Содержание

Чувство вины перед умершим близким: как в нем разобраться?

Фото с сайта answers.com

Смерть близкого связана не только с чувством горя, но и с переживанием своей вины.

Когда уходит родной человек, кажется, что ты виноват: устал от трудного ухода и мучительных последних дней, чего-то не додал, не отвез в другую больницу, не купил другое лекарство, остался жить, когда он умер.

Почему оно возникает и насколько оправдано? Отвечает психолог, директор Христианской службы психологической помощи «Свеча», доктор биологических наук Александра Имашева.

Как и почему возникает чувство вины

Александра Имашева. Фото: facebook.com/alexandra.imasheva

Чувство вины при потере ближнего возникает всегда. Это нормальная реакция на смерть близкого человека. Практически все, кто переживает утрату, испытывает чувство вины перед умершим.

Это чувство может иметь разные формы: вина за испытанное облегчение, что кончился ужасный, тяжелый период болезни близкого (получается, думает человек, что его смерть стала платой за мое освобождение, и я ей радуюсь). Чаще всего возникает вина за то, что-то, как кажется, было не сделано или сделано не до конца (не того врача позвали, не так лечили).

Может мучить вина за несправедливость, которая была допущена (или якобы допущена) по отношению к умершему при его жизни: редко приходили к нему, мало звонили, плохо заботились, а теперь уже ничего не поправишь.

Бывает даже чувство вины за то, что ближний умер, а ты живешь, «а ведь он был лучше меня».

Иногда чувство вины идет вторым, например, сначала возникает гнев на умершего – почему ты меня оставил?! – или на Бога (судьбу) – почему Бог его забрал?! — а потом сразу приходит вина: как я могу так думать, какой же я мерзавец. Чувство вины найдет к чему прицепиться.

Крайне редко чувство вины действительно имеет некоторые основания. Например, если наш ближний был сильно болен и не хотел лечиться, а мы шли у него на поводу, потому что нам не хотелось с ним возиться. И вот он умер, а мы чувствуем себя виноватыми.

Или если его болезнь накладывала на него какие-то ограничения (например, в еде), а мы их игнорировали и кормили его всем подряд, что привело к обострению болезни и смерти.

Или если он очень страдал от вашей ссоры и хотел помириться, а вы ему в этом отказывали, и это сильно омрачило его последние дни и часы.

В таких редких случаях оправданной вины поможет исповедь и покаяние для верующего или психолог для атеиста.

Но обычно вина, практически неизбежно приходящая после смерти близкого, абсолютно иррациональна.

Ее переживают и специалисты-психологи, отлично знающие механизм возникновения этого чувства и его необоснованность. «Я все понимаю, — говорит психолог, — знаю, почему так происходит, могу разложить по полочкам, но все равно чувствую себя виноватой после смерти мамы: не в ту больницу положила, не те лекарства привезла». А ведь маме было 89 лет, и она пережила три инфаркта. Иррациональная вина прицепляется к любой возможной причине из перечисленных выше и начинает грызть человека.

Почему же она возникает?

Изображение с сайта edition.cnn.com

Смерть – это огромное, неподвластное и совершенно неведомое нам событие. Мы словно заглядываем в непроглядную пропасть.

Когда мы переживаем смерть ближнего, то, во-первых, ощущаем, что ничего не можем сделать, никак предотвратить, а во-вторых, неизбежно понимаем: то же самое ждет нас самих.

Наша психика оказывается в очень сложной ситуации полной потери контроля над происходящим, абсолютной беспомощности и переживания полнейшей неизвестности. Возникает экзистенциальный страх, возвращающий нас к неким первичным смыслам: кто я и зачем я живу, если моя жизнь тоже неизбежно закончится.

Это приводит нас к огромному, всепоглощающему ужасу, который просто невыносим: дай ему волю, он сведет с ума. Как это так – меня не будет!

Ужас от встречи со смертью «лицом к лицу» настолько силен, что нам проще испытывать неприятные чувства вины или гнева, лишь бы прикрыть ими этот страх.

Механизмы защиты психики действуют вне нашего желания и осознания: сначала «включаются» шок и отрицание, которые заставляют нас «не видеть» смерть, потом вспыхивают гнев и вина.

Чувство вины и гнева из-за смерти близкого — это ответ психики на собственную беспомощность, невозможность «проконтролировать» смерть

Чувство вины в этом случае – компенсаторное чувство, которое призвано хотя бы в иллюзорной форме вернуть нам возможность контроля над происходящим. Нам легче чувствовать себя виноватыми в том, что не достали нужные лекарства (действие, которое мы можем взять под контроль!) и тем самым не предотвратили смерть (иллюзия контроля над смертью!), чем откровенно себе признаться, что мы ничем и никак не могли помочь в том, чтобы человек не умер.

В других случаях чувство вины – это форма переживания необратимости случившегося и понимания, что изменить ничего нельзя. Это опять же потеря контроля над происходящим, которая для нас невыносима. Например, если при жизни свекрови мы с ней ругались, но знали, что в принципе можем помириться, то после ее смерти эта возможность ушла навечно. Ушла из-под нашего контроля. И эта утрата власти над реальностью переживается нами как чувство вины за нереализованные возможности.

Точно по той же причине при смерти ближнего возникает и чувство гнева. Это – ответ психики на собственную полную беспомощность, ее яростный протест.

А «прицепиться» уж гнев может к чему угодно, что нашей психике покажется адекватным: гнев на умершего (как он мог меня бросить!?), гнев на Бога (как Он мог его забрать!?), гнев на врачей (почему не спасли?!). Но в конечном счете, все это – лишь реакция нашей психики на нашу абсолютную беспомощность перед лицом смерти.

Конечно, верующим гораздо проще пережить и смерть ближнего, и мысли о собственной смертности. В сознании верующего смерть – это не конец и исчезновение, а переход в иную форму существования, поэтому остается и надежда на встречу с ушедшими, на примирение с ними, и, что очень важно, вера, что даже смерть не заставит тебя полностью исчезнуть.

Как восстановиться после смерти ближнего

Фото с сайта whatsyourgrief.com

В современной культуре существует тенденция как можно быстрее избавляться от негативных чувств.

Долгое страдание, долгое горе не приветствуется обществом, на такого человека смотрят косо и всеми силами пытаются «вытащить» его из этого состояния.

В ход идут топорные утешения типа «не плачь», «займись чем-нибудь другим», «отвлекись на что-нибудь», «возьми себя в руки», «тебе уже пора успокоиться» и другие псевдопозитивные рецепты, которые не работают.

Они не помогают, а раздражают или заставляют чувствовать себя еще более виноватым – ведь своим страданием ты напрягаешь окружающих. Человек пытается как можно быстрее «перескочить» свое горе, не переживает его полноценно и только загоняет вглубь.

Но наше горе при утрате близкого – это плата за нашу любовь к нему. И чем сильнее была любовь, тем глубже будет горе, поэтому не надо его стыдиться, считать себя слабым, идти на поводу у тех, кто считает, что пора перестать страдать. Горевание занимает время: чтобы пережить горе от смерти близкого, необходимо не менее года.

Психологи говорят о «работе горя» — утрату необходимо принять, прожить и пережить. После этого, в нормальной ситуации, горе переходит в светлую печаль и светлые воспоминания. Если проходит год, полтора, а легче не становится, то это уже нездоровое переживание горя и требуется помощь специалиста – психолога или психотерапевта.

Как быстро пройдет тяжелое горе, зависит еще и от наших отношений с умершим.

Если отношения были хорошими, здоровыми, то горе пройдет легче, если они были чем-то осложнены, то и горевание будет сложнее.

Мы все время будем видеть, что ничего уже нельзя исправить, и эта необратимость дополнительно будет давить на нас.

Но до этого надо дожить. Вначале, после первоначального шока от утраты,  будет много негативных чувств — и гнев, и вина, и тоска, и одиночество. Вина, принимающая разные формы, может возникнуть прямо в первые дни после смерти близкого и оставаться до самого конца горевания. Чувство вины перед умершим — это естественная часть переживания горя, а переживание горя – единственная возможность вернуться к нормальной жизни.

Переживайте горе

Фото с сайта heysigmund.com

Как бы плохо ни было, важно напоминать себе, что горе пройдет. Но это вовсе не значит, что мы не забудем человека, станем к нему равнодушны, но острое горе сменится мирной печалью.

Можно написать себе на листочке бумаги или карточке три утверждения и носить их с собой, доставать и перечитывать, или примагнитить на холодильник, чтобы они всегда были перед глазами:

  • Мои чувства нормальны
  • Мне станет лучше
  • Я справлюсь, как справились до меня другие

— Если чувство вины связано с испытанным облегчением после смерти тяжело больного, мучившегося человека, то следует сказать себе, что это объективно был тяжелый груз, и облегчение после того, как груз снят – это нормальное, естественное чувство. В этом нет нелюбви к ушедшему, нет эгоизма, а есть обыкновенная, не поддающаяся сознательному контролю реакция психики на освобождение. Такое облегчение не отменяет горя от смерти и не умаляет нашей любви к ушедшему. И наказывать себя за это не нужно.

Важно соблюдать ритуалы, связанные со смертью. Недаром они освящены веками. Первое, что может облегчить тяжелое состояние близких – это заботы об отпевании, о похоронах, кладбище, гробе, венках, цветах. Устроить поминки, собраться на девять и на сорок дней – все это реально помогает пережить горе. Ведь, делая все это, мы проявляем свою заботу об умершем.

На поминках мы разделяем с другими наше горе и любовь к ушедшему, говорим и слушаем, как другие говорят о нем теплые, хорошие слова – и нам становится легче.

Поминки – это вообще как бы очень сжатый во времени процесс проживания горя. Часто бывает, что они начинаются со слез, даже рыданий, а заканчиваются в гораздо более позитивном настроении. Как будто за несколько часов проживается целый год.

Не прогоняйте воспоминания о покойном. Не надо стараться «забить» их другими мыслями или отвлекаться, если они приходят. Не надо специально вызывать в памяти эти воспоминания, особенно если они для вас мучительны, но если они «накатывают», то погрузитесь в них и проживите их.

Плачьте. Слезы не слишком приняты в нашей культуре, даже если это плач по умершему. Одно из самых банальных «утешений» — это уговоры «не плачь, успокойся, выпей валерьянки». На самом деле, слезы – это и естественное болеутоляющее (при плаче в организме человека вырабатываются вещества, успокаивающие нервную систему), и способ выразить и тем самым «выпустить наружу» душевную боль и тоску.

Когда горюющий человек плачет – это не признак слабости, а признак того, что переживание горя движется в правильном направлении.

Фото с сайта apa.org

Говорите об умершем человеке и о своих переживаниях. Если приходят воспоминания об умершем близком, о его последних днях и других мучительных вещах, нужно найти человека, с которым можно об этом поговорить.

Обычно после утраты хочется говорить об ушедшем из жизни близком, особенно если его смерть была трагической и внезапной. Часто хочется поделиться своими чувствами, рассказать о своих переживаниях. Не надо бояться позвонить другу или подруге, честно сказать: мне очень тяжело, я все время вспоминаю умершего, давай с тобой поговорим о нем.

Рекомендация друзьям и родственникам горюющего: не закрывайтесь от таких разговоров, а участвуйте в них,  чтобы человек не чувствовал себя запертым в своем горе.

Терпеливо выслушайте все, что он вам расскажет. В состоянии горя, особенно в первые дни после утраты, горюющий может быть многословен и повторять одно и то же, не торопите его. Или он может замолчать – тогда просто побудьте с ним. Предложите горюющему человеку практическую помощь в организации похорон или поминок. Если он испытывает чувство вины за то, что не успел сделать или сказать, или за испытанное облегчение после смерти тяжелобольного, объясните ему, что это понятно, естественно и объяснимо.

Постараться не замыкаться в себе, как бы этого ни хотелось. Горе – процесс, который лучше переживать с людьми. Даже если не хочется разговаривать – лучше пусть они будут рядом. Очень помогает общение с теми, кто недавно пережил подобную утрату.

Через некоторое время (в течение первого года) обязательно надо разобрать и раздать вещи умершего. Не надо строить дома «храм» ушедшего человека, оставлять его комнату в нетронутом состоянии, словно он еще жив. Это только продлит переживание горя. Конечно, избавляться от вещей дорогого умершего очень тяжело, ощущения, будто собственными руками окончательно отдаешь его и память о нем. Обычно при этом текут слезы – пусть текут. Но в течение первого года сделать это надо.

Чувство вины после смерти близкого. В чем наша вина перед умершими

 

— У людей, переживающих горе, существует одна важная проблема – чувство вины. Как правильно ее решить и нужно ли?

— Конечно, решать ее нужно. После смерти человека у его близких часто возникает много «бы»: если БЫ я этого не делал, то он БЫ не погиб… Вспоминаются далекие события, которые, как кажется, тоже повлияли на итог. Люди думают, что если бы в прошлом повели себя другим образом, то все было бы иначе. Многие жалеют о том, что недодали любви, несправедливо обижались, упрекали, ссорились, не сделали чего-то хорошего для человека, которому теперь это сделать уже нельзя…

Приведу пример. Недавно я консультировал женщину, которая очень переживала и винила себя в смерти мужа. Она осенью попросила мужа съездить к своей матери за картошкой в другую область. До этого в течение многих лет каждую осень он ездил к теще за картошкой, и никаких проблем не возникало. Но в этом году случилась трагедия. Недалеко от областного центра произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого мужчина погиб.

Бедная женщина стала винить себя в случившемся. Она была уверена: трагедия произошла из-за того, что она попросила мужа поехать к матери. «А если бы я не настаивала на этой картошке, муж бы не погиб»,- рассуждала она.

И таких примеров очень много. Практически любую смерть человека сопровождает чувство вины у тех, кто остался жить. Если человек умер, например, от заболевания – чувство вины представляется так: «Я виновата, что не увидела симптомов этой болезни раньше», «Я виноват — не настоял на том, чтобы жена пошла к врачу. А ведь если бы мы вовремя обратились к врачу за помощью, то, возможно, она была бы сейчас жива».

И вроде, на первый взгляд, эти умозаключения представляются логичными. Одно действие, казалось бы, вытекает из другого: просила поехать в деревню – муж погиб, не настоял на госпитализации – жена умерла. Но это логично только на первый взгляд. На самом деле вопрос о причинно-следственной связи так «в лоб» поставлен быть не может. Конкретный поступок человека – например, та же просьба съездить за картошкой – это всего лишь один из факторов формирования той ситуации, которая оказалась роковой. И не более того. Это не определяющий фактор, и не единственный, а всего лишь один из множества.

Чтобы реально оценивать свою вину, надо понять, что ни один человек не может предвидеть, рассчитать, оценить все факторы, предусмотреть все нюансы, которые могут спасти или, наоборот, привести к смерти другого человека. Люди не могут отвечать за все. Почему? Ответ прост – потому что, как я сказал, каждый человек – это всего лишь человек, он несовершенен и не имеет возможностей для расчетов подобного уровня.

Скажем честно: в жизни мы со многими людьми поступаем плохо, не просим за это прощения и быстро забываем о случившемся. И мы обычно не виним себя за все сотни тысяч обид (осознанных и неосознанных), которые наносим людям в течении жизни…

Но если человек умер, то тут мы все вспоминаем и нас «накрывает» чувство вины. Причем оно неадекватно реальности, гипертрофировано. Мы виним себя за то, что не смогли предвидеть чего-либо, не могли сказать хорошее, не могли простить раньше и.т.п. В таких случаях мы часто считаем, что наши действия могли бы спасти человека от смерти. Происходит это во многом потому, что мы искренне убеждены, хотя и не признаемся себе в этом – мы можем контролировать вопросы жизни и смерти другого человека. Это говорит в нас наша гордость…

Мы не понимаем, или не хотим понимать, что вопрос смерти не в нашей, а в Божией компетенции. Мы же можем нести ответственность только за свой выбор, который делается исходя из имеющейся у нас на этот момент информации, а также существующих возможностей.

Проиллюстрируем это метафорой. Представим себе такую ситуацию: мы с вами играем в футбол в одной команде. Один из игроков нашей команды получив мяч, ошибся, и передал неверно пас. Мяч попал к противнику, и… он забил в наши ворота гол.

Будем ли мы обвинять игрока нашей команды, которому дали пас? Если бы он не тренировался до этого и намеренно отдал пас другой команде – тогда, да, можно было бы его обвинять… Но это не так, и его неточный пас был непреднамеренной ошибкой, ведь все мы иногда ошибаемся. И никому не придет в голову ругаться с ним, выяснять, «как же он мог так поступить».

Или, например, наш вратарь. Он же тоже пропустил мяч в наши ворота! Может и его обвинить? Нет, мы понимаем, что он сделал в тот момент то, что мог. Мы понимаем, что он не может поймать все мячи, летящие в сторону наших ворот! Это невозможно, потому что он не футбольное совершенство, а такой же человек, как и мы. Он не имеет сверхъестественной возможности влиять на исход всего матча… И если искать виновного, то не он один в этом голе виноват. Он как может, так и ловит. Если вратарь пропустил гол, то можно сказать, что и команда плохо играла, плохо защищала ворота. Этот гол зависел от огромной массы факторов: сила и подготовленность команды противника, степень подготовленности нашей команды в целом, наша воля к победе, командный дух, состояние поля и.т.п., а не только от игры конкретного футболиста.

А теперь представьте, что вы были этим вратарем. Стали бы вы в этой ситуации винить себя, считая, что несете персональную ответственность за этот гол? Нет, конечно. И нападающий, который забил гол в чужие ворота, в свою очередь, не может полностью приписать этот гол только своей хорошей игре. Это заслуга всей его команды.

Но это футбол. А жизнь?… Жизнь гораздо сложнее. И в ней тем более никто не может предусмотреть все нюансы, которые могут возникнуть. Любой случай — это задача со слишком многими неизвестными. И если жена попросила мужа съездить за картошкой, и по дороге произошла авария, то это совсем не значит, что здесь есть ее непосредственная вина. Потому что он мог и не поехать за картошкой, а выйти во двор, и случилось бы то же самое, но только в другом виде… Мы все сильны задним умом в поисках собственной вины. И это нам мешает смотреть на вещи трезво.

— Часто люди начинают винить в смерти близких и других людей, а не только себя…

— Да, это бывает еще чаще, чем самообвинения. Мы можем обвинять в смерти людей, которые тоже не хотели того, что случилось, но их поступки, по нашему мнению, привели к смерти, прямо или косвенно. Обычно в категорию таких виновных попадают близкие родственники, друзья покойного, врачи, сослуживцы.

С такими обвинениями тоже надо быть крайне осторожными. А еще лучше их оставить вовсе (конечно, это не относится к случаю умышленного убийства).

Не стоит судить. Ведь в этом случае, по сравнению с ситуацией самообвинения, мы знаем еще меньше тех деталей, которые просто необходимо достоверно знать, чтобы выдвигать какие-то обвинения против этих людей. Или даже просто подозревать их причастность. Возвращаясь к нашей метафоре с футболом, можно провести аналогию: обвинять других — все равно, что обвинять того же вратаря в том, что гол пропущен (факт налицо), но при этом не учитывать того многообразия факторов, благодаря которым он стал возможен. Даже когда связь между действиями другого человека и смертью близкого представляется нам вполне прямой и очевидной, мы не должны никого обвинять. Мы же не можем знать точно, насколько этот другой человек хотел того, что случилось, насколько он мог просчитать последствия своих шагов, которые, на наш взгляд, привели к печальному итогу.

