Содержание

Художественная литература – это исповедь…? Сочинение — Выпускные сочинения 2014-2017

Художественная литература – это исповедь или проповедь?

Познание мира. Через какие источники оно проходит? Разные: от маминых
тёплых рук до последнего взгляда на небо. И литература в этом ряду
сопровождает человека всю жизнь. Мудрые сказки. Детские рассказы. Стихи. Потом повести, романы, драматические произведения. Всё это богатство подарено нам предыдущими поколениями. Какова же роль художественной литературы? Она носит характер исповедальности или проповеди, нравоучения?

 Общеизвестно, путь наставления, обращения к человеческому разуму
гораздо длиннее, чем дорога к открытому сердцу. Поэтому твёрдо убеждена в том, что ценность литературы зависит от степени её исповедальности,
откровенности. Чем сильнее накал авторского осознания жизни, тем глубже
произведение, тем вероятнее, что оно будет переходить от отца к сыну, от сына – к внуку. А такая литература называется классической. На ней и воспитывается наша нравственность. Разумеется, никто не отменял нотки проповеди, но только «нотки», ненавязчивые, дающие возможность самому читателю делать выбор в пользу того или другого.

В мире книг много достойных примеров. Среди них в первом ряду
творчество Александра Исаевича Солженицына и Михаила Александровича
Шолохова. А.И.Солженицын прожил труднейшую жизнь, и ему было чем поделиться со своими читателями. Во многом его книги автобиографичны. Это и «Архипелаг ГУЛаг», и «Один день Ивана Денисовича», и «Матрёнин двор»… Владимирская область. Далёкая глубинка. Село Тальново. Живёт здесь простая русская крестьянка по имени Матрёна Васильевна Григорьева. Ей шестьдесят лет; всю жизнь на земле; добра не нажила; бескорыстно помогала всю жизнь другим, забывая о себе. Но какое же у неё сердце! Ни смерть её шестерых детей, ни гибель мужа на Гражданской войне, ни неудачное второе замужество не ожесточили Матрёну. Всем она желала добра.Композиция такова, что не сразу перед читателем раскрывается характер главной героини. «Рассказ в рассказе» позволяет постепенно приоткрывать по-житейски мудрую натуру Матрёны Васильевны. Рассказчик постепенно узнаёт о том, какая горькая участь выпала на долю этой русской женщины. Фабула произведения А.И.Солженицына выстроена на основе жизненного материала. Когда-то, в далёкие послевоенные годы, подобная встреча действительно была в жизни писателя. И этот факт ещё более усиливает нравственное звучание рассказа. Тонко, ненавязчиво автор помогает распознать  явный и скрытый смысл конфликта: как надо жить честно, по-справедливости; стоит ли быть похожими на жестокого и мстительного Фаддея; стоит ли уподобляться ненасытным соседушкам, мечтающим после трагической гибели Матрёны поскорее растащить по своим домам скромный скарб односельчанки. Каждый читатель волен сам определять своё отношение к написанному и получать свои уроки нравственности. Причём, не из-под палки или ремня, а осознанно совершая личный выбор.

Не менее ярким примером, на мой взгляд, может быть рассказ
«Родинка», вошедший в сборник «Донские рассказы», который написан
Михаилом Александровичем Шолоховым в 1924 году. Самому автору в то время всего лишь двадцать четыре года, но он уже закалённый в боях боец и пишет о том, что видел своими глазами и чувствовал собственным сердцем. Писателю удалось на высочайшем эмоциональном уровне передать трагедию русских людей, «заблудившихся» в годы Гражданской войны. Один из них — Николка Кошевой — восемнадцатилетний красный
командир эскадрона, член РКСМ. Другой – атаман банды, из здешних мест,
побывавший в плену у немцев, семь лет не видевший родных казацких
просторов. Надоела война первому; муторно, тошно на душе у постоянно
пьяного другого. Судьба свела их. В схватке один убивает другого: отец забирает жизнь у сына. Узнал «родную кровинушку» только когда стащил хромовый сапог с ноги «мертвяка» и увидел родинку с голубиное яйцо…Как, какими словами передать трагедию того времени? М.А.Шолохов находит нужные слова.

Невозможно читать без кома в горле финал рассказа. Невольно рождается
мысль: не дай Бог оказаться на месте отца-убийцы! В таких сильных
произведениях не нужна моралистика и поучения, потому что очень сильна
исповедальность. Сколько ещё таких «заблудших» в рассказах, романах и жизни – не сосчитать. Задача русской литературы – помочь осознать собственные ошибки, пока это не поздно. А для этого нужна книга-исповедь.

Литература – это исповедь — Ошанин. Полный текст стихотворения — Литература – это исповедь

Литература – это исповедь — Ошанин. Полный текст стихотворения — Литература – это исповедь

Литература – это исповедь.
Под видом исповеди – проповедь.
Для тех, кого мы любим – заповедь.
Для тех, кто ненавистен – отповедь.

Теги:

{«storageBasePath»:»https://www.culture.ru/storage»,»services»:{«api»:{«baseUrl»:»https://www.culture.ru/api»,»headers»:{«Accept-Version»:»1.0.0″,»Content-Type»:»application/json»}}}}

Мы ответили на самые популярные вопросы — проверьте, может быть, ответили и на ваш?

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: [email protected]

Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

Как предложить событие в «Афишу» портала?

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Если вопросы остались — напишите нам.

Пожалуйста подтвердите, что вы не робот

Войти через

или

для сотрудников учреждений культуры

Перезагрузить страницу

Мы используем сookie

Во время посещения сайта «Культура.РФ» вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные с использованием метрических программ.
Подробнее.

Исповедь и проповедь


Захар Прилепин поделился с воронежцами симпатиями и антипатиями

Когда я размышляю о парадоксах воронежской земли (в смысле
«разновидностей» здешнего человеческого фактора) – раз от разу вспоминаю: наш
удивительный город – родина «художественных» антиподов Андрея Платонова и Ивана
Бунина. Что симптоматично. До кучи – еще один парадокс: как правило, читатель,
равнодушный к Бунину, не любит и Платонова. Таких разных – и таких одинаковых
по вкладу в мировую литературу. Что за странности?

Вопрос не перестает быть вопросом, поскольку ответа на него
нет. И когда вдруг на встрече с читателями модный не только (и, возможно, не
столько) в родном Нижнем Новгороде Захар Прилепин выказал нам, землякам
Платонова и Бунина, сочувствие по поводу того, что сознанию воронежского
книгочея впору раздвоиться между двумя полярными художественными системами –
мой (и без того существенный) интерес к проницательной сей персоне возрос до
небес.

История русского либерализма

Я начала с лирического отступления не самолюбования, честное
слово, ради. Просто хочется подчеркнуть: успешный писатель приехал в Воронеж,
имея полное представление о местных художественных реалиях, пусть и в сугубо
историческом аспекте. «Довел» же Прилепина до наших палестин Платоновский
фестиваль, в программе которого значилась творческая встреча с прозаиком.
Каковая по факту собрала аншлаг: народу в пресс-павильон Книжной ярмарки
набилось под завязку. Еще бы: Захар Прилепин – не просто громкое (и отчасти
дерзкое) имя, олицетворяющее сегодняшнюю отечественную литературу. Но и своего
рода символ – агитатора, горлана, главаря смутного времени десятых годов.
Литератора с активной, даже напористой жизненной позицией и ярким даром
убеждения.

Речь шла, естественно, не только о литературе – не на того,
опять-таки, напали. Хотя Захар не опроверг замечание аудитории на тот счет, что
в последнее время он несколько сбавил пыл по отношению к протестным акциям. И
уже не столь часто «светится» в политике. Причину такого поворота событий
«зовут» Ксения Собчак; выдвижение гламурной барышни на передний фланг в
качестве провозвестника всего самого лучшего и свежего в отечестве кажется
Прилепину парадоксальным. Впрочем, и концептуально текущий момент Захара не
устраивает – ему не по нраву сама убежденность либералов в том, что они есть
носители исторической правоты.

– Любимая фраза либералов, которые помнят советскую власть –
«мы знали, чем все это закончится». Ну, прекрасно! А чем закончилась история
либерализма в России? Пришли либералы к власти в 17-м году. И в течение 4-х
месяцев этой власти страна разваливалась на куски: была полная деградация
армии, фронтов, парламентских структур, всего на свете. Внизу и вверху. Потом
второе пришествие либерализма в Россию – 91-й год. И опять проигрыш. Так если
мы знаем, чем закончилась советская власть, то можем ли не знать, что
либерализм кончается еще быстрее и хуже, чем она. Доводы совершенно очевидны.
Но сказать это вслух невозможно – сразу ты становишься маргиналом, дикарем и
дегенератом. Потому что – ну как же? Либерализм – лучшая идеология государства!
А я не уверен в этом. Не уверен…

Имидж решает все

– Захар, вы написали книгу о Леониде Леонове, где
утверждаете, что его «Пирамида» – главный забытый шедевр советской литературы,
который до сих пор почему-то не переиздали. По каким причинам, по-вашему?

– Во-первых, сама фигура Леонова меня в свое время
совершенно зачаровала. Возвращаясь к вопросу о либерализме: в 90-е годы, когда
в университете объяснялось, что советская литература в основной своей массе –
никуда не годная, лживая и плохая, я, вступив во внутреннее противоречие с
такой политикой, заново взялся перечитывать или впервые читать собрания
сочинений советских классиков. От первого тома до последнего. Прочитал всего
Катаева: восхитительный писатель, просто восхитительный. Один из лучших в XX
веке. И Леонида Леонова тогда же стал читать – к третьему тому понял, что имею
дело с гениальным писателем. Долгое время жил в состоянии любви к Леонову в
одиночку: вокруг себя людей, его читающих, не встречал. А потом познакомился с
Дмитрием Быковым. И выпивали мы с ним на берегу Волги или Оки – тогда в
разговоре вдруг возникла фамилия «Леонов». Быков с огромной радостью уточнил:
«Так ты тоже считаешь, что Леонов гениален?» «Да!» – говорю. И стали мы
обниматься, целоваться. И еще выпили вследствие этого. Тут же Быков предлагает:
«Давай ты будешь писать биографию Леонова для ЖЗЛ». Сам он тогда уже писал
Пастернака и считал, что ему нужна компания. Я, собственно, в ту пору был еще
никто и звали меня никак. А Быков, особенно под градусом, – он же все проблемы
решает немедленно. Тут же позвонил в «Молодую гвардию», сказал: «Вот, Прилепин
будет писать биографию Леонова». «Какой Прилепин? – спрашивают там. – Какого
Леонова? Космонавта? Актера?..» Короче, два года они не заключали со мной
контракт – пока я не получил шесть литературных премий. И вот тогда – пиши, что
хочешь. Леонова так Леонова…

Смертельная «Пирамида»

– Он ведь, Леонид Леонов, долгую жизнь прожил, под сто лет –
и такая недооцененность. Не нонсенс, конечно, но все-таки странно.

