Содержание

святитель Григорий Палама

Путь к монашеству

Святитель Григорий Палама происходил из известного аристократического рода (в конце XII века предки святителя переселились в Константинополь с территории Малой Азии). Приблизительной датой его рождения считается 1296-й год.

Отец Григория, Константин Палама, влиятельный сенатор, входил в число знати, приближенной к императорскому двору. На предсмертном одре, раскаявшись во грехах, он принял монашеский постриг. После его преставления в 1301 году, правящий император, Андроник II, взял его сына, Григория Паламу, под личную опеку и покровительство.

В тот период времени между осиротевшим Григорием и Андроником III, будущим императором, завязались дружественные отношения, настолько близкие, насколько допускали правила субординации. Впоследствии Андроник неоднократно оказывал ему помощь и содействие.

Согласно социальному статусу, Григорий получил прекрасное образование. Имея возможность учиться в императорском университете, он овладел такими дисциплинами как грамматика, риторика, физика, логика. Учитывая положение в обществе, в котором находился Григорий, перед ним могла открыться завидная карьера, но он предпочел светскому благополучию духовную жизнь.

Когда именно он всерьёз задумался о монашестве, сказать трудно. Известно лишь, что во время обучения он имел общение со святогорскими монахами. Это общение сказалось на нём самым положительным образом: он изменил отношение к жизни, перестроил модель поведения.

Ангельский образ

По разным оценкам, к возрасту 18–20 лет Григорий, решив отложиться от светских соблазнов и связать свою жизнь с аскетическим подвигом, отправился на Афон.

При этом он отказался от имущества, унаследованного от отца, и убедил свою мать и других членов семьи, а также некоторых слуг оставить ничего не значащую суету, отречься от благ мира сего и поступить в Константинопольские обители.

Император смотрел на замысел Григория без особой радости и сочувствия. То ли не до конца сознавая серьёзность его намерений, то ли не желая терять верного и перспективного подданного, Григория он отпускать не хотел. Но тот был настойчив и в результате добился своего.

По дороге к Афону, куда Григорий отправился вместе с двумя братьями, Феодосием и Макарием, все трое остановились на горе Папикон. Промыслом Божьим они провели в тех местах несколько месяцев. Существует предание, что когда Григорий вступил в полемику с местными богомилами (по поводу молитвы) его чуть было не отравили.

Добравшись, наконец, до Афона, Григорий встал под духовное руководство мудрого и опытного подвижника, преподобного Никодима Ватопедского. После двухлетнего испытания послушанием, монастырскими трудностями, искушениями, он принял монашеский постриг.

После блаженной кончины своего наставника, преподобного Никодима, Григорий, с благословения начальства, поступил в Лавру святого Афанасия. Игумен обители определил его к певчим. В этой Лавре, в посте, послушании и молитве, он подвизался на протяжении трёх лет, а затем, руководствуясь лучшими соображениями, удалился для подвигов в пустыню Глоссия. Здесь его духовным наставником был известный Божий угодник, Григорий Дримис.

Спустя пару лет (приблизительно около 1325 года), дабы избежать последствий турецкого разбоя, Григорий вместе с одиннадцатью другими монахами переселился в Фессалонику. Оттуда братия планировали перебраться в Иерусалим. Но в дело вмешался Господь: друзей удержало на месте явление покровителя Фессалоники, великомученика Димитрия.

Священническое служение

Оставшись на месте, Григорий, к радости братий, был удостоен возведения в сан иерея.

Около 1326 года он удалился на гору, располагавшуюся недалеко от Веррии. Там он жил жизнью аскета, занимался молитвенным деланием, предавался трудам, бдению и постам; по субботним и воскресным дням выходил к местным пустынникам.

Смерть матери побудила Григория прервать уединение. В 1331 году он отбыл в Константинополь. Прибыв в столицу, встретившись с сестрами — монахинями — он имел с ними серьёзную беседу, а затем, к общей радости, забрал их с собой в Веррию. Через некоторое время старшая из сестёр, Епихарида, умерла.

Вероятно, что ещё до отъезда в Византийскую столицу отец Григорий познакомился с Акиндином, преподавателем грамматики. Есть основания считать, что какое-то время отец Григорий был его наставником, и что именно он поспособствовал ему сделать выбор в пользу монашества.

В 1331 году Григорий Палама вернулся на Святую Гору и поселился в пустыне святого Саввы. В этот период он занимался писательской деятельностью.

Существует свидетельство, что некоторое время отец Григорий исполнял обязанности игумена в обители Эсфигмен.

Споры по поводу Божественного света

Во второй половине 30-х годов XIV века Православная Церковь столкнулась с очередным лжеучением. Его авторство принадлежало Варлааму Калабрийскому. Непосредственным поводом, подтолкнувшим его к формированию ереси, послужили беседы с фессалоникскими монахами-исихастами, свидетельствовавшими, что во время глубокой сосредоточенной молитвы возможно созерцать Божественный свет.

Варлаам, никогда не испытывавший ничего подобного (что вполне соответствовало уровню его духовного возраста), отнёсся к этим свидетельствам с недоверием и даже насмешкой. Монахов он обвинил в ереси мессалианства, не сознавая, что покусился на самое ценное в их аскетическом опыте: на опыт встреч и общения с Богом (сторонники мессалианства тоже созерцали видения, однако не Божественного, а демонического характера).

Не ограничиваясь критикой монахов, Варлаам стал критиковать и некоторые святоотеческие сочинения. Разгоревшиеся споры дошли до Патриарха, и тот, во избежание нарушения церковного порядка, повелел Варлааму не докучать монахам своими «обличениями».

В 1337 году прибывший в Фессалонику Григорий Палама попытался в личном общении вразумить Варлаама, побудить его отказаться от богохульства. Но Варлаам и не думал отказываться. Напротив, он стал излагать свои мысли в письменных трактатах, желая посвятить в них как можно большее количество людей.

Результатом развития этого лжеучения стало отрицание того неоспоримого факта, что в Боге различаются сущность и энергии. Поскольку Божественная сущность невидима, и никакая тварь не может соединиться с Богом по сущности, постольку, по версии еретиков, получалось, что Бога нельзя созерцать ни в свете ни как-либо ещё, и что соединение с Ним невозможно в принципе. И это притом, что соединение с Богом в Царстве Небесном является главным предметом христианской надежды.

Не желая мириться с таким положением вещей, отец Григорий написал против учения Варлаама ряд ответных сочинений. В этих работах он доказал правоту созерцателей Божественного света и разоблачил еретика.

В 1341 году по данному поводу в Константинополе состоялся Собор. Григорий Палама, присутствовавший на Соборе, раскрыл и обосновал свою точку зрения. Его учение было признано верным, а учение Варлаама осуждено (хотя сам он не был анафематствован).

Вскоре в Константинополе состоялось ещё одно Соборное заседание, на котором присутствовал Григорий Акиндин. Поначалу он участвовал в разгоревшихся спорах как примиритель, но затем принял сторону Варлаама. На Соборе же он находился в качестве обвиняемого. Несмотря на его сопротивление и заявление о насилии над совестью, он был осужден.

После названных событий отец Григорий какое-то время оставался в столице. Это было обусловлено трудностями, возникшими в сфере государственного управления после смерти Андроника III. Помимо сановников, в эту ситуацию были втянуты представители высшего духовенства, в том числе Патриарх Иоанн Калека.

Участие в происходящем не соответствовало монашеским устремлениям Григория Паламы. В конце года он отстранился от этих политических событий и удалился в обитель святого Михаила Сосфенийского.

Патриарх, раздосадованный нежеланием Григория поддерживать его политические амбиции, стал действовать против «обидчика». Словно в отместку, он изменил отношение к Акиндину и предоставил ему возможность распространять осужденное на Соборе учение.

В 1342 году Иоанн Калека созвал против святого Григория Синод. Это заседание не имело серьёзных последствий, тем не менее тучи сгущались. Через несколько месяцев Григорий Палама был доставлен в Константинополь, где его заключили под стражу в монастырь. Заточение длилось недолго, и вскоре страдальца перевели в другую обитель.

Некоторое время спустя, Григорий покинул монастырь. Прибыв в храм Святой Софии, он использовал его как более или менее безопасное убежище, оставаясь там, вместе с учениками, в продолжении двух месяцев. Затем Патриарх всё же вынудил Григория покинуть храм, после чего его заточили в дворцовой темнице.

В 1344 году созванный Патриархом Синод постановил отлучить святого Григория от Церкви. Это определение подтвердили главы Иерусалимской и Антиохийской Поместных Церквей.

В том же году, несмотря на осуждение Акиндина (в 1341 г.), Патриарх, к удивлению многих, посвятил его в сан диакона, а затем возвёл во священника. Окрыленный высокой поддержкой и принадлежностью к иерархическому званию, Акиндин с ещё большим ожесточением стал противодействовать Григорию Паламе в борьбе с ересью.

Вскоре Патриарх попал под опалу императорского двора, и ему напомнили о хиротонии еретика. В 1347 году состоялся Собор, низложивший его с патриаршего престола. Собор снял обвинения с Григория Паламы и осудил его идейных противников. Вскоре решение об осуждении Акиндина было подкреплено авторитетом императорской власти.

Избранный на патриаршую кафедру Исидор рукоположил из числа сторонников Григория Паламы несколько епископов, а его самого возвёл на митрополичью кафедру в Фессалонику.

Святительская деятельность

В Фессалонику святитель Григорий попал лишь через несколько лет, после подавления разгоревшихся там мятежных волнений и восстановления надлежащего административного порядка.

Между тем, в высших кругах духовенства зрело недовольство поставлением на Патриаршую кафедру Исидора и реабилитацией Григория Паламы. На святителя вновь стали сыпаться обвинения.

В целях предосторожности оппозиционеры дистанцировались от Акиндина, однако не отказались от его ложных идей. Вновь вспыхнули споры. На этот раз роль ведущего полемиста со стороны противников Григория Паламы досталась Никифору Григоре. Он составил против святителя довольно резкое сочинение, но святитель умело разоблачил его доводы.

В 1351 году был созван очередной Собор, подтвердивший ортодоксальность Григория Паламы. Результатом работы Собора стало окончательное утверждение догматического учения о различии в Боге сущности и энергий, о нетварном происхождении Божественного света; подписан патриархом Каллистом Константинопольским и (тогда митрополитами) Григорием Паламой и Филофеем Коккиным «Соборный томос против единомышленников Варлаама и Акиндина». Также был пополнен «Синодик Торжества Православия».

Осенью того же года Григорий Палама добрался до своей кафедры, но управлял ею ненадолго. Способствуя урегулированию вспыхнувшей внутриполитической борьбы, он отбыл в Константинополь. По пути его и сопровождавших его лиц захватили турки. Он пробыл в плену несколько месяцев (по некоторым сведениям, около года), пока его не освободили за выкуп.

В период с 1355 по 1357 год святитель Григорий занимался делами во вверенной ему епархии. Сообщают, что по его молитвам Бог совершал исцеления.

Блаженная кончина святителя случилась 14 ноября 1357-го (по другим данным, 1359-го) года, когда ему было 63 года. Его прославление было совершено в 1368 году, менее чем через десять лет после кончины.

Творческое наследие

Святитель Григорий оставил в назидание верующим обширное наследие. Его по праву считают богословом нетварного света. Между тем, палитра его сочинений куда более обширна. Традиционно их делят на следующие группы.

Догматико-полемические: Святогорский томос в защиту священнобезмолвствующих, Трактат [О том], что Варлаам и Акиндин поистине нечестиво и безбожно разделяют единое Божество на два неравных божества, Триады в защиту священно-безмолвствующих, О Божественных энергиях и их причастии, О Божественном соединении и разделении, Исповедание Православной веры, Собеседование православного с варлаамитом, Антирретики против Акиндина, Сто пятьдесят глав, посвященных вопросам естественнонаучным, богословским и нравственным, Собеседование православного Феофана с возвратившимся от варлаамитов Феотимом, О Божественном и обоживающем Причастии, или о Божественной и сверхъестественной простоте, Диспут с хионами, Омилии и др.

Нравственно-аскетические: Изъяснение десяти заповедей, О том, что всем вообще христианам надлежит непрестанно молиться, К Ксении о страстях и добродетелях, Десятословие по Христианскому Законоположению, Слово на житие прп. Петра Афонского, Ответ Павлу Асеню и пр.

Письма: Письмо своей Церкви, Письмо к Акиндину, посланное из Фессалоники прежде соборного осуждения Варлаама и Акиндина и др.

Молитвы: Молитва ко Пресвятей Богородице.

Тропарь святителю Григорию Паламе, архиепископу Фессалонитскому, глас 8

Православия светильниче, / Церкве утверждение и учителю, монахов доброто, / богословов поборниче непреоборимый, Григорие чудотворче, / Фессалонитская похвало, проповедниче благодати, // молися выну спастися душам нашим.

Ин тропарь святителю Григорию Паламе, архиепископу Фессалонитскому, глас 8

Православия наставниче, святителем украшение, / Богословцем поборниче непобедимый, Григорие чудотворче, / Солуню великая похвало, проповедниче благодати, // моли Христа Бога спастися душам нашим.

Кондак, глас 8:

Прему́дрости свяще́нный и Боже́ственный орга́н, / богосло́вия све́тлую согла́сно трубу́, / воспева́ем тя Григо́рие богоглаго́льниче: / но я́ко ум Уму́ пе́рвому предстоя́й, / к Нему́ ум наш о́тче наста́ви, да зове́м: // ра́дуйся пропове́дниче благода́ти.

Молитва

О треблаженная и честная воистину и превожделенная главо, безмолвия державо, монашествующих славо, общее богословов и отцев и учителей украшение, апостолов сподвижниче, исповедников и мучеников безкровный ревнителю и венчателю словесы и деяньми и благочестия поборниче и воеводо взбранный, божественных догматов высокий изъяснителю и учителю, прелести многоразличных ересей потребителю, всея Церкве Христовы предстателю, и страже, и избавителю! Ты и преставлься ко Христу назираеши убо и ныне стадо твое и всю Церковь свыше, болезни различныя исцеляя и словесы твоими вся управляя, и ереси изгоняя, и многообразных страстей избавляя. Приими же и наше сие моление и избави нас от страстей и искушений, и треволнений, и бед, и ослабу и мир и благоденствие нам подаждь, о Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава подобает со безначальным Его Отцем и Животворящим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Молитва святителю Григорию Паламе, архиепископу Солунскому

О, всехвальный святителю Христов и чудотворче Григорие! Приими сие малое моление от нас грешных к тебе прибегающих и теплым твоим предстательством умоли Господа Бога нашего Иисуса Христа, яко да, призрев на ны милостивно, дарует нам согрешений наших вольных и невольных прощение, и по велицей Своей милости избавит нас от бед, печалей, скорби и болезней душевных и телесных, обдержащих нас; да подаст земли плодоносие, и вся, яже на пользу настоящаго жития нашего потребная; да дарует нам скончати житие сие привременное в покаянии, и да сподобит нас грешных и недостойных Небеснаго Царствия Своего, со всеми святыми славити Его безконечное милосердие, со Безначальным Его Отцем и Святым и Животворящим Его Духом, во веки веков. Аминь.

Молитва (иная)святителю Григорию Паламе, архиепископу Солунскому

Всех православных наставниче и Церкви сияние, отче Григорие, всякаго обстояния нас избави, божественной иконе твоей препадающе верою, свобождая от навождения на нас вражия, ты бо помощник наш являешися и исполняешися и исполняеши присно прошения светло ублажающих тя, на всяко время моляся Трисиянной Троице, Ейже подобает велия слава, честь и поклонение Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Святитель Григо́рий Палама, архиепископ Солунский (Фессалоникийский)

Текст утвержден Священным Синодом
Русской Православной Церкви
26 декабря 2012 года
(журнал № 131)

Творение Герасима монаха Микрагианнанита

Кондак 1, глас 8

Подобен: Взбранной Воеводе:

Фессалони́тскаго па́стыря всеизря́днаго и Це́ркве свети́ло многосве́тлое воспои́м в пе́снех боговеща́нных: Све́та бо незаходи́маго яви́ся селе́ние, и подае́т просвеще́ние и благода́ть незави́стную зову́щим:
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Икос 1

Ангел в ми́ре, я́ко вы́шних зри́тель, показа́лся еси́, Григо́рие всеблаже́нне, и богови́дным твои́м житие́м а́нгельская дарова́ния улучи́л еси́. Те́мже, твое́й све́тлости дивя́щеся, о́тче, вопие́м:
Ра́дуйся, и́мже Свет боже́ственный сия́ет;
ра́дуйся, и́мже тьма отгна́ся.
Ра́дуйся, прему́дрости ве́рте благово́ннейший;
ра́дуйся, наказа́ния лу́чшаго прича́стниче.
Ра́дуйся, высото́ неудобозри́мая высо́ких виде́ний;
ра́дуйся, глубино́ непроходи́мая даро́в духо́вных.
Ра́дуйся, я́ко еси́ церко́вная све́тлость;
ра́дуйся, я́ко показа́лся еси́ правосла́вных кре́пость.
Ра́дуйся, свети́ло ве́ры всесве́тлое;
ра́дуйся, свети́льниче благода́ти незаходи́мый.
Ра́дуйся, его́же ра́ди буесло́вцы умолка́ют;
ра́дуйся, его́же ра́ди богосло́вцы взыгра́ют.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 2

Зре́ние души́ твоея́ от ю́ности, о́тче, ко Христу́ Царю́ простира́я, ца́рския презре́л еси́ дворы́ и земну́ю сла́ву оста́вил еси́, по́стническими же труды́ Го́сподеви после́дуя, воспева́л еси́: Аллилу́ия.

Икос 2

Ра́зуму вне́шнему всему́ обучи́лся еси́, всеблаже́нне, я́ко разу́мен и зело́ остроу́мен, отню́дуже Прему́дрости Бо́жия добро́ты рачи́тель яви́лся еси́, Григо́рие, умудря́я боже́ственными словесы́ твои́ми благогове́йне ти вопию́щия:
Ра́дуйся, нра́вов преподо́бных сосу́де;
ра́дуйся, Све́та невеще́ственнаго сокро́вище.
Ра́дуйся, ко́рене благоро́днаго дре́во всепло́дное;
ра́дуйся, благоче́стия кинна́моне[1] благово́нный.
Ра́дуйся, цве́те неувяда́емый земледе́лания та́инственнаго;
ра́дуйся, фи́никс многопло́дный благопло́дия душе́внаго.
Ра́дуйся, я́ко презре́л еси́ лесть мирску́ю;
ра́дуйся, я́ко прия́л еси́ благода́ть богода́нную.
Ра́дуйся, Христо́в служи́телю тепле́йший;
ра́дуйся, тле́нных вся́ческих превы́шший.
Ра́дуйся, душе́вныя си́лы оживи́вый;
ра́дуйся, страсте́й стремле́ния умертви́вый.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 3

Си́лою на Афо́не обле́клся еси́ свято́ю, прие́м и́ноческий о́браз, и в не́мощи пло́ти к по́стническим угото́вался еси́ трудо́м, Григо́рие блаже́нне, Укрепля́ющему тя зовы́й: Аллилу́ия.

Икос 3

Просия́л еси́ безмо́лвием и усе́рдным по́двигом вся́ким де́ятельнаго жи́тельства и у́мною моли́твою Спа́су в та́инстве соедини́лся еси́, Све́та боже́ственнаго исполня́ем и просвеща́я тебе́ вопию́щия:
Ра́дуйся, свети́льниче безмо́лвия;
ра́дуйся, о́бразе воздержа́ния.
Ра́дуйся, у́мныя моли́твы де́лателище;
ра́дуйся, де́ятельнаго жи́тельства сокро́вище.
Ра́дуйся, сосу́де многоце́нный дохнове́ния Уте́шителева;
ра́дуйся, уста́ богоно́сная гла́са духо́внаго.
Ра́дуйся, я́ко превозше́л еси́ преде́лы тле́ния;
ра́дуйся, я́ко взира́еши на сла́ву Бо́жию.
Ра́дуйся, зря́й Све́т боже́ственный;
ра́дуйся, Бо́га ви́дяй и от Него ви́димый.
Ра́дуйся, бу́яя упраздня́яй мудрова́ния;
ра́дуйся, лю́тая отгоня́яй нападе́ния.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 4

Пожи́в в безмо́лвии, я́коже а́нгел, о́тче, го́рнее светозаре́ние прия́л еси́ и, испо́лнь вои́стину боже́ственнаго Све́та, отше́л еси́ от Афо́на я́коже со́лнце, Григо́рие богому́дре, воспламеня́я пою́щия: Аллилу́ия.

Икос 4

Обличи́л еси́ боже́ственным сло́вом и прему́дрости си́лою и догма́ты святы́ми, богому́дре, злосла́вие Варлаа́мово, удиви́в вся твое́ю благода́тию, учи́тель бо боже́ственный вопию́щим показа́лся еси́:
Ра́дуйся, цевни́це благоче́стия;
ра́дуйся, паде́ние злоче́стия.
Ра́дуйся, Це́ркве вели́кий учи́телю;
ра́дуйся, богоза́рности невеще́ственныя испо́лненный.
Ра́дуйся, вети́е многому́дрый догма́тов пра́вых;
ра́дуйся, мечу́ обоюдоо́стрый на вся вражду́ющия.
Ра́дуйся, у́мных плеве́л искорени́телю;
ра́дуйся, доброде́телей небе́сных насади́телю.
Ра́дуйся, мно́гий в сло́ве благода́ти;
ра́дуйся, кро́ткий во все́х и незло́бивый.
Ра́дуйся, ве́рных сердца́ утвержда́яй;
ра́дуйся, страсте́й вины́ попаля́яй.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 5

Богоглаго́ливым язы́ком на собо́ре боже́ственнем, я́ко испо́лнь небе́сныя прему́дрости, изложи́л еси́, о́тче, Правосла́вия вои́стину святы́я догма́ты, я́ко отце́м единоду́шный, Григо́рие, с ни́миже зове́ши: Аллилу́ия.

Икос 5

Святи́тель богому́дрый, я́ко доброде́телей сокро́вище и таи́нник восхожде́ний боже́ственных, и Фессалони́тский па́стырь богови́ден и прему́др был еси́ боже́ственным жре́бием, преподо́бне, слы́ша от нас сицева́я:
Ра́дуйся, уста́ богосло́вов;
ра́дуйся, держа́во правосла́вных.
Ра́дуйся, иере́ев пра́вило точне́йшее;
ра́дуйся, па́стырей о́бразе богонапечатле́нный.
Ра́дуйся, трубо́ боговеща́нная уче́ний свяще́нных;
ра́дуйся, исто́чниче богостру́йный, во́ду но́ву источа́яй.
Ра́дуйся, Солу́ню благосла́вный пастыренача́льниче;
ра́дуйся, Правосла́вия богоглаго́ливый предста́телю.
Ра́дуйся, Све́та боже́ственнаго служи́телю;
ра́дуйся, жи́зни непоро́чныя учи́телю.
Ра́дуйся, душе́вную скве́рну очища́яй;
ра́дуйся, ве́рных ре́вность возбужда́яй.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 6

Пропове́дник Све́та боже́ственнаго быв, богоглаго́ливе, я́ко того́ прича́стник в житии́, на той подъе́мшия гла́с слове́с све́тлостию затми́л еси́, и вся воздви́гл еси́, Григо́рие, Бо́гови зва́ти: Аллилу́ия.

