. Напротив, согласно с древним учением свв. отцов греческих и св. соборов, сохранили вам все в целости, о чем и имеют дать вам подробный отчет. И так как не мало знатных людей греческой веры, желающих св. унии, просили нас, чтобы мы для окончания этого дела велели собрать собор, то мы и позволили вашему митрополиту, кир Михаилу Рогозе созвать собор в Бресте, когда он с другими вашими старшими духовными признает то наиболее удобным. Мы уверены, что вы сами, когда хорошо подумаете, не найдете для себя ничего полезнее, важнее и утешительнее, как святое соединение с католической церковью, которая водворяет и умножает между народами согласие и взаимную любовь, охраняет целость государственного союза и прочие блага земные и небесные». Далее универсал поясняет, что на собор приглашаются «католики римского костела и греческой церкви, которые к этому единству принадлежат». Ясно, что православные не приглашаются. Но для стирания остроты положения поясняется, что «будет вольно и всякому православному явиться на собор, только со скромностью и не приводить с собой толпы». Затем поясняется, что ни в коем случае и ни в каком качестве не может на собор явиться никто другой иной веры: подразумевается исключение протестантов. Сверх сего поясняется, что повестка собора не допускает касания никаких других дел. С своей стороны митр. М. Рогоза опубликовал 21-го августа приглашение на собор на 6-ое октября «для прислуханья и обмышливанья» учрежденной унии. Откровенно соборяне приглашаются просто для заслушания и подписания fait accompli.

Тем временем шла бурная борьба митр. М. Рогозы с виленскими братчиками и Стефаном Зизанием. Митрополит добился «баннации» борцов, как наказания за политическое преступление. Но те защищались на конституционной почве пред виленским трибунальским судом. И конституционное право было в такой мере ясно на стороне православных борцов, что высылка их не состоялась. Но король отнял от братчиков данный им в свое время привилей и воспретил им – изгнанным строить свою церковь. В будущем, как известно, изгнанникам удалось построить поблизости, через дорогу, свой Святодуховский монастырь, который и стал центром полемики с унией на долгий период.

Православная сторона под водительством кн. Острожского, вместе с большинством православного дворянства Острожского и Виленского округов, не могла принять не только неравноправного униженного положения православия на соборе, объявленном в королевском универсале, но опасалась даже, чтобы самый этот собор, игнорируя православную сторону, не произошел совсем в секрете от нее. И потому поторопилась обратиться к королю с ходатайством об исправлении и расширении плана самого собора. Православная шляхта, во-первых, благодарила короля за принципиальное собирание собора. Во-вторых, просила, чтобы никто не приезжал на собор с вооружением и жолнерами для своей охраны. В-третьих, чтобы вольно было приехать на этот собор и каждому шляхтичу и других христианских исповеданий. В-четвертых, чтобы патриарший экзарх Никифор был приглашен на собор. В-пятых, чтобы собор не имел компетенции решать вопрос об унии окончательно и суверенно, а чтобы вопрос об унии мог быть перенесен в ревизионном порядке на коронный генеральный сейм. От королевской канцелярии последовал ответ, в котором принято было только первое ходатайство о приезде на собор без всякого вооружения. Другие пункты отклонены с мотивировкой. Подлежащий соборному суждению вопрос об унии касается только взаимоотношений римской и греческой церквей. Другим исповеданиям до этого нет дела. Никифор – враг Польши. Он настраивал против Польши венгерского воеводу Рогана и в войне в Молдавии (декабрь 1595 г.) был сторонником турок. Генеральному сейму нет дела до церковных вопросов.

Православные, в том числе и кн. Острожский, писали о ходе дел восточным патриархам. Александрийский патриарх Мелетий Пиг прислал письмо кн. Острожскому и в нем уполномочил своего протосинкела, знаменитого Кирилла Лукариса, который здесь учительствовал в Львовской братской школе с 1594 г., быть на соборе его представителем. Никифор, хотя по сану и архидиакон, но занимал пост протосинкелла вселенского патриарха и в течение трех лет поездки Иеремии II в Москву состоял в Царьграде местоблюстителем патриаршего престола. Теперь он был назначен с 1592 г. патриаршим экзархом на Молдавию и Польшу. Церковно-административные полномочия патриаршего протосинкелла, хотя бы в архидиаконском сане, аналогичны латинским достоинствам кардиналов – диаконов. В Молдавии в 1595 г. Никифор уже председательствовал на соборе против унии. По приезде в Польшу он сначала был арестован в пограничном Хотине. Но, по ходатайству православных, был освобожден. Проводя Никифора на собор, православные думали провести его в председатели, как старейшего по званию патриаршего экзарха над местным митрополитом М. Рогозой. Но собор был организован властью короля так, чтобы быть только парадом объявления (а не обсуждения) унии.