– На тот момент, когда я приступил к работе, его уже лет
10-12 реально не издавали. И это тоже – одна из примет нашего времени; если в
советские годы кого-то не издавали лет 15, говорили – вот она, цензура! А
сегодня – ну, не выходят книжки и не выходят. Значит, никому не интересно. Так
сложилось… Последний роман Леонова – именно «Пирамида» – вышел в 94-м году. И
вскоре писатель умер – в возрасте 95 лет. А родился он в один год с Платоновым
и Набоковым – и пережил их обоих. По молодости дружил с Есениным; все это –
немыслимые, по сути, вещи для 90-х, когда Леонов еще жил в Москве, находясь в
здравом уме. Все равно что представить: Пушкин встречается… ну, не знаю… с
Буниным! Или – с Маяковским; совершенно невозможные сопоставления с Леоновым
связаны. И потом еще выяснилось, что биография его абсолютно не изучена. Да,
человек прожил под сто лет – это все знают. Но если биографии Ахматовой и
Булгакова изучены буквально поминутно, то в леоновской – огромные провалы,
сквозные дыры и т.д. Разбираться и разбираться. И вот я взялся за эту громадную
тему – описать сто лет жизни. Лучше бы Лермонтова выбрал…

– Что – в плане биографических вех Леонова – особенно
впечатлило?

– Очень неожиданные вещи выяснились. Что, например,
советский писатель Леонид Леонов, лауреат Сталинской и Ленинской премий,
орденоносец, в 20-м году, в Архангельске, был белым офицером! И сбежал оттуда в
Красную армию, когда разгромили белую. И потом всю жизнь нес этот отсвет
белогвардейства, пуская его в свои книги, отчего они имеют особое прочтение… А
роман «Пирамида» он закончил еще в 47-м году – и в течение сорока последующих
лет правил его. До самой смерти не мог успокоиться по поводу этого романа еще и
потому, что прорицательница Ванга сказала: «Когда выйдет «Пирамида», ты
умрешь». Так что, может, если бы Леонов еще дольше роман не издавал – жил бы и
жил…

Своевременная книга

– Чем привлек роман лично вас?

– О «Пирамиде» сложно говорить – это не просто литература.
Это квинтэссенция религиозных и иных воззрений. Мифология XX века, достигшая
совершенно невозможных высот и глубин. Достаточно сложная для чтения книга. Но
и – очень важная. Надо сказать, издали ее все-таки вовремя: в 91-м году
«Пирамиду» прочитали наряду с «Детьми Арбата». Позже интерес к такой литературе
стал стихать, люди перестали интересоваться тем, что есть Сталин, а что – не
Сталин. И вот я сейчас изо всех сил стараюсь осуществить переиздание романа – с
тем, чтобы на Леонова обратили внимание. Потому что если бы Леонид Леонов был
писателем любой европейской страны – там памятники ему стояли бы на каждом
углу. А у нас такое количество крупнейших писателей и гениев, что… Вот на один
Воронеж – два гения, Платонов и Бунин. И в каждый российский город приезжай –
по два гения обязательно есть везде. Поэтому десяток-другой у нас спокойно
могут завалиться за плинтус, чего никто не заметит. Это грустно.

– С прошлым и настоящим ясно, а насчет российского будущего
что думаете?

– У меня есть ощущение того, что не стоит преувеличивать
возможности и Госдепа в России, и гражданской войны, и оппозиции тоже. Пока
этот пласт еще не сложился. Я бы, безусловно, ратовал за то, чтобы часть
политических деятелей, которые не допущены к власти ни под каким соусом, были к
ней допущены. Потому что если бы в парламенте присутствовали, скажем, Навальный,
Лимонов или вышедший из тюрьмы Ходорковский – у нас была бы более интересная
ситуация. С живым взаимопроникновением самых разных политических платформ,
которого России не хватает.

Исповедь это | Путь к осознанности

Исповедь в литературе это произведение, в котором повествование ведется от первого лица, при чем рассказчик (сам автор или его герой) впускает читателя в самые сокровенные глубины собственной духовной жизни, стремясь понять «конечные истины» о себе, своем поколении. Некоторые авторы прямо называли свои произведения: «Исповедь», определяя этим предельную откровенность — собственную: «Исповедь» Блаженного Августина, «Исповедь» (1766-69) Ж.Ж.Руссо, «De profimdis» (1905) О.Уайлда, «Авторская исповедь» (1847) Н.В.Гоголя, «Исповедь» (1879-82) Л.Н.Толстого — или своего героя-рассказчика, в поэзии — лирического героя: «Исповедь сына века» (1836) А.Мюссе, «Исповедь молодой девушки» (1864) Ж.Санд, «Гусарская исповедь» (1832) Д.В.Давыдова, «Исповедь» (1908) М.Горького, «Исповедь хулигана» (1921) С.А.Есенина.

К жанру исповедь примыкают дневник, записки, автобиография, роман в письмах, которые могут принадлежать как художественной, так и художественно-документальной прозе — «Житие» протопопа Аввакума (1672-75), «Записки и приключения знатного человека, удалившегося от света» (1728-31) А.Ф.Прево, эпистолярный роман Ж.де Сталь «Дельфина» (1802), «Замогильные записки» (1848-50) Ф.Р.де Шатобриана, «Дневник» (1956-58) братьев Гонкур, «Выбранные места из переписки с друзьями» (1847), «Записки сумасшедшего» (1835) Гоголя, «Дневник писателя» (1873-81), «Записки из Мертвого дома» (1860-62), «Записки из подполья» (1864) Ф.М.Достоевского. Иногда исповедь выступает в совершенно чуждом ей проявлении — как сатирический, пародийный жанр — «Гражданин мира, или Письма китайского философа» (1762) О.Голдсмита.

Русские писатели и литературная исповедь

Русские писатели 19 века внесли свой вклад в развитие литературной исповеди. В покаянном порыве Гоголь и Толстой готовы отказаться от самого существенного для художника — творчества, увидев в нем противоречие высшим религиозным законам совести. Гоголь осудил сатиру как язвительную клевету на ближнего, Толстой, в «Исповеди» которого В.Зеньковский находил «этический максимализм, некое само-распятие» (Зеньковский В.В. История русской философии. Париж), обратил внимание на растлевающую, косную по отношению к душам народным и к народной культуре сущность искусства. Наиболее приближены к жанру исповеди, по общему признанию, произведения Ф.М.Достоевского. Не случайно они заслужили определение «романов исповедей» (сначала в оценке Д.С.Мережковского в книге «Лев Толстой и Достоевский», 1901-02, затем и М.М.Бахтина — «Проблемы поэтики Достоевского», 1963). Исповедальность у Достоевского — в неразрывной связи с отмеченной Бахтиным полифонией: через нее осуществляется и на нее, в свою очередь, влияет. В философско-лирической прозе 20 века (М.Пришвин «Фацелия», 1940; О.Берггольц «Дневные звезды», 1959) исповедальность выражается в возвышающихся над бренной обыденностью «социального заказа» философских размышлениях о сокровенных проблемах творчества, о роли личности художника.

Со стремлением разрушить не сопоставимое с актом творчества понятие идеологической нормы, догмата официальных идей времен «застоя» связана наметившаяся в исповедях последних десятилетий 20 века тенденция к само-обнажению героя при отсутствии мотива раскаяния. Более того, «исповедующемуся» присуще самолюбование, углубленное смакование низменных сторон человеческой души («Это я — Эдичка», 1976, Э.Лимонова; «Мама, я жулика люблю!», 1989, Н.Медведевой).

Как готовиться к исповеди

иеромонах Агапий (Голуб)

Исповедь — это таинство примирения Бога и человека, совершаемое в Церкви.

Через грех человек перестает быть причастным являемого в таинствах Церкви Христова Царства. Благодаря покаянию, которое перерождает человека, он вновь возвращается в эту мистическую жизнь Церкви. Священник, принимая покаяние, является свидетелем от лица Церкви и одновременно — свидетелем и поручителем перед Церковью, что этот человек — был мертв и ожил, пропадал и нашелся (Лк.15:32). Вместе с тем священник ходатайствует перед Богом о примирении и соединении кающегося с Церковью. Как печать, завершение покаяния — священник в конце исповеди читает так называемую разрешительную молитву[1], в которой просит Бога соединить кающегося с Церковью — подобно тому, как отломанная ветвь прививается к дереву и вновь получает возможность жить и плодоносить.

Первоначально, когда христианская жизнь строилась не на индивидуальном уровне, а в границах живой общины, люди исповедовались перед самой общиной, «потому что согрешением одного человека разбивается цельность всего тела, вся община заболевает…»[2] Со временем, когда переживание внутреннего единства значительно ослабло, и община стала перерождаться в «приход», такая исповедь стала затруднительной — часто мы не готовы принять с состраданием и молитвой человека, когда он обнажает свое внутреннее состояние перед нами. Тем более что в храме нередко присутствуют лица, довольно далекие от реальной церковной жизни. В результате и «была введена та форма исповеди, которую мы теперь знаем: человек приходит и священнику говорит то, о чем надо было бы сказать всей общине, чтобы получить ее молитву, ее поддержку, ее любовь и вновь включиться в нее полноправным членом. Священник представляет ту идеальную общину, которая уже не существует; и та частная исповедь, которую мы знаем, нам дает ложное представление об исповеди как о частном таинстве, как о чем-то, что происходит между Богом и мной или, может быть, даже чаще — между мной и священником, тогда как… это исцеление одного из больных членов Церкви, для того чтобы и этот член ожил, и все тело было исцелено. Очень важно помнить: исповедь является не частным таинством, а всецерковным действием. Когда ты падаешь, ты ранишь тело Христово, когда ты восстаешь, ты восстанавливаешь тело Христово»[3].

Нужно ли говорить, что на такой исповеди перед общиной не заострялось внимание на так называемых повседневных погрешностях — «раздражением, злостью, празднословием, чревоугодием»? Для этого существует личное покаяние и борьба с собой. И если человек искренне борется с этими греховными наклонностями, сами Тело и Кровь Христа-Спасителя, преподаваемые в Чаше Евхаристии, очищают его.

Современная же практика исповедания этих «бытовых» грехов в таинстве Исповеди — результат влияния монашеской традиции так называемого «откровения помыслов», то есть регулярной исповеди у своего старца с целью более высокого нравственного совершенствования и получения живого опыта работы над собой. Но исповедь общими фразами («обидами, саможалением»), без конкретного наполнения, да еще, может, у разных священников вызывает сомнения в ее плодотворности. На мой взгляд, для работы над собой по обретению целостности, для освобождения от «распыленности» во множестве этих ежедневных проступков и грехов требуется конкретная программа с конкретными шагами. К примеру, это ежедневный (или хотя бы еженедельный) анализ себя с использованием дневника. Общение с пастырем вне богослужения (групповые и индивидуальные беседы). В идеальном варианте — поддержка и обмен опытом в собрании живой общины (Итак исповедайте друг другу грехи и молитесь друг за друга, чтобы быть исцеленными (Иак. 5:16), в переводе епископа Кассиана (Безобразова)). Большой опыт работы над эмоциями и чувствами имеется в современной психологии и используется многими православными психологами. Смысл института крестных родителей, или восприемников также состоит в передаче опыта и поддержке в духовной жизни. Безусловно, очень полезным и доступным является изучение соответствующей литературы. Например, «Православная аскетика, изложенная для мирян» священника Павла Гумерова или «Духовные беседы» старца Паисия Святогорца.