— А что вы можете сказать о ситуации, когда родственники видели, что их близкому плохо морально, но по собственному невежеству не предприняли никаких действий, не сводили к врачу, психологу не привели в церковь? И потом уже, после случившегося, люди начинают себя винить в том, что допустили самоубийство близкого человека…

— Они допустили это потому, что не знали, как себя вести в данной ситуации, не до конца понимали, к чему может привести эта ситуация. Если бы точно знали и не помогли – это другой вопрос. Но когда человек не знает, что делать, не знает что может случиться, не знает, по каким именно причинам это произойдет, то неправомерно обвинять его в бездействии. Разумеется, когда потом все вскрывается и становится ясна причина, то начинают думать: «Ах, как же я до этого не додумался. Это же элементарно!» А потому и не додумался, что ты несовершенен. Возможно, Бог не дал тебе додуматься до этого в данном случае, потому что это был Его промысел…

Человек не может отвечать за трагическое происшествие, оказавшееся последним в некоторой цепочке событий, только потому, что некий его поступок в этой цепочке предшествовал трагедии. То, что он предшествовал – не значит, что он был определяющим фактором.

— А за что же мы тогда должны отвечать?

— Бог каждому из нас дал право выбора. Прежде, чем совершить любой поступок, мы делаем выбор: пойти или не пойти, решиться или отложить и т.п. И выбор, естественно, определяется нашими жизненными принципами и той информацией, которая доступна на момент принятия решения. Если мы знаем, что у человека больное сердце – у нас есть выбор: вызывать скорую или нет. Если мы достоверно знаем о болезни, можем точно сделать прогноз, то, скорее всего, позвоним. А если мы не знаем, что с ним такое, то можем растеряться, можем не придать этому необходимого значения и не позвонить. Конечно, потом все выяснится. После чего, если человек останется жить, а мы вызывали ему врача, то мы будем приписывать заслугу спасения жизни себе; если же человек умрет, а мы врача не вызывали, потому что не знали, что делать – то будем брать на себя вину. И то и другое неправильно. Мы должны понимать, что несем ответственность только за наш сознательный выбор, с учетом имеющейся на момент принятия решения информации.

— А в чем заключается этот выбор? Могли бы вы привести пример такого выбора?

— Например, мы знаем, что посылаем человека на верную смерть. У нас есть выбор: посылать или нет. Причем мы обладаем информацией, достаточной, чтобы сделать вывод о почти неизбежном смертельном исходе. Вот именно за этот выбор мы и должны отвечать.

Если же на момент выбора у нас не было информации о том, что наше действие может привести к такому финалу, то мы не можем нести за этот финал полную ответственность. Это не должно довлеть над нами непомерным грузом…

Мы сами простим трехлетнего ребенка, который, заигравшись в огороде с собакой, случайно забежал на грядку и потоптал клубнику. Мы понимаем, что он маленький, не мог предвидеть последствий, да еще и заигрался. Но мы точно накажем трехлетнего ребенка, если после предупреждения о том, что ходить по грядкам нельзя, он сделает осознанный выбор и потопчет клубнику. Кажется, результат одинаков: клубника потоптана ребенком. Но ситуации совершенно различны. Одна ситуация – пример осознанного выбора, осознанного непослушания. Другая – пример непредвиденных последствий вполне допустимых поступков.

Возвращаясь к вышеупомянутому случаю с картошкой. Понятно, чего хотела жена — чтобы муж поехал за картошкой. И в этом нет ничего плохого. Муж уже много раз ездил за этой картошкой. Выбор жены – попросить мужа съездить за картошкой – вполне понятен, и мы не можем дать ему негативную оценку.

Все, что случилось дальше – промысел Божий. Человек не может так далеко прогнозировать. Конечно, если бы она знала, что посылает мужа за картошкой, а по дороге в его машину въедет КАМАЗ, но при этом не отменила бы своей просьбы, то да, она была бы виновата… Но она не могла этого знать. Это гораздо выше человеческих сил.

Еще раз скажу, что мы все крепки задним умом. И все виним себя за то, что не смогли чего-либо предвидеть. Надо в таком случае подумать о том, что человек — не суперкомпьютер, который может настолько далеко все просчитать. Да, ты должен сделать выводы на будущее. И должен знать, что в будущем такое может повториться. И возможно, ты уже будешь знать, как поступить. А возможно и нет – как в ситуации с картошкой. Автокатастрофа может произойти еще раз, и мы опять будем бессильны что-либо изменить.

Четко сказать, что будет, никто не может, так как будущее нам неизвестно, и все мироздание, сложнейшие взаимодействия людских судеб, цепочки событий, которые мы не в силах прогнозировать, понять невозможно. Все – в руках Божьих. Есть такой принцип: «Делай, что должен, и будь, что будет». Первая часть этого высказывания («Делай, что должен») говорит о том, что в наших силах принимать верные решения, с учетом имеющейся информации, и нести ответственность за них и за их прямые последствия. Вторая часть («Будь что будет») напоминает: то, что будет происходить дальше, то, как отреагируют другие люди на наши поступки, и какая ситуация сложится в итоге – результат сложного взаимодействия многих факторов, и это не в нашей власти. Поэтому нести полную ответственность за этот результат мы не можем. Нам остается принять его со смирением, как волю Божию.

— Часто приходится слышать про волю Божию, но как понять, в чем она проявляется и как действует?

— На эти вопросы есть подробные объяснения у Святых отцов Церкви. Их нетрудно найти.

Мне очень понравилось рассуждение на эту тему одного мудрого игумена (доктора физико-математических наук). Он привел такую метафору: Мы толкаем по полу один шарик. При этом зная трение, силу толчка, инерцию, можем очень точно рассчитать, в каком месте он остановится. Это описывается довольно несложной формулой. Рядом с нами другой человек может взять еще один шарик и, имея те же данные, тоже толкнуть его. И он тоже будет точно знать, где его шарик остановится… И вот мы толкаем каждый свой шар, и ждем когда они остановятся в рассчитанном нами месте…. Но они столкнулись! Оказывается, мы не учли угол, под которым может произойти столкновение. До него мы могли точно прогнозировать результат. Но столкновение разбило в пух и прах все наши расчеты. Потому что углы, под которыми шарики наталкиваются или не наталкиваются друг на друга, не в нашей власти, а во власти случая.

Хотя говорить о власти случая не вполне правомерно. Ведь все так называемые случайности – неслучайны, в них проявляется непостижимый для нас Промысел Божий. Именно от Бога зависят все «случайности». Мы не можем рассчитать углы столкновения шаров; кто, когда и где внесет коррективы в наши планы в дальнейшем, мы тоже не можем знать. И мы не можем за это нести ответственность.

— Получается, что все зависит от Бога?

— Да, конечно. Все зависит от Него, кроме нашего выбора. Как писал святитель Феофан Затворник, наставляя свою духовную дочь: «Всесовершенно возложите себя на руки Божии, ни о чем не заботясь, а всякий случай принимая спокойно, как Богом нарочито для вас устрояемый, приятен ли он или неприятен. Забота ваша должна состоять только в том, чтобы во всяком случае поступать по заповеди Божией». То есть те обстоятельства жизни, которые от нас не зависят, мы принимаем – с мудростью, без уныния; а все свои силы мы должны обратить на то, чтобы в этих обстоятельствах и с учетом имеющейся информации сделать верный выбор.

Можно сказать, что Бог, как заботливый и обучающий нас Отец, постоянно ставит нас перед выбором, постоянно дает нам решать эту задачу. А вот насколько правильно мы ее решаем, зависит от нас. И Он с уважением относится к нашему сознательному решению. Но и ответственность за наши сознательные решения Он полностью передает нам.

— Но бывает сознательно сделанный неправильный выбор…

— Да, такое часто бывает. От злости, например. Человек вместо того, чтобы простить, выплескивает свою злость на близкого… Например, пришел муж домой сильно нетрезвым. По-человечески его надо бы простить, отношения не выяснять, пока он в таком состоянии, а наутро поговорить спокойно. Нет, жена говорит: «Езжай к своей матери, видеть тебя не хочу!». А по дороге его убивают…

Конечно, нельзя было предвидеть, что так все обернется. Но поступок жены – не пустить мужа домой – сам по себе нехороший по отношению к мужу. А попросить прощения, чем-то загладить свой поступок уже нельзя, так как человек погиб. Да, в таком случае начинается самоедство. Нередко люди винят себя всю оставшуюся жизнь.

Но тут возникает принципиальный вопрос: верим ли мы в существование души и ее бессмертие?

Предположим, не верим. А если души нет, значит и винить себя нечего. Ну, нет человека и нет. Ему уже совершенно все равно, так как его уже просто нет. Не все равно нам, так как мы в лице этого человека лишились, возможно, друга, помощника, какой-то поддержки в жизни. Нам одиноко, а ему-то уже никак. Поэтому чувства вины перед ним у нас и быть не должно.

А если мы понимаем, что душа есть (а она, конечно, есть), то вместо этих самообвинений, самокопаний и бесконечных сожалений (теперь-то что говорить, как надо было поступить?) – стоит пойти и покаяться, попросить прощения у Бога за свой проступок! Да, можно кидаться на крышку гроба, посыпать голову пеплом, говорить всем, «как же подло я поступил». Но этот путь не принесет утешения. А есть путь, который действительно приносит утешение: покаяние. Через покаяние мы станем ближе к Богу. Молитва об усопшем станет сильнее, и этим мы окажем ему реальную помощь, сможем хоть как-то исправить то зло, которое мы ему причинили. И душе усопшего, и нашей душе станет спокойнее.

Вот адаптивный механизм переживания ситуации. Не сожалеть бесконечно о том, что ситуация изменилась, и прежнего не вернуть (человека не воскресить), а принять новую ситуацию и адаптироваться к ней, найти наилучший как для себя, так и для души усопшего вариант поведения.

— А если человек желал близкому добра, а обернулось все злом? И вот он поневоле начинает думать: не зря говорят люди: «Не делай добра — не получишь зла»…

– Например, я подарил другу ценную вещь, он меня очень просил об этом. Доброе дело? Доброе. Я своим благом пожертвовал, другу дал. А его за эту вещь убили. И я начинаю себя винить: если бы я не дал другу этой вещи, то он был бы жив. И в данном случае, может быть, так и было бы…

Но возьмем другой пример: человек попросил у меня эту вещь, а я ему ее не дал. И по идее его должны были убить, но не убили, потому что вещи этой у него не было. А не было, потому что Я ему НЕ дал.

Должен ли я в этом случае награду получить? Я же человека спас, я ему не дал той вещи, за которую его могли убить!

А в первом случае я виню себя в том, что человека убил, потому что дал ему вещь, хотя мог не дать, пожадничать, и спасти его.

Это же совершенно дикий подход. Все с ног на голову перевернуто. Мы виним себя за то, что сделали доброе дело, по любви к другу, и хвалим себя за то, что поступили плохо, не проявили любовь.

А почему мы, казалось бы, рассуждали логично, а вывод получили абсолютно неверный, и даже противоположный верному? А потому, что в наших рассуждениях мы делали акцент не на наш осознанный выбор, а на ту итоговую ситуацию, которая явилась результатом огромного количества факторов и зависела на самом деле не от нас.

И для нашей души в призме вечности имеет значение не итоговый результат в целом, а именно наш сознательный выбор в сторону добра или зла. Это и только это отражает способность нашей души любить. А Бог есть Любовь, и быть причастным Ему может только человек, умеющий любить. И на суде Божием сами наши поступки будут свидетельствовать или за нас, или против нас, именно на наш выбор будет смотреть Бог…

Да, кажется, что какой-то наш выбор привел в итоге к смерти человека. Но мы опять забываем, что все в руках Божьих. Мы хотели добро сделать? Конечно! И мы приложили все усилия, чтобы поступить с человеком по любви. А то, что произошло потом – зависело совершенно не от нас.

А если мы могли добро сделать, но не сделали, то это, безусловно, чисто негативный поступок, потому что именно мы не помогли этому человеку. Мы отвечаем только за свой выбор. Причем, как мы уже говорили, за выбор в условиях ограниченной информации (мы не можем знать всех обстоятельств). Вот зона той ответственности, которую мы несем.

Большой грех брать на себя ответственность за то, над чем мы не властны – таким образом мы пытаемся взять на себя функции Бога. То есть мы думаем, что могли бы что-то глобально изменить, предвидеть результат! Но как мы могли предвидеть? Столько факторов влияют на конечный результат!

Это все равно, что я сяду с чемпионом мира по шахматам играть в шахматы. Он мне раз – и мат почти сразу поставил. А в конце проигранной игры я буду себя обвинять: а вот мог бы и предвидеть, что он это сделает! Мог бы предвидеть, как дальше игра пойдет, как он будет ходить. Может быть, и можно выиграть игру у чемпиона мира, если прокрутить все назад и расставить шахматы по своим местам заново. И вот, зная, как он пойдет, я мог бы все поменять… Но дело в том, что я – не чемпион мира. И я не могу предвидеть, как он будет ходить, потому что он гораздо лучше меня играет в шахматы. На то он и чемпион мира.

И вот эту нашу ограниченность, наше несовершенство надо понимать, чтобы не жить прошлым, не винить себя за то, над чем ты не властен, и не заниматься самоедством.

— А что делать той женщине, которая выгнала своего пьяного мужа, и потом он погиб? Как поступить в подобной ситуации?

— Ей нужно покаяться. Но она должна ясно понять: отвечает она не за то, что ее мужа убили (она же его не убивала!), а за то, что она поступила с ним немилосердно, жестоко, не по любви. Вот именно в том, что она так поступила, не по-христиански, она и должна покаяться перед Богом.

Необходимо понимать, что в первую очередь душе этой женщины, а не душе умершего важно покаяние. Ведь проступок очевиден, и тяжесть на душе – от этого поступка. И именно ей важно получить прощение за этот жестокий шаг. И хотя муж уже не может простить ее, потому что он ушел в иной мир, получения прощения от Бога в данной ситуации вполне достаточно. Поэтому не стоить месяцами лить слезы и впадать в депрессию, нужно пойти к Богу и принести покаяние в тех поступках, совершая которые, мы сделали неверный выбор (об этом мы говорили выше) по отношению к умершему.

А душе мужа теперь важно не то, плачет жена или нет, а то, будет ли жена за него молиться, будет ли творить дела милосердия ради спасения его души. Это самое главное, чем мы можем и должны помочь нашим умершим близким.

— А что людям мешает простить себя? Ведь многим очень сложно простить себя за тот или иной поступок…

– Простить себя… это было бы слишком просто. Человек сам себя простить, сам себя оправдать не может. Конечно, мы часто так пытаемся делать, но это не приносит облегчения. Мы сто раз в день можем сказать себе, что мы себя прощаем, но результата не достигнем. И все это знают по себе. Почему? Потому что совесть, которая является голосом нашей души, продолжает нас обличать. Мы сами не можем простить себя потому, что душа наша не примет этого прощения, все равно будет мучить, напоминать. Мы можем, конечно, заглушить голос совести на некоторое время – вином, загулом, делами. Мы можем оттеснить этот голос совести в глубины подсознания, но потом этот голос все равно прорвется. По-настоящему простить и успокоить нашу душу может только Бог… Именно для этого и существует покаяние!

— А что такое совесть? Почему она может заставлять нас так страдать?

— Святые отцы говорили: совесть – голос Божий. Как пишет святитель Феофан, «У нас есть неусыпный страж – совесть. Что худо сделано, она никак не пропустит; и как вы ей не толкуйте, что то ничего, а это сойдет, она не перестанет твердить свое: что худо, то худо… Совесть всегда есть наш нравственный рычаг».

Поэтому она нас постоянно и будит, постоянно дает какие-то сигналы. Только мы ее чаще всего воспринимаем как нечто, мешающее нам. «Вот что-то душу гложет, мучает, никак не перестанет…. Сколько можно!», — думаем мы. А в критические моменты совесть прямо говорит: «Иди покайся, ты совершил грех». И грех не в том, что, как в нашем примере, жена попросила мужа съездить за картошкой. Нет, есть конкретные грехи перед этим человеком: когда-то мы потребительски отнеслись к нему, немилосердно с ним поступили, слово грубое сказали, унизили, не поддержали в трудный момент. Это у всех бывает, к сожалению, в большей или меньшей степени, и с этим нужно бороться. Как? Покаянием, исправлением своей жизни.

Причем если человек умер, это не значит, что исправляться, становиться добрее, терпимее – уже поздно. Ведь у нас есть и другие близкие люди. Мы можем извлечь урок из наших проступков, научиться проявлять больше любви к людям, а если виноваты перед ними – просить прощения, пока человек еще с нами, пока еще не ушел…

А что касается нашей вины перед умершим: если мы покаемся в своих неверных шагах, то будем прощены Богом, получим несказанное облегчение душевное, сможем жить дальше с очищенной совестью. (Но покаяние должно быть искренним…) Говоря проще, после искреннего покаяния совесть (голос Божий) успокаивается.

А если не покаемся, то этот груз постоянно будет с нами, груз наших ошибок, нашей вины. И к сожалению, несмотря на то, что есть вполне проверенные временем и людьми алгоритмы, как надо действовать в данных ситуациях, как облегчить душу – несмотря ни на что, люди большей частью ими не пользуются. Не идут к Богу, не приносят покаяние.

Большинство людей, не зная как заглушить этот голос Божий, пытается найти свой выход: начинают себя винить, занимаются самоедством, некоторые даже впадают в полное отчаяние и пытаются покончить с жизнью. Другие наоборот, «уходят в загул», начинают вести такой образ жизни, чтобы некогда было подумать, чтобы некогда было посмотреть на себя трезво… Заглушают голос совести чем угодно: водкой, наркотиками, необузданными развлечениями. Когда в редкие моменты совесть дает-таки о себе знать, она подсказывает: «Я был несправедлив к этому человеку, я должен хоть как-то это исправить. Пусть его уже нет, но ведь есть же, наверное, какой-то способ загладить свою вину перед ним, что-то сделать для него». И этот способ есть – это покаяние и молитва за душу усопшего, как мы говорили выше. Но идти в храм, к Богу – это же тяжело, нужно себя ломать, пересиливать. Легче «напиться и забыться»…

— Я сама потеряла близкого человека, поэтому хорошо понимаю, что это такое. Да, зачастую у людей отсутствует элементарное понимание, как себя вести в данной ситуации, куда бежать за помощью. Но что делать, если просто нет сил, нет сил даже подняться с кровати от боли? И это боль не только на душевном, но и на физическом уровне…

– Да, кажется, что сил нет ни на что, и кроме боли ничего не чувствуешь. Но на самом деле, это не есть отсутствие сил… Данную ситуацию можно сравнить с занятиями на велотренажере. Мы крутим педали, нам тяжело, но мы никуда не едем. Движения – ноль. Но силы уходят. Вот и все душевные переживания, когда они направлены не туда, можно уподобить работе вхолостую. И боль не проходит, и никакого движения вперед нет, и сил уже не остается. Просто прокручиваются колеса.

И так может проходить год за годом, пока человек не поймет, что велосипед не едет, и если ничего не изменить, то он не поедет никогда. То есть если мы не поймем чего-то важного, то мы никогда не сможем по-настоящему примириться со смертью близкого, не сможем жить (а не существовать).

