Содержание

Не говорите, что мне нужно делать, и я не буду говорить, куда вам нужно идти.

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Знать, что нужно сделать, и не делать этого — худшая трусость!

Конфуций (100+)

Если Вы говорите только правду, Вам не нужно ни о чем помнить.

Марк Твен (100+)

Когда невозможно свернуть, нужно идти напролом.

Марко Поло (4)

Хорошо, что никому не нужно ждать ни минуты, чтобы начать делать мир лучше.

Анна Франк (7)

Как прекрасно, что не нужно ждать ни минуты, чтобы начать делать мир лучше.

Анна Франк (7)

Вы можете получить все, что вам нужно, если только это вам и вправду нужно.

Вино из одуванчиков (Рэй Брэдбери) (100+)

Не позволяйте шуму чужих мнений перебить ваш внутренний голос, ведь он почему-то уже знает, что вам нужно делать.

Стивен Пол Джобс (50+)

Делать нужно лишь то, что приносит любовь, мир и надежду.

Френсис Форд Коппола (10+)

Учитесь отпускать все то, что вам не нужно.

Неизвестный автор (1000+)

Идеи не подлежат хранению, с ними нужно что-то делать.

Ты родился оригиналом, не умри копией (Джон Мэйсон) (10+)

«Если ты сдохнешь, нам все равно». Как в Беларуси издеваются над задержанными

  • Елизавета Фохт, Анна Пушкарская, Оксана Чиж
  • Би-би-си

18+. Внимание: текст содержит описания сцен насилия

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

“Мне положили в штаны гранату». Что делают с задержанными в Беларуси

В Беларуси после акций протеста, которые начались после президентских выборов, задержаниям, арестам и издевательствам подверглись тысячи людей. Многих избивали, унижали и морили голодом. Би-би-си поговорила с несколькими людьми, которые подверглись жестокому обращению в белорусских автозаках, тюрьмах и отделах милиции.

Алина Береснева, 20 лет

С 9 на 10 августа мы с друзьями возвращались из центра Минска и попали под раздачу ОМОНа. В акции протеста мы не участвовали, но меня все равно повалили на землю — на руке еще остались царапины — и нас упаковали в автобус.

Нас привезли на улицу Окрестина (в центр изоляции правонарушителей ГУВД Мингорисполкома — Би-би-си). На входе стоял мужчина, он приговаривал: «Суки, быстрее пошли!». Я спрашиваю: «За что вы так с нами разговариваете?» Он взял меня за шею и пнул в стену, сказав: «Суки, осматривайте пол, будете знать, где ходить, где гулять».

Нас, 13 девочек, посадили в камеру на четверых. Мы спрашивали сотрудника, можно ли нам сделать звонок, можно ли позвать адвоката, на что он нам отвечал: «Вы что, насмотрелись американских фильмов? Это вам не Америка, вам ничего не положено».

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Разгонами мирных акций занимались спецподразделения, натренированные на борьбу с террористами

Прошла ночь, примерно в 12 часов дня нас начали пересчитывать, спрашивали имя и фамилию. Мы понимаем, что не ели уже больше суток — у всех скрутило животы, все были голодные, мы начали просить еду. Мы были готовы заплатить. На что нам ответили: «Нет, суки, будете знать, за кого голосовать». Мы были в жутком шоке, что нам так отвечают. Это было ужасно.

Потом настал вечер, и мы начали замечать — а у нас была щель между кормушкой и дверью — что людей выводят и заставляют подписывать что-то, хотя они кричали и возмущались. Подошла наша очередь подписывать эти протоколы. Мы с девочками договаривались отказываться от того, что нам приписывают.

Я попыталась ознакомиться с протоколом, начала его читать, Говорю: «Дайте мне, пожалуйста, ознакомиться, под чем я подписываюсь». Мне в ответ: «Я тебе, сейчас, сука, расскажу, давай быстро подписывай, а то я тебя ****** [изнасилую] и еще на 20 суток засажу». У меня был шок, у меня текли слезы, их следы остались на том протоколе. Я подписала: «согласна», поставила свою подпись, даже не знала, за что я подписываюсь.

Нам обещали, что отпустят сегодня же. Мы думали, что забудем про всё, как про страшный сон, но не тут-то было. Нас завели обратно в камеры, потом переместили в другую, где уже было 20 девушек — всего нас стало 33. Это было полное издевательство.

Когда не было еды — это самый страшный момент. Я сама по себе сильный человек. Но меня в тот момент сломали. Я просто сидела, у меня настолько скручивался живот, что я не знала, что мне делать. Ты сидишь и понимаешь, как твой организм пытается справиться с этим, но не получается. И ты сидишь просто как маленький ребенок. Ты озлоблен, но у тебя нет сил, и тебе никто не поможет.

Автор фото, Natalia Fedosenko/TASS

Подпись к фото,

Родственники задержанных во время акций протеста у одного из изоляторов в Минске

Я не знала, что мне делать, просто сидела, свернувшись в кулек, у меня пошел холодный пот, и мне позвали врача. Я еле встала и через эту кормушку говорю: «Понимаете, я не могу стоять, мне плохо, у меня кружится голова». Она говорит: «Будешь знать, где ходить в следующий раз». Мне в итоге дали таблетку валидола — на голодный желудок. Я ее пить, конечно, не стала, чтобы не сделать себе еще хуже.

Прошла еще одна ночь. Мы решили, что если нам не принесут еду, то мы уже начнем кричать и звать на помощь. К 11 августа к нам приехали еще автозаки. Мы через окно видели, как над парнями издеваются. Они стояли почти полуголые на коленях попой кверху, руки у них были за головами. Если кто-то шевелился, то они били их палками.

У одной из наших девочек начались месячные. Она попросила: «Дайте, пожалуйста, туалетную бумагу». Ей сказали: «Майкой своей подтирайся». В итоге она просто снимала нижнее белье, стирала его и ходила, пока оно снова не пачкалось. Потом, когда была пересменка, пришла женщина, которая в итоге принесла нам бумагу. Мы ее просто боготворили.

Окна выходили на улицу. Мы видели людей, которые кричали: «Отпустите наших детей!». В соседней камере был мужчина, который сильно кричал, у него были проблемы с ногой. Ему три дня не могли вызвать «скорую», он не выдержал и начал кричать в окно, чтобы люди его услышали. Так сотрудник милиции открыл дверь — это было хорошо слышно, — начал его бить и говорить: «Сука, разминай свою жопу, сейчас я тебе кровь обратно в очко запихну».

Если бы была возможность как-то наказать тех людей, я бы с удовольствием это сделала. Все это разделило жизнь на до и после. Я раньше хотела поступать в МВД, быть сотрудником милиции, защищать народ, права человека, но после того как я побыла там, я больше не хочу этого. Теперь я просто хочу уехать из этой страны, забрать всех родных и близких, чтобы здесь не оставаться.

Сергей (имя изменено по просьбе героя), 25 лет

Меня задержали на третий день акций, 11 августа, около торгового центра. Работал не просто ОМОН, это был спецотряд «Алмаз» — элита, которая борется с террористами.

Когда мы увидели, как к нам идет колонна спецтехники, мы поняли, что можно только прятаться. Я сидел в укромном месте, какое-то время найти меня не могли. Так вышло, что я видел, как на площадке перед ТЦ на коленях стоят люди, которых избивают. Один из них упал, к нему наклонился омоновец, он поднял глаза, и мы встретились взглядом. В тот момент я подумал, что мне ***** [конец].

Меня тоже вывели на площадку. Тех, кто что-то говорил, били. Меня положили, немножко побили. У меня был с собой рюкзак с респираторами, масками. Один из офицеров посмотрел на него и сказал: «О, это какой-то организатор». Начали искать владельца.

Я решил не признаваться — понимал, что будет применяться дополнительное насилие. После нескольких минут избиения меня опять спросили, мой ли рюкзак. Я сказал, что не мой. Меня вывели за угол торгового центра три человека из спецназа. Руки у меня были связаны. Достали боевую гранату — я знаю, чем они внешне отличаются от светошумовых — и сказали, что сейчас достанут чеку, положат мне в трусы, я подорвусь, а они потом скажут, что я подорвался на самодельном взрывном устройстве. Что никто ничего не докажет и им ничего не будет.

Я продолжал говорить, что рюкзак не мой. Они положили мне в штаны гранату, отбежали. Потом вернулись и сказали, что я ****** [обнаглел], снова начали бить. Били в пах, били по лицу. Рюкзак велели нести в зубах. Пока мы шли в автозак, они продолжали меня бить руками по лицу. Если ронял рюкзак — били. У меня сейчас в итоге сколы на зубах.

Меня завели в автозак, там было человек 20. Нас кидали одного на одного. Сверху стоял омоновец, который ходил по людям. Ноги ставили на шею, начинали душить. У людей отекали руки из-за стяжек — кто жаловался, того били по рукам. В нашей машине был астматик, он начал задыхаться. Омоновец подошел к нему, положил ногу на горло, начал душить и сказал: «Если ты сдохнешь, нам всё равно».

Когда нас вывели на улицу, на земле была разлита краска. Мне обмазали ей лицо, пометили таким образом. Потом меня пересадили в другую машину. Там были четыре сотрудника с дубинками. Тебя кладут на пол, и они бьют тебя по ногам, приговаривая: «Это чтобы не бегал! Добегался!» Там я был один, возможно, туда водили и других. Девушек при мне не били.

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Омоновцы на акции протеста 11 августа

Потом меня вернули в общий автозак. Там были две девушки лет 18. Их провинность была в том, что они поднимали голову и обращали внимание на то, что кому-то в салоне стало плохо. После нескольких таких обращений к одной из них подошел омоновец, начал на нее кричать, схватил за волосы. Он каким-то образом отбрил у нее часть волос и сказал: «Вы — шлюхи, мы вас вывезем в СИЗО, закинем в камеру к мужикам, вас там ****** [изнасилуют], а потом в лес увезем».

Был парень, который не хотел разблокировать телефон. Его раздели догола и сказали, что если он не скажет пароль, его изнасилуют палками. Тогда он согласился, его кинули лежать к остальным.

Нас привезли на какой-то переправочный пункт. Мы вышли из автозака. Там был коридор из 40 человек до другого автобуса. Когда идешь по нему, тебя бьют. Падаешь — бьют, пока не встанешь — по ноге, головам. Когда я дошел до автобуса, я упал от удара. На меня опять обратили внимание спецназовцы, потому что у меня была майка солидарности с российскими политзаключенными. Меня дополнительно побили, а потом взяли за руки и за ноги и кинули в автобус, как мешок.

На меня орали, говорили ползти в определенную точку. Я полз медленно, меня снова били. Когда я дополз, я уже просто не мог двигаться. Ко мне подошел другой сотрудник, поставил ногу на спину и начал бить по голове дубинкой — но уже не простой резиновой, а с металлическим стержнем. Я это понял, потому что после первого удара меня выключило. Я перестал что-то чувствовать.

Он бил какое-то время. Потом сверху меня навалились люди. Мне было тяжело дышать. Тех, кто был сверху, продолжали избивать. Был странный выбор, непонятно, где хуже — наверху, где ты с воздухом, но бьют, или внизу, где ты задыхаешься, но тебя не бьют.

Потом нас высадили, был еще один «коридор», где били, нас пересадили в автозак в камеру «стакан». Он был рассчитан на три человека, туда затолкали восемь. Я был прижат к стене и увидел кровь — только тогда я понял, что у меня разбита голова. В какой-то момент я потерял сознание, это повторилось несколько раз.

Когда нас довели до учреждения, из-за травм и духоты я просто не мог стоять. Я вывалился из камеры. Они сказали: «Кажется, этот уже готов». Меня выкинули из автозака и бросили. Ко мне сразу подошли медики, они сказали, что у меня рассечена голова, все побито, точно есть сотрясение. Меня тошнило, изо рта шли слюни. После этого меня уже не трогали. Уже сами омоновцы стояли и рассуждали — умру я или нет.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Настя, мама тут». Истории от изолятора в Минске

«Скорых», чтобы всех вывезти, не хватало, я лежал час. В итоге за мной приехали. В «скорой» я просил отвезти меня домой, а не в больницу, потому что оттуда участников акций забирают. Но из-за разбитой головы и подозрения на перелом ноги меня все же увезли в больницу.

Врачи понимают, что людей пытают, они стараются вывезти, кого могут. Суммарно мне наложили 12 швов на три раны, сделали операции, снимки. Через несколько часов меня из больницы забрали друзья. Из-за того, что у меня не было ни паспорта, ни телефона, мою личность так и не установили.

Пока меня били, я большую часть времени ни о чем не думал. Мне было страшно, я не ждал такого насилия. Я думал о том, чтобы сгруппироваться, чтобы сохранить здоровье. Но если честно, еще думал про эмиграцию. Что если ничего не изменится, мне будет страшно жить в стране, где тебя могут в любой момент убить, и никто не будет наказан. Страшно думать, что рядом с нами живут сотрудники этих структур, которые пытают людей и продолжают жить обычной жизнью.

Олег, 24 года (имя изменено по просьбе героя)

Я дальнобойщик, к политике никак не отношусь, не враг народа. Приехал неделю назад из рейса из Сибири. Посмотрел, что творится в интернете. Увидел, что дети выходят, бабушки. Я подумал — что я, молодой парень и буду дома отсиживаться? И пошел тоже.

Меня задержали [в ночь] с 10 на 11 августа, ближе к полуночи. Был хлопок недалеко от меня. Меня оглушило. Я увидел, что на земле лежит парень. Я хотел помочь подняться — а у него практически была оторвана нога. Ему светошумовая граната попала прямо в чашечку, колена уже не было.

Телефон куда-то завалился, я побежал искать «скорую». Мимо одна проезжала, я попросил медиков подъехать. Они попросили меня и еще нескольких парней остаться помочь. Метрах в двадцати стояли сотрудники ОМОНа — со щитами, оружием, автоматами.

Они нас не забирали, передавали другим нас не трогать. А потом подбежали со спины, положили быстренько, ударили по ногам. Завели руки за голову, избивали ногами. Врач пытался объяснить, кричал: «Что вы творите, мы тут не справимся, люди помогают!»

Нас сначала подняли, а потом через полторы минуты опять подбежали, избили дубинками. По пути в автозак били, в автозаке тоже били, кричали: «Ах вы твари конченые». Были ногами, руками, прилетало по всему телу. С нами сидел мужчина лет пятидесяти, инвалид второй группы. Он попросил таблетку, сказал, что ему плохо. Его постоянно избивали.