При таком подходе исповедь и Причастие вновь становятся не связанными жестко между собой таинствами. Причастие — чаще (может, даже еженедельно). Исповедь как таинство — реже (к примеру, 4 раза в год). Но благодаря внимательной к себе жизни эта исповедь становится более глубокой и плодотворной.

Лично мне такая практика ближе. Если бы удалось к ней вернуться, меньше было бы нездоровых моментов: длинных очередей к исповеди; потери, в ожидании своей очереди на исповедь, соборной молитвы; исповедей «делом-словом-помышлением»; исповедей «конвейером», когда священник скороговоркой читает разрешительную молитву, даже не дав толком исповедовать грехи. Исповедь перестанет восприниматься как «билет» ко Причастию или средство «усыпления» совести, а также в качестве сеанса «излияния» чувств. У священников появилось бы больше времени и сил на проповедь, пастырские беседы, на благоговейное совершение литургии без отрыва на исповедь (нельзя назвать нормальным, когда более половины литургии, при соборном служении, часть духовенства вместо стояния у престола проводит на исповеди, порой до самого причастия священников). 

Но такая практика подразумевает наличие пастыря, который наблюдает за духовной жизнью данного христианина, и то, что этот христианин по-настоящему учится жить Евангелием.    

Обсудить, насколько частой должна быть исповедь, лучше всего со своим приходским священником. Такой священник служит в церкви, куда Вы регулярно ходите, поэтому именно он должен знать Вашу духовную жизнь лучше остальных священников.  

В любом случае исповедь от случая к случаю, без регулярного анализа себя в свете Нового Завета не может быть полной. Чем менее мы к себе внимательны, тем хуже осознаем грехи. 

Общие рекомендации по подготовке и прохождению таинства Исповеди могут быть следующими.

1. Должно быть исповедано все, в чем мы согрешили. Для этого нужно все обдумать и вспомнить заранее. Новички могут взять в помощь пособия, например, «Опыт построения исповеди» архимандрита Иоанна (Крестьянкина). Это нужно не для формальной переписки грехов. Пособие к исповеди помогает увидеть и осознать то, что мы забыли или не считали грехом.

2. Исповедь подразумевает проговаривание конкретных грехов. Само слово «исповедь» — от глагола «поведать», выразить вербально. То, что не проговорено, то не исцелено. Это проговаривание начинается еще до исповеди, он состоит во внутреннем диалоге с совестью в свете Евангелия — и в молитвенном обращении с покаянием к Богу. Такое проговаривание — это проживание совершенных грехов заново, но не тогдашним, а теперешним «я», ставшим другим в покаянии. «Да, это сделал я, но я хочу быть другим. Я предельно раскрываю себя, какой я есть, как перед врачом, чтобы получить исцеление и больше не возвращаться к греху, больше ни изменять Богу. Господи, нейтрализуй то зло, которое я принес в этот мир, и дай мне силы быть другим», — наверное, такими словами можно передать то «послание», которое звучит при подлинной исповеди.

Исповедь же словами «грешен, как все» начинают обычно те, кто не готовился к таинству. Она говорит об отсутствии сознания грехов своей жизни. Поэтому священник будет, скорее всего, прав, если предложит исповедь отложить, пока она не станет плодом серьезной работы над собой. Хотя хорошо, если при этом он предложит свою помощь в подготовке к исповеди.

Другой вопрос — человек узнаёт, что что-то в его жизни является грехом, но сам еще не сознает ненормальности данного действия и не видит смысла исповедовать, потому что слово «каюсь» будет ложью. Сокрытие — не выход. Правильно будет проговорить эту тему со священником: «Я узнал, что с христианских позиций данный поступок — грех, но сам до искреннего сознания этого не дошел». И тогда священник может помочь сделать какие-то шаги, способные освободить от нечувствия греха. Возможно, он сочтет возможным принять исповедь как есть и допустить до Причастия, чтобы душа «согрелась» таинствами и, при встрече со Христом — Солнцем Правды, сама увидела свои пятна в Его свете.  

3. Лучше исповедоваться у своего местного священника, особенно если это не «текущая» ежемесячная исповедь в повседневных погрешностях, а генеральная, первая в жизни или за несколько лет. Легче принести исповедь незнакомому священнику в далеком монастыре — ведь, возможно, больше с ним и не доведется встречаться. Раскрыть же себя перед священником местного храма— значит, преодолеть стыд и боль, снять «защитные панцири». Это ровно противоположно тому, что пытался сделать некогда Адам. Только когда делается этот шаг предельного открытия себя, и без «мягких вариантов» — начинается процесс выздоровления. Священник же является пастырем, ответственным за духовно-нравственную жизнь вверенного ему прихода. Поведать перед ним — значит вручить себя ему. И, имея определенный опыт, он может, соответственно значимости греха, предложить лекарство — епитимию — и помочь дальше в духовном развитии. Епитимия — упражнение, которое налагает иерей на кающегося, чтобы помочь ему преодолеть инерцию греха, остающуюся и после исповеди. Через исполнение епитимии под наблюдением духовника воля воспитывается в исполнении христианских добродетелей. Это может быть пост, поклоны, дополнительные молитвы для домашнего исполнения в течение некоторого периода, дела, противоположные греху, и т. д.

4. На исповеди стараться избегать общих фраз типа «согрешил(а) осуждением, нерадением, ложью»— слова слишком общие, за которыми можно прятать что угодно. Например, «согрешил воровством». Но для сотрудника детсада «воровство» — остатки хлеба, несъеденные детьми. У других — активное воровство стройматериалов на производстве, и не от голода. Или — «осуждением». Один под осуждением имеет в виду мимолетные помыслы, другой засыпает и просыпается с осуждением своего коллеги или начальника и сам мучается от этой навязчивости. Разница, наверное, все же есть.

Правда, стоит сделать оговорку. У человека может оказаться за плечами множество тяжелых, но однотипных грехов. Тогда, наверное, можно так и проговорить — есть такой-то тяжелый грех, совершенный неоднократно. Например, у наркомана не раз были драки и падение в блуд, совершение краж. Конечно, не нужно на исповеди подробно перечислять, сколько, когда и что. Важно выразить суть. Но и среди этих однотипных преступлений могут быть настолько больные истории, что превосходят тяжестью остальные. Например — впадение в блуд под воздействием алкоголя с двоюродной сестрой или кража обручальных колец родителей с целью «загнать» и купить «дозу». Тогда стоит раскрыть и эти конкретные эпизоды. Иногда эти мучающие сознание случаи всплывают уже после исповеди. За общим «изобилием» они были «затерты». А по мере очищения — вспоминаются. Нужно ли их исповедовать, если сама суть греха уже была с покаянием раскрыта на исповеди? Наверное, однозначного ответа быть не может. Но если духовник готов принимать, то, на мой взгляд, лучше, по мере вспоминания, тоже исповедовать.

5. Лучшая подготовка к исповеди, чтобы она приобрела характер конкретности, — регулярный самоанализ.В молитвах «на сон грядущий», которые публикуются в молитвослове, есть образец повседневной домашней исповеди. Когда христианин приучает себя, по возможности ежедневно, хоть немного, уделять внимание анализу прошедшего дня с духовных позиций, исповедь обретет полноценный характер.

6. При отсутствии опыта первые исповеди можно прописывать. «Конспектирование» своей исповеди полезно тем, что при записи будет меньше лишних слов и ненужных подробностей. При этом лучше включается память, идет осмысление жизни. Кроме того, записанная исповедь поможет от волнения не потеряться и не забыть то, что хотели исповедовать. Впоследствии необходимость в предварительной записи своей исповеди, как правило, уменьшается.

7. Сначала о том, о чем тяжелее всего говорить. Думается, понятно, что прямое сокрытие грехов на исповеди приносит вред душе. Но бывает сокрытие и косвенным — человек исповедует тяжелый грех общими словами, находя наиболее мягкие синонимы («встречался с женщиной» — вместо прямого признания блуда), или «прячет» его между «песком». К примеру: «Согрешил злословием, раздражительностью… прелюбодейством, чревоугодием…» Один из наиболее разрушительных грехов ставится в один ряд с теми, которые священник порой внимательно и не слушает. На что, наверное, и рассчитывает исповедующийся. Но это — лукавство, вырастающее из надежды, что таинство «сработает автоматически». Не придется краснеть, не будет епитимии, священник не будет своими расспросами искать корни и требовать безоговорочного осуждения греха. Но после такой исповеди совесть не исцелится. В лучшем случае она будет «давить» и понудит, в конце концов, прийти уже с подлинным покаянием. В худшем — человек «усыпит» свою совесть. Это — настоящая смерть души.

К сожалению, нередко на исповедь приходят именно с такой целью — успокоить совесть. Освободиться от ее вопросов к нам. И чтобы это произошло как можно легче, без труда. Только моя задача на исповеди — не «усыплять» совесть, а будить. Я иногда отсылаю таких людей, снабдив материалом для подготовки, поработать над собой. И ответить самим себе — а хотят ли они учиться жить со Христом, по Евангелию.

8. Не оправдывать себя.Например, исповедуя агрессию в адрес членов семьи, не нужно при этом говорить, что это они спровоцировали ее своим поведением. Мои чувства — это мои чувства, и я отвечаю за обучение здоровому эмоциональному и поведенческому реагированию на ситуации. От меня зависит, как реагировать на то или иное событие в жизни.

9. Исповедь подразумевает готовность к покаянному труду. Грехи, особенно тяжелые, и из-за которых посеян соблазн, так просто в прошлое не уйдут. И, думаю, это ошибка, если священник принимает исповедь, где присутствуют смертные грехи, слишком легко. Часто случается, к примеру, следующее. Женщина исповедовала грех аборта, но не получила епитимии. И вскоре совесть с новой силой начинает ее «давить». Она вновь и вновь повторяет этот грех на последующих исповедях, не обретая мира. Почему? Смертные грехи — это «онкология», требующая «химиотерапии». Для подлинного исцеления нужно потрудиться. Обычно я в подобной ситуации предлагаю читать небольшую покаянную молитву за совершенные аборты, параллельно — в течение какого-то количества дней — совершать ежедневно поклоны с молитвой о помиловании себя и второй половины, от которой был ребенок (чтобы Господь и его привел к покаянию), и о упокоении нерожденных детей. А еще, может, — пойти в клинику и там подежурить волонтером, чтобы помочь кому-то избежать этого жуткого шага. Можно распространять фильмы против абортов, литературу. Можно просто ходить по вечерам в детский хоспис и читать детям на ночь сказки. И вот тогда, в такой работе и обретется подлинное исцеление и освобождение. Кстати, эта работа как раз и будет свидетельством искренности раскаяния.

