Содержание

Краткое содержание Лондон Костер за 2 минуты пересказ сюжета

День был холодным и снежным. Взобравшийся на крутой подъем человек остановился для кратковременного отдыха. Оглянувшись, он видел метровую толщу льда, занесенную таким же слоем снега. В эту пору года никто не ходил этими дорогами. Да и редкий смельчак рискнул бы пойти по Юкону. Но человек был новичком в этих краях и не знал, на что способен предательский мороз. С ним борьба была простой: толстые рукавицы, шерстяные носки, мокасины и добротная одежда надежно защищала тело от колючих иголок холода.

Возле ручья Гендерсона путника ожидали друзья, и он торопился встретиться с ними.

Человек сплюнул и пустился в путь. Плевок его затрещал в воздухе, прежде чем коснулся земли. Это был знак, что температура понижается ниже 50°, но мужчину это не пугало. В лагере его ждал костер и горячая еда.

Войдя в лес, путник удивился быстроте, с которой замерзли нос и скулы. Бежавшая следом собака тоже чуяла сильный мороз и не понимала, для чего человеку было нужно идти куда-то в такую погоду. Инстинкты говорили ей спрятаться, но уверенность хозяина гнала вперед. Пес следовал за человеком, поскольку помнил ощущения огня, а еще то, как бьет хлыст.

Горные ручьи очень коварны и опасны. Протекая под снегом, они не замерзают даже в лютый мороз. Ступивший на неровную поверхность человек проваливается в снег, постепенно погружаясь в холодную жижу. Тогда только костер может спасти пострадавшего.

Не повезло и путнику. Промочив ноги, он пытался развести огонь. Но свалившаяся с елки шапка снега затушила его. Окоченевшие пальцы не могли схватить спичку, чтобы развести огонь повторно.

И тогда человек побежал, надеясь достигнуть лагеря. Но он не рассчитал сил. Опустившись в сугроб, он почувствовал, как его охватывает сон и тепло…

А пес, повертевшись вокруг, убежал туда, где ярко горел костер и были другие люди.

Самонадеянность приводит подчас к фатальным последствиям.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

Лондон. Все произведения

Костер. Картинка к рассказу

Сейчас читают

  • Краткое содержание Гензель и Гретель братьев Грим (Пряничный домик)

    В семье царит голод, поэтому новая жена уговаривает прогнать двух детей (мальчика и девочку), чтобы можно было выжить хоть как-то. Две попытки делает жена, в первый раз водит детей в темный лес, но дети знали о ее злобных планах, поэтому пошли на хитрость

  • Краткое содержание Диккенс Домби и сын

    У мистера Домби хорошо развивающаяся компания, одна из самых авторитетных и успешных в городе, у него есть маленькая дочь Флоренс и прекрасная жена. Но одно обстоятельство огорчало его, — отсутствие сына.

  • Краткое содержание Михалков Дядя Степа

    Сергей Михалков пишет о мужчине очень высокого роста. Имя и фамилия него не замысловатые. Зовут его – Степан Степанов. В произведении в самом начале автор описывает его. Он был очень высоким человеком, обувь у него была сорок пятого размера

  • Краткое содержание Дело Артамоновых Горького

    Автор с первых страниц романа знакомит нас с главой семьи Артамоновых — Ильей, который приехал в город с целью построить завод по производству полотна. Когда-то давно мужчина трудился у богатых господ приказчиком

  • Краткое содержание Крылов Подщипа

    Из школьной программы все знают, что Крылов был баснописцем. Однако Иван Андреевич был еще и драматургом. В 1800 году он написал пьесу «Подщипа», имеющую в своей структуре канон и построенную на принципах триединства классицистической драматургии

«Костёр», анализ рассказа Джека Лондона

История создания

Рассказ «Костёр» (1908) был написан в период творческого расцвета Джека Лондона и напечатан в сборнике «Потерявший лицо».

Литературное направление и жанр

Джек Лондон – американский писатель реалистического направления. Рассказ «Костёр» развивает северную тематику в его творчестве. Описание противостояния человека и природы на суровом Севере требует определённой доли натурализма, но это не самоцель писателя. Для реалиста важны причинно-следственные связи, его интересуют психология героя, мотивы его поступков, внутренние источники сил для сопротивления.

Тема, основная мысль, проблематика

Тема рассказа – противостояние человека и суровой северной природы. Основная мысль не лежит на поверхности. В борьбе человек погибает, но погибает достойно, как сильный противник. Причина его гибели в том, что он переоценил свои человеческие возможности. Царя природы погубило противостояние с природой, к которой нужно было приспособиться. Важным образом для раскрытия этой идеи становится образ собаки, которая, будучи частью природы, не противостоит ей, да и человека воспринимает как одну из природных сил.

Проблема рассказа – это проблема физической и психологической выносливости человека. Джек Лондон поражается тому, что человек, слабое физически существо, на жизнь которого влияет понижение температуры на лишних 10 градусов, всё же рискует сразиться со «сплошной белизной» Севера.

Сюжет и композиция

Действие рассказа происходит в Заполярье в конце зимы. Это становится понятным, потому что герой знает, что через несколько дней солнце, которое давно уже не поднималось, впервые покажется за горизонтом. Автор подробно и географически точно описывает местность, где происходит событие, дорогу, проложенную по руслу реки Юкон.

Автор описывает один день из жизни героя, последний его день. Человек собирался пройти в обход тот путь, который его товарищи совершили через перевал. Поступок героя имел практический смысл: он должен был проверить, можно ли весной переправить сплавной лес с островов на реке.

Герой оказывается в поле зрения читателя в 9 утра. Он собирается дойти до лагеря к шести вечера, когда уже стемнеет. Человек не отклоняется от маршрута, делая 40 миль в час, по руслу ручья Гендерсона собирается дойти до развилины и позавтракать там припасёнными бутербродами.

И в тот момент, когда читатель почти успокаивается и надеется, что беспечный герой всё-таки дойдёт, для читателя открывается новая опасность: в насквозь промёрзшем ручье есть родники, так что вода перемежается со льдом, а под снегом родник незаметен. Но можно провалиться и промочить ноги, «а промочить ноги в такую стужу не только неприятно, но и опасно».

Герой несколько раз счастливо избегал ловушек, а однажды заставил идти вперёд собаку. Дойдя до развилины ручья, герой убедился, что коченеет. С помощью разведённого костра «он перехитрил мороз хотя бы на время».

После развилины «случилась беда»: человек провалился и промочил ноги. Сначала этот факт вызывает в нём только досаду: придётся опоздать на час, потому что в такой мороз нужно развести костёр и высушить ноги. Когда человеку удаётся развести костёр, он понимает, что спасён. Читатель вздыхает с облегчением. Но случается новая беда: костёр, разведённый под елью, засыпает снегом. С этого момента надежды для героя не остаётся: «Человеку стало страшно, словно он услышал свой смертный приговор».

Герой сразу смиряется с тем, что пальцы на ногах спасти уже не удастся. Сцена повторного разведения костра описана очень подробно. Автор вглядывается в каждую травинку, которую подкладывает в огонь герой. Но из-за потери чувствительности пальцев человеку не удаётся подержать зажжённое слабое пламя: «Податель огня не выполнил своей задачи».

Кульминационная сцена борьбы обезумевшего человека с собакой, которую он хотел убить, чтобы погреть руки в её тёплом теле, показывает, что собака как часть природы всё равно победит.

Человек решил бежать до лагеря, борясь с мыслями о смерти, но «мороз брал верх над ним». Смирившись, человек принял смерть достойно, «погрузился в такой сладостный и успокоительный сон, какого не знавал за всю свою жизнь».

Герои рассказа

У героя рассказа нет имени. Он называется просто «человек». Но это не значит, что человека читатель видит с точки зрения собаки. Рассказчик в рассказе скорее подобен высшей силе, наблюдающей за попытками человека достичь своей цели. От этого проницательного рассказчика не скрыты ни мысли, ни чувства, ни мотивы поступков героя. Он всё видит, но ни во что не вмешивается. От рассказчика читатель узнаёт, что настоящая температура – не 50, а 75 градусов ниже нуля.

Путешествие героя в одиночестве можно считать недалёким, глупым или дерзким поступком. Но причина такого поведения в том, что герой был новичком в этой стране и «на свою беду, не обладал воображением». Поэтому он и умер, что не смог себе представить, что мороз ниже 50 градусов делает с человеком, какая мучительная смерть его ждёт.

Такая особенность воображения героя не равнозначна его глупости. Наоборот, «он зорко видел и быстро схватывал явления жизни, но только явления, а не их внутренний смысл». Герой – человек рациональный, привыкший доверять только своему разуму и своим рассуждениям. Потому он и не пользуется своей интуицией, чутьём, которое дано вместо разума собаке. Его не пугают страшные погодные предзнаменования, то, что плевок замерзает не на снегу, а в воздухе. Следующим предупреждением становятся немеющие нос и скулы, которые человек машинально растирает всю дорогу.

Человека пугает не столько то, что его рука без рукавицы через минуту закоченела, сколько то, что он перестаёт чувствовать пальцы рук и ног, ведь это признак обморожения.

Смерть подкрадывается к герою постепенно, автор использует для приём градации, чтобы рассказать о постепенном обморожении. Вот человек уже не может владеть своими руками, они болтаются отдельно от него. А вот чувствует себя Меркурием, летящим над землёй, потому что ноги потеряли чувствительность.

Герой имел опыт переходов при морозе 50 и 55 градусов. Он рассчитал время перехода, скорость движения, он хорошо знал маршрут (движение по ручью Гендерсона, завтрак в развалинах).

Казалось, герой предвидел всё. Он взял с собой завтрак (пропитанные жиром лепёшки, переложенные толстыми ломтями поджаренного сала), спрятал его под рубашку, чтобы не замёрз. Герой защитился от мороза рукавицами, наушниками, мокасинами и толстыми носками, был одет в меховую куртку.

Чем большей опасности подвергается герой, тем чаще вспоминает старика с Серного ручья, который не советовал в морозы выходить в одиночестве. Герой убеждается в правоте старика: «Никогда не нужно быть слишком уверенным в себе».

Внешность героя описывается как бы между делом, позже, чем его одежда. У него густые усы и борода, широкие скулы. Внешность героя интересует рассказчика только с точки зрения пользы для борьбы с морозом. Она даётся в противопоставлении с собачьей приспособляемостью к суровым северным условиям. Если у собаки от дыхания морда покрыта инеем, то у человека появляется мешающий ему «намордник изо льда», «ледяная борода, плотная и жёлтая, как янтарь» — дань, которую платили «все, жующие табак».

Собака – полноценный герой рассказа. Рассказчик впервые упоминает о ней как бы между делом. Сам человек собаки будто не замечает.

Собака прекрасно приспособлена к морозу. Это собака местной породы, «рослая, с серой шерстью», очень похожая на волка и внешним видом, и повадками. Инстинкт предостерегал её от дальних переходов. Описание внешности животного говорит о том, что оно угнетено: она идёт за человеком понуро, потом покорно плетётся за человеком, опустив хвост. Автор раскрывает чувства, ощущения, желания собаки: её охватывает смутное чувство страха, она ждёт, что человек разведёт костёр, она жаждет огня или зарыться в снег и переждать лютый мороз.

Отношения человека и собаки нельзя назвать партнёрскими. Собака не друг человеку, да и человек ей не друг: «Она была его слугой, его рабом  и никогда не видела от него ласки». Крики человека напоминают ей удары бича. Человек пинками подгоняет животное на опасное место, чтобы проверить прочность льда. Но он же помогает собаке избавиться от льда между когтями передних лап, погрузившихся в воду. Для человека собака – всего лишь средство. Он не задумываясь собирается её убить, чтобы отогреть руки. В его бессильных объятьях символический смысл: природе нужно не противостоять, а приспосабливаться к ней, договариваться с ней.

По мере проигрыша морозу человек всё больше завидует собаке, «которой было тепло и надёжно в её шкуре». И всё-таки собака оказывается лучше человека. Она уходит к другим подателям корма и огня только после того, как чувствует запах смерти.

Художественные особенности

Рассказчик пристально наблюдает за своим героем. Он передаёт повторяющиеся, циклические мысли героя с помощью повторяющихся слов. Например, в первом предложении день дважды называется холодным и серым.

Противостояние человека и природы на протяжении рассказа подчёркивается мелкими деталями, которые показывают усиление этого противостояния (приём градации). Например, ледяной намордник, как будто надетый природой, чтобы обуздать человека, сначала не мешает ему, потом не даёт разговаривать, как бы лишая человеческой сущности, но в критической ситуации не позволяет взять зубами спичку.

Пейзаж рассказа апокалипсический при полной реалистичности: «Горб земного шара заслонял солнце от человека, который шёл, не отбрасывая тени». На фоне этого пейзажа события совершаются медленно, они монотонны. Таковы же и мысли героя. Это постоянно повторяющиеся мысли о пути, о морозе, о старике, предостерегавшем от дальних путешествий.

  • «Любовь к жизни», художественный анализ рассказа Джека Лондона

  • «Мартин Иден», художественный анализ романа Джека Лондона

  • «Любовь к жизни», краткое содержание рассказа Джека Лондона

  • «Мартин Иден», краткое содержание романа Джека Лондона

  • Джек Лондон, краткая биография

  • «Белый Клык», краткое содержание по главам повести Джека Лондона

  • «Белое Безмолвие», анализ рассказа Джека Лондона

  • «Белый Клык», анализ повести Джека Лондона

  • «Закон жизни», анализ рассказа Джека Лондона

  • «Бурый волк», анализ рассказа Джека Лондона

  • «Зов предков», анализ повести Лондона

  • «Зов предков», краткое содержание по главам повести Лондона

  • «Бурый волк», краткое содержание рассказа Джека Лондона

По писателю: Лондон Джек

Развести костер.

Северные рассказы Джека Лондона (избранное).

Северные рассказы Джека Лондона наиболее известны. Вы можете читать онлайн лучшие из них на русском и английском языках в рубрике «Лучшие рассказы Джека Лондона». Вот один из них. Читайте онлайн на русском языке один из самых сильных рассказов писателя. Рассказ называется «Костер» или «Развести костер».

Быстрее идет тот — кто идет один…. но только не в восьмидесяти градусный мороз.

Закон Юкона

* * *

Северные рассказы Джека Лондона. Костер (на русском языке)

Part 1

День едва занимался, холодный и серый — очень холодный и серый, — когда человек свернул с тропы, проложенной по замерзшему Юкону, и стал подниматься на высокий берег. Подъем был крутой, и, взобравшись наверх, он остановился перевести дух, и посмотрел на часы. Стрелки показывали девять. Солнца не было, и поэтому  все кругом казалось подернутым неуловимой дымкой. Но человека это не тревожило. Он привык к отсутствию солнца. Оно давно уже не показывалось.