Однако православные, не обольщаясь надеждами на полную формальную победу, сделали все усилия, чтобы их соборное представительство могло быть канонически безупречным и максимально солидным. Под соборное право мирян постарались подвести прочную и широкую базу. Использовали процедуру сеймиковых выборов депутатов на генеральный сейм. Уездные сеймики для выборов на генеральный сейм 1597 г. происходили осенью 1596 г. Православные дворяне на этих съездах выбрали депутатов на церковный собор и снабдили их надлежащими инструкциями. Мещане (депутаты от городов) явились представителями от магистратов. Таким образом, тут было правильное представительство от всех слоев организованного русского православного общества.

Однако, представительство православной стороны не удержалось от невыгодных для него крайностей. Возмущение православных пред системой изменнического со стороны епископата и насильственного со стороны короны способа введения унии было таково, что православные вдались в некоторые «военные» крайности (à la guerre comme à la guerre). В нарушение буквы королевского указа мобилизовались в качестве сочувствующих местные Брестские протестанты. Не претендуя входить в самый собор, они демонстрировали ему свою моральную охрану. К сожалению, и кн. Острожский, потеряв веру в рыцарское достоинство короля, приехал в Брест под вооруженной охраной отряда из татар и гайдуков с пушками. Сам Острожский просил у короля не допускать этого, а теперь он, очевидно, поддался панике православной церкви, которая опасалась, что королевская полиция применит к православным прямую силу и не допустит их не только на собор королевский, но и на свой собственный.

Что касается состава униатского собора, то под протекторатом верховной власти он формально был легален. На соборе были, кроме папских легатов и уполномоченных от короля, митр. Рогоза и с ним пять епископов. Двое из семи епископов, Гедеон Львовский и Михаил (Копыстенский) Перемышльский, «стались на стороне православных. Но под всеми почти документами, предрешившими унию, как мы видели, уже стояли и их грешные подписи, данные в кредит передовой двоице – Кириллу и Ипатию. Таким образом, формально под программой собора стояли подписи всего епископата. Если даже исключить двоих, все равно иерархическое большинство было на стороне униатского собора. Так и всегда в истории церкви. Формально – правильные права собора сами по себе еще не решают вопроса. Сила или бессилие собора еще проверяется опытом: – примет ли данный собор вся церковь? Это критерий «рецепции». В данном случае вся соборность русской церкви униатского собора не приняла. И формально-правильный Брестский собор стал «лжесобором».

Властям предержащим было известно настойчивое «упорство» православных. Для себя власть имущие, конечно, считали безумием допускать какую-либо оппозицию в процедуру налаженного официального собора. Решено было пройти мимо, замолчать оппозицию и создать из собора упрощенное, гладкое, официальное торжество. Поэтому митр. Михаил в назначенный, всем известный срок 6-го октября, никак об этом не извещая православных, а просто в своем узком составе епископского собора отправился в церковь св. Николая, служившую кафедральным собором города Бреста, и после литургии и молебна там же открыл и собор. Рассуждать на таком соборе ни о чем не приходилось: все было предрешено. Поэтому церемония открытия собора в этот день молебном и ограничилась. Параллельно и неофициально шли попытки привлечь хотя бы часть православной оппозиции на свою сторону. Все другие церкви Бреста были заперты для православных. В безысходности православные могли найти приют только у протестантов, не в храме, конечно, чтобы не давать повода к демагогической клевете об измене веры, а в частном доме протестанта пана Райского. Правда, и здесь большая зала, предоставленная хозяином православному собору, служила также протестантской молельней. В безиконной зале поставили на аналое посредине крест и евангелие. 6-го октября православные собрались здесь в предположении, что они могут получить приглашение от митрополита на собор, но не дождались его до вечера. И тогда уже собравшиеся сочли себя в праве открыть свой собор независимо от собора «казенного», правительственного. Экзарх Никифор имел письменные полномочия от патриарха КПльского – председательствовать на местных соборах, хотя бы в них участвовал и сам митрополит. Таким образом, лицо Никифора – экзарха КПльского патриарха, придало формально-правильную организацию православному собору. Никифор был признан, как заместитель патриарха, председателем. По примеру практики КПльской патриархии, сложившейся под турецким владычеством, когда на место канонической власти басилевса встало представительство от православного народа в форме так называемого «Смешанного Собрания», Никифор предложил применить здесь канонический обычай КПльской церкви. А именно: сначала отделить более тесный круг иерархии и священства от более широкого круга мирян. Говоря новым техническим языком, предложить функционировать двум палатам: верхней и нижней. Эти два круга тут же названы были местными терминами, как два «кола»: «коло» верхнее и «коло» нижнее.

Верхнее иерархическое коло открывшегося таким образом православного собора решило начать формальные отношения с митрополитом М. Рогозой. Патриаршие экзархи, Никифор и Кирилл Лукарис, отправили митрополиту письменное приветствие и приглашение придти к патриаршим экзархам для предварительного совещания и вместе с ними отправиться, куда укажет митрополит, на самый собор. Депутация из 6-ти духовных лиц не могла увидеть митрополита лично. Ее принял епископ Пинский Иона (Гоголь). Ответ митрополита, переданный через Иону, был таков: «Подумаем. Коли нужно будет явиться, то явимся». Параллельно попробовал прорвать эту блокаду около лица митрополита, прося свидания с ним, сам кн. Острожский. Но Михаил свидание отклонил. Стало ясным желание полного разрыва. Православные опять послали новую депутацию к папскому легату, епископу Львовскому Димитрию Соликовскому, выражая желание быть на соборе, так как сам митрополит в свое время открыто и письменно пригласил их на этот день, а теперь от них скрывается. Все было напрасно. Правительственный собор решил игнорировать православных.