10. На исповеди не решаются жизненные вопросы. Исповедь — таинство примирения с Богом, а не наставления. Вообще, священник не должен вмешиваться в жизнь человека, пока речь идет о вещах, не относящихся к категории греха и добродетели — покупать ли машину, как делить наследство с родственниками. Его задача как пастыря — помочь христианину научиться обстоятельства жизни согласовывать с Евангелием.

Конечно, не возбраняется и посоветоваться. Но эта беседа должна строиться за рамками исповеди.

И еще немаловажный момент: когда священник дает «духовные» или «житейские» советы, это не означает, что их нужно выполнять беспрекословно. Не зная всех обстоятельств и внутреннего устройства обратившегося лица, он может и ошибиться. Он советует, рекомендует — но принятие или непринятие сказанного остается на ответственности самого человека.

11. Не нужно на исповеди говорить о третьих лицах. Иногда исповедующиеся, раскрывая обстоятельства греха, фактически переходят в пересуды других. Но это уже пародия на исповедь. В конце концов, не «меня обижают», а «я обижаюсь», не «меня раздражают», а «я раздражаюсь». Кроме того, внешние обстоятельства не столько провоцируют, сколько помогают проявиться моим страстям — и благодаря этому я могу их увидеть и бороться с ними. Иначе бы они «спали», и я бы их не замечал. А на Суде перед Богом увижу, что в моей душе, оказывается, как в тихом омуте, ведомо кто водится. Но уже поздно. Время искоренения упущено.

12. Грех — это болезнь, выздоровление от которой является процессом всей жизни.

Нет таких случаев, когда невозможно покаяться. Бывает, правда, состояние «омертвения» души. Для ее пробуждения и существует дисциплинарная система постов, домашних молитв и других церковных установлений. Известны случаи, когда человек сначала исповедуется и причащается «без чувств». Но постепенно душа согревается Божией благодатью — и рождается подлинное покаяние.

Путь к Богу открыт. И нет такого греха, который нельзя простить и от которого нельзя исцелиться. Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же (Евр. 13: 8).

26.06.2017

 

1. Вошедший в русский язык из церковнославянского термин «разрешение» означает «развязывание, освобождение». Вытекает из понимания греха как насильственного начала, делающего человека своим пленником, связывающего его, порабощающего волю. В таинстве Исповеди человек получает «разрешение грехов», т. е. свободу от греха.

2. Митр. Антоний Сурожский. Пастырство. – Мн.: Изд. Белорусского Экзархата, 2005.

3. Митр. Антоний Сурожский. Пастырство. – Мн.: Изд. Белорусского Экзархата, 2005.

литература это исповедь или проповедь сочинение



Автор Ђатьяна Гудзь задал вопрос в разделе Литература

Объяснение Онегина с Татьяны,что это исповедь или проповедь? какое отношение к Онегину в этот момент? и получил лучший ответ

Ответ от Ўлий Тодоров[гуру]
Уверен, что это скорее исповедь, поскольку Онегин откровенно рассказывает Татьяне о себе, о своей опустошённости и разочарованности, объясняет ей, почему он не может стать её мужем. И непонятно, почему в конце романа Татьяна говорит:
И нынче — Боже! — стынет кровь,
Как только вспомню взгляд холодный
И эту проповедь.. .
Никакой проповеди я в монологе Онегина в 4 главе не увидел. Вряд ли он смотрел на неё холодно. Совет Онегина «Учитесь властвовать собой» — никакая не проповедь, он очень уместен.
И Пушкин в той же 4 главе говорит: «Так проповедовал Евгений… » Может, автор романа просто иронизировал?

Ответ от Людмила Иванисова[гуру]
Но, говорят, вы нелюдим, в глуши, в деревне все вам скучно.
А мы, ничем мы не блестим, хоть вам и рады простодушно.
Для Татьяны Онегин- идеал. Но она его совсем не знает. Он кажется таким элегантным, умным, в отличии от своих, деревенских молодых людей. Конечно- это исповедь по отношению к нему. А Онегин проповедует в ответ.
Это- Татьяну отрезвило, вернуло к реальной жизни. Как она ему ответит потом на балу, будучи за мужем. » Но я другому отдана и буду век ему верна».

Ответ от Наталья Ромодина[гуру]
Я не вижу ни исповеди, ни проповеди.
Прочитав вопрос, я даже опешила.
Монолог Онегина — это то, что на современном жаргоне называется «отмазка».
«Напрасны ваши совершенства: их недостоин вовсе я… » Ага, он недостоин — тогда уже и прямо напрасны!
Чьё отношение к Онегину? Татьяны? Автора? Моё?
Татьяна в ужасе, разочарована. Автор довольно иронично относится к Онегину, о чём говорит дальнейшее рассуждение его о друзьях, врагах, родных и возлюбленных, а также о том, что «двуногих тварей миллионы для нас орудие одно»…
Я примерно так же, как автор, отношусь к Онегину в этот момент.

Ответ от 3 ответа[гуру]

Привет! Вот подборка тем с ответами на Ваш вопрос: Объяснение Онегина с Татьяны,что это исповедь или проповедь? какое отношение к Онегину в этот момент?

Краткая исповедь | Православие и мир

Исповедь — это не беседа о своих недостатках, сомнениях, это не простое осведомление духовника о себе.Исповедь — это таинство, а не просто благочестивый обычай. Исповедь — это горячее покаяние сердца, жажда очищения, которая происходит от ощущения святыни, это второе Крещение, и, следовательно, в покаянии мы умираем для греха и воскресаем для святости. Раскаяние — первая степень святости, а бесчувственность — это пребывание вне святости, вне Бога.

Часто вместо исповеди своих грехов происходит самовосхваление, обличение близких и жалобы на трудности жизни.

Некоторые исповедующиеся стремятся безболезненно для себя пройти через исповедь — говорят общие фразы: «во всем грешна» или распространяются о мелочах, умалчивая о том, что действительно должно тяготить совесть. Причиной тому является и ложный стыд перед духовником, и нерешительность, но особенно — малодушный страх всерьез начать разбираться в своей жизни, полней мелких, ставших привычными слабостей и грехов.

Грех — это нарушение христианского нравственного закона. Поэтому святой апостол и евангелист Иоанн Богослов и дает такое определение греха: «Всякий, делающий грех, делает и беззаконие» (1 Ин. 3, 4).

https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2010/02/resize_of_confession.jpg

Есть грехи против Бога и Церкви Его. В эту группу входят многочисленные, соединенные в непрерывную сеть духовные состояния, к числу которых относится, наряду с простыми и очевидными, большое число скрытых, на первый взгляд невинных, а на самом деле наиболее опасных для души явлений. Обобщенно эти грехи можно свести к следующим: 1) маловерие, 2) суеверие, 3) кощунство и божба, 4) немолитвенность и пренебрежение к церковной службе, 5) прелесть.

Маловерие. Это грех, пожалуй, самый распространенный, и бороться с ним приходится непрерывно буквально каждому христианину. Маловерие часто незаметно переходит в полное безверие, причем страдающий им человек зачастую продолжает посещать богослужение, прибегать к исповеди. Он не отрицает сознательно бытия Божия, однако, сомневается в Его всемогуществе, милосердии или Промысле. Своими поступками, привязанностями, всем укладом своей жизни он противоречит исповедуемой им на словах вере. Такой человек никогда не углублялся даже в самые простые догматические вопросы, боясь потерять те наивные представления о христианстве, часто неверные и примитивные, которые он когда-то приобрел. Превращая Православие в национальную, домашнюю традицию, набор внешних обрядов, жестов или сводя его к наслаждению красивым хоровым пением, мерцанием свечей, то есть к внешнему благолепию, маловеры утрачивают самое главное в Церкви — Господа нашего Иисуса Христа. У маловера религиозность тесно связана с эмоциями эстетическими, страстными, сентиментальными; она легко уживается с эгоизмом, тщеславием, чувственностью. Люди этого типа ищут похвалы и хорошего мнения о них духовника. Они подходят к аналою, чтобы пожаловаться на других, они полны собой и стремятся всячески продемонстрировать свою «праведность». Поверхностность их религиозного воодушевления лучше всего доказывается их легким переходом от приторно-показного «благочестия» к раздражительности и гневу на ближнего.

Такой человек не признает за собой никаких грехов, даже не утруждает себя попыткой разобраться в своей жизни и искренне считает, что не видит в ней ничего греховного.

На самом деле такие «праведники» часто проявляют к окружающим бездушие, эгоистичны и лицемерны; живут только для себя, считая воздержание от грехов достаточным для спасения. Полезно напомнить себе содержание главы 25-й Евангелия от Матфея (притчи о десяти девах, о талантах и, особенно, описание Страшного суда). Вообще религиозное самодовольство и самоуспокоенность — главные признаки отдаления от Бога и Церкви, и это наиболее ярко показано в другой евангельской притче — о мытаре и фарисее.

Суеверие. Часто в среду верующих проникают и распространяются там всевозможные суеверия, вера в приметы, ворожба, гадание на картах, различные еретические представления о таинствах и обрядах.

Подобные суеверия противны учению Православной Церкви и служат развращению душ и угасанию веры.

Особо следует остановиться на таком достаточно распространенном и губительном для души учении как оккультизм, магия и т. д. На лицах людей, продолжительное время занимавшихся так называемыми оккультными науками, посвященных в «тайное духовное учение», остается тяжелый отпечаток — знак неисповеданного греха, а в душах — болезненно искаженное сатанинской рационалистической гордыней мнение о христианстве как об одной из низших ступеней познания истины. Заглушая детски искреннюю веру в отеческую любовь Божию, надежду на Воскресение и Жизнь Вечную, оккультисты проповедуют учение о «карме», переселении душ, внецерковный и, следовательно, безблагодатный аскетизм. Таким несчастным, если они нашли в себе силы покаяться, следует объяснить, что, кроме прямого вреда для душевного здоровья, занятия оккультизмом вызываются любопытствующим желанием заглянуть за закрытую дверь. Мы должны смиренно признать существование Тайны, не пытаясь проникнуть в нее нецерковным путем. Нам дан верховный закон жизни, нам указан путь, прямо ведущий нас к Богу, — любовь. И мы должны идти по этому пути, неся свой крест, не сворачивая на окольные дороги. Оккультизм никогда не способен открыть тайны бытия, на что претендуют их приверженцы.

Кощунство и божба. Эти грехи нередко уживаются с церковностью и искренней верой. Сюда в первую очередь относится кощунственный ропот на Бога за Его немилосердное якобы отношение к человеку, за страдания, которые ему кажутся чрезмерными и незаслуженными. Иногда дело доходит даже до хулы на Бога, на церковные святыни, таинства. Часто это проявляется в рассказывании непочтительных или прямо оскорбительных историй из жизни священнослужителей и монахов, в насмешливом, ироническом цитировании отдельных выражений из Священного Писания или из молитвословий.

