Содержание

Люди в черном. Как журналист неделю жила в келье мужского монастыря в Юровичах / Имена

Ольга Декснис

Вы когда-нибудь задумывались над тем, чтобы все бросить и уйти в монастырь? Кажется, что решиться на это практически невозможно. Дом, работа, друзья, путешествия… Но есть люди, которые однажды взяли и отказались от прежней жизни. Почему? Кто эти люди? Журналист Ольга Декснис прожила неделю в женской келье при мужском монастыре в Юровичах и узнала, что заставило белорусов облачиться в черное.

Рано утром у входа в монастырь меня встречает улыбчивый игумен Авксентий — настоятель храма, главный по монастырю. У него много забот: сейчас получает второе высшее образование, является председателем в Церковном суде, руководит приходом в Калинковичском храме, а также редактирует и обновляет сайт. К тому же, успевает давать поручения в монастыре и держать дисциплину.

— Вот ваша келья — так называемая, женская, — отец Авксентий протягивает мне ключ от комнаты с высоким каменным резным потолком.

Деревня Юровичи в Калинковичском районе Гомельской области — кладезь историко-культурных ценностей. Она одна из самых лакомых кусочков на карте белорусского туризма. Каждый школьник знает, что здесь находится стоянка первобытного белорусского человека. Именно об этой холмистой местности Иван Мележ написал в романе «Люди на болоте». Здесь же невероятной красоты и сложной истории Храм иезуитов, датируемый 1710–1746 годами строительства. Сегодня он преобразован в Свято-Рождество-Богородичный мужской монастырь и Свято-Рождество-Богородичный храм. Давно хотела сюда попасть.

Храмовый комплекс в Юровичах. Фото автора, Имена

В комнате, которую мне выдели, — два окна, стол, стул, четыре свободные кровати для женщин-паломниц и трудниц (последние приезжают помочь храму на приусадебном участке, на стройке, на кухне и материально). Быстро располагаюсь на новом месте, бросаю чемодан и спешу за батюшкой.

Гостевая келья, в которой жила журналист Ольга.

— Здесь у нас трапезная, — продолжает он экскурсию по монастырю. — Кушать вы будете в девять, в два и в семь вечера. Кстати, завтракать хотите? Вас к столу позовет звон колокола.

На кухне работают двое мужчин-трудников, живут тоже в монастыре. Их рабочий день начинается в 5.30 утра и не с чашечки кофе, а с обработки надоенного вчерашнего молока. Из него делают сыр, творог, сметану. Меню составляет главный бухгалтер, позже его утверждает настоятель. А еда напрямую зависит от пожертвований.

Трудники за трапезой.

— В нашем меню никогда нет мяса, — рассказывает Леонид, седовласый повар с длиной тонкой бородой. Увидев мой фотоаппарат, он отворачивается и поясняет: христианство запрещает фотографироваться. — Знаю, что в других монастырях кушать можно мясо тех, «кто не жует жуйки и у кого не раздвоены копыта». Свинины у нас категорически нет. Готовим в частности из молока, сметаны, творога, рыбы и овощей.

Повар Леонид считает, что фотографироваться — это не по-христиански.

Леонид — бывший работник железнодорожной станции. В монастыре живет уже два года. Себя испытывал и в другом монастыре — в Одессе.

— Чтобы попасть туда только на ночь, руководители украинского монастыря звонили в Юровичи и брали мою характеристику, — вспоминает Леонид. — А наутро мне задали вопрос: иду в послушники или возвращаюсь на родину? Послушник — это первая ступень, потом идет инок, а потом монах. И я не согласился — был не готов. А трудники им не нужны. У них 130 монахов, которые все успевают делать сами.

В коридоре слышим трижды звон небольшого колокола, мужчина в синем кухонном халате зазывает всех к столу.

Перед трапезой всегда звонит колокол.

Сегодня на завтрак овсянка на парном коровьем молоке, свежая клубника с огорода, чай, батон и сливовое варенье. Перед едой получаем от батюшки Павла благословение. Стоя у стола читаем «Отче Наш». Все садятся, молча едят и слушают полное собрание творений святителя Игнатия Брянчанинова — это специально адаптированное чтение для современных людей. Его зачитывает трудник Саша:

Глава 38. «Всякий, поступивший в монастырь и принявший на себя благое иго Христово, должен пребывать в нестяжательности, довольствуясь самонужнейшим и охраняясь от излишества в одежде, в келейных принадлежностях, в деньгах; Имуществом, богатством, сокровищем инока должен быть Господь наши, Иисус Христос; К нему должны быть постоянно устремлены взоры наши».

Саше всего 23 года, за плечами у него наркотики, а «благодаря» им — вторая группа инвалидности. Сегодня Саша горит желанием посвятить себя только Богу. Раз и навсегда. О себе разговаривает неохотно. Молится везде, где только можно: в коридоре, на улице и, конечно, в храме всем святым. Еще и поет. Здесь он на хорошем счету.

Когда заканчивается молитва, отец Павел звонит в маленький колокол и дает благословение на уход. Батюшка видит, что я не справляюсь с четкими временными рамками «строки молитвы — время завтрака», гладит меня по голове и с улыбкой успокаивает: «Кушайте, кушайте!» Позже это станет доброй шуткой.

Постриглась в монашки в 64 года

По документам монастырь мужской, но в нем лишь четыре монаха, среди них больше руководство. По негласной информации, в него неохотно идут новые служители Богу. Связано это с тем, что монастырь и храм уже около 100 лет находится в состоянии хронической стройки-реставрации, а точнее, неопределенности. Попросту — закрыт. Прихода практически нет. Сама видела, как туристы проезжают мимо храма и разворачиваются, увидев заколоченную дверь.

Крестный ход в праздничный день, и только тогда много прихожан в храме.

В храме живут две пожилые монахини: 80-летняя Лаврентия и 85-летняя Макария. Как шутит батюшка Авксентий, «достались нам в наследство» (с 1993 до 2005 года здесь был женский монастырь — прим. автора) и помогают в основном молитвой. А также с пенсии отдают по миллиону на еду.

Новые необычные имена женщины получили при постриге. Желая проникнуть в келью к монахиням, получаю от них длинную ситцевую юбку в цветочек и маленький крестик на ниточке.

Келья матушки Лаврентии больше похожа на рабочий кабинет — везде книги и тетради.

— Носи юбку обязательно в храм и в трапезную, — говорит матушка Лаврентия, а я киваю головой и соглашаюсь новому жизненному уставу.

— А то твоя одежда совсем не к месту, — улыбается она и смотрит на мои обтягивающие серые джинсы.

Матушка Лаврентия пришла к Богу уже будучи пенсионеркой. Ранее была бухгалтером, дояркой, санитаркой. По законам православной церкви постриг может принять женщина до 40–45 лет. Возрастные рамки не случайны. Они должны принести пользу храму не только молитвой, но и помощью на подворье. Матушка сейчас работает в церковной лавке. Почему решила «уйти», уже и вспомнить не может.

Матушка Лаврентия всегда улыбается и готова дать совет.

— Спустя два года после смерти мужа, я приехала посмотреть монастырь в Хойниках, там и осталась, — рассказывает матушка Лаврентия. — Знаете, до этого возраста у меня была потребительская вера: свечку поставить, помянуть кого-то, яйца покрасить, водички набрать.

— А как ваши дети отнеслись к тому, что вы решили уйти в монастырь?

— Их у меня было трое: две дочки и сын, — рассказывает матушка. — Одна не так давно погибла. Сначала они вроде бы с непониманием отнеслись, недоверием, нежеланием. Со временем привыкли. А сейчас и довольны. Каждый год на Радуницу с благословения настоятеля я приезжаю к ним повидаться. На кладбище хожу, там у меня похоронена мама, муж, дочь. Ко мне дети тоже иногда приезжают, но дорого это все. В прошлом году в гости заезжали сестры, одна из Литвы, вторая — из России. Жили здесь, понравилось им очень.

«Однажды мне приснилась Дева Мария»

85-летняя матушка Макария выходит за дверь и спешит в «Домовую комнату» — небольшой храм в самом монастыре. Я иду за ней, кричу громко (женщина плохо слышит): «Всего пару вопросов можно вам задать?»

— У меня по времени сейчас чтение псалтыря! — отвечает она на мой неожиданный ор, разбавленный смачной акустикой высоких потолков.

Матушка Макария в монашество пришла уже будучи пенсионеркой.

Молитве в храме отведено основное время. Все записки, принесенные «за здравие» и «за упокой» и многое другое круглосуточно отчитывается монахами и монашками.

Записки верующих, которые день и ночь отмаливают монахи и монашки.

— Расскажите свою историю, как вы пришли в монастырь?