Чаще всего нас беспокоит то, чего мы не успели сделать по отношению к близкому человеку, которого больше нет рядом. Недодали любви, не попросили прощения за свои обидные поступки. Все мы, как правило, чувствуем, что чем-то обязаны умершему. Но – кому же теперь отдавать?? Этот-то вопрос и приводит нас в шок, повергает в депрессию. Мы не понимаем, что же нам теперь делать. Мы не ориентируемся в ситуации, и поэтому начинаем паниковать и впадать в отчаяние. Раньше, когда человек был жив, мы понимали, как вести себя с ним; теперь же все изменилось, и мы себя чувствуем беспомощными, как слепые котята… Появляется масса чувств (агрессия, отчаяние, всепоглощающее чувство вины), которые изматывают человека и физически, и психологически, и духовно. Это как раз то, о чем Вы говорили.

— Что же нам необходимо понять, чтобы наша душевная работа не проходила вхолостую? На что надо направить свои силы?

А надо понять, что человек, которого с нами нет, теперь – с Богом. И любая связь с ушедшим может осуществляться только через Бога. Отдай Богу и таким образом получит этот человек; проси прощения у Бога и таким образом прощен будешь своим близким.

Молись за этого человека — и ты ему додашь то, что ему сейчас больше всего нужно. Ты ему должен денег? Но ему не нужны сейчас твои деньги! Ему гораздо важнее твоя молитва! Отдай его душе то, что ей необходимо, в чем она так нуждается.

Точно так же и в ситуации смерти: зачем душе умершего все наши причитания, слезы, роскошные венки на кладбище, мраморные памятники, дорогие поминки, трогательные речи и тому подобное? Все это нам, живым, нужно. А его душе важнее всего наши молитвы, милостыня и дела милосердия.

Мы не отдали денег, которые брали в долг у усопшего? Отдадим их бедным или потратим их на какие-то богоугодные дела. Этим самым мы действительно с пользой вернем их душе усопшего. Нет денег? Пожалуйста, есть милосердие. Если человек много для нас сделал, вкладывал время и силы – мы все можем отдать ему. Это обычно, кстати, бывает, когда родители умирают. Они много для нас сделали, и мы прекрасно это понимаем. Они много в нас вложили, а мы теперь не можем отдать. Пожалуйста – можно отдать детям, бедным, больным, старикам. Помочь им своим вниманием, уделить им часть своего личного времени. Можно проявлять бОльшую любовь и к своим детям, больше уделять внимания их духовному воспитанию.

Таким образом мы отдадим долг душе усопшего – именно той самой валютой, которую душа усопшего может принять. И вот тогда не будет этого состояния физического и душевного изнеможения и опустошения. Потому что будет реальное движение вперед, а не просто прокручивание колес на велотренажере.

— Я почти уверена, что у многих, кто теряет близких, элементарно не хватает знаний, куда обращаться, что делать.

— Ну, это же все от нашей культуры идет. На протяжении веков были такие знания, и ими успешно пользовались, а сейчас мы их все отшвыриваем, как грязное белье. Предпочитаем плыть по течению… и заливать горе алкоголем.

Но тут опять же надо определиться. Если душа есть – это один вопрос, а если души нет – совершенно другой. Если души нет, то не надо и переживать, как мы уже говорили. Бессмысленно переживать за кого-то, кого уже нет…

Другое дело, если душа есть. Раз она есть – то понятно, что нужно делать все для нее… А не для себя. Боль душевная, как и физическая – вообще нужна человеку. Боль души в психологии называется психалгией. Это сигнал, что что-то не в порядке с нашей душой.

— И что же с ней делать? Ведь это очень мучительно!

— А что мы делаем, когда у нас болит зуб? Ну, день мы можем терпеть боль, обезболивающее принять можем, чтобы ее заглушить. Но проходит время, и мы все-таки понимаем, что зуб-то надо лечить, ведь боль возникла неспроста!

И можно тоже сказать, что эта боль отняла у нас все силы, потому что как любая боль она изматывает. Но нам очевидно, что эта боль будет до тех пор, пока мы не обратимся к врачу. Вот когда мы пойдем все-таки к врачу, тогда нам, скорее всего, зуб вылечат. И боль пройдет, так как устранится причина боли.

Душевная боль – несколько иная боль. И врач в данном случае – не стоматолог, а Бог. (Иногда какая-то помощь приходит от психолога. Но это не основная помощь. Основная – от Бога.) Веками существовал правильный алгоритм: умер человек – в первую очередь надо идти в церковь, помогать душе умершего, а не накачивать себя отчаянием. В первую очередь надо думать не о себе, что нам плохо, а об усопшем – что ему нужны наши молитвы. И вот когда начинаем молиться, творить дела милосердия, то и у нас самих силы появляются, и боль наша действительно ослабевает. Это проверено тысячелетней практикой… Если же мы будем отвергать этот путь к выздоровлению, то мы так и будем вариться в этой боли год-два-три…

Зачем же нам это надо??? Душе усопшего мы при этом не поможем, а себе тем более не поможем, а даже и повредим.

Если сказать совсем кратко, то надо осознать потерю и начинать движение, лечение. И больше думать не о себе и своей потере, а о душе умершего.

— А как можно хоть чем-то помочь человеку, переживающему потерю близкого? Если это произошло не с нами – чем мы можем утешить, поддержать?

— Человек, переживающий смерть близкого, должен поделиться своими чувствами. Непрофессионал способен утешить тем, что может привести к Богу. Бог утешит. Из человека плохой утешитель в данном случае… Если мы знаем, мы можем привести к мудрому, опытному священнику.

Друзья могут поддержать в житейском плане, взять на себя бремя каких-то расходов, трудов, организационную часть похорон, присмотреть за детьми (пока родители в тяжелом душевном состоянии), чтобы человек мог собственной душе больше внимания уделить, и через это хоть немного утешиться.

Можно просто слушать человека, дать ему выговориться. Нельзя оставлять человека один на один с бедой, особенно в первые дни. Один в своем горе – это законсервированное состояние, когда нет возможности ни с кем поговорить, посмотреть на ситуацию со стороны…

Надо просто сидеть и слушать человека. Это не очень приятно. Человек выплескивает свою боль, свое горе. И рядом при этом находиться – значит принимать в себя эти горе и боль, разделять их. И, конечно, большинству из нас, гедонистов, это неприятно. Нам же хочется весело жить, наслаждаться, не задумываться, а если и говорить о чем-то, так посплетничать, пообсуждать. А тут такая боль!!… Но если мы действительно хотим человеку помочь, то по любви к нему должны чем-то пожертвовать. В данном случае – состоянием собственной стабильности, своим душевным покоем. Недаром говорят : разделенное горе – это полгоря. То есть когда делят горе между тем, кто говорит, и тем, кто слушает, сопереживает, то боль немного уменьшается. Таким образом, друг берет часть горя на себя. Это тяжело, но если мы сильные люди, если мы искренне хотим помочь, то мы должны терпеливо слушать.

Автор благодарит за помощь в подготовке материала Элину Бурцеву и Ольгу Покалюхину.

© Memoriam.ru

 

Чувство вины после смерти близкого. В чем наша вина перед умершими

 

— У людей, переживающих горе, существует одна важная проблема – чувство вины. Как правильно ее решить и нужно ли?

— Конечно, решать ее нужно. После смерти человека у его близких часто возникает много «бы»: если БЫ я этого не делал, то он БЫ не погиб… Вспоминаются далекие события, которые, как кажется, тоже повлияли на итог. Люди думают, что если бы в прошлом повели себя другим образом, то все было бы иначе. Многие жалеют о том, что недодали любви, несправедливо обижались, упрекали, ссорились, не сделали чего-то хорошего для человека, которому теперь это сделать уже нельзя…

Приведу пример. Недавно я консультировал женщину, которая очень переживала и винила себя в смерти мужа. Она осенью попросила мужа съездить к своей матери за картошкой в другую область. До этого в течение многих лет каждую осень он ездил к теще за картошкой, и никаких проблем не возникало. Но в этом году случилась трагедия. Недалеко от областного центра произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого мужчина погиб.

Бедная женщина стала винить себя в случившемся. Она была уверена: трагедия произошла из-за того, что она попросила мужа поехать к матери. «А если бы я не настаивала на этой картошке, муж бы не погиб»,- рассуждала она.

И таких примеров очень много. Практически любую смерть человека сопровождает чувство вины у тех, кто остался жить. Если человек умер, например, от заболевания – чувство вины представляется так: «Я виновата, что не увидела симптомов этой болезни раньше», «Я виноват — не настоял на том, чтобы жена пошла к врачу. А ведь если бы мы вовремя обратились к врачу за помощью, то, возможно, она была бы сейчас жива».

И вроде, на первый взгляд, эти умозаключения представляются логичными. Одно действие, казалось бы, вытекает из другого: просила поехать в деревню – муж погиб, не настоял на госпитализации – жена умерла. Но это логично только на первый взгляд. На самом деле вопрос о причинно-следственной связи так «в лоб» поставлен быть не может. Конкретный поступок человека – например, та же просьба съездить за картошкой – это всего лишь один из факторов формирования той ситуации, которая оказалась роковой. И не более того. Это не определяющий фактор, и не единственный, а всего лишь один из множества.

Чтобы реально оценивать свою вину, надо понять, что ни один человек не может предвидеть, рассчитать, оценить все факторы, предусмотреть все нюансы, которые могут спасти или, наоборот, привести к смерти другого человека. Люди не могут отвечать за все. Почему? Ответ прост – потому что, как я сказал, каждый человек – это всего лишь человек, он несовершенен и не имеет возможностей для расчетов подобного уровня.

Скажем честно: в жизни мы со многими людьми поступаем плохо, не просим за это прощения и быстро забываем о случившемся. И мы обычно не виним себя за все сотни тысяч обид (осознанных и неосознанных), которые наносим людям в течении жизни…

Но если человек умер, то тут мы все вспоминаем и нас «накрывает» чувство вины. Причем оно неадекватно реальности, гипертрофировано. Мы виним себя за то, что не смогли предвидеть чего-либо, не могли сказать хорошее, не могли простить раньше и.т.п. В таких случаях мы часто считаем, что наши действия могли бы спасти человека от смерти. Происходит это во многом потому, что мы искренне убеждены, хотя и не признаемся себе в этом – мы можем контролировать вопросы жизни и смерти другого человека. Это говорит в нас наша гордость…

Мы не понимаем, или не хотим понимать, что вопрос смерти не в нашей, а в Божией компетенции. Мы же можем нести ответственность только за свой выбор, который делается исходя из имеющейся у нас на этот момент информации, а также существующих возможностей.

Проиллюстрируем это метафорой. Представим себе такую ситуацию: мы с вами играем в футбол в одной команде. Один из игроков нашей команды получив мяч, ошибся, и передал неверно пас. Мяч попал к противнику, и… он забил в наши ворота гол.

Будем ли мы обвинять игрока нашей команды, которому дали пас? Если бы он не тренировался до этого и намеренно отдал пас другой команде – тогда, да, можно было бы его обвинять… Но это не так, и его неточный пас был непреднамеренной ошибкой, ведь все мы иногда ошибаемся. И никому не придет в голову ругаться с ним, выяснять, «как же он мог так поступить».

Или, например, наш вратарь. Он же тоже пропустил мяч в наши ворота! Может и его обвинить? Нет, мы понимаем, что он сделал в тот момент то, что мог. Мы понимаем, что он не может поймать все мячи, летящие в сторону наших ворот! Это невозможно, потому что он не футбольное совершенство, а такой же человек, как и мы. Он не имеет сверхъестественной возможности влиять на исход всего матча… И если искать виновного, то не он один в этом голе виноват. Он как может, так и ловит. Если вратарь пропустил гол, то можно сказать, что и команда плохо играла, плохо защищала ворота. Этот гол зависел от огромной массы факторов: сила и подготовленность команды противника, степень подготовленности нашей команды в целом, наша воля к победе, командный дух, состояние поля и.т.п., а не только от игры конкретного футболиста.

А теперь представьте, что вы были этим вратарем. Стали бы вы в этой ситуации винить себя, считая, что несете персональную ответственность за этот гол? Нет, конечно. И нападающий, который забил гол в чужие ворота, в свою очередь, не может полностью приписать этот гол только своей хорошей игре. Это заслуга всей его команды.

Но это футбол. А жизнь?… Жизнь гораздо сложнее. И в ней тем более никто не может предусмотреть все нюансы, которые могут возникнуть. Любой случай — это задача со слишком многими неизвестными. И если жена попросила мужа съездить за картошкой, и по дороге произошла авария, то это совсем не значит, что здесь есть ее непосредственная вина. Потому что он мог и не поехать за картошкой, а выйти во двор, и случилось бы то же самое, но только в другом виде… Мы все сильны задним умом в поисках собственной вины. И это нам мешает смотреть на вещи трезво.

— Часто люди начинают винить в смерти близких и других людей, а не только себя…

— Да, это бывает еще чаще, чем самообвинения. Мы можем обвинять в смерти людей, которые тоже не хотели того, что случилось, но их поступки, по нашему мнению, привели к смерти, прямо или косвенно. Обычно в категорию таких виновных попадают близкие родственники, друзья покойного, врачи, сослуживцы.

С такими обвинениями тоже надо быть крайне осторожными. А еще лучше их оставить вовсе (конечно, это не относится к случаю умышленного убийства).

Не стоит судить. Ведь в этом случае, по сравнению с ситуацией самообвинения, мы знаем еще меньше тех деталей, которые просто необходимо достоверно знать, чтобы выдвигать какие-то обвинения против этих людей. Или даже просто подозревать их причастность. Возвращаясь к нашей метафоре с футболом, можно провести аналогию: обвинять других — все равно, что обвинять того же вратаря в том, что гол пропущен (факт налицо), но при этом не учитывать того многообразия факторов, благодаря которым он стал возможен. Даже когда связь между действиями другого человека и смертью близкого представляется нам вполне прямой и очевидной, мы не должны никого обвинять. Мы же не можем знать точно, насколько этот другой человек хотел того, что случилось, насколько он мог просчитать последствия своих шагов, которые, на наш взгляд, привели к печальному итогу.

— А что вы можете сказать о ситуации, когда родственники видели, что их близкому плохо морально, но по собственному невежеству не предприняли никаких действий, не сводили к врачу, психологу не привели в церковь? И потом уже, после случившегося, люди начинают себя винить в том, что допустили самоубийство близкого человека…

— Они допустили это потому, что не знали, как себя вести в данной ситуации, не до конца понимали, к чему может привести эта ситуация. Если бы точно знали и не помогли – это другой вопрос. Но когда человек не знает, что делать, не знает что может случиться, не знает, по каким именно причинам это произойдет, то неправомерно обвинять его в бездействии. Разумеется, когда потом все вскрывается и становится ясна причина, то начинают думать: «Ах, как же я до этого не додумался. Это же элементарно!» А потому и не додумался, что ты несовершенен. Возможно, Бог не дал тебе додуматься до этого в данном случае, потому что это был Его промысел…

Человек не может отвечать за трагическое происшествие, оказавшееся последним в некоторой цепочке событий, только потому, что некий его поступок в этой цепочке предшествовал трагедии. То, что он предшествовал – не значит, что он был определяющим фактором.

— А за что же мы тогда должны отвечать?

— Бог каждому из нас дал право выбора. Прежде, чем совершить любой поступок, мы делаем выбор: пойти или не пойти, решиться или отложить и т.п. И выбор, естественно, определяется нашими жизненными принципами и той информацией, которая доступна на момент принятия решения. Если мы знаем, что у человека больное сердце – у нас есть выбор: вызывать скорую или нет. Если мы достоверно знаем о болезни, можем точно сделать прогноз, то, скорее всего, позвоним. А если мы не знаем, что с ним такое, то можем растеряться, можем не придать этому необходимого значения и не позвонить. Конечно, потом все выяснится. После чего, если человек останется жить, а мы вызывали ему врача, то мы будем приписывать заслугу спасения жизни себе; если же человек умрет, а мы врача не вызывали, потому что не знали, что делать – то будем брать на себя вину. И то и другое неправильно. Мы должны понимать, что несем ответственность только за наш сознательный выбор, с учетом имеющейся на момент принятия решения информации.

— А в чем заключается этот выбор? Могли бы вы привести пример такого выбора?

— Например, мы знаем, что посылаем человека на верную смерть. У нас есть выбор: посылать или нет. Причем мы обладаем информацией, достаточной, чтобы сделать вывод о почти неизбежном смертельном исходе. Вот именно за этот выбор мы и должны отвечать.

Если же на момент выбора у нас не было информации о том, что наше действие может привести к такому финалу, то мы не можем нести за этот финал полную ответственность. Это не должно довлеть над нами непомерным грузом…

Мы сами простим трехлетнего ребенка, который, заигравшись в огороде с собакой, случайно забежал на грядку и потоптал клубнику. Мы понимаем, что он маленький, не мог предвидеть последствий, да еще и заигрался. Но мы точно накажем трехлетнего ребенка, если после предупреждения о том, что ходить по грядкам нельзя, он сделает осознанный выбор и потопчет клубнику. Кажется, результат одинаков: клубника потоптана ребенком. Но ситуации совершенно различны. Одна ситуация – пример осознанного выбора, осознанного непослушания. Другая – пример непредвиденных последствий вполне допустимых поступков.

Возвращаясь к вышеупомянутому случаю с картошкой. Понятно, чего хотела жена — чтобы муж поехал за картошкой. И в этом нет ничего плохого. Муж уже много раз ездил за этой картошкой. Выбор жены – попросить мужа съездить за картошкой – вполне понятен, и мы не можем дать ему негативную оценку.

Все, что случилось дальше – промысел Божий. Человек не может так далеко прогнозировать. Конечно, если бы она знала, что посылает мужа за картошкой, а по дороге в его машину въедет КАМАЗ, но при этом не отменила бы своей просьбы, то да, она была бы виновата… Но она не могла этого знать. Это гораздо выше человеческих сил.

Еще раз скажу, что мы все крепки задним умом. И все виним себя за то, что не смогли чего-либо предвидеть. Надо в таком случае подумать о том, что человек — не суперкомпьютер, который может настолько далеко все просчитать. Да, ты должен сделать выводы на будущее. И должен знать, что в будущем такое может повториться. И возможно, ты уже будешь знать, как поступить. А возможно и нет – как в ситуации с картошкой. Автокатастрофа может произойти еще раз, и мы опять будем бессильны что-либо изменить.

Четко сказать, что будет, никто не может, так как будущее нам неизвестно, и все мироздание, сложнейшие взаимодействия людских судеб, цепочки событий, которые мы не в силах прогнозировать, понять невозможно. Все – в руках Божьих. Есть такой принцип: «Делай, что должен, и будь, что будет». Первая часть этого высказывания («Делай, что должен») говорит о том, что в наших силах принимать верные решения, с учетом имеющейся информации, и нести ответственность за них и за их прямые последствия. Вторая часть («Будь что будет») напоминает: то, что будет происходить дальше, то, как отреагируют другие люди на наши поступки, и какая ситуация сложится в итоге – результат сложного взаимодействия многих факторов, и это не в нашей власти. Поэтому нести полную ответственность за этот результат мы не можем. Нам остается принять его со смирением, как волю Божию.

— Часто приходится слышать про волю Божию, но как понять, в чем она проявляется и как действует?

— На эти вопросы есть подробные объяснения у Святых отцов Церкви. Их нетрудно найти.

Мне очень понравилось рассуждение на эту тему одного мудрого игумена (доктора физико-математических наук). Он привел такую метафору: Мы толкаем по полу один шарик. При этом зная трение, силу толчка, инерцию, можем очень точно рассчитать, в каком месте он остановится. Это описывается довольно несложной формулой. Рядом с нами другой человек может взять еще один шарик и, имея те же данные, тоже толкнуть его. И он тоже будет точно знать, где его шарик остановится… И вот мы толкаем каждый свой шар, и ждем когда они остановятся в рассчитанном нами месте…. Но они столкнулись! Оказывается, мы не учли угол, под которым может произойти столкновение. До него мы могли точно прогнозировать результат. Но столкновение разбило в пух и прах все наши расчеты. Потому что углы, под которыми шарики наталкиваются или не наталкиваются друг на друга, не в нашей власти, а во власти случая.