Особенно распространен обычай божбы и поминовения всуе Имени Божия или Пресвятой Богородицы. Очень трудно отделаться от привычки употреблять эти священные имена в бытовых разговорах в роли междометий, которые используются для придания фразе большей эмоциональной выразительности: «Бог с ним!», «Ах ты, Господи!» и т. д. Еще хуже — произносить Имя Божие в шутках, и уж совсем страшный грех совершает тот, кто употребляет священные слова в гневе, во время ссоры, то есть наряду с ругательствами и оскорблениями. Кощунствует и тот, кто грозит гневом Господним своим недругам или даже в «молитве» просит Бога наказать другого человека. Большой грех совершают родители, в сердцах проклинающие своих детей и угрожающие им карой небесной. Призывание нечистой силы (чертыхание) в гневе или в простом разговоре также греховно. Употребление любых бранных слов также является кощунством и тяжким грехом.

Пренебрежение к церковной службе. Этот грех чаще всего проявляется в отсутствии стремления участвовать в таинстве Евхаристии, то есть долговременное лишение себя Причастия Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа при отсутствии каких-либо обстоятельств, мешающих этому; кроме того, это вообще отсутствие церковной дисциплины, нелюбовь к богослужению. В качестве оправдания обычно выдвигается занятость служебными и бытовыми делами, отдаленность храма от дома, длительность богослужения, непонятность литургического церковнославянского языка. Некоторые достаточно аккуратно посещают богослужения, но при этом лишь присутствуют на литургии, не причащаются и даже не молятся во время богослужения. Иногда приходится сталкиваться с такими печальными фактами, как незнание основных молитв и Символа веры, непонимание смысла совершаемых таинств, а главное, с отсутствием интереса к этому.

Немолитвенность, как частный случай нецерковности, — грех общераспространенный. Горячая молитва отличает искренне верующих от верующих «теплохладных». Надо стремиться не отчитывать молитвенное правило, не отстаивать богослужения, надо стяжать дар молитвы у Господа, полюбить молитву, ждать с нетерпением молитвенного часа. Постепенно входя под руководством духовника в молитвенную стихию, человек научается любить и понимать музыку церковнославянских песнопений, их несравненную красоту и глубину; красочность и мистическую образность литургических символов — все то, что называют церковным благолепием.

Дар молитвы — это и умение владеть собой, своим вниманием, повторять слова молитвы не только губами и языком, но и всем сердцем и всеми мыслями участвовать в молитвенном делании. Прекрасным средством для этого является «Иисусова молитва», которая заключается в равномерном, многократном, неторопливом повторении слов: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго». Об этом молитвенном упражнении существует обширная аскетическая литература, собранная в основном в «Добротолюбии» и в других отеческих творениях.

«Иисусова молитва» особенно хороша тем, что не требует создания специальной внешней обстановки, ее можно читать идя по улице, во время работы, на кухне, в поезде и т. д. В этих случаях она особенно помогает отвлечь внимание наше от всего соблазнительного, суетного, пошлого, пустого и сосредоточить ум и сердце на сладчайшем Имени Божием. Правда, не следует начинать занятия «духовным деланием» без благословения и руководства опытного духовника, поскольку подобное самочинение может привести к ложному мистическому состоянию прелести.

Духовная прелесть существенно отличается от всех перечисленных грехов против Бога и Церкви. В отличие от них этот грех коренится не в недостатке веры, религиозности, церковности, а, напротив, в ложном ощущении избытка личных духовных дарований. Человек, находящийся в состоянии прельщения, мнит себя достигшим особых плодов духовного совершенства, подтверждением чему служат для него всевозможные «знамения»: сновидения, голоса, видения наяву. Такой человек может быть весьма одарен мистически, но при отсутствии церковной культуры и богословского образования, а главное, из-за отсутствия хорошего, строгого духовника и наличия среды, склонной легковерно воспринимать его россказни как откровения, такой человек приобретает часто многих сторонников, вследствие чего и возникло большинство сектантских антицерковных течений.

Обычно начинается это с рассказа о загадочном сне, необыкновенно сумбурном и с претензией на мистическое откровение или пророчество. В следующей стадии находящемуся в подобном состоянии, по его словам, уже наяву слышатся голоса или являются сияющие видения, в которых он распознает ангела или какого-нибудь угодника, или даже Богородицу и Самого Спасителя. Они сообщают ему самые невероятные откровения, часто совершенно бессмысленные. Это случается с людьми и малообразованными, и с весьма начитанными в Священном Писании, святоотеческих творениях, а также с теми, кто отдался «умному деланию» без пастырского руководства.

Чревоугодие — один из целого ряда грехов против ближних, семьи и общества. Оно проявляется в привычке неумеренного, чрезмерного употребления пищи, то есть объедания или в пристрастии к утонченным вкусовым ощущениям, услаждении себя пищей. Конечно, разным людям требуется разное количество пищи для поддержания своих физических сил — это зависит от возраста, телосложения, состояния здоровья, а также от тяжести работы, которую выполняет человек. В самой пище нет никакого греха, ибо это дар Божий. Грех заключается в отношении к ней как к вожделенной цели, в поклонении ей, в сладострастном переживании вкусовых ощущений, разговорах на эту тему, в стремлении тратить как можно больше денег на новые, еще более изысканные продукты. Каждый кусок пищи, съеденный сверх утоления голода, всякий глоток влаги после угашения жажды, просто для удовольствия, — это уже чревоугодие. Сидя за столом, христианин должен не дать увлечь себя этой страсти. «Чем больше дров, тем сильнее пламя; чем больше яств — тем яростнее похоть» (Авва Леонтий). «Чревоугодие — мать любодеяния», — сказано в одном древнем патерике. А св. Иоанн Лествичник прямо предостерегает: «Возобладай над чревом, пока оно над тобою не возобладало».

Блаженный Августин сравнивает тело с яростным конем, увлекающим душу, необузданность которого следует укрощать уменьшением пищи; для этой цели главным образом и установлены Церковью посты. Но «берегитесь измерять пост простым воздержанием от пищи,- говорит св. Василий Великий. — Те, которые воздерживаются от пищи, а ведут себя дурно, уподобляются диаволу, который, хотя ничего не ест, однако же, не перестает грешить». Во время поста необходимо — и это главное — обуздать свои мысли, чувства, порывы. Лучше всего о смысле поста духовного говорится в одной великопостной стихире: «Постимся постом приятным, благоугодным Господеви: истинный пост есть злых отчуждение, воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, оглаголания, лжи и клятвопреступления: сих оскудение, пост истинный есть и благоприятный». Как бы ни был труден пост в условиях нашей жизни, к нему надо стремиться, его необходимо сохранять в быту, особенно пост внутренний, духовный, который у отцов называется — целомудрием. Сестра и подруга поста — молитва, без которой он превращается в самоцель, в средство особой, утонченной заботы о своем теле.

Препятствия к молитве происходят от слабой, неправильной, недостаточной веры, от многозаботливости, суеты, занятости мирскими делами, от грешных, нечистых, злых чувств и мыслей. Эти препятствия помогает преодолеть пост.

Сребролюбие проявляется в форме расточительности или противоположной ей скупости. Второстепенный на первый взгляд,- это грех чрезвычайной важности — в нем одновременное отвержение веры в Бога, любви к людям и пристрастие к низшим чувствам. Оно порождает злобу, окаменение, многозаботливость, зависть. Преодоление сребролюбия есть частичное преодоление и этих грехов. Со слов Самого Спасителя мы знаем, что богатому трудно войти в Царство Божие. Христос учит: «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут. Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф. 6, 19-21). Св. апостол Павел говорит: «Мы ничего не принесли в мир; явно, что ничего не можем и вынести из него. Имея пропитание и одежду, будем довольны тем. А желающие обогащаться впадают в искушение и в сеть, и во многие безрассудные и вредные похоти, которые погружают людей в бедствие и пагубу. Ибо корень всех зол есть сребролюбие, которому предавшись, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям. Ты же, человек Божий, убегай сего… Богатых в настоящем веке увещевай, чтобы они не высоко думали о себе и уповали не на богатство неверное, но на Бога Живаго, дающего нам все обильно для наслаждения; чтобы они благодетельствовали, богатели добрыми делами, были щедры и общительны, собирая себе сокровище, доброе основание для будущего, чтобы достигнуть вечной жизни» (1 Тим. 6, 7-11; 17-19).

«Гнев человека не творит правды Божией» (Иак. 1, 20). Гневливость, раздражительность — проявление этой страсти многие кающиеся склонны оправдывать причинами физиологическими, так называемой «нервностью» вследствие страданий и невзгод, выпавших на их долю, напряженностью современной жизни, трудным характером родных и близких. Хотя отчасти эти причины и имеют место, однако они не могут служить оправданием этой, как правило, глубоко укоренившейся привычки вымещать свое раздражение, злость, дурное настроение на близких. Раздражительность, вспыльчивость, грубость в первую очередь разрушают семейную жизнь, приводя к ссорам из-за пустяков, вызывая ответную ненависть, желание отомстить, злопамятство, ожесточают сердца в целом добрых и любящих друг друга людей. А как тлетворно действует проявление гнева на юные души, разрушая в них Богом данную нежность и любовь к родителям! «Отцы, не раздражайте детей ваших, чтобы они не унывали» (Кол. 3, 21).

В аскетических творениях отцов Церкви содержится немало советов для борьбы со страстью гнева. Один из самых действенных — «праведный гнев», иными словами,- обращение способности нашей к раздражению и злости на саму страсть гнева. «Не только допустимо, но впрямь спасительно гневаться на свои собственные грехи и недостатки» (св. Димитрий Ростовский). Св. Нил Синайский советует быть «кротким с людьми», но браннолюбивым с врагом нашим, так как в том и состоит естественное употребление гнева, чтобы враждебно противоборствовать древнему змию» («Добротолюбие», т. II). Тот же писатель-подвижник говорит: «Кто памятозлобствует на демонов, тот не злопамятен на людей».

По отношению же к ближним следует проявлять кротость и терпение. «Будь мудр, и уста тех, которые говорят о тебе злое, заграждай молчанием, а не гневом и руганием» (св. Антоний Великий). «Когда злословят тебя, смотри, не сделал ли ты что-либо достойное злословия. Если не сделал, то злословие почитай улетающим дымом» (св. Нил Синайский). «Когда почувствуешь в себе сильный приток гнева, старайся молчать. А чтобы самое молчание принесло тебе больше пользы, обращайся мысленно к Богу и читай мысленно про себя в это время какие-либо краткие молитвы, например, «Иисусову молитву»,- советует святитель Филарет Московский. Даже спорить надо без ожесточения и без гнева, так как раздражение тут же передается другому, заражая его, но ни в коем случае не убеждая в правоте.

Очень часто причиной гнева бывает высокомерие, гордыня, желание показать свою власть над другими, обличить его пороки, забывая о своих грехах. «Истреби в себе две мысли: не признавай себя достойным чего-либо великого и не думай, что другой человек много ниже тебя по достоинству. В таком случае наносимые нам обиды никогда не приведут нас в раздражение» (св. Василий Великий).