Когда большая камера в автозаке заполнилась, нас начали сортировать по маленьким — по шесть человек. Нечем было дышать, была только маленькая форточка. Мы полтора часа сидели в этой дымовухе. После этого нас отвезли на Окрестина. Когда мы выбегали, выстроился коридор из сотрудников милиции и ОМОНа. Мы бежали к забору — они нас избивали. Улыбались, говорили: «Хотели перемен? Будут вам перемены!»

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Сотрудники ОМОНа разгоняют акцию протеста в Минске 9 августа

Полтора часа мы стояли с опущенной головой на коленях перед бетонным забором. Там были камни, у меня до сих пор колени все синие. Если кто-то возмущался — избивали. Один человек кричал, что он офицер ФСБ. Его окружили, дали в солнечное сплетение, его человек пять месили дубинками. Репортера из России избивали, он кричал просто до ужаса. Били за любой вопрос.

Я пока стоял, не думал ни о чем. Было очень жалко людей, которых избивали. Мне периодически тоже прилетало. Потом нас завели в здание, пока мы бежали, чтобы сдать вещи, нас продолжали бить дубинками. После нас загнали в прогулочный дворик- там было человек сто тридцать, все стояли один на другом. Раз в два часа по десять человек водили в туалет и еще раз в час давали по две двухлитровых бутылки воды. Некоторые на них посмотреть не успевали, как они уже заканчивались.

Потом нас опять повели на улицу — по пути избивали, — поставили на колени и допрашивали. Затем всех отправили в камеру, пока мы туда бежали, нам продолжало прилетать. В камере — 120 человек, за сутки дали только воду и одну буханку хлеба на всех.

На следующее утро были суды, нас к тому моменту в камере осталось около 25 человек. Меня на суде согласились освободить, арест не назначили. Но после этого еще продержали до вечера. Мои личные вещи так и не нашли, пообещали отдать потом. Вывели на улицу, я видел толпу парней, лежащих лицом вниз. Их избивали, они кричали. А через забор стояли их родственники.

Сам милиционер, который с нами стоял, говорил, что это ужас, это страшно. Когда нас выводили через задний двор, нам сказали, что если мы подойдем к толпе, где были родственники и пресса, нас заберут, и мы будем синего цвета. Но когда мы вышли, люди к нам подбежали как к героям — предложили сигарет, дали позвонить родственникам. В итоге у меня полностью отбиты ноги, спина и лопатки.

Марыля, 31 год

12 августа мы с друзьями после 23 часов возвращались домой на машине по пустому проспекту — в Минске уже не было пробок, как в первые дни протестов, когда машины блокировали. И недалеко от Стелы, где народ собирался в день выборов, нас остановил гаишник и велел съехать к обочине. Кроме машины ГАИ там стояло несколько «бусиков» (микроавтобусов — Би-би-си). Подошли люди в черной защитной форме, в черных балаклавах — кажется у них были нашивки МВД, но точно я не разглядела. Их было много, только на нашу машину было человека три. Они не представились, сказали, чтобы мы вышли из машины.

Нам сказали разблокировать телефоны, потом сотрудники стали смотреть, какие у нас есть фото и видео. Меня отвели в сторону, а парней поставили руками на машину. Парни открыли телефоны, и в галерее у всех были видео с предыдущих ночей — как машины стоят в пробке и гудят и так далее. Мы знаем, что по закону не обязаны это показывать, но когда около тебя стоит куча черного народа с автоматами или каким-то другим оружием… Они начали материться, кричали: «Вы хотели перемен? Мы сейчас покажем вам перемены!». Начали обсуждать, что с нами делать, решили везти в РУВД.

Забрали ключи от нашей машины, завели в бус, лицо водителя мы тоже не видели. С нами сели двое с оружием, и кто-то ехал сзади в нашей машине. Тут вспомнили про меня, сказали набрать пароль от телефона. Я говорю: «У меня руки трясутся». Один из них даже сказал: «Отстань от нее, зачем тебе это нужно». Второй — самый агрессивный — все же забрал у меня телефон и тоже начал говорить: «Вот, там видео с протестов…».

Нас завели во внутренний двор РУВД — там уже лежали на асфальте парни c машины, которую привезли перед нами, и девушка стояла возле стены. Меня поставили недалеко от нее тоже лицом к стене, а парней — вдоль другой стены. И я услышала удары и поняла, что бьют моего мужа — потому что тот, кто бил, говорил: «Зачем тебе белый браслет?». Это был белый резиновый браслет у мужа на руке — символ того, что мы за Тихановскую и за мирные перемены. Я хотела посмотреть, но те, кто стояли за мной, сказали: «Не дергай головой».

Пришли переписывать данные. Ко мне подошел сотрудник, видимо РУВД, без маски и в гражданской одежде — его лицо рассмотреть я тоже не могла, потому что стояла лицом к стене. Он сказал мне ввести пароль на телефоне, но говорил: «Машенька», «Если что нужно, обращайтесь», — такой супердобрый полицейский.

Пока я разблокировала телефон, успела удалить из него «Телеграм» и что-то еще, потому что слышала, как они говорили, что будут смотреть наши подписки. Он сказал: «Я сейчас посмотрю, что вы удалили», но у него не получилось.

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Участница акции протеста в Минске 11 августа

Ребят с девушкой из другой машины увели куда-то и потом нас тоже начали вызывать по фамилии. Пока я шла, тот, кто похож на омоновца, стал кричать, чтобы я опустила голову. А сотрудник в гражданской одежде говорит: «Не лезь к ней, все нормально». И тут произошла такая история. Нам уже сказали забрать свои вещи, отдали телефоны — но одному из друзей все время звонила жена, а у него была установлена на рингтоне песня Цоя «Перемен!». Ему велели выключить звук, а кто-то сзади сказал: «Не увозите их, они еще не выучили свой урок».

Нас повели и поставили лицом к другой стене двора. Парней — с руками за головой, я держала руки просто за спиной. Мужа, за то что он хмыкнул, ударили по ногам, сказали расставить ноги шире. Мне сначала сказали, что я могу стоять как хочу, но потом подошел еще один омоновец и сказал, чтобы я тоже поставила ноги шире. Все время давали разные команды и сложно было понять, чего они хотят. Парню, у которого затекли ноги, один омоновец разрешил поприседать, а другой подошел, ударил его ногой по ногам и велел встать к стене опять.

Стояли у нас за спиной и издевались, говорили: «Сидели бы дома». У нашего друга онемела рука, ему запрещали шевелить ею, но стали говорить: «Чего ты шляешься по протестам, если такой хилый». Говорили в основном теми же фразами, которые я уже слышала от знакомых, которых задерживали: «Вы в нас кидаете коктейли Молотова», «это Запад все оплачивает».

В конце мы услышали, как привезли еще какого-то парня, и ритмичные звуки дубинок о тело — несколько людей его очень жестоко избивали. Он просил не бить, но они матерились и били. Это было очень страшно. Потом его увели, а нам сказали, что будем стоять до семи утра, конца их смены. Потом кто-то подошел и спросил: «Кто тут самый буйный? Только не девушка». Его коллеги стали смеяться и показали на нашего друга. И его заставили отжиматься, под счет, говорили, чтобы он застыл в самой неудобной позиции, и обещали, что если не отожмется нормально, будут бить — все с издевкой и матом. Потом сказали приседать.

Потом нам сказали, что отпустят без протокола: «Надеемся, вы больше нигде не будете участвовать». Мы вернулись домой примерно в 2 часа ночи. У парней большие синяки от резиновых палок. Но мы останавливаться не собираемся, потому что это была их главная цель — запугать, но они сами нас боятся и воспринимают больше как врагов.

Я пошел в магазин, мне нужно было купить одежду, потому что после предыдущих акций у меня предыдущая поизносилась. Взял пакет с вещами. Доехал до улицы Дворец спорта и на полпути я увидел, что всех молодых людей, которые выходят из автобуса, сразу с остановки пересаживают в автозаки. Я начал это описывать для редакции. В момент, когда я это делал, ко мне подъехал автобус, оттуда выбежали люди, схватили меня за руки.

У меня выхватили телефон. Решили, что раз я что-то пишу и у меня есть интернет, я координатор. Они увидели фотографии спецтехники, предыдущих акций. Погрузили в машину и отвезли к автозак, в котором я просто сидел два часа. Я пытался объяснить, что я журналист, это их не очаровало.

Жесть началась возле РУВД «Московский», куда нас привезли. Автозаки открывают, людям заламывают руки. Если голова выше, чем надо — сразу прилетает по затылку либо дубинкой, либо щитом. Тащат волоком. Я увидел, что парня, которого вели передо мной, просто ради шутки со всего размаха долбанули головой о дверной косяк. Он закричал, поднял голову, ему еще привело.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Журналистов не трогать». Что говорят в МВД Беларуси о нападениях на журналистов

Дальше то, что меня больше всего поразило — «людской ковер». Нас завели на этаж и первое что я вижу — люди, которые просто лежат на полу. По ним идут как омоновцы, так и ты. Мне пришлось наступить на мужчину, потому что когда я пытался его обойти, мне опять прилетело.

На полу кровь, испражнения. Тебя бросают на пол, голову поворачивать нельзя. Мне повезло, что у меня была маска. Рядом был парень, который попытался повернуться, ему со всего размаху берцами прилетело по голове, хотя он и до этого уже был сильно избит. Были люди с перебитыми руками, которые не могли ими шевелить.

Людей заставляли молиться. Завели парня, который молил: «Дяденьки, не бейте». Ему сказали, что его сейчас уроют, начнут зубы считать. Несколько ударов. Он уже захлебывается кровью, и омоновец ему говорит — «Читай «Отче наш!». И вот ты сидишь и слышишь, как парень разбитым ртом читает: «Отче наш, иже еси́ на небесех».

Самый страшный момент — это когда ты сидишь, а людей в коридорах, этажом ниже, избивают до такой степени, что они не могут говорить и воют. Ты поворачиваешь голову — на полу кровь, кричат люди, а на стене доска почета с улыбающимися милиционерами, которые это творят. Ты понимаешь, что попал в ад.

После пересменки выяснилось, что два человека из задержанных пропали. Они поняли, что уже путают людей, нас спустили в одиночные камеры — в каждую по 20-30 человек. Вентиляции не было, стоять можно было около стены. Через час от испарений все было мокрым. Тем, кто был в возрасте, становилось плохо, один парень потерял сознание.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Сотрудники ОМОНа избивают задержанного на акции протеста в Минске 9 августа

Потом примерно через 16 часов после прибытия в РУВД нас стали очень жестко выводить и закидывать в автозак. Сидеть запрещалось, людей складывали штабелями в три слоя. Некоторые люди с травмами оказались внизу, им было нечем дышать. Они кричали от боли, к ним просто подходили, били их по голове дубинками, унижали. Это напоминало пытки гестапо, в обычной жизни невозможно представить, что это возможно.

Ходить в туалет было нельзя. Тем, кто просил, говорили ходить под себя. В итоге люди действительно ходили под себя, в том числе по большому. К тому моменту все уже перестали что-то просить — еще в РУВД поняли, что помощи не будет. Тех, кто жаловался, жесточайше избивали.

Когда автозак двинулся, людям разрешили расползтись. Но если кто пытался опираться на сиденья или поднимал голову — сразу прилетало. Потом омоновцам стало скучно и они сказали встать на колени и петь гимн Беларуси. Это снимали на телефон. Когда автозак ехал, окружающие машины сигналили. Но если бы водители знали, что творится внутри, они бы не сигналили — штурмом бы брали эти автозаки.

Я потерял самообладание через полтора часа. Я говорил: «Извините, я российский журналист, что я такого сделал?» Мне начало прилетать по почкам, шее, голове, ответа я не получил. Со мной был один парень, который говорил: «Пожалуйста, расстреляйте нас, зачем вы нас мучаете». А ему отвечали, что расстреливать никого не будут, потому что в тюрьме нас ждет еще больше боли и «петушить» нас будут по очереди.

Когда нас привезли в [изолятор] Жодино, нам сказали: «Прощайтесь с жизнью, тут вас будут убивать». Но к нашему удивлению, нас там приняли нормально. Сотрудники колонии проявляли жестокость только пока СОБРовцы не уехали. Люди были рады, что попали в тюрьму — больше всего они боялись, что их автозаками повезут обратно в Минск.

Там я оставался три-четыре часа. За мной пришел полковник, меня вывели, пошли искать мои вещи. Те, с кем я был, были рады, что меня отпускают и я смогу рассказать о том, что происходит. На выходе нас встретил представитель консульства. Меня выслали из Беларуси с запретом въезда на пять лет и увезли в Смоленск.

Если бы запрета не было, я бы вернулся работать в Беларусь. Там уникальные люди. Они воспринимают перемены со знаком плюс и объединены одной целью.

Наталья, 34 года

Мы шли по улице без приключений с подругами. Потом позади нас появилась толпа людей, убегавших от ОМОНа, затем и сам ОМОН. Несколько омоновцев пробежали мимо нас, а один, видимо, который устал бегать, прицепился к нам с подругой. Он говорил: «Че ты ржешь? Я вижу, тебе весело. А то, что милиционеру сегодня лицо порезали осколком бутылки, тебе тоже смешно, да?». А я не смеялась, я хотела, чтобы он с миром от нас ушел.

Но почему-то его это разозлило, он потащил меня в микроавтобус. В микроавтобусе уже были люди. Нас спрашивали: «Что, нравится быть мясом? Где ваша Тихановская? Где ваша Цепкало?»

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Пацаны, это уже позор»: в Беларуси бывшие силовики публично выбрасывают форму

Мы приехали в РУВД «Советское». На улице всех поставили лицом к забору, руками на забор. И мы возле этой стены простояли до утра следующего дня. Нас периодически переставляли. Отвели в подвал, где изъяли вещи, телефон забрали, отправили опять к этой стенке.

Кто-то [за стеной] подъезжал на машине и пытался включить Цоя «Перемен». И мы слышали, как милиция переговаривается между собой, что надо их тоже затащить сюда — вместе с «переменами». Какая-то девушка искала парня. Она, наверное, встала на крышу машины, потому что мы видели ее лицо за заборчиком. И менты переговаривались между собой: «Смотри, там какая-то кобыла стоит, иди сгони ее оттуда!». Они вот так про людей говорят.