— Мне было 70 лет, ни мужа, ни детей, — говорит матушка и намекает, что на разговоры времени совсем нет. — Однажды мне приснилась Дева Мария и сказала: «Иди в келью». Так я по зову и пришла. Сразу в Хойникский монастырь, а потом нас перевели сюда. Всю жизнь я работала поваром. Но всегда нравилось монашество. Сразу поваром работала при храме, а потом ноги не выдержали нагрузку.

В воскресенье можно посмотреть фильм. Чаще всего это фильмы о священнослужителях во всем мире.

На приусадебном участке храмового комплекса кипит работа с утра до вечера. Молодой монах Серафим смотрит, как строители-волонтеры вставляют новые деревянные окна, также пожертвованные неназванным предпринимателем.

Серафим — сын священника, ему всего 27 лет. Постриг принял два года назад. Сейчас учится в православной академии.

Отец Серафим на празднике Троица.

— Сюда приехал в отпуск, побыл месяц и понравилось, — рассказывает монах. — Уволился с работы — с электросетей. Родители были в шоке, именно поэтому я долго оттягивал решение. Но понял, что чем дальше, тем больше сомнений.

— А чем отличается монах от священника?

— Самое главное отличие — это невозможность иметь семью. Посмотрел на своих друзей-одногодок, которые успели и жениться, и развестись, и меня это пункт устроил.

— А зачем монаху образование?

— Странный вопрос. Но в целом, это нужно для прихожан. Вот приходит к тебе человек с вопросом: какой иконе молиться, как часто и что нужно делать. И ситуации у всех разные: у кого-то сын в тюрьме, у кого-то муж пьет, у кого-то дочь вышла не за того. И нужно дать совет: это важно — быть собеседником.

Позже в разговоре отец Авксентий тоже ответил мне на этот вопрос.

— Образование необходимо, чтобы монахи не были распространителями мракобесия и здраво смотрели на жизнь, — пояснил он. — Просто незнание основ веры, в том числе и догматики, порождают зачастую всякие суеверия.

Утром служба, вечером еще и обязательный крестный ход

Каждый новый день в монастыре начинается в семь утра со службы, в пять — вечерняя молитва и крестный ход. Если служба — литургия, то она может затянуться более, чем на два часа.

За каждым монахом и трудником закреплен свой фронт работы: кто-то пилит дрова, кто-то отвечает за коров и курочек. Так, отец Павел — главный по ульям, 36-летний трудник Саша — главный по огороду.

Работают и священники, и трудники.

Я же после завтрака иду пропалывать клубнику, в это время разговариваю с Сашей, который отказывается фотографироваться, но с радостью готов рассказать о себе.

Журналист Ольга взяла послушание — пропалывать огород.

— Как вам здесь? — вырываю траву и веду диалог.

— У меня заболела мама, последние месяцы вовсе не ходила, пришлось бросить работу в колхозе и за ней присматривать, — вспоминает Саша. — Группу ей не давали, жили только на ее пенсию. Уже, когда она была при смерти, пару месяцев было, когда мы пользовались льготами на лекарства. Через месяц после смерти мамы мой брат повесился. В итоге я впал в сильную депрессию и попал в больницу.

Саша рассказывает, что из-за тяжелых транквилизаторов ему было сложно вернуться к работе: выйдя из больницы, он стал бесчувственным и постоянно хотел спать.

Чтобы в голову не лезли плохие мысли, трудники всегда читают.

— Однажды дома у икон я услышал голос — церковное песнопение, — говорит он. — Пение бесконечно повторялось и я уже думал, что схожу с ума. Позвал соседку, говорю ей: «Прислушайтесь, слышите ли вы пение?». По ее совету я стал ходить в храм, прислуживать там, и эти песнопения прекратились. До сих пор не знаю, что это было. Позже попал в другой монастырь, но мне там не понравилось. А здесь я почувствовал себя как дома. И огород, и земля. И на душе легко от того, что я постоянно в храме. Сейчас хочу сделать все, чтобы стать монахом. Много читаю и учусь петь.

— Это значит, вы никогда не создадите семью?

— В миру — нет, здесь хочу отдать ее Богу.

Трудник Саша не только «огородник», но еще и звонарь.

Пока мы общались, подошел отец Павел — священник в третьем поколении. Его брат священник, и сестра в Риге в женском монастыре — игуменья. С пчелами «разговаривает» с малых лет, приучил отец.

Кстати, если на столе рыба, значит, это дело рук отца Павла — он заядлый рыбак, на Припять ездил. Батюшка отличается особой любовью к жизни. Уже позже заметила, что он может просто обнять пришедшего к нему человека, поговорить с ним, успокоить, поцеловать в голову, как маленького. Особенно смешно, когда он 85-летнюю матушку называет «молодежь». Любит играть с детьми, которые приходят на службу.

— Хочешь посмотреть на пчелок? — отец Павел освобождает улей от пуховых подушек и зовет меня. — Не бойся, пока я здесь, они тебя не тронут, я прикрикнул им! Бери в руки, — беру и трясусь, сотни пчел в руке. — Смотри, вот это соты, мы покупаем их, а пчелы уже сами растягивают их и заполняют медом. Вот это матка — она главная. Если она улетит, вся большая ее семья погибнет. В день пчела может откладывать от 500 до 1,5 тысячи яиц, и уже через 19 дней родятся новые пчелы.

Отец Павел с пчелами на ты.

Спустя какое-то время Саша говорит, что пора мыть руки и двигаться к трапезной. Сегодня на обед гороховый суп на овощном бульоне, рис и рыбная котлета.

На обед вместо мяса рыба и гороховый суп.

Трудник Саша снова зачитывает Поучения, во время которой пропал аппетит, хотелось просто исчезнуть.

Пока все едят, трудник Саша читает адаптированное чтение для монашествующих.

Глава 42. «О хранении от знакомства с женским полом».

«Преподобные отцы, наши, святые иноки всех времен тщательно хранили себя от знакомства с женским полом. Вход женскому полу в древние монастыри был воспрещен… Соединение полов в существующем виде его естественно (падшему естеству). Девство выше естественно. Следовательно, желающий сохранить свое тело в девственности должен непременно держать его вдали от того тела, соединение с которым с которым требуется естеством».

После чтения молитвы настоятель уделяет время неформальной беседе.

— Я хочу провести небольшой такой тест между нами, — интригует он. — Каждый ответьте мне, пожалуйста, на вопрос, но он немного с подвохом: где бы вы хотели встретить Иисуса в своей жизни — на свободе или в тюрьме?

В «зале» тишина, и я беру первый ответ в свои, что называется, руки.

— Я бы хотела встретиться с ним в тюрьме, у меня было бы больше времени для «остановиться-подумать» и на общение с ним, — говорю.

— Интересная мысль, — подхватывает мои размышления отец Авксентий. — На самом деле, мы все хотим свободы. Но чаще приходим к Иисусу именно тогда, когда в жизни настигает беда. Увы, именно в самые сложные минуты жизни мы больше всего к нему открыты. Но не нужно бояться испытаний, они и даны нам, чтобы мы смогли о многом задуматься.

«Симона, девочка моя»

Молоко, творог и сметана на столе монастыря — благодаря стараниям Валерия. Сам он родом из Украины, отслужил в советской армии, демобилизовался в Мозырь, женился. В монастыре живет уже четыре года.

Идем с ним на задний двор монастыря. Шлепаю по свежим лепешкам за главнокомандующим по хлеву, где живут три коровы и три маленьких теленка. Валерий заметно меняется, когда видит животных.

— Ой, чудо ты мое маленькое, это вот она родила, — мужчина меняет тон и целует животное. — Ой ты моя красавица, как она позирует… Симона, девочка моя, давай вставать.

И корова, будто понимая слова, встает на ноги.

На мой стандартный вопрос «почему», отвечает откровенно:

— Потому-что неудачник, не сложилось в мирской жизни, две семьи развалились, — вздыхает Валерий и устанавливает Симоне доильный аппарат. — От первого брака есть взрослый сын, от второго — тоже сын, ему девять лет.

Валерий называет себя неудачником в мирской жизни.

— 12 лет я работал домоправителем в Москве у состоятельных людей. У них есть загородный дом. Там я зарабатывал около 800 долларов в месяц, тратил не более ста. Питание бесплатное, жилье предоставляется — у меня отдельный домик был. Я приезжал домой на две недели летом и на две недели зимой. Жене переводил деньги…

Ходим по хлеву, рассматриваем потомство.

— Что хочу сказать о храме? — садимся на скамейку, где чувствуется сильный запах животных. — Знаете, у нас вообще плохо с рекламой. А рекламы нет, потому что и главный храм закрыт много лет. Хотелось бы, чтобы сюда шли люди. И храм мог бы зарабатывать что-то. Делать свои творческие мастерские. А так, все своими силами — еда с огорода.

Разочарование

У входа в монастырь стоит деревянный дом. Он открыт для тех, кто потерял крышу над головой и готов помочь монастырю «руками».