Человек посмотрел через плечо в ту сторону, откуда пришел. Юкон, раскинувшись на милю в ширину, лежал под трехфутовым слоем льда.  К югу и к северу, насколько хватал глаз, была сплошная белизна; только очень тонкая темная линия, извиваясь, уходила на юг и, так же извиваясь, уходила на север, где исчезала за другим поросшим ельником островом. Это была тропа, снежная тропа, проложенная по Юкону, которая тянулась на пятьсот миль к югу до Чилкутского перевала,  и на семьдесят миль к северу до Доусона, и еще на тысячу миль дальше до  до Сент-Майкла на Беринговом море — полторы тысячи миль снежного пути.
Но все это — таинственная, уходящая в бесконечную даль снежная тропа, чистое небо без солнца, трескучий мороз, необычайный и зловещий колорит пейзажа — не пугало человека. Не потому, что он к этому привык. Он был чечако, новичок в этой стране, и проводил здесь первую зиму. Просто он, на свою беду, не обладал воображением. Он видел явления жизни, но только явления, а не их внутренний смысл.

Пятьдесят градусов ниже нуля означало лишь то, что в пути будет очень холодно и трудно, и больше ничего. Он не задумывался ни над своей уязвимостью, ни над уязвимостью человека вообще, способного жить только в узких температурных границах. Пятьдесят градусов ниже нуля были для него просто пятьдесят градусов ниже нуля. Мысль о том, что это может означать нечто большее, никогда не приходила ему в голову.

Еще читайте или смотрите:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

краткое содержание романа Лондона (сюжет произведения)

Однажды в холодный и снежный день какой-то человек, что только что забрался на гору, сделал остановку, дабы недолго отдохнуть. Он оглянулся и заметил льдину, толщина которой равнялась примерно метру. Ее занесло большим количеством снега. В это время года этими дорогами никто не путешествовал. Очень редкостный смелый и отважный путник решился бы держать свой путь на Юкон. Но этот человек только недавно появился в этих местах, потому и не догадывался об опасности, которую может уготовить коварный мороз. Но вообще бороться с ним было достаточно просто. Для этого достаточно было надеть теплую одежду, шерстяные рукавицы, толстые носки. Тогда одежда могла защитить от морозных «уколов».

Около воды Гендерсона путешественника должны были ждать товарищи и он спешил к ним.

Человек продолжал свой путь. Перед этим он плюнул, чтобы проверить температуру воздуха. Его слюна начала трещать еще до того, как упала на землю, а это значило, что температура ниже минус пятидесяти градусов. Но путник совсем не испугался, ведь у друзей его ждал горячий костер и согревающая пища и напитки.

Когда человек вошел в лес, то удивился тому, как быстро замерзло его лицо. Рядом с ним бежала собака и она тоже учуяла мощность зимы и не понимала своим собачьим разумом, для чего человек выбрался в такую пору. Инстинкты животного умоляли спрятаться, а настойчивость хозяина заставляла двигаться дальше. Пес помнил, как больно его могут побить.

Большую опасность таят под собою горные ручьи. Они прячутся под снегом, но не замерзают. Человек может ступить по ошибке не туда, куда надо и провалиться в холодную воду, озябнуть и умереть. Только костер сможет спасти такого неудачника.

Путешественнику не повезло, ведь он промочил ноги и попытался развести костер. А снег, упавший с ели, потушил его. Озябшие пальцы не сумели еще раз взяться за спичку, чтобы попытаться развести костер.

Путник бежал, хотя добежать до лагеря с людьми, но ему не хватило сил. Человек чувствовал, как тепло покрывает его тело, и он засыпает…

Его пес побегал вокруг хозяина и побежал туда, где видел свет и других людей.

Самоуверенность временами может загубить жизнь.

Также читают:

Рассказ Костер (читательский дневник)

Популярные сегодня пересказы

Джек Лондон.

Костёр » Перуница

День едва занимался, холодный и серый, — очень холодный и серый, когда путник свернул с дороги, проложенной по холодному Юкону, и стал подыматься на высокий берег, где глухая, еле заметная тропинка тропинка вела на восток сквозь густой ельник. Подъем был крутой, и, взобравшись наверх, он остановился перевести дух, а чтобы скрыть от самого себя эту слабость, деловито посмотрел на часы. Стрелки показывали девять. Солнца не было, ни намёка на солнце, хотя в небе — ни облачка. День был ясный, и оттого всё кругом казалось подёрнутым неуловимой дымкой, словно прозрачная мгла затемнила дневной свет. Но путника это не тревожило. Он привык к отсутствию солнца. Оно давно уже не показывалось, и путник знал, что пройдёт ещё несколько дней, прежде чем лучезарный диск на своём пути к югу мелькнёт над горизонтом и мгновенно скроется из глаз.

Путник глянул через плечо в ту сторону, откуда пришёл. Юкон, шириной с милю, лежал под трёхфутовым слоем льда. А надо льдом стлалась такая же толстая пелена снега. Девственно белый покров ложился волнистыми складками поверх нагромождённых льдин. К югу и к северу, насколько хватало глаз, была сплошная белизна; только очень тонкая тёмная линия, обежав вокруг заросшего ельником острова, извиваясь, уходила на юг и, так же извиваясь, уходила на север, где исчезала за другим, поросшим ельником, островом. Эта тёмная линия была дорога — главная дорога, которая тянулась к югу на пятьсот миль, до Дайи и Чилкутского перевала, и дальше, до берега моря; и тянулась к северу на семьсот миль, до Доусона, и дальше, до Нулато, и, наконец, до Сент-Майкела на Беренговом море, за тысячу пятьсот миль отсюда.

Но всё это — таинственная, уходящая в бесконечную даль дорога, чистое небо без солнца, трескучий мороз, необычайный и зловещий колорит пейзажа — не пугало путника. Не потому, что он к этому привык. Он был новичком в этой стране и проводил здесь первую зиму. Просто он, на свою беду, не обладал воображением. Он зорко видел и быстро схватывал явления жизни, но только явления, а не их внутренний смысл. Пятьдесят градусов ниже нуля по Реомюру означало восемьдесят с лишним градусов мороза по Фаренгейту. Такой факт говорил ему, что в дороге будет очень холодно и трудно, и больше ничего. Он не задумывался ни над своей уязвимостью, как существа, подверженного действию температур, ни над уязвимостью человека вообще, способного жить только в узких температурных границах, и не пускался в догадки о возможном бессмертии или о месте человека во вселенной. Пятьдесят градусов ниже нуля предвещали жестокий холод, от которого нужно оградиться рукавицами, наушниками, тёплыми мокассинами и толстыми носками. Пятьдесят градусов ниже нуля были для него просто пятьдесят градусов ниже нуля. Мысль о том, что за этим фактом скрывается нечто большее, никогда не приходила ему в голову.

Повернувшись лицом к тропинке, он задумчиво сплюнул длинным плевком. Раздался резкий, внезапный треск, удививший его. Он ещё раз плюнул. И опять, ещё в воздухе, раньше чем упасть на снег, слюна затрещала. Путник знал, что при пятидесяти градусах ниже нуля плевок трещит на снегу, но сейчас он затрещал в воздухе. Значит мороз ещё сильнее, чем пятьдесят градусов ниже нуля, — насколько сильнее — определить трудно. Но это неважно. Цель его пути — заброшенная заявка на левом рукаве Хендерсон-Крика, где его поджидают товарищи. Они пришли туда с Индиан-Крика, а он пошёл в обход, чтобы посмотреть, можно ли будет весной переправить сплавной лес с островов на Юконе. Он доберётся до лагеря к шести часам. Правда, к этому времени уже стемнеет, но там его будут ждать товарищи, ярко пылающий костёр и горячий ужин. А завтрак здесь, — он положил руку на свёрток, оттопыривавший борт меховой куртки, — завтрак был завёрнут в носовой платок и засунут под рубашку. Иначе сухари замёрзнут. Он улыбнулся про себя, с удовольствием думая о вкусном завтраке: сухари были разрезаны вдоль, пропитаны свиным салом и переложены толстыми ломтями прожаренной грудинки.

Он вошёл в густой еловый лес. Тропинка была еле протоптана. После того как здесь проехали чьи-то нарты, снегу намело на фут вышиной, и он радовался, что не взял нарт, а идёт налегке. У него вообще ничего при себе не было, кроме завтрака, завязанного в носовой платок. Всё же странно, почему так холодно. Мороз нешуточный, что и говорить, подумал он, потирая рукавицей онемевший нос и скулы. У него были густые усы и баки, но они не защищали острые скулы и большой нос, вызывающе выставленный навстречу морозу.

За путником по пятам бежала ездовая собака местной породы, рослая, c серой шерстью, ни внешним видом, ни повадками не отличавшаяся от своего брата, дикого волка. Лютый мороз угнетал животное. Собака знала, что в такую стужу не годится быть в пути. Её инстинкт вернее подсказывал ей истину, чем путнику его человеческий разум. Было не только холоднее, чем пятьдесят градусов, было холодней, чем шестьдесят, чем семьдесят. Было ровно семьдесят пять градусов ниже нуля. Так как точка замерзания, по Фаренгейту, совпадает с тридцать вторым градусом выше нуля, то было полных сто семь градусов мороза. Собака ничего не знала об измерителях температуры. Вероятно, в её мозгу отсутствовало ясное представление о сильном холоде — представление, которым обладал человеческий мозг путника. Но собаку предостерегал инстинкт. Её охватывало смутное, но острое чувство страха; она понуро шла за путником, ловя каждое его движение, словно ожидая, что он вернётся в лагерь или укроется где-нибудь и разведёт костёр. Собака знала, что такое огонь, она жаждала огня, а если его нет — зарыться в снег и, свернувшись клубком, уберечь своё тепло от морозного воздуха.

Пар от влажного дыхания кристаллической пылью оседал на шерсти собаки; вся морда, вплоть до ресниц, была густо покрыта инеем.

Рыжая борода и усы путника тоже замёрзли, но их покрывал не иней, а плотная ледяная корка, и с каждым выдохом тёплого, влажного пара она утолщалась. К тому же он жевал табак, и ледяной намордник так крепко стягивал ему губы, что он не мог сплюнуть, и табачный сок примерзал к его нижней губе. Кристаллическая борода, плотная и жёлтая, как янтарь, становилась всё длинней; если он упадёт, она, точно стеклянная, рассыплется мелкими осколками. Но этот привесок на подбородке не смущал его. Такую дань в этом краю платили все жующие табак, а ему уже дважды пришлось делать переходы в сильный мороз. Правда, не в такой сильный, как сегодня, однако спиртовой градусник в Сиксти-Майле в первый раз показывал пятьдесят, а во второй — пятьдесят пять градусов ниже нуля.

Несколько миль он шёл лесом по ровной местности, потом пересёк поле и спустился к небольшой узкой замёрзшей реке. Это и был Хендерсон-Крик; отсюда до развилины десять миль. Он посмотрел на часы. Было ровно десять. Он делает четыре мили в час, значит, у развилины будет в половине первого. Он решил отпраздновать там это событие — сделать привал и позавтракать.

Собака, уныло опустив хвост, покорно поплелась за путником, когда тот зашагал по замёрзшей реке. Дорога была ясно видна, но следы последних проехавших здесь нарт на двенадцать дюймов занесло снегом. Целый месяц никто не проходил здесь, ни вверх, ни вниз по течению. Путник уверенно шёл вперёд. Он не имел привычки предаваться размышлениям, и сейчас ему решительно не о чем было думать, кроме как о том, что, добравшись до развилины, он позавтракает, а в шесть часов будет в лагере среди товарищей. Разговаривать было не с кем, и всё равно он не мог бы разжать губы, скованные ледяным намордником. Поэтому он продолжал молча жевать табак, и его янтарная борода становилась всё длиннее.

Время от времени в его мозгу всплывала мысль, что мороз очень сильный и что в такой мороз ему ещё не приходилось быть в пути. На ходу он то и дело растирал рукавицей щёки и нос. Он делал это машинально, то одной рукой, то другой. Но стоило ему только опустить руку, и в ту же секунду щёки немели, а ещё через секунду немел кончик носа. Щёки будут отморожены, он знал это и жалел, что не запасся повязкой для носа, вроде той, которую надевал Бэд, собираясь в дорогу. Такая носогрейка и щёки защищает от мороза. Но это, в сущности, не так важно. Ну, отморозит щёки, что ж тут такого? Поболят и перестанут, вот и всё; от этого никто не умирал.

Хотя путник шёл, ни о чём не думая, он зорко следил за дорогой, отмечая каждое отклонение русла, все изгибы, повороты, все заторы сплавного леса и тщательно выбирал место, куда поставить ногу. Однажды, огибая поворот, он шарахнулся в сторону, как испуганная лошадь, сделал крюк и вернулся обратно на дорогу. Он знал, что Хендерсон-Крик замёрз до самого дна — ни одна река не устоит перед арктической зимой, но он знал и то, что есть ключи, которые бьют из горных склонов и протекают под снегом, по ледяной поверхности реки. Самый лютый мороз бессилен перед этими ключами, и он знал, какая опасность таится в них. Это были ловушки. Под снегом скоплялись озерца глубиной в три дюйма, а то и в три фута. Иногда их покрывала ледяная корка в полдюйма толщиной, а корку в свою очередь покрывал снег. Иногда ледяная корка и вода перемежались, так что, если человек проваливался, то он проваливался постепенно и, погружаясь всё глубже и глубже, случалось, промокал до пояса.

Вот почему он так испуганно шарахнулся. Он почувствовал, что почва подаётся под ногами, и услышал треск ледяной корки под снегом. А промочить ноги в такую стужу не только неприятно, но и опасно. В лучшем случае это вызовет задержку, потому что придётся разложить костёр, чтобы разуться и высушить носки и мокасины. Он осмотрел русло реки и берега её и решил, что ключ бежит справа. Постоял немного в раздумьи, потирая нос и щёки, потом взял влево, осторожно ступая и ногой нащупывая дорогу. Миновав опасное место, он засунул в рот свежую порцию табака и зашагал дальше со скоростью четырёх миль в час.