Парней били. Одному парню сломали ребро, судя по всему. Девочка была с перебитой ногой — это ее [травмировали], когда брали, видимо. В первую очередь получали самые дерзкие. Потом подъехали автозаки и туда начали грузить парней. Там явно кого-то били. Видимо, туда грузили помногу человек, и я слышала: «Ноги под себя! Ноги под себя!», и слышны были удары и крики. Целыми автозаками их увезли куда-то.

Остались девчонки. Нас начали вызывать в здание РУВД и предлагать подписать протокол. В протоколе был написан бред — что я активное участие в митинге принимала и выкрикивала лозунги «Стоп, таракан!». Я решила, что я его подписывать не буду. Тех, кто подписал, отпустили сразу домой. Тех, кто нет — повезли на Окрестина в центр изоляции правонарушителей (ЦИП).

Автор фото, Valery Sharifulin/TASS

Подпись к фото,

Женщина с ребенком наблюдают за акцией протеста в Минске 10 августа

На самом деле там не все уроды. Нам попался «добрый милиционер», который сказал: «Так-так, пока никто не видит, можете написать смски домой». Не знаю, это роль такая или он действительно хороший, но хочется думать, что что-то есть человеческое в них.

В связи с наплывом огромного количества людей там была полная неразбериха. Нас должны были поместить в ЦИП, но оказалось, что там нет места и нас решили поместить в изолятор временного содержания. В ИВС тоже не было места и временно нас решили определить в так называемый «стакан» — помещение метр на меньше метра, нас туда засунули вчетвером.

Затем нас поместили в камеру на двух человек. Выдали один матрас. Из поверхностей помимо кроватей, уже занятых двумя женщинами, был стол, скамеечка и пол. Мы спали кто где: кто на столе — можно сказать на книжной полке — кто на матрасе поперек. Сутки мы, наверное, не ели, но потом начали кормить.

Когда подходили к концу наши третьи сутки и мы говорили, что нас должны выпустить, нам отвечали: «Вам тут никто ничего не должен». С тобой там говорят, будто ты какой-то зверь. Да даже разве со зверями можно так? Это другой какой-то формат людей, который и с нами общается, как с уголовниками, и друг с другом.

Спустя 74 часа, в ночь на 13 августа, нам сказали выйти из камеры, вывели на улицу, поставили лицом к стенке. Сказали, что вещи не отдадут — а в моем случае это телефон, паспорт, права, деньги. У кого-то это были единственные ключи от квартиры. Две девчонки продолжали возмущаться, тогда их ударили и сказали, что они идут назад в камеру.

Я повернулась на них и спросила: «Что вы делаете?», за что получила удар по лицу рукой и дубинкой по ногам. Злой мент спросил: «Кому тут еще вещи?», потом сказал убегать. У всех ботинки без шнурков, но нужно бежать к выходу. Нам говорили: «У нас там оцепление, попадете в него — вернетесь назад».

9 фраз, которые не стоит говорить на собеседовании — Work.ua

Приятно получить приглашение на собеседование, но помните, что это лишь один из этапов. Работодатель может пригласить на интервью множество кандидатов. Очень важно не совершать ошибок, которые отбросят вас в конец очереди.

Вот 9 фраз, которые помешают получить работу.

1. Какие бонусы вы предлагаете?

Спрашивайте о преимуществах и льготах, которые вы получите, только после приема на работу. Или дождитесь пока работодатель сам о них расскажет. Например, если вы устраиваетесь в магазин одежды, не спрашивайте получите ли вы скидку на товары и какую.

2. Чем занимается ваша компания?

Как ни странно, HR-менеджеры слышат этот вопрос очень часто. Перед тем, как идти на собеседование, постарайтесь узнать о компании как можно больше, подумайте, что конкретно вы можете ей предложить, как сотрудник.

3. Мой бывший начальник был настоящим %$#*!

Жалобы на предыдущую работу покажут вас с очень плохой стороны. Даже если это правда, вы будете выглядеть человеком, который постоянно недоволен и на все жалуется. С такими работать никто не любит. Лучше поговорить о проблемах, с которыми вы столкнулись по работе и, с которыми успешно справились.

4. Мне нравится ваша прическа

Не говорите интервьюеру комплименты о его внешнем виде — это неуместно и будет выглядеть странно. Комплименты — это хорошо, но они должны быть направлены в сторону профессиональной деятельности. Например, можете похвалить какой-то недавний успех компании.

5. Радикулит меня просто убивает!

Никогда не жалуйтесь на состояние здоровья. Был случай, что кандидат жаловался на головную боль, потому что вчера очень хорошо погулял. Стоит ли говорить, что работу он не получил.

6. Меня уволили с предыдущей работы

Никогда не стоит врать на собеседовании, но есть и другие способы сказать, что с прошлой работы вы были уволены. «У нас были разные взгляды с начальством на то, как должен работать наш отдел, и я понял, что больше пользы принесу другой компании — например, вашей». Сосредоточьте внимание на опыте, который вы получили и, который пригодится на новой должности.

7. Мне просто нужна работа, любая работа

Это на самом деле может быть так, но отчаяние никого не привлекает. Работодатель хочет знать, что вам нужна именно эта работа и, что вы на нее подходите.

8. Я не знаю

Не говорите этого даже, если действительно не знаете ответа на вопрос интервьюера. Попробуйте сказать: «Я уточню и дам вам знать позже». Если это сложный гипотетический вопрос типа «Сколько нужно футбольных мячей, чтобы заполнить эту комнату?» — ответ должен показывать ход ваших мыслей. Размышляйте вслух: «Сперва нужно посчитать площадь комнаты, затем вычесть площадь мебели. ..». И так далее.

9. Мой самый большой недостаток в том, что я слишком усердно работаю

Любой HR-менеджер прекрасно знает эту фразу. И знает, что это ложь. Как же ответить на вопрос о вашем самом большом недостатке? Выберите что-то не связанное напрямую с должностью, на которую вы претендуете. Можно сказать: «Я чувствую себя неловко, когда выступаю перед публикой. Но на прошлой работе я специально часто практиковался, и этой проблемы уже практически нет».



Чтобы оставить комментарий, нужно войти.

Семь вещей, о которых нельзя говорить на работе

В последние дни в офисах и на улицах постоянно разгораются дебаты на политические темы. Некоторые из них заканчиваются вполне мирно, а некоторые приводят к конфликтам, которые впоследствии отзовутся на взаимодействии между сотрудниками и подразделениями. Порой разговор, начинавшийся, казалось бы, вполне мирно, заканчивается обвинениями, а то и личными оскорблениями. Линии разлома проходят между личностями и отделами, вчера еще увлеченно работавшими над общими проектами.

Стоит ли обсуждать с коллегами политику? И какие еще темы не стоит поднимать в разговоре в офисе, чтобы избежать конфронтации?

Универсальных советов не существует. В любом случае вам придется каждый раз думать и самостоятельно решать, будет ли та или иная тема подходящей для разговора с коллегами, клиентами и бизнес-партнерами. Многое зависит от самой ситуации, в которой вы заводите разговор, от происхождения вашего собеседника (в разных странах и культурах различные темы могут оказаться под запретом). И все-таки постараюсь дать несколько универсальных советов, которые вам пригодятся.

1. Во-первых, в хорошем обществе не принято говорить о политике. Да, у каждого из нас имеется солидный запас знаний и воззрений в области истории, политологии, тактики и стратегии действий в тех или иных условиях. Да, каждый считает себя обладателем единственно верной точки зрения. Но если вы предпочитаете сохранять в офисе рабочую обстановку, а не сеять раздор, воздержитесь от обсуждения политических событий.

2. Вторая запретная тема — религия. Вы почти никогда не знаете, каковы религиозные взгляды вашего собеседника и его отношение к религии в целом. Поэтому любое ваше высказывание на эту тему может случайно оскорбить его, огорчить или разозлить. Верующий человек может не оценить ваши шутки на религиозные темы, а атеист не всегда поддержит разговор о тонкостях таинства исповеди или об истории православия. Человек может внешне не проявить особой реакции на ваши высказывания, но для себя сделает выводы. Поэтому даже в разговоре с сотрудниками, контакт с которыми уже налажен, стоит быть аккуратнее. Кстати, поздравляя коллег, а тем более — клиентов, с религиозными праздниками, подумайте, будет ли это уместно. Скажем, не все партнеры из Татарстана обязательно обрадуются пасхальной открытке. Да и в других регионах и городах наше общество отнюдь не является мононациональным и монорелигиозным.

3. Многие люди делят свою жизнь на две основные составляющие — работа и семья. Поэтому, если разговор не касается работы, то тем или иным образом затрагивает семью (поход в музей со своей второй половиной или детьми, семейный отпуск, совместные занятия спортом, мнение супруга насчет новой рекламы вашей компании и т.д.). И если собеседник сам с легкостью заводит разговор о своих близких, который вы готовы поддержать, в этом нет ничего предосудительного. Но если вы не в курсе, какова ситуация в семье у вашего коллеги (возможно, он разводится, потерял близкого человека или не может найти общий язык с взрослеющими детьми) — не стоит поднимать эту тему и задавать ему неудобные вопросы. Кроме того, не стоит жаловаться на свою вторую половину или поддерживать подобные разговоры. Поддержите самого коллегу, если у него сложная ситуация, но не нужно обсуждать его личную жизнь в негативном ключе. Жизнь наладится, а неловкость может остаться.

Опять же, учитывайте, с кем разговариваете. В некоторых культурах разговоры о семье в принципе считаются неприличными.

Тем более не стоит обсуждать подробности интимной жизни и пристрастий сослуживцев. Это тема очень сложная, личная и не подходит для бесед на работе (если только вы не врач соответствующего профиля).

4. Все, что касается индивидуальных вкусов (в музыке, литературе, живописи, одежде, кино и т.д.), обсуждать можно, но осторожно. Громко заявив, что ненавидите the Beatles или считаете современную отечественную эстраду единственно достойной музыкой, вы можете навсегда лишиться доверия коллеги или клиента с противоположным мнением. Говорят, о вкусах не спорят. Вот и не давайте поводов для таких споров, говорите о личных пристрастиях осторожно и не впадайте в крайности.

5. Об уволившихся сотрудниках говорить можно исключительно как об усопших: либо хорошо, либо ничего. Независимо от причины их увольнения, независимо от того, в какую компанию ушел ваш специалист. Обсуждение за спиной любого другого человека не сделает вам чести. Кстати, это касается и действующих сотрудников. Но вот хвалить — и нынешних коллег и уволившихся — можете сколько душе угодно. Желательно, конечно, за конкретные заслуги.

6. Никогда, ни при каких обстоятельствах не обсуждайте размеры зарплат ваших сослуживцев. Даже если это не запрещено внутренним уставом вашей организации, задавать человеку вопросы о его доходе, хвастаться своим или жаловаться — это просто неприлично. И уж тем более считать чужие деньги. Единственный вариант, когда вы имеете на это право: вы руководитель и вы обсуждаете бюджет на очередной период. Да, и конечно, обсудить возможность повышения своей собственной зарплаты с непосредственным руководителем или сотрудником отдела персонала вы тоже можете.

7. И последнее, но не менее важное табу: никаких разговоров на темы, касающиеся расовых, национальных, половых и прочих различий. Как минимум, вы же не хотите, чтобы вас обвинили в дискриминации и шовинизме? Кроме того, затрагивая подобные темы вы можете спровоцировать конфликт между собеседниками.

Чтобы определить, подходит ли та или иная тема для конкретной ситуации, попробуйте ответить на вопросы: будет ли собеседникам интересно или полезно это услышать, будет ли им комфортно, хотите ли вы, чтобы они знали о некоторых деталях вашей жизни вне работы и хотите ли вы сами в ответ получить порцию аналогичной информации. Если все ответы положительные — смело обсуждайте выбранную тему. Если же нет — не начинайте разговор и не стесняйтесь вежливо сообщить собеседнику, который его начал, что не считаете данную тему приемлемой для общения.

Автор — директор департамента кадрового администрирования BDO Unicon Outsourcing

Десять правил общения


 



Десять правил общения


Чтобы люди лучше понимали вас, следует придерживаться правил доверительного общения. Эти правила не являются плодом кабинетной работы, а получены из опыта тех людей, кто умеет и может договариваться с другими, устанавливать с собеседником доверительные, теплые отношения.


 


1. В первую очередь интересуйтесь другими людьми и делайте это искренне, ваше дело – вторично.


Хорошего контакта не будет, если Вас волнуют только собственные дела.

«Я хотел бы с вами посоветоваться…» – вот формула успеха.


2. Будьте хорошим слушателем.


Умейте слушать. Часто это бывает более ценным, чем умение говорить. Позвольте сначала высказаться другому человеку, а потом говорите сами, с учетом услышанного.

Помните! Люди склонны слушать другого только после того, как выслушали их. Лучший собеседник не тот, кто умеет хорошо говорить, а тот, кто умеет хорошо слушать.  


3. Скажи, что ты можешь дать.


Люди хотят общаться с теми, кто может принести «пользу». Не расхваливайте себя или качество своих услуг и способностей. Лучше скажите конкретно, что будет иметь человек, если примет Ваши предложения.


4. Критикуйте  осторожно.


Часто критика бывает бумерангом. Начав критиковать человека, помните, что Вам могут отплатить тем же. Поэтому сначала поговорите о собственных ошибках, а затем уже критикуйте своего собеседника. Указывайте на ошибки других не прямо, а косвенно. Критикуйте не личность, а только действия и поступки. Не говорите: «Ты необязательный человек», лучше скажите: «Ты не выполнил свое обещание». Говорите позитивно: «Ты умный человек и понимаешь, что в этом случае ты поступил…» Не обобщайте: «Ты — злой», замените на следующее: «Твои слова меня обижают». Не обвиняйте людей в непонимании, упрямстве, неспособности слушать, в неумении сдерживаться. Перестаньте обвинять вообще!

5. Без металла в голосе.

Большинство людей не любят, когда им приказывают, напоминают об их обязанностях или говорят с ними в приказном, высокомерном, назидательном или поучительном тоне. Взяв такой тон, Вы ставите человека в «детскую», зависимую позицию. И вполне естественно в ответ получаете сопротивление, раздражение или такой же тон.