Когда православные точно установили факт официального открытия собора митрополитом в церкви после молебна, то сочли, что они уже не имеют права бездействовать и должны сами также открыть собор. Начали с освящения залы молитвой. Был уже поздний час. Речь держал Гедеон Львовский. Осуждал митрополита в нежелании и боязни предстать пред патриаршими экзархами. В том же духе высказались и светские члены собрания. На другой день, 7-го октября, православные собравшись снова подождали: не будет ли каких вестей от митрополита? Чтобы проверить положение и иметь свободу действий в дальнейшем, снаряжено было новое посольство к митрополиту опять из 6-ти духовных лиц. Посланные встретились с только что прибывшими послами от короля. Те пожелали видеться прежде всего с князем Острожским, чтобы выяснить причину присутствия его вооруженных сил. Князь успокоил их и согласился отослать свою охрану на места. Делегация духовных послов добилась свидания с митрополитом и вернулась к собору с докладом. Митрополит принял их «с яростью и презрением» и сказал, что никакого ответа на их вопрос не будет. Этим был установлен факт разрыва и развязаны руки для действий православного собора. Наступила пятница 8-го октября. Председатели собора – экзархи предложили выполнить юридическую обрядность и отправить к митрополиту третье посольство из 9-ти лиц. Оно скоро вернулось с ответом от епископов изменников. Тон ответа был тон раздражения усталых и отчаявшихся людей. Епископы сказали: «что нами сделано, то сделано. Иначе переделывать мы не можем. Худо ли хорошо ли, но мы уже соединились с западной церковью».

Дорога к открытию православного собора была расчищена. Экзарх Никифор открыл его обширной речью. Но главное значение он придавал не своим полномочиям, а соборному голосу самого православного русского народа, который принесен сюда правильно избранными полномочными его депутатами. Поэтому председатель пригласил к выслушиванию целого ряда инструкций от православных, полученных ими «с мест», из разных провинций. Главные мысли депутатских докладов сводились к следующим положениям:

наличные русские епископы – самочинные изменники вере, отступники. За это они подлежат патриаршему и соборному наказанию лишением сана.

Без воли собора восточных патриархов один местный собор в Бресте не в праве решать вопроса об унии. Такое решение противозаконно, не канонично и необязательно.

Поднятый вопрос о перемене календаря также вопрос общецерковный и также недопустимо его изменение только местными силами.

Заседание было прервано в виду прихода послов от короля. В числе их был и сам Петр Скарга. Их принял в отдельной комнате кн. К.К. Острожский вместе с сыном своим Александром, и от каждого кола собора были командированы по 4 депутата. Сверх сего сюда же вошли и два епископа, Гедеон и Михаил, оставшиеся с православными. Королевские послы предъявили православным целый ряд обвинений:

упрекали за нелояльность, за привод вооруженной охраны;

за допущение в соборное дело еретиков протестантов и даже за собрание в их еретическом доме;

экзарх Никифор, союзник турок и враг Польши;

мирян – русских шляхтичей убеждали во имя Бога и отечества не вступать на путь измены и патриотически принять унию.

Депутаты православной стороны условились не ввязываться в подобные споры и, терпеливо заслушав упреки и обвинения, сказали: что они все это доложат собору. Депутаты вернулись в собор, и в тот же день собор, обсудив положение дел, изготовил и послал королевским послам нижеследующий ответ: «Мы принимаем с великой признательностью и благодарностью отеческое попечение короля о водворении нерушимого согласия между его подданными и очень рады присоединиться к этому согласию, как по долгу христиан, так и по желанию исполнить волю его королевской милости.

Но мы видим из истории, что св. соединение церквей уже несколько раз было устанавливаемо и столько же раз расторгалось, потому что не устранялись все препятствия. Не желая впредь понапрасну воздвигать такое непрочное здание, мы желаем, чтобы к соединению церквей подошли с возможной осмотрительностью и избрали бы надлежащие пути и средства, так, чтобы уния, созданная на прочном основании, могла существовать долго и, дай Боже, вечно.

Не зная, какие люди в настоящее время дали повод к переговорам о соединении церквей, но хорошо зная, что нет на это согласия всей восточной церкви и особенно патриархов, что переговоры об унии поручено вести владыкам, большей частью подозрительным, и что разности в членах веры между обоими исповеданиями не могут быть примирены здесь, мы не видим сейчас прочного основания для соединения церквей.