Икос 6

Возсия́в на собо́ре, я́ко све́тлый богосло́в и уста́ неизглаго́ланныя Прему́дрости, неприча́ствуемо бы́ти Бо́жие существо́ боговеща́яй пропове́дал еси́, прича́ствуемо же де́йство, тебе́ вопию́щим, о́тче:
Ра́дуйся, ве́лий священнояви́телю;
ра́дуйся, боже́ственный богояви́телю.
Ра́дуйся, вы́шния све́тлости возвести́телю;
ра́дуйся, обоже́ния све́тлый тайнописа́телю.
Ра́дуйся, у́мнаго трезве́ния вождю́ богови́дный;
ра́дуйся, моли́твы вну́тренния наста́вниче непреле́стный.
Ра́дуйся, я́ко испо́лнился еси́ благода́тей небе́сных;
ра́дуйся, я́ко приобщи́лся еси́ осия́ний боже́ственных.
Ра́дуйся, Бо́жию ви́девый све́тлость;
ра́дуйся, страсте́й изгоня́яй те́мность.
Ра́дуйся, догма́тов правосла́вных основа́ние;
ра́дуйся, струй богото́чных исто́чниче.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 7

Ве́лий во святи́телех вои́стину показа́лся еси́, Григо́рие му́дре, богояви́телю, я́ко апо́стольским житие́м и ди́вными доброде́тельми украше́н, преподо́бне, и вся воздвиза́еши пе́ти: Аллилу́ия.

Икос 7

Не́ктар невеще́ственный боже́ственный и ма́нну душепита́тельную и мед и́же из ка́мене источа́ющся, я́ко рече́ свяще́нный Дави́д, твои́х слове́с завеща́ния подаю́т, Григо́рие всечу́дне, веселя́ще вопию́щия:
Ра́дуйся, язы́че сладча́йший;
ра́дуйся, зра́че боже́ственнейший.
Ра́дуйся, подо́бниче Спа́сов и подража́телю;
ра́дуйся, ревни́телю отце́м и сообита́телю.
Ра́дуйся, ве́яние небе́сное, ду́ши прохлажда́ющее;
ра́дуйся, росо́ духора́дованная, нас ороша́ющая.
Ра́дуйся, благово́ние свято́е чи́стаго жи́тельства;
ра́дуйся, пи́ще соверше́нная душе́внаго пи́ршества.
Ра́дуйся, ча́ше не́ктара безсме́ртнаго;
ра́дуйся, лю́тых мудрова́ний обличи́телю.
Ра́дуйся, богоно́сцев сия́ние му́дрых;
ра́дуйся, люде́й води́телю правосла́вных.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 8

Стра́нная даде́ся благода́ть во излия́нии бога́те устна́ма твои́ма, богояви́телю, отню́дуже, я́ко ве́лия река́, из Еде́ма происходя́щая, Григо́рие, Це́рковь всю напоя́еши, Го́сподеви вопию́щую: Аллилу́ия.

Икос 8

Гора́, о́тче, Афо́нская све́тлыя твоя́ по́двиги с Солу́нем пропове́дует, и вся Це́рковь ве́рных я́ко богоза́рнаго тя честву́ет изъяви́теля Све́та и́же па́че смы́сла, и́мже просвеща́еши вопию́щия:
Ра́дуйся, уста́ богоно́сная;
ра́дуйся, сосу́де мироно́сный.
Ра́дуйся, трисо́лнечнаго осия́ния орга́не;
ра́дуйся, безмо́лвия соверше́ннаго ни́во.
Ра́дуйся, до́ме богосве́тлый боже́ственнаго де́йства;
ра́дуйся, бога́тство некра́домое и́же в Ду́се живота́.
Ра́дуйся, я́ко прия́л еси́ боже́ственная дая́ния;
ра́дуйся, я́ко отврати́л еси́ Варлаа́мова пустосло́вия.
Ра́дуйся, и́мже Афо́н велича́ется;
ра́дуйся, и́мже пре́лесть отгоня́ется.
Ра́дуйся, све́тлая Солу́ню сла́во;
ра́дуйся, тве́рдая Правосла́вия держа́во.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 9

Ре́ки от чре́ва твоего́ та́инственным одожде́нием с небесе́, я́ко рече́ Спас, теку́т, о́тче прему́дре, и жа́ждущая сердца́ напоя́ют от живо́тныя струи́, Григо́рие, Бо́гови зва́ти: Аллилу́ия.

Икос 9

Легча́йше, о́тче, подъя́л еси́ искуше́ния разли́чная за до́брое испове́дание, и я́коже зла́то во огни́ искуше́н все́ми, превозсия́л еси́, возводя́ к лу́чшим благогове́йне ти вопию́щия:
Ра́дуйся, ка́меню благому́жества;
ра́дуйся, ка́меню терпе́ния.
Ра́дуйся, искуше́ний наше́ствия не убоя́выйся;
ра́дуйся, страсте́й пещь угаси́вый.
Ра́дуйся, стено́ неколеби́мая Це́ркве Христо́вы;
ра́дуйся, свети́льниче многосве́тлый люде́й богому́дрых.
Ра́дуйся, я́ко ско́рби в ра́дости поне́сл еси́;
ра́дуйся, я́ко Го́сподеви со сла́вою предста́л еси́.
Ра́дуйся, Бо́жия та́инства пропове́давый;
ра́дуйся, ве́рным спаси́тельная предложи́вый.
Ра́дуйся, душ домострои́телю боже́ственный;
ра́дуйся, Христо́в дру́же боже́ственнейший.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 10

Уст твои́х словесы́ правосла́вная ве́ра утверди́ся в Ду́се боже́ственнем: дре́вним бо боже́ственным отце́м единонра́вен и единоду́шен быв, гла́сы тех, преподо́бне, возгла́вил еси́, поя́: Аллилу́ия.

Икос 10

Све́та нетва́рнаго наслажда́яся луча́ми, возсия́вшаго на Фаво́ре, сего́ словопису́еши свяще́нне сла́ву, добро́ту, све́тлость и воздвиза́еши, свя́те, ко приобще́нию вопию́щия:
Ра́дуйся, све́та нетва́рнаго таи́нниче;
ра́дуйся, от страсте́й душетле́нных изба́вителю.
Ра́дуйся, бу́дущаго благосла́вия предначина́ние;
ра́дуйся, су́щих в ско́рби ду́ш утеше́ние.
Ра́дуйся, я́ко бу́ию показа́л еси́ му́дрость Варлаа́мову;
ра́дуйся, я́ко возвести́л еси́ Ду́ха благода́ть.
Ра́дуйся, архиере́ев боже́ственное удобре́ние;
ра́дуйся, светоно́сное сокро́вище богосло́вия.
Ра́дуйся, све́та невеще́ственнаго зерца́ло;
ра́дуйся, чужды́х догма́тов се́рпе.
Ра́дуйся, ра́досте правосла́вных и да́ре;
ра́дуйся, вра́жий ро́г низверга́яй.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 11

Высо́ким помышле́нием и прему́дростию боже́ственною пропове́дав Бо́жия вели́чия, Ду́ха боже́ственных плодо́в открыва́еши благода́ти, Григо́рие, чи́стым ду́хом, и́хже причаща́ются вопию́щии: Аллилу́ия.

Икос 11

Светоза́рно твое́ житие́ доброде́телей луча́ми, Григо́рие, яви́ся, боговеща́нне, испо́лнь же све́та вои́стину уче́ние твое́, блаже́нне: Бо́гови бо приво́диши вся́ческия уче́нии твои́ми, вопию́щия:
Ра́дуйся, исто́чниче уче́ния;
ра́дуйся, утвержде́ние Правосла́вия.
Ра́дуйся, жи́тельства свята́го о́бразе;
ра́дуйся, Це́ркве боже́ственныя ве́нче.
Ра́дуйся, жития́ чисте́йшаго возвести́телю чу́дный;
ра́дуйся, сло́ва благода́тнаго пропове́дниче свяще́нный.
Ра́дуйся, я́ко душ вся́ку скве́рну очища́еши;
ра́дуйся, я́ко на спасе́ния стезю́ наставля́еши.
Ра́дуйся, свети́льниче невеще́ственных осия́ний;
ра́дуйся, свети́ло вы́шних тайнонауче́ний.
Ра́дуйся, его́же ра́ди Це́рковь лику́ет;
ра́дуйся, его́же ра́ди всяк ве́рный боже́ственно ра́дуется.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 12

Ра́дость испроси́ боже́ственную и душ спасе́ние, Григо́рие, му́дрый святи́телю, приходя́щим к тебе́ благогове́йне и све́тлыя твоя́ по́двиги честву́ющим; све́та бо я́ко служи́тель, просвеща́еши вопию́щия: Аллилу́ия.

Икос 12

Пою́ще твоя́ труды́ и боже́ственныя по́двиги, я́же соверши́л еси́ Це́ркве ра́ди, благочести́вых ли́цы вы́ну пою́т тя, Григо́рие, и благода́рными усты́ вопию́т ти непреста́нно:
Ра́дуйся, держа́во Це́ркве;
ра́дуйся, вети́е благоче́стия.
Ра́дуйся, пустосло́ва Акинди́на постыди́вый;
ра́дуйся, си́лу богода́нную яви́вый.
Ра́дуйся, апо́столом купножи́телю, я́ко во всех подража́тель;
ра́дуйся, о́бщниче и прича́стниче зари́ богонача́льныя.
Ра́дуйся, Фессалони́тская све́тлая денни́це;
ра́дуйся, Правосла́вия подви́жниче богоглаго́ливый.
Ра́дуйся, душ на́ших наслажде́ние;
ра́дуйся, вся́каго правосла́внаго утвержде́ние.
Ра́дуйся, хра́ма честна́го твоего́ све́тлосте;
ра́дуйся, люде́й ве́рных твои́х весе́лие.
Ра́дуйся, о́тче Григо́рие, благода́ти пропове́дниче.

Кондак 13

О боже́ственный о́тче, таи́нниче неизглаго́ланных, Григо́рие, отце́в кра́ю, твои́х люде́й приими́ гла́сы и твое́ предста́тельство да́ждь всем: ве́рно бо к тебе́ притека́ем и Тро́ице вопие́м: Аллилу́ия.

Сей кондак глаголи трижды, посем 1-й икос и 1-й кондак.

Молитва святителю Григорию Паламе, архиепископу Солунскому

О треблаже́нная и честна́я вои́стину и превожделе́нная главо́, безмо́лвия держа́во, мона́шествующих сла́во, о́бщее богосло́вов и отце́в и учи́телей укра́шение, апо́столов сподви́жниче, испове́дников и му́чеников безкро́вный ревни́телю и венча́телю словесы́ и дея́ньми и благоче́стия побо́рниче и воево́до взбра́нный, боже́ственных догма́тов высо́кий изъясни́телю и учи́телю, пре́лести многоразли́чных ересе́й потреби́телю, всея́ Це́ркве Христо́вы предста́телю, и стра́же, и изба́вителю! Ты и преста́влься ко Христу́ назира́еши у́бо и ны́не ста́до твое́ и всю Це́рковь свы́ше, боле́зни разли́чныя исцеля́я и словесы́ твои́ми вся управля́я, и е́реси изгоня́я, и многообра́зных страсте́й избавля́я. Приими́ же и на́ше сие́ моле́ние и изба́ви нас от страсте́й и искуше́ний, и треволне́ний, и бед, и осла́бу и мир и благоде́нствие нам пода́ждь, о Христе́ Иису́се Го́споде на́шем, Ему́же сла́ва и держа́ва подоба́ет со безнача́льным Его́ Отце́м и Животворя́щим Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

 


[1] Коричное дерево; корица.

житие, творения, учения, молитва, икона

Содержание статьи

Во второе воскресенье Великого поста Православная Церковь празднует память святителя Григория Паламы. Представляем вам статью заведующего Греко-латинским кабинетом и преподавателя Московской духовной академии игумена Дионисия (Шленова), посвященную святителю.

Житие

Житие 1

Родился будущий святитель в 1296 г., образование получил в Константинополе. После ранней смерти своего отца, сенатора Константина, происшедшей в 1301 г., Григорию выпало находиться под покровительством императора Андроника II. Таким образом, первые 20 лет жизни юноша жил при царском дворе, а в дальнейшем ему, обладавшему разнообразными дарованиями, предстояла быстрая и успешная карьера.

Он изучал светские дисциплины и философию у самого лучшего учителя эпохи — Феодора Метохита, который был филологом и богословом, ректором университета и, как принято называть эту должность теперь, премьер-министром. Григорий Палама был лучшим из его учеников; особый интерес он проявлял к философии Аристотеля.

В возрасте 17 лет Григорий даже прочел лекцию во дворце о силлогистическом методе Аристотеля перед императором и знатными лицами. Лекция оказалась столь успешной, что в конце ее Метохит воскликнул: «И сам Аристотель, если бы он был здесь, не преминул бы удостоить ее похвалы».

Несмотря на все это, Григорий оставался поразительно равнодушным к политике и миру. Около 1316 г., в возрасте 20 лет, он покинул дворец и философские занятия и удалился на Святую Гору, где предался подвижнической жизни и занятиям тайнозрительным богословием. Он начал привыкать к великим подвигам, еще пребывая во дворце.

На Афоне Григорий подвизался в келье неподалеку от Ватопеда под руководством преподобного Никодима, от которого и принял монашеский постриг. После смерти своего наставника (ок. 1319) он переселился в Лавру святого Афанасия, где провел три года. Затем, начиная с 1323 г., он подвизался в скиту Глоссия, где проводил все свое время в бдениях и молитвах.

В 1325 г. из-за турецких нападений на Святую Гору он, наряду с другими монахами, вынужден был ее покинуть. В Фессалониках Григорий по просьбе своих спутников-монахов принял священнический сан. Оттуда он направился в область Верии, города, в котором некогда проповедовал апостол Павел, где и продолжил подвижничество.

Пять дней в неделю, затворившись в тесной келье-пещере, находившейся на склоне заросшей густыми зарослями скалы над горным ручьем, он предавался умной молитве. В субботу и воскресенье он выходил из своего уединения для участия в общем богослужении, совершавшемся в монастырском кафоликоне.

Однако славянское нашествие, затронувшее и эту область, побудило Григория в 1331 г. снова вернуться на Святую Гору, где он продолжил отшельническое житие в пустыни святого Саввы на афонском предгорье над Лаврой. Эта пустынь сохранилась до сего дня. «Омываемая», как и во времена святителя Григория, афонскими ветрами, она поражает паломников своим абсолютным уединением и тишиной.

Затем на краткий срок Григория избрали игуменом монастыря Эсфигмен. Но, несмотря на попечения, взятые им на себя, он постоянно стремился вернуться к безмолвию пустыни. И достиг бы этого, если бы ученый монах из Калабрии (Южная Италия) по имени Варлаам (1290-1350) не побудил его встать на полемическую стезю. Спор с Варлаамом продолжался на протяжении 6 лет с 1335 по 1341 г.

Варлаам происходил из православной греческой семьи, хорошо знал греческий язык. Он посетил Византию и, в конце концов, оказался в Салониках. В середине тридцатых годов XIV в. оживились богословские дискуссии между греками и латинянами. В ряде своих антилатинских сочинений, направленных, в частности, против латинского учения об исхождении Святого Духа и от Сына, Варлаам подчеркивал, что Бог непостижим и что суждения о Боге не доказуемы.

Тогда Палама написал аподиктические слова против латинского новшества, подвергнув критике богословский «агностицизм» Варлаама и его чрезмерное доверие авторитету языческой философии.

Это было первое богословское столкновение двух мужей. Второе произошло в 1337 г., когда Варлаам был оповещен некими простыми и неграмотными монахами о некоем техническом способе, который применяли исихасты при творении умной молитвы. Изучив также некоторые сочинения исихастских отцов, посвященные молитвенному деланию, он неистово напал на исихастов, называя их мессалианами2и «пуподушниками» (ὀμφαλόψυχοι).

Тогда на Паламу было возложено опровержение нападок Варлаама. Личная встреча обоих мужей вовсе не привела к положительному результату, но еще более обострила противоречие. На Константинопольском соборе 1341 г. (заседание состоялось 10 июня) Варлаам, обвинявший исихастов в неправильном способе молитвы и опровергавший учение о нетварном Фаворском свете, был осужден. Варлаам, хоть и испросил прощение, в июне того же года уехал в Италию, где принял затем римокатоличество и стал епископом Иеракским.

После собора 1341 г. и удаления Варлаама завершился первый этап паламитских споров.

На втором и третьем этапе споров противниками Паламы выступили Григорий Акиндин и Никифор Григора, которые в отличие от Варлаама не критиковали психосоматического метода молитвы исихастов. Спор принял богословский характер и касался вопроса Божественных энергий, благодати, нетварного света.

Второй этап спора совпадает с гражданской войной между Иоанном Кантакузином и Иоанном Палеологом и происходил между 1341 и 1347 г. 15 июня 1341 г. умер император Андроник III. Его преемник Иоанн V Палеолог был несовершеннолетним, поэтому в государстве произошли большие потрясения в результате ожесточенной борьбы за власть между великим доместиком Иоанном Кантакузином и великим дукой Алексеем Апокавком. Патриарх Иоанн Калека поддерживал Апокавка, в то время как Палама полагал, что государство может быть спасено только благодаря Кантакузину. Вмешательство Паламы в политическое столкновение, хоть он и не был особенно склонен к политике, привело к тому, что большую часть дальнейшей жизни он провел в заточениях и темницах.

 

Между тем в июле 1341 г. был созван еще одни собор, на котором Акиндин был осужден. В конце 1341-1342 г. Палама затворился сначала в монастыре святого Михаила Сосфенийского, а потом (после 12 мая 1342) в одной из его пустыней. В мае-июне 1342 г. состоялось два собора для осуждения Паламы, которые, однако, не дали никаких последствий. Вскоре Григорий удалился в Ираклию, откуда через 4 месяца был доставлен под конвоем в Константинополь и заключен там под стражу в монастырь.

После двухмесячного пребывания в храме Святой Софии, где святой Григорий вместе со своими учениками по праву убежища пользовался неприкосновенностью, он был заточен в дворцовую тюрьму. В ноябре 1344 г. на соборе святителя Григория Паламу отлучили от Церкви, а Акиндин, его главный противник, в конце того же года был рукоположен во диаконы и священники. Однако в силу изменений политической обстановки на соборе 2 февраля 1347 г. Григорий Палама был оправдан, а осуждены его противники.

После победы Иоанна Кантакузина и провозглашения его императором патриарший престол занял (17 мая 1347 г.) Исидор Вухир, друг исихастов, а Григорий Палама в скором времени был избран архиепископом Фессалоникийским. Тогда начался третий этап паламитских споров. Главным противником Паламы выступил Никифор Григора. Политические волнения в Фессалониках воспрепятствовали Григорию вступить в город для исполнения своих обязанностей. Господами положения здесь оказались зилоты, друзья Палеологов и противники Кантакузина. Они препятствовали приходу Паламы, вплоть до захвата Фессалоник Кантакузиным в 1350 г. До этого времени Палама посетил Афон и Лемнос. Попав же в Фессалоники, он смог умиротворить город.

Однако его противники не прекращали яростно полемизировать. В силу этого в мае-июне и в июле 1351 г. были созваны два собора, которые осудили его противника Никифора Григору и провозгласили Паламу «защитником благочестия». На первом из этих соборов было утверждено учение о единстве Божества и различии между сущностью и нетварными энергиями. На втором соборе было принято шесть догматических определений с соответствующими шестью анафемами, которые сразу же после собора были включены в Синодик Православия. Помимо утверждения вышеуказанного различия между сущностью и энергией здесь была провозглашена непричаствуемость Божественной сущности и возможность приобщения Божественным энергиям, которые нетварны.

Отправившись в Константинополь в 1354 г. для того, чтобы выступить посредником между Кантакузиным и Иоанном Палеологом, Палама был пленен турками, которые держали его в плену около года, пока не получили от сербов искомый выкуп за его освобождение. Плен свой он счел уместным случаем для проповеди истины туркам, что и пытался делать, как видно из Послания Фессалоникийской церкви, а также по двум текстам Собеседований с представителями из числа турок. Видя, что уничтожение империи турками почти неотвратимо, он считал, что греки незамедлительно должны приступать к обращению турок в христианство.

После освобождения от турок и возвращения в Фессалоники свт. Григорий продолжил пастырскую деятельность в своей епархии до 1359 г. или, согласно новой датировке, до 1357 г. Сраженный одной из своих давних болезней, которые время от времени беспокоили его, святитель Григорий умер 14 ноября в возрасте 63 лет (или 61 года). Вначале его прославили как местночтимого святого в Фессалониках, но вскоре в 1368 г. соборным решением он был официально вписан в календарь Святой Софии патриархом Филофеем Коккиным, который составил его похвальное житие и службу. Сначала мощи святителя Григория были положены в кафедральном храме Святой Софии в Фессалониках, ныне частица его мощей хранится в митрополичьем соборе в честь Григория Паламы близ городской набережной.

  Сочинения

Роспись притвора церкви св. Бессребреников монастыря Ватопед. 1371 г.

Григорий Палама составил многочисленные сочинения богословского, полемического, аскетического и нравственного содержания, так же как и многочисленные гомилии и послания.

«Житие Петра Афонского» — самое первое сочинение свт. Григория Паламы, написанное ок. 1334 г.

В «новых надписаниях» против надписаний Иоанна Векка и в двух аподиктических словах «Против латинян» (написаны в 1334-1335 г. или согласно новейшим датировкам в 1355 г.) рассматривается вопрос об исхождении Святого Духа. Святой Дух как ипостась исходит «только от Отца». «Ипостась Пресвятого Духа не есть и от Сына; Она не дается и не приемлется никем, но Божественная благодать и энергия»3. Сходно с учением Николая Мефонского исхождение — это ипостасное свойство, в то время как благодать, которая является энергией, является общей для Трех Лиц Святой Троицы. Только с учетом этой общности можно говорить о том, что Дух Святой исходит от Отца, и от Сына, и от самого Себя. Этот взгляд на исхождение является общим со учением Никифора Влеммида и Григория Кипрского, которые, храня верность святоотеческому преданию, возлагали надежды на богословский диалог между Востоком и Западом.

Сочинение «Триады в защиту священнобезмолвствующих» было написано для того, чтобы отразить нападки Варлаама на исихастов, в нем разрешаются также все богословские вопросы, которые стали предметом спора. Сочинение делится на три триады, каждая из них подразделяется на три трактата. Первая триада, написанная весной 1338 г. в Фессалониках, посвящена вопросу о познании Бога. Выступая против только что сформулированной тогда позиции Варлаама, Палама настаивает на том, что путь познания Бога не является внешней философией, но откровением во Христе. Христос обновил всего человека, поэтому весь человек, душой и телом, может и должен участвовать в молитве. Человек, начиная с настоящей жизни, приобщается благодати Божией и вкушает в качестве залога дар обожения, которого он вкусит в полноте в будущем веке.

Во второй триаде (составлена весной-летом 1339 г.) он подвергает резкой критике утверждение Варлаама, что знание философии может принести человеку спасение. Человек не вступает в общение с Богом при помощи тварных средств, но только по Божественной благодати и через участие в жизни Христа.

В третьей триаде (написана весной-летом 1340 г.) он занимается вопросом об обожении и о Фаворском свете как о нетварной Божественной энергии. Человек не приобщается сущности Божией, иначе мы пришли бы к пантеизму, но приобщается природной энергии и благодати Божией. Здесь свт. Григорий систематически исследует основополагающее для его учения различие между сущностью и энергией. Те же вопросы рассматриваются в пяти посланиях: трех к Акиндину и двух к Варлааму, написанных в начале спора.