В ближайшие два часа пути он несколько раз натыкался на такие ловушки. Обычно его предостерегал внешний вид снежного покрова; снег над озерцами был ноздреватый и словно засахаренный. Но один раз он чуть было не провалился, а в другой раз, заподозрив опасность, заставил собаку идти вперёд. Собака не хотела идти. Она пятилась назад до тех пор, пока путник не подогнал её пинком, и тогда она быстро побежала по белому сплошному снегу и вдруг провалилась, забарахталась и вылезла в безопасное место. Передние лапы её намокли, и вода на них мгновенно превратилась в лёд. Собака стала быстро лизать лапы, стараясь снять ледяную корку, потом легла в снег и принялась выкусывать лёд между когтями. Она делала это повинуясь инстинкту. Если оставить лёд между когтями, то лапы будут болеть. Она этого не знала, она просто подчинялась таинственному веленью, идущему из сокровенных глубин её существа. Но человек знал, ибо составил себе суждение об этом на основании опыта, и, скинув рукавицу с правой руки, он помог собаке выломать кусочки льда. Пальцы его оставались неприкрытыми не больше минуты, и он поразился, как быстро они закоченели. Мороз нешуточный, что и говорить. Он торопливо натянул рукавицу и просто начал колотить рукой по груди.

К двенадцати часам стало совсем светло. Но солнце на своём пути к югу слишком далеко ушло за горизонт. Горб земного шара заслонял солнце от путника, который шёл, не отбрасывая тени, по руслу Хендерсон-Крика под полдневным безоблачным небом. В половине первого, минута в минуту, он достиг развилины реки. Он порадовался тому, что так быстро идёт. Если не убавлять хода, то к шести часам наверняка можно добраться до товарищей. Он расстегнул куртку, полез за пазуху и достал свой завтрак. Это заняло не более пятнадцати секунд, и всё же его пальцы онемели. Он несколько раз ударил голой рукой по ноге. Потом сел на покрытое снегом бревно и приготовился завтракать. Его удивило, что боль в пальцах так быстро прошла, и, не успев поднести сухарь ко рту, он опять заколотил рукой по колену, потом надел рукавицу и оголил другую руку. Он взял сухарь, но ледяной намордник мешал ему куснуть. Он совсем забыл, что нужно разложить костёр и оттаять у огня. Он засмеялся над собственной глупостью и тут же почувствовал, что пальцы голой руки коченеют. И ещё он заметил, что пальцы ног, которые заныли, когда он сел, уже почти не болят. Он не знал, отчего проходит боль, оттого ли, что ноги согрелись, или оттого, что онемели. Он пошевелил пальцами в мокасинах и решил, что это онемение.

Торопливо натянув рукавицу, он поднялся с бревна. Ему стало не по себе. Он зашагал вперёд и вперёд, сильно топая, чтобы отогреть пальцы ног. Мороз нешуточный, что и говорить, думал он. Тот старик на Сулфур-Крике не соврал, когда рассказывал, какие здесь бывают холода. А он ещё посмеялся над ним! Никогда не нужно быть слишком уверенным в себе. Что правда, то правда — мороз лютый. Он топтался на месте и молотил руками, пока возвращающееся тепло не рассеяло его тревоги. Потом вынул спички и начал раскладывать костёр. Хворост он взял из подлеска, куда прошлой весной во время разлива нанесло много валежника. Он действовал осторожно, бережно поддерживая слабый огонёк, пока костёр не запылал ярким пламенем. Ледяная корка на его лице растаяла, и, греясь у костра, он позавтракал. На время, во всяком случае, он перехитрил мороз. Собака, радуясь огню, растянулась у костра как раз на таком расстоянии, чтобы пламя грело её, но не обжигало.

Кончив есть, путник набил трубку и спокойно, не спеша, выкурил её. Потом натянул рукавицы, плотно закрыл уши наушниками и пошёл по левому рукаву реки. Собака была недовольна и не хотела уходить от костра. Этот человек явно не знал, что такое мороз. Может быть, все поколения его предков не знали, что такое мороз, настоящий мороз в сто семь градусов ниже точки замерзания. Но собака знала, все её предки знали, и она унаследовала от них это знание. И она знала, что не годится быть в пути в такую стужу. В эту пору надо лежать, свернувшись клубочком, в норке под снегом, дожидаясь, пока безбрежное пространство, откуда идёт мороз, не затянется тучами. Да и не было близости между собакой и человеком. Она была рабой, трудом которой он пользовался, и не видела от него другой ласки, кроме ударов бича, и хриплых, угрожающих криков, предшествующих ударам бича. Поэтому собака не делала попыток поделиться с человеком своими опасениями. Она не заботилась о его благополучии; ради своего блага не хотела она уходить от костра. Но человек свистнул и заговорил с нею голосом бича, и собака, повернувшись, пошла за ним по пятам.

Путник сунул в рот свежую жвачку и отращивать новую янтарную бороду. От его влажного дыхания усы брови и ресницы мгновенно заиндевели. На левом рукаве Хендерсон-Крика, по видимому, было меньше горных ключей, и с полчаса путник не видел угрожающих признаков. А потом это случилось. На ровном сплошном снегу, где ничто не предвещало опасности, где снежный покров, казалось, лежал толстым, плотным слоем, — путник провалился. Здесь было не очень глубоко. Он промочил ноги только до середины икр, пока выбирался на твёрдый наст.

Эта неудача разозлила его, и он выругался вслух. Он надеялся в шесть часов уже быть в лагере среди товарищей, а теперь запоздает на целый час, потому что придётся разложить костёр и высушить обувь. Иначе нельзя при такой низкой температуре, — это по крайней мере он знал твёрдо. Он повернул к высокому берегу и вскарабкался на него. В молодом ельнике, среди кустов, нашёлся целый запас топлива — не только прутья и ветки, но и много сухих сучьев и высохшей прошлогодней травы. Он бросил на снег несколько палок потолще, чтобы дать костру прочное основание и чтобы слабое, ещё не разгоревшееся пламя не погасло в растаявшем под ним снегу. Потом достал из кармана завиток берёзовой коры и поднёс к нему спичку. Кора вспыхнула быстрее бумаги. Положив её на толстые палки, он стал подкладывать в огонь сухие травинки и самые тонкие прутики.

Он работал медленно и осторожно, ясно понимая грозившую ему опасность. Мало-помалу, по мере того как пламя разгоралось, он стал подкладывать сучья потолще. Он сидел в снегу на корточках, выдёргивал хворостинки из кустарника и клал их в костёр. Он знал, что должен с первого раза развести огонь. Когда градусник показывает семьдесят пять ниже нуля, человек должен без задержки зажечь костёр, — если у него мокрые ноги. Если ноги у него сухие, он может пробежать с полмили и восстановить кровообращение. Но никакой пробежкой не восстановишь кровообращение в мокрых, коченеющих ногах при семидесяти пяти градусах ниже нуля. Как быстро не беги, мокрые ноги будут только пуще мёрзнуть.

Всё это путник знал. Тот старик на Сулфур-Крике говорил ему об этом прошлой осенью, и теперь он оценил его совет. Он уже не чувствовал своих ног. Чтобы разложить костёр, ему пришлось снять рукавицы, и пальцы тотчас же онемели. Быстрая ходьба со скоростью четырёх миль в час заставляла его сердце накачивать кровью все сосуды на поверхности тела. Но как только он остановился, действие насоса ослабло. Заполярный холод обрушился на незащищённую точку земного шара, и путник, находясь в этой незащищённой точке, принял на себя всю силу ударов. Кровь в его жилах отступала перед ними. Кровь была живая, так же как его собака, и так же как собаку, её тянуло спрятаться, укрыться от страшного холода. Пока он делал четыре мили в час, кровь волей-неволей приливала к поверхности, но теперь она отхлынула к сердцу, укрылась в тайниках его тела. Руки и ноги первые почувствовали отлив крови. Мокрые ноги коченели всё сильнее, пальцы оголённых рук всё сильнее мёрзли, хотя он ещё мог двигать ими. Нос и щёки уже омертвели, и кожа по всему телу, лишившись крови, покрылась мурашками.

Но он спасён. Пальцы ног, щёки и нос будут только обморожены, ибо костёр разгорается всё ярче. Теперь он подбрасывал ветки толщиной с палец. Ещё минута, и уже можно будет класть сучья толщиной с запястье, и тогда он скинет мокрую обувь и, пока она будет сохнуть, отогреет ноги у костра, после того, конечно, как разотрёт их снегом. Костёр удался на славу. Он спасён. Он вспомнил советы старика на Сулфур-Крике и улыбнулся. Тот очень убедительно настаивал на правиле, что никто не должен один пускаться в путь по Клондайку, если мороз сильнее пятидесяти градусов. А вот он тут; лёд под ним проломился; он совсем один, и он всё-таки спасся. Эти бывалые люди, подумал он, частенько трусливы, как бабы. Нужно только не терять головы, и всё будет в порядке. Настоящий мужчина всегда справится один. Но странно, что щёки и нос так быстро мёрзнут. И он никак не думал, что пальцы и нос так онемеют. Он еле-еле шевелил ими, с большим трудом удерживал в них сучья, и ему казалось, что пальцы где-то очень далеко от него и не принадлежат к его телу. Когда он дотрагивался до сучка, ему приходилось смотреть на руку, чтобы убедиться, что он действительно подобрал его. Сообщение между ним и кончиками его пальцев было прервано.

Но всё это неважно. Перед ним костёр, он шипит и потрескивает, и каждый пляшущий язычок сулит жизнь. Он принялся развязывать мокассины. Они обледенели, толстые немецкие сапоги стали, как железные, а завязки мокассин походили на клубок побывавших в огне исковерканных стальных прутьев. С минуту он дёргал их онемевшими пальцами, потом, поняв, что это бессмысленно, вытащил нож.

Но он не успел перерезать завязки, — беда случилась раньше. Это была его вина, вернее, его оплошность. Напрасно он разложил костёр под елью. Следовало разложить его на открытом месте. Но так было удобнее вытаскивать хворост из кустарника и прямо класть в огонь. На ветках ели скопилось много снегу. Ветра не было очень давно, и на ветках высоко лежал снег. Каждый раз, когда путник выдёргивал хворост из кустов, ель слегка сотрясалась, — еле заметно для него, но достаточно, чтобы вызвать катастрофу. Одна из верхних ветвей сбросила свой груз снега. Он упал на ветви пониже, увлекая за собой их груз. Так продолжалось до тех пор, пока снег не посыпался со всего дерева. Этот снежный обвал обрушился на путника и на костёр, и костёр погас! Там, где только что горел огонь, лежал свежий рыхлый снег.

Путнику стало страшно. Словно он услышал свой смертный приговор. С минуту он сидел, не шевелясь, пристально глядя на засыпанный снегом костёр. Потом вдруг сделался очень спокоен. Быть может, старик на Сулфур-Крике всё-таки был прав. Будь у него спутник, ему бы не грозила опасность. Спутник развёл бы костёр. Что ж, значит, надо самому приниматься заново, и на этот раз не должно быть ошибок. Даже если ему удастся развести огонь, он, вероятно, лишится нескольких пальцев на ногах. Ноги, должно быть, сильно обморожены, а новый костёр разгорится нескоро.

Таковы были его мысли, но он не предавался им в бездействии. Он усердно работал, пока они мелькали у него в голове. Он сделал новое основание для костра, теперь уже на открытом месте, где ни одна предательская ель не могла загасить его. Потом набрал прошлогодней травы и сушняку. Пальцы его не двигались, поэтому он не выдёргивал отдельные веточки из кустарника, а собирал их горстями. Попадалось много гнилушек и комков зелёного мха, которые не годились для костра, но другого выхода у него не было. Он работал методически, даже набрал охапку толстых сучьев, чтобы подкладывать в огонь, когда костёр разгорится. Всё это время собака сидела на снегу и неотступно следила за человеком тоскливым взглядом, ибо она ждала, что он даст ей огонь, а огня всё не было.

Приготовив топливо, путник полез в карман за вторым завитком берёзовой коры. Он знал, что кора в кармане, и хотя не мог осязать её пальцами, все же слышал, как она шуршит под рукой. Сколько он ни бился, он не мог схватить её. И всё время его мучила мысль, что ноги у него коченеют всё сильнее. От этой мысли ему становилось нестерпимо страшно, но он отгонял её и преодолевал страх. Он натянул рукавицы руками и принялся изо всех сил колотить руками по бёдрам. Он начал это делать сидя, потом встал и продолжал стоя молотить руками, а собака сидела на снегу, обвив пушистый волчий хвост вокруг передних лап, насторожив острые волчьи уши и неотступно следя за человеком. И человек, размахивая руками и колотя ладонями по бёдрам, чувствовал, как в нём поднимается жгучая зависть к животному, которому было тепло и надёжно в его природном одеянии.

Немного погодя он ощутил первые отдалённые признаки чувствительности в кончиках пальцев. Слабое покалывание становилось всё сильнее, пока не превратилось в невыносимую боль, но путник обрадовался ей. Он снял рукавицу с правой руки и вытащил кору из кармана. Голые пальцы тотчас же снова онемели. Потом он достал пачку серных спичек. Но лютый мороз уже успел изгнать жизнь из его пальцев. Пока он тщетно старался отделить одну спичку, вся пачка упала в снег. Он хотел поднять её, но не мог. Омертвевшие пальцы не могли ни нащупать спичек, ни схватить их. Он старался не спешить. Он заставил себя не думать об отмороженных ногах, щеках и носе и сосредоточил всё своё внимание на спичках. Он следил за движениями своей руки, пользуясь зрением вместо осязания, и, увидев, что пальцы схватили пачку, сжал их, — вернее хотел сжать, но сообщение было прервано, и пальцы не повиновались его воле. Он натянул рукавицу и яростно стал бить рукой по бедру. Потом обеими руками сгрёб пачку спичек вместе со снегом себе на колени. Но этого было мало.

После долгой возни ему удалось зажать спички между ладонями и поднести их ко рту. Лёд затрещал, разламываясь, когда он нечеловеческим усилием разжал челюсти. Он втянул нижнюю губу, приподнял верхнюю и зубами стал отделять спичку. Наконец спичка упала ему на колени. Но и этого было мало. Он не мог подобрать её. Потом выход нашёлся. Он схватил её зубами и стал тереть о штанину. Раз двадцать провёл он спичкой по ноге, раньше чем она зажглась. Когда пламя вспыхнуло, он, всё так же держа спичку в зубах, поднес её к берёзовой коре. Но едкий дым горящей серы попал ему в ноздри и легкие, и он судорожно закашлялся. Спичка упала в снег и погасла.

Старик был прав, подумал он, сдерживая отчаяние, если мороз сильнее пятидесяти градусов, нужно идти вдвоём. Он снова заколотил руками, но они не оживали. Тогда он зубами стащил рукавицы с обеих рук. Подхватил ладонями всю пачку спичек. Мышцы предплечья не замёрзли, и, напрягая их, он крепко прижал ладони к спичкам. Потом провёл всей пачкой по ноге. Вспыхнуло яркое пламя — семьдесят серных спичек запылали как одна! Погода была тихая, можно было не опасаться, что ветер задует огонь. Он отвернул голову, чтобы не вдохнуть удушливый дым, поднёс пылающую пачку к берёзовой коре и вдруг почувствовал, что пальцы правой руки оживают. Рука его занялась. Запахло жареным мясом. Где-то глубоко под кожей он ощущал жжение. Потом жжение превратилось в острую боль. Но он терпел, стиснув зубы, неловко прижимая горящие спички к коре; его собственные руки поглощали почти всё пламя, и кора не вспыхивала.