А чтобы наше несогласие на унию не было истолковано королевскими послами в дурную сторону и не навлекло бы на нас королевской немилости, мы заявляем, что охотно приступим к соединению с римским костелом, когда согласится на то вся восточная церковь и особенно патриархи, когда для этого избраны будут законные пути и приняты надлежащие меры, когда соглашены будут основательно все разности в догматах и обрядах между восточной и западной церковью, когда, таким образом, проложен будет путь к прочному и неразрывному их соединению».

В этих последних дезидератах явно отражается идеалистическая мечта кн. Острожского, которую он и сам еще прежде искренне исповедывал и столь же добросовестно и теперь не мог исказить во имя унии карикатурной. Так безнадежно разошлись пути и устремления двух соборов, что собор православных перешел к своим злободневным делам. Нужно было успокоить бурю, поднятую прещениями митр. Рогозы против Виленского братства. Собор заслушал это дело и вынес оправдание братству и снял запрещение, наложенное на Стефана Зизания и священников Василия и Герасима.

9-го октября был последний 4-ый решающий день собора и на униатской и на православной стороне. Королевские послы сообщили униатскому собору, что надо поставить крест на переговорах с православными и закончить свое дело. Тогда архиереи и архимандриты облачились в богослужебные ризы и со звоном и пением пошли крестным ходом в храм св. Николая. Там Герман, епископ Полоцкий, прочел заранее заготовленный на пергаменте текст декларации унии «всем на вечную память». В декларации утверждалось, что русские епископы признали главенство папы, что они посылали своих братьев в Рим, и те от их имени дали клятву на верность римскому престолу. Теперь они собственноручно и за своими печатями вновь приемлют данное обязательство и вручают свою волю папским легатам.

Из этого вытекает, но в прикровенной форме, что собор принял все, что приняли в Риме Кирилл и Ипатий, т. е. всю латинскую догматику. Но для народа так и осталось неясным на долгое время: что именно было принято в области веры? Часть карпатороссов так и осталась при наивном убеждениичто в унии сохранилась неприкосновенной вся русская киевская вера со дня св. Владимира.

По прочтении данного акта, латинские бискупы облобызали русских, ставших униатами, епископов, и уже вместе с ними отправились в латинский храм для пения Те Деум. После молебна было произнесено отлучение на возглавителей православной стороны: на Гедеона Болобана еп. Львовского, Михаила Копыстенского еп. Перемышльского, на Киево-Печерского архимандрита Никифора Тура, всего на 9 архимандритов к 16 протопопов поименно и в общей форме на все духовенство, не принявшее унии. На следующий день это отлучение было обнародовано с заключительной просьбой к королю: на место отлученных лиц назначить всюду лиц, принявших унию.

Православные 9-го октября заседали с раннего утра. Духовное коло под председательством Никифора открыло суд над митрополитом и епископами-отступниками за то, что:

они нарушили архиерейскую клятву верности патриарху и православной вере;

пренебрегли правами КПльского патриарха в его пределах по постановлению древних соборов;

самовольно, без участия и патриарха и вселенского собора, дерзнули решить вопрос о соединении церквей и, наконец,

пренебрегли троекратным вызовом их на объяснение пред патриаршими экзархами и собором.

После признания всех этих вин доказанными, экзарх Никифор встал на возвышение и, держа в руках крест и евангелие, торжественно произнес от лица собора лишенными священного сана – епископов-отступников. Приговор этот члены духовного кола подписали. После этого коло мирян также торжественно дало «обет веры, совести, и чести»: – не повиноваться этим неистинным пастырям. А затем от лица всех членов собора, т. е. от двух его палат, соединенных вместе, послано – объявить об этом решении собора православного собору униатскому. К королю собор обратился с просьбой: – лишить отвергнутых и отлученных епископов-униатов их «хлебов духовных» и открыть места их для новых, избранных православными, кандидатов. В тот же день собором подписаны две почти одинаковых резолюции, может быть, предложенные двумя колами собора и почти тожественные по содержанию. Как не вызывающие спора, обе резолюции подписаны всеми и опубликованы, как резолюции всего собора. Первая гласила: «Мы даем обет веры, совести и чести за себя и наших потомков – не слушать этих, осужденных соборным приговором митрополита и владык, не повиноваться им, не допускать их власти над нами. Напротив, сколько возможно, противиться их определениям и распоряжениям, и стоять твердо в нашей святой вере и при истинных пастырях нашей св. церкви, особенно при наших патриархах, не оставляя старого календаря, тщательно сохраняя огражденное законами общее спокойствие и сопротивляясь всем притеснениям, насилиям и новизнам, которыми бы стали мешать целости и свободе нашего богослужения, совершаемого по древнему обычаю.

Объявляем об этом торжественно, прежде всего пред Господом Богом, потом и всему свету и, в особенности, всем обитателям Короны, областей великого княжества Литовского, к Короне принадлежащих».