Убирайте металлические нотки в своем голосе! Представьте, что перед Вами хороший приятель или человек, желающий им стать. Не возвышайте себя, говорите мягко, спокойно, доверительно. Лучшая форма «приказа» — просьба, совет, предложение или вопрос.

6. И Вы можете быть виноваты.

Если случилось нечто приятное, то, каждый желает сделать себя «героем» успеха. Во всякого рода неприятных происшествиях, люди склонны искать причину не в себе, а винить других людей. Научитесь разделять с другими  ответственность за случившееся, а лучше ищите причину в себе. Принимая на себя вину, Вы обезоруживаете обвиняющих, им остается только сказать: «Наверное, это с каждым могло бы случиться…»

7. Хвалите людей

Говорите о достоинствах других людей. Может быть, эти достоинства еще в зачатке, но человек, услышав Ваш отзыв, будет стремится оправдать ожидания и   «закрепить» достоинства. Думайте о людях только хорошее, доверяйте им. На подозрениях Вы потеряете намного больше, чем приобретете на доверии. Не бойтесь говорить комплименты и говорите их искренне. Комплименты — лучший способ поднять настроение и удачное начало разговора. Если Вы не привыкли говорить комплименты, просто посмотрите внимательно на человека, и найдите в нем что-то хорошее.

8. Сделайте «агрессора»  своим другом.

Когда мы имеем дело с агрессивным и нетерпимым человеком, как правило, у нас возникают раздражение или обида. Попробуйте войти в его положение. Он, возможно, изрядно намучился, бегая по равнодушным к его делам людям, возможно, что он болен или у него неприятности. А может, у него просто очень слабая нервная система? Взгляните на него, как на страдающего от чего-то человека.

Забудьте на минуту про свою колокольню, послушайте колокола другого!

Во-первых, Вы вызовете доверие и благодарность за интерес к чужим проблемам. Во-вторых, там, на колокольне другого человека, можно совместно найти решение проблем. В итоге человек удовлетворен, а Вы сохранили и  улучшили свой имидж.

9. Не ссорьтесь. Уважайте мнение другого человека.

Этот принцип вовсе не означает уступки и полное молчание. Будьте выше ссоры. Даже в самых резких разговорах не кричите: «Вы неправы» или «Это ваша вина».

Хотите показать человеку, что он глуп или плох, а Вы сообразительней и лучше? Вашему собеседнику это явно не понравится. Тем самым Вы затрудните восприятие Вашего мнения, даже если оно правильное, т.к. вызываете протест.

Если ссора все же произошла, не отвергайте претензий в свой адрес и не оправдывайтесь. Это лишь стимулирует противоположную сторону, укрепляет ее желание доказать свою правоту.

Лучше  продолжите разговор, отметив ряд преимуществ и позитивных моментов в  контрпредложениях: «Да, вы правы… (конкретно в чем), я хотел бы отметить… (и высказывайте свое мнение)».

10. Улыбайтесь!

Глядя на добродушно улыбающегося человека, даже самые агрессивные люди становятся более миролюбивыми. Веселый и остроумный попутчик обычно поднимает настроение утомленных тяжелой дорогой путешественников.

Если улыбаешься, то у самого угрюмого человека появится на лице нечто вроде улыбки. Попытайтесь улыбнуться, если у Вас плохое настроение, и оно улучшится! У тех, кому приходится работать с  людьми,   улыбка и чувство юмора  — профессиональный инструмент и профессиональное качество.

Искренняя, доброжелательная улыбка не может испортить ни одно лицо, а подавляющее большинство лиц делает более привлекательными.


* * *


Однажды  провели такой  эксперимент: на тренинге  общения  каждый  участник группы  выступал  в  роли  подсудимого,   которому  предоставлена  одна  минута,   чтобы  сказать  последнее слово и просить  помилования,  а  остальные  были  присяжными  заседателями, выносящими  вердикт:  казнить его или  миловать.

Оказалось, что решение «присяжные заседатели» принимали уже в течение первых 10-15 секунд; вся остальная речь «подсудимого» практически не имела  значения.

Сформулируем «Правило 15 секунд»:


ОСНОВА ОТНОШЕНИЯ СОБЕСЕДНИКА К НАМ ЗАКЛАДЫВАЕТСЯ

В  ПЕРВЫЕ 15 СЕКУНД ОБЩЕНИЯ С НИМ.


Специалистами  замечено:   чтобы  с  самого  начала  знакомства  или беседы расположить к себе собеседника,  нужно дать ему, как минимум три психологических  «плюса»,  существует,  конечно,  множество возможных «плюсов», но наиболее универсальные   из   них:   комплимент,   улыбка,   имя   собеседника   и   поднятие его значительности.

«Держись», «Я тебя понимаю», «Пришло время»

Когда думаешь, что сказать человеку, переживающему горе, обычно на ум приходят либо банальные слова, либо сухие фразы, либо вообще не знаешь, что говорить. Например, когда человек после потери близкого выходит на работу, коллеги считают важным сказать: «Соболезную», «Мне очень жаль», «Сочувствую». Но одно дело, когда это говорится от сердца, теми, кто действительно сочувствует, другое дело – когда такие слова повторяют все подряд.

Дежурные фразы, в лучшем случае, проходят мимо, но могут и обидеть, разозлить тогда, когда сказаны лишь бы сказать, ради формы.

Так происходит совсем не потому, что люди глупые, жестокие или равнодушные, а потому что они чувствуют себя неловко и считают своей обязанностью что-то сказать, как-то отреагировать на чужое горе. Я считаю, что здесь должен работать принцип: если слова идут от души, от сердца, если хочется сказать – говори. Но не стоит произносить сухих банальностей, просто чтобы сказать. Не знаешь, что сказать – помолчи или скажи правду: «Я не знаю, что тебе сейчас сказать. Что мне для тебя сделать, чтобы тебе стало лучше? Хочешь, я просто посижу рядом? Мы можем вместе молчать или говорить. Что мне сделать для тебя?». Потому что бывает, что люди в попытке утешить горюющего человека, делают ему только больнее.

«Я вас понимаю»

Обычно внутренняя реакция на такую попытку утешить: «Нет, не понимаешь!». Свои раны всегда сильнее болят. Даже если у тебя была в жизни похожая ситуация, она – твоя, ты ее переживал иначе. Горе всегда индивидуально.

Кроме того, когда человек переживает собственное горе, ему не хочется слышать про то, как у тебя было. Ему важно поговорить о своем.

Когда-то нам на «Горячую линию» («Горячая линия» Центра экстренной психологической помощи МЧС России, которой Лариса Пыжьянова руководила с 2007 по 2014 гг. – ред.) звонила женщина и рассказывала, как 20 лет назад погиб ее отец, летчик. Однажды, позвонив, она попала на молодого сотрудника. И стала рассказывать ему, как ей было тяжело, поскольку в то время не существовало психологической поддержки, и она осталась наедине со своим горем. А молодой парень «на автомате» ответил: «Да, я понимаю». Женщина переспросила: «У вас тоже отец-летчик 20 лет назад погиб?!».

Слова «Я вас понимаю» могут быть еще положительно восприняты, когда так сочувствуют родителям, потерявшим ребенка, другие родители, у которых тоже умер ребенок. И все равно надо быть осторожными – ситуации у всех разные! У кого-то ребенок был абсолютно здоров, успешен и погиб внезапно, в результате трагической случайности: в один момент вся жизнь переменилась. У других, наоборот, ребенок тяжело и долго болел, они осознавали, что он умрет. Кому из них тяжелее? Могут ли они понять друг друга?

Поэтому и не существует заготовок и стандартных фраз для утешения, какой-то универсальной методички: все очень индивидуально.

«Успокойтесь», «Возьмите себя в руки»

Когда человек плачет, у него истерика, он злится, фраза «Успокойся» для него звучит как «Ты ерундой занимаешься!», «Перестань чувствовать то, что ты чувствуешь!». Это обесценивание его чувств. Надо понимать, что, если б он мог, он бы успокоился без всяких «подсказок». Но его горе, его страх изливаются именно в такой форме, это настолько сильные эмоции, что справиться с ними он не в состоянии.

На самом деле, истерика, крики, агрессия, слезы — это не что иное как запрос о помощи: он хочет, чтоб его услышали, поняли.

В этом случае надо признать и словами обозначить его чувства: «Я вижу, что ты злишься». Однако и тут нужна чуткость, надо верно подобрать слова, потому что если человеку, который в ярости, в лоб сказать: «Я вижу, что ты раздражен», он просто взорвется. Надо точно попасть в эмоцию: «Ты не можешь справиться, тебе хочется сделать что-то, но ты не знаешь что». Почему это важно сказать? Чтобы человек почувствовал, что вы его поняли. По сути, все его реакции – об этом: «Вы не слышите меня. Услышьте меня!».

Агрессия, ярость, истерика могут пугать самого человека, который проявляет эти эмоции. Он же смотрит на себя со стороны и думает: «Что я творю?! Я, должно быть, ненормальный». Но в ситуации сильного горя крик, плач — это нормально. Надо дать ему право вести себя так: «Поплачь, выкричись. Ты сейчас в ярости, дай ей выход. Ты имеешь на это право». Давая такое «разрешение» на выражение чувств, вы еще и снимаете с человека чувство вины.

Photo: Priscilla Du Preez / Unsplash

В нашей культуре вообще не принято открыто выражать свои чувства, мальчикам с детства говорят: «Не плачь», слезы считаются слабостью. Поэтому мужчины часто сдерживаются. Когда я видела, что мужчина, потерявший ребенка, балансирует на грани — у него трясутся губы, он сжимает кулаки – я могла сесть рядом, взять его за руку и сказать: «Бывают случаи, когда плакать имеют право все, даже мужчины. Плачьте, вы имеете на это право. А как по-другому – у вас большое горе, как может быть иначе?». Он заплакал. И ему стало легче.

Горе вызывает сильнейшие эмоции, острые переживания, — и это абсолютно нормальная реакция. Иногда дать человеку «разрешение» плакать, когда он сам себе его не дает – это уже большая помощь.

«Надо быть сильным!»

На самом деле, когда мы говорим: «Успокойся», «Возьми себя в руки», «Будь сильным» — мы проявляем заботу не о человеке, у которого горе, а о себе самих. Чужие сильные эмоции тяжело видеть, мы не знаем, что с ними делать, нам хочется, чтоб это прекратилось, поэтому мы и произносим такие фразы, за которыми стоит послание: «Не демонстрируй мне весь этот ужас, твои эмоции меня пугают!».

Но иногда бывают важно сказать человеку так: «Сейчас ты плачешь, рыдаешь, у тебя горе, ты имеешь на это право. Но нам очень важно сегодня будет сделать вот это и это (например, оформить документы). Ты поплачь, но когда ты сможешь, давай это обсудим».

Бывает, что кто-то один в семье как бы забирает «монополию на горе» и позволяет себе обвинять всех, без конца биться в истерике и агрессии, не замечая, что его семье тоже очень плохо. Важно сказать: «У тебя большое горе. Но оно и у твоего мужа, и у твоих детей, твоих родителей – они все страдают. Вы должны быть вместе в вашем общем горе».

Когда еще хочется сказать человеку: «Возьми себя в руки, будь сильным»? Когда у него апатия, он отвернулся к стенке и лежит так днями, ни на что не реагируя. Такие проявления горя – хуже, чем агрессия или плач: апатия говорит о том, что у человека нет сил. Поэтому бессмысленно от него требовать, чтоб он взял себя в руки, собрался. О нем надо позаботиться на физическом уровне: приносить ему еду, питье, кормить, если надо, поить чаем. А затем потихоньку расшевелить его: плавно вовлекать в какую-то деятельность – предложить погулять, сходить в магазин, чем-то помочь по хозяйству. Тогда силы появятся.

 

«Держитесь»

Действительно, эта очень распространенная дежурная фраза, часто она не вызывает ничего, кроме раздражения. «За что держись?!» «Как держись?»

Но совсем недавно я услышала рассказ молодой женщины. Она очень тяжело переживала потерю мужа, много плакала, тосковала. У нее был пожилой свекор, к которому она относилась с большой теплотой. И однажды поехала к нему, чтобы поддержать, побыть рядом. Однако когда она приехала, то поняла, что если начнет говорить, то разрыдается. Она не хотела плакать — она же приехала поддержать, а не быть утешаемой.

Получилось так, что они просто молча просидели весь вечер за столом. Пили чай и молчали. А когда она встала, чтобы попрощаться и уйти, свекор обнял ее и сказал: «Ты уж держись, дочка». И в этих словах звучало столько любви, заботы и тревоги за нее, столько желания помочь и хоть как-то поддержать, что она потом призналась: «На меня как будто благодать спустилась в тот момент и я поняла, что смогу пережить свое горе». Слушая ее, я поняла, казалось бы, очевидное — не столько важны слова, сколько те чувства, которые стоят за ними.

«Все будет хорошо», «Все наладится», «Жизнь продолжается»

Говорить, что все будет хорошо – значит, обесценивать горе человека: он словно должен предать свою любовь к ушедшему и снова жить, как ни в чем ни бывало. Естественно, он не хочет об этом слышать. Человек в остром горе думает совсем иначе: «Мне будет хорошо, только если мой близкий снова будет рядом со мной».

Хорошо может быть, но по-другому, и не сразу. Сначала ему придется научиться жить без близкого, который умер. Горе – это процесс. Человек во время горевания совершает огромный внутренний труд, который заключается в том, чтобы, сохранив любовь и память об ушедшем, пойти дальше по жизни без него. В начале этого пути он не представляет, как это – хорошо, но без любимого. Поэтому фраза «Все наладится», скорей, способна вызвать внутренний протест, чем поддержать.

Но при этом можно сказать ему: «Я знаю, что тебе очень тяжело сейчас, но я также знаю, что ты справишься».

В момент острого горя человек находится в измененном состоянии сознания, он часто не запоминает, что ему говорят друзья или психолог. Но можно сказать ему эти слова, на которые потом он сможет опереться: «Вам сейчас очень плохо, будут моменты, когда будет еще хуже, а потом – лучше: будет по-разному. Все, что происходит, это нормально, так переживают горе, и по-другому не бывает. Главное, помните: вы справитесь. Вы сможете это пережить. Не торопитесь, дайте себе время, придут силы, и вы научитесь жить дальше».