На исповеди надо рассказать, не питаем ли мы злобы на ближнего и примирились ли с тем, с кем ссорились, а если кого не можем увидеть лично, то примирились ли с ним в сердце своем? На Афоне духовники не только не разрешают инокам, имеющим злобу на ближнего, служить в церкви и приобщаться Святых Тайн, но, читая молитвенное правило, они должны в молитве Господней опускать слова: «и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим», дабы не быть лжецами перед Богом. Этим запрещением инок как бы на время, до примирения с братом, отлучается от молитвенного и евхаристического общения с Церковью.

Существенную помощь получает молящийся о тех, кто часто вводит его в искушение гнева. Благодаря такой молитве в сердце вселяется чувство кротости и любви к людям, которых еще недавно ненавидели. Но на первом месте должна быть молитва о даровании кротости и отгнании духа гнева, мести, обиды, злопамятства.

Одним из самых распространенных грехов является, бесспорно, осуждение ближнего. Многие даже не отдают себе отчета в том, что бесчисленное число раз согрешали им, а если и сознают, то полагают, что это явление столь распространенно и обыденно, что даже не заслуживает упоминания на исповеди. На самом деле этот грех является началом и корнем многих других греховных привычек.

Прежде всего, грех этот находится в тесной связи со страстью гордости. Осуждая чужие недостатки (действительные или кажущиеся), человек мнит себя лучше, чище, благочестивее, честнее или умнее другого. К подобным людям обращены слова аввы Исаии: «У кого сердце чисто, тот всех людей почитает чистыми, но у кого сердце осквернено страстями, тот никого не почитает чистым, но думает, что все ему подобны» («Цветник духовный»).

Осуждающие забывают, что Сам Спаситель заповедал: «Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата своего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?» (Мф. 7, 1-3). «Не станем же более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну» (Рим. 14, 13),- учит св. апостол Павел. Нет греха, соделанного одним человеком, которого не мог совершить и всякий другой. И если ты видишь чужую нечистоту, то, значит, она уже проникла в тебя, ибо невинные младенцы не замечают разврата взрослых и тем сохраняют свое целомудрие. Потому осуждающий, даже если он прав, должен честно признаться себе: а не совершил ли он сам того же греха?

Наш суд никогда не бывает беспристрастным, ибо чаще всего основан на случайном впечатлении или совершается под влиянием личной обиды, раздражения, гнева, случайного «настроения».

Если христианин услышал о неблаговидном поступке своего близкого, то, прежде чем возмутиться и осудить его, он должен поступить по слову Иисуса сына Сирахова: «Обуздывающий язык будет жить мирно, и ненавидящий болтливость уменьшит зло. Никогда не повторяй слова, и ничего у тебя не убудет… Расспроси друга твоего, может быть, не сделал он того; и если сделал, то пусть вперед не делает. Расспроси друга, может быть, не говорил он того; и если сказал, пусть не повторит того. Расспроси друга, ибо часто бывает клевета. Не всякому слову верь. Иной погрешает словом, но не от души; и кто не погрешал языком своим? Расспроси ближнего твоего прежде, нежели грозить ему, и дай место закону Всевышнего» (Сир. 19, 6-8; 13-19).

Грех уныния чаще всего происходит от чрезмерной занятости собой, своими переживаниями, неудачами и, как результат, — угасание любви к окружающим, равнодушие к чужим страданиям, неумение радоваться чужим радостям, зависть. Основа и корень нашей духовной жизни и силы — любовь ко Христу, и ее нужно в себе растить и воспитывать. Всматриваться в Его образ, прояснять и углублять его в себе, жить мыслью о Нем, а не о своих мелких суетных ударах и неудачах, отдавать Ему свое сердце, — это и есть жизнь христианина. И тогда в сердце нашем воцарятся тишина и мир, о котором говорит св. Исаак Сирин: «Умирись с собой, и мирятся с тобою небо и земля».

Нет, пожалуй, ни одного более распространенного греха, чем ложь. К этой категории пороков следует также причислить неисполнение данных обещаний, сплетни и празднословие. Этот грех так глубоко вошел в сознание современного человека, так глубоко укоренился в душах, что люди даже не задумываются о том, что любые формы неправды, неискренности, лицемерия, преувеличения, хвастовства являются проявлением тяжелого греха, служением сатане — отцу лжи. По словам апостола Иоанна, в Небесный Иерусалим «не войдет никто преданный мерзости и лжи» (Откр. 21, 27). Господь наш сказал о Себе: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14, 6), и потому прийти к Нему можно, лишь идя по дороге правды. Только истина делает людей свободными.

Ложь может проявляться совершенно беззастенчиво, открыто, во всей своей сатанинской мерзости, становясь в таких случаях второй природой человека, постоянной маской, приросшей к его лицу. Он так привыкает лгать, что не может выражать свои мысли иначе, нежели облекая их в заведомо не соответствующие им слова, тем самым не проясняя, а затемняя истину. Ложь незаметно закрадывается в душу человека с детских лет: часто, не желая кого-либо видеть, мы просим близких сказать пришедшему, что нас нет дома; вместо прямого отказа от участия в каком-либо неприятном для нас деле, мы притворяемся больными, занятыми другим делом. Такая «бытовая» ложь, кажущиеся невинными преувеличения, шутки, основанные на обмане, постепенно развращают человека, позволяя ему впоследствии ради собственной выгоды идти на сделки со своей совестью.

Как от диавола не может быть ничего, кроме зла и погибели для души, так и от лжи — его детища — не может последовать ничего, кроме растлевающего, сатанинского, антихристианского духа зла. Не существует «спасительной лжи» или «оправданной», сами эти словосочетания кощунственны, ибо спасает, оправдывает нас только Истина, Господь наш Иисус Христос.

Не менее чем ложь, распространен грех празднословия, то есть пустого, бездуховного пользования Божественным даром слова. Сюда же относятся сплетни, пересказ слухов.

Часто люди проводят время в пустых, бесполезных разговорах, содержание которых тут же забывается, вместо того, чтобы поговорить о вере с тем, кто страдает без нее, ищет Бога, посетить больного, помочь одинокому, помолиться, утешить обиженного, поговорить с детьми или внуками, наставить их словом, личным примером на духовный путь.

В молитве св. Ефрема Сирина говорится: «…Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми». Во время Великого поста и говения надо быть особенно сосредоточенными на духовном, отказаться от зрелищ (кино, театра, телевидения), быть осторожными в словах, правдивыми. Уместно еще раз напомнить слова Господа: «За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься» (Мф. 12, 36-37).

Надо бережно, целомудренно обращаться с бесценными дарами слова и разума, ибо они роднят нас с Самим Божественным Логосом, Воплощенным Словом, — с Господом нашим Иисусом Христом.

Страшнейшим грехом во все времена считалось нарушение шестой заповеди — убийство — лишение другого величайшего дара Господня — жизни. Такими же страшными грехами являются самоубийство и убийство во чреве — аборт.

Очень близки к совершению убийства те, кто во гневе на ближнего допускает рукоприкладство, нанося ему побои, раны, увечья. Виновны в этом грехе родители, жестоко обращающиеся со своими детьми, избивающие их за мельчайшую провинность, а то и без всякого повода. Повинны в этом грехе и те, кто сплетнями, наговорами, клеветой вызывал озлобление в человеке против кого-либо третьего и тем более — наущал его физически расправиться с ним. Часто этим грешат свекрови по отношению к своим невесткам, соседи, возводящие напраслину на женщину, временно разлученную с мужем, намеренно вызывая сцены ревности, которые кончаются избиениями.

Своевременное неоказание помощи больному, умирающему — вообще равнодушие к чужим страданиям тоже следует рассматривать как пассивное убийство. Особенно ужасно подобное отношение к престарелым больным родителям со стороны детей.

Сюда же относится неоказание помощи человеку, попавшему в беду: бездомному, голодному, утопающему на ваших глазах, избиваемому или ограбляемому, потерпевшему от пожара или наводнения.

Но мы убиваем ближнего не только руками или оружием, но и жестокими словами, бранью, издевательством, насмешкой над чужим горем. Св. апостол Иоанн говорит: «Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца» (1 Ин. 3, 15). Каждый на себе испытал, как ранит и убивает душу злое, жестокое, язвительное слово.

Не меньший грех совершают и те, кто лишают чести, невинности молодые души, растлевая их физически или нравственно, толкая их на путь разврата и греха. Блаженный Августин говорит: «Не думай, что ты не убийца, если ты наставил ближнего твоего на грех. Ты растлеваешь душу соблазненного и похищаешь у него то, что принадлежит вечности». Приглашать на пьяное сборище юношу или девушку, подстрекать к отмщению обид, соблазнять развратными зрелищами или рассказами, отговаривать соблюдать пост, заниматься сводничеством, предоставлять свое жилище для пьянства и развратных сборищ — все это соучастие в нравственном убийстве ближнего.

Убийство животных без нужды в пропитании, истязание их — это тоже нарушение шестой заповеди. «Праведный печется и о жизни скота своего, сердце же нечестивого жестоко» (Притч. 12, 10).

Предаваясь чрезмерной печали, доводя себя до отчаяния, мы грешим против той же заповеди. Самоубийство — величайший грех, ибо жизнь есть дар Божий, и только Ему принадлежит власть лишить ее нас. Отказ от лечения, намеренное неисполнение предписаний врача, сознательное нанесение вреда своему здоровью чрезмерным употреблением вина, курением табака — тоже медленное самоубийство. Некоторые убивают себя чрезмерным трудом ради обогащения — это тоже грех.

Святая Церковь, ее святые отцы и учители, осуждая проведение абортов и считая это грехом, исходят из того, чтобы люди не пренебрегали бездумно священным даром жизни. В этом заключается смысл всех церковных запрещений по вопросу об абортах. При этом Церковь напоминает слова апостола Павла, что «жена… спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием» (1 Тим. 2, 14. 15).

Женщину, находящуюся вне Церкви, предостерегают от этого поступка медицинские работники, разъясняя опасность и моральную нечистоту этой операции. Для женщины, признающей свою причастность к Православной Церкви (а таковой, по-видимому, следует считать всякую крещеную женщину, приходящую в храм для исповеди), искусственное прерывание беременности недопустимо.

Некоторые считают нарушением заповеди «не укради» только явное воровство и грабеж с применением насилия, когда отбираются крупные денежные суммы или другие материальные ценности, и поэтому, не задумываясь, отрицают свою виновность в грехе хищения. Однако хищением является всякое незаконное присвоение чужого имущества как собственного, так и общественного. Хищением (воровством) следует считать невозвращение денежных долгов или вещей, данных на время. Не менее предосудительно тунеядство, попрошайничество без крайней необходимости, при возможности самому зарабатывать на пропитание. Если человек, пользуясь несчастьем другого, берет с него больше, чем следует, то он совершает грех лихоимства. Под понятие лихоимства подпадает также перепродажа пищевых и промышленных продуктов по завышенным ценам (спекуляция). Безбилетный проезд в общественном транспорте — это тоже поступок, который следует считать нарушением восьмой заповеди.