Вторая резолюция звучала так: «Мы, сенаторы, сановники, чиновники и рыцарство, а также и духовные лица греческой веры, сыны восточной церкви, собравшиеся сюда в Брест на собор, достоверно узнали теперь от самих вельможных панов, посланных на собор Его Королевской Милостью, что они с митрополитом и несколькими владыками-отступниками от греческой церкви составили и обнародовали без нашего ведома и против нашей свободы и всякой справедливости какую-то унию между церквами восточной и западной. Мы протестуем против всех этих лиц и их неправильного деяния и обещаемся не только не подчиняться, но с Божией помощью всеми силами сопротивляться им. А наше постановление против них будем подкреплять и утверждать всеми возможными средствами и особенно нашими просьбами пред Его Королевской Милостью».

Конечно, православные не питали надежды на исполнение их обращения к королю. Поэтому постановили: в случае безуспешности их ходатайства перед королем, перенести дело об унии на Генеральный Сейм 1597 г. О происшествиях в Бресте собор издал окружное послание к православным.

Брестская уния (1596) — это… Что такое Брестская уния (1596)?

Брестская уния (1596)


Религиозная ситуация в Речи Посполитой накануне унии: православные (зеленые), католики (желтые), лютеране (синие), кальвинисты (сиреневые)

Бре́стская у́ния 1596 года — присоединение к Римско-католической церкви ряда епископов и епархий православной Киевской митрополии (в составе Константинопольского патриархата) во главе с митрополитом Киевским Михаилом Рагозой на территории Речи Посполитой в соответствии с решениями Собора в Бресте в октябре 1596 года.

История заключения Брестской унии

Начиная с 1590 года в Бресте проходили соборы западно-русской Церкви, имевшие цель наладить течение церковной жизни в неблагоприятных условиях, создавшихся для православных в объединённом польско-литовском государстве; одной из наиболее острых проблем было приниженное положение православного русского епископата, который, с одной стороны, находился в зависимости от католической польской шляхты, с другой стороны, был ограничен правами патроната православного дворянства. На соборе епископов в июне 1595 года был окончательно выработан текст («артикулы») 33-х статей, содержащих условия, обращённые к римскому папе и Сигизмунду III, на которых епископат Киевской митрополии готов был признать церковную юрисдикции папства. В частности, согласно артикулам, Киевский митрополит должен был сохранить право ставить епископов митрополии без вмешательства Рима.

Киевская митрополия была формально подчинена римскому папе в соответствии с изданной папой Климентом VIII 23 декабря 1595 года апостольской конституцией Magnus Dominus во время пребывания в Риме 2-х западнорусских епископов — Владимиро-Волынского Ипатия Потея (Поцея) и Луцкого Кирилла Терлецкого, которые были принято в лоно католицизма на общих для «схизматиков» основаниях. Изданная 23 февраля 1596 года тем же папой булла Decet Romanum Pontificem, адресованная митрополиту Рагозе, не предусматривала автономии для Киевской митрополии, но гарантировала уважение к восточной литургической традиции и невмешательство светских властей в епископские назначения.

Акт об уния был принят 9 октября 1596 года на Соборе, открывшемся 6 октября 1596 года в Бресте, на котором присутствовали митрополит Киевский Михаил Рагоза, епископы Луцкий, Владимиро-Волынский, Полоцкий, Пинский и Холмский, а также папские и королевские послы и ряд западнорусских епископов. Согласно составленной соборной грамоте, епископы перечисленных православных епархий признавали своим главой римского папу, принимали римско-католическую догматику, но сохраняли богослужение византийского обряда на церковнославянском языке.

Целью Брестской унии являлось обеспечение для высшего православного духовенства на территории Речи Посполитой положения, равного положению католического духовенства, а также ослабление притязаний Русского царя на земли Юго-Западной Руси.

Заключение Брестской унии привело впоследствии к созданию Украинской грекокатолической церкви. Последователи унии, лица, придерживавшиеся грекокатолического (униатского) исповедания, именовались «униатами», причём термин часто имел негативную коннотацию при употреблении иерархами Русской и Украинской православных церквей, а также в официальной советской историографии.

Реакция и последствия

Заключение Брестской унии вызвало протесты крестьян, казаков, мещан, части православной шляхты, низшего духовенства, а первоначально — и некоторых крупных украинских феодалов. Активным противником и борцом с унией стал игумен брестского Свято-Симеоновского монастыря преподобномученик Афанасий.

Двое из семи западнорусских епископов — львовский Гедеон Балабан и перемышльский Михаил Копыстенский — отвергли решения униатского Собора, вскоре после его начала открыв заседания православного Собора.[1] Возглавил православный Собор, на котором присутствовало значительное количество мирян, включая князя Константина Острожского, Экзарх Вселенского Патриарха великий протосинкелл Никифор, имевший на то письменные полномочия от Патриарха.[1] Позиция участников Собора заключалась в том, что без воли Собора восточных Патриархов местный Собор в Бресте не вправе решать вопрос об унии.

Православный Брестский Собор отверг унию, отлучил униатских епископов и лишил их сана, восстановил в священстве тех священнослужителей, которые были лишены его епископами — приверженцами унии.