Это надо произносить с уверенностью. Откуда такая уверенность? Дело в том, что человек имеет внутренние силы и ресурсы справиться практически со всем, уж так он устроен, мы знаем это на множестве примеров. Вы не знаете, будет ли у него все хорошо, но вы надеетесь, что он имеет силы пережить свое большое горе. Свою надежду вы передаете ему в виде установки «Ты сможешь, ты справишься». А у него где-то на уровне подсознания это фиксируется как факт — «Я смогу», и это становится опорой.

«У вас еще будут дети», «Еще родишь здоровенького»

Часто так утешают родителей погибшего ребенка. Но надо понимать, что для них сама мысль о другом ребенке может быть равносильна предательству умершего ребенка. К тому же никто не знает, будут ли у них еще дети, захотят ли они иметь детей. Бывает, что мужчина советуется: «Я так боюсь, что жена может сойти с ума. Может нам еще одного ребенка родить?» Я понимаю, что все это из лучших побуждений, но всегда отвечаю так: «У вас случилось, наверное, самое страшное, что может произойти в жизни – вы потеряли ребенка. Потеряли того, кого любите, кто стал смыслом жизни, с кем было связано столько надежд. И сейчас ещё его время – время вашего с ним прощания, время, когда вы учитесь жить без него. Проживите это время, а потом решите, будут у вас еще дети или нет».

Но на самом деле, правда здесь еще и в другом: если родители рожают ребенка сразу после потери, то высок риск, что они могут родить ребенка-заместителя. Эта ситуация опасна тем, что родители невольно могут возложить на второго ребенка ответственность проживать жизнь умершего: будут его вслух или мысленно сравнивать с первым ребенком, корректировать его поведение. Они делают так, не желая ничего плохого, просто, не пережив до конца утрату, они не могут отрешиться от образа умершего ребенка и переносят его на вновь рожденного. А ведь родился совсем другой человек! Со своими особенностями, своим характером и жизненными задачами. И он может ничем не напоминать умершего ребенка. Это болью может отзываться в душе родителей и тяжелой обидой в душе ребенка, которого не принимают таким, какой он есть.

Психологи обычно советуют не принимать жизненно важных решений в течение года-двух после утраты. Надо сначала пережить горе, а потом думать, как строить свою жизнь дальше.

«Пришло время»

Так часто говорят о смерти людей пожилых, поживших. Это может прозвучать высокомерно. Как человек может так уверенно заявлять, для кого пришло время умирать, а для кого нет?

Дело еще в том, что для человека, переживающего утрату любимых бабушки, дедушки или родителей, не имеет никакого значения, сколько им было лет. Какая разница, пришло время или нет? Ему больно от расставания!

Когда после смерти моей мамы я оформляла необходимые документы, зашла в один кабинет, и там сидела знакомая женщина. Она мне так спокойно сказала: «Мама умерла? Ну что, возраст такой, время ее пришло – и умерла». Да, маме было 79 лет, возраст достойный, дай Бог нам всем столько прожить. Я ничего ей не ответила, но подумала: «Зря ты это сказала». Вроде бы, стандартная фраза, но звучит совсем нехорошо. «Время ее пришло». Может и так, но слышать это тому, кто только что потерял дорогого человека, очень тяжело. Эта фраза не может никого утешить.

«Бог забирает лучших», «Бог взял, Бог дал», «Теперь он у Бога, ему хорошо»

Фраза «Бог забирает лучших» — тоже сомнительное утешение, она непонятна и не логична. Получается, те, кто долго живет, худшие?

«Теперь он у Бога» — так верующий человек может сказать другому верующему. Но и это, скорей, не утешение, а констатация: они оба верят в это. Однако боль разлуки от таких слов все равно не становится меньше: когда умирает человек, мы плачем о себе, потому что нам горько расставаться.

Photo: Jack Sharp / Unsplash

Говорить же такие слова человеку нерелигиозному, невоцерковленному очень часто значит растравливать его раны. Есть такой фильм, «Кроличья нора», где показано, как родители переживают смерть ребенка. Они приходят на группу поддержки, и там одна мама говорит: «Я знаю, что мой малыш сейчас ангел, он у Бога, ему хорошо. И мы рады!». В ответ вторая мама взрывается: «Что, Бог не может наделать себе ангелов?! Почему ему понадобился мой ребенок?».

Подобные разговоры с людьми невоцерковленными могут вызвать сильную агрессию. Вообще обида на Бога часто возникает в момент горя, люди могут недоумевать: «Почему Бог забрал моего сына (или мужа, жену)? Мне не нужен такой Бог!».

Поэтому о Боге могут говорить между собой люди действительно верующие. И, кроме того, надо помнить, что вера – это нечто глубоко личное: у каждого из нас свои убеждения, свой жизненный опыт и опыт веры, поэтому одни и те же слова могут отзываться в людях очень по-разному.

«Как ты?» 

Эта фраза — скорее, попытка вступить в контакт, когда человек не знает, что сказать, но ему важно начать говорить с тем, кто переживает потерю. А что сказать? «Как ты?». Надо понимать, что ответ на такой вопрос может быть любым, и осознавать, как ты будешь действовать дальше. Как фраза для вступления в диалог такие слова могут иметь место, но ими нельзя ограничиваться.

Если человеку не все равно, он может спросить иначе: «Что я могу сделать для тебя?». Даже если горюющий ответит: «Ничего», это тоже нормально. В какой-то момент ему нужно, чтоб его оставили одного, или он действительно не знает, чем ему можно помочь. Если у вас есть конкретные предложения, лучше их озвучить: «Давай я побуду с тобой», «Давай я приеду, помогу тебе по хозяйству, приготовлю что-нибудь», «Давай я погуляю с твоими детьми».

На самом деле, часто человеку действительно ничего не нужно – просто побыть рядом, этого достаточно. Ничего особенного говорить и не надо…

«Побудьте со мной» — в этом смысл хосписаЛегендарный петербургский врач-психиатр, д. м.н, почетный доктор Эссекского университета, Андрей Владимирович Гнездилов о работе и жизни в хосписе

Так получилось, что когда умерла моя мама, со мной рядом не оказалось ни родных, ни близких, ни друзей, они все были в Москве, а я была за тысячу километров. И, конечно, несмотря на весь свой профессиональный и жизненный опыт я испытывала и страх, и горе, и растерянность.

Не знаю, как бы я справилась, но, слава Богу, рядом была моя подруга. Самая близкая, самая настоящая, с которой мы дружим уже 36 лет. Она не говорила никаких особенных слов, не совершала героических поступков, она просто все время была рядом – в реанимации, когда врач говорил: «Мы сделали все, что могли…», в морге, куда так невыносимо страшно было заходить одной, потому что там лежит твоя мать, дома, на кладбище, после похорон. Я не знаю, как ей это удавалось, потому что начинался учебный год, она заведовала кафедрой в университете, и у нее была куча дел, и университет был в другом городе. Она уезжала, приезжала и при этом всегда была рядом. Не знаю, как бы я была без нее.

Потом уже приехали родные и стало легче от самого их присутствия. Я решила остаться до 9 дней, и сын мне сказал: «Я тоже остаюсь». Я стала возражать, что у него университет, учеба, а он спокойно ответил: «Я буду здесь столько, сколько будешь ты». Это нельзя переоценить.

Чем помочь? Неравнодушием

Я много лет работаю с людьми, переживающими острое горе, и все равно каждый раз перед встречей с человеком нахожусь в каком-то ступоре: я не знаю, что именно скажу ему. Но когда ты вступаешь в контакт с человеком, появляется эмоциональная связь между вами, и слова приходят сами. Для каждого они будут свои. Поэтому мне кажется важным – почувствовать человека. А этого не получится сделать, если ты к нему равнодушен. Мы можем поддержать человека только тогда, когда мы эмоционально – вместе с ним, когда нам не все равно.

Есть такое представление, что, если ты будешь неравнодушен к каждому, у кого горе, ты «выгоришь», растратишь себя, тебя это разрушит, поэтому надо сохранять дистанцию. Но весь мой опыт говорит о другом. Неравнодушие дает силы: мы не только даем, мы получаем. Когда ты отгораживаешься и стараешься избегать тяжелых переживаний – они все равно тебя настигают и «пробивают», и вот это разрушает. В тот момент, когда я общаюсь с человеком, он для меня – важнее всех в мире. Если так подходить к человеческому горю, и нужные фразы находятся, и выгорания не происходит.

Лариса Пыжьянова

 

Материал подготовлен с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.

 

Зубик для мышки | «Соната»

А как хорошо начинался этот день!  За окном светит солнышко, птички поют, ветер лениво задувает в приоткрытое окно. А я, рассредоточив бойцов по всей комнате, уже готов был начать полномасштабную войну между констукторными монстрами и резиновыми динозаврами, как вдруг дверь резко распахнулась, явив мне радостно улыбающуюся маму. Я не успел даже ничего спросить, как в открытое окно ворвался сквозняк и скинул нескольких динозавров со своих постов. М-да, похоже, война закончилась, не успев толком начаться.
Что мама? Собираться? Куда, зачем? Может, позже…  У меня тут войнушка, м-м-м… в самом разгаре. Куда-а?! К стоматологу? Уже звучит угрожающе. Это что за зверь такой? Зубной доктор? И зачем он мне? Вои Вот и узнаю? Как-то мне уже не хочется к нему идти. Что?
А моего мнения никто не спрашивал. Вот так всегда.

Ну, скажите мне, разве стоило трястись полчаса в машине, чтобы попасть в это. Нет, не так ЭТО! Пятиэтажный дом еще времен советской постройки: кое-где уже обшарпанный, с отваливающейся штукатуркой, а в некоторых местах даже видны нарождающиеся дыры. Нет, конечно, эти изменения не затронули саму клинику. Первый этаж очень даже неплохо реставрировали, но вот общий вид… Все равно, что надеть на дряхлую старушку платье, что носят современные девушки – смотрится смешно и нелепо. И не надо мне говорить, что не стоит обращать внимание на внешний вид, а как же первое впечатление? Так вот меня это НЕ ВПЕЧАТЛЯЕТ! Пойдем домой.
Щаз-з… разбежался. Стоило только развернуться и сделать шаг, как меня схватили за руку и нахальным образом потянули к дверям. Эй-эй-эй!!! Так нечестно! Я буду жаловаться!
Сво-бо-ду по-пу-га-ям!!!
Так меня и послушали.
Ладно, я сам! Еле-еле отвоевываю назад свою конечность, и, гордо задрав подбородок, топаю к дверям.

Здрасте. Подождем-подождем, нам спешить некуда. Косо смотрю в мамину сторону, но та, абсолютно не обращая на меня внимания, заполняет какие-то бумажки.
Молодая девушка с радостной улыбкой на лице интересуется: чай, кофе?
И все? А сок, газировку или минералку на худой конец? Что мам? Ну да, тут мне не кафе, а жаль… Ладно, согласен и на воду.
Под нос тут же суют высокий стеклянный стакан.
Что надо сказать? Маловато будет. Что, мам? Говорю спасибо.
Улыбающаяся ресепсионистка уплывает обратно за стойку.

Ну, долго еще нам ждать? Прошло только десять минут? А мне показалось, что час. Когда же нас позовут?
Выудив из стопки несколько приглянувшихся журналов, быстренько их пролистал, ничего интересного, большей частью девчоночьи картинки. Оставив их валяться на столе, я стал рассматривать помещение от пола до полотка. Так же проверил каждый угол, а вдруг что-нибудь интересное завалилось, даже не поленился покорчить рожи зеркалу и успел оборвать несколько листиков с миниатюрного деревца, пока никто не видел.
Мама беспечно пьет свое кофе и не спеша листает какой-то глянцевый журнал. Ей то хорошо, есть чем заняться. Эх… и почему я не взял с собой парочку игрушек…
Только пытаюсь заикнуться о том, что, может, лучше отправимся домой — как срабатывает закон подлости: из коридора выплывает девица в зеленом костюме и зовет проследовать за собой. Мама, ни слова не говоря, встает и берет меня за руку. Хочешь — не хочешь, а идти придется.

С опаской заглядываю в кабинет. Ну… в принципе интерьерчик ничего. Стены отделаны светло-коричневой плиткой, по углам несколько столов с различной техникой, а в центре комнаты  странный агрегат, такого мне еще видеть не приходилось. Синее кресло только с одним подлокотником, соединенное с маленькой раковиной, из которой вырастает столбик, держащий на себе компьютерный монитор и заканчивается лампой. Из второго подобного столбика растет огромная бандура, даже не знаю какое название подобрать, а на ней лежат различные металлические штуковины больше напоминающие пыточные инструменты. Жуть! Вы что, правда думаете что я сяду в ЭТО?!.. Кошу взглядом на дверь, прикидывая: успею или нет выскользнуть в коридор. Но мама, быстренько угадав ход моих мыслей, встает прямо на пути. Ну вот всегда так… Ладно-ладно, иду.