При монастыре есть дом для тех, у кого нет своей крыши надо головой.

26-летнийСлава родом из России. Некогда с мамой бежали от скандалов, которые постоянно были в их семье, в синеокую. Занимается вокалом, поет в соседней деревне в народном хоре. Всегда вежлив. Здесь ответственный работник: от кухни и «сходить в магазин» — до сложных строительных работ. Вячеслав тут оказался единственным, кто открыто захотел поговорить:

— Меня привело сюда разочарование, — он опускает глаза, поджимает губы и неловко отвечает. — Разочарование в любви. Наши отношения длились год, и как-то все не складывалось. От этого было очень больно. Вот я и пришел сюда по зову сердца. Живу при храме неделю через неделю. Все нравится. Но нужно еще время, чтобы прийти в себя и начать жить как раньше.

Славу в монастырь привела неразделенная любовь.


Если вы хотите помочь возрождению монастыря, это можно сделать разными способами: деньгами, рабочей силой, стройматериалами, вещами, продуктами.

Монастырь находится по адресу: Гомельская область, Калинковичский район, д. Юровичи, ул. Горная, 9.

Наместник — игумен Авксентий (Абражей Андрей Эдуардович).

Тел.: 8 02345 59292; +375 29 730-11-56.

Реквизиты

СВЯТО-РОЖДЕСТВО-БОГОРОДИЧНЫЙ МУЖСКОЙ МОНАСТЫРЬ в д. Юровичи Калинковичского района Туровской епархии. УНН 400440204, Беларусь, 247722 д. Юровичи, Калинковичского района, Гомельской области, ул. Горная 9, р/с 3015660172019 ЦКО № 7 Дирекции ОАО «БЕЛИНВЕСТБАНК» по Гомельской обл. Код банка 151501739.

Карта Сбербанка России 4279 0800 1029 4062 действительна до 10/18 ANDREY ABRAZHEY.

Келья монаха – его жилище в монастыре | 
Дом и жилище человека

      Монастырь – это не только каменное или деревянное религиозное сооружение. В монастыре живут люди – послушники, монахи. И у каждого из них есть своё небольшое жилище – келья.

Значение слова келья

      Похожие по звучанию и значению слова есть во многих языках. В греческом языке есть слово κελλίον, в латинском языке – сеllа, в древнерусском – келиа. Все они обозначают примерно одно и тоже. Значение слова келья — небольшая комната, скромное жилище монаха.

 

      Скорее всего, в русский язык это слово попало во времена крещения Руси. Поскольку Русь крестили по образцу Греческой Православной церкви, то и само слово имеет, видимо, греческое происхождение.

Монашеские кельи

      Кельи располагаются в специальных зданиях – братских корпусах или общежитиях. В русских монастырях в кельях проживают один или два монаха. Комнаты имеют простенький вид. Из мебели обычно есть стол, стул или табурет и кровать. Вместо кровати может быть топчан.

      Часто в монастырской келье есть небольшой индивидуальный иконостас из небольших иконок. Почти в каждой комнате находится полка для книг. Это монастырские и религиозные книги. Всё своё свободное время, коего у монаха немного, он проводит в келье. Здесь монахи проводят время в молитвах, занимаются рукоделием или чтением духовных книг.

      Собственно, монашеская жизнь на протяжении веков почти не меняется. Обычно монахи заняты на послушаниях или молитвах. Послушания, говоря простым языком – это хозяйственные работы. Монастыри поддерживают свои здания и сооружения в годном состоянии собственными силами. Лишь на специальные или опасные работы привлекаются специалисты со стороны.

      Иногда, особенно в стародавние времена, монастыри располагались в укромных местах, иногда в пещерах и горах. И, соответственно и кельи вырубались в скалах. Наиболее известным таким сооружением является Киево-Печерская Лавра. Конечно, сегодня в этих пещерах монахи уже не живут.

Монахи – летописцы

      Когда не было в Русском государстве книгопечатания, книги писались вручную. И писали их именно монахи в своих кельях. На изготовление – написание одной книги уходили месяцы и даже годы. Писали их на отдельных листах, которые потом скреплялись и закрывались крепкой обложкой.

      Книги не только писались заново, но и переписывались. Это были своеобразные типографии. С одной книги делали много её копий. Тиражи, конечно были не миллионные, как сейчас. Это всё равно были единичные экземпляры. Вручную ведь много не напишешь.

      И вообще, в давние времена образование было сосредоточено в монастырях и церквях. До сих пор при монастырях существуют воскресные школы. А когда-то это был основной вид образования, доступный основной массе населения страны. Тогда это были церковно-приходские школы.

 

      В монастырской келье узкой писались не только книги. В келье монаха – летописца записывалась история страны. Именно из таких летописей сегодня и возможно узнать, что происходило в те далёкие времена.

      Самым известным монахом летописцем является Нестор. Этот монах проживал в упомянутой выше Киево-Печерской лавре. Именно благодаря его трудам появилась на свет в 1113 году “Повесть временных лет”. В ней рассказана история русского государства с 852 года по 1117 год. Впоследствии летопись много раз переписывалась и дополнялась.

Мужские и женские обители

      В кельи монашеские не рекомендуется заходить посторонним людям. А лицам противоположного пола это строжайше запрещено. Именно поэтому монастыри строятся по половому признаку. Существуют мужские и женские монастыри.

      Монастыри – это комплекс зданий и сооружений культового и хозяйственного назначения. Как правило на территории монастыря действуют несколько церквей и храмов. И поддерживают их в рабочем и безопасном состоянии – монахи. Они живут здесь же, на территории монастыря, в кельях, расположенных в отдельных, специальных зданиях.  

      Как люди попадают в монастыри? По-разному. У каждого человека, решившего посвятить свою жизнь служению богу, своя судьба. И у пришедших в монастырь, редко спрашивают причины, приведшие его к этому. Если только человек сам не пожелает рассказать об этом.

 

      Как и у людей у монастырей своя история. Многие монастыри были разрушены во время событий начала прошлого века. Это было время гражданской войны и красного террора, когда религия была вне закона. В то время главенствовал атеизм. Две мировые войны тоже внесли свою немалую лепту в разрушение монастырей страны.

      Сегодня количество монастырей растёт. Восстанавливаются ранее заброшенные монастыри. Строятся новые обители. Строятся и новые кельи для вновь постригшихся в монахи. И быть может скоро мир узнает новых Несторов – летописцев.

Чтобы получать новости сайта по электронной почте,
подпишись на нашу рассылку: подписаться

Понравилась статья? Жми на кнопку! Расскажи о новости друзьям.

Предыдущие записи в этой рубрике:

Оставить комментарий или два

Келья современного монаха — Дмитрий Покров — LiveJournal

?

LiveJournal

  • Main
  • Ratings
  • Interesting
  • iOS & Android
  • Disable ads

Login

  • Login
  • CREATE BLOG

    Join

  • English

    (en)

    • English (en)
    • Русский (ru)
    • Українська (uk)
    • Français (fr)
    • Português (pt)
    • español (es)
    • Deutsch (de)
    • Italiano (it)
    • Беларуская (be)

Жизнь монахов на горе Афон в Греции (13 фото) » Триникси

В Греции на побережье Эгейского моря на святой горе Афон вот уже около 1200 лет живут монахи. Здесь находится один из самых древних монастырей мира, история которого берет свое начало в IX веке. Часть монахов живет прямо в пещерах на отвесной стороне скалы, и постоянно сталкивается с различными бытовыми трудностями. О жизни монахов в столь непростых условиях нам поведает данный пост.

Монастырь Карули, а точнее даже это скит, принадлежащий Великой Лавре в Греции, состоит из 12 келий, которые были построены еще в XVII веке, и нескольких пещер. Слово «карули» переводится с греческого как «катушка» – ее используют монахи для того, чтобы поднимать в скит корзины с едой и водой.

В этом регионе находится несколько скитов Лавры, в которых живут православные монахи. Всего их насчитывают около двух тысяч, однако в самом ските Карули сегодня живет только десять человек.

Жизнь монахов в монастыре почти не изменилась с тех пор, как сюда прибыли первые православные монахи в IX веке. Некоторые из них выращивают овощи, делают вино, другие вырезают различную утварь из дерева, они постоянно убирают и чинят монастырь, сидеть без дела считается зазорным. Монахи стараются обеспечить себя всем необходимым сами, чтобы не было надобности покидать Лавру. Те же, кто выбрал жизнь в пещерах, живут в почти полной изоляции, мало соприкасаясь в привычным нам миром и даже почти не видясь с другими монахами. «Мне не нравится жизнь в монастыре, для меня это как тюрьма. Здесь, в Карули, я свободен,» – говорит один из отшельников.