Наконец, когда боль стала нестерпима, он разжал руки. Пылающая пачка с шипением упала в снег, но кора уже горела. Он начал подкладывать в огонь сухие травинки и тончайшие прутики. Выбирать топливо он не мог, потому что ему приходилось поднимать его ладонями. Замечая на хворосте налипший мох или труху, он отгрызал их зубами.

Человек бережно и неловко выхаживал огонь. Огонь — это жизнь, и его нельзя упускать. Отлив крови от поверхности тела вызвал озноб, и движения человека становились всё более неловкими. Большой ком зелёного мха придавил еле разгорающийся огонёк. Он хотел сбросить его, но пальцы дрожали от озноба, и он, ковырнув слишком глубоко, разрушил слабый зародыш костра: тлеющие травинки и прутики рассыпались во все стороны. Он хотел снова сложить их, но, как ни старался, не мог преодолеть дрожи, и крохотный костёр разваливался. Хворостинки одна за другой, пыхнув дымком, погасли. Податель огня не справился со своей задачей. Когда он с равнодушием отчаяния посмотрел вокруг, взгляд его случайно упал на собаку, которая сидела в снегу напротив него, по другую сторону костра; выгнув спину, она беспокойно ёрзала на месте, поднимая то одну, то другую переднюю лапу, и выжидательно, с тоской глядела на него.

Вид собаки навёл его на безумную мысль. Он вспомнил рассказ о человеке, который был застигнут бураном и спасся тем, что убил вола и забрался внутрь туши. Он убьёт собаку и погрузит руки в её тёплое тело, чтобы они согрелись и ожили. Тогда он разложит новый костёр. Он заговорил с собакой, подзывая её; но его голос звучал боязливо, и это испугало животное, потому что человек никогда не говорил с ней таким голосом. Что-то было неладно; врождённая подозрительность помогла ей почуять опасность, — она не знала, какая опасность грозит ей, но где-то в глубине её сознания зашевелился страх перед человеком. Собака опустила уши, и беспокойные движения спины и передних лап стали отчётливее; но она не подошла к нему. Он стал на четвереньки и пополз к собаке. Эта необычайная поза усилила её подозрения, и она опасливо подалась в сторону.

Путник сел на снег, стараясь вернуть себе хладнокровие. Потом зубами натянул рукавицы и встал. Прежде всего он посмотрел вниз, чтобы убедиться, что действительно стоит, потому что онемевшие ноги не чувствовали земли. Как только он стал на ноги, подозрительность собаки почти исчезла; а когда он повелительно заговорил с ней голосом бича, собака выполнила привычный долг и подошла к нему. Как только она очутилась в пределах досягаемости, самообладание покинуло его. Он бросился на собаку и искренне удивился, когда оказалось, что его руки не могут хватать, пальцы не сгибаются и не держат. Он забыл, что они отморожены, и всё больше и больше мертвеют. Но в ту же секунду, прежде чем собака успела убежать, он стиснул её в объятиях. Потом сел на снег, прижимая её к себе, а животное вырывалось, рыча и повизгивая.

Но это было всё, что он мог сделать; сидеть на снегу и сжимать собаку в объятиях. Он понимал, что ему не убить её. Это было невозможно. Своими бессильными руками он не мог ни ударить её ножом, ни задушить. Он разнял руки, и собака кинулась прочь, поджав хвост и всё ещё рыча. В двадцати шагах она остановилась и с любопытством, подняв уши, оглянулась на него. Он поискал глазами свои кисти рук и увидел, что они привешены к его запястьям. Странно, что приходилось искать свои руки. Странно, что приходится искать свои руки. Он начал неистово размахивать ими, колотя себя ладонями по бёдрам. Через пять минут кровь быстрее побежала по жилам, и озноб прекратился. Но кисти рук по-прежнему не действовали, и у него было такое ощущение, словно они гирями висят на запястьях.

Смутная мысль о близости смерти угнетающе и тупо шевельнулась в его мозгу. Но тотчас же этот неопределённый страх превратился в мучительное сознание опасности; речь шла уже не о том, отморозит ли он пальцы на руках и ногах, и даже не о том, лишится ли он рук и ног, — теперь это был вопрос жизни и смерти, и надежды на спасение почти не было. Его охватил панический ужас. Он повернулся и побежал по еле видной дороге. Собака, не отставая, бежала за ним по пятам. Он бежал без мысли, без цели, во власти такого страха, какого ему ещё не приходилось испытывать. Мало-помалу, прокладывая себе путь по сугробам, он снова начал различать окружающее — берега реки, заторы сплавного леса, голые осины, небо над головой. От быстрого бега ему стало легче. Он уже не дрожал от холода. Быть может, если и дальше бежать, ноги отойдут, во всяком случае, он доберётся до лагеря, где его ждут товарищи. Конечно, пальцы на руках и ногах пропали и часть лица тоже, но товарищи позаботятся о нём и спасут, что ещё можно спасти. И в то же время сознание говорило ему, что никогда он не доберётся до лагеря и товарищей, что до лагеря слишком далеко, что ноги его слишком закоченели и что скоро он будет мёртв и недвижим. Но он не позволял этой мысли всплыть на поверхность и отказывался верить ей. Иногда она вырывалась наружу и требовала внимания, но он отталкивал её и изо всех сил старался думать о другом.

Его удивляло, что он вообще может бежать, потому что ноги совсем омертвели, и он не чувствовал, как они несут его тяжесть и как касаются земли. Тело словно скользило над поверхностью, не задевая её. Он как-то видел на картинке крылатого Меркурия, и ему пришло в голову, что, должно быть у Меркурия было такое же ощущение, когда он скользил над землёй.

В его плане добежать до лагеря был существенный изъян: он не имел сил выполнить его. Он то и дело оступался, потом начал спотыкаться и, наконец, свалился в снег. Встать ему не удалось. Надо посидеть и отдохнуть, решил он, а потом просто пойти шагом. Посидев и отдышавшись, он почувствовал, что хорошо согрелся. Его не трясло, и по всему телу даже разливалась приятная теплота. Но, дотронувшись до щёк и носа, он убедился, что они всё ещё бесчувственны. Даже от быстрого бега они не отошли. Не отойдут и руки и ноги. Потом его поразила мысль, что отмороженная площадь тела, вероятно, увеличивается. Он хотел отогнать эту мысль, забыть её, старался думать о другом; он понимал, что это внушит ему ужас, и боялся поддаться ужасу. Но мысль утвердилась в его мозгу и настаивала на своём, пока он не увидел себя полностью закоченевшим. Это было свыше его сил, и он снова, как безумный, бросился бежать по дороге. Потом он перешёл было на шаг, но мысль о том, что он может замёрзнуть, гнала его дальше.

Всё это время собака неотступно бежала за ним по пятам. Когда он упал во второй раз, она обвила хвостом передние лапы и села перед ним, зорко и настороженно приглядываясь к нему. Вид собаки, которой было тепло и надёжно в её шкуре, привёл его в ярость, и он до тех пор ругался и проклинал её, пока она не повесила уши, словно прося прощения. На этот раз озноб возобновился быстрее, чем после первого падения. Мороз брал верх над ним. Он вползал в его тело со всех сторон. Эта мысль гнала его вперёд, но, пробежав не больше ста футов, он зашатался и со всего роста грохнулся оземь. Это был его последний приступ страха. Отдышавшись и придя в себя, он сел на снег и стал готовиться к тому, чтобы встретить смерть с достоинством. Впрочем, он думал об этом не в таких выражениях. Он говорил себе, что нет ничего глупее, чем бегать, как курица с отрезанной головой, — почему-то именно это сравнение пришло ему на ум. Раз ему всё равно суждено замёрзнуть, то лучше уж держать себя пристойно. Вместе с этим внезапным успокоением пришли первые предвестники сонливости. Неплохо, подумал он, заснуть насмерть. Точно под наркозом. Замёрзнуть вовсе не так страшно, как думают. Бывает смерть куда хуже.

Он представил себе, как товарищи завтра найдут его, и вдруг увидел самого себя: он идёт вместе с ними по дороге, разыскивая своё тело. И вместе с ними он огибает поворот дороги и видит себя, лежащим на снегу. Он отделился от самого себя и, стоя среди товарищей, смотрел на своё тело. А мороз нешуточный, что и говорить. Вот вернусь в Штаты и расскажу дома, что такое настоящий холод, подумал он. Потом ему привиделся старик. Он ясно видел его, тот сидел, греясь у огня, и спокойно покуривал трубку.

— Ты был прав, старый хрыч, безусловно прав, — бормотал путник, обращаясь к старику с Сулфур-Крика.

Потом он погрузился в такой сладостный и успокоительный сон, какого не знавал за всю свою жизнь. Собака сидела против него и ждала. Короткий день угасал в долгих, медлительных сумерках. Костра не предвиделось, и, кроме того, опыт подсказывал собаке, что не бывает так, чтобы человек сидел на снегу и не разводил огня. Когда сумерки сгустились, тоска по огню пересилила страх, и она беспокойно заёрзала, поднимая и переставляя передние лапы, потом, тихонько поскуливая, прижала уши в ожидании сердитого окрика. Но человек молчал. Немного погодя собака заскулила громче. Потом подползла ближе к человеку и почуяла запах смерти. Собака попятилась от него, шерсть у неё встала дыбом. Она ещё помедлила, протяжно воя под яркими звёздами, которые кувыркались и приплясывали в морозном небе. Потом повернулась и быстро побежала в сторону знакомого лагеря, где были другие податели корма и огня.

1902
Перевод В. Топер

У костра — рассказ Валентины Осеевой — Сказки. Рассказы. Стихи

У костра — рассказ Валентины Осеевой

 
Один раз в походе ребята отошли далеко от лагеря и решили ночевать в лесу. Вечером развели костер. Варили картошку. Пламя костра бросало таинственный отблеск на кусты и деревья; глазам, привыкшим к свету, все еще вокруг костра казалось черным-черно: и лес, и сбегающие по косогору кусты, и срубленные пни, заросшие папоротником; и только маленький золотой круг, в котором грелись у огня пионеры, казался обжитым и уютным.
 
Тепло и вкусная горячая картошка разморили ребят. Каждому вспомнилось что-то свое, домашнее, захотелось рассказать об этом товарищам, поделиться.
 
— Я маленьким эх и озорным был! — усмехнулся Вадим. — Бывало, почистит бабка картошку, а я — раз-раз! — ножичком вырежу из ее картошечек человечков, руки, ноги им из спичек сделаю. А она придет: ах, ах!.. — Он звучно рассмеялся, потом сразу остановился и грустно сказал: — Обижаю я свою бабку…

Ребята удивились.

— Вот тебе раз! — хмыкнул Костя. — То про свое озорство рассказывал, то обиды какие-то вспомнил… С чего это ты?

Вадим помешал угли и, подняв голову, обвел всех затуманенным взглядом:

— А так просто, ни с чего. Есть у меня такая привычка — на бабку огрызаться. Больше всех ее люблю, и ей же первой от меня грубость слышать приходится. А почему это так — не знаю…

— Нет, знаешь! — вдруг откликается из темноты голос вожатого Гриши. Он сидел поодаль от огня, прислонившись спиной к дереву. — Знаешь, Вадим, да сознаться себе не хочешь, — повторил Гриша.

Вадим блеснул черными глазами и повернулся к Грише:

— Ты думаешь, силы воли не хватает? Сдержать себя не могу?

Гриша пожал плечами:

— Нет, почему силы воли не хватает? Я этого не думаю. Ты парень крепкий, сила воли у тебя есть. И сдержать себя ты можешь. Не так уж тебе твоя бабка докучает, чтоб и сдержаться было нельзя. Нет, не в том дело…

— А в чем? — негромко спросили сразу несколько голосов.

— А в том, что Вадим не хочет сдерживаться, распускается, пользуется тем, что бабка его любит. А любит — значит, простит и жаловаться тоже не пойдет, — медленно сказал Гриша.
 
Ребята посмотрели на Вадима. Он молчал и, обхватив руками коленки, смотрел на огонь.
 
— А мы, Гриша, наверно, все такие. А не такие, так еще хуже… У каждого, если так откровенно рассказать, что-нибудь найдется плохое, — живо сказал Костя. — Вот я, например, о себе скажу… Я в школе с товарищами один, а дома другой. В школе я и веселый, и все мне хорошо. А дома, как приду, так сейчас надуюсь чего-то, ну, вообще… к сестренке начну придираться — одним словом, тоже распускаю себя… — Костя виновато улыбнулся. — Честное слово!..

— Не та дисциплина, — заметил кто-то из ребят.

— Перед товарищами не больно-то свой характер покажешь — у нас живо на чистую воду выведут, будь спокоен! — тряхнул головой паренек в клетчатой рубашке со значком на груди.

— А я вот что знаю… — придвигаясь к огню, заговорил Саша. — Надо самому себя время от времени проверять: кто я есть, какой человек из меня получается. А то один раз я так себя запустил, что сам себе опротивел… — Он выплюнул изо рта травинку и поглядел на внимательные лица ребят. — Кто смеется — не смейся. Это с каждым может быть…
 
Ребята поглядели друг на друга.

— Никто не смеется… Что ты?

— Говори…

— Говори, Саша! — послышались тихие голоса.

— А что говорить? Это дело с двойки началось, — хмурясь, сказал Саша. — Получил я как-то двойку по арифметике. Ну, неприятно мне, конечно, и неловко; иду домой и думаю: «Сегодня не скажу — и так у меня сегодня плохой день; завтра скажу». А назавтра я пятерку получил по русскому и опять думаю: «Что я буду хорошее с плохим мешать! Скажу послезавтра». Ну, так день за днем. Хорошее говорю, а о плохом молчу. И все так стал скрывать, а потом уж и врать пришлось, выкручиваться, да уж не только дома перед родителями, а и в классе перед товарищами. Ну, один раз лег спать и думаю: «Что это я перед всеми извиваюсь как-то, все мне на свете опротивело и самому на себя противно глядеть?»
 
Саша поднял голову и посмотрел на ребят.

— Ну и что? — нетерпеливо спросил Костя.

— Все! — решительно отрезал Саша. — С той поры все! На одной правде живу! Вот как есть, так и есть! Ничего не скрываю и нигде не выкручиваюсь — чистый стал, как после бани вышел!

Наступила тишина. Ребята задумались. Кто-то подкинул в костер сухую ветку. Огонь вспыхнул и осветил лица.