Ну что ж приступайте к своим пыткам. И не надо смеяться, я вполне серьезен. Нет, они меня еще называют фантазером. Да открываю-открываю рот.
А-а-а… А-А-А!!! Вы что делаете! Больно? Нет они еще спрашивают. А вы как думаете, себе попробуйте потыкать. Ай! Да сколько можно. Отбрыкиваюсь и пытаюсь встать, но тут мама подходит и ТА-А-АК на меня смотрит, что протесты застревают в горле, и я покорно плюхаюсь на место, продолжая сверлить неприязненным взглядом инструменты.
Пытка продолжается. После томительных минут меня, наконец, оставляют в покое. Доктор снимает маску и начинает что-то объяснять маме, сыпля непонятными словами. А можно по человечески говорить, для особо одаренных? И, пожалуйста, чуть помедленнее, а то я через слово понимаю. У обоих тут же меняется выражение лица и мне торжественно объявляют, что у меня в зубе завелись кариозные монстры и их нужно оттуда срочно выселять. Даже боюсь представить, как это будут делать.
Просто-напросто вырвать больной зубик, чтоб на его месте вырос новый здоровый. А менее радикальные средства есть? Мы же не в гестапо.
Откуда я такие умные слова знаю? Так я ведь вункер… вунбер… гений, короче.
Да, я не по годам развитый ребенок. Сколько мне лет? Девять.
Что? Раз уж я такой большой мальчик то не должен бояться такой простой процедуры?
А кто сказал, что я боюсь? Ну… а может, все-таки подождем, и он сам отпадет?
Зубик может заболеть? Ну вот тогда и вырвем.
Э… мама? Не соглашайся! Нет! Она же сказала: нет! Вы не слушайте, что она говорит, ей просто голову напекло сегодня. Что значит: надо?! Мне не надо! Это мои зубы, не дам себе что-то вырывать. А-А-А!!! Я буду жаловаться! Это жестокое обращение с детьми! А-А-А!!!!!.. Ась, купишь мне машинку? Ту, радиоуправляемую? Нет?  А-А-А!!!!!.. А может ту пожарную, красненькую, с мигалкой?
По рукам? Так уж и быть можете выдрать этот зуб, разрешаю.
Поудобнее усаживаюсь в кресле и открываю рот. Мне мажут зуб какой-то горькой дрянью с привкусом апельсинов. Бе-е… и это вы называете сладким вареньем? Интересно, в каком году оно было сладким, наверное, лет этак двадцать назад.
Уф, смывайте-смывайте. Что там дальше? Побрызгаете волшебной водичкой и зубик уснет? Это что за водичка такая,  парочку литров не одолжите? Я-то уж найду, куда ее приспособить. Нет, жалко.
Закрыть глазки, чтоб водичка не попала в глаз? Ах, глазки заснут. И вы думаете, я в это поверю? А что вы за спиной прячете? Шприц! Я прав?!
Это совсем не больно, как комарик укусит? Но комары БОЛЬНО кусаются! Я знаю, на себе проверял!
Я боюсь!!! Я ничего не боюсь! Да хоть сейчас докажу.
Начинаем. А-а-а… а может, все-таки не стоит?
Думать о машинке… ДУМАТЬ о машинке… думать о МАШИНКЕ!!!!
Уф… Больно было?!! Вы… тм… я лучше промолчу.
Знаю, я умница и очень смелый ребенок, но меня лестью не проймешь и, судя по вашим взглядам, все самое плохое только начинается. Не говорите мне, я прав.
Что? Отпустить маму попить кофе? Ну вот, мне снова страшно. Бояться уже нечего? Вам-то, может быть, и нечего.
Мама!! Куд… ушла. И не стыдно ей бросить собственного ребенка на растерзание?
Начинаем? Может, еще подождем? Я не упрямлюсь, я лишь оттягиваю неизбежное.
Кто кричит? Я не кричу, что вы, я…
Что?.. знаете, мне много сказок прочитали, но вы бьете все рекорды. У вас правда в подвале живут мышки питающиеся зубиками? Ух ты! А покажите хоть одну! А-а-а… так вот в чем дело, вначале нужен зуб.
Скажите прямо – вы врете? И не надо делать такие честные глаза!
Поспорим? Почему бы и нет? Если я выиграю, дадите пару стаканчиков своей волшебной жидкости? Ну…
Подарок? А какой подарок? Игрушечный пистолетик? С пульками? Даже не знаю, — природная жадность боролась с чувством страха, и не скажу, что последнее побеждало.
— Хорошо я готов. На раз-два-три.
Раз, — широко открываю рот.
Два, — доктор берет в руки огромные щипцы, отчего у меня глаза вылезают из орбит.
Три, — я только собирался закричать, что мы так не договаривались, как доктор с победным — Ха, выдергивает зуб.
И это все?
А чего я ждал? М-м… Лучше промолчу. Теперь я свободен? Ура!!! – соскакиваю с кресла и бегу к маме. — А мне вырвали зуб! Нет, было не больно, абсолютно! Теперь ты купишь мне машинку? Да? Да! Пойдем скорее! — Воодушевленный, я упустил из вида, когда мне сунули в руки обещанный подарок. Еле-еле оттащив маму от администраторской стойки к двери, мы наконец-то вышли.
Вперед-вперед-вперед!
Пру как танк, не замечая ничего вокруг, за что поплатился, запнувшись о дырку в асфальте. Блин! Даже дорогу не могут нормально сделать, кругом дыры. И только тут вспоминаю, что доктор обещала мне показать мышку, которая питается зубиками. Уже разворачиваюсь, чтоб вернуться, как замечаю, что слева от главного порога, на самом краешке ступеньки сидит большая мышь. Такая серая… и внимательно смотрит в мою сторону. В передних лапках у нее зажат МОЙ ЗУБ!!!

Скажи или расскажи? — Грамматика английского сегодня

Скажем, и говорят, что — неправильные глаголы. Прошлое простое число из скажем, что — это , сказанное , прошедшее простое из , скажем, — это , переданное :

Они спросили, ищу ли я работу, и я сказал да.

Затем он рассказал мне, как он получил работу, солгав о своем возрасте.

Мы используем , скажем, и , говорим по-разному в сообщаемой речи. Say сосредотачивается на словах, которые кто-то сказал, а tell больше фокусируется на содержании или послании того, что кто-то сказал:

«Привет», — сказала она.

Не: «Привет», — сказала она.

Она сказала ему, что они собираются в отпуск. (основное внимание уделяется информации.)

Мы используем , скажем, с прямой речью. Обычно мы не используем tell таким образом:

Он сказал: «Я не плачу за это 50 фунтов стерлингов.’

Скажем, и сообщают с объектами

Оба говорят, что и говорят, что берут прямой объект. Объектом чаще всего является пункт, о котором сообщается (отчет о том, что кто-то сказал).

пункт об отчетности

пункт о сообщении (прямой объект)

Она сказала

«Я не понимаю, что вы имеете в виду.’

Я рассказал ей

, почему это произошло.

Tell обычно принимает косвенный объект (один или несколько человек = io) и прямой объект (заявленное предложение = do):

Мальчик сказал [IO] нам [DO] он не хотел денег.

Однако мы используем , скажи без косвенного объекта со словами, такими как правда , ложь , шутка , история :

Вы никогда не должны рассказывать ложь.

Не:… солгать.

Давай, Кевин. Ты умеешь шутить.

Скажем, не принимает косвенный объект. Вместо этого мы используем фразу с по :

И затем она сказала мне: «Я твоя двоюродная сестра. Мы никогда раньше не встречались ‘ инфинитив от до , чтобы сообщить о команде или инструкции.Обычно мы не используем , скажем таким образом:

Они сказали нам вернуться на следующий день.

Не: Они сказали, чтобы мы пришли…

Они сказали ей подождать, пока не приедет врач.

Разговорный английский:

Но в неформальной речи мы иногда используем инфинитив , скажем, + , чтобы сообщить команду или инструкцию:

Я спросил его, хочет ли он это сегодня, но он сказал: оставь это до завтра.

Типичные ошибки

«Я тороплюсь, — сказал он мне.

Не:… он сказал мне.

Затем громкий голос сказал: «Привет».

Не:… громкий голос сказал: «Привет».

Она сказала, что будет ждать нас снаружи.

Не: Она сказала, что подождет…

В чем разница между «сказать» и «сказать»? | Задайте вопрос редактору

Спросите редактора

Архив

Выберите месяц…February 2021January 2021December 2020November 2020October 2020September 2020August 2020July 2020June 2020May 2020April 2020March 2020February 2020January 2020December 2019November 2019October 2019September 2019August 2019May 2019April 2019March 2019February 2019January 2019December 2018November 2018October 2018September 2018August 2018July 2018June 2018May 2018April 2018March 2018February 2018January 2018December 2017November 2017October 2017September 2017August 2017July 2017June 2017May 2017April 2017March 2017February 2017January 2017December 2016November 2016October 2016September 2016August 2016July 2016June 2016May 2016April 2016March 2016February 2016January 2016December 2015November 2015October 2015September 2015August 2015July 2015June 2015May 2015April 2015March 2015February 2015January 2015December 2014November 2014October 2014September 2014August 2014July 2014June 2014May 2014April 2014March 2014February 2014January 2014December 2013November 2013October 2013September 2013A ugust 2013July 2013June 2013May 2013April 2013March 2013February 2013January 2013December 2012November 2012October 2012September 2012August 2012July 2012June 2012May 2012April 2012March 2012February 2012January 2012December 2011November 2011October 2011September 2011August 2011July 2011June 2011May 2011April 2011March 2011February 2011January 2011December 2010November 2010October 2010September 2010August 2010July 2010June 2010May 2010April 2010March 2010February 2010January 2010December 2009November 2009October 2009September 2009August 2009July 2009 июнь 2009 май 2009 апрель 2009 март 2009 февраль 2009 январь 2009 декабрь 2008 ноябрь 2008 октябрь 2008 сентябрь 2008

Вопрос

В чем разница между «сказать» и «сказать»?

Отвечать

Вопрос

Какая разница в значении между tell и say ? -Карлос, Сальвадор

Ответ

Значения Tell и Say

Значения этих двух глаголов, сказать и сказать , аналогичны. Основное значение tell — «сказать или написать что-то кому-то». Основное значение слова say — «использовать свой голос, чтобы выразить что-то словами». Тем не менее, есть несколько четких и простых правил использования этих двух слов, как показано ниже.

Правила использования для Tell и Say

Tell используется только для инструктирования или информирования и когда получатель информации включен как объект глагола. Не используйте для цитат.

  • Она уже сказала вам хорошие новости?
  • Пожалуйста, сообщите нам свое имя и род занятий.
  • Сотрудник милиции сказал ему остановиться. [НЕ Полицейский сказал ему: «Стой».]
  • Вы можете рассказать мне , что случилось?

Скажем, используется для точных котировок, а когда получатель не упоминается в предложении:

  • «Доброе утро», — сказала женщина за прилавком.
  • Я только что зашел к сказать привет.
  • Я, , сказал три слова, прежде чем он снова меня перебил.

Скажем, также используется для выражения мнения:

  • Я бы не стал сказать , что он отличный гитарист [= я не думаю, что он великий гитарист].
  • Они говорят , что вы должны выпивать восемь стаканов воды в день.

Есть и другие варианты использования обоих этих глаголов. Для получения дополнительной информации о say и tell перейдите по ссылкам ниже.

Подробнее о «рассказывать» и «говорить»:

Архив

Выберите месяц … Февраль 2021January 2021December 2020November 2020October 2020September 2020August 2020July 2020June 2020May 2020April 2020March 2020February 2020January 2020December 2019November 2019October 2019September 2019August 2019May 2019April 2019March 2019February 2019January 2019December 2018November 2018October 2018September 2018August 2018July 2018June 2018May 2018April 2018March 2018February 2018January 2018December 2017November 2017October 2017September 2017August 2017July 2017June 2017May 2017April 2017March 2017February 2017January 2017December 2016November 2016October 2016September 2016August 2016July 2016June 2016May 2016April 2016March 2016February 2016January 2016December 2015November 2015October 2015September 2015August 2015July 2015June 2015May 2015April 2015March 2015February 2015January 2015December 2014November 2014October 2014September 2014August 2014July 2014June 2014May 2014April 2014March 2014February 2014January 2014December 2013November 2013October 2013Se ptember 2013August 2013July 2013June 2013May 2013April 2013March 2013February 2013January 2013December 2012November 2012October 2012September 2012August 2012July 2012June 2012May 2012April 2012March 2012February 2012January 2012December 2011November 2011October 2011September 2011August 2011July 2011June 2011May 2011April 2011March 2011February 2011January 2011December 2010November 2010October 2010September 2010August 2010July 2010June 2010May 2010April 2010March 2010February 2010January 2010December 2009November 2009October 2009September 2009August 2009 июль 2009 июнь 2009 май 2009 апрель 2009 март 2009 февраль 2009 январь 2009 декабрь 2008 ноябрь 2008 октябрь 2008 сентябрь 2008

сказать ИЛИ сказать? | Словарь

Глаголы говорят, что и говорят, что имеют схожие значения. Оба они означают «устно общаться с кем-то». Но мы часто используем их по-разному.

Простой способ представить , скажем, , и , , сказать , :

  • Вы скажите что-нибудь
  • Вы скажите кому-нибудь что-нибудь
Вы что-то говорите Вы кому-то что-то рассказываете
Рам сказал, что устал. Рам сказал Джейн, что устал.
Энтони говорит, что у вас новая работа. Энтони сказал мне, что у вас новая работа.
Тара сказала: «Я люблю тебя». Тара сказала Джону, что любит его.

Но, конечно, не всегда так просто. Вот несколько правил, которые вам помогут.

Личный объект
Обычно мы следуем за tell с личным объектом (человеком, с которым мы разговариваем). Обычно мы используем , скажем, без личного объекта:

  • Она сказала мне, что любит Джона.
  • Она сказала, что любит Джона.
  • Он сказал всем, что должен уйти.
  • Он сказал, что должен уйти.

Скажите «кому-то»
С скажем , мы иногда используем «кому-то»:

  • Он сказал мне, что устал.
  • Тара сказала Раму, что он очень хорошо справился.
  • Энтони сказал ей: «Надеюсь, ты скоро придешь.«
  • «Я хочу поспать», — тихо сказала она ему.

Прямая речь
Мы можем использовать , скажем, с прямой речью. Мы используем tell только с прямой речью, которая является инструкцией или информацией:

  • Аманда сказала: «Привет, Джон. Как дела?»
  • «Замечательно», — сказала она.
  • Он сказал ей: «Открой дверь тихо».
  • Она сказала мне: «Я никогда не была в Англии».

Мы можем использовать , скажем, , с прямыми вопросами, но мы не можем использовать , скажем, :

  • Она сказала: «Ты меня любишь?»
  • Полицейский сказал заключенному: «Где ты был в 8 вечера?»

Сообщенная речь
Мы можем использовать , скажем, , и , чтобы сообщить , чтобы рассказать о сообщаемой информации:

  • Она сказала, что идет дождь.
  • Она сказала мне, что позвонит в 14:00.

Мы не можем использовать , скажем, или , сказать, , чтобы говорить о заданных вопросах. Мы должны использовать ask (или аналогичный глагол):

  • Она спросила, был ли я там когда-нибудь.
  • Они спросили, что я хочу съесть.
  • Она спросила, где он живет.
  • Он спросил, не хочет ли она пойти домой.

Заказы, советы
Мы используем tell + object + инфинитив для заказов или рекомендаций:

  • Она велела ему сесть.
  • Мне сказали не ждать.
  • Скажи Нейлу, чтобы он провел отпуск и забыл о ней.