Хотя говорить о власти случая не вполне правомерно. Ведь все так называемые случайности – неслучайны, в них проявляется непостижимый для нас Промысел Божий. Именно от Бога зависят все «случайности». Мы не можем рассчитать углы столкновения шаров; кто, когда и где внесет коррективы в наши планы в дальнейшем, мы тоже не можем знать. И мы не можем за это нести ответственность.

— Получается, что все зависит от Бога?

— Да, конечно. Все зависит от Него, кроме нашего выбора. Как писал святитель Феофан Затворник, наставляя свою духовную дочь: «Всесовершенно возложите себя на руки Божии, ни о чем не заботясь, а всякий случай принимая спокойно, как Богом нарочито для вас устрояемый, приятен ли он или неприятен. Забота ваша должна состоять только в том, чтобы во всяком случае поступать по заповеди Божией». То есть те обстоятельства жизни, которые от нас не зависят, мы принимаем – с мудростью, без уныния; а все свои силы мы должны обратить на то, чтобы в этих обстоятельствах и с учетом имеющейся информации сделать верный выбор.

Можно сказать, что Бог, как заботливый и обучающий нас Отец, постоянно ставит нас перед выбором, постоянно дает нам решать эту задачу. А вот насколько правильно мы ее решаем, зависит от нас. И Он с уважением относится к нашему сознательному решению. Но и ответственность за наши сознательные решения Он полностью передает нам.

— Но бывает сознательно сделанный неправильный выбор…

— Да, такое часто бывает. От злости, например. Человек вместо того, чтобы простить, выплескивает свою злость на близкого… Например, пришел муж домой сильно нетрезвым. По-человечески его надо бы простить, отношения не выяснять, пока он в таком состоянии, а наутро поговорить спокойно. Нет, жена говорит: «Езжай к своей матери, видеть тебя не хочу!». А по дороге его убивают…

Конечно, нельзя было предвидеть, что так все обернется. Но поступок жены – не пустить мужа домой – сам по себе нехороший по отношению к мужу. А попросить прощения, чем-то загладить свой поступок уже нельзя, так как человек погиб. Да, в таком случае начинается самоедство. Нередко люди винят себя всю оставшуюся жизнь.

Но тут возникает принципиальный вопрос: верим ли мы в существование души и ее бессмертие?

Предположим, не верим. А если души нет, значит и винить себя нечего. Ну, нет человека и нет. Ему уже совершенно все равно, так как его уже просто нет. Не все равно нам, так как мы в лице этого человека лишились, возможно, друга, помощника, какой-то поддержки в жизни. Нам одиноко, а ему-то уже никак. Поэтому чувства вины перед ним у нас и быть не должно.

А если мы понимаем, что душа есть (а она, конечно, есть), то вместо этих самообвинений, самокопаний и бесконечных сожалений (теперь-то что говорить, как надо было поступить?) – стоит пойти и покаяться, попросить прощения у Бога за свой проступок! Да, можно кидаться на крышку гроба, посыпать голову пеплом, говорить всем, «как же подло я поступил». Но этот путь не принесет утешения. А есть путь, который действительно приносит утешение: покаяние. Через покаяние мы станем ближе к Богу. Молитва об усопшем станет сильнее, и этим мы окажем ему реальную помощь, сможем хоть как-то исправить то зло, которое мы ему причинили. И душе усопшего, и нашей душе станет спокойнее.

Вот адаптивный механизм переживания ситуации. Не сожалеть бесконечно о том, что ситуация изменилась, и прежнего не вернуть (человека не воскресить), а принять новую ситуацию и адаптироваться к ней, найти наилучший как для себя, так и для души усопшего вариант поведения.

— А если человек желал близкому добра, а обернулось все злом? И вот он поневоле начинает думать: не зря говорят люди: «Не делай добра — не получишь зла»…

– Например, я подарил другу ценную вещь, он меня очень просил об этом. Доброе дело? Доброе. Я своим благом пожертвовал, другу дал. А его за эту вещь убили. И я начинаю себя винить: если бы я не дал другу этой вещи, то он был бы жив. И в данном случае, может быть, так и было бы…

Но возьмем другой пример: человек попросил у меня эту вещь, а я ему ее не дал. И по идее его должны были убить, но не убили, потому что вещи этой у него не было. А не было, потому что Я ему НЕ дал.

Должен ли я в этом случае награду получить? Я же человека спас, я ему не дал той вещи, за которую его могли убить!

А в первом случае я виню себя в том, что человека убил, потому что дал ему вещь, хотя мог не дать, пожадничать, и спасти его.

Это же совершенно дикий подход. Все с ног на голову перевернуто. Мы виним себя за то, что сделали доброе дело, по любви к другу, и хвалим себя за то, что поступили плохо, не проявили любовь.

А почему мы, казалось бы, рассуждали логично, а вывод получили абсолютно неверный, и даже противоположный верному? А потому, что в наших рассуждениях мы делали акцент не на наш осознанный выбор, а на ту итоговую ситуацию, которая явилась результатом огромного количества факторов и зависела на самом деле не от нас.

И для нашей души в призме вечности имеет значение не итоговый результат в целом, а именно наш сознательный выбор в сторону добра или зла. Это и только это отражает способность нашей души любить. А Бог есть Любовь, и быть причастным Ему может только человек, умеющий любить. И на суде Божием сами наши поступки будут свидетельствовать или за нас, или против нас, именно на наш выбор будет смотреть Бог…

Да, кажется, что какой-то наш выбор привел в итоге к смерти человека. Но мы опять забываем, что все в руках Божьих. Мы хотели добро сделать? Конечно! И мы приложили все усилия, чтобы поступить с человеком по любви. А то, что произошло потом – зависело совершенно не от нас.

А если мы могли добро сделать, но не сделали, то это, безусловно, чисто негативный поступок, потому что именно мы не помогли этому человеку. Мы отвечаем только за свой выбор. Причем, как мы уже говорили, за выбор в условиях ограниченной информации (мы не можем знать всех обстоятельств). Вот зона той ответственности, которую мы несем.

Большой грех брать на себя ответственность за то, над чем мы не властны – таким образом мы пытаемся взять на себя функции Бога. То есть мы думаем, что могли бы что-то глобально изменить, предвидеть результат! Но как мы могли предвидеть? Столько факторов влияют на конечный результат!

Это все равно, что я сяду с чемпионом мира по шахматам играть в шахматы. Он мне раз – и мат почти сразу поставил. А в конце проигранной игры я буду себя обвинять: а вот мог бы и предвидеть, что он это сделает! Мог бы предвидеть, как дальше игра пойдет, как он будет ходить. Может быть, и можно выиграть игру у чемпиона мира, если прокрутить все назад и расставить шахматы по своим местам заново. И вот, зная, как он пойдет, я мог бы все поменять… Но дело в том, что я – не чемпион мира. И я не могу предвидеть, как он будет ходить, потому что он гораздо лучше меня играет в шахматы. На то он и чемпион мира.

И вот эту нашу ограниченность, наше несовершенство надо понимать, чтобы не жить прошлым, не винить себя за то, над чем ты не властен, и не заниматься самоедством.

— А что делать той женщине, которая выгнала своего пьяного мужа, и потом он погиб? Как поступить в подобной ситуации?

— Ей нужно покаяться. Но она должна ясно понять: отвечает она не за то, что ее мужа убили (она же его не убивала!), а за то, что она поступила с ним немилосердно, жестоко, не по любви. Вот именно в том, что она так поступила, не по-христиански, она и должна покаяться перед Богом.

Необходимо понимать, что в первую очередь душе этой женщины, а не душе умершего важно покаяние. Ведь проступок очевиден, и тяжесть на душе – от этого поступка. И именно ей важно получить прощение за этот жестокий шаг. И хотя муж уже не может простить ее, потому что он ушел в иной мир, получения прощения от Бога в данной ситуации вполне достаточно. Поэтому не стоить месяцами лить слезы и впадать в депрессию, нужно пойти к Богу и принести покаяние в тех поступках, совершая которые, мы сделали неверный выбор (об этом мы говорили выше) по отношению к умершему.

А душе мужа теперь важно не то, плачет жена или нет, а то, будет ли жена за него молиться, будет ли творить дела милосердия ради спасения его души. Это самое главное, чем мы можем и должны помочь нашим умершим близким.

— А что людям мешает простить себя? Ведь многим очень сложно простить себя за тот или иной поступок…

– Простить себя… это было бы слишком просто. Человек сам себя простить, сам себя оправдать не может. Конечно, мы часто так пытаемся делать, но это не приносит облегчения. Мы сто раз в день можем сказать себе, что мы себя прощаем, но результата не достигнем. И все это знают по себе. Почему? Потому что совесть, которая является голосом нашей души, продолжает нас обличать. Мы сами не можем простить себя потому, что душа наша не примет этого прощения, все равно будет мучить, напоминать. Мы можем, конечно, заглушить голос совести на некоторое время – вином, загулом, делами. Мы можем оттеснить этот голос совести в глубины подсознания, но потом этот голос все равно прорвется. По-настоящему простить и успокоить нашу душу может только Бог… Именно для этого и существует покаяние!

— А что такое совесть? Почему она может заставлять нас так страдать?

— Святые отцы говорили: совесть – голос Божий. Как пишет святитель Феофан, «У нас есть неусыпный страж – совесть. Что худо сделано, она никак не пропустит; и как вы ей не толкуйте, что то ничего, а это сойдет, она не перестанет твердить свое: что худо, то худо… Совесть всегда есть наш нравственный рычаг».

Поэтому она нас постоянно и будит, постоянно дает какие-то сигналы. Только мы ее чаще всего воспринимаем как нечто, мешающее нам. «Вот что-то душу гложет, мучает, никак не перестанет…. Сколько можно!», — думаем мы. А в критические моменты совесть прямо говорит: «Иди покайся, ты совершил грех». И грех не в том, что, как в нашем примере, жена попросила мужа съездить за картошкой. Нет, есть конкретные грехи перед этим человеком: когда-то мы потребительски отнеслись к нему, немилосердно с ним поступили, слово грубое сказали, унизили, не поддержали в трудный момент. Это у всех бывает, к сожалению, в большей или меньшей степени, и с этим нужно бороться. Как? Покаянием, исправлением своей жизни.

Причем если человек умер, это не значит, что исправляться, становиться добрее, терпимее – уже поздно. Ведь у нас есть и другие близкие люди. Мы можем извлечь урок из наших проступков, научиться проявлять больше любви к людям, а если виноваты перед ними – просить прощения, пока человек еще с нами, пока еще не ушел…

А что касается нашей вины перед умершим: если мы покаемся в своих неверных шагах, то будем прощены Богом, получим несказанное облегчение душевное, сможем жить дальше с очищенной совестью. (Но покаяние должно быть искренним…) Говоря проще, после искреннего покаяния совесть (голос Божий) успокаивается.

А если не покаемся, то этот груз постоянно будет с нами, груз наших ошибок, нашей вины. И к сожалению, несмотря на то, что есть вполне проверенные временем и людьми алгоритмы, как надо действовать в данных ситуациях, как облегчить душу – несмотря ни на что, люди большей частью ими не пользуются. Не идут к Богу, не приносят покаяние.

Большинство людей, не зная как заглушить этот голос Божий, пытается найти свой выход: начинают себя винить, занимаются самоедством, некоторые даже впадают в полное отчаяние и пытаются покончить с жизнью. Другие наоборот, «уходят в загул», начинают вести такой образ жизни, чтобы некогда было подумать, чтобы некогда было посмотреть на себя трезво… Заглушают голос совести чем угодно: водкой, наркотиками, необузданными развлечениями. Когда в редкие моменты совесть дает-таки о себе знать, она подсказывает: «Я был несправедлив к этому человеку, я должен хоть как-то это исправить. Пусть его уже нет, но ведь есть же, наверное, какой-то способ загладить свою вину перед ним, что-то сделать для него». И этот способ есть – это покаяние и молитва за душу усопшего, как мы говорили выше. Но идти в храм, к Богу – это же тяжело, нужно себя ломать, пересиливать. Легче «напиться и забыться»…

— Я сама потеряла близкого человека, поэтому хорошо понимаю, что это такое. Да, зачастую у людей отсутствует элементарное понимание, как себя вести в данной ситуации, куда бежать за помощью. Но что делать, если просто нет сил, нет сил даже подняться с кровати от боли? И это боль не только на душевном, но и на физическом уровне…

– Да, кажется, что сил нет ни на что, и кроме боли ничего не чувствуешь. Но на самом деле, это не есть отсутствие сил… Данную ситуацию можно сравнить с занятиями на велотренажере. Мы крутим педали, нам тяжело, но мы никуда не едем. Движения – ноль. Но силы уходят. Вот и все душевные переживания, когда они направлены не туда, можно уподобить работе вхолостую. И боль не проходит, и никакого движения вперед нет, и сил уже не остается. Просто прокручиваются колеса.

И так может проходить год за годом, пока человек не поймет, что велосипед не едет, и если ничего не изменить, то он не поедет никогда. То есть если мы не поймем чего-то важного, то мы никогда не сможем по-настоящему примириться со смертью близкого, не сможем жить (а не существовать).

Чаще всего нас беспокоит то, чего мы не успели сделать по отношению к близкому человеку, которого больше нет рядом. Недодали любви, не попросили прощения за свои обидные поступки. Все мы, как правило, чувствуем, что чем-то обязаны умершему. Но – кому же теперь отдавать?? Этот-то вопрос и приводит нас в шок, повергает в депрессию. Мы не понимаем, что же нам теперь делать. Мы не ориентируемся в ситуации, и поэтому начинаем паниковать и впадать в отчаяние. Раньше, когда человек был жив, мы понимали, как вести себя с ним; теперь же все изменилось, и мы себя чувствуем беспомощными, как слепые котята… Появляется масса чувств (агрессия, отчаяние, всепоглощающее чувство вины), которые изматывают человека и физически, и психологически, и духовно. Это как раз то, о чем Вы говорили.

— Что же нам необходимо понять, чтобы наша душевная работа не проходила вхолостую? На что надо направить свои силы?

А надо понять, что человек, которого с нами нет, теперь – с Богом. И любая связь с ушедшим может осуществляться только через Бога. Отдай Богу и таким образом получит этот человек; проси прощения у Бога и таким образом прощен будешь своим близким.

Молись за этого человека — и ты ему додашь то, что ему сейчас больше всего нужно. Ты ему должен денег? Но ему не нужны сейчас твои деньги! Ему гораздо важнее твоя молитва! Отдай его душе то, что ей необходимо, в чем она так нуждается.

Точно так же и в ситуации смерти: зачем душе умершего все наши причитания, слезы, роскошные венки на кладбище, мраморные памятники, дорогие поминки, трогательные речи и тому подобное? Все это нам, живым, нужно. А его душе важнее всего наши молитвы, милостыня и дела милосердия.

Мы не отдали денег, которые брали в долг у усопшего? Отдадим их бедным или потратим их на какие-то богоугодные дела. Этим самым мы действительно с пользой вернем их душе усопшего. Нет денег? Пожалуйста, есть милосердие. Если человек много для нас сделал, вкладывал время и силы – мы все можем отдать ему. Это обычно, кстати, бывает, когда родители умирают. Они много для нас сделали, и мы прекрасно это понимаем. Они много в нас вложили, а мы теперь не можем отдать. Пожалуйста – можно отдать детям, бедным, больным, старикам. Помочь им своим вниманием, уделить им часть своего личного времени. Можно проявлять бОльшую любовь и к своим детям, больше уделять внимания их духовному воспитанию.

Таким образом мы отдадим долг душе усопшего – именно той самой валютой, которую душа усопшего может принять. И вот тогда не будет этого состояния физического и душевного изнеможения и опустошения. Потому что будет реальное движение вперед, а не просто прокручивание колес на велотренажере.

— Я почти уверена, что у многих, кто теряет близких, элементарно не хватает знаний, куда обращаться, что делать.

— Ну, это же все от нашей культуры идет. На протяжении веков были такие знания, и ими успешно пользовались, а сейчас мы их все отшвыриваем, как грязное белье. Предпочитаем плыть по течению… и заливать горе алкоголем.

Но тут опять же надо определиться. Если душа есть – это один вопрос, а если души нет – совершенно другой. Если души нет, то не надо и переживать, как мы уже говорили. Бессмысленно переживать за кого-то, кого уже нет…

Другое дело, если душа есть. Раз она есть – то понятно, что нужно делать все для нее… А не для себя. Боль душевная, как и физическая – вообще нужна человеку. Боль души в психологии называется психалгией. Это сигнал, что что-то не в порядке с нашей душой.

— И что же с ней делать? Ведь это очень мучительно!

— А что мы делаем, когда у нас болит зуб? Ну, день мы можем терпеть боль, обезболивающее принять можем, чтобы ее заглушить. Но проходит время, и мы все-таки понимаем, что зуб-то надо лечить, ведь боль возникла неспроста!

И можно тоже сказать, что эта боль отняла у нас все силы, потому что как любая боль она изматывает. Но нам очевидно, что эта боль будет до тех пор, пока мы не обратимся к врачу. Вот когда мы пойдем все-таки к врачу, тогда нам, скорее всего, зуб вылечат. И боль пройдет, так как устранится причина боли.

Душевная боль – несколько иная боль. И врач в данном случае – не стоматолог, а Бог. (Иногда какая-то помощь приходит от психолога. Но это не основная помощь. Основная – от Бога.) Веками существовал правильный алгоритм: умер человек – в первую очередь надо идти в церковь, помогать душе умершего, а не накачивать себя отчаянием. В первую очередь надо думать не о себе, что нам плохо, а об усопшем – что ему нужны наши молитвы. И вот когда начинаем молиться, творить дела милосердия, то и у нас самих силы появляются, и боль наша действительно ослабевает. Это проверено тысячелетней практикой… Если же мы будем отвергать этот путь к выздоровлению, то мы так и будем вариться в этой боли год-два-три…

Зачем же нам это надо??? Душе усопшего мы при этом не поможем, а себе тем более не поможем, а даже и повредим.

Если сказать совсем кратко, то надо осознать потерю и начинать движение, лечение. И больше думать не о себе и своей потере, а о душе умершего.

— А как можно хоть чем-то помочь человеку, переживающему потерю близкого? Если это произошло не с нами – чем мы можем утешить, поддержать?

— Человек, переживающий смерть близкого, должен поделиться своими чувствами. Непрофессионал способен утешить тем, что может привести к Богу. Бог утешит. Из человека плохой утешитель в данном случае… Если мы знаем, мы можем привести к мудрому, опытному священнику.

Друзья могут поддержать в житейском плане, взять на себя бремя каких-то расходов, трудов, организационную часть похорон, присмотреть за детьми (пока родители в тяжелом душевном состоянии), чтобы человек мог собственной душе больше внимания уделить, и через это хоть немного утешиться.