Добраться в эти скиты и пещеры так сложно, что монахи почти никогда никого не видят. Чтобы не умереть от голода, они получают минимум еды и воды с помощью системы тросов, расположенной в десятках метрах над водой. Раньше, чтобы не разбиться на крутом отвесном склоне, при спуске и поднимании в кельи монахи обвязывали себя цепями и веревками в качестве страховки. Сегодня существуют почти отвесные ступеньки, сделанные из дерева, которые хоть и являются достаточно опасными, но все же существенно облегчают доступ к скиту. Несмотря на это, некоторые монахи сознательно не пользуются возможностью спуститься вниз, а некоторые не могут это сделать в виду плохого состояния здоровья. Так, например, отец Арсениос вот уже 64 года не покидал скит, и сейчас уже вряд ли его покинет из-за того, что здоровье не позволяет ему воспользоваться крутыми ступенями.

Женщинам категорически не разрешается посещать это место, даже приближаться к берегу ближе, чем на 500 метров. Считается, что последняя женщина, которая была на этом полуострове, была сама Мария. Впрочем, учитывая, что все монахи Лавры соблюдают целибат, это правило также призвано не вводить их в искушение.

Для всех монахов, живущих и в Карули, и в других 20 монастырях Лавры, главная часть времени дня уходит на молитвы. Даже когда они работают или когда приходят на обед или завтрак, все их действия сопровождаются молитвами. Длительность месс разная, иногда она может длиться 6 часов, иногда проходить ночью – считается, что чем сильнее тишина, тем легче сосредоточиться на самой молитве.

Ступеньки к скитам Карули.

Ступеньки существенно облегчают доступ к Карули, хотя полностью безопасными их не назовешь.

Корзина с провизией.

Аскетичные жилища отшельников.

Эти кости принадлежат монаху, который раньше жил в ските Карули. Даже после смерти монах пожелал остаться в ските. Его останки поместили в серебряный сундук.

Скит Карули на горе Афон в Греции.

Отсюда

Чем уникален Холковский монастырь и как живут современные монахи

Летом в Белгородской области проходит множество фестивалей и праздников, среди которых есть связанные с достопримечательностями и историческими местами.

Наши читатели попросили рассказывать о таких местах и праздниках. Мы начнём с уникального Холковского Свято-Троицкого монастыря, названного, как несложно догадаться, в честь Святой Троицы. В этом году он отметит 20-летие со дня своего официального открытия, хотя его история началась около 400 лет назад.

Сотни лет под завалами

Холковский монастырь знаменит на всю Россию благодаря меловым пещерам длиной 120 метров, в которых несколько веков назад жили монахи. В подземном монастыре круглый год держится температура +8 — 10 градусов, а его воздух считается целебным.

Справка:

По преданию, Холковский монастырь находится на том месте, где в 1185 году произошла встреча князя Игоря Святославовича и его брата Всеволода перед походом на половцев

Первое летописное упоминание о Холковском Царёв-Николаевском мужском монастыре относится к 1620 году. Правда, упоминается он как наземный, а не как пещерный монастырь.

За свою историю Холковский монастырь не раз упразднялся и восстанавливался. Первый раз его упразднили в 1764 году по манифесту Екатерины Второй об изъятии монастырских земель в пользу государства.

В XIX веке князь Александр Голицын пытался восстановить обитель на свои деньги, но в итоге подземный монастырь так и не открылся, службы проводились в наземном храме. Подземные скиты заваливались осыпями.

В 1990 году пещеры стали расчищать энтузиасты, а через 5 лет в подземном храме возобновились богослужения. 28 декабря 1999 года обитель решением Священного синода Русской православной церкви открыли официально.

От гибели пещеры спасло кладбище

Сейчас помимо древней подземной обители на территории монастыря располагаются два наземных храма и жилой корпус с монашескими кельями. Находится здесь и кладбище, где похоронены местные жители — их хоронили в советские годы, когда монастырь не действовал.

Кстати, если бы не эти могилы, возможно, уникальные пещеры и не сохранились бы.

— В советское время в селе был колхоз. Пещеры хотели приспособить под овощехранилище, были попытки их взорвать, первые кельи были разрушены, — рассказал наместник монастыря, игумен Никодим. — Но прямо над пещерным монастырём располагается кладбище, а его решили не разрушать. Сейчас первые 10 метров от входа в пещеры — искусственная кладка. Всё остальное — это цельные породы мела, оставшиеся с XVII века. Первые от входа кельи находятся в разрушенном состоянии, и их специально не реставрируют, чтобы показать, что претерпела церковь и наша вера православная в те времена.

Ощущения от посещения подземного монастыря особенные. Я бы описала их как смесь полного душевного спокойствия, умиротворения с удивлением — как всё это простояло века? И они усиливаются по мере углубления в пещеры. Здесь и правда очень холодно — чтобы не мёрзнуть, мне пришлось надеть шерстяной свитер.

Как монахи жили в таких суровых условиях? Спать им приходилось в жёстких нишах, вырубленных прямо в мелу. Судя по всему, печей здесь не было.

Хоронили иноков тоже в пещерах.

— Погребены братья вот в этом помещении, — показывает отец Никодим на небольшую пещерку, которая находится за меловой стеной с окошком, — Климат здесь способствует тому, что запаха тления нет.

Справка:

Протяжённость пещер Киево-Печерской лавры — около 700 метров. В пещерах находятся подземные храмы и покоятся мощи 122 канонизированных святых.

После реставрации подземный монастырь немного преобразился — на стенах вырезали иконы из мела. А в подземном храме установили редкий иконостас из керамики — такой вы не увидите ни в одном из белгородских храмов.

— Уже в то далёкое время всё здесь спроектировали так, чтобы вокруг подземного храма можно было совершать крестный ход. Например, если вы пройдёте вот по этой пещере, — показывает отец Никодим направление, — Вы сюда же и вернётесь. Вот эта келья — специально для чтения молитв. В ней уникальная акустика — здесь усиливается голос, чтобы братия в кельях слышала молитву. Причём голос усиливается только мужской, женский, наоборот, звучит глуше.

Кстати, в храме пещерного монастыря регулярно проводятся богослужения — каждую субботу.

Чудеса исцеления и жизнь современных монахов

Со святыми местами связано много историй о чудесах и исцелении от болезней. Случались они и в Холковском монастыре.

— Благодаря природному мелу воздух в пещерах насыщен минералами, в первую очередь йодом, который благотворно сказывается на органах дыхания, — рассказывает игумен Никодим. — К нам едут люди, которые страдают астмой. Рассказывают потом, что стали чувствовать себя намного лучше. Исцеляются здесь и люди с тягой к алкоголю и наркотикам.

Условия в обители за 300 с лишним лет, разумеется, изменились. Современные монахи живёт уже не в пещерах, а в наземных кельях, и их быт уже не настолько суров, как у предшественников. Но уклад и традиции монастыря с ходом времени кардинально не меняются: это по-прежнему постоянная молитва и труд.

— В древние времена проживало до 15 монахов. Сейчас 17: 7 монашествующих и 10 послушников — это те люди, которые ещё не приняли постриг и проходят испытание монашеским образом жизни. Они затем принимают решение — постричься в монахи или жить в миру, — говорит отец Никодим. — Послушник должен осознать: сюда приходят, чтобы посвятить себя Богу, а не чтобы уйти от жизненных проблем. В монастырь не уходят, в него приходят.

День монахов ежедневно начинается в 6 часов утра с молитвы. Затем — служба в храме, где каждый день проходит божественная литургия. После службы трапеза, после которой все отправляются выполнять послушания — то есть работу, которую инок не выбирает по своему желанию — её ему поручают, хочет он этого или нет. Работа есть и грязная — например, навоз убирать. Вечером у монахов богослужение и скромный ужин.

— Послушания разные: работа в трапезной, где готовят пищу, уборка в корпусе и в храме, стирка одежды. Также работа в огороде и по хозяйству: коровы, куры, пасека. Монастырь полностью живёт на самообеспечении, — рассказывает игумен Никодим. — Одно из послушаний — экскурсии в пещерный монастырь для паломников.

Строгий уклад и послушания учат смирению и приводят к осознанию, что монастырь — это не способ отдохнуть от жизни, это особый духовный путь, который по силам не каждому. Так, монахи дают обет безбрачной жизни — не создавать не только семью, но и не вступать в плотские отношения. Если монах осознал, что такая жизнь не для него, он может уйти в мир. Но назад дороги уже не будет.

Почему монахи уходили в пещеры?

С появлением подземного монастыря связано много загадок и тайн. Есть версия, что ходы в мелу были вырублены для того, чтобы защищаться от набегов кочевников. На правдоподобность этой версии указывает близость села Холки к Белгородской засечной черте, построенной для обороны рубежей государства. В 1666 году вблизи Холок была построена башня для наблюдения за степью — ещё один аргумент, который даёт этой версии право на существование. Другая версия — при строительстве пещер использовалась традиция пещер Киево-Печерской лавры. В XVII веке в Киеве была сильная католическая экспансия и монахи уходили в необжитые места.