Фразы
Вот несколько фиксированных фраз с сказать . Мы не можем использовать , например, с этими фразами:

  • расскажите (кому-нибудь) историю
  • скажи (кому-нибудь) ложь
  • скажи (кому-нибудь) правду
  • сказать будущее (= знать, что принесет будущее)
  • сказать время (= уметь читать часы)

Правильно и неправильно
Прочтите эти примеры правильного и неправильного использования:

правый неправильно Потому что мы не можем. ..
Тара велела Джо уйти. Тара сказала Джо уйти . скажем кто-то что-то сделает
Панита сказала мне, что она голодна. Панита мне сказала что голодна . сказать кто-то что-то
Сказал, что любит кофе. Он сказал, что любит кофе . сказать что-нибудь
Tookta сказал мне, что она идет. Tookta сказала мне, что идет . рассказать кому-нибудь
Tookta сказал мне, что она идет.
Сирилак всегда лжет. Siriluck всегда врет . сказать ложь
Рам сказал Ноку: «Давай включим телевизор». Рам сказал Ноку: «Давайте телевизор включим». скажите кому-нибудь «прямая речь»
(кроме инструкций и информации)
(Рам сказал Ноку: «Включи телевизор»)
(Рам сказал Ноку: «Я родился в 1985 году»)
Она спросила, хочу ли я приехать. Она сказала, хочу ли я приехать . скажем или сообщить заданный вопрос
Взял спросил, что я хотел сделать. Tookta рассказал, что хотел сделать .

скажи / расскажи Тест

Как перестать говорить «да», когда хочешь сказать «нет»

«Живи своей жизнью для себя, а не для кого-либо другого.Не позволяйте страху быть осужденным, отвергнутым или неприязненным, мешает вам оставаться собой »~ Соня Паркер

Я не люблю говорить «да».

Иногда я даже ловлю себя на том, что думаю «нет, нет, нет, нет», а потом ляпаю «да».

Почему так сложно сказать слово «нет»? Это просто слово, правда?

После того, как я какое-то время чувствовал себя пойманным в ловушку из-за моего чрезмерного желания быть уступчивым, это заставило меня задуматься.

Я спросил себя, почему для меня так важно доставить удовольствие всем до такой степени, что я почувствовал бы обиду и стресс из-за этого.

Я понял, что боюсь сказать «нет», потому что мой самый большой страх — это отказ. Я боялся, что каждый раз, сделав это, я разочарую кого-нибудь, разозлюю, задену его чувства или покажусь недобрым или грубым.

То, что люди думают обо мне негативно, — это абсолютный отказ. Говорят ли они вслух то, что думают обо мне, для меня не имеет значения. Это мысль, что они смотрят на меня свысока.

Так я понял, почему мне так трудно сказать «нет».

Я понимаю, что это не просто проблема, с которой я сталкиваюсь, а проблема, с которой многие люди сталкиваются каждый день. Это тяжелое бремя, потому что желание сказать «да» также приводит к неуверенности в себе и самооценке.

Если вы, как и я, не можете сказать «нет», это может помочь.

Сказать «нет» не значит, что ты плохой человек

Сказать «нет» не означает, что вы грубый, эгоистичный или недобрый. Все это бесполезные убеждения, из-за которых трудно сказать «нет».

Изучение происхождения этих убеждений — отличный способ научиться отпускать их.

Вы когда-нибудь задумывались, почему было так легко сказать «нет», когда вы были маленьким ребенком, и почему это стало так сложно сейчас? Что произошло?

В детстве мы узнали, что говорить «нет» невежливо или неуместно.

Если бы вы сказали «нет» маме, папе, учителю, дяде, бабушке и дедушке и так далее, вас наверняка сочли бы грубым, и вас, вероятно, бы за это отругали.

Сказать «нет» было запрещено, а «да» было вежливо и приятно.

Теперь, когда мы все взрослые, мы стали более зрелыми и способны делать свой собственный выбор, а также понимать разницу между неправильным и правильным. Таким образом, слово «нет» не должно быть запретным словом, это то, что мы решаем сами, исходя из нашего собственного усмотрения.

Но, к сожалению, мы придерживаемся своих детских убеждений и продолжаем ассоциировать «нет» с неприязнью, невоспитанностью, недоброжелательностью или эгоизмом.Мы беспокоимся о том, что, если мы скажем «нет», мы почувствуем себя униженными, виноватыми или пристыженными и в конечном итоге останемся одни, отвергнуты или брошены.

Знайте свою ценность

Второй шаг к тому, чтобы научиться говорить «нет», — это осознать свою ценность и выбрать собственное мнение о себе по сравнению с другими.

Я узнал, что если вы живете своей жизнью, полагаясь на одобрение других людей, вы никогда не почувствуете себя свободным и по-настоящему счастливым.

Если вы полагаетесь на одобрение других людей, вы в основном говорите: «Их мнение обо мне более важно, чем мое мнение о себе.”

Если ваше мнение о себе на самом деле довольно низкое, помните, что:

  • Ваши проблемы не определяют вас.
  • Совершать ошибки — это нормально — никто не совершенен, и каждый делает то, о чем сожалеет; это то, что делает нас людьми.
  • То, что делает человека великим, — это не его внешность или достижения, а его готовность любить других, быть скромным и расти как личность.
  • Вы уникальны, ценны и важны.Никто в этом мире не может предложить то, что можете вы.

Действительно ли оно того стоит?

Третий шаг к тому, чтобы научиться говорить «нет», — это решить, стоит ли говорить «да».

После того, как вы что-то совершили, в конце концов возникает сомнение, и вы можете начать думать, как из этого выбраться.

И если у вас нет веских оправданий, вы должны решить, собираетесь ли вы сказать правду или придумывать ложь.

Подумайте о страданиях, стрессе и негодовании, которые вызвали у вас «да».Разве не было бы намного проще и проще просто сказать «нет»?

Я помню, как однажды я сказал «да» чему-то, а потом почувствовал себя так плохо из-за этого, что в конце концов соврал. Мне все еще жаль, что я солгал.

Однажды мне позвонил начальник и спросил, смогу ли я работать в следующую субботу. Как обычно, я вежливо выпалила: «Да, конечно, это вообще не проблема». На самом деле у меня были планы с моим парнем, которых я очень ждала.

Позже я почувствовал себя абсолютно ужасно, сказав «да», и пожалел, что у меня не хватило смелости сказать «нет» с самого начала.

Боясь того, что мне придется работать в этот день, я перезвонил своему боссу с наилучшим извинением, которое я мог придумать. Я сказал ей, что совершенно забыл, что в ту субботу день рождения моего отца, и что у нас была семейная встреча (что, конечно, было не так).

Оглядываясь назад, я понимаю, что на самом деле не стоит говорить «да», когда ты этого не хочешь.У меня есть право сказать «нет», и я не должен бояться подвести других людей за счет собственного счастья.

Если вы тоже решили, что оно того стоит, и хотите научиться говорить «нет», попробуйте эти простые, но эффективные советы, чтобы делать это с уверенностью.

Полезные советы, как сказать нет

  • Говорите прямо, например, «нет, я не могу» или «нет, я не хочу».
  • Не извиняйтесь и не приводите всевозможные причины.
  • Не лги.Ложь, скорее всего, приведет к чувству вины — и помните, это то, чего вы пытаетесь избежать.
  • Помните, что лучше сказать «нет» сейчас, чем потом обижаться.
  • Будьте вежливы, например: «Спасибо за вопрос».
  • Практикуйтесь, говоря «нет». Представьте сценарий, а затем потренируйтесь говорить «нет» в одиночестве или с другом. Так вы почувствуете себя более комфортно, говоря «нет».
  • Не говорите «Я подумаю об этом», если не хотите этого делать.Это только продлит ситуацию и заставит вас почувствовать еще больший стресс.
  • Помните, что ваша самооценка не зависит от того, сколько вы делаете для других людей.

Научиться говорить «нет» было одним из лучших вещей, которые я сделал для себя. Это не только побудило меня преодолеть страх быть отвергнутым, но и помогло мне обрести контроль.

Я больше не чувствую себя пойманным, обиженным или виноватым. Вместо этого я чувствую себя сильным и свободным.

Если вы хотите того же ощущения свободы и расширения возможностей, возьмите под свой контроль, бросьте вызов себе и научитесь говорить «нет».

Заметили опечатку или неточность? Свяжитесь с нами, чтобы мы могли это исправить!

7 вещей, которые нельзя никому говорить

Как часто вы говорили что-то простое только для того, чтобы человек, который вы это сказал, неправильно понял или полностью исказил смысл? Утвердительно киваете головой? Тогда это означает, что вы ведете себя нечетко.

Общение должно быть простым, правда? Все дело в том, что два или более человека разговаривают и что-то объясняют другому.Проблема заключается в самом разговоре, каким-то образом мы оказываемся неясными, и наши слова, отношение или даже способ разговора становятся препятствием в общении, в большинстве случаев неосознанно. Мы даем вам шесть общих препятствий для общения и способы их преодоления; чтобы вы на самом деле сказали то, что вы имеете в виду, и / или другой человек тоже это понял…

6 стен, которые нужно сломать, чтобы сделать общение эффективным

Подумайте об этом так, простую фразу вроде «что ты среднее »можно сказать по-разному, и каждый из них в конечном итоге приведет к« передаче »чего-то совершенно другого.Кричите это другому человеку, и восприятие будет гневом. Шепните, что это кому-то на ухо, и другие могут принять это так, как будто вы что-то замышляете. Скажите это на другом языке, и никто не поймет, что вы имеете в виду, если они на нем не говорят … Это то, что мы имеем в виду, когда говорим, что говорим или говорим что-то, что ясно в вашей голове, многие не означают, что вы успешно передал это вашей целевой аудитории — то есть то, что вы говорите и как, где и почему вы это сказали, — иногда становится препятствием для общения.

Барьер восприятия

В тот момент, когда вы говорите что-то конфронтационным, саркастическим, гневным или эмоциональным тоном, вы устанавливаете перцепционные барьеры для общения. Другой человек или люди, которым вы пытаетесь донести свою точку зрения, получают сообщение о том, что вы не заинтересованы в том, что вы говорите, и как бы игнорируют. По сути, вы выкрикиваете свою точку зрения человеку, который также может быть глухим!

Проблема: Когда у вас не очень позитивный тон, язык тела, который указывает на вашу незаинтересованность в ситуации и позволяет вашим собственным стереотипам и опасениям влиять на разговор через то, как вы говорите и жестикулируете, другой человек понимает, что вы говорите совершенно иначе, чем если бы вы сказали то же самое, улыбаясь и ловя их взгляд.

Решение: Начните разговор на позитивной ноте и не позволяйте тому, что вы думаете, окрашивать ваш тон, жесты языка тела. Поддерживайте зрительный контакт со своей аудиторией и улыбайтесь открыто и искренне …

Установочный барьер

Некоторые люди, извините за язык, просто крутые и в целом неспособны наладить отношения или даже общую точку общения с другими, из-за их привычки думать высоко или слишком низко о них. У них в основном проблема с отношением — поскольку они высоко ценят себя, они не могут наладить подлинные линии общения с кем-либо. То же самое верно, если они тоже слишком мало думают о себе.

Проблема: Если кто-то на работе или даже в вашей семье имеет тенденцию бродить с превосходным воздухом — все, что они скажут, вероятно, будет принято вами и другими с щепоткой или даже мешком соли. . Просто потому, что всякий раз, когда они говорят, первое, что выходит из этого, — их снисходительное отношение.А если у кого-то есть комплекс неполноценности, его непрекращающаяся жалость к себе создает препятствия для общения.

Решение: Используйте простые слова и ободряющую улыбку для эффективного общения — и придерживайтесь конструктивной критики, а не критики, потому что вы перфекционист. Если вы видите, что кто-то хорошо работает, дайте ему знать и не обращайте внимания на мысль, что вы могли бы сделать это лучше. Это их работа, поэтому измеряйте их по отраслевым стандартам, а не по своим собственным.

Языковой барьер

Это, пожалуй, самый распространенный и самый непреднамеренный барьер для общения. Использование громких слов, слишком много технического жаргона или даже использование неправильного языка в неправильное или неподходящее время может привести к потере или неправильному толкованию общения. Возможно, это прозвучало прямо у вас в голове и в ушах, но если это прозвучало глупо для других, цель потеряна.

Проблема: Предположим, вы пытаетесь объяснить процесс новичкам и в конечном итоге используете все известные вам технические слова и отраслевой жаргон — ваше общение не удалось, если новичок понял ничего.Вы должны без покровительственного тона объяснять кому-то вещи на самом простом языке, который они понимают, а не на самом сложном, который вы делаете.

Решение: Упростите, чтобы другой человек понял вас и хорошо понял. Подумайте об этом так: если вы пытаетесь объяснить ребенку что-то научное, вы уменьшите это до его мыслительных способностей, не «приглушая» ничего в процессе.

Эмоциональный барьер

Иногда мы не решаемся открыть рот, опасаясь попасть в него! В других случаях наше эмоциональное состояние настолько хрупкое, что мы сохраняем его и плотно прижимаем губы, чтобы не взорваться.Это время, когда наши эмоции становятся препятствием для общения.

Проблема: Скажем, вы поссорились дома и медленно кипите, бормоча в голове о несправедливости всего этого. В это время вы должны дать кому-то повод поругать его работу. Тогда вы, скорее всего, перенесете хотя бы часть своего беспокойства в разговор и начнете говорить о несправедливости в целом, оставив собеседника в тупике относительно того, что вы на самом деле имели в виду!

Решение: Переместите свои эмоции и чувства в личное пространство и поговорите с другим человеком, как обычно.Лечите любые фобии или страхи, которые у вас есть, и подавляйте их в зародыше, чтобы они не превратились в проблему. И помните, никто не идеален.

Культурный барьер

Иногда пребывание в постоянно сужающемся мире означает, что правила могут непреднамеренно привести к конфликту культур, а культурные столкновения могут превратиться в препятствия для общения. Идея состоит в том, чтобы донести свою точку зрения до чьих-либо культурных или религиозных чувств.

Проблема: Существует так много способов возникновения столкновений культур во время общения и столкновений культур; дело не всегда в этнической принадлежности.Некурящий может иметь проблемы с курильщиками, делающими перерывы; у старшего начальника могут быть проблемы с молодым персоналом, слишком часто использующим Интернет.

Решение: Сообщайте только то, что необходимо, чтобы донести суть дела, и избегайте из этого свои личные чувства или чувства. Старайтесь приспосабливаться к точке зрения другого, и, если вам все же нужно ее обдумать, делайте это один на один, чтобы не выставлять напоказ убеждения другого человека.