В октябре 1620 года Иерусалимским Патриархом Феофаном III, поставившим православного Киевского митрополита Иова Борецкого, а также епископов на все вакантные кафедры православной Киевской митрополии[2], на Украине была восстановлена православная иерархия.

Тем не менее, преследование православных на Украине продолжалось, и в конечном итоге политическое и религиозное давление вылилось в восстание Хмельницкого, вследствие которого Польша лишилась половины Украины. Однако на территориях, оставшихся под Польским владычеством — правобережной Украине и Белоруссии, — давление на православных продолжалось и век спустя, когда уже ослабленная Речь Посполита была разделена, России достались территории полностью униатские.

В некоторых регионах, благодаря т. н. «миссии Садковского», вернулось в православие более 2300 храмов. Но в основном это было на Украинском Подоле, где память о былой казачьей славе ещё не ушла. Однако в остальных районах, особенно в Белоруссии и на Волыни, уния пустила глубокие корни, и вместе с декретом Екатерины II о свободе религии, а также тем фактом, что украинцы и белорусы были в основном крепостными польских магнатов, о переходе назад в православие не было и речи.

Многие в униатской церкви полагали, что роль её как временного моста при переходе из Православия в Католичество завершена. Большая же часть рядовых священников желали возвращение в православие; им противостоял епископат, который под давлением Рима начал переводить униатов в латинский обряд. В 1833 году перешла в Православие Почаевская Лавра, а в феврале 1839 года состоялся Собор в Полоцке[3], где во главе с епископом Иосифом Семашко многие униаты были «воссоединены» с Православием[4][5].

В СССР униаты преследовались: их церковь была запрещена весной 1946 года в соответствии с решениями Львовского Собора, объявившего о упразднении Брестской унии[6], были переданы епархиям Московского Патриархата (см.: Львовский собор 1946 года). С 1990 года на западе Украины начался обратный процесс.

См. также

Примечания

Литература

ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI ВЕКА. БРЕСТСКИЙ ЦЕРКОВНЫЙ СОЮЗ

ОСНОВНЫЕ ПРОИЗВОДСТВА

  • Брестская уния явилась попыткой реализовать идею единства христианских церквей, возникшую в 1054 году после официального разделения христианства на западную и восточную ветви, а затем перешедшего в идею присоединения православных к католицизму.
  • Брестская уния была «ранена в теле русинского народа», что раскололо его на два враждебных лагеря, способствовало влиянию Рима, полонизации украинского и белорусского.

Хронология событий

1556-1561 он

Создать

Пересопницкое Евангелие.

1582

Введение в Содружество нового — григорианского календаря.

1586

утверждения Львовского братства Антиохийского Патриарха Иоакима.

1596

Православно-униатский собор

в Бресте. Создание униатской греко-католической соборной церкви.

Гедеон Балабан — епископ Львовский (1565-1607). В 1590 году он участвовал в подготовке унии с Римом, но перед Брестом собор занял позицию князя Острожского, став противником идеи объединения церквей.У него были напряженные отношения со ставропигией Львовского братства.

Кирилл Терлецкий — служитель церкви с 1572 года — епископ Пинский и Туровский. С 1585 г. — Луцк и Острог. В 1589 году вместе с Ипатием Потий отправился в Рим, встретился с Папой и признал его верховенство над Украинской Православной Церковью

.

Михаил Романс — один из организаторов Брестской унии (1596 г.). С 1590 г., будучи Киевским митрополитом, вел тайные переговоры с польским королем о унии с католической православной церковью.

РЕФОРМАЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ В УКРАИНЕ

Фон

Реформация — общественно-политическое движение XVI — XVII вв. направлен против католической церкви. Реформационное движение положило начало новому направлению христианского учения — протестантизму. Протестантская церковь провозгласила независимость от власти Папы. Реформация охватила многие европейские страны. Не избежали этого и Польша, и Великое княжество Литовское, среди которых были украинские земли.Правительства обеих стран пытались предотвратить распространение идей Реформации. В 1520 г. появилась грамота Сигизмунда I, который под угрозой тюремного заключения и конфискации имущества запретил ввоз из-за границы книг Лютера. Дело существенно изменилось после преобразования Тевтонского (Пруссия) ордена в светское государство с потомственным монархом. Государственной религией Пруссии было провозглашено лютеранство. Близость Пруссии к Польше и Литве привела к быстрому распространению на их землях идей Реформации и новых верований.Содружество, по словам современников, является приютом для еретиков — так католическая церковь называла неверующих людей.

На территории

украинских земель несколько ветвей протестантизма начали зарождаться в 30-40-х годах XVI века.