В вероучительных сочинениях («Святогорском томосе», весна-лето 1340 г.; «Исповедании веры» и пр.) и в сочинениях, непосредственно относящихся к спору («О божественном единении и различении», лето 1341 г.; «О божественной и обоживающей причастности», зима 1341-1342 г.; «Диалог православного Феофана с Феотимом», осень 1342 г. и пр.) — а также в 14 посланиях, адресованных монашествующим, лицам в священном сане и мирянам (последнее письмо направлено императрице Анне Палеологине), продолжают обсуждаться спорные вопросы между Паламой, с одной стороны, и Варлаамом и Акиндином — с другой.

Семь «Антирритиков против Акиндина» (1342 — не ранее весны 1345 г.) были написаны с тем, чтобы опровергнуть соответствующие антирритики против Паламы, составленные Григорием Акиндином. В них говорится о последствиях неразличения между сущностью и энергией в Боге. Акиндин, не принимая, что благодать является природной энергией сущности Божией, но тварью, впадает в результате в ересь большую, чем у Ария. Благодать Божия, говорит Палама, является святым как нетварный свет, подобный тому, который видели апостолы во время Преображения Христа. Этот нетварный свет и вообще все энергии Божии являются общим выражением единой сущности Отца и Сына и Святого Духа.

«Против Григоры» Палама написал 4 опровержительных слова (1 и 2 — в 1355, 1356; 3 и 4 — в 1356-1357). Григора принимал богословские тезисы Варлаама, утверждая, что благодать Божия и особенно свет Преображения был тварным. Палама опровергает аргументы Григоры и утверждает, что свет Преображения не был ни тварью, ни символом, но отблеском божественной сущности и подтверждением действительного общения между Богом и человеком.

Все вышеуказанные сочинения Паламы отличаются отчетливым полемическим характером, направлены на опровержение воззрений противников. Палама выражает свои богословские утверждения с полной ясностью и в своих не столь полемичных богословских и аскетических сочинениях. В «150 богословских, нравственных и практических главах» (1349/1350 г.) он излагает, пользуясь обычным для всех аскетических писателей Востока методом, основные темы своего учения в кратких главах. В некоторых случаях он приводит целые отрывки из своих предшествующих сочинений. Систематизировав свое богословское учение, он излагает его с ясностью и полнотой, наряду со своими философскими воззрениями.

Сочинение «К Ксении о страстях и добродетелях» (1345- 1346 г.) адресовано монахине, занимавшейся воспитанием дочерей императора Андроника III. Это обширный аскетический трактат, посвященный борьбе со страстями и стяжанию христианских добродетелей.

Во время архипастырства в Фессалониках с амвона кафедрального храма свт. Григорий Палама произнес большую часть своих 63 гомилий, подтверждающих его глубокую духовность,  богословские дарования и преданность Церкви. Хотя гомилии посвящены по преимуществу аскетико-нравственной и социально-патриотической тематике, в них находится место и для умозрений о нетварном Фаворском свете (в гомилиях 34, 35 «На Преображение Господне»). Некоторые из слушателей не могли уследить за мыслями гомилий святителя Григория из-за недостатка образования. Однако он предпочитает говорить высоким стилем с тем, чтобы «лучше возводить распростертых на земле, нежели низводить из-за них пребывающих на высоте». Впрочем, любой внимательный слушатель может достаточно ясно уразуметь сказанное.

Из текстов, относящихся ко времени его пленения у турок, наиболее ценно «Письмо к своей [Фессалоникийской] Церкви», которое помимо различных исторических сведений описывает некоторые из его собеседований и в котором описан ряд эпизодов, где фигурируют турки.

Помимо вышеуказанных сохранилось немало более маленьких сочинений опровержительного, полемического, аскетического и богословского содержания и четыре молитвы.

  Учение

Святитель Григорий Палама, пользуясь творчески переработанной богословской терминологией, сообщил новые направления богословской мысли. Его учение не было обусловлено только философскими понятиями, но было сформировано на совершенно иных принципах. Он богословствует на основании личного духовного опыта, который пережил, подвизаясь как монах и сражаясь как искусный ратоборец против тех, кто искажал веру, и который он обосновал с богословской стороны. Потому и сочинения свои он начал писать в достаточно зрелом возрасте, а не в юные годы.

1. Философия и богословие

Варлаам уподобляет знание здоровью, которое неделимо на здоровье, подаваемое Богом, и на здоровье, приобретаемое благодаря врачу. Также и знания, божественное и человеческое, богословие и философия, согласно калабрийскому мыслителю, едины4: «философия и богословие, как дары Божии, равны по ценности пред Богом». Отвечая на первое сравнение, св. Григорий писал о том, что врачи не могут целить неисцельные болезни, они не могут воскрешать мертвых5.

Далее Палама проводит предельно ясное различие между богословием и философией, твердо опираясь на предшествующую святоотеческую традицию. Внешнее знание совершенно отлично от истинного и духовного знания, невозможно «от [внешнего знания] научиться чему-либо верному о Боге»6. При этом между внешним и духовным знанием существует не только отличие, но и противоречие: «оно настроено враждебно по отношению к истинному и духовному знанию»7.

По Паламе есть две мудрости: мудрость мира и мудрость Божественная. Когда мудрость мира служит Божественной мудрости8, они составляют единое древо, первая мудрость приносит листья, вторая плоды9. Также «двойным является вид истины»10: одна истина относится к богодухновенному писанию, другая — к внешнему образованию или философии. Перед этими истинами стоят не только разные цели, но и разные первоначальные принципы.

Философия, начинаясь с чувственного восприятия, заканчивается познанием. Мудрость Божия начинается с блага за счет чистоты жизни, а также с истинного ведения сущих, которое происходит не от научения, а от чистоты11. «Если ты без чистоты, хоть бы и изучил от Адама до кончины мира всю природную философию, ты будешь глупцом, а то и хуже, а не мудрецом»12. Конец мудрости — «залог будущего века, неведение превышающее знание, тайное тайному причастие и невыразимое видение, таинственное и неизреченное созерцание и познание вечного света»13.

Представители внешней мудрости недооценивают силу и дарования Святого Духа, то есть они сражаются против таинственных энергий Духа14. Мудрость пророков и апостолов не приобретается научением, но преподается Духом Святым15. Апостол Павел, восхищенный до третьего неба, просветился не мыслями и умом, но получил озарение «силы благого Духа по ипостаси в душе»16. Озарение, происходящее в чистой душе, не является познанием, поскольку превосходит смысл и познание17. «Главное добро» посылается свыше, является даром благодати, а не природным дарованием18.

2. Богопознание и боговидение

Варлаам исключал всякую возможность познания Бога и изложения аподиктических силлогизмов о Божественном, потому что считал Бога непостижимым. Он допускал только символическое ведение Бога и то не в земной жизни, а только по разлучении тела и души.

Палама согласен в том, что Бог непостижим, однако эту непостижимость он приписывает основному свойству Божественной сущности. В свою очередь он считает возможным некоторое знание, когда человек обладает определенными предпосылками знания Бога, Который становится доступным через Свои энергии. Бог является одновременно постижимым и непостижимым, знаемым и незнаемым, рекомым и неизреченным.

Знание Бога приобретается «богословием», которое бывает двойным: катафатическим и апофатическим. У катафатического богословия в свою очередь есть два средства: разум, который через созерцание сущих приходит к некоему познанию19, и Писание с Отцами.

В Ареопагитском корпусе предпочтение отдается апофатическому богословию, когда подвижник, выйдя за пределы всего чувственного, погружается в глубину Божественного мрака20. Согласно святителю Григорию Паламе тем, что выводит человека вне катафатики, оказывается вера, которая составляет доказательство или сверхдоказательство Божественного: «…всякого доказательства лучшее и словно некое не требующее доказательств начало священного доказательства есть вера»21. П. Христу писал, что, по учению Паламы, «апофатическое богословие — это сверхъестественные действия веры»22.

Духовно-опытным подтверждением веры оказывается созерцание, которое увенчивает богословие. В отличие от Варлаама для св. Григория созерцание выше всего, включая апофатическое богословие. Одно дело говорить или молчать о Боге, другое — жить, видеть и обладать Богом. Апофатическое богословие не перестает быть «логосом», а «созерцание выше логоса»23. Варлаам говорил о видении катафатическом и апофатическом, а Палама — о видении выше видения24, связанном с вышеестественным, с силой ума как действием Святого Духа.

В видении выше видения участвуют умные очи, а не помысл, между которыми проходит непреодолимая пропасть. Обладание подлинным созерцанием Палама сравнивает с обладанием золотом, одно дело думать о нем, другое — иметь в своих руках. «Богословствование столь же уступает этому видению Бога в свете и столь же далеко от общения с Богом, как знание от обладания. Говорить о Боге и встретиться с Богом не одно и то же»25.

Он подчеркивает особое значение «претерпевания» Божественного по сравнению с «богословствованием» катафатическим или апофатическим26. Те, которые удостаиваются неизреченного видения, познают то, что выше зрения не апофатически, «но от видения в Духе этой боготворящей энергии»27. «Единение и зрение во мраке» выше «такого богословия»28.

В целом можно сказать, что Палама защищает православное богословие от «агностицизма», который пытался навязать Варлаам. Христианское богословие, исходя из единства и различия Божественной сущности и энергий, может изложить еще и аподиктические силлогизмы о Боге.

3. Сущность и энергии в Боге

Бог является непостижимым по сущности, но объективная ценность откровения Божия в истории человека познается по Его энергиям. Бытие Бога состоит из Его «самосуществующей» сущности29, остающейся непостижимой, и Его действий, или энергий, нетварных и вечных. Через различие сущности и энергий стало возможным достижение познания Бога, непознаваемого по сущности, но познаваемого по энергиям теми, кто достиг определенной степени духовного совершенства. Непостижимость и неприобщимость божественной сущности исключает для человека какое-либо непосредственной участие в ней.

Учение о различии между сущностью и энергиями наиболее ярко представлено в творениях Каппадокийских отцов (IV в.), у святителя Иоанна Златоуста (конец IV в. — начало V в.), в Ареопагитском корпусе (начало VI в.) и у преподобного Максима Исповедника (VII в.). Для Каппадокийских отцов учение о постижимости Божественной сущности было неприемлемо как один из тезисов Евномия, который, утверждая равные возможности богопознания для людей и Господа нашего Иисуса Христа, тем самым пытался принизить Сына Божия. Для автора Ареопагитик это учение было органичным следствием развивавшегося в корпусе апофатического богословия. Преподобный Максим Исповедник, своим возвышенным учением о логосах опровергая изнутри неизжитые остатки оригенизма, также во многом предвосхитил учение Фессалоникийского святителя.

В течение раннего средневековья велся спор между номиналистами и реалистами о бытии идей, а следовательно, и о свойствах Бога. Отголоски этого спора можно усмотреть и в паламитском споре: антипаламиты отрицали действительное бытие свойств, а Палама в течение раннего периода полемики подчеркивал их бытие даже чрезмерно, говоря, что одно — это Божество, а другое — царство, святость и пр.30 Они являются существенным в Боге, как говорится и в использовавшемся Паламой седальне на Преображение: «Сокровенное блистание под плотию существенного Твоего, Христе, и божественного благолепия на Святей Горе явил еси», — и в его собственных триадах, где он говорил о «свете божественного и существенного благолепия»31.

Сам Григорий Палама неоднократно подчеркивал единство сущности и энергий. «Хоть и различается от божественной сущности божественная энергия, но в сущности и энергии единое Божество Бога»32. Современный греческий специалист по церковной истории и праву Власий Фидас сформулировал учение святителя Григория так: «…[различие] непричаствуемой божественной сущности и причаствуемых энергий не отделяет нетварных энергий от божественной сущности, поскольку в каждой энергии является весь Бог, по причине неделимости божественной сущности»33.

4. Обожение и спасение

Различие между сущностью и энергией в Боге дало Паламе основание для правильного описания обновления человека, которое произошло во Христе. В то время как Бог остается по сущности неприступным, Он дает человеку возможность вступить с Ним в действительное общение Своими энергиями. Человек, приобщаясь божественным энергиям или божественной благодати, получает по благодати то, что Бог имеет по сущности. По благодати и через общение с Богом человек становится бессмертным, нетварным, вечным, бесконечным, одним словом, становится Богом. «Всецело мы становимся богами без тождества по сущности»34. Все это получает человек от Бога как дар общения с Ним, как благодать, исходящую от самой сущности Божией, которая остается всегда непричастной для человека. «Обожение обоженных ангелов и людей не есть сверхсущностная сущность Бога, но сверхсущностной сущности Бога энергия, сосуществующая в обоженных»35.

Если человек деятельно не участвует в нетварной боготворящей благодати, он остается тварным результатом творческой энергии Бога, и единственной связью, соединяющей с Богом, остается связь творения с его Творцом. В то время как природная жизнь человека является результатом Божественной энергии, жизнь в Боге — это приобщение Божественной энергии, которое ведет к обожению. Достижение этого обожения определяется двумя важнейшими факторами — сосредоточением и обращением ума к внутреннему человеку и непрестанной молитвой в некоем духовном бодрствовании, увенчанием чего становится общение с Богом. В этом состоянии человеческие силы сохраняют свою энергию, несмотря на то, что они оказываются выше привычных себе мер.

Подобно тому, как Бог снисходит к человеку, так и человек начинает восхождение к Богу, дабы воистину осуществилась эта их встреча. В ней весь человек охватывается нетварным светом Божественной славы, который вечно посылается от Троицы, а ум восхищается Божественным светом и сам становится светом. И тогда таким образом ум, как свет, видит свет. «Боготворящий дар Духа есть неизреченный свет, и он творит божественным светом тех, кто обогатился им»36.

В данный момент мы соприкасаемся с одним из самых важных элементов учения Паламы. Опыт обожения и спасение человека являются возможной реальностью, начиная с настоящей жизни, со славным соединением исторического со сверхисторическим. Душа человека через приобретение вновь Божественного духа предвкушает отныне опыт Божественного света и божественной славы. Свет, который видели ученики на Фаворе, свет, который видят чистые исихасты ныне, и бытие благ будущего века составляют три этапа одного и того же события, слагаясь в единую сверхвременную реальность37. Однако для будущей реальности, когда упразднится смерть, настоящая реальность является простым залогом38.

Отождествление сущности и энергии в Боге, которому учили противники Паламы, разрушает самую возможность осуществления спасения. Если не существует нетварной благодати и энергии Божией, тогда человек или же приобщается Божественной сущности, или не может иметь никакого общения с Богом. В первом случае мы приходим к пантеизму, во втором разрушаются самые основания христианской веры, согласно которой человеку предлагается возможность действительного общения с Богом, которое осуществилось в богочеловеческом лице Иисуса Христа. Нетварная благодать Божия не освобождает душу человека от оков тела, но обновляет всего человека и переносит его туда, куда Христос вознес во время Своего Вознесения человеческую природу.

5. Учение о нетварном свете

Учение Паламы о нетварном свете божественного Преображения является одним из наиболее основополагающих, господствующих в его сочинениях направлений. Он ведет речь на основании своего собственного опыта, бывшего отправной точкой для его богословствования. Свет, который осиял Христа во время Преображения, не был тварью, но выражением Божественного величия, видения коего удостоились ученики, получив возможность видения после соответствующего приуготовления Божественной благодатью. Свет этот не был тварным «символом Божества», как полагал Варлаам39, но божественным и нетварным. Святитель Григорий писал в ответ Варлааму: «Весь лик божественных богословов боялся назвать символом благодать этого света… чтобы никто не посчитал тварным и чуждым Божеству этот божественнейший свет…»40

Преподобный Максим Исповедник действительно называет этот свет символом, но не в смысле чувственного символа, символизирующего нечто высшее и духовное, а в смысле высшего «аналогически и анагогически», который полностью остается непостижимым для человеческого ума, но содержит в себе знание богословия и преподает его способному увидеть и воспринять41. Преподобный Максим пишет также о фаворском свете как о «природном символе Божества» Христа42.

Интерпретируя мысль преподобного Максима, святитель Григорий Палама противопоставляет неприродный символ природному43, чувственное — чувству превыше чувства, когда «око видит Бога не при помощи чуждого символа, но видит Бога как символ»44. «Сын, родившись от Отца безначально, обладает безначально природным лучом Божества; слава же Божества становится славой тела…»45

Итак, фаворский свет — это нетварная энергия Бога46, которая созерцается умными очами «очищенного и облагодатствованного» сердца47. Бог «как свет видится и светом творит чистых сердцем, почему и называется светом»48. Свет Фавора выше не только внешнего знания, но и знания от Писаний. Знание от Писаний подобно светильнику, который может попасть в мрачное место, а свет таинственного созерцания подобен яркой звезде, «каковой является солнце»49. Если и сравнивается фаворский свет с солнцем, но это только сравнение. Характер фаворского света выше чувства. Фаворский свет не был ни умопостигаемым, ни чувственным, но превыше чувства и понимания. Потому и просиял «не как солнце… но выше солнца. Хоть о нем и говорится по подобию, но между ними нет никакого равенства…»50

Это видение света доподлинно, реально и совершенно, в нем принимает участие душа, вовлекающая в процесс видения весь душевнотелесный состав человека. Видение света приводит к единению с Богом и является признаком этого единения: «Имеющий тот свет неизреченно и видящий не по представлению больше, но видением истинным и находящимся превыше всех тварей, знает и имеет внутри себя Бога, ибо никогда не отделяется от вечной славы»51.

Видение нетварного света в земной жизни — это драгоценный дар, преддверие вечности: «…нетварный свет ныне дается достойным как залог, а в нескончаемом веке он будет осенять их нескончаемо»52. Это тот самый свет, который видят подлинные исихасты, которому приобщился и сам Палама. Вот почему святитель Григорий Палама сам стал великим вестником благодати и света.

[1] Текст публикации составлен на основании материалов современных патрологий на новогреческом языке П. К. Христу (Ἐκκλησιαστικὴ γραμματολογία. Τ. 2. Θεσσαλονίκη, 2003. Σ. 44-49), В. Д. Фанургагиса (Ἡ χριστιανικὴ γραμματεία. Θεσσαλονἰκη, 1985. Σ. 207-214), Х. Г. Сотириопулоса (Νηπτικοὶ καὶ πατέρες τῶν μέσων χρόνων. Ἀθῆναι. S. A. Σ. 66-75), статьи П. К. Христу в «Религиозной и нравственной энциклопедии» (Ἀθῆναι, 1964. Σ. 775-796), а также при учете статьи М. Бернацкого, протоиерея Валентина Асмуса и пр. в 13-м томе Православной энциклопедии (М., 2006. С. 8-40), весьма ценной и вполне современной в научном отношении. К этой статье мы и отсылаем читателя за более подробными сведениями. Большая часть сочинений святителя Григория Паламы цитируется по современному критическому изданию, подготовленному П. К. Христу: Γρηγορίου τοῦ Παλαμᾶ Συγγράμματα. T. A΄-Ε΄. Θεσσαλονίκη, 1988-1992 (сокращенно — ΓΠΣ).

[2] Ересь мессалиан, т.е. «молитвенников», появилась в кон. IV в. Наряду с неприятием Таинств и других церковных установлений мессалиане учили о чувственном восприятии благодати во время молитвы.

[3] Слово аподиктическое 2, 48. ΓΠΣ. Τ. 1. Σ. 122:14-17. Рус. пер. цит. по: ПЭ 13. С. 33.

[4] Триады. II,1,4-5.

[5] Триады. II,1,4. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 266.

[6] Триады. I,1,12. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 86.

[7] Триады. I,1,10. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 82-84.

[8] Ср.: Триады. II,1,6. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 270.

[9] Cр. Василий Великий. Юношам 2, PG 31, 568BC.

[10] Триады. II,1,5. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 270.

[11] См.: Триады. I,3,42. ΓΠΣ . Τ . 2. Σ . 238.

[12] Триады. I,1,3. ΓΠΣ . Τ . 2. Σ . 64.

[13] Триады. I,3,42. ΓΠΣ . Τ . 2. Σ. 238-240.

[14] См.: Триады. I,1,15. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 96.

[15] См.: Триады. III,1,37. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 638.

[16] Триады. III,1,38. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 239.

[17] См.: Триады. I,3,52. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 258.

[18] См.: Триады. I,1,21. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ.112.

[19] Триады. I,1,3.

[20] Мистическое богословие 5.

[21] Против Акиндина 6,1.

[22] «Религиозная и нравственная энциклопедия» (ΘΗΕ). Т. 13. Σ. 791.

[23] Триады. II,3,49. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 504-505.

[24] Триады. II,3,26. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 458-460.

[25] Триады. I,3,42. ΓΠΣ T. 1. Σ. 453. Рус. пер. цит. по: ПЭ 13. С. 30.

[26] См. Триады. II,3,26. ΓΠΣ T. 2. Σ. 460-461.

[27] Там же.

[28] Триады. II,3,54. ΓΠΣ. Τ. 2. Σ. 516-517.

[29] Против Григоры 2.

[30] Апология.

[31] Триады. III,1,23

[32] О единении и различии 22. ΓΠΣ T. 2. Σ. 85. Рус. пер. цит. по: ПЭ 13. С. 30.

[33] Φειδᾶς Β. Ἐκκλησιαστικὴ ἱστορία. Σ. 211.

[34] Феофан PG 150, 936.

[35] Триады. III,1,33.

[36] Οὕτως ἡ θεοποιὸς δωρεὰ τοῦ Πνεύματος φῶς ἐστιν ἀπόρρητον καὶ φῶς ποιεῖ θεῖον τοὺς πλουτήσαντας αὐτήν. Триады. III,…, 35:19-21.

[37] Триады. I,3,43.

[38] Триады. II,3,66.

[39] Варлаам писал том, что фаворский свет был чувственным «и видимым в воздухе, происшедший тогда на изумление и тотчас исчезающий» и что он «именуется… Божеством как символ Божества». См.: Триады. III,1,11. ΓΠΣ T. 2. Σ. 586.

[40] Триады. III,1,13. ΓΠΣ T. 2. Σ. 592-593.

[41] Триады. III,1,13. ΓΠΣ T. 2. Σ. 590- 592. См .: Максим Исповедник. О недоумениях, PG 91, 1125D-1128B, 1160D, 1165BC, 1168AB.

[42] Максим Исповедник. О недоумениях, PG 91, 1160С.

[43] Ценность «природного символа» в том, что «природное… сосуществует всегда с природой, от которой имеет бытие, поскольку является природным». Триады. III,1,14.

[44] Триады. III,1,35.

[45] Триады. III,1,19.

[46] 2-й анафематизм собора 351 г . направлен против тех, кто не принимает фаворский свет как нетварную энергию Божию. В 7-м возглашении того же собора ублажается память тех, кто исповедует нетварный фаворский свет и природную славу божественной сущности, но не тождественную божественной сущности.

[47] Триады. I,3,17,38. ΓΠΣ T. 2. Σ. 188 и Σ. 228-230.

[48] Триады. I,3,40. ΓΠΣ T. 2. Σ. 234.

[49] Триады. II,3,18. ΓΠΣ T. 2. Σ. 448.

[50] Триады. II,3,19. ΓΠΣ T. 2. Σ. 450.

[51] Там же.

[52] Триады. II,3,78. ΓΠΣ T. 2. Σ. 564-565.

Источник: Богослов.Ru

Кто этот Палама и почему ему такое внимание?

Целую неделю Церковь отвела памяти Григория Паламы. Эта важнейшая неделя расположилась в середине Великого поста. Кто этот Палама и почему ему такое внимание? Размышляет священник Константин Камышанов.

В глазах ученого монаха из Калабрии, Варлаама, Григорий Палама – одичавший ромей, усвоивший молитвенные практики Востока с их медитацией и выходом в небезопасный астрал.