Грехи против седьмой заповеди по самой природе своей являются особенно распространенными, живучими, а потому и наиболее опасными. Они связаны с одним из сильнейших человеческих инстинктов — половым. Чувственность глубоко проникла в падшую природу человека и может проявляться в самых разнообразных и изощренных формах. Святоотеческая аскетика учит бороться со всяким грехом с самого его малого появления, не только с уже явными проявлениями плотского греха, но с похотливыми помыслами, мечтаниями, фантазией, ибо «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5, 28). Вот примерная схема развития в нас этого греха.

Блудные помыслы, развивающиеся от воспоминаний прежде виденного, слышанного или даже испытанного во сне. В уединении, часто ночью, они особенно сильно одолевают человека. Здесь лучшим лекарством являются аскетические упражнения: пост в пище, недопустимость лежания в постели после просыпания, регулярное чтение утреннего и вечернего молитвенного правил.

Соблазнительные разговоры в обществе, непристойные истории, анекдоты, рассказываемые с желанием понравиться окружающим и быть в центре их внимания. Многие молодые люди, чтобы не показать свою «отсталость» и не быть осмеянными товарищами, впадают в этот грех. Сюда же надо отнести пение безнравственных песен, писание похабных слов, а также употребление их в разговоре. Все это приводит к порочному самоуслаждению, которое тем более опасно, что, во-первых, связано с усиленной работой воображения, а во-вторых, так неотступно преследует несчастного, что он постепенно становится рабом этого греха, который разрушает его физическое здоровье и парализует волю к преодолению порока.

Блуд — неосвященное благодатной силой таинства Брака совокупление холостого мужчины и незамужней женщины (или нарушение целомудрия юношей и девушкой до брака).

Прелюбодеяние — нарушение супружеской верности одним из супругов.

Кровосмешение — плотская связь между близкими родственниками.

Противоестественные половые связи: мужеложство, лесбизм, скотоложство.

Об отвратительности перечисленных грехов вряд ли следует подробно распространяться. Всякому христианину очевидна их недопустимость: они ведут к духовной смерти еще до физической кончины человека.

Всем мужчинам и женщинам, приносящим покаяние, если они состоят в незарегистрированной связи, следует настойчиво рекомендовать узаконить свои взаимоотношения, в каком бы возрасте они ни были. Кроме того, и в браке следует соблюдать целомудрие, не предаваться неумеренности в плотских удовольствиях, воздерживаться от сожительства в посты, накануне воскресных и праздничных дней.

Раскаяние наше не будет полным, если мы, каясь, не утвердимся внутренне в решимости не возвращаться к исповеданному греху. Но спрашивают, как это возможно, как я могу обещать себе и своему духовнику, что я не повторю своего греха? Не будет ли ближе к истине как раз обратное — уверенность в том, что грех повторяется? Ведь на опыте своем каждый знает, что через некоторое время неизбежно возвращаешься к тем же грехам; наблюдая за собой из года в год, не замечаешь никакого улучшения.

Было бы ужасно, если бы это было так. Но к счастью, — это не так. Не бывает случая, чтобы, при наличии искреннего покаяния и доброго желания исправиться, с верой принятое Святое Причастие не произвело в душе благих перемен. Дело в том, что, прежде всего, мы не судьи самим себе. Человек не может правильно судить о себе, стал ли он хуже или лучше, поскольку и он сам, и то, что он судит, — величины меняющиеся. Возросшая строгость к себе, усилившееся духовное зрение могут дать иллюзию, что грехи умножились и усилились. На самом деле они остались те же, может быть, даже ослабели, но раньше мы их не так замечали. Кроме того, Бог, по-особому Промышлению Своему, часто закрывает нам глаза на наши успехи, чтобы защитить нас от злейшего греха — тщеславия и гордости. Часто бывает, что грех еще остался, но частые исповеди и причащения Святых Тайн расшатали и ослабили его корни. Да сама борьба с грехом, страдание о своих грехах — разве это не приобретение?! «Не устрашайся, хотя бы ты падал каждый день и отходил от путей Божиих, стой мужественно, и ангел, тебя охраняющий, почтит твое терпение», — говорил св. Иоанн Лествичник.

И даже если нет этого чувства облегчения, возрождения, надо иметь силы вернуться опять к исповеди, до конца освободить свою душу от нечистоты, слезами омыть ее от черноты и скверны. Стремящийся к этому всегда достигнет того, чего ищет.

— статья протоиерея Андрея Дудченко

рассказ о мужской исповеди

объясняет протоиерея Владислав Свешников

о взаимоотношениях с духовником

рассказывает протоиерей Владимир Воробьев

что говорить на исповеди — проповедь митрополита Антония Сурожского

священника Александра Ельчанинова

слово старца Паисия Святогорца

10 функций литературы, о которых должен знать каждый ▷ Legit.ng

Задумывались ли вы о функциях литературы? Иногда мы недооцениваем важность литературы в нашей жизни, но благодаря ей мы можем узнавать новое о мире, испытывать эмоции, как хорошие, так и плохие, и многое другое.

Фото: www.blogs.hss.ed.ac.uk
Источник: UGC

Что такое литература?

Проще говоря, это собрание различных письменных текстов.Определение литературы — это стремление людей передать свои знания, опыт, видение через письменные тексты. Можно сделать вывод, что литература — это кладезь человеческих знаний в печатной и доступной форме.

Каковы функции литературы?

Фото: www.backdropsource.com.au
Источник: UGC

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Книги Воле Сойинка: 5 лучших книг, которые вы должны прочитать

Мы читаем литературу почти каждый день, но насколько мы знаем о ее функциях? Как литература помогает нам в жизни? Вот 10 функций литературы, которые должен знать каждый.

Обмен знаниями

Это самая основная и важная функция литературы. С его помощью мы можем узнать много нового о мире; мы можем наполниться знаниями и стать умнее.

Воспитание

Литература влияет на чувства и мировоззрение человека. Почему в детстве мы читаем сказки? Ну, в основном потому, что они четко различают добро и зло, что помогает детям с раннего возраста понимать, что хорошо, а что плохо.Благодаря художественным образам авторы передают ребенку основные образовательные принципы.

Связь

Фото: www.health.qld.gov.au
Источник: UGC

Прежде всего, это общение читателя и автора. Очень часто одни персонажи впечатляют нас, а других не любят. Мы можем согласиться с точкой зрения автора, а можем полностью не согласиться с ней. Также книга может стать темой для обсуждения с друзьями и знакомыми.

Развлечения

Несмотря на то, что мы живем в эпоху цифровых технологий, когда все формы развлечений у нас под рукой, многие люди по-прежнему любят читать книги, чтобы развлечься.В конце концов, книги могут доставить вас куда угодно, даже не вставая с дивана, и они могут доставить вам часы удовольствия. Они даже не обязательно должны быть выдумкой, некоторые получают удовольствие от чтения инструкций по строительству 🙂

Формируя эстетический вкус

Литература помогает нам сформировать собственное видение красоты, она приятно влияет на нас, изменяя наше поведение в общество и отношение к людям в целом. Литература помогает нам замечать все прекрасное вокруг.

Саморазвитие

Литература помогает нам развиваться.Благодаря книгам, статьям, журналам у нас есть возможность наполняться новыми знаниями, развивать хорошие качества и стремиться к чему-то большему.

Развитие мыслительного процесса

Фото: www.tukesomalism.com
Источник: UGC

Чем больше мы знаем, тем больше у нас желания рассказать об этом другим и узнать, что они думают об этом. Как говорится: «Истина рождается в споре», и так оно и есть. Люди очень часто размышляют о процессах, событиях, знаниях, которые они читают, и обсуждают с другими разные вопросы.

Удовольствие

Мы каждый раз получаем удовольствие от чтения хороших стихов или красивого произведения, или книги с большим сюжетом, или других интересных фактов и научной литературы. Люди проводят много времени в поисках чего-то, что действительно доставляет им удовольствие, а литература — это то, что доставляет радость.

Формирование речи

Чем больше человек читает, тем больше слов он выучивает, а также различные конструкции и варианты построения предложений. Люди могут пополнить свой словарный запас благодаря литературе.

Трансформация

Фото: justtoski.fr
Источник: UGC

Наш мир полон информации, и не вся она хороша и прекрасна, но с помощью литературы мы можем превратить плохие воспоминания в нечто прекрасное. Благодаря литературе банальное можно превратить в нечто художественное, поэтическое и красивое.

Что вы знаете о различных функциях литературы? Благодаря литературе мы можем учиться, вдохновляться, плакать, смеяться, получать удовольствие и просто хорошо проводить время.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Лучшие африканские писатели и их книги

.

Что такое романтизм в литературе?

Определение романтизма

Романтизм в литературе был литературным, художественным и интеллектуальным движением в Европе в конце 18 века, отчасти как реакция на промышленную революцию. Романтизм восстал против идеалов эпохи Просвещения, а также против научного обоснования природы. Центральная идея романтизма в литературе — это вера в сильные эмоции как источник эстетического опыта.

Романтизм восемнадцатого века был попыткой вырваться из городских и промышленных ограничений, роста населения и вернуться к природе.Он признал индивидуальное воображение важнейшим авторитетом в мире. Неудивительно, что с его акцентом на уходе от современных реалий, в конце концов, романтизм в литературе будет считаться полной противоположностью реализма.

Движение романтизма

При попытке понять, что такое романтизм в литературе, может быть удивительно узнать, что, вопреки распространенному мнению, романтизм — это не только любовь и романтика. Кроме того, для некоторых может немного удивить тот факт, что движение романтизма господствовало в основном в Англии и Германии, а не в стране романтического языка.Романтизм в литературе был изменением фундаментальных способов мышления и взгляда на мир, отступлением от рационализма и доверием чувств и воображению человека, чтобы указать путь, а не только уму.

В эпоху, когда происходили Американская революция и Французская революция, неудивительно, что эта трансформация произошла в литературном, философском и художественном мире, кипящем энергией перемен и возрождения.

Воображение и его значение в человеческом опыте — одно из ключевых понятий романтизма в литературе.Воображение — это сила, которая позволяет людям проявлять творческий подход, взаимодействовать с природой и находить в мире связи, выходящие за рамки того, что можно увидеть непосредственно глазом. Вордсворт сказал бы, что мы не только видим мир и реальность вокруг нас, но и принимаем участие в его создании. Воображение похоже на мост, соединяющий разум и чувство (Кольридж назвал это «интеллектуальной интуицией»), поэтому оно является ключевой частью романтизма в литературе.

Природа также является важной частью движения романтизма, но ее также труднее определить, поскольку для романтика она имеет много разных значений.В целом на природу смотрели совершенно иначе, чем думали бы рационалисты. Рационалисты видели природу как машину и иногда олицетворяли ее как часы с законами, которым необходимо подчиняться. Романтик видел в нем живое дерево или само человечество с такими же живыми органическими законами, а не холодными и машинными. Романтики наблюдали за природой, но в большей степени в виде медитации к просветлению, чем в научной, препарирующей манере.