— А у меня вот, ребята… — послышался взволнованный голос Димы, — у меня свой недостаток…

Ребята раздвинулись. Дима боком просунулся между ними и, вспыхивая горячим румянцем, долго не мог найти нужные слова.

Наконец он грустно улыбнулся и сказал:

— Я, наверно, какой-то трус, ребята, хоть мне об этом и говорить трудно… Но раз все о себе правду говорят, то и я хочу сказать.

— Ясно, говори!

— Как скажешь, так сразу и на душе станет легче! — сочувственно зашумели ребята.

— Говори. Тут чужих нет… Может, разберемся вместе, — сказал Гриша, присаживаясь ближе к костру.

— Я леса боюсь, — сказал Дима. — Боюсь, и все. И никак себя побороть не могу. Ни за что бы один в лес не пошел! Я уж себя проверял — выйду ночью из палатки и смотрю: лес, лес… деревья черные, кусты черные, а за кустами будто зверь какой валежником шуршит. Стою и думаю: «Пошел бы я сейчас один туда? Нет, ни за что на свете! Боюсь…»

— А чего боишься? Людей или зверей?

Дима пожал плечами:

— Нет, почему людей? Зверей, конечна, гадюк боюсь, а еще заблудиться мне страшно…

— Да-а… — протянул кто-то из ребят.

— Чудной ты… — сказал Вадим. — Лес все любят, а ты его боишься! И днем боишься?

— Нет, днем меньше. Днем все видно.

— Ну, а если бы ты попробовал преодолеть в себе этот страх? Вот как Саша: преодолел же он свой недостаток, когда понял, что это никуда не годится! И ты попробуй. Возьми себя крепко в руки и решись пойти в лес, и ты увидишь, что ничего там страшного нет, — сказал Гриша.

— Конечно, Димка! Прямо скажи себе: я ничего не боюсь! И иди! Вон лес! — зашумели вокруг ребята.

Дима оглянулся на лес и тяжело вздохнул.

— Может, я с ним пойду для первого раза? — предложил Костя.

— Ну уж нет! Без нянек, пожалуйста! Димка пионер!

— Нечего ему тут долго думать! Пошел, и все!

Гриша вдруг встал, нащупал в траве пустое ведро и протянул его Диме:

— Слушай! Вон там под горкой ручей. Мы с тобой сегодня там были… Пойди и набери воды в ведро, понял?

Дима нерешительно взял ведро.

— Иди, иди, Димка! Нас много! Мы, в случае чего, все к тебе на помощь прибежим! — подбадривали Диму ребята.

— Иди, — дружески сказал Вадим и погладил товарища по плечу. — Не бойся ничего!
 
Дима пошел. Ребята молча смотрели, как он спускался с косогора, как в темноте постепенно таяла его фигура, удаляясь вместе с тихим звоном болтающегося на руке ведра. Когда его уже не стало видно, все заговорили разом, перебивая друг друга:

— Пошел!

— Ну и хорошо!

— Важно первый раз решиться!

— А все-таки сила воли у него есть, ребята!

— А ну потише! Не зовет? — спрашивал изредка Вадим, настороженно прислушиваясь к каждому звуку.

— Не зовет! Чего ему звать!

Время тянулось медленно. Ребята помолчали. Потом поговорили еще, но за словами уже чувствовалось нетерпеливое ожидание.

— Долго чего-то он, — сказал Костя, вглядываясь в темноту.

— Может, полное ведро зачерпнул — в гору тяжело нести? — предположил кто-то.

— Не торопится, — поднимаясь, сказал Гриша. — Пойду посмотрю, что там.

— А ну тише! — вдруг крикнул Вадим и замер, подняв вверх руку.

Сквозь ночную тишину прорвался откуда-то дрожащий, жалобный крик…

Ребята вскочили и, толкая друг друга, ринулись в темноту.

Гриша, цепляясь за ветки сбегающих по косогору кустов, первый достиг ручья. За ним почти скатился с горки Вадим, потом остальные ребята. Димки не было. В кустах булькал ручей. На берегу валялось пустое ведро.

— Димка! Эй, Димка-а-а! — тревожно понеслось по лесу.

«А-а-а», — передразнивая ребят, откликнулось лесное эхо, и вслед за ним — снова дрожащий тонкий звук, заглушенный голосом Димы:

— Сюда! Сюда!

Ребята, ломая сучья и обжигаясь крапивой, бросились на зов.

Голос шел из глубокого оврага. На дне его, в топком болоте, копошился Димка и рядом с ним что-то большое, темное, похожее на зверя.

— Ребята! Сюда! Тут жеребенок в болоте застрял! Никак не вытащу! — кричал Димка.

«И-и-и!» — жалобно ржал жеребенок, пробуя вытащить заплывшие топкой глиной ноги.

Димка, подвернув выше колен штаны и обхватив обеими руками шею жеребенка, изо всех сил тащил его на берег.

Ребята сбросили тапочки и полезли в овраг.
* * *

У ручья вымыли ноги. Почистили копытца жеребенку. Димка, поглаживая густую щеточку его гривки, возбужденно рассказывал:

— Я пришел к ручью… и только хотел воды зачерпнуть, слышу — кричит кто-то! Я подумал: ребенок кричит — заблудился, в овраг попал! Ну, бросил ведро — и туда! А там не ребенок, а жеребенок стоит. Залез в топкое место и никак не вылезет! — Он провел рукой по торчащим вверх ушам жеребенка и добавил: — Тут колхоз близко… Наверное, в ночное лошадей пригнали, а он отбился от матки и попал в болото.

Ребята смотрели на Димку и улыбались.

— А как же ты пошел в овраг, Дима? Ты ведь и к ручью идти боялся! — спросил Костя.

— Это — другое дело, — быстро ответил за товарища Вадим. — В овраг он на помощь побежал, тогда, верно, и страху не было…

— Нет, был. — Димка улыбнулся и покачал головой: — Еще какой страх был! Только я стиснул зубы и решил: будь что будет! Не бросать же кого-то в беде? Я этот страх свой… как бы вам сказать… — Дима развел руками, подыскивая слово.

— Преодолел! — спокойно досказал за него Гриша.
 

Читать другие рассказы В.Осеевой
 

Портал для детей КОСТЕР. Рассказы для детей школьного возраста. Анонс свежего номера журнала Костер, архив и подписка. Cказки, смешные стихи, конкурсы, викторины, веселые истории, загадки, сочинения о школе, о природе, о маме и папе

Конкурс

Александр РОГОВЧЕНКО,
7 «в» к ласс, лицей № 419,
Санкт-Петербург

Посмотрев вечером фильм «Эскадрон гусар летучих» о легендарном Денисе Давыдове и войне
1812 года, я загрустил, затосковал о прошедших
невозвратно героических днях. Засыпая, я все
думал, как интересно было жить в то время.
И вдруг во сне я переношусь в 1812 год.

Сначала я попадаю в отряд Дениса Давыдова, где вместе с ним пробираюсь потаенными
тропами через заснеженные леса, участвую в
сабельном бою, кидаюсь в погоню за каретой с
французским курьером. Затем оказываюсь на
Бородинском сражении, позднее — в сожженной
и занятой французами Москве. Я вижу, как, не
дождавшись капитуляции, французские войска покидают Москву. Я следую вместе с ними.
На одном из привалов я увидел Наполеона. Он
сидел мрачный, усталый. Я подошел к нему и
спросил:

— Зачем вам нужна была война с Россией?
Неужели вам и так не хватало славы и
власти? Продолжение

Владимир ПОЛЯКОВ

Блинчики с мясом я готовил в первый
раз — очень хотелось удивить маму. Я немного подрагивал от волнения, боясь все испортить, и нетерпеливо постукивал вилкой по
столу. Наконец таймер пискнул: блюдо готово!
Я открыл крышку сковородки… Какими должны быть
блинчики с мясом на самом
деле, я знал. Это было мое
любимое блюдо. Готовила
мама его не часто, но уж
если готовила, то пальчики оближешь. Мои же
полностью соответствовали поговорке «первый
блин — комом».

Я глотнул холодной
воды, чтобы успокоиться, и решил перепроверить все компоненты
и стадии приготовления блюда. Наведя курсор
на сковородку, щелкнул правой кнопкой мыши
и выбрал в появившемся меню раздел «Свойства». Затем перешел к списку исходных компонентов.

Ошибки я нашел быстро: оказывается, тесто
надо было замесить, а не просто смешать муку
с яйцами. При этом яйца, согласно подсказке
компьютерной программы-ассистента, нужно
отделять от скорлупы. Так… Продолжение


На Северном Кавказе течет река Белая, адыгейское название которой — Шхагуаше, «княгиня оленей».

Давным-давно жил
в верховьях реки старый
князь. Богатый был князь, но больше всего дорожил он своей красавицей дочерью. Пришла
пора выйти ей замуж, но она и слышать об этом
не хотела, потому что полюбила простого пастуха. Продолжение

Русские народные сказки

Овечка белая гуляла
Однажды утром на лугу.
И постоянно обращала
Свой взор на радугу-дугу.

Плела из клевера веночки
И пела песенку о том,
Как хороши весной цветочки
И как хорош лужок, их дом.

Но тут слышны аплодисменты:
Спектакль окончен!
В нем был толк!
Мне не забыть того момента —
Костюм овцы снимает волк. Продолжение

Этот американский мальчик не слишком долго ходил в школу, хотя и
папа, и приемная мама, души не
чаявшая в ребенке, очень хотели, чтобы Эб первым в семье выучился грамоте. Но сделать это в
штате Индиана 200 лет тому назад было не так-то
просто. Всякого грамотного окрестные фермеры
просили стать учителем, и учиться можно было,
когда кто-нибудь соглашался на эту роль.

С бумагой дела обстояли не лучше, чем с
наставниками. Буквы Эб выводил на снегу, а
задачки по арифметике решал на золе. Учебный
сезон начинался зимой: в это время крестьянские
дети освобождались от дел по хозяйству. К апрелю уроки заканчивались. Эб ходил в школу и в
6 лет, и в 7, потом в 11, 13, 15, но всего провел
там не больше года. Зато с книгами он не расставался никогда. Дома книга была одна — Библия,
остальные приходилось занимать на соседних
фермах. Там их тоже было мало, поэтому за
каждой предстоял отдельный путь.

[…]

Когда непрочитанных книг в округе не осталось, Эб отправился в Иллинойс. Там он испробовал много работ, и все время читал, пока не
сдал экзамен на адвоката. Потом он стал конгрессменом, и все свободное время проводил
в библиотеке конгресса в поиске новых книг.
Коллеги-депутаты находили это забавным. В общем, дочитался до того, что стал шестнадцатым
президентом США и освободителем американских рабов.

Некоторые думают, самым лучшим президентом за всю историю страны. Другие полагают —
не самым. Но все соглашаются: если б не Эбрахам
(Авраам) Линкольн, страны такой, Соединенные
Штаты Америки, не было бы. Она распалась бы
в ходе гражданской войны. Линкольн сумел сохранить союз. Он убедил своих современников
словами, которые подсказали ему книги. Продолжение

Аптека для души

8 февраля — День российской науки

У нас в гостях Всеволод Евгеньевич БАГНО — директор
Пушкинского Дома, член Всемирного клуба петербуржцев,
филолог-испанист, член-корреспондент РАН, автор книги
«Дорогами Дон Кихота», переводчик.

— Всеволод Евгеньевич, мы поздравляем Вас с Днем российской науки и
сразу хотим спросить: а литературоведение — это серьезная наука?

— Такая же серьезная, как и любая другая наука. Мне посчастливилось общаться
с Дмитрием Сергеевичем Лихачевым. Его особенно интересовало так называемое
«пограничье». Лихачев считал, что именно зона пограничья рождает все самое замечательное. Здесь можно ощутить и поймать то, что ускользает. Есть такое пограничье
и между литературой и литературоведением. Например, настоящая литература — это
воспоминания самого Дмитрия Сергеевича. Он предстает и как интересный мыслитель, и как талантливый художник, и как выдающийся ученый. Это как раз и есть та
самая «пограничная зона», где пересекаются наука и искусство.

— Институт русской литературы носит название «Пушкинский Дом». Пушкин
считал, что невозможно быть ученым без дарования. А какие еще качества необходимы настоящему ученому?

— Мне как пушкинодомцу особенно дорога постоянная нацеленность на открытия. Без
этой нацеленности, без этого интереса не сможет творить ни поэт, ни ученый. У моих
коллег, серьезных источниковедов, текстологов, комментаторов, эта нацеленность — дар
Божий! Получается, что и здесь Пушкин был прав — нельзя без «дарования». Продолжение

Эльвира СМЕЛИК

Субботы Валерка ждал с нетерпением. Во-первых, в эту субботу в школу идти не надо, что
для середины учебного года большая редкость.
А во-вторых и в главных — они с папой в парк
пойдут на лыжах кататься. Они еще в прошлые
выходные договорились.

Папа у Валерки на лыжах ходит как настоящий
спортсмен: и классикой, и коньковым. От него не
отстать — дело сложное. Ну и почетное. Не отстал — значит, молодец. Значит, не слабак. Мужчина. Такой же, как папа.

Утром Валерка проснулся от яркого солнечного
света. Веселые лучи легко проникали сквозь занавеску, выкладывая на полу сложный мозаичный
узор и рождая беззаботное летнее настроение.

Валерка откинул одеяло, вскочил с кровати, подбежал к окну.

Ух ты! Словно в сказке или в хороших стихах:
«Мороз и солнце, день чудесный…», «Белая береза под моим окном принакрылась снегом, точно
серебром…». Ну, точь-в-точь! Все белое, сверкающее, пушистое. Замечательный денек! А если
в парк, да еще на лыжах, да еще с папой!

У Валерки дыхание перехватило.

Он вылетел из комнаты. Надо разбудить папу,
скорее позавтракать и…

Папа стоял в прихожей, одетый в костюм, и медленно затягивал узел галстука.

— Пап! — Валерка не поверил глазам. — Ты куда?

— На работу, — невозмутимо ответил отец. — У меня сейчас встреча.

— Пап! А на лыжах? — напомнил Валерка, улыбнувшись.

Конечно, сейчас папа хлопнет себя по лбу, воскликнет: «Ах, я растяпа! Совсем забыл!», снимет
этот дурацкий костюм, достанет лыжи…

— Ну, понимаешь, — равнодушно протянул папа, — так получилось. Просто самое удобное время.

— Ты же обещал! — возмутился Валерка. — Мы
же еще в прошлое воскресенье договорились!

— Не могу я сегодня, сам видишь, — папа пожал
плечами и предложил: — Сходите с мамой. Продолжение

Bonfire Night: какова история этого и чем будет отличаться 2020 год?

Getty Images

5 ноября люди по всей Великобритании будут устраивать вечеринки у костра.