В то время Греция в самом деле дичала и дышала на ладан. Угасла военная мощь последней провинции Рима. Увяли искусства. Византийцы разучились делать большие храмы и дворцы. Ромеи перестали увлекаться инженерным искусством. Забросили богословие, привели в беспорядок философию. Порок процветал в императорских дворцах и в обществе. Византия понимала близость своего конца, страшилась гибели от рук ислама и уже была готова признать превосходство Запада и принять унию.

Тысячу лет Византия превосходила Запад, и Запад восхищенно смотрел на Константинополь как на город своей мечты. Но вот, прошла тысяча лет и все изменилось. Фома Аквинский навел порядок в христианской философии. Католики определились с аксиомами, догматами, правилами и расставили понятия по полочкам, как в библиотеке. Все учтено. Все подсчитано. Обо всем подумано. Одно только место христианского мира вызывало их недоумение – Афон.

Там творилось нечто странное и не укладывающееся в голове: смесь безумия с соблазном. Монахи Святой горы стали утверждать, что им в массовом порядке является Фаворский свет. В Грецию отправился умнейший Варлаам из Калабрии – узнать на месте, что же происходит в столице христианского монашеского делания. То, что он увидел, его поразило и возмутило. Греки поставили медитативный опыт выше философии. Афонские простецы рассказали ему о том, как они научились быть в нетварном свете. Варлаам был потрясен. Это не укладывалось в голове.

В самом деле – все, что от Бога, обязательно бывает логично, красиво, полезно и крепко. У Бога не может быть беспорядка и безобразия. Философия – искусство такого порядка и красоты. Ум – наиболее простой способ познания Бога, лишенный соблазна прелести. В логике все просто. Есть А и B, они однозначно определяют С. И никаких вариантов ошибки.

Да что доминиканцы. Абсолютное большинство нас – современных русских христиан, пришли к Богу через книжки, фильмы, лекции профессора Осипова, рассказы друзей и постигли Бога не откровением, а умом. Что такое жизнь в Духе, как молиться в Духе, как содержать семью в Духе, как говорить в Духе, как служить ближнему в Духе и как самому себя ощущать в Духе Святом – многим неизвестно. Не то что неизвестно, так даже вопрос не ставится. Какой такой нетварный свет? Какая такая жизнь в Святом Духе? Есть пост и молитва. Ими побеждается враг, и довольно.

Нет, не довольно. Все помнят драму Одинокого Странника, который искал эту жизнь в Духе и не нашел. В итоге он устроился сторожем на огуречный огород, усыпил свой ум непрерывным повторением Иисусовой молитвы и насладился упрощением своей духовной жизни. Он нашел успокоение не в практическом очищении сердца, а через медитацию. Палама говорил о другом – о жизни в Духе, при которой умная молитва не цель, а средство.

Жизнь в Духе – что это?

Простой пример. Вот история, случившаяся с преподобным Силуаном Афонским. К нему пришли последователи современного ему исихазма и завели разговор об умной молитве и Фаворском свете. Святой спросил гостей-имяславцев из Нового Афона: «Вы в Духе говорите или нет?»

Они оторопели, смешались и ушли. Монахи-«исихасты» не могли себе дать отчет в главном – живут и говорят они в Духе или нет!.. Как может христианин жить не в Духе? Как он может не знать Духа, когда жизнь в Духе – основа основ жизни христиан. Собственно с Пятидесятницы – сошествия Святого Духа – началась и Церковь, и наша вера.

Каждый христианин принял на себя печать дара Духа Святого не для красоты обряда крещения. Все мы, как один, приняты Духом в Его общение. Всем нам лично послан Дух-Утешитель. Всем нам известно, через Серафима Саровского, что цель христианина – возвращение в общение с Богом, через стяжание этого самого Духа и Бога.

Нам непонятна эта жизнь в Духе. Была она непонятна и Варлааму. Просто не помещалась в его голове.

Религия – такая же живая и развивающаяся отрасль человеческого духа, как и наука, искусство и инженерия. В религии есть свои фундаментальные открытия. В миру фундамент знания заложил Аристотель. В религии – Авраам. В миру первые законы сформулировали древние греки. В религии – иудеи. В миру наука совершила рывок, оторвавшись от натурального исчисления и пространства, через усвоение виртуальной математики: операций с отрицательными и бесконечными величинами, искривленными и множественными пространствами.

То, до чего додумались европейцы, никак не могло уложиться в голове древнего человека. Так просто не работала его голова. Как до импрессионистов публика просто не видела цвет. Древний математик не мог вообразить себе умножение матрицы на вектор, в результате которого слова шифруются, растворяются в числах или снова возрождаются из цифр. Интеграл и сходимости последовательностей для него – нечто на грани воображения. А оператор Даламбера, в котором смешаны характеристики пространства, скорость, волны и время, находится уже за гранью сознания древнего человека.

Таким прорывом в религии, ее Эйнштейном и Лобачевским стал Григорий Палама. Он научился оперировать с тем, что нельзя ввести в классическую философию и в житейское рассуждение – с божественными энергиями, сущностями и свойствами. Тут недостаточно Аристотеля. Здесь был нужен прорыв сознания. Не порыв мистики, а именно нового качества мышления, оперирующего не только силлогизмами, но и данными Божественного откровения.

Казалось бы, все просто. Бог велик и никак не может поместиться в 100 терабайт памяти, свойственные нашему мозгу. Компьютер нашего мозга имеет очень примитивный процессор и некачественный набор программ. Он в принципе не может работать, как работает мысль Бога. Он не может следовать ни алгоритмам мышления Бога, ни Его схемам, не может перерабатывать тот же объем информации. Мы не можем ни выдать качества работы Бога, ни проникнуть в то, что называем Его «логикой». Мы неизбежно должны принимать от Бога некий готовый продукт, который неспособны произвести сами, для того, чтобы хоть как-то приблизиться к иррациональному мышлению Бога. Способность принять Божественное откровение даруется вместе с дарами Святого Духа. Таким образом, истинное познание Бога возможно в синтезе иррациональных плодов откровения и работы ума.

Это как раз то, о чем говорил Тертуллиан: «Верую, потому что абсурдно».

Казалось, ясно и просто, но Варлаам, как человек старой античной формации, не смог найти места откровению в схемах философии и его голова «задымилась». Он затеял скандал, был осужден и провожен обратно к себе домой на свои доминиканские комбинаты силлогизмов и примитивной античной логики.

В чем суть учения Паламы в двух словах? По существу оно в том, что Богообщение есть должная и необходимая часть жизни КАЖДОГО христианина.

Общение с Духом Святым не было редкостью в Старом Завете. В начале сотворения мира Дух Божий носился над безводной землей. Дух водил народ по пустыне, почил на архитекторе Скинии Веселеиле, сходил на Моисея, делался видимым при горящей Купине и так далее. Но в целом явление Духа было штучным, связанным с чудом, а чудо – с крайней необходимостью. Дух являлся не всем, а избранникам. Специалистами по Духу были исключительно священники, а простой народ жил своей материальной жизнью, делегировав личное Богообщение избранникам при храме.

И Варлаам повел себя как человек Старого Завета. Он не допускал мысли о непрерывном излиянии Святого Духа. Он утверждал, что природа Фаворского света временна и силы Божии были явлены один раз под особенный случай, и Божественный свет тут же растворился и исчез после его явления, и что в нем нет никакой ежедневной необходимости. Варлаам думал, что явление этого света равно явлению Бога. И если жизнь наша – сплошное явление Бога, то зачем она вообще нужна, если все и так в Боге.

Получается замкнутый круг.

Если мы не причастны Богу в Его энергиях и сущности, то Христос пришел напрасно.

Если мы причастны сущности Бога, то Христос, опять же, пришел напрасно. Зачем было обоживать тех, кто и так в Боге? Зачем пантеизму воплощение Христа?

Гениальность Паламы в том, что он постиг, что мы причастны Богу не по существу, а по благодати, по энергиям, по сочетанию воли, по движению вместе с Богом. Это то, что называется «синергия».

Щепка плывет по реке. Она не река. Но она движется энергией реки, она движется к одной цели с рекой. Хотя она отчасти часть реки. Река изменила щепку и сделала ее непохожей на ту щепку, которая лежит на берегу. Щепка в реке движется к цели. Так и человек с Богом – он занят одним делом с Господом, охвачен одной энергией, стремится с Ним к одной цели, и в процессе движения изменяется. Человек принимает Бога, и Бог принимает человека. Человек становится соучастником всей полноты Божественной жизни в Ее нетварных проявлениях через действие в нем Благодати как Самого Бога.

Божественные энергии, связывающие нас с Богом – это проявление сущности Бога в материи. Таким образом, не только наши души, но и наши тела способны к восприятию благодати и обожению – совершенно иным отношениям Бога и человека, отличным от тех, какими они были до пришествия Христа.

Воплощение Христа и сошествие Святого Духа на Пятидесятницу изменило Богообщение в корне. Теперь дары Духа Святого были даны каждому крещеному человеку, по его согласию, как возможность ежеминутного личного общения с Богом. Раскрылось известное место из Псалтыри: «Всякое дыхание да хвалит Господа».

Не только в том смысле, что Бога хвалит все Его создание, но и в том смысле, что всякое наше дыхание, каждый миг жизни должен и может протекать во славе Божией.

Мало того, что в обожении призваны к изменению души, – Палама показал, что мы призваны к обожению не только духа, но и даже тела. Фаворский свет – не полностью идея или эфирная энергия, но и частично событие материального мира, оказывающее на человека и прямое физическое воздействие, как в случае с графом Мотовиловым во время его зимней беседы с преподобным Серафимом.

Как это перевести в практику? Уйти в огороды и там предаться чтению 10 000 Иисусовых молитв в день?

Потребителю не обязательно знать закон Ома для того, чтобы умело пользоваться стиральной машиной или ноутбуком. Потребитель уверен, что по проводам течет вещество под названием «ток». Этот ток потребляют приборы и облегчают нашу жизнь. Если мы – потребители, то достаточно и этих знаний – на какую кнопочку надо нажать, чтобы машинка завелась. Это Старый Завет.

Новый Завет предполагает активное участие человека в Божественном домостроительстве. Тут исполнения правил, описывающих, сколько шагов можно сделать в субботу, какую булочку можно съесть в шаббат и с какой молитвой, мало. Мы Богу нужны не как потребители, а как мастера. Мастер знает, что тока нет, а есть движение электронов, а движение электронов – это…

Человек, желающий жить в Боге, должен знать, как Бог работает, как Бог говорит, как мы можем Ему угодить в данный час и в данном месте. Церковь, ее святые – профессионалы духовной жизни – дают нам советы. Например, в Библии говорится о действии Святого Духа как об участии, общении, домостроительстве, подаянии приобщения и даже в качестве отношений с личным другом!

Человек, желающий жить в Боге, должен знать, что нам дарует Бог: словесные дары – языки, истолкование языков, пророчества; дары откровения – слово мудрости, слово знания, дар различения духов; дары силы – дар веры, дар исцеления, дар чудотворения.

Человек, желающий жить в Боге, должен знать, какого плода ожидает Бог от живущих в Святом Духе: любовь, милосердие, радость, вера, мир, кротость, долготерпение, воздержание.

Как практически мы усваиваем энергии Бога? И как они узнаются в нас?

Из теории и открытий святого Григория мы должны усвоить, что Сам Бог к нам в душу прийти не может. Бесконечность не может поместиться в рамку нашего сознания. Палама, исходя из своего опыта и исследований, пришел к выводу, что Бог посещает человека и остается в нем в виде божественных энергий. Эти энергии не простое излучение, как лучи солнца. Они являются одной из граней существования Бога. Можно сказать, что эти энергии соединены с существом Бога. И мы их можем принимать. Присутствие Бога мы ощущаем по присутствию в нас благодати. Она является признаком жизни в Боге.

Эту мысль очень просто выразил святой Иоанн Кронштадтский: «Если на сердце нет радостизначит, там прилег дьявол».

Об этом действии мы читаем в Евангелии, когда узнаем о том, что апостолов, принявших Утешителя, приняли за людей, выпивших сладкого вина. В другом месте Евангелия мы замечаем восклицание Луки и Клеопы, шедших по дороге вместе с Христом: «Не горело ли сердце наше?»

Об этом говорил и преподобный Серафим Саровский, когда поучал о стяжании Духа Святого и показывал на деле, как выглядит человек, пребывающий в Духе. По сути дела, преподобный легко и просто показал то, о чем спорили Палама и Варлаам – благодать, теплоту, действие и явление Фаворского света.

Смысл для нас почитания святителя Григория, установленного Церковью, и смысл нашей молитвы к Григорию Паламе должен заключаться в осознании того, что христианина от язычника отличает жизнь в Духе Святом. А отсюда следует, что если у нас нет связи с Утешителем, то мы находимся вне Бога, и что, не родившись в Духе, мы не родились совсем. Христос сказал об этом Никодиму так: «Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться свыше».

Как странно об этом напоминать христианам, получившим при крещении дар Духа Святого. Неужели мы так и не поняли, что у нас в руках и зачем?

Мы зря уверены, что рождаемся свыше по факту крещения. Взрослый человек осознанно принимает на себя не только формальную часть крещения, но и обеты и благодать Святого Духа. В норме крещеный человек, вкусив и поразившись силе благодати в душе, желает уже не отлучаться от Святого Духа и реально рождается свыше. Младенца этому ОБЯЗАНЫ обучить и открыть ему действие Святого Духа крестные. Если крестные сами ничего не знают и живут безалаберно, то бывает так, что рождение свыше откладывается. Один человек пишет: «Лично я никаких обетов при крещении не давал. Да и не мог давать по причине младенческого возраста. Мне теперь к крестным претензии предъявлять за укоренелость в грехе? Не желаю, да и смысла нет».

Крещение прошло, а рождения свыше не состоялось.

Или наоборот. В первом примере мы видим какую-то духовную бездарность или увечье, а в следующем примере – образец узнавания Святого Духа и полное сочетание с Ним души, одаренной религиозным талантом:

Порфирий был актером и в день рождения императора исполнял роль в театре, согласно которой должен был глумиться над таинством Святого Крещения. Но когда Порфирий по ходу пьесы погрузился в воду и произнес: «Крещается раб Божий Порфирий, во Имя Отца и Сына и Святого Духа», то, под воздействием благодати Божией, воспринятой им при этих словах, выйдя из воды, он открыто исповедал себя христианином. Юлиан тут же приказал мучить его и после пыток обезглавить. Это совершилось в городе Ефесе в 361 году.

Доведя нас до середины поста, до символической половины пути в Рай, Церковь напоминает нам о главном в отношениях с Богом – о жизни в Святом Духе.

Две недели мы должны были посвятить очищению души и приготовлению в ней места для Святого Духа. Эта часть приготовительная, и она как бы соответствует благодатному очистительному действию Старого Завета.

Середина поста подразумевает, что, очистившись в первые недели поста, мы стали готовы к обновлению своих обетов с Богом в духе и должны были вспомнить о том, что мы – сосуд Духа Святого. Это соответствует как бы Новому Завету. Пришло время вспомнить, как Дух этот приходит в душу и как человек вместе с Ним трудится ради обожения мира. Это время не только более полного общения с Богом, но начало созидания духовных плодов. Церковь нам предлагает потрудиться в духе и принести Богу пасхальный дар.

Как раз сегодня звучало Евангелие об исцелении расслабленного по молитвам друзей, принесших больного к Христу и попавших на прием через разобранную крышу. Прекрасный образец содействия Бога, народа и человека. И прекрасный пример для нас, как следует созидать плоды поста.

Произошло ли наше первоначальное очищение, предлагаемое начальными неделями поста? Даем ли мы себе отчет в том, что пришло время синергии – совместного труда с Богом? Или все наше внимание по-прежнему ветхозаветно сосредоточено на еде и понуждении себя к молитве, от которой слипаются глаза и на которую вечно не хватает времени. Невольник – не богомольник. Богу, конечно, угодна и такая принужденная молитва. Уж лучше такая, чем совсем никакая. Но Ему нас жалко и Он через святых угодников дает нам уроки жизни с Богом, полной вдохновения и радости, и желает нам выхода из пространства рабского бессознательного труда в пространство радости, где труд ради Бога – и радость, и блаженство:

Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе, и нет в нем никакой скуки и уныния.

Вряд ли многим из нас по силам одолеть книги Паламы, но часть изречений вполне может быть усвоена. Вот для примера самые популярные для нас темы: здоровье, эгоизм, смерть, Промысл Божий и дарование Духа Святого:

– Где налицо холодное слово «мое», там, говорят божественные отцы, нет союза любви и Христос изгнан; те, которыми овладела эта страсть (собственничества), тем тогда становятся свойственны себялюбие, сребролюбие, братоненавидение и всякий вид зла, который и ныне позорит их.

Иногда для грешников лучше болеть, чем быть здоровыми, когда болезнь содействует им к спасению. Ибо болезнь притупляет и врожденные побуждения у человека ко злу, и тем, что человек переносит страдания, связанные с болезнью, она, как бы уплачивая долг за соделанные грехи, делает человека способным к принятию сначала здравия.

– Как отделение души от тела есть смерть тела, так отделение Бога от души есть смерть души.

– Не энергия познается из сущности, но сущность – из энергии; впрочем, познается только бытие, а не то, что она есть. Поэтому, согласно богословам, и бытие Бога познается не из Его сущности, а из Промысла.

 – Дух Святой обещан дароваться тем, кто просит Его днем и ночью.

Пост учит нас радости и свободе, но нам он часто кажется войной. Нам тяжелы узы поста, молитвы, жизни в Боге, а тем временем Бог только и желает нам свободы и могущества. Мы потому рассеяны в молитве, что ум привязан к еде, покою и деньгам, а с Богом ему скучно. Нам потому тяжелы заповеди, что душа наша связана не с Духом, а с плотью. Плоть вечно ненасытна и вечно страдает, потому что плоть плотью никогда насытиться не может. Уныние и бессилие на молитве – грозный признак души, удаленной от Бога. По сути дела – это симптом не только отдаленности от Бога, но симптом вируса смерти души, живущей вне Бога.

Наше освобождение только в принятии Бога. Приняв Бога, мы освобождаемся сетей тела и становимся по-настоящему свободны, сильны и светлы.

Когда душа в Духе Святом, то она довольна и не скучает о небесном, ибо ощущает Царствие Божие внутри себя: пришел Господь и вселился в нее. Но когда она потеряет благодать, тогда скучает она о небесном и слезно ищет Господа.

Кто не познал благодати, тот не может и желать ее. Большинство людей прилепились к земному, и не знают они, что ничто земное не может заменить Духа Святого. Господь отнимает благодать Свою от души и тем милостиво и премудро воспитывает душу, за которую в великих страданиях Он простер Свои руки на кресте, чтобы она была смиренна. Он дает душе явить свое произволение в борьбе с врагами нашими, но душа сама бессильна победить их, поэтому и сказано: «Просите, и дастся вам». И если мы не просим, то сами себя мучаем и лишаем благодати Святого Духа, а без благодати душа во многом смущается, потому что не разумеет воли Божией.

Прп. Силуан Афонский

Нам тяжело читать трактаты Паламы. Что ж, помолимся ему, чтобы он молил Бога о непосредственном просвещении нас Святым Духом, о воскрешении в нас памяти обетов Крещения, в которых мы обещали быть верными Богу в жизни и смерти, а Он обещал нам Себя, со всею Своею силой, благодатью и бесконечным блаженством посреди царства Божия, а больше ничего и не надо.

Вот самый короткий и легкий путь ко спасению: будь послушлив, воздержен, не осуждай и храни ум и сердце свое от плохих помыслов, а помышляй, что все люди добрые, и их любит Господь. За эти смиренные мысли благодать Святого Духа будет жить в тебе, и ты скажешь: «Милостив Господь».

Прп. Силуан Афонский

Церковь празднует память святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского

4 марта. ПРАВМИР. Во второе воскресенье Великого Поста Православная Церковь празднует память святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского.

Труды святителя Григория – богословская и философская база для объяснения такого феномена, как христианская святость. Значение этого святого для православного богословия невозможно переоценить.

Житие

Родился будущий святитель в 1296 г ., образование получил в Константинополе. После ранней смерти своего отца,  сенатора Константина, происшедшей в 1301 г ., Григорию выпало находиться под покровительством императора Андроника II. Таким образом, первые 20 лет жизни юноша жил при царском дворе, а в дальнейшем ему, обладавшему разнообразными дарованиями, предстояла быстрая и успешная карьера. Он изучал светские дисциплины и философию у самого лучшего учителя эпохи — Феодора Метохита, который был филологом и богословом, ректором университета и, как принято называть эту должность теперь, премьер-министром.

Григорий Палама был лучшим из его учеников; особый интерес он проявлял к философии Аристотеля. В возрасте 17 лет Григорий даже прочел лекцию во дворце о силлогистическом методе Аристотеля перед императором и знатными лицами. Лекция оказалась столь успешной, что в конце ее Метохит воскликнул: «И сам Аристотель, если бы он был здесь, не преминул бы удостоить ее похвалы».

Несмотря на все это, Григорий оставался поразительно равнодушным к политике и миру.  Около 1316 г ., в возрасте 20 лет, он покинул дворец и философские занятия и удалился на Святую Гору, где предался подвижнической жизни и занятиям тайнозрительным богословием. Он начал привыкать к великим подвигам, еще пребывая во дворце. На Афоне Григорий подвизался в келье неподалеку от Ватопеда под руководством препоподобного Никодима, от которого и принял монашеский постриг. После смерти своего наставника (ок. 1319) он переселился в Лавру святого Афанасия, где провел три года. Затем, начиная с 1323 г ., он подвизался в скиту Глоссия, где проводил все свое время в бдениях и молитвах.

В 1325 г . из-за турецких нападений на Святую Гору он, наряду с другими монахами, вынужден был ее покинуть. В Фессалониках Григорий по просьбе своих спутников-монахов принял священнический сан. Оттуда он направился в область Верии, города, в котором некогда проповедовал апостол Павел, где и продолжил подвижничество. Пять дней в неделю, затворившись в тесной келье-пещере, находившейся на склоне заросшей густыми зарослями скалы над горным ручьем, он предавался умной молитве. В субботу и воскресенье он выходил из своего уединения для участия в общем богослужении, совершавшегося в монастырском кафоликоне.

Однако славянское нашествие, затронувшее и эту область, побудило Григория в 1331 г . снова вернуться на Святую Гору, где он продолжил отшельническое житие в пустыни святого Саввы на афонском предгорье над Лаврой. Эта пустынь сохранилась до сего дня. «Омываемая», как и во времена святителя Григория, афонскими ветрами, она поражает паломников своим абсолютным уединением и тишиной.

Затем на краткий срок Григория избрали игуменом монастыря Эсфигмен. Но, несмотря на попечения, взятые им на себя, он постоянно стремился вернуться к безмолвию пустыни. И достиг бы этого, если бы ученый монах из Калабрии (Южная Италия) по имени Варлаам (1290-1350) не побудил его встать на полемическую стезю. Спор с Варлаамом продолжался на протяжении 6 лет с 1335 по 1341 г.

Варлаам происходил из православной греческой семьи, хорошо знал греческий язык. Он посетил Византию и, в конце концов, оказался в Салониках. В середине тридцатых годов XIV в. оживились богословские дискуссии между греками и латинянами. В ряде своих антилатинских сочинений, направленных, в частности, против латинского учения об исхождении Святого Духа и от Сына, Варлаам подчеркивал, что Бог непостижим и что суждения о Боге не доказуемы. Тогда Палама написал аподиктические слова против латинского новшества, подвергнув критике богословский «агностицизм» Варлаама и его чрезмерное доверие авторитету языческой философии.