Можно просто слушать человека, дать ему выговориться. Нельзя оставлять человека один на один с бедой, особенно в первые дни. Один в своем горе – это законсервированное состояние, когда нет возможности ни с кем поговорить, посмотреть на ситуацию со стороны…

Надо просто сидеть и слушать человека. Это не очень приятно. Человек выплескивает свою боль, свое горе. И рядом при этом находиться – значит принимать в себя эти горе и боль, разделять их. И, конечно, большинству из нас, гедонистов, это неприятно. Нам же хочется весело жить, наслаждаться, не задумываться, а если и говорить о чем-то, так посплетничать, пообсуждать. А тут такая боль!!… Но если мы действительно хотим человеку помочь, то по любви к нему должны чем-то пожертвовать. В данном случае – состоянием собственной стабильности, своим душевным покоем. Недаром говорят : разделенное горе – это полгоря. То есть когда делят горе между тем, кто говорит, и тем, кто слушает, сопереживает, то боль немного уменьшается. Таким образом, друг берет часть горя на себя. Это тяжело, но если мы сильные люди, если мы искренне хотим помочь, то мы должны терпеливо слушать.

Автор благодарит за помощь в подготовке материала Элину Бурцеву и Ольгу Покалюхину.

© Memoriam.ru

 

Чувство вины не должно стать оружием самоуничтожения

— После смерти близкого люди часто испытывают чувство вины. Что это: голос совести или козни бесов, которые влекут человека в пропасть?

— Часто современные психологи чувство вины воспринимают как некий болезненный комплекс, говорящий о нездоровых изменениях в  психике, например, при маниакальных состояниях. Но если человек психически здоров, то появление чувства вины свидетельствует о его духовном взрослении. Это пробудившийся голос совести, который указывает человеку на ошибки и необходимость их исправления.

— А как определить границу между нормой и патологией?

— Здоровое чувство вины сигнализирует о том, что мы нарушили свой нравственный кодекс, совершили проступок и теперь обязаны исправить ситуацию. Последнее очень важно: если не пойти дальше признания своей «виноватости», можно застрять на этапе самообвинения, тогда здоровое чувство превратится в злую, разрушительную силу.

Испытывающий чувство вины должен, прежде всего, признать свою ответственность за совершенное действие. Однако это только первый этап. Если проступок сделан умышленно(!) и специально(!), то необходимо искренне покаяться. А раскаявшись, приложить все усилия, чтобы загладить вину.

Угрызения совести не могут быть бесплодными, они обязаны выливаться в действие. Именно в движении вперед и заключается основное отличие нормального чувства вины от патологического состояния, которое наносит большой ущерб духовному и физическому здоровью.

— Часто близкие умершего мучаются от того, что не разглядели вовремя его болезнь, не успели вызвать врача, не додали тепла и любви, не сказали важных слов…

— Иногда люди переживают чувство вины по непонятным причинам. Они не совершали ничего предосудительного, но, тем не менее, страдают и мучаются точно так же, как если бы сотворили нечто чудовищное в отношении умершего. Например, жена говорит: «Вася, у нас уже третью неделю лампочка не горит». Вася полез, и его убило током. И тут жена начинает обвинять себя в смерти. Это неправильно. Если человек думает, что какими-то своими действиями мог предотвратить или отсрочить смерть, что все зависело только от его предусмотрительности, он берет на себя слишком много. В данном случае «чувство вины» указывает не столько на совестливость человека, сколько на то, что он болен гордыней. А гордыня – грех, от которого надо избавляться.

— Но как чувство вины может быть связано с гордыней?

— Тот, кто считает, что в его силах управлять обстоятельствами, и уж, тем более, жизнью и смертью, страдает от завышенного самомнения. Он не может адекватно оценивать собственные возможности, не видит себя настоящего. Он считает себя режиссером собственной жизни, и когда что-то не согласуется с его сценарием, начинает искать ошибку. Человек с нормальной самооценкой понимает, что в жизни далеко не все подчиняется ему, и смиряется с волей Творца. Гордец же начинает бунтовать и протестовать, заявляя, что «все могло бы быть иначе», если бы только он сделал то-то и то-то. Ему необходимо реализовать свой жизненный план, поэтому он не желает ничего слышать о промысле Божием и, конечно, не готов принять Его волю.

— Некоторые после смерти близкого становятся агрессивными, причем нападать могут как на других, так и на самих себя…

— Нормальные люди после кончины близкого пытаются осознать случившееся, задумываются о бренности бытия, о смысле жизни. Во время своего духовного поиска они начинают понимать суть страданий, обретают цель дальнейшего существования. Но тот, кто слишком горд, мыслит иначе. Он не желает ни в чем разбираться и начинает выдвигать обвинения себе (ошибочно маскируя их под чувство вины) или же в адрес других, и даже в адрес Бога! У некоторых мнимое и лживое чувство доходит до того, что появляется желание расстаться со своей жизнью. И это совсем не  вина, а настоящая агрессия, направленная на самого себя.

— А если горюющий пытается вызвать чувство вины в других людях? Например, часто мать умершего обвиняет во всем невестку.

— Такое желание тоже может быть связано с завышенной самооценкой. Когда воля Божья не принимается, появляется необходимость найти крайних, чтобы свалить на них ответственность за смерть близкого и таким образом избавиться от своей тягостной ноши. Конечно, я не говорю о случаях умышленного убийства, там совсем другая ситуация.

Часто стремление вызвать чувство вины в других является обычной манипуляцией, с помощью которой человек осознанно или бездумно пытается получить какую-либо выгоду. Подобный прием, как правило, используют неуверенные в себе или зависимые людьми, которые стремятся привязать к себе окружающих, навязывая им чувство вины перед собой или умершим. Боясь одиночества, они готовы удерживать их рядом таким нелепым способом.

— Вы сказали, что человек, совершивший плохой поступок или даже преступление, может преодолеть чувство вины только через покаяние. А что делать тому, кто раскаялся в содеянном, но не чувствует никакого облегчения?

— Если после покаяния нет облегчения, то, скорее всего, раскаяние было не совсем искренним. Истинное покаяние освобождает человека от тяжкого груза вины.

В данном случае очень важно не допустить, чтобы непрощение переходило в навязчивое, маниакальное состояние, став оружием самоуничтожения.

— А как быть, если человек, испытывающий чувство вины, замыкается в себе, перестает замечать членов семьи, общаться с окружающими?

— Подавленное состояние духа, нежелание общаться, пессимизм и тоска свидетельствуют о том, что человек впал в уныние, которое на языке медиков сейчас называется «депрессия». Это заболевание, как и многие другие психические расстройства, часто носит духовный характер. Депрессия — не просто следствие греха. Это итог неправильной жизни, образа мыслей, неверного понимания вещей, которые приводят в состояние на грани порока. Душевная мутация, вызывающая депрессию, может возникнуть, если человек постоянно унывает. Уныние, как известно, смертный грех, в его основе лежит гордыня. Из-за нее человек страдает от завышенной самооценки, непомерных притязаний, не видит себя настоящего, собственных несовершенств. Даже если теоретически и признает их за собой, то где-то глубоко внутри убежден, что он самый-самый и жизнь его должна быть такой, какую он желает.

— А как бороться с унынием?

— Уныние – болезнь души, и если телесные недуги лечит врач, то душу врачует Господь Бог. Он все время находится рядом с нами и ждет обращения за помощью. Тот, кто не идет к Богу в самые тяжелые минуты жизни, подобен больному, который умирает, но отказывается от врача, стоящего рядом. Что тут сделаешь, нельзя ведь человека вылечить насильно.

— Часто горюющие ищут подтверждение своей вины во всевозможных знаках, приметах и даже в сновидениях. Как к этому относиться?

— Все эти «знаки» и «приметы» появляются в жизни человека только тогда, когда он начинает уделять им много внимания. При этом он замечает не какие-то необычные вещи, а придает новое значение самым простым явлениям. То же самое со сновидениями. Человек может увидеть обычный сон (как он беседует с умершим), но будет пытаться его истолковать, исходя из своих собственных представлений о его значении.

Горюющий должен быть всегда начеку и помнить об искушениях. Как только злой дух обнаруживает нашу слабость, он использует ее, чтобы прельстить, обмануть. Бес может прибегать к разного рода ухищрениям, чтобы «поймать» в свои сети. В числе прочего он способен приходить во сне в образе умершего родственника, чтобы усугубить душевные переживания и довести свою жертву до сумасшествия.

— Что может произойти с теми, кто все-таки попался в ловушку злого духа и отправился за толкованием «знаков» к ясновидящему или псевдоцелителю?

— Экстрасенсы, ясновидящие, бабки-знахарки и даже цыгане – все они неплохо разбираются в психологии и имеют большой опыт общения с людьми, которые попали в трудную ситуацию. Перед тем как начать «сеанс», они обычно некоторое время наблюдают за своим клиентом, выуживают из него максимум информации, которую потом используют в работе. Все эти манипуляции проделываются с одной целью – заставить человека поверить в свое могущество, чтобы впоследствии управлять им. Чаще всего результатом таких воздействий становится пустой кошелек. Ну, а в случаях посерьезнее, можно попасть в зависимость от псевдоцелителя или быть затянутым в секту. Бывают и такие случаи, когда человек после посещений сходит с ума, становится одержимым.

— А как не впасть в это состояние?

— Одержимость — это удаление от Бога, отпадение от Него, уход из сферы Божественного бытия. Не всегда это состояние выражается в форме неадекватного поведения или странных выходок, порой все выглядит пристойно, хотя злой дух вошел в человека.

Чтобы избежать встречи с бесами, прежде всего, не следует искать с ними контакта. Ни одна нечисть не приблизится к вам, если вы этого не хотите. Если вы освящаете себя молитвой и участвуете в Таинствах, вам ничего не грозит, и вы хорошо защищены от нападений такого рода.

— Некоторые начинают испытывать чувство вины, раздавая вещи умершего. Расценивается это чуть ли не как предательство по отношению к покойному…

— Я не вижу ничего страшного в том, чтобы сохранить на память несколько памятных вещей. Например, мать хочет оставить фуражку сына, который был военным. Это совершенно нормально. Я, например, тоже храню некоторые вещи своего отца. Он у меня был священник, и оставил нам митры, кресты, которые я сейчас ношу.

— Но бывают и такие случаи, когда родственники не позволяют убираться в комнате умершего, трогать его вещи..

— Это уже патология. Если человек испытывает чувство вины, отдавая ненужную умершему одежду или вытирая пыль в его комнате, значит он нездоров духовно.

Тем, кто не хочет менять обстановку в комнате покойного или наотрез отказывается расставаться с его вещами, хорошо бы напомнить, что в России существует старый добрый обычай раздавать одежду усопшего в течение 40 дней после его смерти. Если не успели в течение этого времени, сделайте позже. Главное не то, когда, а то, ради чего.

Раздавая вещи как милостыню от имени умершего, мы тем самым помогаем его душе. Принимающие этот дар также как и мы молятся и просят Господа о том, чтобы Он простил ему все согрешения.

Подробнее о помощи душе умершего можно прочитать здесь

— А если человек не хочет избавляться от чувства вины, отвергает любую помощь, занимается самобичеванием, считая это полезным для своей души?

— Это очень тонкий психологический момент. Человек, испытывающий чувство вины, обычно вызывает сочувствие и симпатию у окружающих. Его терпеливо выслушивают, утешают во время самоистязаний, нередко восхищаясь его совестливостью. Может, на начальном этапе он на самом деле пытался разобраться в себе, но в какой-то момент стал использовать чувство вины как инструмент, с помощью которого можно получить недостающее внимание. Рано или поздно он добивается своего, а вот избавиться от вины ему все равно не удается. Следствием этого бывают  навязчивые состояния, которые невозможно преодолеть самостоятельно.

— И тогда они отправляются искать помощи у психологов и священников?

— В надежде на то, что они предложат им «волшебную пилюлю», которая избавит от всех трудов и забот, в одно мгновение изменит жизнь и разрешит все проблемы. Они могут часами рассказывать о своих грехах, не упуская ни малейшей детали, но при этом совершенно ни в чем не раскаиваясь.

Или, наоборот, начинают каяться во всем сразу. Обвинение себя во всем на свете — симптом того, что человек пытается получить прощение «нахаляву», не утруждая себя настоящим, искренним и глубоким раскаянием, которое требует от него душевного труда и определенных усилий.

— Батюшка, а как же все-таки отличить здоровое самоукорение христианина от внешне схожего с ним самокопания?

— Когда кающийся заявляет, что заслуживает самого худшего, но при этом не конкретизирует свой грех («каюсь, во всем каюсь») – это может говорить о желании замаскировать свой реальный проступок.

Спросите, зачем скрывать свои грехи на исповеди? Во-первых, из страха перед осуждением, ведь мало кому хочется выставлять себя в неприглядном свете. Во-вторых, это может быть сопротивлением любым изменениям в себе, которые становятся неизбежны после того, как приносится искреннее покаяние. Ведь настоящее раскаяние должно выливаться в действие, исправлять, удерживать от совершения аналогичных проступков в будущем. Если мы были жестоки, черствы, безучастны к судьбе покойного, то впредь нам следует проявлять больше сочувствия и внимания к своим ближним.

Зацикливание на своей вине без работы над собой — просто-напросто уход от ответственности, попытка скрыть за самокопанием свое нежелание делать что-либо для изменения ситуации. Вместо реальных действий человек придумывает всевозможные наказания, которые якобы должны избавить его от гнетущего чувства.

— Многие свою вину пытаются утопить в алкоголе или найти забвение в наркотиках, транквилизаторах, как тут быть?

— Попытки убежать от реальности не приводят ни к чему хорошему. Человек забывается на какое-то время, а потом ему становится еще хуже. Встреча с действительностью неизбежна, поэтому лучший выход – сразу принять ее и постараться адаптироваться к жизни в новых условиях. Господь не ставит ни одну душу в тупик. Выход есть всегда. Только мы сами порой не хотим его увидеть. Не всегда мы способны к терпению. Чуть что – сразу хватаемся за стакан и пытаемся залить водкой все переживания. Хотя гораздо полезнее для души было бы задуматься о своей жизни, покаяться, помолиться. Но нам лень трудиться! К сожалению, мало кто из людей, испытывающих чувство вины, идет кормить нищих, помогать больным. Гораздо чаще забвение ищут в алкоголе и развлечениях. При этом свою невоздержанность, лень и эгоизм оправдывают тем, что им сейчас «слишком тяжело».

— Чем же все-таки искупается вина перед умершим? Какое лекарство вы можете предложить?

— Чувство вины нужно трансформировать в созидательную внутреннюю работу, которая пойдет на благо умершему, самому горюющему и его близким. Мы прекрасно понимаем, что, несмотря на уход человека из этого мира, он все равно существует. Его душа жива, и мы всегда можем ей помочь. Самое действенное вспоможение – это молитва. Мы можем читать по нему Псалтирь. Лучше начать сразу после смерти близкого, но если не получилось, то при первой появившейся возможности. Сильнейшей поддержкой душ умерших является милостыня и дела милосердия. Найти нуждающихся или беспомощных людей очень просто: зайдите в любое лечебное учреждение, в детский дом или дом престарелых, там всегда нужна помощь!

Если вы хотите искупить вину перед усопшим, измените свою жизнь. Попробуйте хотя бы немного пожить так, как учит Евангелие. Пожертвуйте ради него своими дурными привычками и желаниями. Это будет самая действенная помощь близкому!

Спаси, Господи!

© Memoriam.ru

 

5 стадий принятия смерти

Смерть – это всегда горе для людей, близких покойному. Но даже когда умершего предали земле, его родные остаются безутешны долгие месяцы. Как помочь в такой ситуации?

Прежде всего, необходимо понимать: существует несколько психологических стадий, через которые проходит каждый скорбящий человек. Преодоление этих этапов помогает людям восстановить психическое равновесие, нарушенное внезапным обрывом связей с усопшим. На каждой из стадий скорбь ощущается несколько иначе, чем на другой – зная об этом, становится легче поддерживать человека. Если же его состояние вдруг обостряется, вы сможете разобраться, нужна ли скорбящему квалифицированная помощь психолога.

Стадия 1: оторопь. Длится около 7-9 дней.

Людям в этот период сложно осознать сам факт потери близкого, его полноту и безвозвратность. Одни реагируют на это чем-то вроде ступора, безответности; другие берутся за множество дел: участвуют в организации похорон, пытаются поддержать ещё кого-то. Подобного рода суетливость, однако, не является подлинно эмоциональной реакцией. Эти люди не бесчувственны, просто чувства ещё не осознаны ими. Иногда возникает «деперсонализация»: человеку кажется, что он или она теряет идентичность, воспринимает всё как бы со стороны. Хотя это и кажется странным, реакция такого рода психологически нормальна: чаще называйте имя человека, поите успокоительным, в крайних случаях помогает растирание конечностей (возвращается чувство тела как «своего»).

Особо чувствительные люди порываются покончить с собой, стремясь воссоединиться с покойным – смотрите, чтобы с такими людьми всегда кто-то был рядом. На этой стадии не работает аргументированная речь, лучше просто дать горю выйти: пусть льются слёзы, а человек часами стоит у гроба. Тем же, кто по-прежнему остаётся в ступоре, нужно помочь дать выход чувствам.

Стадия 2: неприятие. Длится около 35-40 дней.

Обычай справлять поминки естественно сформировался на границе того периода, когда психика людей готова «расстаться» с покойным. На этой стадии сознание уже способно осмыслить потерю, но подсознание и телесная память – нет. Отсюда иногда возникают галлюцинации: люди видят покойного в толпе, слышат что-то вроде эха шагов и т.п.

В частности, позитивно следует воспринимать сны о покойнике. Если потеря очень остра, в мыслях будет не лишним призывать умершего заглянуть в сон. Опасно обратное: если на этой стадии умерший не снился вообще, то, похоже, «работа траура» почему-то застопорилась, и нужна психологическая консультация. Поддерживайте все возникающие разговоры насчёт умершего. Плач на этой стадии следует расценивать положительно.

Стадия 3: принятие потери, полное осознание утраты. Длится до 6 месяцев.

Скорбь накатывается волнообразно: то больше, то снова меньше. Дело в том, что человеческое сознание адаптируется к продолжающемуся горю, но не всегда успешно. В середине этой стадии (3й месяц) часто происходит резкий упадок: внутренние резервы истощены, барьеры падают – боль утраты остра как никогда, и нет ощущения, что это когда-либо изменится. В этот период возникают правильные, хотя и необычные чувства: вина перед умершим («ты мёртв, а я здесь, среди живых»), злость на покойного («ты ушёл от меня, покинул!»), злость на сторонних лиц.

Скажем вкратце о каждом из них:

  • вина перед умершим, как ни странно, – это попытка восстановить чувство контроля над происходящим. У многих она сопровождается мыслями вроде «я мог бы сделать что-то, чтобы этого не произошло» – однако в большинстве случаев это не верно по факту, а лишь является попыткой памяти переосмыслить смерть привычным образом.
  • Злость на покойного тоже нормальна, но только на некоторое время. Часто она сопровождается чувством персональной обиды, словно смерть была намеренным поступком. Многих людей смущает само возникновение подобной мысли, но её следует принять и преодолеть.
  • Наконец, злость на сторонних лиц возникает чаще всего как «эффект переноса». Общественное мнение порицает чувство злости на мёртвого, поэтому сознание ищет выход, проецируя её на докторов, директоров, страну и даже религиозные фигуры («святой вовремя не помог»). Для этой фазы также есть своё время, но важно не допустить, чтобы она затянулась сверх меры.

В течение всей 3й стадии скорбящий приучается существовать без покойного. При нормальной «работе траура» покойный перестаёт сниться в повседневной обстановке, а предстает зачастую в иных мирах и т.п.

Стадия 4: утешение скорби. Длится до конца первого года после кончины.