    Влияние идей Реформации

  • шоу и мероприятий Православных братств.
  • было самым авторитетным Львовского Успенского братства.
  • Год 1586 Антиохийский Патриарх Иоаким утвердил устав Львовского братства.
  • Устав устанавливав на братство право превосходства над другими братствами и контроля духовенства, в том числе епископов.
  • Скоро

  • Львовское братство домохлоя ставропихий.
  • Число братств неуклонно растет. Число братьев увеличивалось различными государствами — горожанами, духовенством, дворянством, крестьянами, мужчинами и женщинами.
  • Вначале

  • братство проводило благотворительность — помощь брату, оказавшемуся в беде, пренебрежении храмами книгами, иконами, свечами, устроенным таким образом святым храмом.
  • постепенно превратилось в братство национально-религиозной организации со своим Уставом.
  • Они развернули широкую культурную и просветительскую деятельность. По их инициативе создавались библиотеки, открывались типографии и школы.
  • конец XVI — первая половина XVII века. В Украине было около 30 общинных школ, которые, в отличие от первоначального прихода, давали среднее образование.
  • Цифры

  • Общее движение стремилось улучшить положение Церкви.
  • Они выступали против финансового обогащения церкви, злоупотреблений в отношении высшего духовенства и искали пути решения проблемы отношения к тем священникам, которые пренебрегают обязанностями.
  • Братство пыталось очистить религиозную жизнь от пышных церемоний на открытом воздухе, решительно выступало за организацию церкви, спало, как церковь «дешево» и публично.

Фон

Beginnings Counter — Католическая реформа церковной жизни — исследователи, связанные с движением Реформации и созданием католического совета Трента (1545-1563).Идеи реформирования католической церкви были разные. Некоторые предсказывали реформу католической церкви через ее подход к церквям Реформации. Другая идея была основана на полном отказе от верований, рожденных Реформацией, даже на предложении им войны. Второе место. Однако методы борьбы с Реформацией были в значительной степени Реформационными: введение собственной школы, развитие ее типографики, придание особого значения тому, чтобы слышать больше. Реформированию католической церкви послужил Орден иезуитов (буквально «Компания Иисуса»), основанный в 1534 году и утвержденный Папой Римским в 1540 году. Иезуиты объединили вокруг идеи обновления католической церкви большую интеллектуальную силу.Таким образом, основными средствами убеждения были педагогическая деятельность и дипломатия. В разных странах Европы основанные иезуитами школы не уступают протестантским. С 60-х годов XVI в. Иезуиты начали свою деятельность в Польше. И к XVII веку. в Речи Посполитой было 15 иезуитских колледжей.

  • Расширению деятельности иезуитов на Украине способствовала Люблинская уния. В 1571 году в Яроше открылось иезуитское училище
  • 1593 открылась Замойская академия — школа высшего типа.
  • Реализуя мощную просветительскую программу, иезуиты стремились увеличить число сторонников католицизма. Т

.

Союз Брест-Литовск | Britannica

Брест-Литовская уния , договор 1596 года, объединивший с Римско-католической церковью несколько миллионов украинских и белорусских православных христиан, живущих под властью Польши в Литве.

Британская викторина

Исследование истории: кто, что, где и когда?

Кто открыл пенициллин?

Вдохновленный Флорентийским собором (1438–1439), стремившимся к воссоединению всех восточных церквей с Римом, митрополит Киевский Михаил Рагоза начал переговоры с католическими церковниками и польским королем Сигизмундом III, католиком.На соборе в Бресте украинская православная иерархия заявила о своем желании подчиниться Риму. Польская монархия, опасаясь российского влияния, особенно через свою православную церковь, также стремилась объединить различные народы, находящиеся под ее властью, через католицизм. Таким образом, король был доволен и пообещал украинским православным права и привилегии латинского обряда, а также сохранение традиционных восточных обрядов и обычаев. Эти гарантии были провозглашены Сигизмундом 2 августа.2, 1595; а в 1596 году условия Папы Климента VIII и Короля были приняты на другом православном синоде в Бресте, на котором присутствовали епископы Владимира, Луцка, Полоцка, Пинска и Хелма, а также митрополит Киевский.

Мирное воссоединение, однако, не закончилось. Епископы Львова и Пшемысля отказались подчиниться, а православные миряне основали братства, чтобы противостоять унии. Противники Брест-Литовского союза чувствовали, что их традиция и автономия были отданы, и опасались, что союз породит гибридизм или тенденцию к латинизации и, следовательно, предательство древних и националистических традиций.

.