Гендерный барьер

Наконец, речь идет о мужчинах с Марса и женщинах с Венеры.Иногда мужчины не понимают женщин, а женщины не понимают мужчин — и этот гендерный разрыв создает препятствия в общении. Женщины склонны буквально уносить конфликты в могилу, в то время как мужчины могут немедленно уйти. Женщины полагаются на интуицию, мужчины — на логику, поэтому гендер по своей сути становится большим препятствием в успешном общении.

Проблема: Мужчина-начальник может непреднамеренно неправильно натереть своих подчиненных-женщин антифеминистскими намеками или даже иметь проблемы с женщинами, которые берут слишком много отпусков по семейным обстоятельствам.Точно так же женщины иногда позволяют своим эмоциям взять верх над собой, что не может коснуться мужской аудитории.

Решение: Говорите с людьми как с людьми — не думайте и не делите их на пол, а затем говорите соответственно. Не делайте комментариев или намеков, которые имеют гендерную предвзятость — вам также не нужно выглядеть как MCP или феминистка, сжигающая бюстгальтеры. Держите подальше от пола.

И помните, ключ к успешному общению — это просто быть открытым, смотреть в глаза и периодически улыбаться.Битва обычно наполовину выиграна, если вы говорите то, что имеете в виду, простыми, прямолинейными словами и держите в стороне свои эмоции.

Say vs Tell: в чем разница?

Вы собираетесь научиться использовать «say» и «tell» на английском языке. Пока вы здесь, посмотрите, как использовать «Get» на английском языке.

«Скажи» и «скажи» могут иметь много общего, но на самом деле их личности очень, очень разные.

Вот «скажи»:

Она очень аналитична. Ей нравится сосредотачиваться на деталях.Контекст для нее не так важен. Ее просто интересуют слова.

Вот «скажи»:

Он другой! Ему тоже нравится смотреть на слова, но его гораздо больше интересуют общие положения. Ему нравится контекст. Он думает о картине в целом, а не о деталях.

Не верите?

Что ж, давайте посмотрим на большие различия (и сходства) между «сказать» и «сказать».

Основное различие между «сказать» и «сказать»

Признаете ли вы это?

Хотите еще таких полезных маленьких рисунков? Посмотрите мою книгу.

На этом изображении показано основное различие между «сказать» и «сказать».

В чем разница?

Говорите, когда слушатель не важен.

Довольно просто, правда?

Скажи Скажи
Структура скажи что-нибудь скажи что-нибудь
Пример «Он сказал, что мы не можем уехать до завтра. «Пожалуйста, не говорите мне, что вы все потратили на шоколадные монеты!»

Если хотите, вы также можете включить слушателя с «say», добавив «к»:

Say Say
Структура say что-нибудь скажи что-нибудь кому-нибудь /
скажи кому-нибудь что-нибудь *
Пример «Я знаю, что вы сказали, что это нормально, но … правда ли?» «Все они говорили мне одно и то же.

* Эта структура не очень распространена, как вы можете видеть из этого интересного графика:

Ой. И что бы вы ни делали, не используйте «сказать» без прямого объекта:

✘ «Он сказал, что …»

✘ «Моя мама раньше говорила , что жизнь начинается в 40. Затем она изменила его на 50. »

То, что могут делать и «говорят», и «рассказывают»

Давайте посмотрим, что общего между «сказать» и «рассказать».

В каких ситуациях мы можем использовать «сказать» или «сказать»?

Ответ — когда мы используем сообщаемую речь (или то, что некоторые люди называют косвенной речью).

Вы знаете, когда вы говорите то, что сказал кто-то другой:

«Она сказала, что это было слишком сложно».

или

«Он сказал мне, что хотел бы прийти и посмотреть, как она играет в теннис с жирафами».

Итак, есть много-много других слов, которые вы можете использовать, чтобы сообщить о том, что кто-то сказал, и я настоятельно рекомендую использовать больше, чем просто «сказать» и «рассказать».

В моем посте вы можете найти несколько очень естественных примеров, почему докладная речь — пустая трата времени (и что вы должны сказать вместо этого).

Но, когда дело доходит до «сказать» и «сказать», вы можете использовать любое из них для заявленной речи. Просто запомните простое правило:

  • Говорите, когда слушатель не важен.
  • Используйте «tell», когда хотите упомянуть слушателя.

«Он сказал , что космический корабль слишком шумный».

«Он сказал мне , что космический корабль слишком шумный».

Помните, что вам не нужно использовать здесь «это»:

«Он сказал, что космический корабль был слишком шумным.

«Он сказал мне, что космический корабль был слишком шумным».

Хорошо? ОК — перейдем к более интересному!

То, что может делать только «сказать»

Но давайте копнем немного глубже, потому что и «сказать», и «сказать» имеют свои отдельные личности, а это значит, что есть вещи, которые «говорят» могут делать, что «рассказывают» не может, и есть вещи, которые «сказать» могут, а «сказать» — нет.

Помните, что «say» часто больше фокусируется на реальных словах, которые кто-то произносит.Она ориентирована на детали.

«Скажите» лучше, если вы хотите сосредоточиться на информации больше, чем на словах.

Вот почему обычно гораздо лучше использовать «сказать», когда мы сообщаем чьи-то прямые слова.

Итак, мы можем сказать:

«Когда близнецы вошли в комнату, они оба посмотрели на меня и одновременно сказали« Привет! ». Это было очень странно ».

Но мы не можем сказать:

✘ «Кубра никогда не говорит мне« Спасибо! »Ни за что!»

То, что может делать только «рассказ»

ОК.Итак, мы видели, как «сказать» имеет тенденцию фокусироваться на реальных словах.

«Расскажите», с другой стороны, более полезно, когда вы хотите поговорить об общем сообщении, когда сами слова не так важны.

В каком-то смысле это делает «рассказ» более универсальным — мы можем использовать его в большем количестве ситуаций.

«Что это за ситуации?» — спросите вы с обычным азартом и энтузиазмом.

Хороший вопрос!

Вот они:

«Tell», чтобы сообщить об общем сообщении

Мы можем использовать «tell», чтобы сообщить об общем сообщении вместо того, что было сказано.

Мы делаем это, используя эту простую структуру:

Скажите + человек + вопросительное слово * + предложение

* например. кто, где, что, когда, сколько, сколько, в какое время…

Итак, вы можете сказать:

«Я не могу сказать ему, что случилось! Он убьет меня! »

«Нам нужно сказать им, где они могут припарковать свои велосипеды, когда сарай закрывается».

«Сказать ей, как мы установили вирус, уничтоживший систему? Или ты думаешь, что, может быть, она не одобрит? »

Вы также можете сообщить о таком общем сообщении, используя «about»:

Tell + person + about + noun

Итак, вы можете сказать:

«Расскажите ему о новом фильме« Звездные войны »!»

«Вы действительно должны мне об этом рассказать? Это отвратительно! »

Есть еще фразы «Расскажи мне об этом!» и «Ты мне говоришь!»

Они означают что-то вроде «Да, я знаю это не хуже всех, но я также полностью согласен!»

«Скажи» отдавать приказы или запросы

Заказы! Приказы, которые необходимо выполнять всегда! Вот когда мы используем «скажи»!

Собственно, это могут быть заказы, а могут быть запросы.

Вот структура:

Скажи + кому-нибудь + на глагол

А вот несколько прекрасных примеров:

«Пожалуйста, скажи мне остановиться, если тебе станет скучно».

«Я уже устал говорить вам, что нельзя заливать соевым молоком весь ноутбук! Просто… пожалуйста! Останавливаться!»

«Когда скажешь ему уйти? Он все еще здесь! »

Иногда вы также можете использовать «say», чтобы отдавать приказы.

Скажи +, чтобы что-то сделать

«Ой, извините! Я не в той комнате? На сайте сказано, что нужно зайти в комнату 144.”

Но будьте осторожны! Это немного неформально.

И, как видите, гораздо реже (ну, по крайней мере, примерно с 1875 года):

«Скажи» с существительным

Иногда «скажи» может быть действительно общим.

Это когда мы используем его с существительным.

Итак, мы можем сказать правду или солгать .

Мы можем рассмешить людей, рассказав анекдот , или мы можем произвести впечатление на людей, рассказав будущее . (За исключением того, что вы не можете. Никто не может предсказать будущее. За исключением, может быть, Мэг.)

Иногда, когда вы используете это слово с существительным, «сказать» также может означать нечто более близкое к «пониманию».

Вот почему, когда вы будете ребенком, вы научитесь определять время .

А почему можно говорить о том, как сложно отличить между двумя близнецами.

Может, лучше не пытаться различать их и… просто… сбежать?


ОК.Итак, у нас есть это — как использовать «сказать» и «сказать».

Вот все вместе:

А вот оно в таблице:

Скажем Скажем
Докладная речь «Он сказал, что он слишком стар . » «Он сказал мне, что он слишком стар».
Прямая речь «Она вежливо сказала:« До свидания! »»
Общее сообщение «Расскажи мне все о своем празднике.
Заказы «В газете сказано голосовать за них! Так я и сделал!» «Не волнуйтесь. Я не скажу тебе делать это снова «.
На существительное «Расскажи мне хорошую историю!»
«Она любит шутить».
«Не беспокойтесь. Он никогда не говорит правды ».

ОК. Итак, теперь вы знаете, как их использовать, можете ли вы ответить на вопросы?

  1. Можете рассказать мне свою любимую шутку?
  2. Что вы сказали в последний раз?
  3. Как отличить фейковые новости от настоящих?

Ответьте в комментариях!

Вам понравился этот пост? Тогда будьте круты и поделитесь, нажав синюю кнопку ниже.

Скажи или скажи: правильное ли слово вы используете?

Это последняя из серии сообщений нашего блога о словах, которые имеют похожие… но не , а одинаковые значения. В прошлый раз мы рассмотрели тонкие различия в предлогах «среди» и «между». Сегодня мы переходим от предлогов к рассмотрению двух глаголов: «рассказывать» и «говорить».

Эти два слова очень похожи . Настолько похожи, что я часто вижу, как изучающие английский язык используют оба глагола одинаково.Многие из моих учеников удивляются, когда я говорю им , что эти два слова , а не следует использовать одинаково, и что им следует говорить этих слов более осторожно, когда они говорят. Если вас тоже удивил этот совет, внимательно посмотрите на предыдущее предложение. Можете ли вы заметить разницу в том, как я использовал «сказать» и «сказать»? Вы можете угадать правило грамматики? Дайте себе время угадать, а затем посмотрите ниже, чтобы увидеть, правильно ли вы угадали.

ПРОКРУТКА….

ВНИЗ….

… .ЗА ОТВЕТ.

  • Правило 1: Когда «рассказ» имеет прямой объект, прямым объектом должен быть человек, группа людей или история

    Примеры: Я сказал ему встретимся здесь в 5 часов. Большой экран в аэропорту показывает расписание каждого рейса. Мой папа рассказывает такие классные сказки на ночь — ему даже не нужно читать их по книге! Менеджер рассказал сотрудникам все новые правила работы.По сути, если вы что-то «рассказываете», вы кому-то даете информацию. «Говорить» всегда подразумевает передачу информации мыслящей аудитории, которая ее получает. Из-за этого прямой объект «рассказа» не является человеком только тогда, когда прямым объектом «рассказа» является сложный фрагмент информации, такой как рассказ или подробный набор инструкций. Подробная информация почти всегда имеет аудиторию — рассказы, инструкции и т. Д. Предназначены для понимания другими людьми.Небольшие слова или идеи не обязательно имеют аудиторию или несут ясное, полное сообщение.
  • Правило 2: Когда «say» имеет прямой объект, прямой объект должен быть информацией. Правило 2a: Если объект «сказать» — это информация, переданная аудитории, это должна быть простая информация.

Примеры: Учитель произнес слово, а ученики написали его по буквам в экзаменационном листе.Она сказала, что это плохая идея. Он назвал свой любимый телевизор

  • Правило 2b: Если объект «say» — это информация, которая не передается кому-либо, информация может быть сложной или простой.

Примеры: Никто не знает, что написано в ее дневнике, потому что она никому не показывает свой дневник. Гид не мог понять, сказал ли турист «да» или «нет», потому что турист говорил на иностранном языке.

  • Правило 3: Если «сказать» или «сказать» не имеет прямого объекта, прямой объект должен быть подразумеваемым .

Примеры: Какую сказку на ночь мама расскажет сегодня вечером? Я хотел знать, о чем они думают, но они не сказали.

В приведенных выше примерах предложений существительные, упомянутые в начале предложения, — это , подразумевается, что являются прямыми объектами глаголов «рассказывать» и «говорить».Легко сделать вывод, что мама расскажет сказку на ночь, и ясно, что «они» не сказали то, о чем думали.

Могут быть и более простые предложения, в которых существительное / объект вообще не произносится, но подразумевается. «Он не сказал» означает, что кто-то ничего не сказал человеку или не выдал сложную информацию. «Она не сказала» предполагает, что не говорится ни слова, ни факта, ни какой-либо другой информации.

Таким образом, «сказать» и «сказать» никогда не могут быть истинными непереходными — в отличие от переходных глаголов, таких как «бегать» и «спать», «рассказывать» и «говорить» всегда должны иметь объект, независимо от того, является ли этот объект заявлено или не указано.

«Серая зона» в правилах

Между правилами 1 и 2a выше существует «серая зона». Под этим я подразумеваю, что бывают моменты, когда вы можете следовать одному правилу или другому. Иногда бывает трудно сказать, достаточно ли сложна информация, чтобы ее нужно «рассказать», а не «сказать». Например, насколько сложна информация о рейсе на дисплее аэропорта? Вы можете возразить, что большие неоновые вывески в аэропортах сообщают , когда вылетают рейсы, или что они говорят, что , когда они отправляются.

Самые популярные ресурсы

О Дэвиде Ресине

Дэвид Ресин — специалист по устной подготовке к экзаменам в Magoosh. Он имеет степень бакалавра социальной работы Университета Висконсин-О-Клэр и степень магистра преподавания английского языка носителям других языков от Университета Висконсин-Ривер-Фолс. Дэвид преподавал подготовку к тестам и языковые навыки студентов всех возрастов и со всех континентов. В настоящее время он живет в О-Клэр, Висконсин, США; когда он не работает на Магуша, он занят кулинарией, рисованием и воспитанием детей.