В течение этой стадии происходит принятие того, что близкий человек во всех смыслах мёртв, перестал быть в этом мире. У человека формируются контуры новой жизни; благотворны знакомства с новыми людьми. Показателем, что «работа траура» идёт как надо, является то, что скорбящий упоминает покойного как как-бы-живого и рассказывает истории о радостны эпизодах его биографии. Благодаря таким подвижкам возникает ощущение, что скорбящий уже смог адаптироваться к горю утраты.

Этой стадии соответствует самоощущение, иногда называемое «светлой грустью»: когда интенсивность скорби опускается до уровня ностальгии. Дело в том, что, когда мы живём, мы меняем обстановки, и никому не привыкать прощаться с прошлым. Ностальгия – способ нашей памяти смириться с невозвратностью момента в прошлом, приняв его через красоту и радостно-печальный эмоциональный окрас.

Стадия 5: все этапы повторяются в ослабленной форме. Длится до конца второго года.

Скорбь возобновляется в районе годовщины смерти (т.к. память привязана к дате). Тем не менее, управление горем уже более-менее сформировалось, а потому всплеск скорби не столь острый. Тем не менее, следует обратить внимание, что спустя полтора года после смерти может произойти рецидив вины перед умершим. Помогайте человеку обращаться к добрым/светлым воспоминаниям; можете устроить поминальный праздник, куда соберутся только близкие. Помните: даже если все основные стадии примирения со смертью пройдены, это не значит, что человек перестаёт нуждаться в вашем искреннем участии.


Возможно, вам будет интересно:

9 апреля 2019

как в нем разобраться? — Про Паллиатив

Смерть близкого связана не только с чувством горя, но и с переживанием своей вины: кажется, что ты виноват за свою усталость от трудного ухода, за то, что недодал чего-то, за то, что остался жить, когда он умер. Насколько нормальны эти чувства, почему возникают, и как с ними справиться? Публикуем статью портала Милосердие.ру, в которой на эту непростую тему рассуждает психолог, директор Христианской службы психологической помощи «Свеча», доктор биологических наук Александра Имашева.

Как и почему возникает чувство вины

Чувство вины при потере ближнего возникает всегда. Это нормальная реакция на смерть близкого человека. Практически все, кто переживает утрату, испытывает чувство вины перед умершим.

Это чувство может иметь разные формы: вина за испытанное облегчение, что кончился ужасный, тяжелый период болезни близкого (получается, думает человек, что его смерть стала платой за мое освобождение, и я ей радуюсь). Чаще всего возникает вина за то, что, как кажется, было не сделано или сделано не до конца (не того врача позвали, не так лечили).

Может мучить вина за несправедливость, которая была допущена (или якобы допущена) по отношению к умершему при его жизни: редко приходили к нему, мало звонили, плохо заботились, а теперь уже ничего не поправишь.

Бывает даже чувство вины за то, что ближний умер, а ты живешь, «а ведь он был лучше меня»

Иногда чувство вины идет вторым, например, сначала возникает гнев на умершего – почему ты меня оставил?! – или на Бога (судьбу) – почему Бог его забрал?! — а потом сразу приходит вина: как я могу так думать, какой же я мерзавец. Чувство вины найдет, к чему прицепиться.

Крайне редко чувство вины действительно имеет некоторые основания. Например, если наш ближний был сильно болен и не хотел лечиться, а мы шли у него на поводу, потому что нам не хотелось с ним возиться. И вот он умер, а мы чувствуем себя виноватыми. Или если его болезнь накладывала на него какие-то ограничения (например, в еде), а мы их игнорировали и кормили его всем подряд, что привело к обострению болезни и смерти. Или если он очень страдал от вашей ссоры и хотел помириться, а вы ему в этом отказывали, и это сильно омрачило его последние дни и часы.

«Смерть близкого – это опыт, который важно правильно пройти»Психолог Оксана Орлова о чувствах, страхах и потребностях умирающего человека и его близких

В таких редких случаях – случаях оправданной вины — поможет исповедь и покаяние для верующего или психолог для атеиста.

Но обычно вина, практически неизбежно приходящая после смерти близкого, абсолютно иррациональна.

Ее переживают и специалисты-психологи, отлично знающие механизм возникновения этого чувства и его необоснованность. «Я все понимаю, — говорит психолог, — знаю, почему так происходит, могу разложить по полочкам, но все равно чувствую себя виноватой после смерти мамы: не в ту больницу положила, не те лекарства привезла». А ведь маме было 89 лет, и она пережила три инфаркта. Иррациональная вина прицепляется к любой возможной причине из перечисленных выше и начинает грызть человека.

Почему же она возникает?

Смерть – это огромное, неподвластное и совершенно неведомое нам событие. Мы словно заглядываем в непроглядную пропасть.

Когда мы переживаем смерть ближнего, то, во-первых, ощущаем, что ничего не можем сделать, никак предотвратить, а во-вторых, неизбежно понимаем: то же самое ждет нас самих.

Наша психика оказывается в очень сложной ситуации полной потери контроля над происходящим, абсолютной беспомощности и переживания полнейшей неизвестности. Возникает экзистенциальный страх, возвращающий нас к неким первичным смыслам: кто я и зачем я живу, если моя жизнь тоже неизбежно закончится.

Photo: Aron Visuals / Unsplash

Это приводит нас к огромному, всепоглощающему ужасу, который просто невыносим: дай ему волю, он сведет с ума. Как это так – меня не будет!

Ужас от встречи со смертью «лицом к лицу» настолько силен, что нам проще испытывать неприятные чувства вины или гнева, лишь бы прикрыть ими этот страх.

Механизмы защиты психики действуют вне нашего желания и осознания: сначала «включаются» шок и отрицание, которые заставляют нас «не видеть» смерть, потом вспыхивают гнев и вина.

Чувство вины и гнева из-за смерти близкого — это ответ психики на собственную беспомощность, невозможность «проконтролировать» смерть

Чувство вины в этом случае – компенсаторное чувство, которое призвано хотя бы в иллюзорной форме вернуть нам возможность контроля над происходящим. Нам легче чувствовать себя виноватыми в том, что не достали нужные лекарства (действие, которое мы можем взять под контроль!) и тем самым не предотвратили смерть (иллюзия контроля над смертью!), чем откровенно себе признаться, что мы ничем и никак не могли помочь в том, чтобы человек не умер.

В других случаях чувство вины – это форма переживания необратимости случившегося и понимания, что изменить ничего нельзя. Это опять же потеря контроля над происходящим, которая для нас невыносима. Например, если при жизни свекрови мы с ней ругались, но знали, что в принципе можем помириться, то после ее смерти эта возможность ушла навечно. Ушла из-под нашего контроля. И эта утрата власти над реальностью переживается нами как чувство вины за нереализованные возможности.

Точно по той же причине при смерти ближнего возникает и чувство гнева. Это – ответ психики на собственную полную беспомощность, ее яростный протест. А «прицепиться» уж гнев может к чему угодно, что нашей психике покажется адекватным: гнев на умершего («Как он мог меня бросить!?»), гнев на Бога («Как Он мог его забрать!?»), гнев на врачей («Почему не спасли?!»). Но в конечном счете, все это – лишь реакция нашей психики на нашу абсолютную беспомощность перед лицом смерти.

Конечно, верующим гораздо проще пережить и смерть ближнего, и мысли о собственной смертности. В сознании верующего смерть – это не конец и исчезновение, а переход в иную форму существования, поэтому остается и надежда на встречу с ушедшими, на примирение с ними, и, что очень важно, вера, что даже смерть не заставит тебя полностью исчезнуть.

Как восстановиться после смерти ближнего

В современной культуре существует тенденция как можно быстрее избавляться от негативных чувств. Долгое страдание, долгое горе не приветствуется обществом, на такого человека смотрят косо и всеми силами пытаются «вытащить» его из этого состояния. В ход идут топорные утешения типа «не плачь», «займись чем-нибудь другим», «отвлекись на что-нибудь», «возьми себя в руки», «тебе уже пора успокоиться» и другие псевдопозитивные рецепты, которые не работают.

Они не помогают, а раздражают или заставляют чувствовать себя еще более виноватым – ведь своим страданием ты напрягаешь окружающих. Человек пытается как можно быстрее «перескочить» свое горе, не переживает его полноценно и только загоняет вглубь.

Но наше горе при утрате близкого – это плата за нашу любовь к нему. И чем сильнее была любовь, тем глубже будет горе, поэтому не надо его стыдиться, считать себя слабым, идти на поводу у тех, кто считает, что пора перестать страдать

Горевание занимает время: чтобы пережить горе от смерти близкого, необходимо не менее года.

«Быть рядом – не значит давать советы»Психолог Алена Кизино о том, как родители переживают утрату ребенка и как им в этом помочь

Психологи говорят о «работе горя» — утрату необходимо принять, прожить и пережить. После этого, в нормальной ситуации, горе переходит в светлую печаль и светлые воспоминания. Если проходит год, полтора, а легче не становится, то это уже нездоровое переживание горя и требуется помощь специалиста – психолога или психотерапевта.

Как быстро пройдет тяжелое горе, зависит еще и от наших отношений с умершим. Если отношения были хорошими, здоровыми, то горе пройдет легче, если они были чем-то осложнены, то и горевание будет сложнее. Мы все время будем видеть, что ничего уже нельзя исправить, и эта необратимость дополнительно будет давить на нас.

Но до этого надо дожить. Вначале, после первоначального шока от утраты, будет много негативных чувств — и гнев, и вина, и тоска, и одиночество. Вина, принимающая разные формы, может возникнуть прямо в первые дни после смерти близкого и оставаться до самого конца горевания. Чувство вины перед умершим — это естественная часть переживания горя, а переживание горя – единственная возможность вернуться к нормальной жизни.

Переживайте горе

— Как бы плохо ни было, важно напоминать себе, что горе пройдет. Но это вовсе не значит, что мы не забудем человека, станем к нему равнодушны, но острое горе сменится мирной печалью.

Можно написать себе на листочке бумаги или карточке три утверждения и носить их с собой, доставать и перечитывать, или примагнитить на холодильник, чтобы они всегда были перед глазами:

  • Мои чувства нормальны
  • Мне станет лучше
  • Я справлюсь, как справились до меня другие

— Если чувство вины связано с испытанным облегчением после смерти тяжело больного, мучившегося человека, то следует сказать себе, что это объективно был тяжелый груз, и облегчение после того, как груз снят – это нормальное, естественное чувство. В этом нет нелюбви к ушедшему, нет эгоизма, а есть обыкновенная, не поддающаяся сознательному контролю реакция психики на освобождение. Такое облегчение не отменяет горя от смерти и не умаляет нашей любви к ушедшему. И наказывать себя за это не нужно.

Похороны: смерть и небытиеАнтрополог Светлана Адоньева о похоронных обычаях в традиционной русской деревне и новшевствах советского времени

— Важно соблюдать ритуалы, связанные со смертью. Недаром они освящены веками. Первое, что может облегчить тяжелое состояние близких – это заботы об отпевании, о похоронах, кладбище, гробе, венках, цветах. Устроить поминки, собраться на девять и на сорок дней – все это реально помогает пережить горе. Ведь, делая все это, мы проявляем свою заботу об умершем.

На поминках мы разделяем с другими наше горе и любовь к ушедшему, говорим и слушаем, как другие говорят о нем теплые, хорошие слова – и нам становится легче.

Поминки – это вообще как бы очень сжатый во времени процесс проживания горя. Часто бывает, что они начинаются со слез, даже рыданий, а заканчиваются в гораздо более позитивном настроении. Как будто за несколько часов проживается целый год.

— Не прогоняйте воспоминания о покойном. Не надо стараться «забить» их другими мыслями или отвлекаться, если они приходят. Не надо специально вызывать в памяти эти воспоминания, особенно если они для вас мучительны, но если они «накатывают», то погрузитесь в них и проживите их.

— Плачьте. Слезы не слишком приняты в нашей культуре, даже если это плач по умершему. Одно из самых банальных «утешений» — это уговоры «не плачь, успокойся, выпей валерьянки».

На самом деле, слезы – это и естественное болеутоляющее (при плаче в организме человека вырабатываются вещества, успокаивающие нервную систему), и способ выразить и тем самым «выпустить наружу» душевную боль и тоску.

Когда горюющий человек плачет – это не признак слабости, а признак того, что переживание горя движется в правильном направлении.

— Говорите об умершем человеке и о своих переживаниях. Если приходят воспоминания об умершем близком, о его последних днях и других мучительных вещах, нужно найти человека, с которым можно об этом поговорить.

Обычно после утраты хочется говорить об ушедшем из жизни близком, особенно если его смерть была трагической и внезапной. Часто хочется поделиться своими чувствами, рассказать о своих переживаниях. Не надо бояться позвонить другу или подруге, честно сказать: мне очень тяжело, я все время вспоминаю умершего, давай с тобой поговорим о нем.

Рекомендация друзьям и родственникам горюющего: не закрывайтесь от таких разговоров, а участвуйте в них, чтобы человек не чувствовал себя запертым в своем горе

Терпеливо выслушайте все, что он вам расскажет. В состоянии горя, особенно в первые дни после утраты, горюющий может быть многословен и повторять одно и то же, не торопите его. Или он может замолчать – тогда просто побудьте с ним. Предложите горюющему человеку практическую помощь в организации похорон или поминок. Если он испытывает чувство вины за то, что не успел сделать или сказать, или за испытанное облегчение после смерти тяжелобольного, объясните ему, что это понятно, естественно и объяснимо.

— Постараться не замыкаться в себе, как бы этого ни хотелось. Горе – процесс, который лучше переживать с людьми. Даже если не хочется разговаривать – лучше пусть они будут рядом. Очень помогает общение с теми, кто недавно пережил подобную утрату.

— Через некоторое время (в течение первого года) обязательно надо разобрать и раздать вещи умершего. Не надо строить дома «храм» ушедшего человека, оставлять его комнату в нетронутом состоянии, словно он еще жив. Это только продлит переживание горя. Конечно, избавляться от вещей дорогого умершего очень тяжело, ощущения, будто собственными руками окончательно отдаешь его и память о нем. Обычно при этом текут слезы – пусть текут. Но в течение первого года сделать это надо.

Подготовила Дарья Сивашенкова

Источник: Милосердие.ру

 

ПТСР после внезапной смерти любимого человека

Люди формируют бесчисленное множество отношений на протяжении всей своей жизни — с членами семьи, друзьями, коллегами и соседями. У нас самые глубокие связи с людьми, которых мы любим — эти отношения помогают сделать нас такими, какие мы есть. Они способствуют развитию нашего самосознания и могут изменить нас к лучшему или к плохому. Из-за этого смерть любимого человека может создать множество психологических проблем, в том числе посттравматическое стрессовое расстройство, особенно если потеря была трагической и неожиданной.

Симптомы посттравматического стрессового расстройства (ПТСР)

Мы знаем, что выжившие часто испытывают депрессию или тревогу после смерти кого-то из близких. Обычно мы не думаем о том, что у них посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), но оно тоже может случиться, особенно после катастрофической смерти.

По определению, посттравматическое стрессовое расстройство может возникнуть, когда кто-то «испытал, стал свидетелем или столкнулся с ужасным событием». Известие о неожиданной смерти уже вызывает особенно сильные эмоции, потому что застает нас врасплох.Трагическая смерть усиливает эти чувства.

Фактически, в исследовании 2014 г. Киз и др. Отметили, что «неожиданная смерть постоянно ассоциировалась с повышенными шансами новых проявлений посттравматического стрессового расстройства, панического расстройства и депрессивных эпизодов на всех этапах жизненного цикла».

Симптомы посттравматического стрессового расстройства включают:

  • Быть часто злым, напряженным или нервным.
  • Физические симптомы, такие как учащенное сердцебиение, потоотделение или гипервентиляция.
  • Воспоминания о травме или размышления о том, что человек мог пережить в свои последние минуты жизни.
  • Постоянное избегание вещей или событий, которые напоминают нам о человеке или месте, где произошла трагедия.
  • Избегать эмоций, связанных со смертью или событием.
  • Проблемы со сном или кошмары.
  • Изменение личного распорядка, чтобы избежать напоминаний о мероприятии.
  • Искаженное чувство вины; обвиняя себя в произошедшем.
  • Отрицательные мысли

В большинстве случаев люди начинают медленно оправляться от первоначального шока и горя смерти.Однако у людей с посттравматическим стрессовым расстройством симптомы резко влияют на их повседневную жизнь, и они испытывают их как минимум месяц.

Лечение посттравматического стрессового расстройства после внезапной смерти

Существует несколько эффективных методов лечения посттравматического стрессового расстройства после внезапной или травматической смерти близкого человека, включая когнитивно-поведенческую терапию (КПТ) и десенсибилизацию движением глаз и повторную обработку (EMDR). Иногда в сочетании с этими методами используются лекарства.

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ)

Трагедия и связанная с ней травма могут изменить ваше мышление, когда вы пытаетесь осмыслить то, что произошло.Например, вы можете почувствовать непреодолимое чувство вины, как будто вы каким-то образом ответственны за это событие. Или вы можете чувствовать себя оторванным от мира или тех, кого любите.

Эти негативные мысли могут заставить вас избегать вещей, которые вам обычно нравятся, или заставить вас одержимо беспокоиться о том, что вы потеряете кого-то аналогичным образом.

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) учит вас осознавать свои убеждения и мысли о ситуации. Как только вы их определите, это даст вам навыки, чтобы увидеть, есть ли факты, подтверждающие эти мысли, и как отпустить их, если их нет.Короче говоря, КПТ помогает вам управлять своими деструктивными убеждениями, чтобы вы могли заменить их точными взглядами.

Десенсибилизация и повторная обработка движением глаз (EMDR )

EMDR помогает людям переживать травму на эмоциональном уровне. Было показано, что он помогает людям, страдающим посттравматическим стрессовым расстройством, выздоравливать быстрее, чем с помощью традиционной терапии. Фактически, исследование, финансируемое больничной кассой Kaiser Permanente, показало, что у 100% жертв одиночной травмы и 77% жертв множественной травмы больше не диагностировалось посттравматическое стрессовое расстройство всего после шести 50-минутных сеансов.

При посттравматическом стрессе травматические мысли и воспоминания работают против процесса заживления мозга. Воспоминания, кошмары и беспокоящие эмоции циркулируют в мозгу, удерживая суровое испытание в центре внимания человека. Десенсибилизация движением глаз и терапевтическая обработка могут разорвать этот круг.

EMDR использует двусторонние (по обе стороны тела) стимулы, чтобы задействовать биологические механизмы, которые мозг использует во время сна с быстрым движением глаз (REM). Теория заключается в том, что использование REM при воспроизведении тревожных мыслей или воспоминаний о травме помогает мозгу обрабатывать ее естественным образом, позволяя уму исцеляться.

Двусторонняя стимуляция, которую может использовать терапевт, может включать:

  • Нарезание ручным или носком
  • Движение глаз (по световому образцу)
  • Музыкальные тона

Давайте поможем

Если вы или кто-то, кого вы любите, страдали от посттравматического стрессового расстройства после травматической смерти близкого вам человека, обратитесь за помощью к специалистам в области психического здоровья в Центре лечения тревожности и расстройств настроения в Делрей-Бич, штат Флорида. Чтобы получить ответы на свои вопросы или дополнительную информацию, свяжитесь с нами или позвоните нам сегодня по телефону 561-496-1094.

Список литературы

  1. Киз, К. М., Пратт, К., Галеа, С., Маклафлин, К. А., Коенен, К. К., и Шир, М. К. (2014). Бремя потери: неожиданная смерть любимого человека и психические расстройства на протяжении всей жизни в национальном исследовании. Американский журнал психиатрии , 171 (8), 864-71.