церковное объединение — определение — английский

Примеры предложений с «церковным объединением», память переводов

WikiMatrix Это не мешает им быть членами церковного союза. WikiMatrix В 1596 году (Брестская уния) была предпринята попытка объединения церквей. WikiMatrixChurch union — это название, данное слиянию двух или более христианских конфессий. WikiMatrixCUIC является преемницей Консультации по церковному союзу (COCU), которая была основана в 1962 году. Mon crawlDCU не зависит от этих церковных союзов и управляется Попечительский совет.WikiMatrixPope Urban призвал Луи не посылать помощь в Константинополь, пока император не гарантировал церковный союз. WikiMatrixNear Westover Church, Union Brig. Разделение генерала Альфреда Т.А. Торберта было остановлено сопротивлением Конфедерации. Jw2019 Церковный союз и сотрудничество также привлекли серьезное внимание на собрании. WikiMatrixBroadhurst ранее был председателем Forward in Faith и заместителем председателя Церковного союза. WikiMatrix В октябре 1653 года он был одним из нескольких служители, которых Кромвель вызвал на консультацию по поводу церковного союза.WikiMatrixMadgearu говорит, что это совпадение подразумевает, что оба были убиты теми, кто выступал против церковного союза, по словам Madgearu. WikiMatrixВ Солсбери и Сент-Дэвиде он основал Общество церковного союза для помощи больным и страдающим священнослужителям. WikiMatrix Его отец был президентом Англии Церковный союз, который стремился к экуменическому воссоединению в 1868, 1919 и 1927–1934 годах. Многопрофильный Брестский церковный союз учредил религиозную общину восточно-католического обряда (униатскую), расширив духовные связи между украинцами и литовцами. Его отец был немецким евангелистом. пастор; его деноминация была американской ветвью установленного Прусского церковного союза в Германии.UN-2В 1596 году Брестская церковная уния учредила религиозную общину восточно-католического обряда (униатскую), расширив духовные отношения между украинцами и литовцами. WikiMatrix Для консультирования по вопросам, возникающим в ходе переговоров или разговоров о национальном или региональном церковном союзе, а также по последующим отношениям с объединенными церквями. WikiMatrixЭта проповедь считается толчком для 40-летней Консультации по экуменическим усилиям Церковного Союза по объединению десяти основных деноминаций.

Показана страница 1.Найдено 1769 предложения с фразой церковный союз.Найдено за 36 мс.Накопители переводов создаются человеком, но выравниваются с помощью компьютера, что может вызвать ошибки. Найдено за 0 мс.Накопители переводов создаются человеком, но выравниваются с помощью компьютера, что может вызвать ошибки. Они поступают из многих источников и не проверяются. Имейте в виду.

.

униатская церковь — определение — английский

Примеры предложений с «униатская церковь», память переводов

WikiMatrix В 1596 году они основали «греко-католическую» или униатскую церковь; он и по сей день доминирует на Западной Украине. WikiMatrix В 1875 году по меньшей мере 375 униатских церквей были преобразованы в православные. WikiMatrix Он умер в том же году, став свидетелем разрушения Русинской униатской церкви в своей епархии. WikiMatrix Тем временем некоторые болгарские лидеры пытались вести переговоры о создании Болгарской униатской церкви.WikiMatrixДо 1793 года церковь в Бучине принадлежала Русской униатской церкви (ныне Украинская греко-католическая церковь). WikiMatrix Поэтому неточно называть ее «униатской» церковью. WikiMatrixЕпископы согласились представить на Соборе проект унии для православных. и униатские церкви. WikiMatrix Австрийцы предоставили униатской церкви равные юридические привилегии и устранили польское влияние. WikiMatrix В 1861 году Ватикан и правительство Османской империи признали отдельную болгарскую униатскую церковь.WikiMatrix Когда в 1839 году униатская церковь была ликвидирована, ее последователи и священники были вынуждены принять восточное православие. WikiMatrix Около 1600 года семья Огинских построила униатскую церковь и основала аббатство Святого Духа (литовский: Šventosios dvasios). WikiMatrix Следует отметить, что в прошлом восточно-католические церкви часто называли «униатскими» церквями. WikiMatrixКазаки чувствовали себя членами «русской православной нации» (униатская церковь была практически ликвидирована в Приднепровье в 1633 году).Письмо WikiMatrixХодченко — единственный официально опубликованный документ, подтверждающий прямое участие правительства в процессе разрушения униатской церкви. WikiMatrixУниатская церковь, имеющая важное значение в белорусской части бывшего Великого княжества, была включена в состав Православной церкви в 1839 году. считал, что УГКЦ должна принять более западную ориентацию, еще больше подчеркивая отношения униатской церкви с Римом. WikiMatrix Большинство независимых коренных украинских культурных тенденций (таких как русинофилия, русофилия, а позже украинофилия) возникли в рядах униатской церкви.WikiMatrixУниатская церковь, созданная для русинского населения Содружества, в своих административных делах постепенно перешла на использование польского языка. WikiMatrix Помимо католической и униатской церквей, недалеко от городской черты была также синагога, еврейские бани и рынок. Glosbe Usosweb Research Украинский национализм в униатской церкви и польском государстве и польская идентичность в годы 2-й республики ПольшаWikiMatrix Когда некоторые болгары пригрозили полностью отказаться от православной церкви и сформировать болгарскую униатскую церковь, лояльную Риму, Россия вмешалась с султаном.

Показаны страницы 1. Найдено 156 предложения с фразой uniat church.Найдено за 8 мс.Накопители переводов создаются человеком, но выравниваются с помощью компьютера, что может вызвать ошибки. Найдено за 0 мс.Накопители переводов создаются человеком, но выравниваются с помощью компьютера, что может вызвать ошибки. Они поступают из многих источников и не проверяются. Имейте в виду.

.