Другая ключевая особенность движения романтизма в литературе — это значимость индивидуального опыта.Романтики предпочитали смелость и наводящие на размышления писания, а не сдержанность и ясность, ценимые рационалистами. Они вдохновлены и свободны экспериментировать и продвигают идею о том, что человек должен выбрать правильную систему для жизни, а не следовать установленной системе, такой как религия.

Возмущение и ответ

Уильям Вордсворт

«Почему, Уильям, на том старом сером камне,
Таким образом, в течение полдня,
Почему, Уильям, сиди ты так один,
И мечтаешь о своем времени вдали?

» Где твои книги? свет завещал
Существам, другим несчастным и слепым!
Up! вверх! и пить дух, которым дышал
От мертвецов до их рода.

«Ты смотришь на свою Мать-Землю,
Как будто она тебя зря родила;
Как будто ты ее первенец,
И никто не жил до тебя!»

Так однажды утром, у озера Эстуэйт,
Когда жизнь была сладкой, я не знал почему,
Мне мой хороший друг Мэтью сказал:
И так я ответил:

«Глаз — он не может выбирать, но видит;
Мы не можем заставить ухо успокоиться;
Наши тела чувствуют, где бы они ни были,
Против нашей воли или с ее помощью.

«Я также считаю, что есть Силы
, Которые сами по себе впечатляют наш разум;
Что мы можем кормить этот наш ум
Мудрой пассивностью. когда-либо говоря,
Что ничего само по себе не произойдет,
Но мы все еще должны искать?

«- Тогда не спрашивайте, почему, здесь, в одиночестве,
Говоря, как могу,
Я сижу на этом старом сером камне,
И мечтаю о моем времени прочь»,

Пример романтизма

Уильям Вордсворт, наряду с Сэмюэлем Кольриджем, при жизни был крупным игроком на арене английского романтического поэта.Ему также отчасти приписывают создание жанра романтизма в английской литературе с публикацией Lyrical Ballads (1798). Вордсворт был британским поэтом-лауреатом с 1843 года до своей смерти в 1850 году.

Одним из примеров романтизма в литературе является «Воззвание и ответ» Уильяма Вордсворта (1798 г.), показанный справа. В стихотворении друг Уильяма, Мэтью, спрашивает, почему он сидит и мечтает о своем времени на старом камне. Затем он спрашивает: «Где твои книги? — этот свет дал / Другим несчастным и слепым!» Мэтью не понимает, почему Уильям сидел на улице и наблюдал за природой, а не читал тексты, написанные давно ушедшими людьми.Он считает, что это истинные источники знаний, а не чувства и опыт сидения на природе, как это делает Уильям.

Уильям явно верит, что сидение на улице и доверие своим чувствам предоставят ему гораздо более истинное знание природы, чем пребывание внутри и чтение. Это убеждение становится еще более ясным в пятой и шестой строфах. Этот пример показывает, что стихотворение Вордсворта является примером романтизма. Он написан как краткий диалог между романтиком (Уильям) и рационалистом (Мэтью), который следует идеалам эпохи Просвещения и научному рационализации природы.Таким образом, «Возражение и ответ» дает читателям возможность взглянуть на два идеала в действии. В конце концов, это небольшой спор между двумя друзьями, придерживающимися разных убеждений, которые просто не понимают причины, лежащие в основе мыслей или действий друг друга.

.

Литература англосаксонского периода

:

(936)
(6393)
(744)
(25)
(1497)
(2184)
(3938)
(5778)
(5918)
(9278)
(2776)
(13883)
(26404) )
(321)
(56518)
(1833)
(23400)
(2350)
(17942)
(5741)
(14634)
(1043)
(440)
(17336)
(4931)
(6055)
(9200)
(7621)

г. Английская литература зародилась, когда англосаксы еще жили на континенте.Когда они завоевали кельтов, они принесли с собой богатую традицию устной литературы, пропитанную их обычаями, языческими верованиями и ритуалами. Эта литература была сосредоточена на рассказах о храбрых и героических подвигах воинов, обладающих качествами, которые они ценили и хотели подражать. Первый английский поэт, известный по имени Кедмон, живший в 600-х гг. Его единственная подлинная сохранившаяся работа — это стихотворение из девяти строк «Гимн». прославляющий Бога Примерно в то же время английский епископ Святой Альдхельм писал стихи на латыни и древнеанглийском языке.Однако сохранились только его латинские стихи. Единственным сохранившимся полнометражным эпосом на староанглийском языке этой традиции является Беовульф, первое крупное произведение английской литературы. Один или несколько неизвестных авторов написали его в 700-х годах. Поэма рассказывает о приключениях отважного героя по имени Беовульф. Влияние эпоса сохранялось на протяжении всего англосаксонского периода. Еще в X веке христианские писатели создали две прекрасные имитации батальных сцен из старых героических эпосов: битву при Брунанбурге и битву при Мальдоне.Оба этих эпоса повествуют о столкновениях между англичанами и датчанами-викингами. Два других важных типа англо-саксонской поэзии — лирика и загадка. Лирика представляет собой более личную и эмоциональную форму поэзии, в которой объект или человек описываются довольно неоднозначно, демонстрирует англосаксонское увлечение манипулированием словами. В текстах песен и загадках англосаксы выражали свой ужас северной зимы, свое понимание преходящей природы человеческой жизни, а также свое почтение и страх перед морем из-за его необъятности, тайны и жестокости.Примерно после 750 года поэзия процветала в Нортумбрии, англосаксонском королевстве на севере. Там поэты писали стихи о жизни и невзгодах святых. Ведущим нортумбрийским поэтом был Киневульф. Ему приписывают несколько произведений, в том числе религиозные стихи «Судьбы апостолов», «Елена» и «Иулиана». Многие древнеанглийские стихи прославляли реальных или воображаемых героев и пытались научить ценностям храбрости и щедрости. Поэты использовали аллитерацию (слова, начинающиеся с одного звука) и кеннинги (сложные описательные фразы).Они также использовали внутреннюю рифму, в которой слово в строке рифмуется со словом в конце строки. В отличие от англосаксонской поэзии, которая иллюстрирует чрезвычайно творческую природу англосаксов, в высшей степени утилитарное прозаическое письмо этого периода берет свое начало в церкви, при священниках и монахах. Поскольку латынь была языком церкви и считалась языком образованных людей, самое раннее прозаическое письмо было на латыни. Первым известным прозаиком был ученый седьмого века Беде.Бедес Экклезиастическая история английского народа (731 г.) — это первая история английского народа и ценный источник информации о жизни англичан с конца 500-х годов до 731 г. Она была переведена на англосаксонский язык Альфредом Великим, который был одним из наиболее известных людей. влиятельный прозаик этого периода. Одним из величайших достижений Альфреда было то, что он поддержал продолжение Anglo-Sm on Chronicle, ежегодного отчета о событиях английской истории. Поскольку церковная история Бедеса является ценным источником церковной истории, англосаксонские хроники дают точный отчет о светских событиях в английской истории.Монах по имени Элфрик написал серию проповедей (коротких моральных эссе) на древнеанглийском языке в течение 990-х годов.

Поскольку англосаксонская литература хранилась в очень неорганизованном виде, потому что большая часть ее никогда не была записана, и поскольку сохранились только четыре рукописи стихов, большая часть жизни и литературы этих людей, населявших Англию примерно шесть веков до сих пор остается загадкой. У археологов и литературоведов есть еще много нерешенных вопросов об этой англосаксонской цивилизации.Один вопрос, на который, безусловно, не получил удовлетворительного ответа для многих, — это то, какую роль играли монахи, когда они записывали литературу. Были ли они просто записывающими устройствами или использовали литературу для привития христианских принципов и ценностей? Что известно об англосаксонской литературе, так это то, что она творческая, героическая, захватывающая и богата традициями. И, как и литература любой эпохи, ее поэзия и проза раскрывают многое, что стоит знать о ее создателях.


.

Что такое современная литература? (с иллюстрациями)

Современная литература — это обширная группа письменных произведений, созданных с определенного периода истории до настоящего времени. Эта литературная эпоха определяет период времени, но также описывает особый стиль и качество письма. Некоторые считают этот период продолжением постмодернистской литературы, но большинство считают его собственной литературной эрой.

Дж.В современном романе Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» исследуется отчуждение подростков.

Большинство согласны с тем, что эра современной письменности началась в 1940-х годах. Некоторые ученые утверждают, что этот период начался в конце Второй мировой войны, и именно здесь вступает в силу соединение этой эпохи с постмодернистской литературой. Постмодернистская эпоха началась после Второй мировой войны, в 1940-х годах, и продолжалась до 1960-х годов. Современный период продолжается до наших дней.

В сериале Джона Апдайка «Кролик» для изображения послевоенной Америки использовались сильные персонажи.

Хотя есть несколько разногласий по поводу начала этого литературного периода, самый большой спор возникает вокруг того, что квалифицирует письменное произведение как литературу. Это слово относится как к поэзии, так и к прозе, где проза включает художественные произведения, такие как романы и новеллы, эссе и драматические произведения. Этот термин также относится к качеству письма.Чтобы считаться литературой, письменное произведение должно соответствовать высочайшим стандартам письма и содержать особую красоту и стиль. Многие литературные произведения становятся социально значимыми и могут влиять на публику.

Жанры, включенные в этот литературный период, охватывают множество форм письма, помимо романов и поэзии.

Большая часть современной литературы принадлежит западным авторам; однако этот термин не является синонимом английской или американской литературы, и этот литературный период может применяться к письменным произведениям из любой точки мира. Фактически, глобализация открыла двери для включения современных произведений, написанных многими литературными деятелями Ближнего Востока, Африки и Азии.

Жанры, включенные в этот литературный период, охватывают множество письменных форм, помимо романов и стихов.В эту категорию можно включить художественную литературу, рассказы, стихи, пьесы, мемуары и автобиографии. Документальную литературу обычно не классифицируют как литературу, но в эту эпоху иногда включаются творческие произведения научной литературы, которые рассказывают правду с использованием литературных приемов.

Типичные характеристики современного периода — это реалистичные истории с сильными персонажами и правдоподобные истории.Настройки обычно соответствуют текущей или современной эпохе, поэтому футуристические и научно-фантастические романы редко попадают в эту категорию. Четко определенные, реалистичные и высокоразвитые персонажи важны для того, чтобы отнести письменное произведение к современному, и большинство произведений в этой категории содержат рассказы, которые больше ориентированы на персонажей, чем на сюжет.

Современная литература отличается несколько современным повествованием, но также содержит более суровую реальность.Современные письменные произведения, как правило, находятся под влиянием процветающего образа жизни, последовавшего за Второй мировой войной, но этот литературный класс уходит своими корнями в опустошение, которое война принесла миру. Новая реальность расцвела в послевоенном сознании, и она включала личный цинизм, разочарование и разочарование, характерные для этого литературного периода.

В некоторых случаях сложно согласиться с тем, что составляет «современную» литературу..