Смерть любимого человека — толкование и значение

Сон, изображающий смерть любимого человека, обычно связан с тем, что чего-то не хватает или не признают в вашей жизни.Умерший любимый человек обычно символизирует недостающее качество или аспект вашей жизни, который вы хотели бы иметь.

Сон также может относиться к чувству, которое вы испытывали к умершему человеку, которое вы не желаете принимать. Но это также может относиться к тому факту, что вы еще не смирились с потерей этого человека. Как правило, если вам снится смерть ваших родителей, это означает, что вы переживаете трансформацию в своей реальной жизни, потому что ваши отношения с родителями вышли на новый этап.Сон о смерти матери может означать «смерть» вашего материнского или женского аспекта. Может быть, вам следует лучше заботиться о своих собственных детях, или, может быть, вы чувствуете, что хотели бы получить больше материнской заботы вместо того, чтобы быть «убитым» символически из-за причинения вреда своему эго.

Ваша мечта:

  • Обнаружена смерть вашей матери.
  • Узнал о смерти вашего отца.
  • Зарегистрирован смерть брата или сестры.
  • Видел смерть мужа или любовника.
  • Испытал невообразимую смерть ребенка.
  • Видел смерть домашнего животного.
  • Оплакивал чью-то смерть.
  • Чувствовал апатию или безразличие к смерти или чьей-то смерти.
  • Видел смерть любимого человека, который на самом деле еще жив.
  • Видел собственную смерть.

Положительные изменения происходят, если

  • Человек не мертв в реальном мире.
  • Человек был болен во сне и получил облегчение после смерти.
  • Вы смогли должным образом оплакать потерю.
  • Вы поняли, что пришло время двигаться дальше.

Подробный сонник

Сон кого-либо, кто уже умер, смерть любимого родственника, родителя, брата, сестры, ребенка или домашнего животного, которые умерли, влияют на вашу бодрствующую жизнь двумя способами. Вы должны различать два типа снов: 1) Сны, в которых вас не трогает то, что вы видите. 2) Сны, в которых вы обычно проявляете какие-то эмоции.Важно отметить, что, если во сне вы не можете испытать какие-либо эмоции, вам следует не обращать внимания на этот сон, потому что он не имеет никакого реального значения. Если вы пережили смерть своего отца или матери, брата или сестры, которые действительно умерли во сне, но все еще живы в бодрствующей жизни, и вы переживаете или выражаете горе, то это показывает, что вам нужно ограничить показ своих истинных чувств. так как это может повредить другим.

Смерть любимого человека говорит о том, что вам не хватает качества, которое было у умершего.Обычно, если вам снится смерть, любимого человека или знакомого, это говорит о том, что вам также может не хватать определенного качества или черты, которые проявляет мертвый. Спросите себя, что такого особенного в этом человеке и что вам нравится в нем. Этот сон также может означать, что, что бы этот человек ни представлял, на самом деле он или она не является частью вашей жизни.

Если вам снится собственная смерть, это символ переходного периода в вашей жизни наяву. Возможно, вы попытаетесь уклониться от своих повседневных обязанностей и обязательств.Если вам снится смерть людей, которых вы встречали на протяжении своей жизни, такие безумные образы могут представлять страдания и непринятие реальной смерти любимого человека. В других случаях боль, вызванная его или ее смертью, может быть представлена ​​сном, в котором вас отвергают, атакуют или вы расстаетесь с этим человеком. Но этот сон может также относиться к вашим скрытым чувствам к этому конкретному человеку. У вас есть такое чувство или вам нужно освободиться от какого-то подчинения в отношении этого человека?

Сон, который привлекает ваше внимание к полу умершего человека, может означать, что необходимо оживить вашу женственность или мужественность.Сон о мертвом домашнем животном в большинстве случаев относится к определенной составляющей вашего существа. Это мог быть инстинктивный импульс. Это укажет, какая часть вас должна умереть. Например, должно исчезнуть чувство вины или комплекс неполноценности. В других случаях такой сон может символизировать подавленный аспект вашего внутреннего мира, который должен проявиться, принося баланс, необходимый вашей личности.

Чувства, которые вы могли испытать во сне о смерти любимого человека:

Сад.Тревожно. Слезный. Небезопасно. Один. Заброшенный. Испуганный.

Как справиться со смертью любимого человека> Бесплатные руководства по изучению Библии

Серия 2 — Библейские ответы для …

Здравствуйте, друзья. Смерть любимого человека душераздирающая. И каждая тяжелая утрата
имеет свой особый набор печали и других сильных эмоций. Здесь
печаль, которая приходит внезапно и шокирующе с неожиданной смертью, и
есть долгая печаль постепенно терять кого-то во время терминала
болезнь.Особенно страшна безвременная смерть ребенка.

Представьте себе мужчину и жену, состоявшие в долгом и любящем браке. Как бог
сказал Адаму и Еве, они стали «одной плотью». Когда кто-то умирает, выжившие
супруг обычно чувствует себя брошенным, опустошенным, одиноким и разорванным надвое. И из
Конечно, подобные чувства возникают, когда умирает кто-то из близких.

Когда вы любите кого-то, вы становитесь уязвимыми для приходящей печали
от потери этого человека.Но любовь важна, а Бог не хочет
нам сдерживать любящих людей, чтобы избежать горя в будущем. Библия также
дает понять, что наше горе будет временным, а наша радость будет
навсегда! Библия дает нам надежду на сказочное будущее, когда мы
воссоединиться с нашими любимыми!

В этом уроке мы изучим, что Библия говорит о смерти, о Божьем обещании жизни после смерти, о том, как утешать друг друга и как получить Божий дар утешения и мира.

Дон Хузер, министр в Вашингтоне, рассказывает эту историю о своем
семья:

«В 1952 году, когда мне было 11 лет, умер мой брат Родди. В возрасте трех с половиной лет он был
супер милый и милый ребенок. Наша семья была опустошена. Никто близко
мне когда-либо умирали (кроме моей любимой собаки). Это было похоже на конец
мира. Сегодня я все еще задыхаюсь, когда говорю о Родди.

«На протяжении многих лет я часто размышлял о том, как Бог использовал смерть Родди.
работать вместе во благо (Римлянам 8:28).

«Больше всего на нашу семью повлияло более серьезное отношение к
Бог и Библия. Хотя я не оставался серьезным на протяжении всего подросткового периода
лет, всегда в глубине души была мысль: «Я должен сделать
все, что нужно, чтобы снова увидеть Родди ». Я знаю, что эта мысль была главной
Фактор, который сделал меня в 21 год восприимчивым к Божьему призванию.

«После этого я познакомил трех моих братьев с Божьей истиной, которая привела
к ним, один за другим, приходя в Божью Церковь.С тех пор мы братья
были благословлены браком и детьми, поэтому знание Божьего
чудесная правда передается детям и внукам. Родди
смерть имела глубокий и далеко идущий эффект ».

Поделитесь своей историей

Надежда и комфорт

Давайте сразу перейдем к самой утешительной истине во всей Библии — Божьей.
откровение о воскресении из мертвых! Библия говорит, что
по возвращении Иисуса Христа все, кто был верным последователем
Его воскреснет в «воскресение первое» (1 Фессалоникийцам 4: 13-18;
Откровение 20: 6).

А что насчет «остальных из мертвых» (Откровение 20: 5)? Они будут
воскрес во втором воскресении г. Люди предполагают, что
только в этой жизни Бог может призвать и спасти кого-то — до того, как этот человек
умирает. Но внимательное изучение Священного Писания показывает, что
но утешительная правда: все люди, которые не получают спасительного знания Бога
в этой жизни не потеряны — они воскреснут к физической жизни
во втором воскресении.Когда Христос — Царь всей земли, Он
позаботится о том, чтобы каждый получил знание Божьего
план, предлагающий вечную жизнь всем, кто верит и повинуется Ему!

Вы можете найти подробные исследования этих воскрешений в других уроках.
Второе пришествие Христа и первое воскресение объясняются в Уроке.
8, а второе воскресение объясняется в Уроке
15 из серии «Библейские пророчества и вы» в этом исследовании Библии
Гиды.

Главный смысл этого урока заключается в следующем: Бог даст каждому , кто
когда-либо жил — начиная с Адама и Евы — даром понимать
Библии и выбрать покаяние, изменение и принятие дара вечного
жизнь в Царстве Божьем! Это действительно самое утешительное откровение Бога!

Как Библия в основном изображает смерть?

Иоанна 11:11
Он сказал им: «Наш друг Лазарь спит, но я иду, чтобы я мог
разбуди его.«

Иоанн продолжает рассказывать, как Иисус воскресил Лазаря из смерти в жизнь (Иоанна
11: 12-45). В Библии смерть часто упоминается как сон -a
полное отсутствие сознания (Псалом 13: 3; Экклезиаст 9: 5). Красивый
метафора сна подчеркивает тот факт, что первая смерть временна
и что каждый, кто умирает, пробудится! Это понимание смерти
намного утешительнее, чем все небиблейские и ошибочные представления о
смерть.

Когда кто-то умирает, семья и друзья часто страдают от сожалений и чувств
чувства вины за то, что они сказали или сделали, или за то, что они пренебрегли
сказать или сделать. Но Бог не хочет, чтобы мы ругали себя за прошлое.
Он хочет, чтобы мы покаялись в своих грехах и с нетерпением ждали нашего воссоединения в
в следующей жизни, когда у нас будет много возможностей поговорить с любимым
ед.

Изображает ли Библия смерть врагом?

1 Коринфянам 15:22, 26
Ибо как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут …
Последний враг, который будет уничтожен, — смерть.

Бог создал нас с неким инстинктом самосохранения, и
Библия изображает смерть нашим врагом. Но после возвращения Христа «смерть
[будут] поглощены победой »(1 Коринфянам 15:54).

Человек
кто близок к Богу, может, в каком-то смысле, ожидать смерти, как Павел
сделал (Филиппийцам 1: 21-24). Но какой он или она на самом деле смотрит
вперед не к самой смерти, а к пробуждению с новым духовным телом
в Царстве Бога!

Что Библия говорит о скорби о смерти любимого
один?

Матфея 5: 4
Блаженны плачущие, ибо они утешатся.

1 Фессалоникийцам 4:13
Но я не хочу, чтобы вы, братья, ничего не знали о тех, кто
уснул, чтобы не печалиться, как другие, у которых нет надежды.

Это нормально и здорово — горевать, когда мы теряем общение с
любимый. Те, кто подавляют горе, а не выражают его, страдают больше
эмоциональные проблемы в долгосрочной перспективе. Но здоровое горе зависит от столкновения
реальность смерти.В сегодняшней гуманистической культуре одержима
продлевая человеческую жизнь, многие люди избегают подготовки к смерти и даже не обсуждают
Эта тема. Чувствуя, что это табу, люди даже скажут слово «умер»
используйте эвфемизм вроде «пройдено». Отрицание смерти усложняет жизнь людям
горевать, поддерживать друг друга и исцелять.

Те, кто действительно понимает Библию, чувствуют и выражают горе, а не страх
и отчаяние; их надежда и вера утешают их.Апостол
Павел, сразу после объяснения об обещании воскресения, сказал:
«Итак утешайте друг друга этими словами» (1 Фессалоникийцам 4:18).

(Во время горя, пожалуйста, избегайте двух распространенных и серьезных ошибок:
Не пытайтесь «заглушить свое горе» алкоголем или наркотиками. И не пренебрегай
ваш сон и хорошее питание. Заболевание только сильно увеличит ваше здоровье.
стресс.)

Доволен ли Бог воспоминаниями, слезами и смехом?

Римлянам 12:15
Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими.

Иоанна 11 рассказывает историю смерти и воскресения Лазаря. Заметить, что
Иисус не только не критиковал семью и друзей Лазаря за
плача, и Он плакал (Иоанна 11:35). Библия учит нас сочувствовать
и сочувствуйте другим, кто скорбит. После чьей-то смерти это
важно для близких и друзей проводить время вместе и
вспоминать и говорить о своих драгоценных воспоминаниях — воспоминаниях, которые вызывают
теплое отражение, слезы и смех.Когда кто-то хочет поговорить о
умершего любимого человека, будьте внимательным слушателем. Не меняйте тему.

Как наши испытания и печали подготавливают нас к помощи другим?

2 Коринфянам 1: 3-4
Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отца
милости и всевозможного утешения Бог, утешающий нас во всех бедах наших,
чтобы мы могли утешить попавших в беду
утешение, которым мы сами утешаемся Богом.

Наши испытания приносят нам пользу, если мы учимся состраданию к другим и утешению.
мы получаем должны научить нас, как дать комфорта. Мы особенно
не должны игнорировать потребности детей или скрывать от них смерть. После
смерть, они часто не знают, что думать и говорить, какие вопросы
спросите или как выразить свои эмоции. Им нужно понимание, комфорт
уверенность и необходимость быть наполненными любовью, безопасностью и надеждой.Oни
нужно быть с семьей, участвовать в обсуждениях, горевать и исцелять.

Как я могу помочь другим в их печали?

1 Иоанна 3:16, 18 (Перевод хороших новостей)
Вот как мы узнаем, что такое любовь: Христос отдал за нас Свою жизнь. Мы тоже,
значит, должны отдать свою жизнь за других! … Дети мои, наша любовь должна
не быть просто словами и разговорами; это должна быть настоящая любовь, которая проявляет себя
В бою.

Слова утешения обладают мощным лечебным эффектом, но больше, чем слова
необходим. Помните, что перед семьей только что умершего человека
с бесчисленными решениями и договоренностями в дополнение к повседневным делам.
Расстраивает и удручает потерять любимого человека и едва успевает
думать, потому что вы лихорадочно бросаетесь от одной обязанности к
следующий. Так что может быть полезно предложить конкретную помощь семьям в трауре.И если вы в трауре, будьте готовы с благодарностью принимать предложения
Помогите.

Какие духовные уроки мы можем извлечь из жизненных потерь и скорбей?

Экклезиаст 7: 2-4 (Новая международная версия)
Лучше пойти в дом траура, нежели в дом пира,
ибо смерть — удел каждого человека; живые должны принять это к
сердце. Печаль лучше смеха, потому что грустное лицо полезно для
сердце.Сердце мудрых в доме траура, а
сердце глупцов в доме удовольствий.

Всем нужно время, чтобы смеяться и танцевать, но нам также нужно время, чтобы плакать
и скорбите (Екклесиаст 3: 4). Духовный рост происходит в трудных
раз, чем в легкие времена. Когда умирает любимый человек, это драгоценное время
размышлять о своей смертности и своих отношениях с Богом. Оно имеет
было сказано: «Открытый гроб может стоить тысячи проповедей.» Некоторые люди
избегать похорон и посещать людей в больницах и домах престарелых
потому что в таких ситуациях они чувствуют себя некомфортно и несчастными. Но
чтобы быть целителем, вы должны идти туда, где людям больно. Если да, то ваш
бескорыстие поможет вам взрослеть и расти.

Что является самым большим источником понимания и комфорта?

Псалом 147: 3
[Бог] исцеляет сокрушенных сердцем и перевязывает их раны.

Римлянам 15: 4
Ибо все, что было написано прежде [в Библии], было написано для
наши знания, что мы терпением и утешением Священного Писания
может иметь надежду.

Бог — тот Источник! Наш Создатель знает наши сердца и всегда знает лучше
как нам помочь. Все ответы на жизненные вопросы находятся в Его Библии.
Когда мы убиты горем, если мы поговорим с Богом и прочитаем Его Слово,
мы испытаем большое утешение, надежду и исцеление.Молитва и изучение Библии
это две вещи, которые нам нужно делать каждый день в нашей жизни.

Придет ли конец страданиям и печали?

Откровение 21: 4
«И Бог отрет всякую слезу с их глаз.
не будь больше ни смерти, ни печали, ни плача. Больше не будет боли,
ибо прежнее прошло ».

Не только воссоединятся семьи, но и все мы будем счастливы.
семья — семья Бога! И эта семья будет жить вечно — больше не будет
смерть, печаль или плач!

Подать заявку

Как мы узнали из Екклесиаста 7, когда вы думаете о чьей-то смерти,
это важное время подумать о своей жизни и неизбежной смерти.Как сказано в Экклезиасте 9:12, «и человек не знает своего времени» — мы не знаем
знать заранее, когда придет смерть. Следовательно, нам надлежит получить
готовьтесь и оставайтесь готовыми (2 Петра 3:11).

Как насчет того, чтобы начать прямо сейчас, составив простой список того, что вам нужно?
делать в самое ближайшее время? Если вы не составили завещание и оставили инструкции
для вашей семьи не забудьте включить эти моменты. Если ты не сказал
семьи и друзей достаточно часто, чтобы вы их любили, запишите это.А также
если вам нужно уладить отношения с Богом, обязательно включите это в свой список.
Установите реалистичные сроки для решения пунктов в вашем списке.

Следующий урок: См. Библию
Меню серии учебных пособий для выбора будущих уроков
исследование.

Вопросы об этом уроке? Отзыв о
этот урок?

Связанные ресурсы:

Сообщение от
Надежда после смерти любимого человека

шагов в ведении дел
с горем

слов
поощрения

Надежда на
Неверующие любимые

Почему Бог допускает страдания?

Как справиться с горем после смерти любимого человека

Процесс печали

Первое правило скорби — отсутствие правил, сказал Тони Л.Бисконти, доктор философии, адъюнкт-профессор психологии Университета Акрона и член исследовательской группы, которая в течение двух лет наблюдала за 57 вдовами, чтобы оценить их благополучие после их потерь. Результаты были опубликованы в августовском выпуске журнала Death Studies за 2010 год.

«Когда я исследую или разговариваю с вдовой, я говорю им, что нормального нет», — сказал Бисконти. По ее словам, в разное время вы могли испытывать гнев, отрицание, печаль, тоску, одиночество и даже счастье или радость из-за повседневной жизни и воспоминаний о вашем любимом человеке.

Она также предостерегала от жестких временных рамок для горя. «Если вы скажете, что шесть месяцев — это то, как долго длится нормальное горе, тогда люди думают, что с ними что-то не так, если они не чувствуют себя лучше к этому моменту или если у них есть дни до того, когда они будут счастливы», — она указал. Традиционно здоровая скорбь характеризовалась как процесс, результатом которого было принятие. Но на самом деле горе и множество эмоций, которые его окрашивают, проходят через дни после смерти.

Усилия Кэти по созданию социальной сети совпадают с результатами исследования Бисконти, которое показало, что большинство женщин преуспевают в течение двух лет. «Пожилым женщинам легче, чем мужчинам, потому что у них много друзей-вдов, — пояснил Бисконти. И даже если у них нет существующей сети вдов, им относительно легко найти такие женские группы.

То, как люди скорбят, очень индивидуально и часто зависит от обстоятельств смерти их близких, сказала Джанет Лэрд, автор книги «Выжить вдовство с Мэгги Монтклер и ее друзья», книги советов и виньеток, построенной на опыте вдов 65 лет и старше .Муж Лэрд умер после операции четырехъядерного шунтирования, когда ей было 49. Сейчас ей 73 года, и она сказала, что внезапность его смерти и тот факт, что единственные вдовы, которых она знала тогда, казались намного старше, усугубляли ее горе. По ее словам, финансы и ваше собственное здоровье также играют роль в том, насколько хорошо вы справляетесь с потерей.