Сокровища земные и духовные. Что хранит Каменно-Бродский монастырь | ОБЩЕСТВО: Религия | ОБЩЕСТВО

История Каменно-Бродского монастыря в Волгоградской области овеяна легендами. По преданию на его месте ещё до татаро-монгольского нашествия существовал мужской скит с очень строгим уставом. Позже на месте мужского монастыря учредили женскую общину, а при советской власти обитель превратили в конюшню. И лишь недавно монастырь стали восстанавливать.


Дорога к храму. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

Монастырем сегодня интересуются не только паломники, но и спелеологи, и просто искатели приключений: в меловых горах под монастырем в свое время монахи вырыли пещеры по образцу Киево-печерских, чтобы молиться и вести отшельническую жизнь. О протяженности пещер сегодня можно только догадываться.

20 экскурсий в день

Первые поселенцы в Ольховском районе, где и расположен монастырь, появились в начале XVIII века. Большей частью это были малороссы. Именно они основали на берегу реки Иловля поселок Каменный Брод: «каменный», так как он у основания меловых гор, и «брод» – потому что в некоторых местах Иловля настолько мелкая, что ее вполне можно пересечь верхом на лошади или пешком. В 20-х годах ХХ века монастырь разогнали, и до 90-х годов он был в запустении. Во время войны здесь располагался госпиталь для больных тифом, а после войны монастырь передали Государственному конезаводу. Само поселение на картах в интернете до сих пор обозначено как поселок Госконюшня.


Вход в пещеру находится высоко на горе. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

Добраться до монастыря несложно. Он расположен в 75 километрах к северу от поселка Иловля по московской трассе. Сегодня здесь постоянно проживает всего 8 монахов. Именно они своими силами и при помощи послушников восстанавливают обитель, расчищают целебные источники, а также водят по монастырским пещерам всех желающих.

Монах Елисей рассказывает, что когда в монастырь прибывают паломники, ему приходится проводить до 20 экскурсий в день – настолько всех притягивают древние пещеры.


Самая высокая точка на горе: вход в пещеру именно здесь. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

Попасть в пещеру непросто. Нужно подняться на несколько сотен метров в гору, которая так и называется – Святая гора. После весеннего дождя тропинку к пещерам сильно развезло, но это не мешает удалым молодцам пытаться преодолеть подъем на автомобиле.

«Раньше вообще на самый верх заезжали на машинах, – рассказывает монах Елисей, – сейчас дорогу перекопали, но все равно пытаются».

Идти по тропинке тяжело – сплошная глина и мел. Но преодолевшие этот путь будут вознаграждены: перед входом в пещеры есть небольшая смотровая площадка, откуда открывается удивительный вид на монастырь и храм.


Вид на храм со смотровой площадки у входа в пещеру. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

Вход в пещеры заперт. Монах открывает навесной замок своим ключом и отворяет дверь в пещеры, которые были обнаружены здесь задолго до основания обители. Точную дату никто до сих пор назвать не может, но монахи считают, что подземные ходы появились во времена татаро-монгольского нашествия, а это примерно 9 веков назад.

В пещере, как и положено, очень темно и для освещения своего пути, паломники используют свечи. 

Келья отшельника

«Пещеры имеют форму креста и расходятся во все четыре стороны света, – начинает свой привычный рассказ монах. – Пещеры имеют три яруса, но сейчас нижние этажи затоплены и попасть туда невозможно».


Спуск в нижние ярусы. Фото: Depositphotos / https://belogorez.ru/

Общая глубина пещер, по словам монаха Елисея, составляет около 100 метров. Когда в 1984 году волгоградские спелеологи раскопали заваленный вход в подземелье, они обнаружили несколько лабиринтов, исписанных разнообразными автографами. Чаще других встречались «М. Леонида» (по всей видимости, как склонны полагать ученые, «монахиня Леонида»), «Пелагея 1906», «Н. Макаренко 1899» и другие. Сегодня же, если вы захотите разглядеть эти автографы – потратите уйму времени и, скорее всего, не найдете. Своды пещеры закопчены и сплошь испещрены куда более современными надписями, типа «здесь был Вася» и т.п.


Своды пещеры. Фото: Depositphotos / https://belogorez.ru/

«Вот здесь находится маленькая келья, – монах показывает на небольшой выступ в лабиринте, – здесь молились монахи во времена гонения. Все лабиринты были устроены таким образом, что их легко можно было затворить».

Каким образом сдвигались эти многотонные плиты известняка непонятно. Ведь ни о каком использовании техники речи даже и не шло.

Молва приписывает подземельям Каменно-Бродского монастыря несметные богатства, спрятанные не то монашками, не то Степаном Разиным, не то Александром Невским.

«А здесь за стеной находится храм», – добавляет Елисей.

«С монастыря тоже есть вход в подземелья, – продолжает монах, – но он был взорван большевиками. Так как в храме был очень дорогой иконостас, крест, решили все это спрятать здесь, в пещерах».

Действительно, если верить рассказам местных жителей, то когда в 1927 году власти приказали насельницам монастыря вместе с монахиней Еннафой покинуть обитель, матушка вместе с сестрами заперлась в храме. После безуспешных попыток открыть двери храма красноармейцы их выломали, но так и не нашли ни самих монахинь, ни церковных ценностей. Говорят, что все богатство, включая колокол, спрятано в пещерах.


Молельная комната в пещере. Фото: Depositphotos / https://belogorez.ru/

Быки в храме

В 1990 году архиепископ Саратовский и Волгоградский Пимен обратился к властям с просьбой возвратить церкви отнятую обитель. Спустя год, 17 июля 1991 года, Волгоградский областной совет народных депутатов издал документ, согласно которому Русской Православной Церкви, наконец, переданы строения нескольких обителей, в том числе и Каменно-Бродской.


Храм на территории монастыря. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

При этом в самом здании монастырской церкви «Всех Скорбящих Радости» вплоть до самой зимы 1991 года стояли быки, и священнослужителям пришлось обустраивать храм с простеньким иконостасом прямо в одной из комнат дальнего корпуса.

Сегодня храм восстановлен, в нем ведутся службы, и по большим церковным праздникам на них собирается много паломников. Также здесь находится и особо почитаемая икона Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радость». Православные верят, что именно этот святой образ помогает в борьбе с алкоголизмом и другими греховными зависимостями.

Источники для Елизаветы

Сразу за церковью расположены источники. До революции их было девять. Сегодня сохранилось только пять. Вода в них различается. Есть источники с радоновой водой, так называемой «серебряной» и сероводородной.


Святой источник. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

По преданию, вода в этих источниках обладала такой удивительной силою, что лечиться в монастырь приезжали представители самых знатных фамилий: князья Трубецкие, Голицыны, Строгановы. Поговаривают, бывала и сама Елизавета Петровна. Специально к приезду царской дочки даже выложили дорожку к источникам. Мощеная тропинка, конечно, не сохранилась, а вот вода в источниках есть, как прежде. Паломники набирают ее целыми бутылями. Считается, что наиболее полезная радоновая вода. Она оказывает противовоспалительное, болеутоляющее, успокаивающее действие, способствует снижению повышенного давления, нормализации деятельности нервной, эндокринной и иммунной систем.

Дубы-колдуны

На территории монастыря также находится природный памятник – дубы-великаны, которым по самым скромным подсчетам от 300 до 400 лет. Величина крон некоторых деревьев достигает 20 метров, а диаметр стволов – до 2 метров. Говорят, если обнять такое дерево, можно зарядиться положительной энергией на многие месяцы.


Дубы-колдуны. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

Именно за такой «подзарядкой» сегодня спешат многочисленные туристы в Каменно-Бродский Свято-Троицкий Белогородский монастырь. Пожалуй, это один из немногих уголков природы, где сегодня можно прикоснуться к нашей истории, памятники которой берегут монахи монастыря.

Келья монаха | Архимандрит Елисей

Доклад Архимандрита Елисея, настоятеля монастыря Симонопетра (Святая Гора Афон) «Смысл и значение келейной молитвы в духовной жизни братии общежительного монастыря » на Собрании игуменов и игумений монастырей Русской Православной Церкви (Свято-Троицкая Сергиева лавра, 8−9 октября 2014 года).