Это было первое богословское столкновение двух мужей. Второе произошло в 1337 г ., когда Варлаам был оповещен некими простыми и неграмотными монахами о некоем техническом способе, который применяли исихасты при творении умной молитвы. Изучив также некоторые сочинения исихастских отцов, посвященные молитвенному деланию, он неистово напал на исихастов, называя их мессалианами и «пуподушниками» (ὀμφαλόψυχοι). Тогда на Паламу было возложено опровержение нападок Варлаама. Личная встреча обоих мужей вовсе не привела к положительному результату, но еще более обострила противоречие. На Константинопольском соборе 1341 г . (заседание состоялось 10 июня) Варлаам, обвинявший исихастов в неправильном способе молитвы и опровергавший учение о нетварном Фаворском свете, был осужден. Варлаам, хоть и испросил прощение, в июне того же года уехал в Италию, где принял затем римокатоличество и стал епископом Иеракским.

После собора 1341 г . и удаления Варлаама завершился первый этап паламитских споров.

На втором и третьем этапе споров противниками Паламы выступили Григорий Акиндин и Никифор Григора, которые в отличие от Варлаама не критиковали психосоматического метода молитвы исихастов. Спор принял богословский характер и касался вопроса Божественных энергий, благодати, нетварного света.

Второй этап спора совпадает с гражданской войной между Иоанном Кантакузином и Иоанном Палеологом и происходил между 1341 и 1347 г . 15 июня 1341 г . умер император Андроник III. Его преемник Иоанн V Палеолог был несовершеннолетним, поэтому в государстве произошли большие потрясения в результате ожесточенной борьбы за власть между великим доместиком Иоанном Кантакузином и великим дукой Алексеем Апокавком. Патриарх Иоанн Калека поддерживал Апокавка, в то время как Палама полагал, что государство может быть спасено только благодаря Кантакузину. Вмешательство Паламы в политическое столкновение, хоть он и не был особенно склонен к политике, привело к тому, что большую часть дальнейшей жизни он провел в заточениях и темницах.

Между тем в июле 1341 г . был созван еще один собор, на котором Акиндин был осужден. В конце 1341- 1342 г . Палама затворился сначала в монастыре святого Михаила Сосфенийского, а потом (после 12 мая 1342) в одной из его пустыней. В мае-июне 1342 г . состоялось два собора для осуждения Паламы, которые, однако, не дали никаких последствий. Вскоре Григорий удалился в Ираклию, откуда через 4 месяца был доставлен под конвоем в Константинополь и заключен там под стражу в монастырь.

После двухмесячного пребывания в храме Святой Софии, где святой Григорий вместе со своими учениками по праву убежища пользовался неприкосновенностью, он был заточен в дворцовую тюрьму. В ноябре 1344 г . на соборе святителя Григория Паламу отлучили от Церкви, а Акиндин, его главный противник, в конце того же года был рукоположен во диаконы и священники. Однако в силу изменений политической обстановки на соборе 2 февраля 1347 г . Григорий Палама был оправдан, а осуждены его противники.

Митрополичий собор в честь свт. Григория Паламы в Салониках

После победы Иоанна Кантакузина и провозглашения его императором патриарший престол занял (17 мая 1347 г .) Исидор Вухир, друг исихастов, а Григорий Палама в скором времени был избран архиепископом Фессалоникийским. Тогда начался третий этап паламитских споров. Главным противником Паламы выступил Никифор Григора. Политические волнения в Фессалониках воспрепятствовали Григорию вступить в город для исполнения своих обязанностей. Господами положения здесь оказались зилоты, друзья Палеологов и противники Кантакузина. Они препятствовали приходу Паламы, вплоть до захвата Фессалоник  Кантакузиным в 1350 г . До этого времени Палама посетил Афон и Лемнос.

Попав же в Фессалоники, он смог умиротворить город. Однако его противники не прекращали яростно полемизировать. В силу этого в мае-июне и в июле 1351 г . были созваны два собора, которые осудили его противника Никифора Григору и провозгласили Паламу «защитником благочестия». На первом из этих соборов было утверждено учение о единстве Божества и различии между сущностью и нетварными энергиями. На втором соборе было принято шесть догматических определений с соответствующими шестью анафемами, которые сразу же после собора были включены с Синодик Православия. Помимо утверждения вышеуказанного различия между сущностью и энергией здесь была провозглашена непричаствуемость Божественной сущности и возможность приобщения Божественным энергиям, которые нетварны.

Отправившись в Константинополь в 1354 г . для того, чтобы выступить посредником между Кантакузиным и Иоанном Палеологом, Палама был пленен турками, которые держали его в плену около года, пока не получили от сербов искомый выкуп за его освобождение. Плен свой он счел уместным случаем для проповеди истины туркам, что и пытался делать, как видно из Послания Фессалоникийской церкви, а также по двум текстам Собеседований с представителями из числа турок. Видя, что уничтожение империи турками почти неотвратимо, он считал, что греки незамедлительно должны приступать к обращению турок в христианство.

После освобождения от турок и возвращения в Фессалоники свт. Григорий продолжил пастырскую деятельность в своей епархии до 1359 г . или, согласно новой датировке, до 1357 г . Сраженный одной из своих давних болезней, которые время от времени беспокоили его, святитель Григорий умер 14 ноября в возрасте 63 лет (или 61 года). Вначале его прославили как местночтимого святого в Фессалониках, но вскоре в 1368 г . соборным решением он был официально вписан в календарь Святой Софии патриархом Филофеем Коккиным, который составил его похвальное житие и службу. Сначало мощи святителя Григория были положены в кафедральном храме Святой Софии в Фессалониках, ныне частица его мощей хранится в митрополичьем соборе в честь Григория Паламы близ городской набережной.

Рака с мощами свт. Григория Паламы

Сочинения

Григорий Палама составил многочисленные сочинения богословского, полемического, аскетического и нравственного содержания, также как и многочисленные гомилии и послания.

«Житие Петра Афонского» — самое первое сочинение свт. Григория Паламы, написанное ок. 1334 г .

В «новых надписаниях» против надписаний Иоанна Векка и в двух аподиктических словах «Против латинян» (написаны в 1334- 1335 г . или, согласно новейшим датировкам, в 1355 г .) рассматривается вопрос об исхождении Святого Духа. Святой Дух как ипостась исходит «только от Отца». «Ипостась Пресвятого Духа не есть и от Сына; Она не дается  и не приемлется никем, но Божественная благодать и энергия»[3]. Сходно с учением Николая Мефонского исхождение — это ипостасное свойство, в то время как благодать, которая является энергией, является общей для Трех Лиц Святой Троицы. Только с учетом этой общности можно говорить о том, что Дух Святой исходит от Отца, и от Сына, и от самого Себя. Этот взгляд на исхождение является общим со учением Никифора Влеммида и Григория Кипрского, которые, храня верность святоотеческому преданию, возлагали надежды на богословский диалог между Востоком и Западом.

Сочинение «Триады в защиту священнобезмолвствующих» было написано для того, чтобы отразить нападки Варлаама на исихастов, в нем разрешаются также все богословские вопросы, которые стали предметом спора. Сочинение делится на три триады, каждая из них подразделяется на три трактата. Первая триада, написанная весной 1338 г . в Фессалониках, посвящена вопросу о познании Бога. Выступая против только что сформулированной тогда позиции Варлаама, Палама настаивает на том, что путь познания Бога не является внешней философией, но откровением во Христе. Христос обновил всего человека, поэтому весь человек, душой и телом, может и должен участвовать в молитве. Человек, начиная с настоящей жизни, приобщается благодати Божией и вкушает в качестве залога дар обожения, которого он вкусит в полноте в будущем веке.

Во второй триаде (составлена весной-летом 1339 г .) он подвергает резкой критике утверждение Варлаама, что знание философии может принести человеку спасение. Человек не вступает в общение с Богом при помощи тварных средств, но только  по Божественной благодати и через участие в жизни Христа.

В третьей триаде (написана весной-летом 1340 г .) он занимается вопросом об обожении и о Фаворском свете как о нетварной Божественной энергии. Человек не приобщается сущности Божией, иначе мы пришли бы к пантеизму, но приобщается природной энергии и благодати Божией. Здесь свт. Григорий систематически исследует основополагающее для его учения различие между сущностью и энергией. Те же вопросы рассматриваются в пяти посланиях : трех к Акиндину и двух к Варлааму, написанных в начале спора.

В вероучительных сочинениях («Святогорском томосе», весна-лето 1340 г .; «Исповедании веры» и пр.), и в сочинениях, непосредственно относящихся к спору («О божественном единении и различении», лето 1341 г .; «О божественной и обоживающей причастности», зима 1341- 1342 г.; «Диалог православного Феофана с Феотимом», осень 1342 г. и пр.) — а также в 14 посланиях, адресованных монашествующим, лицам в священном сане и мирянам (последнее письмо направлено императрице Анне Палеологине) продолжают обсуждаться спорные вопросы между Паламой, с одной стороны, и Варлаамом и Акиндином, с другой.

Семь «Антирритиков против Акиндина» (1342-не ранее весны 1345 г .) были написаны  с тем, чтобы опровергнуть соответствующие антирритики против Паламы, составленные Григорием Акиндином. В них говорится о последствиях не различения между сущностью и энергией в Боге. Акиндин, не принимая, что благодать является природной энергией сущности Божией, но тварью, впадает в результате в ересь большую, чем у Ария. Благодать Божия, говорит Палама, является святым как нетварный свет, подобный тому, который видели апостолы во время Преображения Христа. Этот нетварный свет и вообще все энергии Божии являются общим выражением единой сущности Отца и Сына и Святого Духа.

«Против Григоры» Палама написал 4 опровержительных слова (1 и 2 — в 1355, 1356; 3 и 4 — в 1356-1357). Григора принимал богословские тезисы Варлаама, утверждая, что благодать Божия и особенно свет Преображения был тварным. Палама опровергает аргументы Григоры и утверждает, что свет Преображения не был ни тварью, ни символом, но отблеском божественной сущности и подтверждением действительного общения между Богом и человеком.

Все вышеуказанные сочинения Паламы отличаются отчетливым полемическим характером, направлены на опровержение воззрений противников. Палама выражает свои богословские утверждения с полной ясностью и в своих не столь полемичных богословских и аскетических сочинениях. В «150 богословских, нравственных и практических главах» (1349/1350 г.) он излагает, пользуясь обычным для всех аскетических писателей Востока методом, основные темы своего учения в кратких главах. В некоторых случаях он приводит целые отрывки из своих предшествующих сочинений. Систематизировав свое богословское учение, он излагает его с ясностью и полнотой, наряду со своими философскими воззрениями.

Сочинение «К Ксении о страстях и добродетелях» (1345- 1346 г .) адресовано монахине, занимавшейся воспитанием дочерей императора Андроника III. Это обширный аскетический трактат, посвященный борьбе со страстями и стяжанию христианских добродетелей.

Во время архипастырства в Фессалониках с амвона кафедрального храма свт. Григорий Палама произнес большую часть своих 63 гомилий, подтверждающих его глубокую духовность,  богословские дарования и преданность Церкви. Хотя гомилии посвящены по преимуществу аскетико-нравственной и социально-патриотической тематике, в них находится место и для умозрений о нетварном Фаворском свете (в гомилиях 34, 35 «На Преображение Господне»). Некоторые из слушателей не могли уследить за мыслями гомилий святителя Григория из-за недостатка образования. Однако он предпочитает говорить высоким стилем с тем, чтобы «лучше возводить распростертых на земле, нежели низводить из-за них пребывающих на высоте». Впрочем, любой внимательный слушатель может достаточно ясно уразуметь сказанное.

Из текстов, относящихся ко времени его пленения у турок, наиболее ценно «Письмо к своей [Фессалоникийской] Церкви», которое помимо различных исторических сведений описывает некоторые из его собеседований и описан ряд эпизодов, где фигурируют турки.

Помимо вышеуказанных сохранилось немало более маленьких сочинений опровержительного, полемического, аскетического и богословского содержания и четыре молитвы.

Сочинения свт. Григория Паламы в онлайн-библиотеке сайта «Православие и мир»

Десятословие по христианскому законоположению

Диспут с хионами

Для чего и до каких пор полезно заниматься словесными рассуждениями и науками

Исповедание православной веры

О божественном и обоживающем причастии или о божественной и сверхъестественной простоте

Письмо своей Церкви

Слово о Честном и Животворящем Кресте

Феофан, или о божественной природе и о непричастности к ней, равно как и о причастности

Учение

Святитель Григорий Палама, пользуясь творчески переработанной богословской терминологией, сообщил новые направления богословской мысли. Его учение не было обусловлено только философскими понятиями, но было сформировано на совершенно иных принципах. Он богословствует на основании личного духовного опыта, который пережил, подвизаясь как монах и сражаясь как искусный ратоборец против тех, кто искажал веру, и который он обосновал с богословской стороны. Потому и сочинения свои он начал писать в достаточно зрелом возрасте, а не в юные годы.

1. Философия и богословие 

Варлаам уподобляет знание здоровью, которое неделимо на здоровье, подаваемое Богом, и на здоровье, приобретаемое благодаря врачу. Также и знания, божественное и человеческое, богословие и философия, согласно калабрийскому мыслителю, едины: «философия и богословие, как дары Божии, равны по ценности пред Богом».  Отвечая на первое сравнение св. Григорий писал о том, что врачи не могут целить неисцельные болезни, они не могут воскрешать мертвых.

Далее Палама проводит предельно ясное различие между богословием и философией, твердо опираясь на предшествующую святоотеческую традицию. Внешнее знание совершенно отлично от истинного и духовного знания, невозможно «от [внешнего знания] научиться чему-либо верному о Боге». При этом между внешним и духовным знанием существует не только отличие, но и противоречие: «оно настроено враждебно по отношению к истинному и духовному знанию».

По Паламе есть две мудрости: мудрость мира и мудрость Божественная. Когда мудрость мира служит Божественной мудрости, они составляют единое древо, первая мудрость приносит листья, вторая плоды. Также «двойным является вид истины»: одна истина относится к богодухновенному писанию, другая — к внешнему образованию или философии. Перед этими истинами стоят не только разные цели, но и разные первоначальные принципы. Философия, начинаясь с чувственного восприятия, заканчивается познанием. Мудрость Божия начинается с блага за счет чистоты жизни, а также с истинного ведения сущих, которое происходит не от научения, а от чистоты.

«Если ты без чистоты, хоть бы и изучил от Адама до кончины мира всю природную философию, ты будешь глупцом, а то и хуже, а не мудрецом». Конец мудрости — «залог будущего века, неведение превышающее знание, тайное тайному причастие и невыразимое видение, таинственное и неизреченное созерцание и познание вечного света».

Представители внешней мудрости недооценивают силу и дарования Святого Духа, то есть они сражаются против таинственных энергий Духа. Мудрость пророков и апостолов не приобретается научением, но преподается Духом Святым. Апостол Павел, восхищенный до третьего неба, просветился не мыслями и умом, но получил озарение «силы благого Духа по ипостаси в душе». Озарение, происходящее в чистой душе, не является познанием, поскольку превосходит смысл и познание. «Главное добро» посылается свыше, является даром благодати, а не природным дарованием.

2. Богопознание и боговидение

Варлаам исключал всякую возможность познания Бога и изложения аподиктических силлогизмов о Божественном, потому что считал Бога непостижимым. Он допускал только символическое ведение Бога и то не в земной жизни, а только по разлучении тела и души.

Палама согласен в том, что Бог непостижим, однако эту непостижимость он приписывает основному свойству Божественной сущности. В свою очередь он считает возможным некоторое знание, когда человек обладает определенными предпосылками знания Бога, Который становится доступным через Свои энергии. Бог является одновременно постижимым и непостижимым, знаемым и незнаемым, рекомым и неизреченным. Знание Бога приобретается «богословием», которое бывает двойным: катафатическим и апофатическим. У катафатического богословия в свою очередь есть два средства: разум, который через созерцание сущих приходит к некоему познанию, и Писание с Отцами.

В Ареопагитском корпусе предпочтение отдается апофатическому богословию, когда подвижник, выйдя за пределы всего чувственного, погружается в глубину Божественного мрака. Согласно святителю Григорию Паламе тем, что выводит человека вне катафатики, оказывается вера, которая составляет доказательство или сверхдоказательство Божественного: «…всякого доказательства лучшее и словно некое не требующее доказательств начало священного доказательства есть вера». П. Христу писал, что, по учению Паламы, «апофатическое богословие — это сверхъестественные действия веры».

Духовно-опытным подтверждением веры  оказывается созерцание, которое увенчивает богословие. В отличие от Варлаама для св. Григория созерцание выше всего, включая апофатическое богословие. Одно дело говорить или молчать о Боге, другое жить, видеть и обладать Богом. Апофатическое богословие не перестает быть «логосом», а «созерцание выше логоса». Варлаам говорил о видении катафатическом и апофатическом, а Палама — о видении выше видения, связанном с вышеестественным, с силой ума как действием Святого Духа.

В видении выше видения участвуют умные очи, а не помысл, между которыми проходит непреодолимая пропасть. Обладание подлинным созерцанием Палама сравнивает с обладанием золотом, одно дело думать о нем, другое иметь в своих руках. «Богословствование столь же уступает этому видению Бога в свете и столь же далеко от общения с Богом, как знание от обладания. Говорить о Боге и встретиться с Богом не одно и то же». Он подчеркивает особое значение «претерпевания» Божественного по сравнению с «богословствованием» катафатическим или апофатическим. Те, которые удостаиваются неизреченного видения, познают то, что выше зрения не апофатически, «но от видения в Духе этой боготворящей энергии». «Единение и зрение во мраке» выше «такого богословия».

В целом можно сказать, что Палама защищает православное богословие от «агностицизма», который пытался навязать Варлаам. Христианское богословие, исходя из единства и различия Божественной сущности и энергий, может изложить еще и аподиктические силлогизмы о Боге.

3. Сущность и энергии в Боге

Бог является непостижимым по сущности, но объективная ценность откровения Божия в истории человека познается по Его энергиям. Бытие Бога состоит из Его «самосуществующей» сущности[29], остающейся непостижимой, и Его действий, или энергий, нетварных и вечных. Через различие сущности и энергий стало возможным достижение познания Бога, непознаваемого по сущности, но познаваемого по энергиям теми, кто достиг определенной степени духовного совершенства. Непостижимость и неприобщимость божественной сущности исключает для человека какое-либо непосредственной участие в ней.

Учение о различии между сущностью и энергиями наиболее ярко представлено в творениях Каппадокийских отцов (IV в.), у святителя Иоанна Златоуста (конец IV в — начало V в.), в Ареопагитском корпусе (начало VI в.) и у преподобного Максима Исповедника (VII в.). Для Каппадокийских отцов учение о постижимости Божественной сущности было неприемлемо как один из тезисов Евномия, который, утверждая равные возможности богопознания для людей и Господа нашего Иисуса Христа, тем самым пытался принизить Сына Божия.

Для автора Ареопагитик это учение было органичным следствием развивавшегося в корпусе апофатического богословия. Преподобный Максим Исповедник, своим возвышенным учением о логосах опровергая изнутри неизжитые остатки оригенизма, также во многом предвосхитил учение Фессалоникийского святителя.

В течение раннего средневековья велся спор между номиналистами и реалистами о бытии идей, а следовательно и о свойствах Бога. Отголоски этого спора можно усмотреть и в паламитском споре: антипаламиты отрицали действительное бытие свойств, а Палама в течение раннего периода полемики подчеркивал их бытие даже чрезмерно, говоря, что одно — это Божество, а другое царство, святость и пр. Они являются существенным в Боге, как говорится и в использовавшемся Паламой седальне на Преображение: «Сокровенное блистание под плотию существенного Твоего, Христе, и божественного благолепия на Святей Горе явил еси», — и в его собственных триадах, где он говорил о «свете божественного и существенного благолепия».

Сам Григорий Палама неоднократно подчеркивал единство сущности и энергий. «Хоть и различается от божественной сущности божественная энергия, но в сущности и энергии единое Божество Бога». Современный греческий специалист по церковной истории и праву Власий Фидас сформулировал учение святитель Григория так: «…[различие] непричаствуемой божественной сущности и причаствуемых энергий не отделяет нетварных энергий от божественной сущности, поскольку в каждой энергии является весь Бог, по причине неделимости божественной сущности».

4. Обожение и спасение 

Различие между сущностью и энергией в Боге дало Паламе основание для правильного описания обновления человека, которое произошло во Христе. В то время как Бог остается по сущности неприступным, Он дает человеку возможность вступить с Ним в действительное общение Своми энергиями. Человек, приобщаясь божественным энергиям или божественной благодати, получает по благодати то, что Бог имеет по сущности. По благодати и через общение с Богом человек становится бессмертным, нетварным, вечным, бесконечным, одним словом становится Богом.

«Всецело мы становимся богами без тождества по сущности». Все это получает человек от Бога как дар общения с Ним, как благодать, исходящую от самой сущности Божией, которая остается всегда непричастной для человека. «Обожение обоженных ангелов и людей не есть сверхсущностная сущность Бога, но сверхсущностной сущности Бога энергия, сосуществующая в обоженных».

Если человек деятельно не участвует в нетварной боготворящей благодати, он остается тварным результатом творческой энергии Бога, и единственной связью, соединяющей с Богом, остается связь творения с его Творцом. В то время как природная жизнь человека является результатом Божественной энергии, жизнь в Боге — это приобщение Божественной энергии, которое ведет к обожению. Достижение этого обожения определяется двумя важнейшими факторами — сосредоточением и обращением ума к внутреннему человеку и непрестанной молитвой в некоем духовном бодрствованиии, увенчанием чего становится общение с Богом. В этом состоянии человеческие силы сохраняют свою энергию, несмотря на то, что они оказываются выше привычных себе мер.

Подобно тому, как Бог снисходит к человеку, так и человек начинает восхождение к Богу, дабы воистину осуществилась эта их встреча. В ней весь человек охватывается нетварным светом Божественной славы, который вечно посылается от Троицы, а ум восхищается Божественным светом и сам становится светом. И тогда таким образом ум, как свет, видит свет. «Боготворящий дар Духа есть неизреченный свет, и он творит божественным светом тех, кто обогатился им».

В данный момент мы соприкасаемся с одним из самых важных элементов учения Паламы. Опыт обожения и спасение человека являются возможной реальностью, начиная с настоящей жизни, со славным соединением исторического со сверхисторическим. Душа человека через приобретение вновь Божественного духа предвкушает отныне опыт Божественного света и божественной славы. Свет, который видели ученики на Фаворе, свет, который видят чистые исихасты ныне, и бытие благ будущего века составляют три этапа одного и того же события, слагаясь в единую сверхвременную реальность. Однако для будущей реальности, когда упразднится смерть, настоящая реальность является простым залогом.

Отождествление сущности и энергии в Боге, которому учили противники Паламы, разрушает самую возможность осуществления спасения. Если не существует нетварной благодати и энергии Божией, тогда человек или же приобщается Божественной сущности, или не может иметь никакого общения с Богом. В первом случае мы приходим к пантеизму, во втором разрушаются самые основания христианской веры, согласно которой человеку предлагается возможность действительного общения с Богом, которое осуществилось в богочеловеческом лице Иисуса Христа. Нетварная благодать Божия не освобождает душу человека от оков тела, но обновляет всего человека и переносит его туда, куда Христос вознес во время Своего Вознесения человеческую природу.