В этом году ночь у костра будет совсем другой, поскольку вторая национальная изоляция означает, что все организованные мероприятия отключены.

Новые правила изоляции вступают в силу 5 ноября.

Многие люди все еще будут отмечать это событие, только дома.

Почему его отмечают и откуда все это взялось?

Помните, помните, пятое ноября

Чтобы наслаждаться сайтом CBBC Newsround в лучшем виде, вам необходимо включить JavaScript.

WATCH: Ваши главные советы о том, как оставаться в безопасности в Bonfire Night (2018)

Что такое Bonfire Night?

5 ноября люди по всей Великобритании празднуют Ночь костра фейерверками, кострами, бенгальскими огнями и яблоками ириски.

Причина, по которой мы это делаем, заключается в том, что это годовщина неудачной попытки взрыва здания парламента.

Многие люди любят зажигать бенгальские огни в Ночь костра. Помните: если вы делаете это, всегда просите взрослых присматривать за вами!

Это называлось Пороховым участком.

Он называется «Гай» и представляет человека, который участвовал в заговоре по имени Гай Фоукс.

К сожалению, вы не видите это действие!

Чтобы наслаждаться Newsround в лучшем виде, вам необходимо включить JavaScript.

Если вы не видите интерактивное действие на этой странице, щелкните здесь.

Что такое пороховой заговор?

Гай (Гвидо) Фокс участвовал в заговоре с Порохом в 1605 году. Он хотел взорвать короля Якова I и его правительство.

Это было из-за религии. Англия была протестантской страной, а заговорщики были католиками. Они хотели, чтобы Англия снова стала католической, и думали, что смогут добиться перемен, если убьют короля Якова I и его министров.

Итак, Фоукс и его группа поместили 36 бочек с порохом в подвалы под зданием парламента в Лондоне, готовые вызвать мощный взрыв.

Getty Images

Гравюра, на которой Гай Фоукс осматривает свои бочки с порохом

Однако один из членов группы Фоукса отправил письмо своему другу, который работал в парламенте, с предупреждением о том, чтобы он держался подальше 5 ноября.

Сторонники короля заполучили письмо, и заговор сорвался!

Охранники ворвались в подвалы, где ждали порохопостроители. Они были арестованы, а затем казнены.

Чтобы узнать еще несколько фактов о фейерверках перед «Ночью костра», нажмите здесь!

The Story Behind Bonfire Night

Что такое «Ночь костра»?
Увековеченная в детском стихотворении «Помни, помни 5 ноября», «Ночь костра», также известная как «Ночь Гая Фокса», посвящена Пороховому заговору 1605 года, когда группа недовольных (недовольных) католиков замышляла убийство (убийство) короля Якова 1 с помощью взрывного устройства. до палаты лордов (парламента) 36 бочек с порохом.

О чем был заговор с порохом?

Заговорщики надеялись вернуть протестантскую Англию в католицизм и положить конец преследованиям их веры. Они планировали посадить на трон дочь Королей Джеймса, Елизавету, вернув Британию в лоно католиков.

Кем был Гай Фокс?
Гай Фокс был самым известным из заговорщиков.

Что с ним случилось?
Гай Фоукс, вместе с семью другими заговорщиками, был подвергнут пыткам и казнен, будучи повешенным, нарисованным и четвертованным (разрезанным на четыре части) 31 января 1606 года.В те дни ты не переходил королю! Еще трое заговорщиков, которые погибли при побеге, были эксгумированы (выкопаны из могил) и обезглавлены (обезглавлены).

Как отмечают Ночь костров?
Ночь — изюминка социального календаря каждого ребенка в поздней осенней темноте, отмечается кострами и фейерверками по всей Великобритании.

Что это за штука на костре?
Чучело Гая Фокса (самодельная модель человека, похожего на чучело, которое, как предполагается, изображает Гая Фокса) сожжено на вершине костра.Сожжение «парня» на костре закрепило за собой пороховой заговор в национальной памяти. Также очень популярно делать изображения политиков, таких как Борис Джонсон.

Happy Bonfire Night от всех нас в Лондонской школе английского языка Стокгольм

Опубликовано: 5 ноября 2019

Категории: Британская культура

Темная ночь костра.Краткий рассказ | Дэн Белмонт | Перекресток

Рассказ

Фото Джорджианы Аврам на Unsplash

Впервые за многие поколения костра не было.

Эндрю выглянул в окно, когда услышал робкий звук салюта горсовета. «Что за вздор», — сказал он себе. Прежде чем он успел закончить фразу, фейерверк уже прекратился. Жалкий. Если бы они праздновали ночь Гая Фокса вот так, без надлежащего костра в парке, они могли бы вообще не праздновать.

Он мог представить себе, как все в его районе сидят на своих диванах в своих рождественских свитерах, сосут хеллоуинские конфеты, совершенно не подозревая, чем следует помнить 5 ноября.

История, как Эндрю узнал от своего отца, была довольно забавной. Первоначально этот день ознаменовался неудачей Гая Фокса взорвать палату лордов в 1605 году. Каждый год в день неудачной попытки люди зажигали костры или фейерверки, чтобы поблагодарить и отметить учреждение.Король был жив; учреждения не пострадали. Какая радость.

Поскольку люди привыкли собираться каждый год вокруг огромных костров и думать о политике, дела шли не совсем так, как ожидали их лидеры. Вскоре стало традицией создавать изображения политических деятелей в натуральную величину и бросать их в костер. Оказалось, что Гай Фокс был прав: все они заслуживают сожжения. И поэтому дата, которая должна была отмечать учреждение, стала самой ненавистной британской традицией политиков.

Это был кульминационный момент истории его отца. Андрей вспомнил свои слова: «Все это наша семья начала, вы знали? Наш прапрапрадед и так далее. Люди сжигали чучела папы, это было целое религиозное дело. Но мы были первыми, кто бросил премьер-министра в костер ».

Андрей не совсем верил в сказку даже в детстве. Его дедушка был склонен к преувеличениям. Но одно можно было сказать наверняка: хотя они, возможно, и не были первыми, они были лучшими.

Создание изображения премьер-министра в натуральную величину из легковоспламеняющихся материалов было искусством, требующим навыков и многолетней самоотдачи. Недостаточно было нарисовать фигурку на куске картона и написать на ней «премьер-министр». Должно было быть ощущение, будто сам человек горит. Как и его отец и дед до него, Эндрю учился у лучших.

Он закрыл шторы и вернулся в свою гостиную. На кушетке, во всей красе папье-маше , сидел никто, кроме Его Превосходительства Бориса Джонсона.

Андрей закурил и посмотрел на часы. Была почти полночь. Премьер-министр просрочил свой прием.

Когда британское правительство объявило, что вторая общенациональная блокировка начнется в четверг, 5 ноября, выбор даты, казалось, имел четкое намерение: в этом году празднования Ночи Гая Фокса не будет.

Со строго логической точки зрения имело смысл предотвращать публичные собрания в момент, когда набирала силу вторая волна COVID.Независимо от того, сколько усилий было вложено в социальное дистанцирование, ходить и стоять у костра с сотнями незнакомцев, казалось, было не лучшей идеей. Андрей понял логику, да. Черт, впервые в жизни он проводил день Гая Фокса без отца.

Тем не менее, вряд ли что-либо в этом правительстве было строго логичным. Это были те же люди, которые начали общенациональную кампанию по субсидированию обедов в ресторанах, но утверждали, что у них нет средств на продление школьных обедов во время каникул.Их система отслеживания COVID рухнула из-за того, что они полагались на электронную таблицу Excel. И всего за несколько дней до этого они заявили, что для детей нормально идти на угощение в разгар пандемии, если они следуют своему «здравому смыслу».

Что ж, для здравого смысла Эндрю все это казалось очевидным. Борис знал, что без костра не загорится.

Сидя рядом с Его Превосходительством, Эндрю провел пальцами по растрепанным волосам из гофрированной бумаги. Он думал о почти пятидесяти тысячах погибших, школьных обедах, Брексите.Позволит ли он Борису уйти со всем этим?

Эндрю, продолжая ласкать светлые волосы Его Превосходительства, вынул сигарету изо рта и затушил ее между голубыми глазами чучела.

«Похоже, в этом году мы собираемся действовать медленно».

Истории: Батлер, Николас: 9781250039835: Amazon.com: Книги

«Николас Батлер продолжает свой нашумевший дебютный роман« Дробовик песни любви »сборником хорошо написанных рассказов, действие которых происходит на Среднем Западе…. Персонажи мистера Батлера могли появиться из старинных американских рок-песен, живя маленькими надеждами и объединяясь, насколько это возможно ». The New York Times

«Истории в Beneath the Bonfire вызывают искренний эмоциональный удар. Территория Николаса Батлера может быть Средним Западом (что согревает сердце этого конкретного читателя), но потери и с трудом достигнутые достижения универсальны. Этот писатель — настоящее дело ». — Питер Орнер, автор книги «Последняя машина над мостом Сагамор»

«Мне нравятся эти истории: они тихие, осторожные.Такой же ледяной, как и их собственные виды. У Батлера ловкая рука, которая, как и в заглавной истории, уводит нас под лед и заставляет противостоять глубочайшим проявлениям нашей дружбы, нашего брака, нашей семьи. Без сомнения, Beneath the Bonfire — это бриллиант бриллианта. коллекция, сформированная и закаленная под глубоким геологическим давлением любви и боли ». — Билл Ченг, автор книги Southern Cross the Dog

« Под костром горит ностальгией по тем юным годам, когда мы слишком мало знаем, и сдается поздним годам, когда мы узнали слишком много. Батлер честно и нежно изображает людей на перекрестке, таких же ожесточенных и полных надежд, как пейзаж, который они не могут оставить позади ». — Дайан Кук, автор книги «Человек V. Природа»

«Персонажи Николаса Батлера жаждут, лелеют, поддерживают, предают, искупают и утешают, путешествуя по всем комнатам человеческого сердца, и трудно сказать — основываясь на этих превосходных рассказы о том, является ли любовь самой легкой или самой сложной эмоцией, но, несомненно, лучшей ». — Бенджамин Перси, автор книг «Мертвые земли», «Красная луна» и «Уайлдинг»

«Предложение за предложением, Beneath the Bonfire — это действительно прекрасное собрание, которое предлагает полные и искренние рассказы о людях, опирающихся на одного другой, когда мир обращается против них.Это любовное письмо к пейзажу, да, но оно также элегическое, забавное и ослепительно мечтательное, взгляд на сложную внутреннюю жизнь внешне стоических душ. Эти истории сразу согревают и разрывают твое сердце ». Дин Бакопулос, автор Summerlong

«Эти истории заставляли меня читать всю ночь и наполняли мое сердце весь день. От сюрреализма до удивительно точного, величайший дар Николаса Батлера — это его способность сообщать ржавую правду, при этом позволяя сиять душе из нержавеющей стали его персонажей.Для каждого борца, скрэбблера и тупика в этих историях победа — когда она приходит, , если приходит , может быть рваной, но, тем не менее, это триумф ». — Майкл Перри, автор книги Coop and Truck

«Когда я закончил звездный дебютный роман Николаса Батлера, я подумал: вот человек, который видит святого во всех нас. Что ж, его зрение только усиливается. Десять историй в Beneath the Bonfire кишат людьми, которых я знаю лучше всего. Неудачники в любви, неудачники в роли родителей, дочерей и сыновей, люди, едва сводящие концы с концами, но всегда стремящиеся к добру.Его персонажи имеют сердца размером с Висконсин, и им никогда не кажется, что они пришли откуда-то, кроме улиц, на которых мы выросли. И хотя вряд ли справедливо, что один мужчина может иметь доступ к такому количеству красивых и помятых жизней, я рад, что это сделал Николас Батлер. Он бард со Среднего Запада, которого я ждал всю свою жизнь ». — Питер Гей, автор книги «Дорога к маяку и безопасный выход из моря»

«В Beneath the Bonfire есть тихое горе.Каждый элементарный продукт окупается деревом, бензопилой, огнем, грибом-сморчком, который превращается в возможную, но неожиданную катастрофу благодаря повороту разума и запястья Батлера. Еще один замечательный сборник рассказов, который вызывает в воображении все мастерство Дениса Джонсона Jesus ‘Son «. — Николь Леа Хелгет, автор Stillwater

«Истории в книге Николаса Батлера « Под костром »подчеркивают силу людей в самые слабые моменты их жизни. Богатая поэзия мучительной прозы Батлера создает потрясающий портрет тихой жизни маленького городка в Америке.Универсальный голос, полный души и твердости. Поистине приятное чтение ». Маркус Берк, автор Team Seven

«Чувствительный к условиям человеческого существования, Батлер продолжает демонстрировать свое впечатляющее владение атмосферой и человечностью». — Publishers Weekly

«Батлер, казалось, появился из ниоткуда в прошлом году с Shotgun Lovesongs . На самом деле о нем никто не слышал, но он написал одну из лучших книг года. И он продолжает свой успех в написании книги Beneath the Bonfire .»- Spencer Daily Reporter

« Впечатляюще оригинальное ». — The New York Times о Shotgun Lovesongs

« Shotgun Lovesongs — это книга, которая восстанавливает вашу веру в человечество». — The Toronto Star

«Они есть у всех, верно? Те песни, которые неизгладимо отмечают вехи в нашей жизни? Песни, которые пробуждают наши самые глубокие чувства и напоминают нам о том, кто мы есть … Только лучшие, наиболее эмоционально резонансные романы работают одинаково.«Дробовик« »Николаса Батлера« Песни любви »- один из таких романов». Minneapolis Star Tribune

«Искрится во всех смыслах. Любовное письмо в открытый, одинокий центр Америки … Обязательно к прочтению ». — Люди на дробовике Lovesongs

«Совершенно поражены. Это был я на четырех страницах начала Shotgun Lovesongs. … Это одна из тех книг, в которые ты входишь, но никогда не хочешь расставаться ». — Reedsburg Times-Press

«Мечтательный роман, который оставляет у читателей неизгладимое впечатление о дружбе и ее цели — учить, вдохновлять и, самое главное, наполнять наши сердца любовью.- Wilkes Barre Times-Leader on Shotgun Lovesongs

«Читатель, вероятно, разделит глубокое сочувствие к персонажам и динамике маленького городка, признание того, что« Америка была или могла быть ». »- Обзоры Киркуса (обзор со звездами) на Shotgun Lovesongs

« Сердечный Средний Запад, который гремит и бьет через крошечное Маленькое Крыло, Висконсин — Anytown, США, если он когда-либо был, — предполагает всю душу Батлера получение дебюта. … Читатели могут почувствовать зимний холод по ту сторону неоновой вывески и услышать хруст скорлупы арахиса под ногами ». — Список книг по песне «Shotgun Lovesongs»

«Красиво написанное великодушное празднование непреходящей силы различных видов любви». — The Independent (Великобритания) на дробовике Lovesongs

Николас Батлер родился в Аллентауне, штат Пенсильвания, и вырос в О-Клэр, штат Висконсин. Его сочинения были опубликованы в журнале Narrative Magazine, Ploughshares, The Kenyon Review Online, The Progressive, The Christian Science Monitor, и других изданиях.Бестселлер как в Соединенных Штатах, так и во Франции, его дебютный роман « Shotgun Lovesongs», «» получил награду Midwest Booksellers Choice Award, Great Lakes Great Reads Award и France Prix Page / America. Батлер окончил университет Висконсин-Мэдисон, прежде чем посещать Мастерскую писателей Айовы, и в настоящее время живет в Висконсине со своей женой и двумя детьми.