Помощь в переживании горя

Даже если бывают дни, когда вы чувствуете, что не можете жить дальше, эти стратегии помогут вам справиться со своим горем и построить новую норму:

  • Принять горе класс.Это может помочь вам понять процесс скорби, а также познакомиться с другими людьми, которые переживают утрату.
  • Сделайте глубокий вдох. Иногда, когда вы горюете, у вас может возникнуть соблазн совершить большие перемены, например, внезапно продать свой дом, или, может быть, ваши грубые чувства заставят вас наброситься на других с гневом и разочарованием. — Хорошая идея — просто подышать и дождаться следующего дня, — сказал Бисконти.
  • Береги себя. Даже когда вы горюете, постарайтесь удовлетворить свои потребности в здоровье.Это особенно важно, если у вас есть хронические заболевания.
  • Установить границы. «Мы говорим о социальной поддержке так, как будто это универсальная вещь, — сказал Бисконти. Но иногда друзья и семья могут стать властными, пытаясь побудить вас действовать до того, как вы будете готовы. Это нормально — сказать им добро и твердо, что вы скорбите по-своему и вы цените время и место для этого.
  • Присоединяйтесь к группе скорбящих. «Разговор с другими людьми, которые имеют дело с горем, может помочь вам понять, что то, что вы переживаете, — это нормально», — отметил Лэрд.
  • Обратитесь за помощью к специалисту по психическому здоровью, если ваше горе невыносимо. Большинство пожилых людей переживают горе с некоторыми мрачными днями, но у некоторых возникают долговременные эмоциональные проблемы. «Если механизмы выживания не работают на вас, и вы впадаете в депрессию, обратитесь за профессиональной помощью», — сказал Бисконти.
  • Получить финансовую консультацию. Если ваш супруг (а) управлял всеми вашими финансами, вам может потребоваться практическая информация об управлении деньгами и финансовыми счетами — иногда даже просто оплата счетов.«Финансовый стресс только усугубляет горе», — отметил Бисконти. При необходимости обратитесь к бухгалтеру или специалисту по финансовому планированию.
  • Простите себя. Горе — это лишь одна из эмоций, которые вы можете испытать после смерти. Другие эмоции могут варьироваться от облегчения (особенно после длительной болезни или мучительной смерти) до страха, что вы каким-то образом «пожелали» смерти, до беспокойства о том, что вы не были достаточно хорошим супругом — и все эти мысли могут привести к к вине тоже. Освободите себя от всего этого эмоционального бремени.

Горе невозможно точно описать и описать. Примите замечание Бисконти о том, что на самом деле нет нормального. Это ваше уникальное личное путешествие, которое приведет вас к собственному желанию.

Как толковать сны о смерти любимого человека

Любой, кто видит сны о смерти любимого человека, будет чувствовать беспокойство и беспокойство. Но что они на самом деле означают? Означают ли они, что указанный человек действительно умрет? Читайте дальше, чтобы найти ответы.

Психолог Зигмунд Фрейд сказал много лет назад: « сновидений — это совокупность воспоминаний, идей, переживаний и происшествий, присутствующих и хранящихся в нашем подсознании, о которых мы иногда не подозреваем. »По его словам, наше сознание — это лишь верхушка айсберга, а под ней лежат слои нашего подсознания. Таким образом, наши сны в какой-то мере раскрывают то, что находится в нашем подсознании. Вот почему, если мы каким-то образом сможем их интерпретировать, это поможет нам лучше узнать себя.

Говоря простыми словами, толкование снов — это прикрепление какого-либо символа к изображениям, событиям и вещам, которые мы видим во сне. По мнению аналитиков сновидений, то, о чем мы мечтаем, на самом деле не происходит в реальной жизни. Вместо этого он означает или представляет что-то еще.

Хотите написать для нас? Что ж, мы ищем хороших писателей, которые хотят распространять информацию. Свяжитесь с нами, и мы поговорим …

Давайте работать вместе!

Видеть, как кто-то умирает близко, — обычный кошмар.Любой человек, который видит, что его супруга, родители или братья и сестры умирают, обязательно почувствует себя очень неуютно при одной этой мысли. Однако, как я сказал ранее, это не означает, что они действительно умрут. Смерть здесь символизирует нечто иное. Попробуем понять и проанализировать, что означают и означают подобные сны о смерти.

Различные интерпретации

  • Сон о смерти любимого человека, особенно супруга, может означать, что-то не так в ваших отношениях с ними.Видеть их мертвыми можно истолковать как ваш страх потерять их или они бросят вас. Точно так же, если вы видели такие сны о друге или о ком-то еще в семье, вероятно, вам нужно переоценить свои отношения с ними. Такие сны могут указывать на то, что вам необходимо предпринять шаги, например, больше общаться с ними или проводить с ними больше времени, чтобы восстановить ту же связь, которая была у вас когда-то, но теперь умирает или разлагается.
  • Другое толкование сновидения о смерти заключается в том, что он представляет собой конец чего-то важного в вашей жизни .Это может быть конец вашей твердой веры, конец карьеры, конец брака и т. Д. Возможно, вы пытаетесь освободиться от старых ценностей и правил жизни, которых вы придерживались. столько лет. Это может просто означать, что вы пытаетесь заново изобрести себя.
  • Иногда такой сон может означать, что вы нашли изменение определенных качеств человека . Например, если вы видели, как умирает близкий друг, и знаете его как человека очень честного, такой сон может означать, что, возможно, вы двое не были честны в своих отношениях в прошлом.Смертельный сон можно истолковать как смерть честности в тебе.
  • Если посмотреть с научной точки зрения, кошмары или плохие сны могут означать какой-то стресс, беспокойство или психическое расстройство, которые испытывает человек. За этим могут быть скрытые проблемы со здоровьем, злоупотребление психоактивными веществами, чувство смущения или вины.

Все вышеперечисленные толкования верны, если человек, о котором вы мечтали, еще жив. Однако, если кто-то из близких действительно умер, и вам приснилось то же самое, это был бы другой случай.Независимо от того, что человек умер недавно или много лет назад, это могло быть способом, используемым подсознанием, чтобы исцелить себя от потери и перенесенной боли.

Некоторым людям также могут сниться сны о чьей-то смерти. После этого они испытывают предчувствие надвигающейся гибели. Это своего рода предвидение. Однако следует иметь в виду, что сны никогда не бывают точными на 100%. Их можно интерпретировать по-разному. Ключ заключается в том, чтобы определить, какой из них подходит вам.

Может ли ваше шестое чувство определить, когда за много миль умер любимый человек?

Может ли ваше шестое чувство определить, когда за много миль умер любимый человек?

Это то, о чем многие из нас подозревают — и теперь есть поразительные доказательства того, что это действительно происходит

Кэтрин Найт для MailOnline
Обновлено:

Облокотившись на спинку стула, Энни Кэп схватилась за в ее груди, когда она кашляла и боролась с дыханием. «Я никогда раньше не испытывал ничего подобного.Я чувствовала, что у меня заблокированы дыхательные пути, и я не могла дышать воздухом », — вспоминает она. «Это было ужасное ощущение».

В то же время Энни переполняло острое чувство цели: она знала, что должна позвонить в больницу за тысячи миль отсюда, где, как она знала, ее мать тяжело больна.

Все еще тяжело дыша, набирая номер, Энни попросила провести ее в комнату ее матери. «Моя сестра ответила на звонок и была ошеломлена, услышав мой голос.Она и остальные члены моей семьи как раз собирались позвонить мне и сказать, что мама умирает.

Необычайная связь: Энни убеждена, что у нее был так называемый «эмпатический» опыт смерти, когда умерла ее мать.

«Последние полчаса она кашляла и с трудом дышала. Моя сестра поднесла телефон к уху моей матери, чтобы я мог сказать ей, что люблю ее, и все было нормально, она могла отпустить. Она сделала последний вздох, когда к ее голове приставили телефон ».

Могло ли собственное ощущение Энни бороться за дыхание было совпадением? Она так не думает.«Для меня нет никаких сомнений в том, что мама очень намеренно протянула мне руку помощи. Она хотела попрощаться, и это был ее путь ».

В то время Энни никак не могла назвать свое переживание, но за семь лет, прошедших после смерти матери, она убедилась, что случившееся было ошибкой. разделяла или так называемый «эмпатический» опыт смерти, когда она физически ощущала фатальные симптомы матери.

Эта идея настолько ошеломила ее, что она провела последние несколько лет, пытаясь разобраться в этом.В результате появилась книга Beyond Goodbye, в которой Энни исследует понятие синхронности в смерти — то, что мы можем иногда общаться с любимым человеком необычными способами, которые нелегко объяснить науке.

По ее словам: «Я обнаружила, что есть тысячи сообщений о людях, проживающих на другом конце света, от своих близких, которые что-то почувствовали в момент смерти. Это может быть так же просто, как чувство страха, увидеть мимолетный образ или просто абсолютное знание того, что конкретный человек умер.

«В крайнем случае, это может быть физический опыт. Но люди просто не чувствовали, что могут об этом говорить ». Это неудивительно: многие люди по-прежнему скептически относятся к понятию каких-либо околосмертных явлений.

Еще семь лет назад Энни, которой сейчас 51 год, была одной из них. «Я была последней, кто поверил в это, — говорит она. «Я думала, когда ты умер, ты умер, в этом не было ничего особенного. Я был агностиком, скептиком и всем этим.

Выросшая в Орегоне, США, одна из семи детей, она переехала в Великобританию 13 лет назад и поселилась в Кентербери, Кент, после знакомства со своим мужем Мэтью, производителем сидра. Однако, несмотря на физическое расстояние между ними, она оставалась невероятно близкой со своей матерью Бетти.

Протягивая руку: Энни на фото со своей покойной матерью, присутствие которой она чувствовала из могилы

«Я был последним ребенком, оставшимся дома с мамой, и когда мои мать и отец развелись, я также жил с ней на пару. лет как взрослый.Мы были больше похожи на близких друзей ». По ее словам, ее мать оставалась достаточно здоровой, пока в возрасте 78 лет она не заболела очень внезапно.

«Она заболела в День подарков 2004 года. Никто не думал, что это серьезно, пока тесты не показали, что все ее основные органы отключились», — вспоминает Энни. «Я отчаянно хотел улететь домой, но к тому времени, когда я понял, насколько это серьезно, я не смог попасть на рейс — из-за времени года все было забронировано. Все, что я мог делать, это сидеть и ждать новостей.’

Однако вместо телефонного звонка члена семьи она теперь твердо верит, что получила духовное послание от матери в виде этих острых физических симптомов.

«Моя мать умерла 2 января, но сначала я не мог точно понять, что произошло, поскольку я имел дело с самым ужасным горем. Я был в отчаянии и постоянно плакал. В то же время я была просто рада, что получила возможность попрощаться », — говорит она.

«Шло время, я все-таки пытался рассказать о том, что случилось с моими братьями и сестрами, но это было сложно.Я столкнулся с большим сопротивлением. Большинство из них выглядело скептически ».

Пытаясь разобраться в случившемся, Энни боролась с другими ощущениями. «У меня было чрезвычайно глубокое убеждение, что моя мама вернулась со мной», — говорит она. «В самые мрачные моменты моего горя у меня были очень отчетливые ощущения, когда она гладила меня по волосам, чтобы утешить меня, точно так же, как она делала это раньше, когда я был ребенком».

«В самые мрачные моменты моего горя я очень отчетливо ощущала, как она гладит меня по волосам, чтобы успокоить меня, точно так же, как она делала это, когда я был ребенком »

Были и другие особенности.

«Я начала находить заколки для волос, которые носила моя мама, разбросанные по всему дому. Они будут в случайных местах — у кофеварки, на диване. Мой муж тоже их заметил. У меня были очень короткие волосы, и я не использовал ничего подобного, так что это было очень странно ». Энни продолжает:« Моя мама курила, и я проснулась утром от запаха сигарет, хотя наш дом был полностью задым ». свободно.

«Мне потребовалось много времени, чтобы признать, что эти вещи происходят, хотя помогло то, что я был не один.Мой муж — очень рациональный человек, с ученой степенью, но он был рядом, когда произошло много всего этого ».

Заинтригованная, Энни начала исследовать свой опыт, обнаружив, что у них много общего с людьми, которые пережили околосмертный опыт.

«У этих людей часто возникает обострение чувств, что-то вроде шестого чувства, если хотите, как я себя чувствовал. Я был поражен, но также было облегчением, обнаружив, что я не одинок и что то, что я чувствовал, было нормальным.’

И Энни не единственная, кто верит, что пережила момент необычайного сочувствия к умирающему родственнику, несмотря на то, что ее разделяло огромное физическое расстояние. Как бы удивительно это ни звучало, все большее число людей считают, что они были физически связаны со своими близкими, когда они скончались, в то время как другие говорят о переживании видений потустороннего мира, когда они собрались у постели любимого человека, когда они делают свой последний вздох. .

Такие женщины, как Ханна Эванс, 41-летняя учительница из Ньюкасл-апон-Тайн, которая считает, что «разделила» смерть своего отца Эрика, когда он умер от рака легких два года назад.

«Мы с папой были очень близки, и я была потрясена, когда ему поставили диагноз« рак », — говорит она. «Ему дали год жить, и последние несколько дней он был госпитализирован. Я был единственным ребенком, мама умерла несколькими годами ранее, поэтому наши отношения были довольно интенсивными. Я едва отошел от него ».

Научное объяснение: циники считают околосмертные переживания просто галлюцинациями, вызванными недостатком кислорода в мозгу.

Когда состояние ее отца ухудшилось, медсестры сказали Ханне приготовиться к концу.«Я знал, что у него осталось недолго. Он то приходил в сознание, то терял сознание, и я не думаю, что он даже знал, что я была там », — вспоминает она. Однако то, что произошло потом, было совершенно неожиданным.

«Я чувствовал себя так, как будто у меня был собственный внетелесный опыт. Мне казалось, что я смотрю на все сверху, на тело отца, на медсестер. И я тоже мог видеть себя. А вдалеке я увидел свет и улыбающуюся маму ».

Ханна понятия не имеет, сколько это длилось, но следующее, что она помнит, это транс.«Я почувствовал, что меня как бы оттолкнули, и я просто сидел в своем кресле, а медсестры говорили:« Извините, он ушел »

«Это было необыкновенное чувство, которого я в то время не мог понять». Конечно, то, что испытала Ханна, можно списать как убитые горем галлюцинации уставшей и эмоциональной дочери. Тем не менее, Ханна говорит, что не может избавиться от убеждения, что она сопровождала своего отца на его первых шагах в его путешествии в загробную жизнь, переживая измененное состояние сознания, которое совпало с предсмертными вздохами ее отца.

«Я никогда не верила во что-то подобное, но это изменило меня», — говорит она. «Я никогда не слышал об общих переживаниях смерти. Я знаю только то, что я чувствовал и что видел ».

Тем не менее, ее убежденности недостаточно, чтобы убедить циников. Большая часть научного сообщества склонна относиться к предсмертным переживаниям просто как к галлюцинациям, вызванным аноксией — или недостатком кислорода в мозгу. По их мнению, совместные переживания смерти являются результатом совпадения или галлюцинации, которые впоследствии рассматриваются через понятное человеческое желание установить связь с любимым человеком, когда они уходят.

Нет, говорит доктор Питер Фенвик, выдающийся нейропсихиатр, который много лет изучал околосмертные переживания и рассказывал о переживаниях смерти. Он все больше убеждался, что они являются результатом «ослабления сознания», происходящего вокруг процесса смерти.

«Фактически, это означает, что разум умирающего больше не связан никакими ограничениями времени и пространства, которые, кажется, ограничивают нас, пока мы находимся в физической форме», — объясняет он. «Тогда это может включать кого-то, с кем умирающий тесно связан.’

И доктор Фенвик не единственный среди медицинского сообщества, кто считает, что принятая точка зрения на отношения между мозгом и сознанием, которой придерживается большинство врачей, философов и психологов, слишком узка для правильного понимания того, что происходит, когда люди приближаются к смерти.
Доктор Пим ван Ломмель, голландский кардиолог, также считает, что наши взгляды на сознание должны измениться.

Он потратил годы на изучение околосмертных явлений, вызванных осознанием того, что значительная часть пациентов, перенесших остановку сердца, сообщала о тех же ощущениях и явлениях в то время, когда их мозг был объявлен мертвым, и говорит, что он переехал от позиции скептицизма к принятию.

КТО ЗНАЛ?
Недавнее исследование показало, что примерно каждый пятый выживший пациент с сердечным приступом сообщил о том, что имел предсмертный опыт

«То, что я был свидетелем, и данные, которые я собрал, убедили меня в гипотезе о том, что сознание является побочным продуктом мозга. функция должна быть снова обсуждена », — говорит он. «Людям трудно принять это, потому что это противоречит основным принципам, которые вы изучаете в медицинской школе, согласно которым сознание присутствует только тогда, когда тело функционирует.

«Теперь я убежден, что это неправда, что он может существовать отдельно. Более того, я верю в измененное состояние сознания, в котором нет времени и пространства в том виде, в котором мы его понимаем ».

Это, по его словам, в некоторой степени объясняет общие переживания смерти, в которых люди переживают яркие, а иногда и ужасающие сны, в которых их близкие появляются им, чтобы «сказать» им, что они скончались, но просыпаются и обнаруживают, что пророчество сбылось.

Роберт Леннокс, 46 лет, из Глостершира, по-прежнему убежден, что его жена Шэрон явилась ему во сне в тот самый момент, когда она погибла в дорожно-транспортном происшествии на трассе A1 пять лет назад.Инженер Роберт был в Калифорнии по делам, когда он пережил то, что, по его убеждению, является общей смертью.

«Мне приснился самый ужасающий кошмар, в отличие от всего, что я когда-либо испытывал раньше. Шэрон стояла у обочины и снова и снова повторяла: «Прости, прости».

«Я проснулся, зная, что ее больше нет. Когда я включил свой телефон, у меня было несколько сообщений, чтобы позвонить домой, и я обнаружил, что она была убита мгновенно, когда грузовик столкнулся с ее машиной в обеденное время.’

Роберт говорит, что поделился тем, что произошло, только со своими ближайшими друзьями, зная о цинизме, который окружает подобные прокламации. «Многие из них сказали, что это явно совпадение. Один друг сказал, что это был продукт неуместной вины за то, что я не был с Шэрон, когда она умерла при явно ужасных обстоятельствах. Но это не объясняет моей убежденности. Я уверен, что Шэрон говорила со мной в ту ночь ». Для доктора Фенвика этот скептицизм понятен.

«Эти случаи выходят за рамки обычного опыта, и это пугает людей», — говорит он.«Некоторым людям кажется, что мы возвращаемся к эре шамана, даже несмотря на то, что все более и более яркий свет науки — очень хороший способ исследовать это явление».

Между тем, доктор Пенни Сартори, которая была После почти 20 лет работы медсестрой интенсивной терапии, побудившей исследовать околосмертный опыт и поделиться своими переживаниями о смерти, также считает, что многие люди переживали моменты сопереживания смерти с любимым человеком, но предпочли их подавить.

«Одна проблема в том, что у нас действительно нет языка для этого общего опыта», — говорит она.«Некоторые называют это синхронностью, некоторые — энергетическим резонансом, некоторые — связью. Как бы вы ни называли это, я считаю, что это не редкость, просто люди склонны не говорить об этом из страха быть высмеянным ».

Однако для Энни этот опыт оказался переломным. «Я столкнулся со скептицизмом по поводу того, через что я прошел, но я также знаю, что это чувствовало и что это значило для меня.

«Это позволило мне почувствовать присутствие моей матери в моей жизни еще долгое время после ее ухода, а также избавило меня от страха смерти.