5. Учение о нетварном свете

Учение Паламы о нетварном свете божественного Преображения является одним из наиболее основополагающих,  господствующих в его сочинениях направлений. Он ведет речь на основании своего собственного опыта, бывшего отправной точкой для его богословствования. Свет, который осиял Христа во время Преображения, не был тварью, но выражением Божественного величия, видения коего удостоились ученики, получив возможность видения после соответствующего приуготовления Божественной благодатью. Свет этот не был тварным «символом Божества», как полагал Варлаам, но божественным и нетварным. Святитель Григорий писал в ответ Варлааму: «Весь лик божественных богословов боялся назвать символом благодать этого света… чтобы никто не посчитал тварным и чуждым Божеству этот божественнейший свет…»

Преподобный Максим Исповедник действительно называет этот свет символом, но не в смысле чувственного символа, символизирующего нечто высшее и духовное, а в смысле высшего «аналогически и анагогически», который полностью остается непостижимым для человеческого ума, но содержит в себе знание богословия, и преподает его способному увидеть и воспринять. Преподобный Максим пишет также о фаворском свете как о «природном символе Божества» Христа.

Интерпретируя мысль преподобного Максима, святитель Григорий Палама противопоставляет неприродный символ природному, чувственное — чувству превыше чувства, когда «око видит Бога не при помощи чуждого символа, но видит Бога как символ».  «Сын, родившись от Отца безначально, обладает безначально природным лучом Божества; слава же Божества становится славой тела…»

Итак, фаворский свет — это нетварная энергия Бога, которая созерцается умными очами «очищенного и облагодатствованного» сердца. Бог «как свет видится и светом творит чистых сердцем, почему и называется светом». Свет Фавора выше не только внешнего знания, но и знания от Писаний. Знание от Писаний подобно светильнику, который может попасть в мрачное место, а свет таинственного созерцания подобен яркой звезде, «каковой является солнце». Если и сравнивается фаворский свет с солнцем, но это только сравнение. Характер фаворского света выше чувства. Фаворский свет не был ни умопостигаемым, ни чувственным, но превыше чувства и понимания. Потому и просиял «не как солнце… но выше солнца. Хоть о нем и говорится по подобию, но между ними нет никакого равенства…»

Это видение света доподлинно, реально и совершенно, в нем принимает участие душа, вовлекающая в процесс видения весь душевнотелесный состав человека. Видение света приводит к единению с Богом и является признаком этого единения: «Имеющий тот свет неизреченно и видящий не по представлению больше, но видением истинным и находящимся превыше всех тварей, знает и имеет внутри себя Бога, ибо никогда не отделяется от вечной славы». Видение нетварного света в земной жизни — это драгоценный дар, преддверие вечности: «…нетварный свет ныне дается достойным как залог, а в нескончаемом веке он будет осенять их нескончаемо». Это тот самый свет, который видят подлинные исихасты, которому приобщился и сам Палама. Вот почему святитель Григорий Палама сам стал великим вестником благодати и света.

Из поучений свт. Григория Паламы

Помни будущий век и поучайся во всех заповедях и поучениях Господних; и самого себя испытывай, не преступил ли или не оставил ты чего, и исправь себя во всём.

Посещай в день воскресный храм Божий, и будь на всех службах церковных; причащайся  Святого Тела и Крови Христовой, и начало полагай исправнейшей жизни; обновляй себя и приуготовляй к принятию будущих благ. Имея таким образом Бога в сердце своём, ты не преступишь заповеди и бремени греха на себя не возьмёшь.

Написано: не укради (Исх.20,15), но ты, что есть у тебя в тайне раздели с нуждающимся, да от видящего в тайне Бога приимешь стократно больше того, и в будущем веке жизнь вечную. Поэтому от своего давай просящему и оказывай милость, по силе твоей, нуждающемуся в милости, и не отвращайся от хотящего занять у тебя.

Если есть кто враждебно  к тебе расположенный — отвечай любовью ему. Таким образом ты и его примиришь с собою и победишь благим злое, как повелевает тебе Христос.

Проповеди в Неделю свт. Григория Паламы

Митрополит Антоний Сурожский. Причастники Божественной природы

Протоиерей Всеволод Шпиллер. Мы — причастники Божества. Неделя святителя Григория Паламы

Святейший Патриарх Кирилл. Слово в день памяти Святителя Григория Паламы

Слово протоиерея Евгения Попиченко

Протоиерей Димитрий Смирнов. Неделя свт. Григория Паламы. О причинах и правильном перенесении болезней

 Молитвы

Кондак святителя Григория

глас 8

Премудрости священный и Божественный орган,/ богословия светлую согласно трубу, воспеваем тя, Григорие богоглагольниче,/ но яко ум, Уму первому предстояй,/ к Нему ум наш, отче, настави, да зовем:// радуйся, проповедниче благодати.

Тропарь святителя Григория

глас 8

Православия светильниче,/ Церкве утверждение и учителю, монахов доброто,/ богословов поборниче непреоборимый, Григорие чудотворче,/ Фессалонитская похвало, проповедниче благодати,// молися выну спастися душам нашим.

Тропарь Григория Паламы, архиепископа Фессалонитского

глас 8

Православия наставниче, святителем украшение,/ Богословцем поборниче непобедимый, Григорие чудотворче,/ Солуню великая похвало, проповедниче благодати,/ моли Христа Бога спастися душам нашим.

Григорий Палама о божественных энергиях как силе, дарующей человеку спасение

Во многих религиях можно увидеть два выраженных направления. Одно — для мирян и обычных людей, что выражается через молитвы и соблюдение ритуалов. Другое же — более сокрытое и связанное с различными духовными практиками. В этой связи часто упоминаются индийские йоги и буддийские отшельники, языческие шаманы и суфии на мусульманском Востоке. Гораздо меньше известно об исихазме — учении христианского святого Григория Паламы о божественных энергиях.

Мистическое православие — такое сочетание слов для многих звучит странно и может даже настораживать. Однако оно реально существует, зародившись на святой горе Афон и дожив до наших дней. Это учение об особом молении, сосредоточении ума и божественной силе, или энергии, дарующей человеку спасение. Но прежде чем говорить об исихазме, следует обратиться для начала к биографии самого святителя.

Детство

За всю историю церкви в лике святых было прославлено немало знатных и состоятельных по происхождению людей — тех, кто предпочел мирским искушениям духовный путь, получив в силу своего положения доступ к хорошему образованию и религиозной литературе. Палама стал одним из таких примеров.

Происхождение и рождение

Григорий родился в византийской столице Константинополе. Точная дата его появления на свет неизвестна и приблизительно установлена около 1296-го года. Также на основании агиографических и других источников известно об аристократических корнях будущего отца церкви. Его род происходил из малоазийских провинций Византии, но был вынужден покинуть родину и перебраться столицу в XII веке, когда эти территории оказались утеряны империей и завоеваны тюрками-сельджуками.

Семья

Отцом основателя исихазма стал сенатор Константин, приближенный императора и воспитатель его внука — также будущего василевса, вошедшего в историю как Андроник III Палеолог. В юности он сблизится с Григорием и сыграет важную роль в его судьбе.

Будущий святой был старшим ребенком в семье, у него родились братья Феодосий и Макарий, а также сестры Эпихарис и Феодотия. Все они вместе с матерью по имени Каллони канонизированы Константинопольской церковью в 2009-м году.

Светская жизнь и образование

Когда мальчику исполнилось 5 лет, он осиротел — отец умирает. Имеются сведения, что на смертном одре Константин принял монашеский постриг. Благодаря заслугам сенатора семья была принята под покровительство василевса. Начинается новый этап жизни — теперь Григорий живет при царском дворце, получив широкие возможности для учебы и карьерного роста.

Юноша получает превосходное классическое образование в императорском университете. Так, ему преподавал знаменитый писатель, филолог и богослов Феодор Метохит, признанный лучшим учителем того времени. Больше всего в процессе обучения будущего мыслителя заинтересовали идеи Аристотеля — уже в 17 лет будущий мистик прочитал лекцию о его силлогистическом методе, выступая перед самим василевсом и придворными.

Юношеские годы и молодость

Молодой аристократ жил при дворе, был замечен императором Андроником и пользовался его расположением. Как повествует житие, правитель прочил юноше успешную административную карьеру и продвижение по службе, дабы тот последовал делу своего отца. Согласно источникам, эти предложения со стороны василевса звучали более чем настойчиво.

Агиографические тексты указывают, что придворные интриги и успех на поприще государственной службы мало интересовали Паламу. Подробных сведений о его духовных исканиях в юные годы нет. Однако в письмах патриарха Филофея указывается, что уже тогда юноша общался с афонскими монахами, избегал роскоши и практиковал «воздержание, пост и бодрствование».

Монашеский постриг

Существуют разные версии того, как именно будущий святитель пришел к монашеству. Он принял постриг в 18 или 20 лет. В источниках говорится, что к тому моменту юноша уже много лет тяготел к иноческой жизни. Вместе с тем указывается, что его семья после смерти отца попала в сложное положение по части наследования имущества, поэтому Григорий побудил членов семьи уйти в монастырь и сделал это сам.

Согласно житийным источникам, император Андроник выступал против такого решения юного придворного. Но несмотря на недовольство правителя, Палама и два его брата отправляются на Афон. Филофей упоминает, что по дороге будущий монах встретил известных еретиков-богомилов, яростно спорил с ними и чуть не поплатился за это жизнью.

Подвижничество на Афоне

После прибытия на святую гору юный послушник поступает под руководство преподобного Никодима и обитает недалеко от Ватопедского монастыря. После двух лет подготовки в посте и постоянном молитвенном бдении молодой человек принимает постриг от своего духовного наставника. Но в это же время происходит беда — умирает младший брат Феодосий.

Уходит из жизни и Никодим. Григорий переселяется в лавру святого Афанасия и становится там регентом. Позднее молодой инок уходит в скит Глоссия и уделяет все больше времени уединению, безмолвию и «умной» молитве — особой духовной практике, связанной с очищением ума и внутренним сосредоточением. Именно она и станет в дальнейшем одной из главных основ исихазма.

Уход с Афона

Тем временем Византийская империя продолжала клониться к упадку. После утраты Анатолии турецкие вторжения начинают угрожать европейской части страны — Афон тоже оказывается под угрозой нашествия. В 1325-м году Палама вынужден покинуть святую гору вместе с 11 иноками, спасаясь от очередного османского набега. Монашеская братия перебирается в более безопасное место — город Салоники.

Основание отшельнической общины

Поселившись в Салоники, Григорий принимает сан священника. Он служил в церкви, читал проповеди, посещал богословские дискуссии, сблизившись с будущим патриархом Исидором. Однако гораздо больше Палама тяготел к уединению и погружению в молитву, поэтому в итоге направляется со своей братией в горы, где они становятся отшельниками.

Пещера, где обитал святой, сохранилась в монастыре святого Иоанна Предтечи недалеко от современного города Верия. Здесь инок полностью уединяется и погружается в свои духовные практики, общаясь с другими монахами лишь по субботам и воскресеньям.

Время жительства в пустыни оказалось недолгим для будущего исихаста — вскоре умирает его мать. Он перевозит в Верию своих сестер-монахинь Феодотию и Эпихарис. Однако спустя некоторое время последняя также уходит из жизни.

Зрелый возраст

Этот период жизни святого отца насыщен множеством событий — он продолжал свой духовный путь в атмосфере кризиса и упадка византийской государственности. Даже будучи в опасности и теряя свободу, святитель продолжал сочинять свои труды, проповедовать, вести богословские споры и обретать мистический опыт.

Затворничество

В 1331-м году греческим землям угрожает нашествие уже со стороны северных славянских соседей. Святитель возвращается на Афон, где подвизается в пустыни, вновь пребывая в уединении и отшельничестве. Впрочем, долго продолжаться этому не было суждено — благодаря своему авторитету и духовному опыту он избирается игуменом монастыря Эсфигмен и выходит из затворничества.

Начинается новый период жизни, отмеченный ярым богословским спором с Варлаамом Калабрийским, который длился целых 6 лет. В этот же период начинается писательская деятельность — основатель исихазма создает свои первые сочинения. Их список открывает житие Петра Афонского, датированное 1332-м годом.

Заключение под стражу

Тем временем обстановка накаляется. Борьба за византийский трон между домами Кантакузинов и Палеологов оборачивается гражданской войной. Она имела и религиозную окраску — паламиты поддерживали первых, варлаамиты — вторых.

Сам святой сторонился конфликта и продолжал оставаться в пустыни. Два церковных собора с целью его осуждения не принесли результатов. Далее Григорий удаляется на остров Ираклия, однако вскоре оказывается под арестом. Его доставляют под конвоем в Константинополь и сажают в тюрьму. В 1344-м году созывается новый собор, где Паламу отлучают от церкви.

Оправдание

В 1347-м году гражданская война заканчивается. Подписывается соглашение, по которому Иоанн VI Кантакузин становится императором. Меняется и церковная власть — патриарший трон занимает паламит Исидор, которого Григорий знал еще в юности.

Исихасты набирают силу в церковных кругах и богословском дискурсе, а сам святитель после более чем двух лет заточения в тюрьме выходит на свободу.

Избрание архиепископом

Сторонники Кантакузина продолжают укреплять свои позиции. При поддержке Исидора в Салониках проходят выборы нового архиепископа — им становится Григорий. Однако сторонники поверженных Палеологов сохраняют очаги сопротивления, потому власть взяла над ними полный контроль лишь три года спустя. Немалую роль в этом сыграл сам Палама, которому удалось умиротворить людей и наладить переговорный процесс. За это он получает титул защитника благочестия.

Пиратский плен

Тем временем распри между двумя императорскими домами продолжались. Палама вновь призывается как посредник и в 1354-м году отбывает на корабле в Константинополь. По пути он попадает в плен к турецким пиратам, где проводит около года.

Будучи в неволе, мыслитель не боялся вести свою проповедь православия иноверцам, что отражено в его трудах и церковных хрониках. Святой полагал, что можно и нужно обращать в христианство турок, которые на тот момент уже активно включились в жизнь Византии и селились на ее землях.

Возвращение и пастырская деятельность

После гражданской войны большая часть исконно греческих земель на Балканах оказалась под контролем сербов. Они смогли договориться с пиратами, заплатили выкуп и освободили Паламу из плена. Тот вернулся в Салоники и продолжил свое пастырское служение.

Его учеником стал праведный Николай Кавасила, ставший видным богословом, писателем и одной из ключевых фигур в исихазме.

Последние годы жизни

Несмотря на слабое здоровье, Григорий продолжал служение в Салониках почти до конца своих дней. Святитель участвовал в литургии, регулярно произносил проповеди и проводил церемонии по случаю церковных праздников. Патриарх Филофей сообщает в своих записках, что именно в этот период жизни Палама совершал также исцеления больных людей.

Он прожил 63 года и скончался 14-го ноября 1359-го года. Проститься с покойным пришел почти весь город и жители окрестных деревень. «К высотам!» — таковы были последние слова святого.

Участие в полемике

Идеи исихазма вызвали ожесточенные споры в церковной среде. Его противники в своей критике духовного опыта монахов-паламитов заходили столь далеко, что затрагивалось само учение церкви. В порядке вещей были обвинения в ереси. Святитель оказался вынужден отстаивать свое учение и одновременно сохранять единство православия.

С Варлаамом Калабрийским

Данный богослов являлся выходцем из Италии, имевшим греческое происхождение. Получив западное образование, оперируя логикой античной философии и придерживаясь схоластического мышления, он был далек от интуитивно-мистического подхода, который имел место среди афонских монахов. Это противоречие породило острый идейный конфликт.

Поначалу спор касался сущности знания о Боге и места древней языческой философии в христианском богословии. Дискуссии носили в основном полемический характер — обсуждались вопросы постижимости божественных предметов для разума и сущность доказательства как понятия.

Но в дальнейшем Варлаам стал обвинять исихастов в том, что те уклоняются в ересь мессалианства. Приверженцы этого раннехристианского учения в свое время занимались молитвенными экстатическими практиками, которые были позднее осуждены церковью. Мистицизм исихастов объявлялся прельщением, а нетварность фаворского света яростно опровергалась варлаамитами.

Основные тезисы Паламы в этих спорах можно свести к трем аспектам:

  1. Знание не едино, а может разделяться на внешнее и внутреннее — духовное и связанное с божественной мудростью.
  2. Признается способность людей в известной мере познать Бога уже в земной жизни через мистический опыт.
  3. Способность к созерцанию менее важна, чем принятие Святого Духа, возможность напрямую встретиться с Господом и в известном смысле ощутить Его в себе.

С Григорием Акиндином

Длительное время Акиндин являлся своего рода посредником в споре между Паламой и Варлаамом, однако в дальнейшем занял противоборствующую позицию по отношению к ним обоим, что почти в равной степени отражено в его богословских трудах.

В противоборстве Акиндина с паламитами главным предметом данной дискуссии стала трактовка учения о сущности и энергии, а также природе фаворского света. Исихасты обвинялись в «двубожии», искажении православного понимания монотеизма и соотношения различных аспектов в божественной сущности.

С Никифором Григорой

Подобно Акиндину, данный богослов на первом этапе также оппонировал Варлааму и не критиковал молитвенную практику исихастов как таковую. Однако в дальнейшем он также яростно спорил насчет понимания боЖественной сущности в контексте идеи тварных и нетварных субстанций. Также поднимался вопрос корректности использования паламитами теологических понятий. Так, божественную энергию сторонники Григоры отказывались именовать таковой. В итоге противостояние завершилось собором 1351-го года, где Никифор был осужден, а церковь утвердила окончательные догматические постановления и осуждения по данному вопросу.

Собор вынес следующие тезисы, оправдавшие паламитов:

  • различие в Боге между сущностным и энергетическим аспектами;
  • нетварность последнего;
  • принадлежность единому Господу обоих аспектов;
  • корректность терминов «Бог» и «Божество» при именовании энергий;
  • превосходство сущностной стороны над энергетической;
  • сущность участвует в божественной жизни или энергии.

История мощей святого

Есть мнение, что нетленность мощей может объясняться изменением в структуре тканей организма — духовная трансформация ведет и к изменениям физическим даже на клеточном уровне. Как аргумент в том числе приводится идея учения исихазма о высших субстанциях, к которым молящийся приобщается и телесно.

Обретение

После смерти Григорий возводится в ранг местночтимого святого. Уже в 1368-м году произошло обретение его мощей. Патриарх Филофей составил житие и прославил его как святителя за духовные заслуги и дар исцеления при жизни. Сами же мощи переносятся в кафедральный собор Святой Софии в Салониках.

Текущее местоположение

Очень скоро Византия пала под натиском турок и стала частью Османской империи. Новые власти поддерживали исламизацию, поэтому собор был превращен в мечеть.

Встал вопрос о сохранении мощей и их почитании в условиях турецкого ига. В результате решение удалось найти. Саркофаг Паламы остается в черте города, но переносится на другое место — в монастырь Влатадон. В 1890-м году мощи обретают покой в новом кафедральном соборе, который в 1914-м году получает имя святого.

Чудодейственная сила

Как и в случае с другими православными святыми, у мощей Паламы страждущие обретают исцеление от болезней. Но не менее часто его почитатели говорят о пережитом духовном опыте, изменившем их жизнь после посещения собора святого Григория. Его мистическое учение спустя века продолжает овладевать умами людей.

Почитание

Палама признан и почитается как один из выдающихся отцов и учителей церкви, чье учение входит в основы православного понимания сущности высшей силы и ее составляющих. Также многие считают, что святой внес большой вклад как защитник восточного христианства от ереси и западного подхода к теологии, который может видеться слишком рациональным и приземленным.

День памяти

Святитель прославляется 14 (27) ноября. Другой день его поминания — второе воскресенье Великого поста. Символизм даты в том, что за неделю до этого церковь отмечает Торжество православия — победу над иконоборчеством. Палама как бы продолжает эту линию борьбы с ересями, одержав в свое время верх над варлаамитами.

Учение святого Григория

Концепция Паламы уникальна в том плане, что она создана на основе собственного духовного и мистического опыта самого святого. Он сочетал высокую образованность и знание философии с осмыслением собственных переживаний во время молитвенного действа. Все это было накоплено, осмыслено и выражено в сочинениях уже в зрелом возрасте автора.

О философии и богословии

Палама ясно разделяет эти два понятия, исходя из святоотеческой традиции. Указывается на явное отличие обычного («внешнего») знания от внутреннего и духовного, которое обретается через развитие души и связь с Господом. Оба понятия противопоставляются, равно как и мудрость мирская и божественная.

Философия в этой картине мира понимается как продукт чувственного восприятия и источник знания обычного. Она описывается как достаточно полезный, но опасный инструмент, которым следует аккуратно пользоваться лишь грамотным и духовно зрелым людям.

О богопознании и боговидении

Утверждается, что в целом Бог непостижим — и эта черта происходит из основного свойства его сущности. Однако человек может в известной мере соприкоснуться с высшей силой через ее энергии, выйдя за рамки чувственного восприятия.

Признается два вида богопознания:

  1. Катафатическое. В его основе лежит разум, созерцание, Писание и труды отцов церкви.
  2. Апофатическое. Этот метод предлагает познавать высшую силу через последовательное отрицание у нее физических, земных или тварных свойств.

Паламиты отдают предпочтение именно второму варианту. Утверждается, что именно при нем подвижник может выйти за рамки чувственного восприятия и соприкоснуться Богом. Вера здесь выступает как движущая сила и сверхдоказательство божественного бытия.

О сущности и энергии

С одной стороны, согласно идеям Паламы Бог есть энергия, или действие, имеющее вечный и нетварный характер. С другой — сущность и самость, непостижимая для человеческого сознания. Бытие Бога и есть сочетание этих двух вещей.

Данное учение как таковое не является изобретение Григория. Оно нашло отражение еще в трудах отцов церкви раннего периода — первые упоминания датированы IV веком. Соотношение и взаимодействие обоих аспектов всегда было предметом дискуссий, ибо прямо или косвенно затрагивало догматику вопроса о Святой Троице.

Палама постоянно подчеркивал, что сущность и энергии едины и неделимы. Так, во всяком своем акте и действии отражается полностью весь Бог, проявляясь как нечто целое.

Об обожении и спасении

Обновление человеческого существа, ставшее возможным после крестной жертвы Христа, описывается в данной концепции также через взаимодействие между божественными составляющими. Тогда как сущность остается недоступной, энергия может приобщить к высшей силе и ее благодати. Именно это дарует бессмертие душе, верующий сам в итоге становится нетварным и сливается с Господом — происходит то, что в исихазме именуется обожением. Способом достижения этого результата является непрестанная молитва, духовное бодрствование и очищение ума.

Если же христианин не участвует в благодати, он все равно остается плодом божественного созидания и его связь в качестве творения в таком случае является единственным каналом взаимодействия с высшей силой. Жизнь в Боге понимается как приобщение к высшей энергии, что в итоге ведет к обожению. Средствами для достижения последнего называются внутреннее сосредоточение ума и постоянное молитвенное бодрствование. В итоге меняется сама природа человека — он обретает единение с Господом и окончательное спасение.

О нетварном свете

Данное положение является одним из самых главных в учении паламитов. Также именуемый фаворским, этот свет исходил от Христа во время его Преображения и находился в поле зрения учеников. И если ранее преподобный Максим Исповедник говорил о данном свете как о символе, то основатель исихазма развивает мысль дальше. Данное явление осмысляется как проявление нетварной божественной энергии, что посещает подвижника в момент духовного, молитвенного и мистического озарения.

Способность к созерцанию фаворского света обретается через очищение и облагодатствование ума и сердца человека. Увидеть свет означает соединиться с Богом — в этом и есть одна из главных целей в практике исихазма. Это сияние представляет собой предвестник вечной жизни и после спасения осеняет души праведников бесконечно.