Истории у костра для детей | Максимальный ресурс лагеря

От жутких до глупых, хорошо рассказанные историй у костра будут развлекать ваших отдыхающих часами. Эффекты жуткого фонарика необязательны…

Записка из нашей «мыльницы»: Всегда помните, что многие истории могут напугать маленьких детей, даже если они имеют забавный конец. Не пугайте детей, чтобы они могли спать и получать удовольствие от всех ночных развлечений.

Если вы не видите свою любимую историю или знаете другую версию, отправьте ее сегодня!

Список категорий для рассказов у ​​костра:

Легенды у костра — это особый тип историй, которые часто основаны на преданиях коренных американцев, рассказах городских легенд или исторических событиях.Они рассказывают истории происхождения животных, природы или «реального» опыта местных событий.

Эти истории жуткие или пугающие, но в конце они предлагают извилистый жизненный урок. Подумайте о сказках Гримма перед камином.

Эти истории либо забавны от начала до конца, либо кажутся пугающими, но заканчиваются глупым концом. Некоторые просто банальны, и это тоже нормально!

Эти истории либо действительно пугающие, либо достаточно тревожные, что в любом случае напугают вас.

Мы любим хорошие страшные истории, , но будьте консервативны при выборе аудитории. Многие дети только начинают спать, и неприятный опыт может поставить под угрозу их общее удовольствие от сна вдали от дома или в походе.

Как рассказать хорошую историю у костра:

  • Объясните, как вы услышали эту историю. Лучшие истории, кажется, связаны с местными особенностями или происходят из личного опыта. «Моя тетя рассказала мне об этой истории, которая произошла прямо здесь, когда она была девочкой». Однако, если вы пытаетесь сделать историю менее пугающей, сделайте ее менее местной и менее личной.«Я слышал, что это произошло по всему миру давным-давно».
  • Взять. Драматический. Паузы. Это немного банально, но пусть ваши слушатели будут на краю сиденья. «Когда дверь открылась (пауза….), Моя тетя увидела, к своему ужасу (пауза…), человек с повязкой на глазу стоял прямо там!
  • Используйте звуковые эффекты и движения. «Когда дверь с криком отворилась, моя тетя с ужасом увидела, что многие с повязкой на глазу (закрывающий глаз) стояли прямо там (screaaaaaam).
  • Наклонитесь и измените громкость голоса.Ваша группа наклонится, чтобы услышать вас, и будет на краю своих мест. Затем вы можете «напугать» их, когда будете готовы.
  • Время от времени используйте сообщника. Спрячьте кого-нибудь в лесу, чтобы он гремел по деревьям, шел по сухим листьям или выл — вы поняли.
  • Знайте свою аудиторию. Мы повторяем это снова и снова, но будьте очень осторожны, чтобы не напугать маленьких детей или по-настоящему напугать детей любого возраста. Жутко, страшно, конечно. Испуганный и плачущий, нет.

Если вы не можете найти историю, которую ищете, ознакомьтесь с другими ресурсами:

14 лучших историй у костра (страшные / смешные / жуткие)

Сидеть у костра в темноте — идеальное время для рассказов.Истории в этой статье предназначены для разных групп отдыхающих и разных групп. Выберите одну из наших страшных историй у костра для детей старшего возраста и взрослых или забавную историю у костра для детей младшего возраста. Наши рассказы о привидениях у костра наверняка вызовут дрожь у всех слушателей. Выберите идеальную историю для любого возраста из нашего списка историй у костра.

Истории у костра лучше всего рассказывать драматично, используя разные голоса и звуковые эффекты, которые добавляют ужаса. Некоторые из этих историй можно растянуть, чтобы сделать их еще более пугающими.Будьте изобретательны и получайте удовольствие!

Вам также могут понравиться: 30+ веселых кемпинговых игр для детей и подростков

ТОП-10 страшных историй для детей

Страшные истории у костра

Некоторым людям нравится бояться, и наша подборка страшных историй у костра вызовет восторг и радовать их. Убедитесь, что вы не рассказываете ни одной из этих историй очень маленьким детям или маленьким туристам перед сном, чтобы избежать кошмаров.

Не ходи на переулок влюбленных

Молодая пара пошла в кино и остановилась на переулке влюбленных, чтобы поцеловаться.Мальчик включил радио, чтобы поднять настроение. Как только он обнимает свою девушку, сводка новостей предупреждает о сбежавшем убийце, у которого есть крюк вместо правой руки. Мужчина сбежал из учреждения для душевнобольных.

Мальчик думает, что будет забавно дразнить его девушку, чтобы напугать ее. Он начинает говорить ей, что уверен, что они находятся в месте, которое беглец может захотеть спрятать. Он все время пугает свою девушку. Он надеялся, что она бросится в его объятия для утешения, однако его план имел неприятные последствия.Его девушка настаивает, чтобы они уехали немедленно.

Неохотно мальчик отвозит свою девушку домой. Когда она выходит, она начинает кричать и теряет сознание. Молодой человек выскакивает и бегает вокруг машины. Там, на дверной ручке, окровавленный крючок!

Незаметное предупреждение

Девушка ехала домой после долгого отпуска. Где-то после полуночи начинается очень сильный шторм, когда она замечает, что у нее почти закончился бензин. Она видит вывеску заправочной станции и круглосуточного магазина и съезжает с межштатной автомагистрали, чтобы заправить бак.Место явно открытое, но безлюдное, захудалое и старое. Она почти едет, но, опасаясь, что у нее может закончиться бензин, решает остановиться и просто заправиться. Когда она подъезжает к дому, сквозь дождь выбегает высокий мужчина с сильно изуродованным лицом. Он накачивает ее бензином, и девушка опускает окно настолько, чтобы передать ему свою кредитную карту. Он хватает его и бежит обратно внутрь.

Мужчина со шрамами возвращается, говорит ей, что ей придется войти внутрь, потому что ее карта была отклонена, и спешит обратно внутрь, не позволяя ей ответить.Она действительно не хочет заходить внутрь и подумывает уехать, не заплатив. Однако она решает войти очень быстро, позаботиться о счетах и ​​уехать как можно скорее.

Когда она попадает внутрь, мужчина хватает ее за руку и пытается с ней поговорить. Его голос грубый и трудный для понимания, и она думает, что у него, возможно, был поврежден голос в результате какой-то аварии, оставившей шрамы на лице. Мужчина становится все более возбужденным, а молодая девушка становится все более безумной. Наконец она вырывается из его хватки и бежит обратно к своей машине, покидая станцию ​​как можно быстрее.Через заднее стекло она видит старика, который кричит и жестикулирует, чтобы она вернулась, но она продолжает вести машину.

Она включает радио, чтобы расслабиться, и видит, что что-то движется позади нее. Она смотрит в зеркало заднего вида, как на заднем сиденье появляется мужчина с топором. Это последнее, что она видит в этой жизни. Мужчина со шрамами на заправке пытался ее предупредить.

Убийца под кроватью

Родители молодой девушки собирались переночевать.Хотя она была еще молода, она считала себя слишком старой для няни. Она умоляет разрешить ей остаться дома одной, даже если ее родители выйдут очень поздно. Она обещает лечь спать в обычное время, когда ложится спать, и звонит родителям по мобильному телефону прямо перед тем, как улегться на ночь, чтобы сказать им, что с ней все в порядке, и не будить ее, когда они вернутся домой. Она увидит их утром.

Она почти спит, когда слышит капающий звук. Она встает, чтобы посмотреть, идет ли дождь на улице, но звезда и луна светят ярко.Она возвращается в кровать и, закрывая глаза, снова слышит звук капающей воды. Ее рука свешивается с кровати, и она успокаивается, когда чувствует, как ее облизывает влажный язык. Знание, что их собака находится под ее кроватью, обеспечивает комфорт Капающий шум продолжается, и она наконец решает, что должна знать, что это такое.

Девушка встает и включает свет. Шум продолжается, и она продолжает искать источник. (На этом этапе рассказчик может развернуть историю, описывая различные места, куда она смотрит, т.е. коридор, смежный санузел — раковина, душ и т. д.) Наконец, она заглядывает в свой шкаф. Там висит ее собака, истекающая кровью, с запиской: «Люди тоже лижут».

Campfire Ghost Stories

Что может быть страшнее истории о привидениях? Возможно, это потому, что мы все думаем, что призрачные существа могут существовать. Не все призраки злые, но все они устрашающие, как и эти истории.

Призрак Приюта Покоя

Тетя Лейси любила брать с собой племянницу Фелисити в однодневные поездки.Одним из их любимых мест отдыха был пляж. В один из летних дней воздух был особенно освежающим, а температура воды идеальной для ходьбы. Тетя Лейси и Фелисити были очарованы маленькими существами, которых они находили в водоемах, и сразу поняли, что не только солнце садится, но и похоже, что надвигается очень сильная гроза. Они быстро сели в машину, чтобы отправиться домой.

Буря была хуже, чем Лейси думала, и она боялась ехать дальше.Она решила съехать с дороги, пока буря не утихнет, но как только она собралась это сделать, Фелисити заявила: «Смотри! Есть место, где мы можем остаться.

Конечно же, Лейси увидела вывеску на большом доме: «Убежище отдыха — Сдаются комнаты — день, неделя, месяц». С облегчением подъехала Лейси, припарковалась, и они обе как можно быстрее побежали к крыльцу. Седовласая женщина открыла дверь прежде, чем они успели постучать. Она сказала: «Я ждала тебя».

Хотя это показалось Лейси странным, у женщины была приятная улыбка, поэтому она отодвинула свое беспокойство на задний план и улыбнулась в ответ.Старуха накормила их горячей едой и провела в теплую уютную комнату. Мебель старая и изношенная, но чистая.

Проснувшись утром, они уже рвались домой. В старом доме не было сотовой связи, и Лейси была уверена, что мама Фелисити, должно быть, обезумела от беспокойства. Хотели поблагодарить хозяйку, но ее нигде не было. Они оставили приклеенную к дверному замку записку с деньгами на проживание и ушли.

Через несколько миль по дороге телефон тети Лейси пищал, показывая, что у нее есть сообщение или звонок.Она остановилась на загородной заправке, чтобы позвонить маме Фелисити и сказать, что они уже едут и все в порядке. Лейси решила наполнить бак и купить выпивки. Оплачивая бензин и напитки, она поговорила с обслуживающим персоналом, рассказав ему об их приятном пребывании в Rest Haven. Удивленный мужчина сказал Лейси и Фелисити, что дом сгорел много лет назад, в результате чего погибла хозяйка.

Они не могли поверить в то, что им сказали, поэтому направились обратно, чтобы посмотреть. Дома не было, но на земле положили свои записки и деньги.

Заключительное выступление

Калли очень устала и остановилась у старого дома с вывеской «The Oaks Inn — Bed and Breakfast». В комнате было очень удобно, и она заснула, как только легла на кровать. Келли проснулась рано утром от звука пианиста, играющего Лунную сонату Бетховена. Калли сама была пианисткой, ехала в соседний город на концерт, и была очень впечатлена мастерством тех, кто играл. Она взглянула на часы и задалась вопросом, кто и почему кто-то будет играть на пианино в 2 часа ночи.Она просто не могла заснуть, пока играла музыка. В конце концов она решила, что должна попросить того, кто играет музыку, остановиться, чтобы она могла немного поспать.

Войдя в столовую на первом этаже гостиницы, она увидела мужчину, сидящего за пианино в углу. Он был очень красив и одет в смокинг. С тонкими усами и зачесанными назад волосами он выглядел как человек из ревущих двадцатых годов. Мужчина посмотрел на нее и сказал: «Ну, Кэлли, вот и ты. Я давно тебя ждала.Калли была удивлена ​​тем, что он знает ее имя, но была очарована его тоном. Когда она не ответила — потому что была совершенно безмолвна, — он снова заговорил. «Сядь со мной, Кэлли».

Не в силах сопротивляться его команде, Калли подошла к пианино и села рядом с мужчиной. «А теперь, Кэлли, поиграй со мной».

Калли почувствовала холод в воздухе и поежилась. Не в силах противостоять команде мужчины, она положила пальцы на пианино, и они начали вместе играть сонату. По мере того как они играли, они оба исчезли из виду, музыка становилась все тише и тише.В последний момент перед тем, как полностью исчезнуть, Кэлли осознала, что только что сыграла свое последнее выступление.

Выпускной вечер

Джонни поздно ночью вышел из дома друга и направился домой по темным проселочным дорогам. Начался дождь. Внезапно Джонни увидел расплывчатое изображение женщины в длинном белом платье, идущей посреди дороги. Джонни пришлось остановиться, поэтому он спросил девушку, не нужно ли ей подвезти. Ничего не сказав, она села на переднее сиденье. Поскольку она дрожала, Джонни снял пальто и накинул ей на плечи.

Пройдя несколько миль, девушка снова молча указала, что ей нужно выйти в старом доме. Джонни остановил машину, и девушка открыла дверь. Джонни опустил окно, чтобы попросить пальто, но девушки не было.

Он вышел из машины и пошел к двери. Ответила женщина постарше, и он объяснил, что забыл получить свой пиджак от молодой женщины, которую он только что привез в дом. Женщина заплакала и объяснила Джонни, что ее дочь этим вечером десятью годами ранее шла на свой бал, когда она погибла в автокатастрофе.Она была похоронена на кладбище через дорогу, именно в том месте, где ее подобрал Джонни.

На следующий день Джонни поехал на кладбище, чтобы подтвердить рассказ женщины. Там, на могиле молодой девушки, лежала куртка Джонни.

Tombstone Terror

Алан и Мэтт были охотниками за привидениями. Они посещали старые кладбища и смотрели, смогут ли они пробудить дух из старого надгробия. Они установили диктофон на особенно большом и богато украшенном надгробии и приготовились начать.Они боялись посветить фонариком на камень, чтобы увидеть выгравированное на нем имя, так как вторжение на кладбище ночью было незаконным. Они переползли через забор в задней части кладбища, чтобы избежать смотрителя.