Архимандрит Елисей о монашестве

Заявленная тема очень важна для жизни общежительного монастыря. С самого начала я хотел бы уточнить, что намереваюсь опираться на дух и молитвенный опыт старца Эмилиана1 и монахов нашей обители в большей степени, чем на собственный убогий и недостаточный опыт. Сама по себе полнота Церкви уже есть общежитие. Для монахов, отрекшихся от всяких мирских уз и своей прежней жизни, монастырь становится местом, где они открыли для себя Бога; их жизнь переходит в иную реальность, а именно в реальность Царствия и последних дней, где все будет исполнено славы Божией. Их жизнь, избавленная от каких бы то ни было компромиссов с миром, есть непрестанное предстояние перед Престолом Божиим, подобно ангелам. Показательное евангельское изречение, что некоторые из стоящих здесь… не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем (Мф. 16:28), обращено к монахам. Каждый монах внял направленному лично к нему призыву Христа. Либо в результате принудительных действий, либо по жизненным обстоятельствам, либо в процессе последовательного христианского воспитания, но, так или иначе, взгляд Христов останавливался на нем и призывал его к тому, чтобы оставить всё и следовать за Ним. Но совершенное следование за Христом происходит у монахов посредством молитвы, в чем они подражают апостолам. Таким образом, мы постараемся объяснить, как вписана частная молитва в жизнь общежительного монастыря, раскрыв несколько аспектов и того, и другого.

Непрестанное служение Богу

Как ученики последовали за Христом на гору Фавор, так и монах вступает в обитель, и там ему − главным образом, конечно, благодаря служению Богу − открывается свет Господень. Этот свет подобен свету, которым просияло лицо Господа. То же происходит и в других проявлениях общежительной жизни: в трудах, в отношениях между братиями, на трапезе, при приеме гостей, при уходе за немощными и престарелыми, на общих братских беседах и т. д., то есть все это в монастыре уподобляется ризам Господа, ставшим белыми от отразившегося в них Божественного света. В монастыре всё богоносно, всё есть непрестанное служение. Служение Богу находится в центре жизни, службы регламентируют каждый момент, а любая деятельность начинается и завершается в храме, с молитвой и песнопением. Первоначальное призвание от Господа подобно искре, вспыхнувшей в сердце, чтобы дать толчок, избавляющий от прельщений мира сего. Эта искра в высшей степени облегчает испытание и научение суровости подвижнической жизни, но есть опасность, что она угаснет, если не подпитывать ее, так что монах призван воспринять тайну откровения Божия, которая явно и таинственно выражается в церковном богослужении.

Это восприятие происходит двумя способами: посредством подвижнической брани и келейной молитвы. Аскеза имеет целью помочь монаху очиститься от страстей, начало которых – себялюбие, и соделывает его сосудом, приемлющим Божественные энергии; молитва же представляет собой связующее звено, соединяющее монаха с Богом, − посредством молитвы он говорит с Господом и слышит Его ответ.

Молитва как существенная составляющая жизни монаха

Поскольку монастырь есть место непрестанного присутствия Божия, невозможно, чтобы молитва не была центром жизни монаха. «Монашеское жительство немыслимо без молитвы – а поскольку служение совершается непрестанно, – без непрестанной молитвы», − говорил нам старец Эмилиан и добавлял: «Когда монах молится, он становится человеком, показывающим, в первую очередь, что он проживает в Боге. Он живет постольку, поскольку пребывает в молитве… Молитва служит ему предпосылкой его духовного роста»2. Главное, что оправдывает его присутствие в монастыре, это взыскание непрестанного общения с Богом посредством молитвы. Видов молитвы много, но лишь келейная молитва действительно преображает наше существование.

Общежительное и безмолвническое монашество

Некоторые утверждают, что келейная или умная молитва в ходу только у священнобезмолвников и что общежительные монахи заняты лишь богослужением, и этого должно быть им достаточно. Однако не существует двух разных видов монашества. Конечно, есть некоторое различие, но оно обусловлено, главным образом, условиями проживания и организацией времени, свободного от общей молитвы и послушаний.

Цель обеих форм монашеской жизни была и есть одна: стяжание близости с Богом и личный опыт обожения во Христе. История монашества, всегда подразумевавшая два этих параллельных и взаимодополняющих вида, демонстрирует тенденцию к их взаимному сближению. Как мы видим, со времен преподобного Паисия (Величковского) и до наших дней делается попытка внедрить исихастское духовное учение в монастырское общежитие. В этом одна из характерных особенностей нынешнего возрождения и расцвета святогорского монашества. Сегодня молодежь, приходящая на Святую Гору (подозреваю, что то же происходит и в русских монастырях), по большей части стремится жить по нормам общежития, имея при этом возможность жить и индивидуальной духовной жизнью. Давайте посмотрим, как осуществляется келейная безмолвная молитва в условиях общежительного монастыря.

Келья монаха: Вавилонская печь

Когда вечером, после повечерия, монах возвращается в свою келью, он не отделяется от общего тела братства. Келья представляет собой его личное пространство, но при этом она неотъемлемо принадлежит общежитию. Все, что в ней находится, – мебель, иконы, книги, облачение и т. д. – расположено там по благословению. Что бы ни стал делать монах в келье – отдыхать, молиться, размышлять о своей жизни, готовиться к исповеди и Причастию, – все это имеет органическую связь с остальной жизнью монастыря. Конечно, монах отдыхает в келье, но при этом келья не место для отдыха. В действительности она представляет собой арену подвижнической брани и место встречи с Богом. Некоторые древние монашеские тексты сравнивают келью с Вавилонской печью, где монах, подобно трем отрокам, испытуется, очищается и готовится к встрече с Богом. Келья является для монаха заповедным местом, куда не должно проникать ничего из мира, чтобы дать ему бороться с Богом для получения благословения от Него (см. Быт. 32:24−30), и тогда его можно будет называть, как и Иакова, видевшим Бога.

Келейное правило, или «частная литургия»

В келье монах исполняет свое правило, состоящее из определенного старцем числа земных поклонов, молитв по четкам, чтения священных книг и каких-либо других молитв. Существует – и должно существовать – большое разнообразие по части содержания, способа исполнения, времени и длительности келейного правила, в силу того, что люди различны между собой и имеют различную степень телесной выносливости, темперамент и характер. Все это должен принимать во внимание духовник при назначении молитвенного правила для своего послушника. Некоторым образом, келейное правило для личной жизни монаха имеет то же значение, что и богослужебный устав для храма, лишь с той разницей, что правило, во-первых, должно быть монаху по силам, а во-вторых, усложняться по мере его духовного возрастания. Одно дело − правило для новоначального, другое − для монаха, несущего какое-либо тяжелое послушание, иное правило − для немощного, иное −для пожилого. На встрече со старцем монах, разумеется, исповедует ему все свои прегрешения, открывает помыслы, испрашивает совета, но главный разговор будет касаться правила: как идет молитва? есть ли проблемы со сном? устает ли он от поклонов? следует ли заниматься больше? какие подвижнические сочинения следует читать, чтобы сильнее разжигалось сердце и т. д. Регулярный пересмотр келейного правила является существенным показателем духовного возрастания каждого сознательного монаха.

Духовная жизнь как таковая не должна сводиться к келейному правилу. Оно представляет собой просто тот необходимый минимум, который обязан ежедневно и в определенное время исполнять монах, чтобы «памятовать, что он отлучен от Бога и лишается Его Благодати», как нас учил старец Эмилиан. Вопрос постоянства правила имеет существенное значение, что неизменно подчеркивается духовными отцами. Нельзя исполнять правило только тогда, когда у тебя есть на это настрой, а если уж ты пропустил его, об этом следует сообщить своему старцу и исповеднику как об отступлении от своего монашеского долга. Поэтому правило должно быть рассчитано так, чтобы его можно было исполнять ежедневно, с вниманием, смирением и полным осознанием того факта, что не ты предлагаешь Богу нечто, но − предстаешь перед Ним, испрашивая Его милости. Таким образом, правило не вырождается в простую привычку и не становится формальной обязанностью, исполняемой монахом «лишь бы отделаться», и в мыслях о другом. Поскольку именно во время исполнения келейного правила монах прилагает все усилия к борению за встречу с Богом, мы в нашей обители предпочитаем называть его «бдение» или «келейная литургия», не только потому, что оно совершается преимущественно ночью, но главным образом потому, что оно представляет собой ожидание и чаяние Бога, устремленное вверх напряжение всех сил монаха. Минимум, определяемый ему старцем по снисхождению, может стать тем запалом, который разожжет в нем горение божественного рачения, и тогда правило растянется во времени и возрастет в силе, заполняя всю ночь. В братии старца Иосифа Исихаста правило длилось шесть часов и состояло исключительно из умной молитвы, а во многих святогорских общежитиях монаху предоставляется возможность каждую ночь посвящать по крайней мере четыре часа молитве, помимо суточного круга богослужений. «Келейная литургия» представляет собой пространство тáинственного опыта, вход в «облако», покрывшее трех апостолов после явления Света, бездну боговедения, − поэтому и совершается ночью.