Об искуплении

Святитель писал, что до крестной жертвы Христа всякий получал воздаяния по делам его, совершенным в течение жизни. Но Сын Божий, названный «освободителем естества» через непорочное зачатие воспринял в себя поврежденную людскую природу. Так и «по духу рожденные» становятся свободными от греха прародителей — искупление осмысляется как постоянный процесс, во время которого души людей обретают во Христе примирение с Богом-отцом, восстанавливая исходное свое природное состояние.

Искупление понимается паламитами как религиозная жертва. Однако есть некоторые нюансы, связанные с ролью Спасителя. Так, Христос понимается и как жертва, и как приносящий ее Жрец. Человек с его поврежденной грехом природой стал добычей дьявола, но в данном случае силы зла теряют свою власть после воскресения и победы Сына Божьего над смертью.

О человеке

Природа людей — тварная и поврежденная. Однако она способна стать как бы сонаправленной высшим энергиям и тем самым направиться на путь искупления и спасения души. Такое совместное действие в работах святителя получило название синергии. В конечном итоге происходит трансформация самой сути верующего через принятие Бога в себя.

В целом концепция паламизма о человеке сводится к трем аспектам:

  • его душе;
  • сверхъестественном состоянии;
  • неестественном состоянии.

Человеческая душа разумна, будучи в первую очередь сущностью и лишь во вторую — энергией. При этом животная душа является лишь действием, не обладает самостоятельной субъектностью и умирает вместе с телом. Душа людей тварна, но бессмертна, руководит промыслительными силами тела и после смерти существует уже отдельно от него. Как субстанция она видится рассредоточенной по всему организму, однако в ряде работ сердце указывается как место присутствия души.

Высшее или сверхъестественное состояние понимается как проявление в людях божественного Духа, ведущего к высшим уровням познания и в конечном счете обожению и уподоблению Создателю. Так паламизм трактует христианскую идею о сотворенности по образу и подобию Бога. В этом же ключе видится исихастами и свобода воли — всякая душа одарена мыслью, разумом и возможностью выбора.

Неестественным же состоянием здесь видится отдаление от Бога, что может привести к смерти души и вечной погибели. Но даже испорченность человеческой природы посредством первородного греха все равно понимается как проявление свободы воли, дарованной свыше. Искаженная людская натура продолжает сохранять в себе образ божий, а путь к утраченному совершенству стал вновь возможен благодаря крестной жертве Христа.

Триадология

В данном направлении паламиты, создав учение исихазма, сохраняют следование патристической традиции восточной церкви и активно полемизируют с католиками — этот момент отразился и в спорах с Варлаамом.

В целом догмат о Святой Троице описывается так:

  • исхождение Духа только от Отца;
  • энергетическое единство всех трех Лиц;
  • признание допустимости латинско-католической формулы филиокве («исхождение и от Сына») в вопросе о проявлении энергий.

Христология

Учение паламитов продолжает идеи святых отцов древности и говорит о богочеловеческой природе Христа, свободной от первородного греха. Это свойство было обретено Сыном Божьим благодаря непорочному зачатию — он становится «новым Человеком и Спасителем».

Одним из главных моментов здесь является идея о преображении природы людей во Христе. Он не победил или заменил, но трансформировал ее внутри себя — и этот процесс был необратим. Тем самым людям дается шанс на спасение, ибо Сын тем самым оправдал род людской перед Отцом. Как писал сам святитель, прежний земной Адам сменяется Адамом небесным.

Вместе с тем Иисус для совершения искупительной жертвы принимает такие свойства природы людей, как смертность тела и его подверженность физическому страданию. В тексте «Омилий» Григорий указывает, что в ином случае миссия Христа являлась бы обманом перед лицом Отца.

Евхаристия

Данный греческий термин более известен нам как Причастие. Утверждается тождественность изначального физического и евхаристического тела Христа — то есть православный во время таинства причащается не символически или образно, а в буквальном смысле слова. Тем самым верующий становится сопричастен к спасению, минуя крестные муки, что взяты на себя Иисусом.

Вместе с тем Евхаристия рождает соединение с божественным не только на физическом и духовном, но также душевном и эмоциональном уровне. Это таинство несет верующему радость, принятие и любовь высшего порядка.

Труды и сочинения

Святой оставил после себя богатое наследие. И хотя он прежде всего известен как мистик и духовный практик, большое место среди его сочинений занимают богословские и поучительные труды, а также письма и послания.

Беседы

Сюда входят послания пастве, выдержанные нравственной и социальной тематике, однако и здесь имеются упоминания о фаворском свете. Тексты отличаются высоким, литературным стилем. Сюда входят «Десять бесед» и «Омилии».

Гимнография

Здесь можно упомянуть составленную святым «Молитву ко Пресвятой Богородице», текст которой воспроизводится согласно агиографическим источникам.

Догматико-полемические

Данный раздел почти полностью посвящен апологетике исихазма, защите от нападок варлаамитов и полемике с ними. «Триады» в этом контексте являются наиболее интересными текстами, отражающими идейную борьбу в богословии того времени.

Работы по этому направлению составляют самый большой удельный вес среди сочинений святителя:

  1. Антирретики против Акиндина.
  2. Письмо к Акиндину, посланное из Фессалоники прежде соборного осуждения Варлаама и Акиндина.
  3. Собеседование православного с варлаамитом.
  4. Десять бесед.
  5. Диспут с хионами.
  6. Исповедание Православной веры.
  7. О Божественном и обоживающем Причастии, или о Божественной и сверхъестественной простоте.
  8. О Божественном соединении и разделении.
  9. О Божественных энергиях и их причастии.
  10. О исхождении Святого Духа.
  11. О священнобезмолвствующих.
  12. Против Иоанна Векка.
  13. Святогорский томос в защиту священнобезмолвствующих.
  14. Сто пятьдесят глав, посвященных вопросам естественнонаучным, богословским и нравственным.
  15. Трактат о том, что Варлаам и Акиндин поистине нечестиво и безбожно разделяют единое Божество на два неравных божества.
  16. Собеседование православного Феофана с возвратившимся от варлаамитов Феотимом.
  17. Триады в защиту священнобезмолвствующих.

Нравственно-аскетические

Эти произведения посвящены вопросам морали, нравственности и христианской духовной дисциплины. Наиболее заметен здесь аскетический трактат, предназначенный для Ксении — монахини, воспитывавшей дочерей императора.

Произведения из данного списка в основном включают в себя послания, поучения и комментарии:

  1. Беседа в день памяти Святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова; и о любви к Богу и к ближнему.
  2. Ответ Павлу Асеню.
  3. К Ксении о страстях и добродетелях.
  4. Изъяснение десяти заповедей.
  5. Десятословие по Христианскому Законоположению.
  6. Три главы о молитве и чистоте сердца.
  7. О том, что всем вообще христианам надлежит непрестанно молиться.
  8. Слово на житие прп. Петра Афонского.

Письма

«Письмо своей Церкви» примечательно тем, что было написано автором во время пребывания в плену у турок. Здесь рассказывается о его общении с иноверцами и сообщаются ценные исторические сведения о нравах, быте и отношениях между народами в XIV столетии.

На иностранных языках

Из англоязычных текстов, имеющихся в сети, можно отметить «Триады» (The Triads )и «150 глав» (The one hundred and fifty chapters). Также оцифровано и доступно в электронном виде собрание сочинений на греческом языке.

Самым значимым и фундаментальным зарубежным изданием трудов святителя стала Patrologia Graeca. Это собрание сочинений отцов восточной церкви на греческом языке с параллельным переводом текста на латынь вышло в Париже в 1857—1876 годах. Произведения выстроены в хронологическом порядке с I по XV век. Данный порядок объясняет тот парадокс, что в 151-й том вместе с Григорием оказались включены его идейные противники — Варлаам и Акиндин.

Переводы

Самые ранние тексты сочинений святого Григория на славянских языках датированы 1360-ми годами. Политический контроль Сербии над греческими землями в этот период обеспечил и культурный обмен — первые переводы трудов мистика появляются именно в этой стране. Сохранились списки работ в сборниках Дечанского и Хиландарского монастырей. Наиболее известны похвальные слова и омилии Димитрию Солунскому, послание на Успение Богородицы и праздник Введения Ее во Храм.

На Руси больше всего стали известны поучения против католиков, которые проникли сюда при Иване Грозном. Зафиксированы сербские издания и доставленные с Афона антилатинские сочинения самого святителя и его ученика Николая Кавасилы. Через болгарское посредство приходит перевод «Прений с хионами и турками». Но лишь с конца XVIII века в России начинается планомерная работа по переводу текстов святителя Григория сначала на старославянский, а после и на современный русский язык.

Молитвы и тропари святому

Читаются святителю о даровании молитвенного усердия и сил для соблюдения поста, а также при трудных ситуациях в жизни.

Каноны и акафист

Канон читается в дни памяти 11-го (24-го марта) и 14-го (27-го) ноября при церковном богослужении и домашней молитве.

Акафист составлен монахом Герасимом Микрагианнанитом, утвержден Синодом Русской Православной Церкви в 2012-м году. Читается при церковных богослужениях и домашней (келейной) молитве.

Видео

Краткий пересказ жития святого Григория и сути его учения.

Григорий Палама — Григорий Палама

Řecký mnich a arcibiskup

Svatý Řehoř Palamas

Образ святого ehoře v klášteře Vatopaidi, hora Athos, ecko

Arcibiskup v Soluni, církevní otec, pilíř pravoslaví
narozený C. 1296
Константинополь
Zemřel 1357 небо 1359
Soluň
Uctíván v Východní pravoslavná církev
Melkitská řeckokatolická církev
Ukrajinská řeckokatolická církev
Сваторжечен 1368, Константинополь, патриарх Philotheos z Konstantinopole
Большая свадьба Soluň
Ходи Druhá neděle Velkého půstu
14.листопаду
Атрибуция Dlouhý, zužující se tmavý vous, svěřený jako biskup, držitel knihy evangelia nebo svitku, pravá ruka zdvižena v požehnání
Ovlivněno Нилус Кабасилас, Никодемус Хагиорицкий, Джон Мейендорф

Григорий Палама (ek: Γρηγόριος Παλαμᾶς; asi 1296–1357 nebo 1359) был byzantský řecký knownní teolog и církevní postava pozdně byzantského období.Mnich z hory Athos (moderní Řecko) a později arcibiskup ze Soluně, on je známý pro jeho obranu hesychast духовность, nestvořený charakter z hlediska přeměny, a rozdíl mezi Boží podstaty, at božístaty a energie. Jeho učení se odehrálo v průběhu tří hlavních kontroverzí, (1) s italsko-řeckým Barlaamem mezi lety 1336 a 1341, (2) s mnichem Gregory Akindynosem mezi lety 1341 a 1347, a (3) doem rogrekým barlaamem mezi lety 1336 a 1341, (2) s mnichem Gregory Akindynosem mezi lety 1341 a 1347, a (3) doem ro Grego srase 1348, a (3) doem ro Grego srasof filmozof, a (3) , Jeho teologické příspěvky jsou někdy označovány jako palamismus a jeho následovníci jako palamité.

Григорий и учёный од року 1368 яко сваты ве выходны православные циркви; uctívají jej také některé byzantské katolické církve, které jsou součástí společenství katolické církve. (TAKE быль papežem Janem Pavlem II. Nazýván svatým opakovaně citován яко Velký spisovatel teologie.) Některé г Jeho spisů jsou shromážděny ве Philokalii од osmanského období JE Друга neděle Velkého půstu věnována vzpomínka на Gregoryho Palamasa против pravoslavné církvi. Византский синодикон, православный таке ославу, его память и теологии, zatímco odsuzuje jeho oponenty, včetně některých antipalamitů, kteří vzkvétali po Gregoryho smrti.

Časný život

Григорий сам народ в Константинополе колем рок 1296. Иего отек, Константин, был двором византским цисарже Андроник II Палеолог (1282–1328), але земля, кдыж был Григорий еще млады. Samotný císař se podílel na výchově a vzdělávání chlapce bez otce a doufal, že se nadaný Gregory bude věnovat vládní službě, ale Palamas si vybral klášterní život Афон. Грегорова матка (Каллони) и sourozenci (Феодосиос, Макариос, Эпихарис и Феодотий), автор: také přijali mnišství a celá rodina byla v roce 2009 vysvěcena ekumenickým patriarchátem v Konstantinopoli.

Před odjezdem na Mt. Афон зискал Григорий широкий взделани, вчетне студия Аристотела, кто пржедведл перед Теодором Метохитем и цисаржем.

Klášterní kariéra

Navzdory císařovým ambicím pro něj se Gregory, tehdy sotva dvacetiletý, stáhly sotva dvacetiletý, stáhl v roce 1316 na horu Athos, а сталь здесь, где новичкем в классах Vatopedi pod vedením mnišskévho staršího. Nikodéma z Vatopedi. Наконец был пострижен на мнича, а покрачовал в его животность аскезе. По zániku Staršího Nikodéma strávil Gregory osm let duchovního boje pod vedením nového Staršího, Nicefora.Po tomto lastním Elderově klidu přešel Gregory do Velké lávry sv. Афанасия, Афонита на горе Афон, kde sloužil bratrům v lichoběžníku (refektáři) и в kostele jako kantor. Které si přejí věnovat se ve větší míře k modlitbě a askeze vstoupil do Skete nazvaný Glossia , kde vyučoval starověkou praxi mentální modlitby známé jako „modchalitbě sesrdse.

V roce 1326 se s bratřími kvůli hrozbě tureckých invazí stáhli do bráněného města Soluň, kde byl poté vysvěcen na kněze.Rozdělil svůj čas mezi svou službu lidem a snahou o duchovní dokonalost, a založil malou komunitu poustevníků poblíž Soluně na místě zvaném Veria.

Krátce působil jako opat kláštera Esphigmenou, ale v roce 1335 byl nucen rezignovat kvůli nespokojenosti ohledně askeze jeho klášterní správy.

Дискусе о исихасту

Hesychasm upoutal pozornost Barlaama, muže, který buď konvertoval na pravoslaví, nebo byl pokřtěn jako pravoslavný, který se s Hesychasty setkal a během návštěvy Mount Athos выслечл попис святой; četl také spisy Palamasa, který byl sám atonitským mnichem.Vycvičený v západní scholastické teologii, Barlaam byl skandalizován hesychasmem a začal s ním bojovat jak ústně, tak ve svých spisech. Jako soukromý učitel teologie v západním scholastickém režimu navrhl Barlaam intelektuálnější a výrokovější přístup ke znalostem Boha, než učili hesychastové.

Na straně hesychast se kontroverze ujal Palamas, kterého požádali jeho kolegové mniši na hoře Athos, aby bránil hesychasm před útoky Barlaama. Палама был взделаны в řecké filozofii. Григорий напсал на obranu řadu děl a hájil исихазм на šesti různých synodách v Konstantinopoli, které nakonec zvítězily nad svými útočníky na synodě 1351.

Časný konflikt mezi Barlaamem a Palamasem

Ačkoli Barlaam pocházel z jižní Itálie, jeho původ byl Řek a prohlásil východní pravoslaví jako svou křesťanskou víru. По запросу до Константинопольского колема 1330 г. Практика Варлаама на комментарий к Псевдо-Дионисиеви Ареопагитовы под защитой Яна VI. Kantakouzenos. Kolem roku 1336 obdržel Gregory kopie pojednání Barlaama proti latinským, odsuzujícím jejich vložení Filioque do Nicene Creed. Ačkoli Toto odsouzení bylo pevnou ortodoxní теологии, Палама се Поставил проти argumentu Barlaama на Jeho podporu, а Sice, že JE Treba upustit од úsilí о prokázání podstaty Boha (konkrétně podstaty Ducha Svatého), protože Буг JE v konečném důsledku nepoznatelný nepřemožitelný Lidé.Barlaam tedy tvrdil, že je nemožné určit, od koho Duch svatý vychází. Подле Сари Й. Деннинг-Болле Палама поважал Барлаамов аргумент о «небезпечном агностике». Ve své odpovědi s názvem «Apodiktická pojednání» Palamas trval na tom, že je skutečně prokazatelné, že Duch svatý vycházel z Otce, ale nikoli ze Syna. Mezi nimi následovala řada dopisů, ale jejich rozdíly se nepodařilo vyřešit přátelsky.

Triády

Ikona sv. Ehoře Palamy v metropolitní katedrále pojmenovaná po něm a kde jsou uloženy jeho ostatky (vlevo)

Вреакци на Барлаамовы сутки напсал Паламас девет поеднани с назвем «Триады на обрану тех, кдо практики посватне тихо».Pojednání se nazývají «triády», protože byla organována jako tři sady tří pojednání.

Triády byly psány ve třech fázích. První triáda byla napsána ve druhé polovině třicátých let 20. století a je založena na osobních diskusích mezi Palamasem a Barlaamem, ačkoli Barlaam není nikdy zmíněn jménem.

Gregoryho učení bylo potvrzeno nadřízenými a hlavními mnichy na Mt. Афон, který se sešel na synodě během 1340–1. Na začátku roku 1341 napsaly klášterní komunity na hoře Athos Hagioritic Tome pod dohledem a inspirací Palamasa.Ačkoli kniha nezmíňuje Barlaama jménem, ​​práce jasně míří na Barlaamovy názory. Kniha poskytuje systematickou prezentaci Palamasova učení a stala se základní učebnicí byzantské mystiky.

В ответ на Варлаама наврл „Proti Messalianům“, které poprvé zaútočilo na Gregoryho jménem. Barlaam posměšně nazýván jednotlivých hesychasts omphalopsychoi (muži s jejich duší v jejich pupky) и obvinili z kacířství Messalianism, také známý jako bogomilství na východě. Подле Мейендорффа Барлаам поважовал «jakékoli tvrzení o skutečné a vědomé zkušenosti s Bohem za Messalianismus».

Barlaam také přijal výjimku z nauky držené hesychasty, pokud jde o nestvořenou povahu světla, jehož zkušenost byla považována za cíl hesychastské rou praxe, považáčí a za koužáčí. Hesychastové ho udržovali, aby měl božský původ a byl totožný se světlem, které se projevilo Ježíšovým učedníkům na hoře Tábor při Proměnění. Барлаам поважовал туто науку «нестворенного света» за политическую жизнь, протозе постуловал двэ вечное вещество, являющееся невидимым бохой. Barlaam obviňuje použití Ježíšovy modlitby jako praktiky bogomilismu.

Другой город, находящийся рядом с городом Барлаамовы горы. V reakci na tuto druhou triádu složil Barlaam pojednání „Proti Messalianům“ spojující hesychasty s Messaliany a tím je obvinil z kacířství.

Ve třetí trojici Palamas vyvrátil Barlaamovo obvinění z Messalianismu tím, že prokázal, že hesychastové nesdíleli antisacramentalismus Messalianů, ani netvrdili, že fyzicky vidí nači podstat. Podle Fr. Джон Мейендорф „Грегори Палама orientuje celou svou polmiku na Barlaama Kalábrijského v otázce helénské moudrosti, kterou považuje za hlavní zdroj Barlaamových chyb.«

Роль в Byzantské občanské válce

Ačkoli občanská válka mezi příznivci Jana VI. Kantakouzenos a vladaři pro Jana V. Palaeologa nebyla primárně náboženským konfliktem, teologický spor mezi příznivci a odpůrci Palamy v něm hrál roli. Стивен Рансиман здоров, «затимко теологический спор, конфликт заговорил, набоженске и политике страны, которые не проходят». Aristokraté podporovali Palamasa především kvůli jejich konzervativním a protizápadním tendencím a také jejich vazbám na spolehlivě pravoslavné kláštery.Ačkoli několik významných výjimek ponechává otázku otevřenou otázce, v populární mysli (традиционная историография) jsou příznivci „palamismu“ a „kantakouzenismu“ obvykázázáná. Případný triumf Kantakouzenos v roce 1347 tedy s sebou přinesl i nezvratný triumf palamistů nad antipalamisty.

Pátá rada Konstantinopole

Ukázalo se, že spor mezi Barlaamem a Palamasem je neslučitelný a bude vyžadovat rozsudek biskupské rady. Série šesti patriarchálních rad se konala v Konstantinopoli dne 10.června 1341, srpna 1341, 4. listopadu 1344, 1. února 1347, 8. února 1347 а 28. května 1351, aby zvážila tyto otázky. Kolektivně jsou tyto rady přijímány jako mající ekumenické postavení pravoslavnými křesťany, z nichž někteří je nazývají Pátá rada Konstantinopolská a Devátá ekumenická rada.

Спор о исихазме до синодема, ктери с коналом в Константинополе в квартал 1341 год и после того, как перейти к Андронику III. Shromáždění, ovlivněné úctou, při níž se ve východní církvi konaly spisy Pseudo-Dionysia, odsoudilo Barlaama, který se vzdal.Екуменицкий патриархат трвал на том, где бывают самые последние Барлаамовы списы, так непржежилы жадные двойные копи Барлаамова поеднани „Проти Мессалианизма“.

Barlaamův primární zastánce císař Andronicus III zemřel pouhých pět dní po skončení synody. Ačkoli Barlaam zpočátku doufal v druhou šanci předložit svůj případ proti Palamasovi, brzy si uvědomil marnost v prosazování své věci a odešel do Kalábrie, kde konvertoval a břímskrace.

По Barlaamově odchodu se Gregory Akindynos stal hlavním kritikem Palamasa.Друга рада конана в Константинополи в srpnu 1341 Akindynos odsoudila a potvrdila zjištění dřívější rady. Akindynos a jeho podporovatelé získali krátké vítězství na radě konané v roce 1344, která exkomunikovala Palamas. Последний з těchto rad, která se konala v květnu 1351, však Palamasa přesvědčivě osvobodila a odsoudila jeho oponenty. Tato synoda nařídila, aby byli metropolité v Efezu a Ganosu zbaveni moci a uvězněni. Všichni, kteří se nechtěli podřídit ortodoxnímu názoru, měli být exkomunikováni a drženi pod dohledem ve svých sídlech.Proti Barlaamovi, Akindynosovi a jejich následovníkům bylo vysloveno několik anathem; současně byla vyhlášena řada aklamací ve prospěch Gregoryho Palamasa a stoupenců jeho doktríny. Jedním z pozoruhodných odpůrců palamismu byl Nicephorus Gregoras, který se odmítl podřídit synodu a byl účinně uvězněn v klášteře на два дня.

Postupné přijímání Palamistické doktríny

Kallistos I. a ekumeničtí patriarchové, kteří ho následovali, zahájili intenzivní kampa za to, aby palamistické doktríny byly přijaty ostatními východními patriarcháty jvšní.Trvalo však nějaký čas, než překonal počáteční odpor vůči jeho učení. Kyjevský metropolita расположен по адресу kallistose, které vykládají Palamistovu doktrínu, to rázně odmítla a vyvrátila odpověď. Подобно антиохийскому патриархату, который стал жертвой противного, мы поважали за иноваци; на концы čtrnáctého století там все, что было пржият паламизм. Podobné projevy odporu byly patrné v metropolitních stolcích, které byly ovládány latinskými, stejně jako v některých autonomních církevních oblastech, jako je kyperská církev.

Jedním z pozoruhodných příkladů kampaně za prosazení ortodoxie palamistické doktríny byla akce patriarchy Philotheose I. k zakročení proti Prochorosovi Kydonovi, mnichovi a knězi na hořit by Athos. Kydones napsal řadu antipalamistických pojednání a pokračoval v razantních arguments proti palamismu, i když byl předveden před patriarchu a přikázal dodržovat ortodoxní doktrínu. Nakonec Philotheos v podrážděnosti svolal synodu proti Kydonesovi v dubnu 1368. Ani toto extrémní opatření však nedokázalo podřídit se Kydonesovi a nakonec byl exkomunikován du navačito zevačito.Dlouhý svazek, který byl připraven na synodu, je zakončen dekretem o svatořečení Palamasa, který zemřel v letech 1357/59.