Мэтт щелкнул кнопкой включения диктофона и сказал вслух: «Мы хотели бы поговорить с тем, кто лежит под этим камнем». В ответ они услышали лишь царапающий звук, который, казалось, исходил из-за надгробной плиты.

Спокойным голосом Алан сказал: «Скажите, пожалуйста, свое имя.

Опять же, единственным ответом был царапающий звук, поэтому Мэтт сказал: : «Мы только хотим поговорить с вами. Пожалуйста, покажи себя ».

Вдруг оба молодых человека почувствовали, что воздух похолодел, и из-за надгробия поднялась высокая темная тень. Тень двинулась, чтобы поглотить их. Алан и Мэтт много раз встречались с духами и не боялись. Слишком поздно они оба поняли, что это привидение нанесло им вред. Тень опустилась вниз, поглотила их и втянула в землю под надгробием.

На следующее утро смотритель кладбища обнаружил регистратор на земле у надгробия. Он включил его и после каждого вопроса слышал следующий ответ:

«Да… Я здесь».

«Мое имя никогда не произносится живыми».

«Если я покажусь, это будет последнее, что вы когда-либо увидите».

«Я вас обоих!»

Смотритель тихонько взял диктофон.Зная, что у него было единственное доказательство того, что кто-то был на кладбище и у надгробия, он пошел к своему сараю с инструментами и бросил записывающее устройство в кучу вместе со многими другими.

Campfire Stories for Kids

S’mores и жуткие истории делают кемпинг веселее. Наши детские рассказы у костра вызывают нужное количество дрожи, не пугая юные умы. Вы можете растягивать сказки, добавлять звуковые эффекты и использовать жуткие голоса, чтобы улучшить впечатления отдыхающих и создать те потрясающие воспоминания о лагере.

Серьезная проблема

Две молодые девушки, Мэдди и Сью, были лучшими подругами, которые проводили вместе много времени. Мэдди ночевала в доме Сью, когда они решили рассказывать истории о привидениях. Мэдди рассказала историю, которую она слышала от своего старшего брата, о том, что если вы воткнете нож в могилу, похороненный там человек протянется, схватит вас и утащит в могилу.

Сью не поверила этой истории. Мэдди согласилась, но сказала, что боится попробовать, даже если это всего лишь сказка.

Сью воскликнула: «Я не боюсь. Я бы попробовал ».

Мэдди назвала Сью блефом, заставив ее пойти на кладбище по дороге и доказать, что она не боится.

Обе девушки спустились на кухню внизу, где нашли фонарик и нож. Мэдди решила, что ее смелость была глупой, и умоляла Сью не уходить, но Сью хотела доказать, что эта история была подделкой и что она не боится. Она ушла в темную ночь.

Мэдди сидела за кухонным столом, ожидая своего друга.Прошло пятнадцать минут, потом двадцать. Наконец, через тридцать минут Мэдди побежала в спальню своих родителей, разбудила их и рассказала, что произошло. Она плакала в объятиях матери, когда ее отец схватил фонарик и направился к кладбищу.

Когда он вернулся, он был бледен и потрясен. Торжественным голосом он рассказал Мэдди и ее матери о том, что он нашел. Там, на могиле, была мертвая Сью с совершенно белыми волосами. Была вызвана полиция, и после того, как Мэдди объяснила, почему Сью оказалась на кладбище, расследование пришло к выводу, что смерть наступила случайно.Когда Сью воткнула нож в могилу, он прошел сквозь подол ее ночной рубашки. Думая, что ее схватил человек, похороненный там, она умерла от испуга.

Потерян

Примечание: Вам понадобится кто-то, кто поможет вам с этой историей. В самом конце вы хотите, чтобы кто-нибудь назвал имя ребенка из рассказа.

Группа, очень похожая на эту, разбила лагерь в этих лесах. Маленькая девочка (или мальчик) пропала без вести, когда она / он уходили от группы.Вот почему мы всегда советуем вам оставаться с группой или вашим приятелем по кемпингу.

Все сидели у костра, когда маленький Тони (Тони) услышал шорох в кустах в непосредственной близости от костра. Желая поймать маленькое животное, чтобы держать его в качестве домашнего питомца, Тони (Тони) тихо встал из круга у костра и шагнул в темноту.

Когда выяснилось, что Тони пропал, всех остальных участников отправили обратно в свои каюты, и начали поиски. Когда разразилась буря, поиск продолжал только один вожатый.Участники лагеря и другие консультанты слышали ее зов: «Тони, Тони», до самого утра.

Когда все проснулись на следующий день, Тони был обнаружен в ее / его каюте. Однако вожатый, который всю ночь искал и вызывал Тони, так и не был найден. Говорят, еще можно здесь ее звонить, в лесу ночью. Если вы внимательно прислушаетесь, вы можете услышать ее зов. Слушать!

Когда все участники лагеря затихнут, пусть ваш партнер закричит: «ТОНИ», чтобы всех напугать.

Не включай свет

Эшли и Кортни делили комнату в колледже. Девочки очень хорошо ладили и вместе проводили свободное время. Однажды вечером после чрезвычайно загруженной недели они пошли на вечеринку.

Кортни готова идти, однако Эшли должна забрать свою сумочку из комнаты в общежитии. Она вбегает и хватает сумочку, не включая свет.

Кортни сдается на вечеринке и хочет домой. Эшли хочет остаться подольше, поэтому Кортни возвращается в общежитие одна.Когда Эшли возвращается в общежитие в ранние утренние часы, полиция кампуса повесила криминальную ленту у входа. Она бежит наверх, полиция пытается ее остановить. В их комнате в общежитии она видит мертвое тело своей соседки Кортни. На стене над кроватью кровью написано: «Разве ты не рад, что не включил свет?»

Спасает удушающая собака

Молодожены, Ларри и Синди любят проводить время вместе. Они оба работают много часов, и часто им остается провести вместе всего несколько часов по вечерам.Чтобы максимально использовать время, проведенное вместе, они встречаются за ужином перед отъездом домой.

Однажды ночью пара возвращается домой и обнаруживает, что их любимая собака задыхается. Ларри безуспешно пытается устранить препятствие. Они срочно отправляют свою собаку к ветеринару, работающему на всю ночь, и тот говорит, что должен ввести собаке успокоительное, чтобы устранить препятствие, и собака должна остаться на ночь.

Когда они входят в дверь своего дома, звонит телефон. Когда Синди отвечает на звонок, ветеринар на другом конце провода кричит: «Убирайтесь из дома, сейчас же!»

Когда они спотыкаются во дворе, приезжает полиция.Они вытаскивают ружья и врываются в дом. В этот момент подъезжает ветеринар и спрашивает: «Они его поймали?»

Полиция вытаскивает человека, истекающего кровью из одной руки. «Мы нашли его в вашей спальне», — говорит один из полицейских.

Ларри и Синди сбиты с толку и спрашивают ветеринара: «Как вы узнали?»

Ветеринар объясняет: «Ваша собака подавилась человеческим пальцем!»

Веселые истории у костра

Рэп, рэп, рэп!

Когда моя бабушка умерла, мне было поручено навести порядок в ее доме перед продажей.На вторую ночь, проведенную в доме, я услышал слабый звук «рэп, рэп, рэп» где-то в доме. Я встал и стал искать, откуда исходит звук. В коридоре он был громче: «Рэп, рэп, рэп», и казалось, что он доносился снизу.

Когда я спустился вниз, звук стал громче: «Рэп, рэп, рэп!» Я обследовал весь этаж, но не смог найти источник звука. Казалось, он шел из-под пола кухни. Погреб?

Когда я открыл дверь в подвал, звук был намного громче — «РЭП, РЭП, РЭП!»

Хотя я был напуган, мне нужно было найти источник того рэпа.Когда я спустился по лестнице, звук стал громче. В углу был старый сундук. Теперь я мог сказать, что звук доносился из багажника. Очень медленно открыла крышку, и вот он — рулон оберточной бумаги!

Гроб

В такую ​​темную ночь, как эта, молодой человек шел домой по темной, безлюдной улице. Проходя мимо ворот небольшого кладбища, он чувствовал, что за ним следят. Вдруг он услышал позади себя стук. Боясь оглянуться, он ускорил шаг. Удар, удар, удар.

Грохот позади него продолжался, становясь все ближе и громче. Наконец, не в силах больше игнорировать удар, он обернулся. В ужасе он увидел стоящий дыбом гроб, натыкаясь на дорогу из стороны в сторону — Удар, Удар, Удар, Удар. . . Он начал спасаться бегством, но гроб только продолжал приближаться, увеличивая свой темп, чтобы соответствовать его. НАСОС, НАСОС, НАСОС. Когда мужчина устал от бега, гроб стал приближаться. Проходя мимо, мужчина схватил большой металлический мусорный бак и швырнул его в гроб.Гроб не был обеспокоен, приближаясь все ближе и ближе. НАСОС, НАСОС, НАСОС.

Наконец он вернулся домой. Вбежав в свой двор, он заметил, что топор упирается в стену дома рядом с поленницей. Он схватил его и швырнул в гроб, но тот просто отскочил. Гроб последовал за мужчиной до крыльца и врезался в входную дверь, которую мужчина закрыл и запер за собой.

НАСОС, НАСОС, НАСОС. Он побежал наверх и схватил свой дробовик с того места, где он висел на стене, и выстрелил в гроб, когда тот вошел в дверной проем.Тем не менее, теперь частично разрушенная часть продолжала идти к нему. НАСОС, НАСОС, НАСОС.

В отчаянии мужчина побежал в ванную, закрыл дверь и попятился, насколько мог. Он знал, что гроб просто выломает дверь. Однако мужчина не собирался сдаваться. Схватив бутылку сиропа от кашля, он швырнул ее в гроб. Бутылка разбилась, и гроб залили сиропом от кашля. И гроб остановился.

Будьте осторожны в своих желаниях

Однажды утром молодая девушка опоздала в школу, поэтому пошла коротким путем через район, который, по словам ее мамы, был опасен.«Обещай мне, что никогда не пойдешь в школу таким образом, — сказала ее мать, — потому что это полно искушений». Мать рассказала ей, что ее искушали, но она сопротивлялась. Она боялась, что ее дочь слишком молода для этого.

Девушка была почти в школе и не могла понять, почему ее мать сделала такое предупреждение. Она не видела ничего соблазнительного — ни конфет, ни игрушек, ни других вкусностей. В этот момент она увидела прямо перед собой большой медный котел. Она подобрала его и потерла о штанину, чтобы счистить, так как она думала, что было бы неплохо поделиться с «Покажи и скажи».Выскочил джинн. Она знала, что это джин из фильмов и телешоу.

«Я исполню три желания», — сказал джинн.

Девушка была очень умной для своего возраста и минуту подумала, прежде чем ответить: «Хорошо. Для первого желания я хочу неограниченное количество желаний, которые сбудутся ».

«Умница, — сказал джинн. «А за желание номер два?»

«Я хочу миллионы долларов!»

«Очень хороший выбор. И желание номер три? »

«Я хочу получать лучшие оценки и быть самой популярной девочкой в ​​школе.Как только она закончила, она услышала школьный звонок. «О нет, посмотри, что ты наделал! Я опоздаю в школу и получу наказание. Я бы предпочел умереть!»

Хихикнув, джинн исполнил ее желание.

Когда горит костер, высокая луна и все отдыхают, это идеальное время, чтобы рассказывать страшные истории. Все истории, которыми мы с вами поделились, являются вариациями любимых сказок, некоторые из которых существуют уже пятьдесят или более лет. Добавьте звуковые эффекты и пугающие голоса, чтобы развлечь своих слушателей.Наслаждаться!

Сьюзан изучала английский язык с двойным вторым по специальности «гуманитарные науки и бизнес» в Университете штата Аризона и получила степень магистра управления образованием в Университете Либерти. Она преподавала с четвертого по двенадцатый классы как в государственных, так и в частных школах. Предметы включали английский язык, историю и географию США и мира, математику, землю и физические науки, Библию, информационные технологии и творческое письмо.

Сьюзен писала-фрилансером более десяти лет, за это время она написала и отредактировала книги, газетные статьи, биографии, книжные обзоры, руководства, описания районов для риэлторов, презентации Power Point, резюме и множество других проектов.

Читать полную биографию

День Гая Фокса | История, рифма и факты

День Гая Фокса , также называемый Ночью костра , британский праздник, отмечается 5 ноября в ознаменование провала Порохового заговора в 1605 году.

День Гая Фокса

Празднование Дня Гая Фокса с фейерверком и костром в Лондоне, Англия.

© Keith Naylor / Fotolia

Заговорщики «Порохового заговора» во главе с Робертом Кейтсби были ревностными католиками, разгневанными на короля Якова I за отказ предоставить католикам большую религиозную терпимость.Они планировали взорвать здание парламента (Вестминстерский дворец) во время государственного открытия парламента, намереваясь убить короля и членов парламента, чтобы расчистить путь к восстановлению католического правления в Англии. План провалился, когда заговорщики были преданы. Один из них, Гай Фоукс, был заключен под стражу вечером накануне нападения в подвале, где хранилась взрывчатка. Остальные заговорщики были либо убиты, сопротивляясь захвату, либо, как Фоукс, предстали перед судом, осуждены и казнены.Впоследствии парламент объявил 5 ноября национальным днем ​​благодарения, и первое его празднование состоялось в 1606 году.

Сегодня День Гая Фокса отмечается в Соединенном Королевстве и в ряде стран, которые ранее были частью Британская империя: парады, салюты, костры и еда. Соломенные изображения Фокса бросают в костер, как и — в последние годы в некоторых местах — изображения современных политических деятелей. Традиционно в дни, предшествующие Дню Гая Фокса, дети несли эти чучела, называемые «Парни», по улицам и просили у прохожих «пенни для парня», часто читая стихи, связанные с этим событием, наиболее известные из которых из 18 века:

Чучело Гая Фокса

В День Гая Фокса чучела заговорщика Гая Фокса бросают в костры.

© Kenneth William Caleno / Shutterstock.com

Помните, помните, пятого ноября
Пороховая измена и заговор
Мы не видим причин
Почему Пороховая измена
Надо забыть….

Фейерверк, главный компонент большинства празднований Дня Гая Фокса, представляет собой взрывчатку, которая никогда не использовалась заговорщиками. Охранники ежегодно проводят обыск здания Парламента на предмет потенциальных поджигателей, хотя он носит скорее церемониальный, чем серьезный характер.Льюис на юго-востоке Англии является местом празднования Дня Гая Фокса, имеющего отчетливо местный колорит, с участием шести обществ костров, членство которых основано на семейной истории, уходящей корнями в прошлое.

Оформите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.
Подпишись сейчас
.