Ночь – это время божественных откровений, великих богоявлений в Священном Писании, это час, когда Бог склоняется над людьми. Поэтому-то и пророки, и наш Господь Иисус Христос молились по ночам (см. Мф. 26:36, Лк. 21:37). В эти часы человек, избавившись от рассеяния ума, может воздвигнуть брань против помыслов, вознестись к Богу, говорить с Ним, познать Его, чтобы Он стал из неведомого и абстрактного Бога его собственным Богом. Без ночного молитвенного делания Дух Святой не будет действовать в нас и говорить с нами − как учил старец Эмилиан, помещавший эту часть делания монаха в самый центр его жизни3.

Стало быть, келейное правило настолько важно, что совершение его в церкви непосредственно перед утренним богослужением обесценивает его. Конечно, такой перенос дает гарантию, что монахи исполнят правило, но при этом теряется его личностный характер. В келье монах может растворить свое сердце, преклонять колени, молить, плакать, менять позу для борьбы со сном, а в храме эти возможности становятся недоступны, и правило приобретает литургический и объективный характер, занимая место службы. При этом содержит все те же элементы, но приобретает богослужебную форму.

Предпосылки ночной молитвы

Как богослужение имеет свой устав, так и «литургия в келье» имеет определенные предпосылки, в отсутствие которых ее цель не может быть достигнута. Когда монах входит в свою келью, или, скорее, после того как он, отдохнув несколько часов, проснется посреди ночи, чтобы исполнить свое молитвенное правило, он не должен привносить в келью ничего из мира. Он должен быть свободен от житейских попечений и занятий, связанных с его послушанием, не иметь ни к чему пристрастий и любопытства. Он должен также находиться в состоянии внутреннего мира и единения со всеми своими братиями, не испытывать ни к кому обиды или зависти, ни даже угрызений совести за возможные прегрешения. Этот мир воцаряется в совести прежде всего в результате чистой исповеди и откровения помыслов, а также после краткого исследования самого себя, что может предшествовать исполнению молитвенного правила. Примерно так же наставлял старец Эмилиан: «Надо опустошить себя, постоянно ожидая пришествия Святого Духа. Мы должны пребывать в горнем, чтобы на всякое время Его принять. В посте, в тяготах, в болях, с жаждой уничижения, в отрешении и молчании, дабы сподобиться вместить Святого Духа… Дух обычно сходит в желудки пустые и в очи бдящие»4.

Только с непопечением ни о чем можно стяжать сокрушение сердца, благочестие, смиренное осознание того, что ты исполнен беззакония и тьмы, и сделать всё, чтобы «растрогать Бога» и привлечь Дух, дабы он осенил тебя.

Трезвение и Иисусова молитва

Помимо того, что монах будет исполнять в этот час, следуя данным ему старцем наставлениям, главной его задачей будет опустошение ума от всего, будь оно хорошее или плохое, «чтобы мы взращивали нашу вместимость трезвением, бдением, безмолвием и выкапыванием колодца радости, мира и небесной жизни, которая называется Молитва Иисуса»5. «Вместимость зависит не только от нашего настроя и от того, насколько мы любим Бога, но и нашего труда, усилий и от проливаемого нами пота, а чем больше возрастает наша вместимость, тем больше дает нам Бог»6.

Это опустошение в святоотеческой духовной терминологии именуется «трезвение». Оно состоит во внимании, в бдении, в наблюдении за помыслами, приходящими на ум и стремящимися войти в сердце, чтобы овладеть крепостью души. Трезвение – главное делание монаха, поскольку к нему, по большей части, не относится борьба с телесными искушениями. Это «искусство искусств и наука наук», которую трудно постичь тому, кто еще живет в смятении развлечений ума и мирских пристрастий. Поэтому мы не можем говорить о трезвении и о внутреннем борении, когда нет соответствующего «безмолвия». В ночной тиши монах может следить за своей мыслью и отражать различные помыслы, чтобы предаться только одному призыванию Имени Христова. Трезвение и односложная молитва суть неотъемлемые спутники тáинственной жизни, так что в одном невозможно подвизаться без другого, по причине подвижности ума, который всегда нуждается в каком-либо занятии. По этой причине для отражения нападок различных помыслов, я даю своему уму одно-единственное занятие – призывание Имени Христа в качестве необоримого оружия и средства освящения7. Стало быть, Иисусова молитва, умная молитва, этот царский путь − и есть главное оружие монаха в этой брани, и содержит она в себе сгусток всего опыта, накопленного Церковью. Нет нужды останавливаться здесь подробнее на искусстве Иисусовой молитвы, тщательно описанном в текстах трезвенных отцов и доходчиво объясненном великими русскими богоносными отцами XIX века. Иисусова молитва – самая эффективная форма молитвы, но не единственная, так что было бы неразумно принудительно навязывать ее всем монахам. Некоторым односложная Иисусова молитва может приесться, и стать препятствием для свободного общения с вожделенным Господом, причем не по причине подпадания страстям или незрелости, но просто в силу темперамента и душевного состояния.

Согласно верному ученику преподобного Паисия (Величковского) преподобному Георгию Черникскому, навязывание единого правила Иисусовой молитвы послужило одной из причин скорого распада большого братства Нямецкой обители после кончины преподобного Паисия8. Соответственно, можно рекомендовать односложную Иисусову молитву для ночного правила, но лучше не навязывать ее, так как для братии должно существовать и некоторое разнообразие.

Не стоит забывать также о том, что великие отцы пустынники и великие богословы тáинственной жизни не прибегали к Иисусовой молитве, а, скорее, читали псалмы и Священное Писание.

В углублении своего опыта и в духовном руководстве очень помогает то, о чем говорит авва Кассиан Римлянин в своих беседах из пустыни о различных типах молитвы (моление, молитвословия, прошение и благодарение), о благочинии во время различных молитвословий, о том, кому подходит тот или иной вид молитвы, равно как и о значении молитвы, совершаемой в тиши кельи.

Главное, за чем должен следить бодрствующий монах, вне зависимости от того, занимает ли он свой ум односложной Иисусовой молитвой или другими ее видами, − это чувство предстояния перед Христом, о котором говорится в псалме): предзрех Господа предо мною (Пс. 15:8). Здесь нужно провести разделение между непрестанной молитвой или молитвословием, с одной стороны, и, с другой, − непрестанным памятованием о Боге, что и есть взыскуемый результат. Это непрестанное памятование о Боге достигается не только молитвой, но и всем трезвенным деланием и жизнью в общежитии. Особый акцент следует делать на всемерном «хранении ума», но сами слова, повторяемые непрестанно, очень полезны и воспаряют ум. Молебный вопль древних отцов, например, Боже, в помощь мою вонми, Господи помози ми потщися (Пс. 69:2) был избран не случайно, равно как и более позднее «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя», потому что они выражают все переживания, которые может вместить в себя человеческая природа. Эти слова могут произноситься при любых обстоятельствах, подходя для отражения всякого искушения и для удовлетворения всякой нужды. Их нужно использовать и в трудностях, и во благовремении, чтобы соблюсти неизреченное и предохранить себя от гордыни. Эти слова становятся предвкушением спасения, дыханием Божества, твоим постоянным сладчайшим спутником.

Мы не должны иметь попечение о том, чтобы молитва возымела «результат», или чтобы Господь дал нам дарование как некое воздаяние. Такой настрой изобличает эгоистичную и тщеславную душу. Единственно, что мне необходимо, − это предстоять перед Богом и набраться терпения. Я осознал, что я ничто, ни к чему не гожусь и ни на что не способен, «зде предстою» и говорю: «Боже мой, аще хощеши, возьми мя, аще хощеши, подаждь мне лета жития, я же умираю пред Тобою». «Предстояние» в храме становится откровением Божием, как явно, так и тáинственно. Во время внутренней «келейной литургии» сам монах предстоит невидимому Богу и жаждет увидеть Его воочию.

Было бы прелестью полагать, что своей многолетней каждодневной бранью, молитвенным правилом и молитвами, мы приобретем право узреть Бога таким, каким Его видели многие святые, увидеть Его в свете преображения Его лица. Нет. Наша «задача» − предстоять перед Богом так, чтобы Он нас увидел, уподобиться Ему, насколько это возможно, в стяжании евангельских добродетелей.

Ожидание Святого Духа и составляет цель молитвенного правила и нашего ночного бдения. Критерием успеха служат не столько дарования и благодатные дары, которые мы приобретаем молитвой, но труд и самопожертвование.

Так, по приобретении нами навыка крайней предосторожности, которую мы можем выработать с годами, подвизаясь в трезвении, наша молитва перестает быть молением и прошением, хотя бы и дал нам Бог нечто, но становится простым вслушиванием в шаги приближающегося Бога и колыханий Духа. Естественно, наши книги полны опытом переживания молитвы святыми. Нет недостатка в подобном опыте и среди современных монахов и монахинь. У меня скопилось много их писем, в которых они самолично свидетельствуют о своей собственной жизни в Боге.