Navzdory počátečnímu odporu některých patriarchátů a názorů se odpor postupem času zmenšil a nakonec byla ve východní pravoslavné církvi přijata palamistická doktrína. Během tohoto období se stalo normou, že ekumeničtí patriarchové vyznávali nauku o palamitech poté, co se zmocnili svého stolce.

Martin Jugie uvádí, že opozice Latinů a Latinofronů, kteří byli vůči doktríně nutně nepřátelští, ve skutečnosti přispěla k jejímu přijetí a latinismus a antipalamismlís rosyann.

Podle Aristeida Papadakise „všichni pravoslavní učenci, kteří psali o Palamasovi — Losský, Krivosheine, Papamichael, Meyendorff, Christou — předpokládají, že jeho hlas je legimnídřádřádřád.

Pozdější roky

Interiér katedrály v Soluni.

Relikviář sv. Řehoře Palamy uvnitř katedrály.

Palamasovi odpůrci kontroverze hesychastu proti němu šířili pomlouvačná obvinění a v roce 1344 ho patriarcha Иоанн XIV увезнил на четыре роки. V roce 1347, kdy patriarcha Isidor přišel na ekumenický trůn, byl však Gregory propuštěn z vězení a vysvěcen jako solunský metropolita.Вжледем к тому, že konflikt s Barlaamem nebyl v té době urovnán, solúnští obyvatelé ho nepřijali a byl nucen žít na mnoha místech. Тепрве в роче 1350 был schopen obsadit biskupskou židli. V roce 1354, během plavby do Konstantinopole, se loď, ve které byl, dostala do rukou tureckých pirátů; был увезнен а збит. Byl nucen strávit rok ve vazbě u osmanského soudu, kde s ním bylo dobře zacházeno. Nakonec bylo jeho výkupné zaplaceno a vrátil se do Soluně, kde působil jako arcibiskup lastní tři roky svého života.

Smrt a svatořečení

Palamas zemřel v roce 1357/59. Jeho umírající слова были: «Do výšin! Do výšin! «Был канонизован на святого ве выходного православного круга в роце 1368 патриарх Филофей Константинополь, который так напсал соу Вита и сложен службой, где он был выбран. Jeho svátek se slaví dvakrát ročně 14. listopadu, v den výročí jeho smrti, a na druhou neděli Velkého půstu. Důvodem jeho vzpomínky na druhou neděli Velkého půstu je to, že Gregoryho vítězství nad Barlaamem je považováno za pokračování triumfu pravoslaví (tj.Vítězství církve nad Herezí), které bylo oslavováno předchozí neděli.

Gregoryho ostatky jsou uloženy v metropolitní katedrále, která je pojmenována po něm. Katedrála se nachází v Soluni v ecku.

Гимны

Тропарь (тон 8)

Ó světlo pravoslaví, učitel Církve, její potvrzení,
Ó ideál mnichů a nepřemožitelného šampiona teologů,
Ó zázračný Gregory, sláva Soluně a kazatel milosti,
vždy se přimlouvej před Pánem, aby naše duše mohly být spaseny.

Kontakion (tón 8)

Svatý a božský nástroj moudrosti,
radostná trubka teologie,
společně zpíváme vaše chvály, Bože inspirovaný Gregory.
Jelikož nyní stojíš před Původní myslí, veď naše mysli k Němu, Otče,
abychom vám mohli zpívat: «Radujte se, kazateli milosti.»

Funguje

Primární díla přeložena do angličtiny

Viz také

Номер ссылки

  1. ^ Hledání Sacred Quietude (мелките. Devátá ekumenická rada z roku 1341 odsoudila platonickou mystiku Barlaama Kalábrijského, který přišel ze Západu jako konvertita k pravoslaví. Samozřejmě odmítnutí platonického typu mystiky bylo pro Otce tradiční praxí. Co však otce tohoto koncilu zcela šokovalo, bylo Barlaamovo tvrzení, že Bůh zjevuje svou vůli tím, že uskutečňuje stvoření, která mají být viděna a slyšena zcela šokovalo, neracity v. Jedním z těchto domnělých tvorů byl Anděl samotného Pána, který se Mojžíšovi zjevil v hořícím keři. Кризе против Визанци: Filioque kontroverze v patriarchátu ehoře II Kypru (1283-1289) . Seminární tisk sv. Владимира. 1997. ул. 205. ISBN 9780881411768 .

Další čtení

  • Этюд Григория Паламы (ISBN 0-913836-14-1) Джон Мейендорф Пржеложил Джордж Лоуренс (1964)
  • Святой Григорий Палама, духовная православная (ISBN 0-913836-11-7) от о. Джон Мейендорф
  • Святой Григорий Палама jako Hagiorite (ISBN 960-7070-37-2) митрополита Иерофей (Влахос) z Nafpaktos
  • Úvod do St.Грегори Палама (ISBN 1-885652-83-6) от Джорджа К. Пападеметриу
  • Trojjediný Bůh: Nepochopitelný, ale poznatelný — Filozofický a teologický význam sv. Ehoře Palamy pro současnou filozofii a teologii, автор C. Athanasopoulos, 2015 (ISBN 978-1-4438-8055-8)
  • «Влив Пс. Дионисия Ареопагита на Иоганнеса Скота Эриугена и св. Григория Паламы: Доброта яко трансцендентный метафизики», К. Афанасопулос, Агнешка Киевская, изд. Быть или хорошо? Метаморфозы неоплатонизма , Люблин: Католический университет Люблинского университета (KUL), 2004, с.319–341.
  • «Scholastic a byzantské Realismus: absolutismus v metafyziky a etiky Akvinského, Duns Scotus, Ockham a kritiky St. Gregory Palamas» C. Афанасопулос в Verbum (oficiálním věstěstnékéraózóní de la de la de en St. , св. 6, Том Тема: Аристотель в средневековой метафизике, leden 2002, s. 154–165.
  • ‘Сваты. Григорий Палама (нео) Платоник, аристотелевская метафизика: одеза ортодоксальная теория Mystická теология к западному слепому интеллектуальному интеллекту и эссенциализмуC.Athanasopoulos v Božské esenci a Božích energií: ekumenických Úvahy o Boží přítomnosti ve východní pravoslaví , редактировал C. Athanasopoulos a C. Schneider, James Clarke & Co, duben 2013. (ISBN 97) 227r. 50–67.
  • Тредголд, Уоррен (1997). Dějiny byzantského státu a společnosti . Стэнфорд, Калифорния: Издательство Стэнфордского университета. ISBN 0-8047-2630-2 . CS1 maint: ref = harv (odkaz)
  • Каждан, Александр, изд.(1991). Oxfordský slovník Byzance . 1 . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета. ISBN 9780195046526 https://books.google.com/books?id=F9qwtAEACAAJ. «Оксфордский словник Визанс: Аарон-Эски» . Oxfordský slovník Byzance . 2 . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета. 1991. CS1 maint: ref = harv (odkaz) Oxfordský slovník Byzance . 3 . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета. 1991. ISBN 9780195046526 https://books.google.com/books?id=OTxhtAEACAAJ.

externí odkazy

Чудо мысленной молитвы — Ортодокс Таймс

Архим. Дионисиос Карагианнис

Во Вторую Неделю Великого Поста Церковь празднует память воплощения веры и жизни, св. Григория Паламы, впоследствии архиепископа Салоник, который, согласно гимнам, является великим учителем Церкви и проповедником божественный свет.

Различие сущности и энергий Бога включает в себя все те вещи, которыми Бог может поделиться, и те, которыми Он не может поделиться. Сущность Бога недоступна и неизвестна творению, в том числе людям. Однако человек может войти в отношения и общение с Богом через Его нетварные энергии и щедро предложенную благодать.

В отношении освящения и общения сердце, а не разум — это путь для любого человека получить божественный опыт нетварного света. Святой Григорий Палама дает нам пример солнца.

Для Паламы Бог известен так же, как известно солнце. Мы видим солнечный свет и ощущаем его тепло. И хотя мы не можем стоять на поверхности солнца, не тая, или присоединиться к его сущности, не распадаясь, мы, тем не менее, можем ощущать его энергию. Итак, лицо пророка Моисея сияло на горе Синай.

Но, возможно, кто-то задается вопросом, какая польза от нас сегодня, от учения святого, Исихаста, сосредоточенного на мысленной молитве, известной как «молитва сердца», древней практике монахов и людей 14 века?

Почему различие сущности и энергий Бога является основным элементом нашей православной духовности и наших личных отношений с Богом? Многие из нас не монахи и аскеты.

Изучение аскетической молитвы святых отцов дает нам возможность вкусить нетварный свет Божий. Это также дает нам необходимые духовные блага, чтобы участвовать в этом опыте.

Следовательно, это не просто отражение, которое составляет основу исихазма. Это также не сверхкогнитивное внутреннее самораскрытие разума, которое является исихастическим опытом.

Мы чувствуем, что эти глубокие учения св. Григория Паламы касаются границ божественного присутствия, за пределами умственных способностей, в глубине нашего сердца, где молитва работает для единения с Богом.

Мысленная молитва, которую преподобный Григорий Палама передает нам как духовное сокровище, предназначена не только для тех, кто живет в монастырях и пустынях, но и для верующих. Эта молитва заставляет разум встречаться с сердцем. Сердце в непической и исихастической традиции — это центр нравственного и духовного, а также престол и место благодати Божьей.

Там человек встречается с Богом, а Бог встречается с человеком. На этой встрече появятся грязные мысли и греховные желания, которые будут пытаться заразить наши сердца и разорвать узы общения с нетварным светом.

Вот почему нам нужна тишина, особый способ, защищающий нас от дьявольских напастей и наших желаний.

Исходя из основной предпосылки различия сущности и энергий, мысленная молитва является светом в нашей душе. Это цепь, которая связывает человека с Богом.

Эти два понятия не являются доктринальными или абстрактными, а не какими-то философскими воззрениями святого. Во второе воскресенье Великого поста милостивый проповедник напоминает нам, что Бог есть свет, а тьмы нет.

Наша мысленная молитва помогает нам ощутить это божественное состояние и опыт, потому что Бог и нетварный свет останутся неизвестными и невидимыми и не коснутся нашей повседневной жизни.

Этот свет и опыт дарованы нам Церковью через ее тайны, а мысленная молитва помогает нам стать сосудами благодати Божьей. Аминь.

Святой Григорий Палама и Святой Фома Аквинский

Те, кто читал предыдущий отрывок о мелькитской греко-католической литургии с епископом Николаем в Беркли сегодня, уже прочитали это, но он был похоронен в нижней части отрывка, и мне пришло в голову, что некоторые, кто не живет в Калифорнии было бы интересно прочитать это, так что поехали.

В Мелькитской церкви Божественная литургия в воскресенье, 12 марта, во второе воскресенье Великого поста, — это поминовение богослова святого Григория Паламы, православного епископа Салоников XIV века. Я узнал о нем через различные классы иконописи, которые относились к нему в связи с богословием икон и его учением о свете святости, «нетварном» свете Христа. Это основа, например, изображения нимба, символического представления света, освещающего святость, и того факта, что Святые не отбрасывают тени, когда их рисуют, поскольку они являются источником света, который уничтожает тень. .

Очень часто Палама и Аквинский натравливают друг друга на доктрине обожения. Была проведена работа по согласованию работы двух, например, эта книга А. Н. Вильямса. Вот мое собственное восприятие этого в очень простых терминах, которое относится к интерпретации Преображения.

Много лет назад мне сказали о различии между Востоком и Западом в интерпретации события на горе Фавор, а именно, что Святой Фома Аквинский утверждал, что Христос изменился, когда Он сиял светом, и это было ожиданием блаженного видения.

Св. Григорий Палама, с другой стороны, утверждал, что Апостолы изменились духовно и смогли на время увидеть нетварный свет Христа; их восхождение на гору было метафорой их духовного движения вверх к большей чистоте сердца. Более того, через таинственную жизнь Церкви для всех нас возможно постепенно возрастать в чистоте и преобразовываться так, чтобы мы могли свидетельствовать и сиять нетварным светом Христа. Как сказал нам Господь, блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.

Размышляя об этом, я поднял этот вопрос, который, как мне показалось, был противоречивым, с монахом-бенедиктинцем из аббатства Плюскарден в Шотландии, когда я однажды был там на ретрите. Он сказал мне, что я должен «мыслить литургически», и предположил, что эти две интерпретации не исключают друг друга. Каким-то образом может иметь место двойное движение, так что, как Бог сходит к нам, так сказать, как Христос присутствует в Евхаристии, так, принимая причастие, мы сверхъестественным образом преображаемся, потенциально, и таким образом воскресаем. чтобы встретиться с ним.

Итак, это моя небольшая презентация для единства Востока и Запада и двух легких, дышащих как одно и т. Д. …

Американская Карпатско-Русская Православная епархия Северной Америки

За годы моей работы с неизлечимо больными пациентами в качестве капеллана хосписа самые печальные ситуации, с которыми я иногда сталкиваюсь, — это люди, которые изложили видение своей жизни: уход на пенсию, путешествия, отдых, лодка и дом во Флориде только для того, чтобы иметь эти видения, омраченные бедствием разрушительной болезни. Эти люди часто экономили, копили и годами терпели трудную работу, чтобы реализовать свое видение «хорошей жизни».

У каждого есть видение того, что они думают о «хорошей жизни» для себя: Я жду того дня, когда ….. Я с нетерпением жду того дня, когда ….. Мы часто не осознаем что у Бога есть видение нашей жизни, Он глубоко желает каждого из нас как нашего любящего Отца. Святой Григорий Палама — один из величайших святых нашей Церкви, потому что он ясно описал и объяснил видение Бога для нашей жизни: познать Его, испытать Его, разделить Его жизнь, стать единым с Ним.

ЕГО ЖИЗНЬ

ул.Григорий родился в Константинополе в 1296 году в богатой семье, его отец был членом сената Византийской империи. Святой Григорий был лично знаком с императором Андроником II Палеологом, который восхищался умом и талантами юноши и надеялся использовать его службу при императорском дворе. Григорий, однако, подобно Марии, сестре Лазаря, сидевшей у ног Господа, искал «единственно нужного» (Луки 10:42), то есть того, что вечно и действительно удовлетворит человеческое сердце.Григорий отправился в монастыри горы Афон в Греции, чтобы найти более глубокие отношения с Богом. Там Григорий стал учеником опытных духовных наставников, которые научили его тому, что называется молитвой Сердца или Иисусовой молитвой, основанной на Евангелии от Луки 18:38: Господь Иисус Христос, Сын Божий, помилуй меня, грешника. Григорий научился сочетать эту молитву с уединением и тишиной в сочетании с физическими упражнениями и методами дыхания. Эта практика молитвы известна как исихазм от греческого слова исихос, означающего внутреннюю тишину, покой или тишину.Благодаря этой молитвенной практике Григорий и его собратья-монахи исполнили повеление святого апостола Павла «непрестанно молиться». (1 Фессалоникийцам 5:17) Благодаря этому опыту молитвы, наряду с покаянием, постом, борьбой со страстями и служением своим братьям, монахи испытали видение Бога для своей жизни: познать Его, испытать Его, разделить Его жизнь, чтобы стать одним с Ним.

В 1326 году, когда над Афоном нависла угроза турецкого вторжения, Григорий перебрался в город Фессалоники, где был рукоположен в священники.Там он разделил свое время между практикой исихазма и служением горожанам. Позже он вернулся на гору Афон, где некоторое время был настоятелем монастыря Эсфигмену. В конце концов, в 1347 году он был посвящен в сан митрополита Фессалоники. В 1354 году корабль, на котором он плыл, был захвачен турецкими пиратами, он был избит, заключен в тюрьму и в конечном итоге выкуплен. Он умер 14 ноября 1359 года со своими предсмертными словами «В высоту! К высотам! » Он был канонизирован церковью в 1368 году.Его учения настолько важны, что Церковь чтит его память дважды в год: 14/27 ноября и во второе воскресенье Великого поста.

ПЕРЕЖИВАНИЕ БОГА

В Святом Григории Паламе важнее всего не подробности его жизни, а его ясное объяснение Православной веры: православное учение о видении Бога для нашей жизни. Григорий учил, что мы не можем познать Бога через образование, философию, интеллектуальные дискуссии и дискуссии. Бог — это человек, с которым мы должны быть в отношениях, а не тема для обсуждения или факты, которые нужно запомнить.Он учил, что Бог желает, чтобы мы познали Его, познали Его, делились Его жизнью, становились едиными с Ним. Даже сегодня в некоторых неправославных церквях существует тенденция сосредотачиваться на знании о Боге, и эти церкви напоминают лекционные залы, в которых пасторы произносят длинные проповеди, которые являются центром воскресного богослужения. Центром этих церквей является человек за кафедрой, а не присутствие Бога на святом жертвеннике. Кажется, что акцент делается на познании Бога больше, чем на переживании Бога. Григорий изучал Священное Писание, читал отцов ранней Церкви и на собственном опыте на Афоне узнал, что можно познать и испытать Бога в этой жизни.Это то, о чем молился наш Господь в Своей последней молитве перед Его страстями и смертью, чтобы мы разделили Его жизнь и стали единым целым с Ним:

Да будут они все одно, как Ты, Отец, во Мне, и Я в Тебе, так и они могут быть в Нас. (Иоанна 17:21)

Святой апостол Петр говорит, что мы предназначены и призваны «приобщиться к божественной природе». (2 Петра 1: 4)

Св. Григорий яростно противостоял другим теологам, среди которых был человек по имени Варлаам, который учил, что образование и обучение более ценны, чем исихастическая молитва.Варлаам сказал, что утверждать, что можно познать Бога, было ересью, как говорится в молитве Божественной литургии: «Ты Бог, невыразимый, непостижимый, невидимый, непостижимый …» Григорий согласился с тем, что Бог непознаваем и недоступен человеческому подходу. Но он провел различие между знанием Бога в Его сущности и знанием Бога в его энергии или действиях, средствах, с помощью которых Он действует. Святой Григорий знал учение ранней церкви, особенно святого Василия Великого четвертого века, который учил:

Мы знаем, что наш Бог формирует свою энергию, но мы не утверждаем, что можем приблизиться к Его сущности.Ибо его энергии нисходят к нам, но Его сущность остается неприступной. (Письмо 234)

Святой Григорий использовал образ солнца: невозможно приблизиться к сути или центру солнца, но можно ощутить энергию солнца: его свет и тепло. Григорий сказал, что через исихазм мужчины и женщины могут испытать свет Божий точно так же, как апостолы испытали свет Божий, текущий через Тело Иисуса во время Его Преображения.

ДЛЯ МЕНЯ?

Сущность…. увлекательный …. исихазм …. что это говорит о моей жизни? Моя жизнь состоит из работы, ипотеки, счетов, семьи. В разгар нашей загруженной жизни нам необходимо помнить и концентрировать внимание на смысле и цели жизни. Имеют ли все, что я испытываю каждый день, более высокий смысл и цель? Есть ли цель в моей жизни? У другого пациента хосписа, которого я однажды посетил, над кроватью висел большой плакат. На плакате был изображен особняк на холме с видом на океан. В открытых воротах гаража стояло несколько дорогих машин, таких как Mercedes, BMW, Lamborghini.Надпись на плакате гласила: «Обоснование получения высшего образования». Казалось, что это мотивация и цель жизни человека: накапливать «материал». К сожалению, он умирал от рака и так и не получил дом и машины, к которым стремился. Все, что он накопил, осталось позади. Желание Бога для нас — это нечто лучшее, чем дорогая машина … Он хочет знать Его, разделить саму Его жизнь, стать единым с Ним в отношениях, которым не будет конца. Это то, что св.Напомнил нам Григорий Палама. В этом цель нашей молитвы, литургических служб, поста, борьбы со своими греховными страстями.

Для нас, священников, жизнь и учение святого Григория представляют собой еще один вызов. Как нам стать хорошими священниками и слугами Христа? Искушение состоит в том, чтобы получить дополнительное образование и ученые степени: степени магистра, доктора. Хотя духовенство действительно нуждается в прочном богословском образовании наряду с образованием в области искусств и наук, учение святого Григория Паламы напоминает нам, что плодотворное и достойное священническое служение измеряется временем, проведенным на коленях, а не сидением в классе.Учение св. Григория напоминает нам, что изучение богословия — это не академическое упражнение, а средство познать Бога, испытать Его, войти в общение с Ним.

Язык твой, бдительный в обучении,
звенит в ушах нашего сердца и пробуждает души ленивых.
Ваши слова, вдохновленные Богом, — это лестница, ведущая нас с земли на небо.
О Григорий, чудо Фессалоникийское, непрестанно молись Христу, чтобы мы, почитающие тебя, озарились божественным светом.

— Вечерня 2-го воскресенья Великого поста

— Отец Эдуард Пеханич


Святой Григорий Палама: Проповедь

РОЗНИЧНЫЕ КЛИЕНТЫ

Новая политика розничных цен на флагманское издание MTP!

Розничная цена на полное издание «Проповедей» постоянно снижена до 79,95 долларов США + БЕСПЛАТНАЯ СТАНДАРТНАЯ ДОСТАВКА (по США)!

ОПТОВЫЕ КЛИЕНТЫ

MTP теперь предлагает всем книжным магазинам оптовую скидку в размере 55% от пересмотренной обычной розничной цены в 79 долларов.95 (при заказе от 5 экземпляров).

The Scholar’s ​​Edition: для священников, богословов и заинтересованных мирян. Первое издание всех 63 проповедей святого Григория в английском переводе, представленное вместе с Введением к проповедям, более 1000 заметок и схолий, указателем ссылок на Священные Писания, указателем имен и предметов и указатель греческих слов, призванный превратить эту замечательную сокровищницу святоотеческой мудрости в бесценный справочный ресурс для изучающих богословие.Настоящее издание завершает и заменяет «Проповеди святого Григория Паламы».

Около

ST. ГРИГОРИЙ ПАЛАМА представляет православное богословие в его самом возвышенном виде. Святоотеческое богословие четырнадцатого века, величайшим представителем которого, несомненно, является св. Григорий, коснулось самых границ богословского выражения.

Проповеди св. Григория — одни из лучших в святоотеческой литературе. В своей трактовке разнообразных тем, содержащихся в нем, он удивительно последователен в поддержании баланса между оригинальностью мысли и строгим следованием традициям своих предшественников.Более того, его гений заключается в легкости, с которой он демонстрирует, как это может только мастер духовной жизни, освежающее практическое значение доктрин Церкви для жизни во Христе.

DR. ХРИСТОФОР ВЕНИАМИН — ученик архимандрита Софрония (Сахарова).

Родился и вырос в Лондоне в семье киприотов-греков, доктор Вениамин имеет четырехлетнюю первую степень богословия в Фессалоникском университете в Греции, докторскую степень по теологии в Оксфордском университете в Англии и профессор патристики. в св.Тихоновская семинария в Пенсильвании. Доктор Вениамин присоединился к преподавательскому составу СТС осенью 1994 года, а 31 сентября 2005 года удостоился особой чести быть избранным его первым в истории профессором.

Заядлый кантор, профессор Вениамин также имеет четырехлетнюю степень по византийскому пению от СС. Романа Молодуса и Иоанна Дамаскина в школе духовной музыки в Фессалониках, он является учеником Элефтериоса Георгиадиса, бывшего Лампадария Великой Церкви Христа.