Проблемы в молитве

Предстояние в келье бывает затруднено, когда, несмотря на упорные усилия, монах испытывает проблемы, связанные со сном, с телесной или душевной болью, с усталостью, с тоской, с опустошением сердца, с мраком, неверием, смятением помыслов, с унынием, с вражеским нападением и, возможно, даже с затруднением произносить вслух слова Иисусовой молитвы. Тогда темнота в келье становится мрачной, а эти часы − тягостными. В таких случаях старец Эмилиан неоднократно нам говорил: «Монах испытывает наибольшие проблемы в молитве… Но не стоит забывать, что это неслучайно… Это подтверждает, что молитва начинает становиться нашим настоящим переживанием… нашим настоящим занятием. Дай Бог, чтобы вы получали от молитвы истинное наслаждение. Это очень и очень полезно. Но знайте, что в начале (чтобы не сказать долгие годы, и иной раз и навсегда) гораздо полезнее иметь проблемы, и препятствия, и трудности, чем наслаждение. Потому что, когда мы сталкиваемся с препятствиями, подвергается настоящему испытанию наша воля, наша свобода и наша любовь к Богу: имею ли я в глубине своей души любовь; есть ли внутри меня божественная любовь; обращена ли моя воля ко Господу?»9

Так эти трудности могут претвориться в настоящее бескровное мученичество (μαρτύριο) для монаха, который не оставляет свой цели и продолжает в течение многих лет еженощно подвизаться, возможно, ничего не чувствуя и опираясь только на свою веру и на свидетельства (μαρτυρία) святых.

Когда монах достаточно укоренен в церковном предании, его не сотрясают трудности, с которыми он сталкивается во время молитвы, и он скорее черпает радость от своего смиренного борения. Когда же в конце ночи звучит колокол в церковь, он выходит из кельи, чтобы встретить братий как подвизавшийся в добром подвиге и гордый даже своими поражениями.

Возвращение в храм и приношение братству

В час, когда братия снова собираются на молитву, каждый приносит свою ночную брань как некое приношение, которое будет предложено вместе с дарами Божественной Евхаристии на жертвенник. Там, где всё общее, общее и борение, общие и радости и общие дары. Каждый божественный таинственный опыт не принадлежит какому-то одному монаху, но предлагается всему Братству и становится движущей силой преуспеяния и принятия Духа Святаго всеми членами Тела Христова.

Церковное богослужение обогащается ночным опытом братий, которые в общежитии, таким образом, имеют возможность немного приобщиться к опыту подлинных исихастов. В то время как днем в круговороте послушаний испытывается подлинность ночного духовного опыта, поскольку он дает монаху силу претерпеть, Бога ради, трудности, с которыми он может столкнуться днем, выполняя свое послушание.

Вышеизложенные рассуждения показывают нам, что келейная ночная молитва является неотъемлемой и органичной частью жизни общежительного монастыря. В ней осваивается опыт таинства спасения, и радость, которую получает от нее монах, является подтверждением подлинности его обетов перед Богом − ибо Царствие Божие внутрь вас есть (Лк. 17:21) − и предвкушением жизни будущего века.

Перевод с греческого: Максим Клименко, Алексей Гришин.

__________________________________

1. Архимандрит Эмилиан (Вафидис) – игумен обители Симонопетра с 1973 по 2000 год, один из самых почитаемых старцев Святой Горы Афон. Ныне пребывает на покое в монастыре Ормилия (Халкидики).

2. Ἀρχιμ. Αἰμιλιανός. Σύναξις στήν Σιμωνόπετρα. 1978.

3. Ἀρχιμ. Αἰμιλιανός. Σχέσις Γέροντος καί ὐποτακτικοῦ στόν τόμο Νηπτική ζωή καί ἀσκητικοί κανόνες, ἐκδ. Ἴνδικτος, Ἀθήνα, 2011, σ. 451.

4.Там же. С. 437.

5. Ἀρχιμ. Αἰμιλιανός. Λόγος περί νήψεως, ἐκδ. Ἴνδικτος, Ἀθήνα, 2007, σ. 407.

6. Там же.

7. «Ἀπαιτεῖ ἡμᾶς πάντως ὁ νοῦς, ὅταν αὐτοῦ πάσας τάς διεξόδους τῇ μνήμῃ ἀποφράξωμεν τοῦ Θεοῦ, ἔργον ὀφεῖλον αὐτοῦ πληροφορεῖν τήν ἐντρέχειαν. Δεῖ οὖν αὐτῷ διδόναι τό Κύριε Ἰησοῦ μόνον εἰς ὁλόκληρον πραγματείαν τοῦ σκοποῦ» (Диадох Фотикийский. Сто гностических глав о духовном совершенствовании . 59, SC 5bis, 119).

8. Νεός Συναξαριστής, 3ῃ Δεκεμβρίου, τ. 4, ἐκδ. Ἴνδικτος, Ἀθήνα, 2005, σ. 39 (Новый Синаксарь, 3 декабря. Т. 2. С. 445).

9. Ἀρχιμ. Αἰμιλιανός. Σύναξις στὴν Σιμωνόπετρα, 29.11.1978.

Словарь Правмира — Монастырь, монашество

изображений Monk Cell. Изображение простого, каменного, молитвенного

Мы жертвуем 10% дополнительных гонораров нашим спонсорам в качестве стимула для борьбы с COVID-19

Похожие изображения

Келья монаха

Монашеская келья монастыря Турну

Монах по мобильному телефону

Буддийский монах разговаривает по мобильному телефону в Бангкоке

Буддийский монах в желтой одежде слушает что-то по мобильному телефону в переулке, ведущем к Храму Золотого

Столп Кацхи с монашеской келью наверху, Грузия.

Буддийский монах в оранжевой мантии с мобильным телефоном в Чэнду, Китай

Модернизированная сотовая башня имеет

вернувшегося монаха

Крест на месте, где стояла келья преподобного Ионы, в Ионинском монастыре Киева

Вид на сад изнутри келье монаха

Азиатский буддийский монах разговаривает по телефону в храме

Современный монах

Конвент-келья

Келья монаха

.

Изображение келье монаха монастыря Турну. Изображение ячейки

Пещера монастыря Турну

Монастырь Турну

Монастырь Турну

Монастырь Турну в Козия Вылча

Внешний двор монастыря Турну в Таргсору Вечи недалеко от Плоешти, Прахова. Здание церкви, ограждение кирпичной стены и старая рус

Монастырь Турну

Православный христианский укрепленный монастырь

Монастырь Турну, гора Козиа, Румыния

Старый пещерный монастырский дом

Христианский монастырь

Монастырь Турну

Епископальный собор города Дробета Турну-Северин

Река Олт на перевале Красной башни Турну-Рошу в Калимэнешть-Качулата, Румыния.Путешествие по Румынии. Пейзаж с национальным парком Козия,

.

Редакционное изображение клетки монаха. Изображение сцепления, монаха, обезьяны

Мы жертвуем 10% дополнительных гонораров нашим вкладчикам в качестве стимула для борьбы с COVID-19

Похожие изображения

Буддийский монах разговаривает по мобильному телефону в Бангкоке

Монах по мобильному телефону

Буддийский монах в желтой одежде слушает что-то по мобильному телефону в переулке, ведущем к Храму Золотого

Буддийский монах в оранжевой мантии с мобильным телефоном в Чэнду, Китай

Крест на месте, где стояла келья преподобного Ионы, в Ионинском монастыре Киева

Современный монах

Конвент-келья

БУДДИЙСКАЯ ЖЕНЩИНА МОНАХ

Ньяунгшве, Мьянма — апрель 2019 г .: портрет молодого буддийского монаха-новичка, смотрящего в окно

Милиционер в Коломне

Монах фотографирует с телефоном

Монах пользуется мобильным телефоном

Внутренний вид келии для монахов в храме огня Атешгях в городе Сураханы, пригород Баку, Азербайджан

Монах сидит на крыльце дома и проверяет свой мобильный телефон в Бутане

.

Монах с помощью редакционной фотографии мобильного телефона. Изображение соло

Мы жертвуем 10% дополнительных гонораров нашим вкладчикам в качестве стимула для борьбы с COVID-19

Похожие изображения

Монах фотографирует с телефоном

Иностранный турист с мобильным телефоном на фоне изображения индуистского бога Шивы

Тайский буддийский монах пользуется мобильным телефоном — Таиланд

Буддийский монах разговаривает по мобильному телефону

Негомбо, Шри-Ланка — 22.03.2019 — Монахи собираются вместе, и выходит камера телефона

Буддийский монах разговаривает по мобильному телефону

Чиангмай, Таиланд: Монах использует Ipad

Канди, Шри-Ланка — 2 февраля 2018: Буддийский монах в традиционной одежде делает селфи с помощью смартфона

Монах в храме

Старый тайский буддийский монах

Женщина-буддийский монах идет по железной дороге

Инопланетный монах

Буддийский монах, Камбоджа

Буддийский монах пытается сфотографировать с помощью планшетного компьютера Apple

.